i trust you

Всё внутри Эрена узлом вязалось, пока они добирались до замка. Внутри оказалось тепло, и горячий воздух добродушно принял его, замёрзшего с улицы, в свои объятия, но Эрен не смог оценить этого по достоинству из-за нараставшего волнения. Неподалёку он заметил Имир с Хисторией, которые весело над чем-то смеялись, стоя у стены. Наверняка выжидали момента, пока толпа рассосётся, и они смогут улизнуть, чтобы побыть наедине. Отлично. — Эй, я быстро сбегаю отдам Хистории подарок, — сказал Эрен, повернувшись к друзьям. — М? По какому поводу? — вскинула голову Микаса. — Помнишь, я недавно поздно вечером ходил в Совятник отправить письмо? — Эрен почесал затылок, глупо улыбнувшись. — Я отрубился прямо там. Хистория разбудила меня, возвращаясь в гостиную. Только благодаря ей я не нарвался на Филча тогда. — Богиня, — пробормотал Армин. — Так что я хочу хоть так отблагодарить её. Встретимся в гостиной, хорошо? — Отлично, — отозвался Арлерт и потянул Микасу за собой, не дожидаясь её протестов. Эрен же развернулся на пятках и поспешил в сторону девушек. — Эй! У меня есть кое-что для вас. Хистория просияла, и её лицо озарила одна из тех самых улыбок, которые заставляли людей чуть ли не преклонять колено перед ней в восхищении. — Да? Серьёзно? — Ага. Я был должен тебе за то, что помогла нам с Леви недавно, так что наслаждайся, — он с улыбкой передал ей тыквенные пирожки. — Я не знал, что ты любишь, так что взял наугад. О, и… — он ткнул за спину большим пальцем, — если кто-то будет спрашивать, это в знак благодарности за то, что разбудила меня, когда я заснул в Совятнике. Ну или что-то в таком духе. — А для кого всё остальное? — спросила Имир, буквально засунув свой нос в пакет. — О, это… Это для Леви, — внутри снова затянулся узел, но он умудрился спросить: — Где он… кстати? — Ох, Эрен, — Хистория широко распахнула глаза, и сердце Эрена словно с высоты башни упало на каменный пол. — Где он? — лицо Эрена побелело. Ничего плохого не могло с ним случиться, ведь так? Он очень сильный. — В лазарете, — выпалила Имир. — Он не при смерти, но выглядит неважно. — Я пойду, — Эрен с трудом проглотил образовавшийся в горле ком. — Он будет рад тебя видеть, — сказала Имир, кивнув в сторону нужного коридора. — Иди. Ему не нужно было повторять дважды, поэтому уже спустя пару секунд Эрен нёсся по коридору в сторону лазарета, засунув пакет со сладостями под мышку, чтобы направить всю энергию в бег. Леви пострадал. Блять, Леви пострадал. Насколько сильно? Он заболел или же кто-то намеренно уложил его в больничную койку? Эрен отчаянно пытался заглушить все мысли, что роились в его голове, но они наоборот носились всё быстрее по мере того, как он ускорялся, и стучали бешеным ритмом в висках. Добравшись до дверей лазарета, он притормозил. А хотел ли вообще Леви видеть его? Он понадеялся, что Имир сказала правду, и толкнул дверь, проходя внутрь. Обеспокоенная на вид мадам Помфри тут же подлетела к нему: — Что у тебя болит? — Ничего, я пришёл навестить Леви. Где он? — О, тот мальчик-слизеринец? — спросила она. — Он вон там, дорогой. — Что произошло? — Эрен едва ли контролировал свой трясущийся голос. Блять, Леви был здесь, значит он точно пострадал, а значит… Эрен заставил себя перестать думать, чтобы мысли вновь не превратились в хаотичный ураган, запертый в черепной коробке. — Его состояние пока нестабильное, дорогой. Я ни в чём сама не уверена. Это было своего рода проклятье, которое сломало ему парочку костей, — она отдёрнула штору, и Эрен не смог сдержать вздоха. — Я раньше ничего подобного не видела… Леви, невероятно бледный и осунувшийся, определённо спал, но его лицо никак нельзя было назвать умиротворённым, потому что периодически оно искажалось короткой болезненной гримасой. — Ему нужен отдых, так что, пожалуйста, дай ему поспать, — объяснила мадам Помфри. Эрен кивнул, потому что ком в его горле не давал сказать