Дракон

Непривычные три недели. Боль прошла, уступая место последующему мучению меня: Итачи очень цепко ухватился за наставление медсестры насчет моего питания. Поэтому я не могла выйти из квартиры, пока не поем. Особенно утром… Это были самые мучительные дни. Дни, когда меня заставляли есть кашу. Поленту с сыром я еще могла осилить, но овсянка, манка – бррр… Терпеть не могу.       Как-то утром я спустилась со второго этажа. Итачи стоял на кухне ко мне спиной в одних только узких брюках. Желая избежать очередной пытки едой, очень тихо прохожу к двери, стараясь не смотреть на устрашающую пасть дракона на его спине, но, конечно же, у меня ничего не получается: ни с первым, ни со вторым. – Сядь за стол. – Низкий слегка хриплый голос. Рычу себе под нос, но все же подхожу к стеклянному столу и небрежно бросаю сумку с учебниками на рядом стоящий стул, и сама сажусь. Передо мной опускается нежно-розовая миска с овсянкой, манго, черникой и дробленым миндалем. – Бли-и-ин. – Тихо протянула и уставилась на тарелку. Ну фу-у… Она ведь мерзкая и склизкая. Рядом появилась белая кружка с чаем. – Приятного аппетита, – сказал брюнет, обхватывая длинными пальцами свою кружку с кофе. – Спасибо. Сижу и смотрю на кашу, как баран на новые ворота. Острый взгляд ониксовых глаз иногда касается меня, не спешащую приниматься за завтрак. – Ну, что тянешь? Холодная она еще противнее. – Вздохнул Итачи и сделал глоток кофе. Я поджала губы и жалобно посмотрела на него: блин, ну пожалуйста, не хочу я ее есть. Итачи еле слышно цокнул и поставил кружку на кухонную тумбу, подошел ко мне и сел на стул рядом. Мышцы на голых плечах напряглись, показывая свои очертания и силу. – Смотри, у нас два варианта, – начал брюнет. – Первый: ты продолжаешь капризничать, я трачу время на то, чтобы в конце концов тебя уговорить, ты ешь, но у нас возникают проблемы – ты опаздываешь в школу, я опаздываю на встречу. Второй вариант без эксцессов: ты сейчас без фырканий завтракаешь и едешь в школу, а я по своим делам. Итог один, а последствия разные. Выбирай. «Как же бесит твоя рациональность, которая лезет, кажется, даже через уши» – сжав зубы, я взяла в руку ложку. – Но я ведь уже набрала два килограмма, – последний аргумент. Итачи встал и отошел к холодильнику. – А надо еще три. Не прокатило. Ну ладно.       Новый год тоже прошел, который мы своей компанией встретили в клубе, куда Итачи меня свободно отпустил. Оказывается, Учиха старший довольно равнодушен к праздникам. Но спасибо хоть за елку и три коробки с украшениями, которые я обнаружила, когда пришла со школы прямо на кануне нового года: возилась целый день, пока нарядила ее. Косо-криво, зато я была довольна. Это напоминало мне те дни, когда мама еще была жива, и мы с ней украшали елку конфетами – это должно было принести усладу в грядущем году. И в этот раз я не отменила традицию: моя елка – мои правила. Отобрала (ну, попросила) у Итачи конфеты селебрейшен, с которыми он пришел в тот вечер. Брюнет не возразил мне, хоть и отдавал коробки, будто отрывая от сердца.       Чувствовала я себя свободно, нормально, но Итачи явно превратился в Кая, который с осколком льда в сердце. Занимался своими делами: вечно в бумажках, макбуке, в телефонных разговорах. Почти каждый день возвращался поздно вечером, сведя этим наше общение до минимума. А зачем нам общаться? Мое здоровье уже нормализовалось, и возиться со мной не нужно было. Разговаривал он коротко, смотрел будто сквозь. Правда, на все мои вопросы и просьбы отвечал, не игнорировал, но как-то на автомате. Никаких шуток и издевок в мой адрес, никаких улыбок – только короткие, еле уловимые усмешки. Казалось, стены квартиры начали покрываться корочкой льда. Мы будто чужие…Совсем.       