Вот такие скелеты в шкафу есть

Хоть восьмое марта и праздник, во Франции его почти не как не празднуют. Все цветы, конфеты, подарки уже подарили на четырнадцатое февраля. Так ещё и весна тут начинается только в двадцатых числах. Но только эта семья празднует этот день как праздник. Но Моника его ненавидела, хоть ей раньше и нравился этот день. А все из-за того что именно ее в прошлом муж, приучил ее семью к этому чертову празднику. Она вообще так же как и Алан, не хотела ехать, но ее уговорила тетя. Стоя около окна и смотря на улицу, Моника случайно вспомнила ее разговор с тетей, когда она ещё не улетела. — «Милая я тебя пятнадцать лет не видела. Так ещё и на звонки почти не отвечала. Ну приедь пожалуйста. О, и сына своего возьми с собой. Его вроде как Алан зовут? Я его только на фотографиях видела в твоей биографии.» Моника ходила по гостиной пытаясь как-то откупиться от тети. Сказать, что ну вот никак не сможет. — Теть, я понимаю, что мы давно не виделись, но не могла ли ты раньше позвонить и спросить о поездке. У меня куча работы если ты не знала. — «Как же так… — не веря словам племянницы произнесла Эвелин. — Твоя работа важнее семьи?» Это заставило Монику остановиться и задуматься. Как же она сейчас паршиво себя чувствует. — Нет теть. Я не это имела ввиду… — виновато произнесла американка. В руках она держала давнюю открытку, которую прислала Эвелина. Женщина посмотрела на нее, а потом и сдалась. — Эх… Так уж и быть. Приеду я к тебе вместе с Аланом. Из динамика она услышала визг и что та будет с нетерпением ждать их приезда. Так. А теперь было самое сложное. Это уговорить Алана поехать с ней. Она долго думала, но потом сдалась и просто решила, что как получится так и получиться. Но она точно не ожидала услышать его слова. — Я-то, мама, вырос нормальным! И ты нихрена меня не растила! Ты никогда! Слышишь?! Никогда обо мне не заботилась!!! Ты ничего для меня не делала, чтобы я чувствовал, что ты моя мать! Ты для меня вообще никто! Я тебя вообще не знаю и не понимаю! И я тебе никто! Так зачем я был тогда тебе нужен? А? Вот скажи. Зачем!!! Погода была угрюмая. Сырая, темная, лил дождь. А женщина была куда мрачнее самой темной тучи. У нее было много мыслей обо всем. О жизни, об этом мерзавце, о работе, о мире во всем мире, о сыне. И ее самый главный вопрос: Как он мог так с ней поступить?! Ещё и Алан его копия. Те же русые волосы, ямочки на щеках, черты лица. Самое главное чтобы он не вспомнил своего отца. Хотя… Этого не должно было случиться, она ведь уехала когда тому был год. Но что если это все же случится? Что тогда делать? Наверное ей придется рассказать кто его настоящий отец? Как же все сложно!!! Почему у нее жизнь так сложилось?! Когда ей отец рассказал о его разговоре с ее сыном, она удивилась только на половину. Ведь это не сравниться с той ссорой, которая произошла перед поездкой. И сейчас ей как и парню кажется, что они решили всё-таки жить каждый своей жизнью и не мешать друг другу. Иногда Моника вспоминает, что хотела бы, чтобы все было как раньше, но… Прошлое не изменить. Ее телефон, что лежал на кофейном столике завибрировал. Женщина обратила на это внимание и подошла к нему, подняв телефон и посмотрела кто это был. Увидев знакомый номер, она моментально нахмурилась и с явной ненавистью в глазах сбросила вызов. Тут же кто-то постучал в дверь. Ответив грубое: «Войдите» она повернулась к двери комнаты. Дверь открылась и в комнату заглянул ее отец, сказав, что все ждут ее в столовой. Та тяжело вздохнула и вышла из комнаты. По дороге в столовую, они зашли к американцу и попросили его присутствовать на ужине. Алану пришлось скрепя зубами пойти и поужинать с этой семейкой. Он и она не замечали друг друга и это хорошо. Ужин проходил для него скучно. Он просто молча исподлобья наблюдал за происходящим. После чего когда поел, сказал, что было очень вкусно, встал и ушел в закат, в свою комнату. Последующие дни в Париже были вот прямо ни какие. Алан почти не выходит из комнаты, ни с кем почти не разговаривает. Джошуа стал волноваться и пытаться поговорить с внуком, вот только тот все время отмахивался и уходил в комнату. Когда он всё-таки смог с ним поговорить в библиотеке, парень сдался и признался, что сейчас ему было немного стыдно, что не разговаривал со своим дедушкой, но он просто не мог иначе себя вести. Он признался, что собирается поскорее выучиться, поступить в колледж и уехать от матери, а когда ему исполнится восемнадцать, то уедет жить туда куда захочет. А сейчас ему очень хочется обратно в Вашингтон, потому что чувствует, что с его подругой что-то случилось. И то как он себя ведёт: холодным как лёд, очень задумчивым и неразговорчивым — это все было как он выразился, маска. На его большое удивление, старик все понял и сказал, что до их отлета, его не будут трогать. Так и случилось. Алан был признателен дедушке и оставшиеся четыре дня прошли