ни слова, и прошёл в отгороженную шторами зону. Мадам Помфри сразу же прикрыла её, оставляя их наедине. Эрен прошёл к кровати, ведя рукой по мягким белым простынями, и остановился в паре сантиметров от ладони Леви, перемотанной бинтами. Его нога, накрытая одеялом, наверняка была загипсована. Пребывая в состоянии шока, Эрен плюхнулся на стул рядом с изголовьем. Вспомнив про пакет, он опустил на него взгляд и принялся перекладывать сладости по одной на прикроватную тумбочку. Леви выглядел ужасно, но что-то подсказывало Эрену, что могло быть куда хуже. Леви не был из тех, кто косячит с заклинаниями и калечит себя. И он определённо не из тех, кто пробует такие сложные заклинания с опасными для жизни побочными эффектами. Нет, на Леви напали. Эрен до крови прикусил губу. Боже, он так хотел прикоснуться к Леви. Проверив штору, он потянулся к его руке, переплетая их пальцы так бережно, словно любое неосторожное движение могло навредить Леви. Подумав, Эрен поднёс холодную руку к лицу и, зажмурившись, прижался к ней губами. — Эрен? — Леви смотрел на него затуманенным взглядом, когда Эрен распахнул глаза. — О, прости. Я не хотел… прости, — он вернул руку Леви на место, но не отпустил. — Всё хорошо, — вздохнул Леви, снова прикрывая глаза. Его голос звучал немного хрипло, словно он подхватил ангину, и у Эрена защемило сердце. Леви приоткрыл один глаз, глянул вниз на их сцепленные руки, и тогда уже Эрену пришлось отпустить. Слизеринец предпринял попытку подняться, но его быстро остановили. — Нет-нет, тебе нужно отдыхать. Прекрати. — Да я в порядке, — Леви старательно отмахивался от его длинных рук. — Что ты здесь делаешь? — Имир сказала, что ты в лазарете, — пробормотал Эрен, позволяя-таки ему усесться. — Хотел убедиться, что с тобой всё в порядке. — Порядок. Не в первый раз я ломаю ногу и ещё чего-то там, — вздохнул Леви и посмотрел на парня. — Эй, снова это выражение лица. Тебе нужно посрать? — Нет! Нет, я просто… — Эрен отвёл глаза, потому что смотреть на слизеринца слишком долго и не чувствовать себя ужасно было невозможно. — Как ты можешь быть таким спокойным? На тебя направили сраное проклятье, Леви! — Эй, потише, а то медсестра выгонит тебя, — Эрен захлопнул рот, но руки всё ещё сжимались в кулаки. Не сломанные кости беспокоили его, хотя при мысли об этом у Эрена ныло в груди сильнее, чем он был готов признать, а тот факт, что Леви пострадал вследствие чего-то, чего-то заранее спланированного. — Почему тебя это так сильно заботит? — Кто это сделал? — шепнул Эрен. — Это была та троица, ведь так? — Не знаю. Что-то было в том проклятье или заклинании… из-за него я практически ничего не видел. — Брехня, — выпалил Эрен быстрее, чем сообразил. — Ты прекрасно знаешь, что это они. — Знаю, — прошептал Леви. — Но у меня нет никаких доказательств. Я даже не могу рассказать, что помню их, потому что помню только силуэты. И звуки. Даже их голоса были неразборчивыми. Эрен вдруг опустил голову, сильно зажмурившись и спрятав лицо в ладонях. — Это всё я виноват. Они привязались к тебе из-за меня. — Всё хорошо, Эрен, — пробормотал Леви и подался вперёд, сжимая его запястье. — Как я уже говорил, я в порядке. Они просто застали меня врасплох. — Как… как они могли… — он выпрямился и встретился с Леви взглядами. — Это проклятье очень опасное? Ты знаешь, могло ли оно тебя… — Убить? — закончил за него Леви. — Мадам Помфри сказала, что всё будет хорошо. Возможно, меня даже выпишут к завтрашнему дню. — Это здорово, — с облегчением улыбнулся Эрен. — Это очень здорово. Леви улыбнулся в ответ, но он по-прежнему выглядел уставшим. Эрен честно старался не надоедать слишком сильно, но провалился, приблизившись к слизеринцу и уперевшись лбом ему в грудь. — Прости меня. Мне так жаль. Он замер, почувствовав, как пальцы зарываются в его волосы. Было приятно, успокаивающе, отчего сердце Эрена забилось в два раза быстрее. — Всё хорошо, это