Чёрное солнце

— Диппер! — довольно привычный стук в дверь казался оглушительным грохотом, — Диппер, ты можешь опоздать! Пайнс с мрачным удовлетворением разглядывал своё перекошенное лицо в зеркале, хотя, по идее, должен был смотреть чуть ниже, чтобы, наконец, нормально перевязать грудь. Мэйбл начала ломиться в комнату ещё три минуты назад, а у парня болело всё, что вообще может болеть в его возрасте, так что сил нормально ответить у него не было. Головой он понимал, что ещё немного и сестра или родители действительно снесут дверь, но какой-то густой шум в ушах мешал думать. Он уже третий раз перематывал бинт. — Диппер, я не шучу! — в голосе за дверью появились взволнованные нотки, — Так, я иду за ключом. Парня будто окатили холодной водой, и он резко мотнул головой, приходя в себя. Нельзя, чтобы сестра увидела его в таком состоянии, у неё точно возникнут вопросы, на которые Диппер совершенно не хочет отвечать. — Я уже иду! — взволнованно крикнул он, наспех закрепляя бинт и выбегая из ванной. Как же всё-таки ему повезло, что у них с сестрой раздельные санузлы. Но, видимо, Мэйбл его уже не слышала, потому что через пару минут в двери повернулся ключ. — Мне совершенно по барабану, в каком ты сейчас виде, — пригрозила девушка, на секунду задерживаясь перед тем, как войти, — Ты сам виноват! Перед ней стоял растрёпанный, сонный, но, к счастью, одетый брат. Диппер смущённо взъерошил и без того лохматые волосы и неопределённо пожал плечами. Мэйбл грозно двинулась на парня. — Диппер, ты вообще на часы смотришь? — всплеснула руками девушка. — Я… Эм… Немного проспал, — звучало крайне нелепо и неуверенно, так что неудивительно, что сестра в ответ недоверчиво прищурилась. К счастью, близнецы привыкли соблюдать личные границы, а Мэйбл посчитала, что это именно такой случай. — Отличненько начал учёбу, в твоём стиле, — беззлобно проворчала Пайнс, — бегом завтракать и в машину! Диппер облегчённо кивнул, развернулся, чтобы взять сумку, и уже хотел выйти из комнаты, как заметил, что сестра как-то странно на него смотрит. Шатен ощупал своё лицо, чтобы стряхнуть зубную пасту с подбородка, но вдруг что-то щёлкнуло в голове, и он опустил глаза на футболку, ожидая худшего. Худшее не заставило себя ждать. По светло-голубой футболке, в области груди расползалось красное пятно. Только сейчас Диппер лопаткой почувствовал, как на спине болтается плохо закреплённый бинт. С утра, слабо понимая происходящее, Пайнс оторвал ночные повязки вместе с подсохшей коркой, игнорируя все правила медицинской помощи. Результат этой неосторожности сейчас отражался нарастающим ужасом в глазах сестры. — Мэйбл, — тихо и уверенно начал парень, — всё в порядке. Посмотри на меня. Девушка не реагировала. Диппер почувствовал острое жжение в области груди и вдруг понял, что крови довольно много даже для ожога мистического происхождения. Главное, не начать паниковать самому. Парень очень чётко понимал, что, если сестра позовёт родителей, у него будут очень большие проблемы. И хорошо, если только у него. — Мэйбл, — тишина, — Мэйбл Диана Пайнс, посмотри мне в глаза! Близняшка, наконец, отмерла и впилась совершенно ошарашенным взглядом в глаза брата, будто надеясь, что они помогут сохранить самообладание. На это и рассчитывал Диппер. — Послушай. Всё хорошо, обещаю. Я не ранен, не умираю, это просто царапина.  — Это не царапина, — мёртвым шёпотом раздалось в комнате. Диппер осторожно поднял ладони, стараясь делать всё максимально спокойно. Боль нарастала. — Да, ты права, не царапина, — примирительно кивнул парень, — это ожог. Просто ожог, ничего серьёзного, но мне нужно, чтобы ты успокоилась, потому что я очень не хочу, чтобы об этом узнали родители. — Почему? — таким же севшим голосом спросила девушка. — Потому что это не обычный ожог, и будет сложно объяснить его появление. Это пришлось сказать. Теперь нужно будет или дальше врать сестре, или кормить её полуправдой, или сказать, наконец… Нет, последнее точно нельзя. — Дети, вам пора выезжать! Диппер неосторожно вздрогнул от неожиданных голосов снизу, Мэйбл моргнула, замотала головой, и её взгляд снова упал на рану. Шатен чувствовал, как жидкость стекает по его животу. Сохранять спокойствие было всё сложнее. — Диппер… Что происходит? — Мэйбл будто очнулась. Не дожидаясь ответа, она рванулась к двери, но парень успел крепко схватить её за руку, — пусти! Ты с ума сошёл! Тебе нужно в больницу! — Нет, не нужно, — прошипел Пайнс, захлопывая ногой дверь и нависая над сестрой, — ты меня не слушаешь. Это очень, очень важно. Я не могу допустить, чтобы об этом узнали родители. Мэйбл была напугана. Это читалось в мелко подрагивающих пальцах, подогнутых коленях, во всей фигуре, которая будто желала спрятаться от… Диппера? Парень отшатнулся, выпуская её руки из хватки. В больших, наполненных паникой и непониманием глазах стояли слёзы. Диппер тяжело дышал, совершенно забыв о ране. Тишина стояла долго. — Я не хочу так, — Мэйбл зажмурилась, — ты же не серьёзно, да? Ты думаешь, что я не побегу к родителям, когда у тебя… У тебя кровь. — Я знаю, — непонимающе нахмурился парень. — Нет… Она капает. Диппер опустил глаза. Пропитанный красным край майки чуть отгибался, а прямо под ним, на полу, блестели аккуратные капельки. — Чёрт, — выругался парень, быстро выпутываясь из футболки и кидаясь в ванную. Нельзя было тянуть. Из зеркала на Диппера смотрел кто-то, получивший пулевое ранение в грудь. Кровь стекала тонкими струйками по всей передней стороне тела. Парня затошнило. Все мысли сузились до этого кровавого душа. — Повернись. Не особо понимая, что происходит, шатен послушно развернулся лицом к Мэйбл. В руках у девушки была мокрая губка, которой она тут же начала смывать кровь. С каждым движением её рук, осторожным и неожиданно спокойным, к Дипперу возвращалась способность мыслить. Когда всё было смыто, стало видно покрасневшую, отёкшую татуировку. Пайнс мысленно сжался, ожидая расспросов, но их не последовало. Вместо этого девушка решительно открыла новую пачку бинтов и выверенными движениями наложила повязку. Всё это заняло от силы три минуты — к счастью, родители ограничились одним напоминанием, оставляя возможное опоздание на совести уже взрослых детей. Всё это время Диппер отчаянно избегал взгляда сестры, но, когда последний бинт был закреплён, парень отчётливо увидел дверцу захлопнувшейся ловушки. — Одевайся. Я жду в машине, позавтракаешь по дороге, — бросила Мэйбл, выходя из комнаты. Диппер с чувством пнул кресло, на котором вчера сидел Сайфер. Раздражение мешалось с горечью, катая ком в горле.

