an apple a day

      Хосок кивает, не смотря на то, что родители не могут видеть его, так как они разговаривают по телефону. — Мы знаем, что в колледже не просто, так что не забудь хорошенько отдохнуть и поесть сегодня. — Хорошо. — Тебе теперь 20, так что ты в состоянии позаботиться о себе. — Хорошо. — Приезжай к нам как-нибудь, когда освободишься. Мы можем выделить тебе комнату для занятий. — Хорошо. — С днем рождения, сын. — Спасибо, пап. — Мы любим тебя. — И я вас люблю.       Хосок смеется, когда его мама подшучивает над ним по телефону. — 26 это не так уж и много, мам. — Считай 30.       Он задыхается от этого. — Не могу поверить, что ты просто сказала такое. Ты и нуне сказала так же? — С чего бы Джиу не досталось? — доносится голос его отца. — Справедливо, — хихикает Хосок. — Я знаю, что ты теперь пчелка-трудяга, но приезжай к нам, когда будешь свободен, — говорит его мама. — и муженька своего с собой захвати.       Хосок улыбается на это. — Хорошо, хорошо. Мне нужно собираться на работу. — Ну, иди, собирайся тогда, — отвечает его отец. — Мы любим тебя. — И я вас люблю.       Хосок убирает телефон в карман и направляется на кухню, вливаясь в атмосферу тостов и горячего кофе. — Спасибо, — он берет кружку с кофе, которую ему протягивает Юнги с легкой улыбкой, он оставляет поцелуй на его щеке, прежде чем опирается на кухонный стол и начинает пить напиток.       Они впадают в тихое бормотание, обсуждая планы на день, в сопровождении небольших глотков кофе и поеданием тоста. Это успокаивает. — Когда мы встречаемся с Чжухоном и Минхеком? — спрашивает Юнги. — Сразу после ужина, — напоминает ему Хосок, — прошло не мало времени. — Это так. — Все нормально? — Ох, да, все в порядке, — уверяет его Чжухон, хотя все еще настойчиво тащит Хосока глубже в квартиру. — Юнги хен и Минхек хен… они просто хотят поговорить с тобой кое о чем. — Они оба в комнате Юнги хена? — Ну да, по большей части.       В этом нет ничего оригинального, и Хосок подозревал это, если учесть насколько очевидным был Чжухон. Он все равно улыбается, когда темная комната Юнги, вдруг вспыхивает ярким светом, и его соседи приветствуют его праздничным тортиком. — Юнги сказал нам, что сегодня твой день рождения! — восклицает Минхек. — хотя на самом деле он не был полностью уверен, так что это могло стать действительно неловко очень быстро. — Он прав, — смеется Хосок, когда встречается с взглядом Юнги на другом конце комнаты, — не думал, что ты вспомнишь, хен.       Юнги легко улыбается, прежде чем указывает на торт. — Задуй свечи. — Двигаемся к важному, — говорит ему Чжухон над пустой тарелкой, — тебе нужно получить твой 20 праздничный поцелуй.       Хосок задыхается ни с чего. — Не неси чушь. — Он дело говорит, — Минхек пожимает плечами. — Юнги, поцелуй его.       Юнги хмурится на своего друга. — Ну и какого хуя ты сейчас несешь? — Ты больше всех близок с ним. Типа, вы двое считай, что буквально соседи по комнате, — добавляет Чжухон. — Это вполне логично. — Да ладно тебе, — убеждает его Минхек. — Сделай это для своего милого донсэна, который все время в стрессе. — Хосок похоже готов сделать, что угодно, кроме этого, — отшучивается Юнги. И что ж… на самом деле, Хосок совсем не против. — С тех пор прошло лет шесть, верно? — спрашивает Чжухон, обнимая Хосока за плечи. — я бы взял часть ответственности за это.       Хосок фыркает. — За что, за то что у тебя хроническое апноэ во сне?       Чжухон пожимает плечами. — Если бы не мой сильный храп, способный пробивать стены и не давать тебе спать по ночам, ты бы не ходил каждую ночь спать в комнату Юнги хена. — Его слова имеют смысл, — добавляет Минхек. — не говорю о том, что это я подтолкнул Юнги на то, чтобы он разрешил Хосоку переночевать.       Юнги изгибает вопросительно бровь. — Тебе нужна подарочная карта или что?       Минхек ухмыляется. — Бесплатный стоматологический прием, было бы неплохо, учитывая, что мы свели тебя с любовью твоей жизни.       Хосок смеется на это. — Вы этого не знали. Вы двое просто были говнюками. — Если быть честным, — пытается объяснить Чжухон, — ты также не знал. — Конечно, я не знал, — Хосок улыбается, поворачиваясь к Юнги. — Никто из нас не знал.       Чжухон сдается после нескольких попыток. — Вы двое скучные. — Что ж, вечеринка окончена, — говорит Минкхек, со стоном поднимаясь с пола. — У меня задание через 3 часа. — Я пойду, побеспокою соседей или еще что-нибудь. — Чжухон вытягивает руки над головой, — с днем рождения, Сок. — Двадцатый праздничный поцелуй, — усмехается Юнги спустя время, — о чем они только думали?       