вовсе не твоя вина, — Эрен прикрыл глаза от удовольствия, подаваясь навстречу ласковым движениям. Ладони Леви были грубыми от мозолей, но пальцы — мягкими, что удивляло Эрена всякий раз, как их руки соприкасались, например, во время занятия по зельеварению. Вдруг рука Леви замерла, но он не убрал её от головы Эрена. — Кстати, что всё это? Приподняв голову, Эрен проследил за взглядом Леви, направленным на груду сладостей на прикроватной тумбочке, и вспомнил, наконец, зачем вообще сюда пришёл. — О, я принёс это для тебя, раз уж ты не смог лично попасть в Хогсмид, — выпрямившись, он достал две упаковки шоколадных лягушек. — Пробовал таких когда-нибудь? — Похоже на то, за чем гналась одна девчонка из Гриффиндора. Она так громко орала, чтобы оно вернулось, и она могла его съесть, — Леви держал в руках коробку и морщился. Саша. — Да, скорее всего это оно. Вот, — Эрен открыл одну из упаковок и подцепил лягушку прежде, чем та успела выпрыгнуть из рук. — Теперь можешь есть. — Она… она живая, что ли? — Леви, кажется, был в ужасе, что заставило Эрена поперхнуться смешком. — Не, они просто заколдованы, чтобы прыгать, как настоящие, — он передал лягушку Леви, после чего открыл свою и демонстративно откусил кусочек. — Выдиф? Это фоколад. — Не болтай с набитым ртом, — предупредил Леви, но тоже осторожно кусил. — Вкусно? — Леви согласно кивнул, и Эрен потянулся за новой сладостью. — У меня есть ещё куча всего. Пробовал драже Берти Боттс на любой вкус? — Не думаю. — Тогда, ох, у меня для тебя уготовано целое приключение. Эрен принялся выкладывать все сладости, что принёс с собой, Леви на коленки и попутно объяснял, что это такое, какое оно на вкус и, что главное, как это есть. Поедание сладостей в магическом мире было целым искусством. Леви слушал внимательно и пробовал абсолютно всё, что Эрен ему предлагал, хотя он наотрез отказался есть драже, после того, как ему попался боб со вкусом блевотины. В какой-то момент Эрен заметил, что глаза слизеринца начали слипаться. Он продолжил тихо говорить до тех пор, пока голова Леви не опустилась на грудь, после чего он прибрал все обёртки и коробочки обратно в пакет. Затем он поправил подушки, чтобы Леви было удобнее, и подоткнул одеяло. Эрен заметил, что теперь во сне Леви издавал хоть какие-то звуки, и понадеялся, что тот не впал в диабетическую кому. Поразмыслив, Эрен всё же потянулся вперёд и убрал со лба Леви тёмные прядки. У него было невероятно красивое лицо, и Эрену было так жалко, что он прятал его так часто. Вот что странно: Леви был некрупным, но он никогда не казался слабым или хрупким. Наоборот, вокруг него витала особенная аура силы, которая заставляла остальных бояться. Поэтому видеть его таким, бледным и неровно дышавшим, было просто невыносимо. Незаметно его рука скользнула на щёку, касаясь мягкой бледной кожи. Взгляд Эрена упал на губы Леви, слегка приоткрытые во сне, и он вспомнил, как очаровательно изгибались они в улыбке. Нагнувшись, Эрен оставил короткий поцелуй на его лбу. — Спокойной ночи, Леви. Леви что-то буркнул во сне, заставив Эрена подскочить от страха, но не проснулся. Он облегчённо вздохнул и поднялся на ноги, которые всё ещё были немного ватными. С каждым днём он тонул всё быстрее. Он теперь вообще не знал, что ему делать. Всякий раз, когда он находился рядом с Леви, всё в его груди замирало, и дышать становилось невозможно, но стоило ему побыть в стороне какое-то время, боль умножалась в два раза. Эрен пытался убедить себя, что всё это просто глупая влюблённость, что это пройдёт, но на самом деле ему так не казалось. Он замер, сжимая в руке край шторы, и обернулся в последний раз. Он отчаянно хотел рассказать обо всём Леви. Выложить все свои чувства перед ним и позволить ему решать самому. И, конечно же, он надеялся, что Леви ответит ему взаимностью. Потому что от одной мысли, что он может его отвергнуть, Эрену становилось жутко.