***

Близнецы, ожидаемо, ехали в полной тишине. Впервые на памяти Диппера Мэйбл не включила радио, а отстранённо-хмурое выражение лица было ещё непривычнее, чем недавняя печаль в глубоких глазах.Чувство вины буквально обгладывало парня, не оставляя здравому смыслу и шанса. Да кого он обманывает? Неужели он и правда хотел скрыть всё это от Мэйбл? Стоило принять это, как с плеч тут же свалилось что-то невообразимо тяжёлое. — Мэй… — неуверенно начал шатен. Девушка тут же наклонила голову в его сторону, не отрываясь от дороги. Конечно, она всегда старалась закончить конфликт как можно быстрее, особенно с братом, — я всё расскажу. — Всё? — недоверчиво прищурилась сестра. — Всё. — Сегодня? — Вечером, — «если ко мне в комнату опять не заявится треугольный маньяк». — Скажи сейчас, что произошло. — Это защитная татуировка, которую сделал дядя Форд, — вздохнул Диппер, окончательно капитулируя, — она… среагировала. — Дядя знал, что она будет вытворять такое? — Нет, конечно нет! — замахал руками парень, — это случайность. Сложный принцип работы. — И ты… — Диппер заметил, как сжались её руки на руле, — ты в порядке сейчас? Парень понял, что речь идёт не о ране. Вздохнул. В порядке ли он? С одной стороны хотелось крушить всё вокруг в натуральной истерике, потому что всё было действительно, по-настоящему плохо. В первую очередь это «плохо», конечно, крутилось вокруг Сайфера, но ведь был ещё институт, Мэйбл, да и семья вообще. Нужно было позвонить Форду и всё рассказать. Столько проблем, которые совершенно не вписывались в разряд бытовой неурядицы. А с другой… Почему-то от одного факта, что ему больше не нужно юлить перед сестрой, на душе стало намного спокойнее. Все проблемы, даже самые масштабные, просто пугающие, будто ненадолго отошли на второй план. Будто ответственности стало вполовину меньше. — Да, Мэй, — тепло улыбнулся парень, — я в порядке.

