Амнезия

      Джессика смотрит перед собой уже несколько минут и такое состояние начинало не на шутку пугать, вышедшего из душа, Джейсона. Капли с его волос падают на её руку и девушка слегка вздрагивает, мысленно ругая себя за то, что слишком часто стала пугаться. Она переводит свой взгляд на парня, слабо ему улыбаясь. Меньше всего ей хотелось, чтобы Беккет опять начал переживать за неё и меньше всего хотелось, чтобы он узнал о том, что маньяк его специально подставил. Сейчас ему нужен отдых, а не лишняя нервотрёпка. — Ты как? — спрашивает шатен, всматриваясь в лицо напарницы. — Это я должна была спросить у тебя. — Ну, я оказался быстрее. — детектив пожал плечами. — Так, ты ответишь на мой вопрос? — Я рада, что тебя выпустили, хоть и под залог. Миллер вообще обещал мне, что не отпустит тебя. — Джесс усмехается, прижимаясь лбом к его плечу. Она вдыхает до боли знакомый запах мужчины, слабо улыбаясь. Он рядом и это всё, что её волнует в данный момент. Нет ни маньяка, ни Миллера, мечающего засадить Джейсона за решётку, ни кипы отчётов, которые валяются где-то на её столе в участке, ни дурацких подколов Джины, которыми она сыпит в их сторону с первого дня работы Джейсона и Джессики. Сейчас есть только он и она. И от этого тепло разливается по телу, отдавая приятным покалыванием на кончиках пальцев. — Джесс, я у тебя в долгу. — тихо шепчет Беккет, целуя её в висок. — И, честно говоря, даже понятия не имею как смогу его отплатить тебе. — Есть одна идея. — Барнс, хитро улыбаясь, садится на колени напарника, обхватив его лицо руками. — Очень хочется сказать, что я выкупила тебя в рабство, но, пожалуй, промолчу. — Ты уже это произнесла, солнышко. — парень усмехается, положив свои ладони на бёдра девушки и чуть сжимая их. Она наклоняется к его лицу, нежно целуя в губы, и тихо взвизгивает, когда он, крепче сжав её в своих объятиях, поднимается с дивана и идёт в сторону спальни.       Джессике кажется, будто она одна из тех самых героинь сопливого телесериала, над которыми они с Уотерс любили смеяться, закатывая глаза на всю эту романтику, которой, как девушки считали, нет места в их жизни. Но в плоскости её реальности Барнс всегда мечтала о том, чтобы в жизни было место всей той, может нелогичной и притянутой за уши, романтики. Да она даже иногда думала о том, что было бы, наверно, классно хлопнуть дверью, уйти, а потом почувствовать как её хватают за руку и прижимают к первой попавшейся стене, затыкая рот поцелуем и не обращая внимания на попытки вырваться. В её жизни было слишком много грязи, усталости и разочарования, поэтому сейчас у девушки идёт кругом голова от прикосновений, от поцелуев, которыми он осыпает её тело. И если совсем недавно Джессика думала, что всё это неправильно и так нельзя, то сейчас это уже не вызывает никаких сомнений. Это их естественная потребность друг в друге. Она пьянит не хуже виски, стоящего на прикроватной тумбочке; от неё сносит крышу и хочется смеяться, словно брюнетка покурила анаши. Это всё так естественно и правильно, что об этом хочется кричать на весь мир. Девушка откидывается на подушки, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и крепко сжимая руку Джейсона в своей. Он улыбается ей своей самой искренней улыбкой, притягивая ближе и оставляя почти невесомый поцелуй на губах, прежде чем забыться в беспокойном сне.