для него спокойно. Как-то он с ним разговаривал и Джошуа сказал, что раньше занимался фехтованием. На его удивление Алан попросил его немного научить. На вопрос «зачем?», он ответил, что ему уже надоело читать и хочется немного подвигаться. Последующие дни они каждый вечер занимались на заднем дворе и так получилось, что окно Моники выходило прямо на задний двор. Так что она могла наблюдать за мальчиками, как те тренировались. Однажды когда она за ними наблюдала во время перерыва, ей почему-то снова вспомнился ее муж. Он так же с ее отцом иногда выходил на бой. Из-за этого она сильно нахмурилась, зажмурила глаза и подошла к кофейному столику, на котором лежали какие-то бумаги, документы, ручки и карандаши. Она не задумываясь, схватила карандаш и сломала его. В груди было больно. Очень больно. В её горле появился болезненный ком. Так ещё почему-то кто-то снова решил позвонил и она не задумываясь ответила на звонок. Она уже все делала на автомате. — Моника Тейлор слушает. — грозно произнесла она подойдя к окну. — Моника… — только и успел произнести знакомый голос. — Да вы уже все достали!!! — крикнула американка и сбросила вызов, кинув телефон в сторону. Она прижалась к стене и стала медленно съезжать по ней около окна, и села на пол обхватив руками ноги. В комнате было темно, а источником света было только окно. Тут послышались как капли дождя начали слегка стучать по окну, а в комнате послышались тихие всхлипы.

***

— Ладно. А как будет… — задумалась девушка. — Переведи мне: «Здравствуйте. Меня зовут Алан и я из США. Я бы хотел с вами познакомиться.» — Матрёна посмотрела на парня и поняла, что тот похоже даже и не слушал ее. Он смотрел куда-то в сторону и был далеко отсюда. — Алан ты меня вообще слушаешь? — немного на повышенном тоне спросила русская. Парень что до этого задумчивым взглядом куда-то уставившись, теперь посмотрел на подругу поднимая голову со своей руки, о которую до этого облокотился. — А? Ты что-то сказала? — Ты где это сейчас летаешь? Да и ты какой-то задумчивый. — немного обеспокоенно она посмотрела на друга. Обычно если он так задумывался, то что-то случилось. — Что у тебя снова произошло? Опять что-то с мамой? Тот закрыл глаза и закинул голову назад на подушку, тяжело вздыхая. Читает как открытую книгу. — Да… Есть такое дело. Но это не только с мамой. — А с кем ещё? — поинтересовалась та. — Ну… Сейчас я ищу подходящий момент, чтобы с ней поговорить. Но теперь мне кажется, что это до добра не доведет, а сделает только ещё хуже. Так что я решил жить дальше стараясь не замечать ее. И ещё я чувствую, что что-то случилось с Наоми. — он посмотрел на нее. — К твоей маме мы ещё вернёмся, а вот Наоми — это та самая художница? Американец кивнул: — Да. Она самая. С восьмого я чувствовал, что что-то с ней произошло, но не знаю, что именно. И это меня убивает. — парень зажмурил глаза и потянул руки к волосам немного оттягивая их. — Так-так успокойся. — попыталась его она успокоить. — Ты ей хотя бы звонил, спрашивал все ли у нее хорошо? Теперь Матрёна видела как Алан смотрел на нее таким взглядом словно говорил: «Ты думаешь я такой тупой?» — Да. Я звонил несколько раз, но она трубку не брала… И вот звонок идет… пошли гудки. Вот только они все продолжались и продолжались. — «Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоне действия сети.» — вот что только Алан и услышал. Но американец чувствовал, что должен связаться с ней и поэтому решит отправить ей сообщение. Мало ли, может занята? В школе до сих пор, например. -Алан Тейлор- Привет Наоми. Я тебе не смог дозвониться. Напиши или позвони когда сможешь. — … Уже жду не дождусь когда, я наконец вернусь в Вашингтон и первым же делом побегу на ту площадь где Наоми обычно рисует. — недовольно он произнес скрестив руки на груди. — Кстати о возвращении. Когда ты улетаешь? — Завтра утром. — на его лице наконец появилась небольшая счастливая улыбка. — А ещё я бы хотел наконец приехать в Москву. — Но ты и сам знаешь, что это будет только в конце мая. — напомнила она о не очень приятной новости. — Да я помню. Но мне что нельзя пофантазировать? Да и осталось ждать всего-то два-три месяца. — А ты уверен, что твой дядя отпустит тебя в другую страну? — не поняла та. — Не волнуйся. Я ему скажу что хотел улететь в Австралию к дяде Кортни. — То есть ты не только свою маму обманешь, но и дядю. Ой… Алан об этом не подумал. — Ну значит я с ним поговорю. Он ведь должен меня понять. Он мне стал как отец… После небольшой паузы Матрёна решила, что лучше бы снова заняться обучением друга и поэтому продолжила. Но тот очевидно не был в настроении поэтому на вопрос: «В каком падеже стоит слово…», но она не успела договорить: — А чтобы ты хотела себе на День рождения? — причем с такой улыбкой что: — Интересно, а ты сможешь понять: «Когда ты приедешь. Я тебя убью.» — Эй! — сразу послышалось от него. Это значит что он все понял.