***

— Диппер! — перед глазами щёлкнули чьи-то пальцы, — Приём! Шатен сонно моргнул и с усилием сфокусировался на лице перед собой. Знакомые тёмные глаза с шальными искринками смотрели на него с детским укором. — Да что с тобой такое? Только второй день, а ты выглядишь, как варёная селёдка! — Салли без лишних слов приземился на скамью рядом с парнем, — колись, что случилось. Усталый взгляд Диппера говорил сам за себя, но, к сожалению, всего за пару часов знакомства, Пайнс предельно ясно понял, что Перкинс — та ещё заноза в заднице. Как ни странно, негативных чувств это не вызывало, скорее, уже привычное лёгкое раздражение, которое он часто испытывал по вине излишне участливой сестры. — Всё в порядке, правда, — вымученно улыбнулся шатен. — У тебя на руке браслетик дружбы, а на шее — кулон сестры, и тебе не стыдно врать? — театрально возмутился Салли, активно жестикулируя и позвякивая собственными безделушками, развешенными, кажется, на всём, что хоть чем-то напоминало ткань. Диппер смущённо пожал плечами. Парнишке действительно не хотелось вра- — Погоди, откуда ты знаешь про кулон? — резко нахмурился шатен. Салли отвлечённо махнул рукой, разглядывая постепенно заполняющуюся аудиторию. — Мэйбл рассказала, — бросил он и тут же продолжил, — ну же, Диппер! Я ведь и правда могу помочь почти в чём угодно. Парень загадочно прищурился, чуть наклонив голову. В этот момент золотисто-белое солнце ранней осени мимолётно коснулось непослушных волос, скользнуло ниже, ослепляя бликами от металлических значков. На секунду Диппер увидел в резких чертах лица, в хитрых глазах что-то лисье, что-то огненное. Но иллюзия быстро исчезла вместе с солнцем. Диппер слегка мотнул головой, прогоняя белые мушки перед глазами, и вздохнул с обречённостью идущего на эшафот преступника. На самом деле, после разговора с Мэйбл он почувствовал острое желание говорить правду. Пусть не всю, но ложь и так достаточно отравила его жизнь, он не желал давать ей место в своём сознании. — Сильно поранился и немного повздорил с сестрой по этому поводу, — как можно небрежнее произнёс парень, — но сейчас всё действительно в порядке, — поспешил добавить Диппер. Острые брови Салли сдвинулись к переносице, и он чуть покачал головой. — Полагаю, в спортзале тебя сегодня не стоит ждать? — А сегодня есть спортивные занятия? — озадаченно нахмурился Диппер. — Н-да, ты вчера явно был не в лучшей форме, — усмехнулся Перкинс, — ты хоть расписание смотрел? — Если бы… — шатен устало откинулся на спинку скамьи. Не прошло и минуты, как Диппер заметил знакомую группу ребят. В глаза неожиданно отчётливо бросилась разница между ними и другими компаниями студентов. Пайнс и раньше замечал за ними странную… необщительность, но на контрасте это действительно вызывало вопросы. Они держались вместе, периодически переглядываясь, но едва ли со времени появления в аудитории сказали хоть слово друг другу. Диппер подозревал, что они не слишком активно беседовали и до того, как вошли сюда. — Хэй, мы тут! — Салли заметил ребят позже шатена и тут же начал махать руками. Вот у кого точно не было проблем с общением… — Привет, — коротко улыбнулась Дана, остальные ограничились лёгким кивком. Не успел Диппер ответить, как в аудиторию вошёл профессор. Мужчина средних лет с лёгкой сединой в тёмных волосах пристально оглядел помещение, будто задерживаясь взглядом на каждом человеке. Профессор неторопливо достал из аккуратного кожаного портфеля стопку бумаг и с акцентом постучал ими по столу, складывая стопку. — Всем доброе утро. Вчерашний тест вы написали относительно неплохо, но особенно выделились несколько