***

Леви взбежал по ступенькам в Совятник, сжимая в руке письмо. Его выписали из лазарета буквально на днях. Мадам Помфри была настоящей волшебницей — поставила его на ноги за несколько недель, и теперь он мог спокойно передвигаться без помощи костылей. Как только он толкнул дверь, совы с довольным уханьем окружили его, но он моментально выцепил среди них сиявшее в лунном свете белое оперение Кушель. Леви улыбнулся, когда она привычно опустилась к нему на предплечье. — Ну здравствуй, красавица. Холодно тут, правда? — Кушель потёрлась о его руку, когда он потянулся, чтобы потрепать её по голове, после чего уверенно взяла в клюв протянутое письмо. — Отнесёшь его родителям Ханджи, хорошо? Сова согласно ухнула прежде чем взлететь в темноту ночного неба. Леви проследил за ней со вздохом, потому что то, как она совершенно бесшумно скользила по воздуху, выглядело поистине грациозно. Воцарившаяся умиротворённая тишина вдруг была нарушена чередой проклятий, послышавшейся откуда-то из глубины. — Да отвали! Что я сделал не так сейчас? — Эрен, спотыкаясь, вышел из стайки всполошившихся сов с враждебно настроенной бурой совой, восседавшей прямо на его макушке и наверняка больно щипавшей его за волосы. Эрен вскинул руки, стараясь скинуть её. — Титан! Отпусти! — Тебе помочь? — спросил Леви, подходя ближе. Йегер тут же замер, в отличие от его совы, которая, пользуясь случаем, перелетала на голову Леви. — Прости, это Титан, — Эрен подскочил к нему, но Титан только сильнее впился когтями в голову Леви, дав понять, что покидать её он не собирался. — Титан! Отвали от него! — Ничего страшного, — быстро уверил его Леви, а Титан злобно ухнул в сторону хозяина. — Он обычно не ведёт себя так с чужими. Маленький кусок говна. — Полагаю, он твой? — Леви наверняка выглядел уморительно с совой, сидевший прямо у него на голове, но его это волновало не сильно. — К сожалению, да, — нахмурился Эрен и потянул руки, чтобы схватить Титана, но был тут же укушен за палец. — Да блять, ты будешь сотрудничать сегодня или нет? Леви не сдержал усмешки, потому что Эрен стоял перед ним и злобно буравил взглядом крошечную сову, которая наверняка также злобно пялилась на него в ответ. Леви поднял руку и нашарил голову Титана, похлопав легонько по ней. — Ничего страшного. Он просто дурачится, так? — Ладно, сиди там, — вздохнув, Эрен опустил взгляд вниз и нахмурился, словно только сейчас заметил там Леви. — Стоп, а что ты тут делаешь? Тебе разве можно вставать? — Всё уже почти прошло. Ноги-руки в порядке, так что я решил, что справлюсь с отправкой письма, — подняв немного голову, Леви почувствовал, как Титан подвинулся, чтобы не упасть. — А ты почему здесь? — По той же причине, что и ты. Нужно отправить письмо маме, — он вдруг широко улыбнулся. — Прости, я не могу воспринимать тебя серьёзно. — Я тоже. Поможешь снять его? Эрен рассмеялся и выставил вперёд руку, чтобы Титан с довольным ухом перепрыгнул на неё, наконец-то сотрудничая с ними обоими, но как только Йегер попытался сдвинуться с места, протестующе закричал. — Ну теперь-то что? — Титан ухнул на него и ткнул клювом в сторону Леви. — Я понятия не имею, что ему нужно. — Может… это? — Леви подошёл совсем близко, наклоняясь и предлагая Титану своё плечо. Тот довольно ухнул и перепорхнул на него. — Видишь? Всего-то. Титан вскоре спрыгнул с его плеча и исчез среди других сов. Леви поднял голову на Эрена, плечо которого всё ещё прижималось к его плечу и согревало на пронизывающем холодном ветру. Рука Эрена так и застыла неподвижно в согнутом положении. — Эрен? — Клянусь, эта сова меня ненавидит, — свободной рукой он прикрыл глаза. — Правда? — усмехнулся Леви, чувствуя, как он плотнее прижался к нему. — Мне кажется, он милый. Напоминает тебя во многом. — Жопа, — Эрен покачал головой. Леви усмехнулся, отворачиваясь, чтобы спрятать улыбку от Эрена, но тот уже её заметил. Внезапно он почувствовал, как рука гриффиндорца соскользнула вниз, обнимая его за талию и притягивая ещё ближе так, что они оказались почти нос к носу. — Ты такой тёплый, — он прикрыл глаза от удовольствия. — Правда? Это хорошо, — прошептал Эрен. Приоткрыв один глаз, Леви заметил, что