Я украдкой наблюдала за ним: такой, как в первые дни нашего знакомства – холодный, сдержанный, немного отрешенный, четкие движения тела, лицо словно изваяние, почти безэмоциональное. Он отдалился, причем так резко и неожиданно, что это втянуло меня в своего рода прострацию… Думала, он просто не будет меня трогать, а тут такая кардинальная смена полета. В принципе, мне все нравилось(почти). Я хотела, чтобы меня никто не трогал и держался на расстоянии – боролась за это и в итоге получила. Но… Было такое чувство, будто мне чего-то не хватает.       Я сидела в кресле и щелкала каналы: рождественские каникулы проходили "неимоверно весело". Семейные шоу, тематические мультики, программы – все на одну и ту же тему. Нет, я люблю красивые диснеевские шедевры, но за несколько дней они уже приелись. Я по инерции продолжала нажимать на кнопку и прикидывать, как же мне дожить до поступления, не захлебнувшись в этой дивной зеленой меланхолии. А ведь мы с Итачи даже не обсуждали момент моей учебы в вузе, какие у него планы на этот счет. Как вообще это все будет? Куда я буду поступать? Наверно, останусь в родной стране… Блин, ну нет, не хочу, хочу в Нью-Йорк. Я всегда туда хотела, мне нравилась Америка. Наверно, меня тянуло туда потому, что моя мама была из Лос-Анджелеса. А может, и нет. – Саске изъявил желание покататься на сноуборде, – сказал Итачи, опускаясь на диван. - Ты как? Отвыкла я от такого большого количества слов в свой адрес, а потому не сразу поняла, что он говорит со мной, продолжала смотреть в экран и нажимать на кнопку пульта. – Харуна? – осторожно позвал он. – Мм? Ты мне? – он кивает в ответ. – Втроем? – странная компания будет. Да, вчера в чате Саске всем вынес мозг, что надо ехать на Русуцу, но я не думала, что Итачи будет в этом участвовать. – Нет, нас будет побольше. Отлично, смена обстановки пойдет на пользу моему измученному мыслями мозгу. – Я за. – Тогда собирайся. Завтра заедем за Саске, поменяем машину и двинемся.       Итачи оставил мустанг в гараже рядом с белым камаро и вышел во двор. Саске уже нетерпеливо расхаживал перед машиной и ждал, пока Итачи нажмет заветную кнопку разблокировки. Учиха старший подошел к багажнику и разблокировал двери, забросил наши сумки. Саске подошел к нему, закидывая свой рюкзак, а я потянула ручку двери переднего сидения. – Эй, Моримото, я еду спереди! – крикнул Саске и тут же подлетел ко мне. – Это еще почему? – фыркнула я, разворачиваясь к нему. – По старшинству. Брысь. – Рыкнул он, немного наклонившись ко мне. – Мы ровесники, – открываю дверь и собираюсь залезть в машину. – Я про умственное развитие. – Саске схватил меня за розовый капюшон и потянул в сторону от машины, отчего я чуть не грохнулась на пятую точку. – Учиха! – вскрикнула я, разворачиваясь к нему и хватая его за край пуховика. Давно мы с ним не дрались – со времен младшей школы. Учиха, как же ты меня бесишь. Но тут громко хлопнула дверца багажника, заставляя нас притихнуть. – Мне вас разнимать? Шутите? – накрыл нас низкий голос Итачи, – оба едите сзади. Саске отпустил меня, состроив недовольную мину, открыл дверь заднего сидения, пропуская меня. – Истеричка, – фыркнул Саске, садясь рядом со мной. – Невротик. – Я толкнула его в бок. Итачи сел за руль и обернулся к нам. – Вы меня не поняли? – Поняли, – буркнул Саске. – Брат, а кто на переднем сидении поедет? Итачи вывел машину с территории и покатил по дороге. – Минато. Я стянула с себя парку, удобно устроившись в ее розовом мехе вокруг себя, понятия не имея, кто такой Минато. – О, его Кушина отпустила? – хмыкнул Саске. – Вроде того.       