студентов, — мужчина размеренно перечислял фамилии, пока Диппер с выражением полного отсутствия на лице рассматривал блики солнца на соседних партах. — …Диппер Пайнс… Шатен встряхнулся и уставился на профессора с таким удивлением, будто тот обвинил его в преступлении, а не похвалил за работу. — Молодец! — громко шепнул Салли, ожидаемо толкая его локтем. Диппер что-то промычал в ответ, тщетно пытаясь понять, что произошло. Конечно, он бы так не удивлялся, если бы не сидел сейчас на истории. Да, он знал историю… Немного… Совсем немного. На уровне твёрдой четвёрки в средней школе и мюзикла «Гамильтон». Но никак не тянул на «выделившегося студента». Нахмурившись, Диппер начал вспоминать, как он писал этот тест. Вообще-то, он почти не задумывался о результате, проходной балл был сильно занижен, а на большее он и не рассчитывал. Он просто… вспоминал что-то? Небрежными урывками, без какой-либо сосредоточенности на вопросе. Возможно, стоило серьёзно об этом задуматься. И связать с предыдущими всплесками непривычно хорошей памяти. Диппер был бы и рад весь оставшийся день провести в размышлениях, но излучающий неземное дружелюбие Салли требовал к себе внимания. Не то что бы Пайнс сильно сопротивлялся… Он иногда задумывался, почему вообще терпит этого странноватого надоедливого парня рядом с собой, но ответ находился довольно быстро. Дипперу действительно не хватало друзей. Нетрудно догадаться, что тихий отличник никого не интересовал в школе, а если кто-то проявлял к нему внимание, то только благодаря стараниям переживающей сестры. Не то чтобы он был готов кинуться на шею первому встречному, но Салли был каким-то… Милым? От него исходила волна дружелюбия, сметавшая всех на своём пути. Остальные члены их небольшой компании тоже слегка оживились к концу череды обязательных лекций и периодически поддавались энергии Перкинса, если не считать по-прежнему необычайно тихого Каспара. — Тебе обязательно нужно записаться в волейбольную команду, у тебя ни грамма мышц! — Диппер попытался возмутиться, но ему не дали и шанса, — они занимаются по пятницам, весёлые ребята, само обаяние. — Я ни разу в жизни не играл в волейбол. И у меня есть мышцы, — тихо проворчал Пайнс. — Не говори ерунды, никогда не поздно начать! Вот я тоже совершенно не умел валять шерсть, но ведь научился же. — Так научился, что у каждого из нас теперь есть по две таких, — вздохнул Кристофер, — откуда ты их вообще вчера достал? — Не слушай его, твои игрушки чудесные, — Дана мягко улыбнулась Перкинсу. — Зал там, раздевалки справа, — раздался голос идущего далеко впереди Виктора. Самопровозглашённый староста факультета вызвался показать новичкам спортивный корпус, что, вообще-то, было довольно полезно, учитывая масштаб университета. Дана махнула парням рукой и ушла вместе с другими девушками, а ребята направились в свою раздевалку. Диппер плохо понимал, почему вообще решил пойти на спортивные занятия со своей-то раной, но, возможно, дело было лишь в его непробиваемом упрямстве. К тому же, было как-то… мерзко чувствовать, что косвенно Сайфер продолжает влиять на его жизнь. Хватит с него. В раздевалке было просторно и очень чисто, что не могло не радовать. Парни переодевались быстро и даже как-то по-армейски, а вот Дипперу было сложнее. Шатен тихо зашипел, поднимая руки и стягивая футболку, но, к счастью, перевязка Мэйбл надёжно держалась на груди. — Ого, — присвистнул Салли, — не думал, что тебя так приложило… Диппер смущённо пожал плечами и немного ссутулился. Салли вдруг с особой пристальностью (и без особого такта) стал всматриваться в бинты парня. Шатен окончательно