их лица разделяла всего пара сантиметров. Эти чёртовы глаза. — Не против, если я…? — О, делай, что хочешь, — настоял Эрен, и Леви шагнул к нему в объятия, прижимаясь к груди. Леви редко чувствовал себя комфортно в компании других людей. Раньше он ненавидел прикосновения, да и сейчас не был их фанатом, но Эрен показал, что они могут быть довольно приятными. От него приятно пахло корицей и тыквой, поскольку совсем недавно он ужинал в главном зале. — Леви… — Эрен неожиданно глубоко вздохнул. — Мне нужно кое-что сказать тебе. Отстранившись немного, Леви поймал на себе пронзительный взгляд изумрудных глаз. — Говори. — Ага. Я, эм… — Эрен покрепче сжал его талию. — Мне было до усрачки страшно. Тогда, когда ты попал в лазарет. Я просто… — он сглотнул. — Я был в таком ужасе, Леви. Я так сильно боялся, что потеряю тебя, потому что… — Почему? — шепотом спросил Леви, вскинув голову и снова подметив то, как они близко. — Потому что я переживаю за тебя, Леви, — пробормотал Йегер, отводя взгляд. — Я так испугался, что ты умрёшь, и я даже представить себе не мог, что мог тебя потерять, потому что я слишком сильно о тебе переживаю, и… — Эрен покачал головой, и Леви заметил, что его кожа приобрела розовый оттенок, который распространялся по щекам до кончиков ушей. — Прости меня, Леви. Ты мне очень, очень нравишься, и я очень, очень за тебя переживаю. — Я тоже переживаю за тебя, Эрен, — прошептал в ответ Леви. Пронзительный взгляд глаз Эрена снова прожигал его, но Леви держался твёрдо. — Ты же знаешь, да? Ты очень важен для меня. — Да? — моргнул Эрен. — Конечно, — мягко улыбнулся Леви и снова почувствовал, как руки Эрена обхватили его ещё крепче. — Ты один из самых близких друзей, которые у меня есть. И я даже представить не могу, сколько раз ты мне помогал. Я был бы настоящим придурком, если бы ты мне не нравился. — Ох, да. Я всегда рад помочь тебе, Леви, — Эрен снова отвёл взгляд. — Взаимно, — шепнул он в ответ и опустил голову на плечо Эрена, буквально впитывая всем телом его тепло, но тот вдруг ослабил хватку, практически отпуская руки. — Эрен, что-то не так? — Нет, — вздохнул Эрен. — … я могу сказать кое-что? — Тебе не нужно спрашивать разрешения, — пробормотал Леви. — Неважно, что… эта троица постарается сделать… я им не позволю, — его руки скользнули вверх от бёдер Леви до его спины, пока одна из них ни замерла у основания его шеи, слабо сжимая затылок. — В этот раз я смогу тебя защитить, Леви. Обещаю. Даже не волнуйся о них, хорошо? Леви нахмурился, не ожидая ничего хорошего от его тона, но кивнул. — Хорошо.

***

Леви сидел за партой в классе зельеварения и старательно смешивал ингредиенты в ступке. В этот раз была его очередь пробовать получившееся зелье, так что лучше бы ему нигде не залажать. — Итак, можете подойти к доске и взять ростки. Их уже можно заваривать в зелье, — проговорил Снейп. — А пока ваши партнёры пусть возьмут побеги в конце класса. Измельчите их вместе как можно тщательнее. — Схожу за побегами, — буркнул Эрен, поднимаясь. Леви отложил в сторону ступку и пестик, так же вставая, и окинул класс взглядом в поисках этих самых ростков. Он всё ещё не до конца разбирался в ингредиентах для зелий, и не понимал, как вообще волшебники смогли откопать все эти странные травы, но превращать всю эту непонятную кучу в настоящее рабочее зелье было здорово. Взяв ближайшую к нему связку ростков, он развернулся и направился было к своему месту, но вдруг остолбенел. Прямо около их с Эреном парты стояла Анни и заглядывала в их зелье. В её руках было зажато что-то тёмное, и она в явном замешательстве держала его прямо над котлом. Леви оглянулся, чтобы проверить, не видел ли этого Эрен, но тот был слишком занят болтовней с Микасой. Тогда он вновь переключился на Анни. Та как раз бросила тёмного цвета листья в котёл и ушла, словно ничего не произошло. Зелье забурлило, окрашиваясь в чёрный, но так же быстро вновь пришло в норму. Тогда Леви бросился к котлу, откладывая ростки в сторону, и ложкой попытался почерпнуть листья, наверняка испортившие зелье, но те, видимо, уже давно растворились. Он глянул на Снейпа, намереваясь пожаловаться на Анни, но проблема