Мы остановились около изысканного двухэтажного дома, увешанного гирляндами и рождественскими украшениями. По бокам от ворот стояли олени Санты, у которых мигали красные носы – так мило… Через пару минут на переднее сидение кадилака забрался молодой и очень симпатичный мужчина в светло-сером пуховике. Его желтые средней длины волосы очень гармонично взъерошенные контрастировали с проницательными голубыми глазами. – Итачи, я до последнего думал, что ты шутишь. А как же Куба? – разлился приятный мужской тембр по салону. – Не срослось в этом году, – тихо ответил Итачи и вывернул на дорогу. – О, Саске, привет, – Минато развернулся к нам, – а это кто? Твоя девушка? Я Минато Намиказе, главный инженер Учиха инкорпорейтен. – Пффф, Минато, я еще столько не нагрешил, – усмехнулся Саске, чем вызвал у меня желание долбануть его. – Это моя поклонница, Харуна. Я чуть склонила голову, улыбаясь живым глазам Минато, при этом больно ущипнув Учиху за ногу. – Слишком уж она злобно смотрит на тебя для поклонницы, – усмехнулся Минато. – Злится, что я не отдаю ей предпочтение. – Хмыкнул Учиха младший. Я закипала, понимая, что вот-вот с моих губ может слететь что-то нецензурное, но от неловкости меня спас Учиха старший: – Саске… – произнес Итачи, заставляя исчезнуть ехидную улыбку с лица младшего брата, – сейчас заберем еще одну и будем выдвигаться. – Сказал он, набирая скорость. Минато развернулся к нему. – Ты организовал детский лагерь? – усмехнулся он. – Да нет, они уже самостоятельные, – ответил Итачи. – Как Кушина? Вообще я удивлен, что ты смог поехать. Минато запустил руку в густую шевелюру и взъерошил. – Мы немного поругались, и она решила, что ей жизненно необходимо уехать к маме, но я был против. Как ты знаешь, она в положении, поэтому не хотел отпускать ее от себя. Правда, вторая ваза, полетевшая в мою сторону, меня переубедила. О-о, беременные женщины – это нечто, – Минато покачал головой, улыбаясь. – Когда-нибудь ты поймешь меня. У тебя же есть девушка? Я вся напряглась: интересно, что он скажет. – Нет. «Нет?» Я бросила короткий взгляд в зеркало заднего вида, но отражающиеся в них ониксовые глаза ничего не выражали, только холодную черную бездну. – Нет? А вроде как, у тебя даже невеста была… – задумчиво произнес Минато. – Минато, ты ведь уже взрослый серьезный человек, а до сих пор веришь слухам? – холодно усмехнулся Итачи. Я забилась в угол, не зная, как воспринимать его слова. То есть, я теперь совершенно свободна..?       – Хината рядом со мной сядет, – сказал Саске, открывая дверь. – С чего это? Она моя подруга и сядет со мной. – Я сама открыла свою дверь, пока девушка сокращала расстояния между ее домом и машиной. Вообще, я была очень удивлена, что Хината смогла с нами поехать после того, что случилось с Неджи: у нее довольно строгий отец. Как он ее отпустил? – Нихрена. – Рыкнул Саске. Слышу глубокий вздох Итачи и сдерживаемый смех Минато. – Посадите ее по середине. И да, еще одна выходка и пойдете пешком.       Мы остановились у двухэтажного домика, засыпанного снегом. На площадке перед ним уже стояли две машины: черный кроссовер БМВ и джип гранд чероки, который был тоже черного цвета. Хах, братва приехала. Только вот, джип принадлежал Саю, который привез Ино, Сакуру, Кибу и Наруто, стоящих возле него, а чей был БМВ?       