***

— И как долго? — вопрос Джины заставляет Джессику резко остановиться и замереть в недоумении. Манера её подруги задавать непонятные вопросы в самые неподходящие моменты можно было смело назвать визитной карточкой Уотерс. Шатенка не раз попадала в передряги из-за этого, получала выговоры и даже отстранялась от дел, но переставать докучать этим девушка даже не собиралась. Детектив выгибает бровь, обойдя Барнс и ещё раз осмотрев её с ног до головы. — Я спрашиваю: и как долго? — Что? — Господи, Джессика. — Джина закатывает глаза, становясь рядом с временной напарницей. — Ты прекрасно поняла о чём я говорю. — Нет, Джина, не поняла. — раздражённо бросает Джесс. — Если ты не заметила, то мы стоим с тобой посреди городского парка «Золотые ворота», а перед нами лежит чёртов труп, который мой маньяк любезно оставил здесь.       Уотерс качает головой, бросая взгляд к трупу, обернутом пищевой плёнкой, и морщит нос. Она, конечно, многое в жизни видела, но маньяк, который терроризировал её друзей, вызывал дрожь по её телу. Благо Джина понимала, что этим делом она будет заниматься не долго, пока не докажут невиновность громилы. Честно говоря, девушке не особо хотелось рушить их команду по спасению мира, но и пускать в это болото кого-то чужого тоже не хотела. Именно поэтому она вызвалась добровольцем, состроив из себя Китнисс Эвердин, когда Фаулер размышлял кого же прикрепить к Барнс в качестве напарника. А ещё шатенка просто не могла не воспользоваться шансом подоставать свою лучшую подругу. Не зря же она получила звание «заноза в заднице». Уотерс возвращает свой взгляд к подруге и с ухмылкой на лице произносит: — И как долго вы спите вместе?       Джессика, оглянувшись по сторонам и убедившись, что никто их не слышал, хватает детектива за руку и уводит чуть в сторону, шикая на неё. — Ты бы ещё громче сказала, Джина. — Так значит я не ошиблась. — самодовольно улыбаясь, протянула шатенка. — И что такого в том, что вы с громилой спите? Многие в участке и так давно думают, что вы друзья с привилегиями. Тем более секс довольно естественная потребность для людей. Не вижу ничего в этом плохого. Я бы, может, тоже его охмурила, будь он в моём вкусе. — Уотерс заливается смехом, наблюдая за тем, как на лице подруги стремительно сменяются эмоции. — Джина, ты, блять, невыносима. — раздражённо выдыхая, молвит Барнс. — Как ты вообще поняла, что мы с ним спим? — Ну, во-первых, скажи громиле, чтобы в следующий раз постарался быть с тобой нежнее. — девушка слегка ткнула подругу в шею, как раз в то место, где виднелся небольшой синяк. — А во-вторых, от тебя пахнет его парфюмом. Может кто-то и не понял бы, но я не кто-то и прекрасно знаю, чем каждый из вас по утрам духарится. — Вот не знаю, порадоваться тому, что ты такая талантливая и не зря пошла в детективы или же ужаснуться тому, что ты долбанная психопатка? — Запиши меня в блокнотик подозреваемых. Может именно я твой маньяк. — Джина хохотнула и поспешила обратно на место преступления.

***

      Идея проверить всех преступников, которых Барнс и Беккет посадили была гениальной и в то же самое время утомительной. Джессика устало потирает лицо, тихо вздыхая. Глаза болели, спина затекла, а желание жить стремительно падало вниз. Джейсон ставит кружку с кофе перед девушкой, опускаясь рядом с ней и слегка сжимая её плечи. Брюнетка слабо улыбается, положив голову ему на плечо. Приятное тепло от его присутствия разливается по телу, подобно живительному эликсиру. Девушка целует его в щёку, таким образом благодаря за кофе, и берёт очередную папку в руки. Пробегаясь глазами по печатным строчкам, Джесс откидывает её в сторону. И этот всё ещё сидит. — Ты говорила Фаулеру о сообщении? — Барнс поджимает губы, переводя взгляд на парня. Ей не хотелось говорить о сообщении ни Джейсону, ни Фаулеру, ни кому-либо ещё. Но девушка понимала, что у неё просто нет выбора: она обещала быть честной с Джейсоном, поэтому сказала ему о послании психопата утром. Идея рассказать капитану полностью принадлежала ему и после долгих сопротивлений, брюнетка сдалась, признав, что это единственная возможность доказать, что Беккет не виновен в смерти Коллинза. — Да, сказала. — детектив кивает головой, смотря перед собой. — Он сказал, что сообщения недостаточно для того, чтобы снять с тебя обвинения. Могут сказать, что мы это специально подстроили.       Брюнетка отводит взгляд в сторону, вспоминая сосредоточенное лицо капитана Фаулера, который вчитывался в три незамысловатые строки. Он был напряжён и его состояние давило на хрупкие плечи девушки так сильно, будто на неё уронили башенный кран. Она внимательно наблюдала за начальником, ожидая его вердикта, и после недолгого молчания мужчина произнёс лишь: «Найди мне этого ублюдка, Барнс». — Он сказал, чтобы я нашла этого ублюдка, Джей. И, поверь мне, я его найду.