была в том, что их зелье снова было нормального синего цвета, а все доказательства в нём растворились. Леви плюхнулся на стул, безнадёжно вздыхая. Вскоре к нему подошёл Эрен. Он потянулся к зелью, но Леви резко перехватил его запястье и глянул предостерегающе. — Анни была здесь только что. — А? — Анни. Она подошла к котлу и бросила… что-то в наше зелье. Не знаю, что это было, но выглядело неприятно. Эрен прикусил щёку изнутри, как делал всякий раз, когда серьёзно о чём-то задумывался. — Ты уверен? — спросил он после небольшой паузы. — Оно выглядит таким же. — Да, уверен. Я знаю, что видел, — Леви медленно отпустил руку парня. — Я бы не стал тебе врать, Эрен. Эрен посмотрел на зелье, хмурясь, потом на Леви, потом на Снейпа. — И что нам делать? Анни — отличница. Никто не позволит нам пожаловаться на неё без каких-либо доказательств. — Снейп мне не поверит, — пробормотал Леви и вздохнул, проводя рукой по волосам. — Придётся мне просто выпить его и надеяться, что там не смертельный яд. — Нет! Ты умереть можешь! — прошипел Эрен, и Леви застала врасплох та злость, что мелькнула в его взгляде. Эрен снова поднял глаза на Снейпа. — Какие ещё у нас варианты? — вздохнул Леви. Эрен плотно сжал челюсти, глядя на плававшие на поверхности бурлящего зелья побеги, и вдруг ударил ладонями по столу, после чего вскочил так быстро, что его стул едва ли не перевернулся. Он поднял руку, привлекая внимание Снейпа, и Леви попытался усадить его на место, прошипев: — Что ты творишь?! — Да, Йегер? Говорите, что хотели, раз уж вы сумели таким наглым образом привлечь внимание всех, — Снейп зыркнул на Эрена, но тот не сжался от этого взгляда, как обычно. Он прочистил горло, заставляя всех остальных сесть по своим местам. — Анни подсыпала что-то нам в зелье. — Это серьёзное обвинение, Йегер, — проговорил Снейп, растягивая слова. — Что это было? — Не знаю, сэр, — Эрен опустил глаза на Леви, не отворачиваясь от Снейпа. — Вы видели, как она это сделала? — Не лично, сэр, нет, — признался Эрен, и Леви буквально почувствовал, как же быстро всё катится под откос. — Но она это сделала. Я это знаю. Снейп снова на него зыркнул, явно не веря ни единому его слову, но продолжил, громко цыкнув: — Не очень-то убедительное доказательство, Йегер, — глаза профессора блеснули, и Леви почувствовал плохо скрываемую в них злобу, отчего кровь стыла в жилах. Он с трудом остановил себя от попытки закрыть собой Эрена, встав между ними. — Вы уверены в этом? — Да, сэр, — Эрен снова посмотрел на Леви, и все остатки сомнений испарились. — Я уверен. Снейп встряхнул рукавами и скрестил руки на груди, выгнув бровь. Леви с презрением оглядел самодовольное выражение на его лице. — Отлично, — Снейп вытянул руку, указывая на их котёл. — Тогда выпейте. Глаза Леви на лоб полезли, но на лице Эрена не дрогнул ни один мускул. Как он это делал? — Если вы меня обманываете, Йегер, я отниму 25 очков от Гриффиндора и отправлю вас отрабатывать наказание за то, что вы прервали занятие из-за сумасшедших обвинений в сторону одного из лучших студентов, — отчеканил Снейп, и каждая голова в этом классе друг за другом повернулась на Эрена. Казалось, что напряжение возросло до такой степени, что его можно было резать ножом, но Леви с восхищением наблюдал за тем, как хорошо Эрен держался под таким давлением. — Эрен, нет… — Микаса даже подскочила со своего места. — Да, сэр, — Эрен подхватил черпак и налил зелье себе в чашку без раздумий, но не успел он поднести её к губам, как Леви перехватил его за запястье. — Не делай этого, — прошептал он. Эрен отцепил его руку, и в тот момент Леви понял, что его уже не переубедить. Он глянул вниз на чашку у себя в руках и впервые засомневался. — Как будете готовы, Йегер. — Не делай этого, Эрен! — на этот раз Армин вскочил со своего места в другом конце класса. Эрен уставился на чашку, но потом его мягкий, даже извиняющийся взгляд плавно скользнул по лицу Леви. — Лучше это буду я, чем ты. Он запрокинул голову и одним глотком осушил чашку. Весь класс замер в гробовой тишине, когда Эрен опустил чашку на стол, всматриваясь в её дно в какой-то прострации. Взгляд Леви был прикован к его лицу, и он не