потерялся, а Перкинс не давал и шанса избежать внимания. — Диппер, у тебя кровь, — тихо сказал парень. Пайнс с недоумением посмотрел вниз. На груди виднелся тонкий, чуть красноватый след пропитавшейся сквозь бинты крови, точно повторяющий рисунок татуировки. К удивлению Диппера, Салли всё-таки отвернулся, позволяя ему самостоятельно разобраться с проблемой, за что он был безмерно благодарен. Шатен даже не представлял, как бы смог объяснить фигурный ожог на груди. Где-то с третьей попытки Диппер всё-таки смог найти положение, в котором процесс шнуровки кроссовок не превращался в небольшую пытку. Воодушевлённый этой маленькой победой и готовый покорять спортивные вершины, парень огляделся в поисках Салли и других ребят. К своему большому удивлению, ни знакомой вихрастой макушки, ни худощавого Кристофера или широкоплечего Грэма видно не было, не говоря о Каспаре, который, кажется, овладел техникой шпионской маскировки. Осторожно просачиваясь сквозь полуголые тела студентов, Диппер постепенно пробрался к выходу, решив, что ребята ждут его снаружи. Странно, но и в коридоре не было ни одного знакомого лица. Пайнс задумчиво пожал плечами и решил пока поискать спортзал. Парень мысленно отвесил себе пинок за то, что не запомнил, куда указал Виктор, но до начала занятий было достаточно времени, к тому же Диппер всё ещё надеялся столкнуться с неведомо куда исчезнувшей компанией. Неспешная прогулка по относительно тихим коридорам была приятной неожиданностью — видимо, в эту часть корпуса не так часто заходят в такое время. Шатен с внезапно вспыхнувшим интересом разглядывал каменные своды, поддерживающие это здание не первое столетие. Кое-где холодный, стройно-симметричный стиль девятнадцатого века неожиданно мешался с современными вставками, излишне гладкой плиткой и широкими подоконниками. Едва ли Диппер разбирался в архитектуре, но всеохватывающий спектр интересов Мэйбл позволял чувствовать лёгкое самодовольство, мысленно помечая знакомые элементы, как «неоклассицизм». Всё это было невероятно красиво и местами напоминало Хогвартс, но к беспощадным сквознякам он вряд ли когда-нибудь привыкнет… — …ты ошибся, то мы убьём кучу времени на поиски нужной! — Успокойся, Ледышка, у меня память не хуже вашей. Диппер растерянно нахмурился. Голоса принадлежали Кристоферу и Салли. Следуя привычке исследователя, парень шмыгнул в ближайшую нишу в стене и замер. — К тому же, если бы не я, вы бы и дальше «не были так уж уверены», что мы на верном пути, — выделив кавычки добавил голос Салли. — Ладно-ладно, только не начинай! — ворчание Грэма было сложно с чем-то спутать. Послышалось какое-то шуршание, напоминавшее лист бумаги. — Что думаешь? — к счастью, голос Даны был хоть и тихим, но чётким. Последовало довольно продолжительное молчание. Диппер напряжённо подобрался, боясь пропустить что-то важное, и параллельно высматривал путь к ближайшему повороту. — Похоже на грубую… Очень грубую копию Оспаркатты. Древний способ защиты почти от всего на свете. Дипперу понадобилось почти полминуты, чтобы понять, что это был голос Каспара. Кажется, парень слышал его максимум третий раз в жизни. — Думаешь, Джезельбраум имела в виду её? — Похоже, что так. — Звучит обнадёживающе, — сдержанно протянул Кристофер. — О, да брось, это же просто шикарно! — воскликнул Салли, — признай, что без меня… — Тс! Всё резко смолкло. Диппер вжался в стену и замер. Головой он понимал, что, вообще-то, беспокоиться не о чем, у друзей ведь могут быть секреты? Но какое-то предчувствие не позволяло ему выйти из укрытия с повинной. Спустя почти минуту тишины Пайнс юркнул за угол и