***

Сидя в самолёте Алан не находит себе место. Он ещё до о этого куча раз звонил, писал, но разноцветная все никак не отвечала. Он все ждал когда этот чертов самолёт сядет и он вместе со своей мамашей поедет домой. Когда их провожали американцу даже было немного жаль, что они уже уезжают. По крайней мере ему понравилось общаться с дедушкой, немного с тетей его мамы и ее мужа Дениса. Но они решили эту небольшую проблему. Теперь у парня есть три новых контакта на телефоне. Когда они наконец прибыли в их особняк, парень быстро побежал к себе в комнату и бросив там свои вещи, сразу побежал на улицу через вход для персонала. С собой он взял только телефон. Сейчас ему было наплевать на то как на него смотрят косо люди. Ему вообще было до них как до лампочки. А ведь на улице было довольно холодно, а он был почему-то в лёгкой куртке. И бежал не обращая ни на кого внимания. Прибежав на площадь парень принялся искать подругу, которая как обычно должна здесь рисовать. Она всегда рисует тут. Это было ее любимое место. Но… он никого знакомого не узнал. Был вечер, морозит холод из-за ветра, пошел дождь, он промок, но все продолжал искать подругу-художницу. Спрашивал у людей не видели те художницу которая рисует картины с помощью краски из баллончиков. Те отвечали, что не видели. Алан в последний раз подошёл и спросил: — Здравствуйте. Извините пожалуйста, вы не видели девушку-художницу, которая рисует баллончиками? Она обычно всегда тут рисовала. — перед ним были мужчина и женщина, похоже пара. Они шли под зонтом и удивились увидев такого взъерошенного, промокшего пацана. — Нет извини, мы не видели. — ответила ему женщина. После такого ответа они ушли, а парень остался стоять посередине площади. Американец посмотрел вниз на мокрую плитку и обнял себя руками. Он стоял так какое-то время, а потом снова поднял глаза и стал осматриваться по сторонам, в надежде найти ее. Он вернулся домой ни с чем. Зашёл так же как и вышел. Весь мокрый, немного замёрзший. Мокрая одежда неприятно липла к телу и все о чем Алан сейчас мечтал это оказаться в любимой комнате где тепло уютно и нет никакой мамы. Утром пришлось придти в школу. Он и его друзья никак не могли не нарадоваться, потому что, почему-то не могли связаться с другом. После школы он не пошел домой. Нет. Он снова пришел на площадь с новой надеждой увидеть эти разноцветные глаза. Немного шумно, есть небольшой холод. Свистит свисток тренера. Снова тренировка, снова клюшка и шайба с экипировкой в руках у ребят из его команды. — Да где же он ходит. — прошептал Оливер смотря на команду и ища в ней их капитана. — Эй народ, а где же наш капитан?! — просил их тренер. — Он вроде как ещё в раздевалке! — ответил вратарь. — Мне сходить за ним? — спросил Мак. Тренер кивнул и парнишка подъехал к бортику и направился в раздевалку. В это время Алан сидел весь одетый и готовый уже как десять минут. Он сидел держа в руках шлем, а рядом на скамейке лежала его клюшка. Он сидел смотря на шлем думая о чем-то, как тут услышал как кто-то подходил к двери и как кто-то звал его, стал быстро одевать шлем: — Ал, где ты ходишь? Все уже тебя ждут! Как только он хотел зайти в комнату как перед ним показался их капитан застегивая шлем и держа в руках клюшку. — Пошли скорее, а то мы и так задержались. — холодно произнес тот не обращая внимания на обескураженный вид его партнёра и друга по команде. Мак ничего не ответил, лишь пошел за другом. В став коньками на лёд, парень посмотрел на друзей и на своего дядю и приготовился к тренировке. Вот только для Алана она прошла очень тяжело, а обычно она очень легко ему давалась и после ее окончания он всегда чувствовал себя ещё не уставшим, а был полон энергии, но сегодня похоже был не его день. Он не замечал шайбу, иногда не слушал то что говорил тренер, падал и вообще казалось что его словно подменили, витал где-то. Все замечали в нем эту странность и подходили спрашивали, но тот отмахивался и ничего не говорил. После окончания тренировки, дядя первым делом подошёл к нему, хотя тот очень рвался уйти отсюда как можно быстрее всех. — Алан пожалуйста, останься. — попросил канадец. Алан остановился. Спокойно вздохнув, он попытался успокоиться и развернулся к дяде, смотря на него немного равнодушными глазами. Тот подошёл к нему и положив руку на левое плечо