дышал всё то время, пока Эрен разглядывал донышко чашки, словно ожидал, что что-то произойдёт. Такого не могло быть. Анни подкинула что-то им в зелье, Леви своими глазами это видел, и теперь Эрен получит наказание за то, в чём был не виноват. Эрен прочистил горло, затем посмотрел сначала на Леви, потом на Снейпа. — Кажется… всё нормально, сэр. Ребята разочарованно простонали, а Снейп покачал головой, цыкнув. — 25 очков, Йегер. И подойди ко мне после урока. Эрен кивнул. Его лицо вспыхнуло румянцем, когда остальные начали хихикать над ним, и его взгляд, полный жгучего чувства предательства на дне, опустился на Леви. Он открыл рот, чтобы сказать что-то, что-нибудь, но Снейп перебил его. — Вы можете сесть, Йегер. — Да, сэр, — выплюнул он, плотно сжав зубы. — Эрен, я… — в груди Леви больно сжалось сердце. Эрен вдруг закашлялся, напугав всех в классе, и казалось, что он сам удивился не меньше. — Ах… простите, сэр, я не знаю, что… Он прервал себя очередным кашлем. Он кашлял снова, и снова, и снова, с каждым разом всё более хрипло и болезненно. Вскоре это переросло в самые настоящие приступы кашля, усиливающиеся по частоте и продолжительности. — Эрен? — шепнул Леви. Тот содрогался от каждого приступа так сильно, что ему пришлось уцепиться за край их парты, чтобы усидеть на месте. Леви вдруг осознал, что он едва ли успевал сделать хотя бы поверхностный вдох между приступами. — Эрен?! Тот вцепился себе в горло, урывая короткий рваный вдох, но тут же подавился очередным ужасным сухим кашлем. Казалось, что его вот-вот вырвет. Леви вскочил на ноги, обегая парту и оказываясь рядом с парнем. Эрен задыхался, сжимая своё горло и давясь кашлем. Не выдержав, он соскользнул со стула, ударяясь коленями о каменный пол, и принялся кашлять с новой силой, опираясь на руки. — Эрен? Эрен?! — Леви присел рядом с ним. Эрен урвал ещё один задушенный вдох перед приступом, и на ощупь протянул руку, цепляясь за рукав Леви для опоры, но его глаза были прикованы к полу. Он дёрнулся вперёд, словно его тошнило, и Леви перехватил руку, сжимавшую его рукав. — Эрен?! Скажи хоть что-нибудь! Класс превратился в настоящий хаос, состоявший из оглушающего скрипа отодвигаемых стульев и топота, но Леви полностью сконцентрировался на Эрене. Тот сильнее сжал ладонь Леви, закашлявшись в очередной раз. Он давился и кашлял из-за чего всё его напряжённое тело сотрясалось. Как раз в тот момент, когда Леви думал, что его вырвет, его рука выскользнула из его ладони, и последний кашель вырвался из его горла, пока он падал на пол. Хаос в классе превратился уже в настоящую панику. Леви перевернул Эрена на спину и увидел, как закатились его глаза. — Эрен?! Ты меня слышишь?! — Леви сжал его плечи и отчаянно тряхнул пару раз. — Эрен! Ну же, очнись! — никакой реакции; веки Эрена даже не дрогнули. — Твою мать, Эрен! Снейп протиснулся сквозь столпившихся вокруг ребят и упал на колени рядом Эреном. У Леви зачесались кулаки от желания дать ему по роже. Что он собирался делать теперь? Позволить Эрену умереть? Леви сжал зубы, заставляя себя переключить всё внимание на Эрена. Блять, Эрен. Его голова наклонилась вбок, а рот приоткрылся. Снейп прижал пальцы к шее, проверяя пульс. — Паслён. Он жив, но это ненадолго, — он посмотрел прямо в глаза Леви. — Быстро отнесите его к медсестре. Я начну готовить антидот, но мадам Помфри придётся не дать ему умереть до этого. Леви не нужно было повторять дважды. Он подхватил Эрена на руки и чуть ли не бегом направился в больничное крыло. Эрен умирал. Блять, Эрен умирал у него на руках, и всё это из-за Леви. Он бежал настолько быстро, насколько это было возможно, прижимая Эрена к груди. Его тело напоминало безвольную и безжизненную куклу, и с каждым шагом будто бы становилось всё тяжелее. Это не сказывалось на его руках, но зато в боку начинало покалывать. Леви прикусил губу, крепче прижимая парня к себе. Он не собирался сдаваться сейчас. Позади послышались чьи-то шаги, а затем Микаса закричала: — Отдай его мне! Это всё из-за тебя. Ты сделаешь только хуже, отдай его мне! — Это пустая трата времени, Микаса! — прокричал Армин слева от Леви. — Будет быстрее, если он понесёт. Каждая секунда