Хосок просто коротко смеется на это. — Это было бы не так уж и плохо. Я не целовал никого уже довольно долгое время. — Если честно, я тоже — признается Юнги.       Хосок вздыхает. — Полагаю, у нас не было шанса выйти куда-нибудь, хах.       Юнги пожимает плечами. — Я бы так не сказал. Я просто… больше не ищу кого-либо. — Но почему? — дразнится Хосок. — У тебя уже есть кто-то на уме?       Юнги поднимает бровь, хотя на его щеках появляется легкий румянец. — С чего бы мне говорить тебе? — Да ладно, — тычет в него Хосок. — дай мне что-нибудь, раз уж ты не собираешься меня целовать. У меня день рождения.       Насмешка. — Тогда я предпочел бы поцеловать тебя.       Атмосфера вокруг них, кажется, каким-то образом меняется так, как становится смертельно тихо. — Блять, — внезапно выругался Юнги, — я имел в виду- неважно. Просто забудь, что я только что сказал. — Это что предложение? — Я-, — бормочет Юнги, — Что? — Я имею в виду, — Хосок может чувствовать, как все его лицо начинает гореть, но он, кажется, не может отступить. Совсем не хочет отступать. — Ты не поцелуешь меня?       В комнате, хотя она и наполнена грохочущим стуком его сердца, тишина. Хосок не осознает насколько близко они сидят, пока Юнги не делает резкий выдох, который он ощущает на своих губах, и это дико интимно. Почему же ему так неловко? Они буквально обнимались раньше. — Я-, — повторяется Юнги, быстро отворачиваясь, его уши ярко-красные. — Я не собираюсь делать ничего, чего ты не хочешь. — Что если…— Хосок сглатывает, вцепившись руками в подол рубашки. — Что если я…хочу?       Юнги снова поворачивается к нему лицом, глаза ищут что-то в его взгляде. — Ты хочешь..? — Я имею в виду, — Хосок смеется, слишком громко для такой тишины в комнате. — Это просто- ну, это двадцатый праздничный поцелуй, — он пытается рассуждать, хотя и не знает к чему клонит, наполовину надеясь, что случайные жесты руками каким-то образом донесут до Юнги его несуществующую точку зрения. — было бы неплохо получить хотя бы один, знаешь? Мне исполняется 20 только один раз.       Тишина. — Хорошо — У меня был огроменный краш на тебя — говорит Хосок, пока они снимают обувь. — Я думал, что Чжухон знал и хотел поиздеваться надо мной или что-то такое, но оказалось, что ни один из этих двоих идиотов также не знали. — Я также думал, — признается Юнги, когда падает на пол, откидываясь на диван. Хосок присоединяется к нему чуть позже, продвигаясь ближе. — Мне казалось, что мое сердце вот-вот выпрыгнет из задницы, — говорит он со смехом, — один только этот момент ощущался гораздо напряженнее, чем экзамены. — Все это было очень забавно, если учесть насколько уверенным идиотом ты был большую часть времени. — отвечает с ухмылкой Юнги.       Хосок яростно смотрит на него. — Твои руки буквально тряслись, когда ты схватил меня за лицо. — Это не так, — возражает Юнги. — Так оно и было, — огрызается Хосок. — Твои руки тряслись тогда, как и в другие разы, когда мы целовались после этого.       Юнги внезапно поднимает руку, чтобы мягко схватить лицо Хосока, и по привычке большим пальцем проводит по скуле. — Видишь? Не трясутся.       Хосок усмехается, хотя чувствует, как расслабляется от прикосновения. — Я тоже не нервничаю. — Даже чуть-чуть? — спрашивает Юнги, наклоняясь ближе, пока их носы не соприкасаются. — Неа, — улыбается Хосок.       Та ночь, шесть лет назад, состояла из дрожащих рук и трепета губ. Они оба сомневались, что то, что должно произойти, на самом деле произойдет, и каждое движение было наполнено нервозностью, когда они медленно наклонялись ближе, сантиметр за сантиметром, пока между ними не осталось никакого расстояния.       Теперь это самое простое, что можно представить.       Поцелуи с Юнги ощущались, как сильный дождь, и громкая, басовая, тяжелая музыка, которая кажется, контролирует твое сердцебиение, пульсируя по твоим венам. Все было в новинку, и они были наивны и глупы.       Теперь же, поцелуи с Юнги ощущаются, как будто ты падаешь в постель после горячего душа, как выпечка с кухонного стола — как дом.       Юнги слегка покусывает его нижнюю губу, прежде чем поцеловать его снова, чтобы успокоить боль. Его губы скользят к уголку губ Хосока, лениво тянутся вверх, чтобы поцеловать Хосока в нос. — Любовь всей моей жизни, — шепчет Юнги, наклоняясь, чтобы поцеловать одну из ямочек Хосока, когда улыбается, прежде чем поцеловать его лоб. — Заноза в заднице, — бормочет он.       Хосок громко смеется и падает на грудь Юнги, слегка ударяя ее. — Я тоже тебя люблю.       Он чувствует, как Юнги проводит по его волосам. — С днем рождения.