кинулся на поиски зала. Пробежав около пяти поворотов, Диппер, наконец, увидел заветную табличку и открыл дверь, стараясь выровнять дыхание. Внутри было довольно много людей. Кто-то разминался, кто-то разговаривал, а… — Занятие ещё не началось, а он уже запыхался! Вот это я называю тягой к учёбе, — парень почувствовал руку на своём плече. Диппер чуть нервно засмеялся, глядя на улыбающегося Салли. — Не мог найти вас, боялся, что опоздаю, — парень дёрнул плечами, краем глаза замечая всё таких же молчаливых Кристофера, Даны, Грэма и Каспара. — О, мы отошли на минутку, потеряли тебя из виду, уж прости, — к удивлению Диппера, Перкинс чуть покраснел, смущённо потирая шею. Наверное, действительно не стоило совать свой нос в их дела… Занятия помогли сбросить напряжение и избавиться от ненужных мыслей, снующих в голове, как мухи. Тем не менее, забыть о подслушанном разговоре парень не мог, как ни старался. Что-то подсказывало ему, что та беседа как-то касалась его, и это шатену не нравилось. Никто из компании не выглядел сплетником (ну, разве что Салли, но тот и мухи не обидит, просто болтливый очень), а беседа выглядела довольно деловой. После изматывающей игры в баскетбол усталость и тупая боль вытеснили остальные мысли, на что, в принципе, и надеялся Диппер. Правда, на этот раз он на всякий случай отвернулся, снимая футболку в раздевалке. К концу дня, когда они все вместе выходили из университета, Диппер предложил снова сходить куда-нибудь. Его паранойя поутихла, а любопытство, вообще-то, было не чуждо обоим близнецам. В конце концов, кем бы ни были эти ребята, они действительно вызывали интерес. — О, знаешь… — Салли неловко кашлянул, — дело в том, что мы не можем сегодня… — У Даны заболели родители, мы вызвались помочь, — обворожительно улыбнулся Кристофер. — Надеюсь, с ними всё будет хорошо, — кивнул Диппер стоящей поодаль девушке, — если вам нужна помощь… — Мы справимся, — хмыкнул Грэм. — Тогда… до завтра? — шатен немного потоптался на месте и, дождавшись прощального жеста от ребят, развернулся в сторону дороги. Такси подъехало удивительно быстро, парень даже не успел заскучать. Перед тем как сесть в машину, Диппер оглянулся и, ожидаемо, увидел только небольшие группки незнакомых студентов. Только когда в окне автомобиля показался его дом, Пайнс вспомнил, что ему предстоит не только разобраться с происходящими странностями, но и пережить, возможно, самый тяжёлый разговор в его жизни. За ужином стояла непривычно спокойная атмосфера, в основном потому, что Мэйбл не фонтанировала вопросами, а довольно сдержанно интересовалась прошедшим днём. Парень нервничал, дёргался и всеми способами избегал навязчивых мыслей о будущей беседе. Но, к сожалению, дежурные «всё прекрасно», «преподаватели замечательные» и «очень интересно» когда-нибудь заканчиваются. Сестра поднялась первой, а за ней, тяжело передвигая ноги, шёл Диппер. Когда дверь в его комнату закрылась, шатен по-настоящему испугался. — М-мэйбл, послушай… — Рубашку снимай. — Чего? — моргнул парень. — Рубашку, говорю, снимай. Сам же ничего не может… — хмыкнув, проворчала сестра. Диппер стыдливо опустил глаза и расстегнул пуговицы. За всеми переживаниями он умудрился забыть самое важное. Для Мэйбл он всегда на первом месте. Как и она для него. Да, возможно, узнав правду, ей будет больно и тяжело, но как он мог думать, что сестра может отвернуться от него? Контур татуировки уже нельзя было прочитать — крови стало больше из-за неаккуратности и физических нагрузок. Мэйбл покачала головой и начала снимать бинты. Больно, неприятно, может, даже унизительно, если бы это делала не