сейчас дорога! — Но он сделал это с ним! — Нет, Анни сделала! Леви буквально услышал мысли Микасы в тот момент: «Да, Анни слизеринка, а все слизеринцы работают вместе». Дерьмо собачье. Он удачно игнорировал их, чтобы попусту не тратить время и энергию, и продолжал бежать, прижимая парня к себе и поглядывая вниз периодически. Его сознание застилала пелена, будто он находился под водой, и чем дольше он смотрел на Эрена, тем хуже себя чувствовал. Его сердце барабанило так сильно, что Леви задумался, не мог ли Эрен его почувствовать. — Пожалуйста, пожалуйста, пусть с тобой всё будет хорошо, — шептал он, но Эрен так и не ответил. Армин с Микасой обогнали его и придержали двери в лазарет, где удивлённая мадам Помфри вышла к ним навстречу. — Его отравили паслёном, — он донёс Эрена до ближайшей койки и аккуратно положил, прежде чем выжидающе обернуться на мадам Помфри. — Вы должны сделать что-нибудь. Пожалуйста. — Как давно его отравили? — женщина потрогала вспотевшую шею и лоб Эрена. — Пару минут назад, — отозвался Армин. Мадам Помфри начала копаться в бутылочка и зельях с подозрительной аккуратностью и быстротой. Он смочила тряпку холодной водой и накрыла ей лоб Эрена. — Он дышит. Но этот сорт, видимо, самый опасный и сильнодействующий, раз он в таком состоянии после всего пары минут. Кто-то хотел убить его или что? Леви промолчал. Его руки зудели от желания прикоснуться к Эрену, его волосам, щеке, хоть к чему-нибудь, но он лишь скрестил их на груди. — Похоже, что так, — он хотел убрать со лба выбившиеся на ходу прядки, закрыть ему глаза; он хотел хотя бы просто… коснуться его, и убедиться, что с ним всё хорошо, хоть он и знал, что это не так. Никто не хотел убивать Эрена. Они хотели убить Леви. И именно поэтому виноват во всём он. Мадам Помфри встряхнула флакончик и повернулась к ним троим. — Подержите его, — Леви зафиксировал руки Эрена, в то время как Микаса с Армином взялись за ноги. Мадам Помфри приоткрыла ему рот, поднесла к нему флакон и вылила содержимое в горло Эрену. Тот закашлялся, но она зажала его рот ладонью. — Держите! Тело Эрена сильно тряслось и корчилось, но Леви держал крепко, до крови кусая губы. Наконец веки Эрена дрогнули и сомкнулись, а тело успокоилось. Мадам Помфри аккуратно убрала руку, и Эрен сделал рваный вдох, опадая на подушку. — Когда это случилось? — Во время зельеварения, — снова первым отреагировал Армин, но его взгляд не отлипал от Эрена. — Снейп уже начал готовить антидот? — Да. — Хорошо. Сейчас он нужен ему больше всего на свете. Как только Леви оторвал глаза от Эрена, он наткнулся на испепеляющий взгляд Микасы. Мадам Помфри прокашлялась. — Кто сделал это? Вы знаете? — Слизеринцы, — отчеканила Микаса. — Анни, Бертольд и Райнер, — уточнил Леви, игнорируя очередной взгляд девчонки. — Мы больше ничего не можем сделать сейчас, — Помфри заботливо провела ладонью по щеке Эрена. — Ему нужно восстановить силы. Леви правда пытался не смотреть на Эрена, но не смог. Его обычно загорелая и здоровая кожа сейчас была чуть белее наволочки, покрыта испариной, а дыхание — рваным и болезненным. Это было похоже на проклятье, которое испытал на себе Леви, только в разы хуже. — Эрен… — сорвалось с его губ. Микаса, стоявшая у изголовья койки, наклонилась, чтобы заправить за ухо упавшие на лоб волосы Эрена, и коротко прижалась губами к его макушке. Затем она глянула на Леви, и тот посмотрел на неё в ответ, наконец-то получая возможность рассмотреть её получше. Что-то в ней было… знакомое. Леви мог бы поклясться, что они похожи гораздо сильнее, чем Микаса была готова признать. Он знал, что ему давно следовало уйти и оставить самых близких друзей Эрена приглядывать за ним, но он попросту не мог заставить свои ноги сдвинуться с места. Леви нашёл глаза Армина и получил в ответ кивок. Значит, он мог остаться. Тогда он, недолго подумав, потянулся и осторожно взял руку Эрена в свою. — Ну же, Эрен, — прошептал он скорее для себя. — Очнись. Пожалуйста. Эрен глубоко втянул воздух, его грудь вздымалась и опадала, но он не двинулся с места. Леви сжал его руку чуть сильнее, как Эрен в своё время делал с ним. — Пожалуйста, — выдохнул Леви. — Очнись.