Я вылезла из машины и потянулась, разминая уставшее от сидячего положения тело, вдохнула прохладный чистый воздух, который, кажется, аж царапнул дыхательные пути. – Как тут красиво. – Выдохнула Хината, опуская ноги на расчищенную дорожку. Итачи вылез из машины и сразу обмотался шарфом, небрежно висевшим до этого на его шее. Заметив нас, Ино активно замахала, привлекая внимание остальных. Итачи вручил Саске его рюкзак и Хинаты. Мой остался висеть на его плече. И тут я вижу, как из БМВ выходит Какаши Хатаке. Вот так сюрприз: очень неожиданно. Взрослая часть нашей компании обменялись рукопожатиями и собрала нас вместе. Вижу растерявшуюся Сакуру. Неужели он настолько ей нравится? Да быть не может. – Значит, так, – начал Итачи, – это ваш дом, – он показывает на строение за нашими спинами, – а наш рядом, слева. – Я за главного! – встрепенулся Саске и подбросил рюкзаки, висевшие на его плечах. – Сай, ключи и карты я отдаю тебе, – ровно произнес Итачи и протянул их ему. Я закусила губу, чтобы не засмеяться, а выражение лица Саске того ой, как просило. – В смысле? – недоуменно произнес Учиха-младший. – Сай старше всех вас, да и поадекватней. – О какой адекватности ты говоришь? Он встречается с Яманака, – буркнул Саске, складывая руки на груди. – А ты со своей рукой. – Фыркнула Ино сзади него, чем вызвала сдерживаемые смешки. Я прикрыла рот ладонью. Все-таки неудобно: перед нами стояли серьезные взрослые люди. Итачи еле заметно улыбнулся и отдал мой рюкзак Наруто. – Если что, вы знаете, где нас искать. – Его рука небрежно указала на соседний дом, который был на порядок шикарнее. Я пробежалась взглядом по его ладони: бледная кожа покраснела, Итачи сразу сомкнул пальцы в кулак и быстро залез в машину. Мерзляк…       Мы ввалились в большую гостиную дома, которая встретила нас теплом и хвойным запахом: в углу стояла живая ель. – Наруто, Киба, намутите огонь в камине. – Скомандовал Саске, скидывая темно-синий пуховик. Я сняла парку и, подняв с пола свой рюкзак, пошла на второй этаж: надо же как-то распределить комнаты.       Сай все решил по красоте: он и Ино; я, Сакура и Хината; Наруто, Киба и Саске, что последнего не обрадовало. – Диван на первом этаже в твоем распоряжении. – Спокойно ответил Сай на возражения Учихи.       Я долго торчала в душе, пытаясь смыть с себя ощущение дежавю. Мы ведь с Неджи… Нет, нет. Мы были в другом месте и вообще, как будто в другой жизни. Надо что-то делать, пока я не испортила себе настроение и не впала в уныние.       Переодевшись в мягкий бледно-розовый костюм и завязав волосы в слабый пучок, я спустилась вниз, где Ино уже заливала в металлическую кастрюлю третью бутылку красного вина, Хината и Сакура нарезали яблоки и апельсины, Сай ковырялся в специях рядом с ними. Наруто и Киба, под предводительством Саске, пытались разжечь камин. Я расплылась в улыбке: так это было круто, столько уюта и какой-то простой домашней радости витало в воздухе. У меня аж мурашки пробежались по спине. Жаль, Гаара не смог поехать с нами… Занят делами даже на каникулах. Мне его не хватало, прям очень. Хотелось отправить ему фоток всей этой идиллии, но, как водится, в таких местах нет связи, чтобы люди отдыхали от соц.сетей и прочей интернетной ерунды. – А мы кататься сегодня не идем? – спрашиваю, проходя на кухню. Ино выбрасывает пустую бутылку и закидывает фрукты в емкость с вином. – Это для разгону, – хихикнула она, – Харуна, достань стаканы с верхней полки. Я подставила стул и полезла за посудой. – Наруто, ты не накидаешься глинтвейном? – крикнула я, привлекая его внимание, – ты обещал подучить меня кататься на сноуборде. Наруто просто виртуозно обращался с доской. – Харуна-чан, я… – что-то пробубнил он, – может, кто-нибудь другой? Я поставила последний стакан на столешницу и слезла, разворачиваясь к нему. Странно. Саске посмотрел на меня, потом на Наруто, у которого было такое лицо, словно у него скрутило живот, закатил глаза. – Да ничего с тобой Итачи не