сестра. Она ничего не говорила, только старалась покончить с этим как можно быстрее. Спустя десять минут близнецы сидели на кровати в умиротворённой тишине. Раньше им нравилось вот так проводить время наедине — думать о своём, при этом не чувствуя себя одинокими. Многое изменилось после лейкемии. Молчание сестры было слишком болезненным воспоминанием. — Дип-Дип? — Да? Мэйбл заправила прядь за ухо. — Если ты не готов говорить, ничего страшного. И так достаточно навалилось. Я подожду. Шатен резко замотал головой. — Нет, нет, я могу, просто… — парень замолчал. Недавние страхи, как он не старался избавиться от них, подкрадывались всё ближе. — Хэй, братишка, ты чего? — Мэйбл обняла его за плечи, — обещаю, всё будет хорошо. Что бы ты не сделал, я всегда буду рядом, помнишь? Диппер медленно кивнул. Мэйбл всегда будет рядом. Страхи растворились в темноте. Рассказ был… долгим. Вместо того, чтобы смотреть на Мэйбл, парень сосредоточился на кресле, в котором вчера сидел Сайфер. Почему-то это придавало уверенности и даже воинственности, чтобы не запнуться и не потерять внезапную решимость. Шатен рассказывал всё. Как больно было видеть сестру без сознания, как его ошеломили слова о терминальной стадии, как пришла в голову идея о сделке. Всё, что произошло в подвале Хижины Чудес и в его комнате. Каждую их встречу, каждый приступ, всё. Когда он закончил, то попытался вслушаться в наступившую тишину. Была ли она спокойной, как за ужином или шокированной, как с утра? — Я хочу, чтобы ты поняла, что никогда и ни в чём не была виновата, — парень, всё так же не глядя сестре в глаза, взял её за руку, — это всё моя вина, с этим я буду разбираться. Что бы не натворил Сайфер — это только моя ответственность. — Диппер… — Мэйбл осторожно взяла его за подбородок, — посмотри на меня. Парень с усилием поднял глаза. — Ты прав. Это ты устроил. Ты подверг опасности людей, чтобы спасти меня, — сердце заколотилось где-то в горле. Пауза казалась бесконечной, — но кем ты считаешь меня, если думаешь, что я не помогу тебе справиться с этим? Диппер не понял, когда начал плакать. Кажется, глаза наполнились слезами без его ведома, а он, сжавшийся, испуганный и разбитый наступившим облегчением, просто прижался к сестре. Мэйбл, будто успокаивающая малыша, разбившего коленку, гладила его по спине. Кажется, такое успокоение он чувствовал только, когда узнал, что сестра здорова. Шли минуты или часы, шатен не знал, он совершенно потерялся во времени. — Успокоился? — озорно усмехнулась девушка. Диппер шмыгнул носом и кивнул, — тогда садись за домашку, а я тут посижу, я всё ещё ищу нужные курсы по психологии, представляешь? Их так много, что я совершенно потерялась… — А ты разве не… — парень замялся, — не будешь… — Ты сильно горишь желанием обсудить Билла? — фыркнула Мэйбл. Шатен мотнул головой, — ну вот и отлично. Оставшийся вечер был, кажется, одним из лучших в его жизни. Диппер вдруг понял, почему сестра так хотела, чтобы он всё ей рассказал. Да, стена между ними была стеклянной, но это всё же была стена. Лёгкость и какое-то тёплое беспечное счастье играючи вытесняли тяжесть последних дней. В довершение всего, Мэйбл забралась на то самое кресло, и шатен с удивлением понял, почему в прошлый раз они победили Сайфера вместе. Перед сном, когда сестра, попрощавшись, вышла из комнаты, Диппер решил по-быстрому сделать то, что уже непозволительно долго откладывал. Написать перечень странностей, которые не дают ему покоя. «Нужно будет заполнить детективную доску завтра». Парень хлопнул себя по лбу. «И позвонить Форду». Шатен нахмурился и взял с тумбочки листок с ручкой.