спросил: — Алан, что-то случилось? Парень посмотрел на его руку, а потом и на самого тренера. — Нет. Все в порядке. Просто день не удался. — пожал американец плечами. — Ну ладно. Тебя может отвести домой? — Да нет. Я и сам справлюсь. Мне все равно нужно подумать. — попытался тот выдавить из себя фальшивую улыбку и это похоже получилось. Он сам заметил, что сказал немного на русском. В последние дни он как-то случайно на него стал переключаться. — Хорошо как хочешь. Выйдя из здания, Алан как обычно осмотрелся. Снова дождливо, сыро и мокро. И он не взял зонт. А зачем? Ему нравилась такая погода, да и под зонтиком ему не очень удобно. Накинув капюшон, он вставил один из наушников в ухо, пошел как обычно самым длинным путем. Он включил одну песню, которая словно подходила под него. Он почему-то чувствовал себя разбитым и одиноким. Хотя знает, что рядом есть друзья, тетя, дяди, дедушка, но не она… Смотря на волнующие волны он вслушивался в песню. Хоть она и была на английском, он подпевал на русском. — …Хорошо, что ты разбит, Так же разбит, как и я, Возможно, я из-за этого дурочка, Хорошо, что ты одинок, Так же одинок как и я, Я могла бы быть одинокой с тобой. Жизнь — не наша любимая песня о любви, Все мы проплывающие мимо кусочки, Жизнь — не наша любимая песня о любви, но мы можем попытаться, Склеить разбитые кусочки, одним за другим. Хорошо, что ты разбитая, Такая же разбитая, как и я, Возможно, я из-за этого дурак, Но хорошо, что ты одинокая, Такая же одинокая, как и я, Я бы мог быть одиноким с тобой… Тут краем уха он услышал, что кто-то похоже ахнул. Он мог подумать, что эта была какая-то парочка, и что девушка этого счастливчика возможна сказала «да» или ей подарили какой-то подарок, от которого она потеряла дар речи. Но… Нет… Он услышал как кто-то бежал в его сторону, наступая на лужицы. Парень не обращает на это внимание и просто стоит и смотрит на эти темные волны. Как тут услышал: — Oh dios mio… Alan!!!* И в туже секунду на него кто-то сзади накинулся и крепко обнял. Тот кто его обнял начал, что-то непонятно говорить и шмыгать носом. Ал повернул голову и тут же увидел мешковатую шапку. Этот кто-то поднял голову и он встретился с разноцветными глазами и веснушками. Произошёл какой-то «дзинь» и Алан в туже секунду ее обнял в ответ. Им не надо было ничего говорить. Они все понимали. Они просто стояли наслаждались погодой и присутствием друг друга. Все также внезапно Алан услышал всхлипы и прижал ее сильнее к себе, как будто боялся потерять то, что так долго искал. Он гладил ее по спине успокаивая и шепча, то что он здесь рядом, приехал, жив и здоров. — Наконец-то ты приехал. — тихо произнесла мексиканка-американка, ее также немного приглушал и дождь, и ее всхлипы. — Наоми, все хорошо. Я жив, здоров и долго тебя искал. — Искал? — переспросила она смотря на него. — Да. Очень долго. Я приехал почти две недели назад и все это время пытался тебя найти. — взглянул он в эти глаза. — Где ты все это время была? — но вместо ответа он увидел новую порцию слез. Парень снова прижал ее к себе и пытался успокоить. — Господи, Алан, ты приехал. Я места себе не находила. Я так устала. Мне было больно… — Нао все хорошо. Я теперь рядом с тобой. Все будет хорошо. — Нет. Ничего не будет хорошо! — О чем ты? — он оторвался от нее оставляя руки на ее плечиках и смотря на нее вопросительными глазами. Та опустила глаза вниз. Тут он заметил большие синяки под глазами, бледную кожу, и пару синяков на шее. — Похоже нам надо поговорить. — серьезно сказал американец и обняв подругу за плечи пошел вместе с ней в одно место. Они пришли к кафе и паренёк заказал чай с булочками. Хоть они оба и были мокрыми, сейчас это ни Алана, ни Наоми не волновало. Как только им все принесли, русоволосый произнес отодвинув одну из кружек девушке: — Рассказывай, что с тобой произошло за это все время. Девушка посмотрела на белую кружку, а потом и на друга. Обхватив ее руками, она начала рассказ. Она рассказала, что ее тетя перешла все границы. Она начала угрожать разноглазой. Откуда-то она узнала как девушка зарабатывает и… На этом Наоми снова не удержалась. Парень лишь подсел к ней чуть ближе и обнял ее. А та вцепилась за него как за спасательный круг. Он начал злиться. Он больше не мог терпеть этого. — Наоми. — обратил он на себя внимание. — Идём.