сделает, успокойся. Он ведь даже дал тебе подержать ее царский рюкзак, – фыркнул Саске. Ну вот, опять. – Захлопнись, Учиха, – рыкнула я. – А то что? – ощетинился он. – Хватит вам, сколько можно грызться? – подал голос Киба, черкающий спичками, – вы и пяти минут не можете прожить, чтобы не задеть друг друга. Задолбали. Что-то он нервный. Я промолчала, Саске тоже. Повисла неловкая тишина. – Эй, ну вы че? – голос Ино, – быстро разобрали кружки и на трассу! Наруто, ты – парень, а парень должен сдерживать свои обещания! Обещал Харуне-чан, значит, исполняй! Мы все косились на нее. Нет, тут не Сай за главного… Или просто Ино – серый кардинал. – Разрулила ситуацию, – хмыкнула Сакура и припала к ароматной жидкости в стакане.       Мы как-то расслабились, выпили глинтвейн и своим скудным составом (я, Наруто, Киба, Сакура, Саске) собрались на трассу.       Наруто как-то отвлекся от своей навязчивой боязни Итачи и занялся мной. Оййй… бедный Узумаки, сколько ему пришлось вытерпеть. Я все никак не могла нормально держать равновесие, просто не понимала, как его найти и зафиксировать. Но когда Наруто пронзительно закричал свое фирменное «Даттебаё!!!», мое тело само все нашло, а я еще долго смеялась с этого момента и силы заклинания «Даттебаё».       Если мы с Наруто торчали на трассе для новичков, а Киба был с нами «за компанию», то Сакура каталась на лыжах на трассе для профессионалов, как и Саске на сноуборде. – Я уже околел, да и жрать охота, – рыкнул Киба, отстегивая ноги от доски. – Я тоже, – шмыгнул носом Наруто. Жаль, а я только вошла во вкус, распробовала, так сказать. – Ну хорошо, пошлите, – согласилась я. – Может, вечером, тоже покатаемся? Тут были ночные трассы, и я хотела их опробовать. – Может. Если я буду стоять на ногах, даттебаё! – усмехнулся Наруто и помог мне снять доску.       Втроем мы подошли к территории нашего дома. И тут я, решив немного разрядить напряжение друзей, опустила руки в гору снега, слепила снежок и бросила в ворчащего весь день Кибу. – Эй, Харуна! – взвизгнул он, офигевший от моей меткости – я сбила ему шапку. А дальше, как в тумане: мы на перебой бросались снежками, заливая округу звонким смехом. Минуту спустя на улицу уже выбежала Ино в уггах, домашнем костюмчике наподобие моего и расстегнутом пуховике и тоже окунулась в нашу снежную войну. Саю моментально прилетел снежок в живот, как только он открыл дверь. Мои руки уже прилично покраснели, ведь варежки насквозь промокли, в волосах застрял слипшийся снег, и моя шапка валялась где-то под ногами. Я уже в слепую бросалась снежками, ибо из-за количества разлетающегося в разные стороны снега почти ничего не было видно, только силуэты, да слышно было визги Наруто, Ино, крики мои и Кибы. – Эй, вы че, детство в одном месте заиграло?! – надменный голос Саске. Взрослый нашелся. Вижу какой-то темный силуэт и набираю снег. Сейчас ты у меня получишь, я буду страшно и больно мстить тебе, Учиха! – Лови, попугай! – закричал Киба и, видимо, бросил снежок. И все резко прекратилось, все затихли. Я откинула растрепавшиеся волосы от лица, тяжело дыша, и осмотрелась. Все замерли. Киба слился с окружающей средой: белый как мел. Я развернулась. Ошарашенный Итачи, с налипшим к виску снегом, с вытаращенными глазами и приоткрытым ртом. Черт… Нет, не так. БЛЯТЬ! Минато сдержано хихикал, а Какаши поправлял свою маску, обводя нас заинтересованным взглядом. – Молодец, придурок, – хмыкнул Саске. – Пиши завещание. Блин, это плохо. Я смотрела на еле живого Кибу и услышала звук разбивающегося снежка. Резко поворачиваюсь: Саске с опадающим со лба снегом и бешеными глазами. Поднялся громкий смех. – Десять из десяти, Итачи-сан! – взвизгнул Наруто и запустил снежок в Сакуру, которая начала прятаться за Саске. Я снова опустила ледяные руки в снег, вступая в войну, к которой присоединились Итачи, Минато и Какаши.       