План Сайфера. — Освобождение из статуи. — Изменение заклинания призыва. — Человеческая энергия. — Проблемы с исполнением сделки. — Улучшения в памяти? — Странные бесцельные (?) разговоры?

Диппер задумчиво грыз ручку, сверля взглядом список. Н-да, сейчас мозги точно не соображают… Но было кое-что ещё, что вряд ли связано с демоном, но выглядело не менее подозрительно, если, конечно, парень окончательно не загнал себя паранойей.

Команда (не хочу давать этому название). — Очень молчаливые. — Странные.

— Так, ладно, я перегибаю палку, — нервно усмехнулся Диппер и уже собрался убрать листок в тумбочку, как вдруг его осенило. — Так вы знакомы? — Успели пообщаться до прихода твоей сестры. Так. А вот это уже действительно странно… Тот разговор точно не выглядел, как беседа между малознакомыми людьми. Диппер нахмурился и начал как можно детальнее вспоминать всё, что так или иначе подходило под категорию «странный» и касалось этих ребят. Новый список выглядел куда интереснее.

Команда (всё ещё не хочу давать этому название). — Ходят всегда вместе, держатся рядом со мной. — Каспар сам по себе крайне странный. — Очевидно врут о том, сколько знакомы. Зачем? — Их фамилии до сих пор нигде не засветились. — Побрякушки Салли. — Откуда Салли знает про кулон? Вряд ли Мэйбл рассказала. — Тот разговор. — Ушли под странным предлогом (если они плохо знакомы, почему вызвались помочь больным родителям Даны?).

Детально вспомнив подслушанное, Диппер увлечённо продолжил список, не забыв удивиться своей памяти.

Разговор. — Ушли именно после раздевалки, хотя безопаснее было подождать. — Поиск чего-то. — Что-то про память. — Кристофер — ледышка? — Передавали блокнот, альбом, что-то бумажное. — Оспаркатта. Защита от всего. — Жизель? Браун? Кажется, чьё-то имя.

Парень посмотрел на то, что вышло и почувствовал бегущий по спине холодок. Салли показал им на бумаге что-то по памяти, что-то, связанное с защитой. После раздевалки. Не могло же быть, что… «Они знают о татуировке».

***

— Салли! — М? — Салли чёртов Перкинс, ты можешь сосредоточиться?! — Ого, он вывел из себя Криса… — Секунду, я записываю… Уже третий раз за месяц. Как он это делает? — Тишина в зале! Дана, Грэм, вам есть, что сказать? — Нет, сэр, простите. — Итак. Салли. Какие у тебя успехи? — Я уже сказал всё, что было важно. У него татуировка, какие ещё нужны доказательства? — Мы не можем предоставить единственные показания, нужно что-то ещё. — В таком случае, придётся подождать. Ребят, вы какие-то к жизни неприспособленные, мы же только два дня знакомы! — Ожидание опасно и для нас, и для остальных жителей. Делай свою работу. — Но… — Я всё сказал. — Да чтоб тебя, Крис… В смысле, буду стараться, сэр. — Вот и отлично. Доброй ночи. — Доброй ночи.