***

Читая книгу в гостиной, Моника иногда посматривала на часы. Уже довольно поздно, а Алан все никак не приходил. Она делала вид, что ей на него глубоко наплевать, но это не так. Тут она услышала как открылась входная дверь и как кто-то прошел внутрь. Это похоже был ее сын. Наверное как обычно кинет на нее свой пронзительный взгляд и ничего не говоря уйдёт к себе наверх. Но что-то было не так. Слышались и другие шаги, какие-то неловкие. Алану приходилось каждый день проходить мимо мамы из-за того что нет другого способа попасть в свою комнату. Сейчас как Моника слышит, Алан взял того за руку и быстро повел в гостиную. Они зашли и шаги тут же прекратились. Тейлор сделала вид, что не заметила их. — Мам. — требовательно произнес Алан стоя перед ней. Женщина усмехнулась. Чего это он вдруг к ней обратился? Оторвав глаза от текста Моника посмотрела прямо перед собой. Перед ней был ее мальчик, мокрый, опять. Но не один. Сзади него стояла какая-то, девка которая смотрела куда угодно, но только не на хозяйку дома. Девушка тоже была мокрая и как бы пряталась за спиной своего друга. Как будто боялась. Женщину это удивило и она с щурила глаза, строго посмотрела на сына, спросив: — Алан. Кто это? Американец также смотрел ей в ответ и ответил: — Это моя подруга и ей нужна помощь. Моника отложила книгу, встала с дивана и подошла с этим двоим. Скрестила руки, Алан сделал также, и спросила: — И какая же? — она говорила и смотрела на них равнодушно. Парень почувствовал, что подруга сильно волновалась и взял ее за руку. Посмотрел на мать и все быстро в кратце рассказал, что с ней случилось. На его большое удивление, его мать широко раскрыла свои зелёные глаза и позвала прислугу: — Мэри! Подойди пожалуйста. — сразу к ней быстренько подошла девушка лет возможно тридцати в своей форме. — Мем. Вы меня звали? — спросила та. — Да. Отведи эту девочку в ванную, дай ей одежду и освободи ей отдельную комнату. — Хорошо. — кивнула та и подошла к Наоми попросив пройти за ней. Разноглазая испуганно посмотрела на друга не зная что делать. Тот кивнул ей идти и та аккуратно пошла по плитке за той которую назвали Мэри. Прошло несколько минут, чтобы потом Моника сказала: — А теперь расскажи подробнее, что с ней случилось. Теперь очередь удивляться Алану. Ведь его мама сказала это без какого либо холода. Тот рассказал во всех красках как он с ней познакомился, какая у нее была семья, что с ней случилось, и рассказал все что он о ней знал. Женщина слушала его очень внимательно не перебивая. — … Не зная что делать в тот момент, я решил привести ее сюда. — тут он решил быть немного храбрее. — Честно признаться я думал, что когда ты ее в первый раз увидишь, то выгонишь на улицу. — Понятно… — задумчиво произнесла Тейлор. — Я помогу твоей подруге. — тут она тоже решила быть храбрее. — Знаешь. Хоть ты и знаешь меня как строгую тётку, я не такая. Если хочешь, мы потом можем поговорить по душам. Мне надоело, что все это с нами происходит. — после этого она ушла куда-то, а парнишка завис. Он не мог поверить…