Я в кого-то попадала, но в кого – не видела. Ибо стоять и рассматривать, в кого целишься, было опасно – можно было заработать фингал или лишиться глаза. – Какаши-сан, уклоняйтесь, а то Сакура Вас уничтожит! – голос Ино. О, кажется, я знаю на ком сконцентрировалась розововолосая. Не забудь сказать «спасибо» Кибе, Сакура. Интересно, а что они вообще забыли у нас? Я отряхнула снег и бросилась в дом – руки онемели и потеряли чувствительность. Но как только открыла входную дверь, мне в бедро прилетел снежок, отчего я взвизгнула и спряталась за спасительной стеной. – Что там происходит? – обеспокоенно спросила Хината, спускаясь со второго этажа. – Третья мировая. Я сбросила парку, и прильнула к окну, убирая мокрые длинные пряди от лица и пытаясь согреть околевшие пальцы. На улице борьба не утихала: раскрасневшиеся веселые лица, орущие что-то, скорее всего, нецензурное, не знаю, не могла разобрать. И конечно же, мой взгляд был прикован к Итачи. Таким я его никогда не видела: он смеялся, как дитя, весь в снегу, растрепанный, черный шарф размотался, волосы выбились из хвоста и метались из стороны в сторону от движений тела. Засмотрелась, да… Такой он был живой, обычный. Просто парень с соседнего двора, а не финансовый директор Учиха Инкорпорейтен с незатейливым хобби, от мыслей о котором у меня внутри холодело. Впрочем, Минато и Какаши тоже не особо были похожи на главного инженера и председателя акционерного собрания. Я засмеялась и потерла бедро, в которое попали. Больновато. Уверена, что это был Саске. – Ну и бойня… – прошептала Хината, устраиваясь рядом со мной. – О, да, – улыбаюсь и морщусь одновременно: руки начали покалывать, отогреваясь – какие же это неприятные ощущения. – Пойдем, сварим им какао! – «загорелась» Хината и, схватив меня за руку, потянула от окна. – У меня руки не работают. И это не только из-за холода. – Смеюсь, усаживаясь на стул перед столом. Ну не умела я вести себя на кухне. Хината полезла в холодильник за молоком. – Смешать молоко с порошком какао, добавить сахар и довести до кипения? – Хината посмотрела на меня, как на инопланетянку, чуть приподнимая брови. Молоко хлынуло в металлическую кастрюльку. – Поверь, я и это могу запороть, – честно отвечаю. – Ты просто не старалась, – улыбнулась Хината и насыпала пару ложек какао-порошка в молоко. – Помешай, а я пока поищу корицу. Она же должна была остаться после глинтвейна? – Наверно. Я нерешительно подошла к плите и помешала какао. Черт… Ну да, это просто.       Входная дверь резко распахнулась, и в дом ввалились воины Одина, чуть ли не крича «Вальхалла!», запуская промозглый холод в дом, который сразу прошел по ногам. Хината поежилась и забросила в кастрюлю палочки корицы. – Пахнет какао? – протянул Наруто, принюхиваясь раскрасневшимся носом, – а? – Точно! – усмехнулся Киба и скинул куртку, как и все остальные. Красные, уставшие, растрепанные и довольные. Только Итачи и Саске были бледными, словно тот же снег. Брюнет стянул шарф, не сдерживая улыбку, заново завязал свой низкий хвост и убрал влажные от снега пряди челки с лица. Как только ониксовые глаза пересеклись с моими, я сразу повернулась к плите, покрываясь мурашками, и интенсивно размешала какао. Его улыбка такая теплая, красивая и… Блин, да что это со мной? Хината достала кружки. Я разливала горячий напиток, а она раздавала. – Спасибо, Хината, я не буду. Из-под рук Моримото может выйти только отрава, – хмыкнул Саске. Я резко развернулась. – Я буду более, чем удовлетворена, если ты не притронешься к священному напитку, приготовленного мной. Хината так и стояла растерянная с кружкой перед Саске. – Спасибо, Хината. – Низкий голос Итачи. Брюнет выудил из ее пальцев кружку и сел на стул. Теперь нас разделяла только широкая кухонная тумба. Он молча, даже не смотря на меня, опустил на столешницу мою шапку, про которую я даже забыла. Черт… Я быстро схватила ее и убрала на полку в столе, отворачиваясь. Надеюсь, никто этого не увидел. – Фу-у, детки, ну вы и устроили! – ухнул Минато и упал на диван перед камином, – спасибо за какао, девочки. Очень кстати. – Да вы нас чуть не утрамбовали в снег, даттебаё! – вскрикнул Наруто, устраиваясь рядом с инженером и делая большой глоток из кружки, – а-а-а! Потрясно! Я смотрела на Какаши, который тактично отказался от согревающего напитка и сел в кресло. Хм… Настолько не хочет снимать маску? Что у него там? Шрам? Отсутствие зубов? ЧТО?! Я же теперь спать не буду! – Харуна? – голос Итачи. Я аж вздрогнула от неожиданности. – Мм? – поворачиваюсь к нему – чуть улыбается. – Прости за снежок в бедро. Больно было? – Да нет, пустяки, – отмахиваюсь от него. «Ага, чуть тазобедренную мне не сломал». Я отвернулась к плите, не выдержав его взгляда. – Эй, молодежь, вы к нам приходите: у нас открытый бассейн на крыше, – сказал Минато. – Очень заманчивое предложение, Минато, только на улице немножечко прохладно, если ты не заметил, – фыркнул Саске. – А ты что, боишься поясницу застудить? – засмеялся тот, я тоже усмехнулась, – Горячий бассейн и холодный горный воздух. Я повернулась к греющемуся собранию вокруг камина. – А мне идея нравится... – застенчиво улыбнулась Сакура, скользя взглядом по Какаши. Ой, Сакура, куда ж тебя несет? Я закусила губу, подруга явно решила пообщаться с Хатаке. О-о-о… Мне тоже нравится, я бы на это посмотрела.       Наша немного недалекая компания все же приперлась в дом к Итачи, Минато и Какаши. – Брат, я пытался их отговорить. – Сдал всех Саске, хотя сам рвался первее всех. Итачи оторвался от экрана макбука и обвел всех взглядом, сидя за массивным дубовым столом в зоне кухни. Хм… У них есть вай фай? – Располагайтесь, раз пришли, – ровно ответил брюнет и вернул взгляд на экран. Как же мне нравился Сай, который застенчиво стоял в дверях с ящиком алкоголя. – Отлично, – довольно фыркнул Саске и развернулся к нам. – Мне кажется, мы будем мешать твоему брату, – тихо сказала Ино, поглядывая за плечо Учихи младшего, но Саске отмахнулся: – Нет, он всегда такой.       Алкоголь опустился на низкий столик между диваном и стеной, на которой висела большая плазма. Пока остальные осваивались, я нерешительно подошла к Итачи: он рассматривал какой-то график и методично постукивал длинным пальцем по столу. На меня внимания не обратил. – У вас есть вай-фай? – улыбаюсь. Итачи кивнул, не отрывая взгляда от макбука. Вот же ж… Он еще и смотреть на меня не будет? Я поджала губы. – Можно мне подключиться к сети? – Зачем? – ониксовые глаза остановились на моем лице, и я забыла, для чего мне нужен был вай-фай, – ты нарушишь общий дзен. – Ну вы же пользуетесь… – Кушина убила бы Минато, если бы не смогла до него дозвониться. А мне для работы надо, – ровный прохладный тон. – Ну блин, я просто отправлю Гааре фотки и сразу отключусь, – отвечаю, смотря на него, – пожалуйста. Итачи сдержал улыбку и показал мне сеть с паролем. Я зашла в чат с другом и загрузила фотки с трассы, с посиделок с глинтвейном и какао. Странно: Гаара уже сутки не был в сети. Наверно, улетел куда-то и вырубил телефон – у него такое бывает. Я отключилась от вай-фая, отошла к друзьям и опустилась в кресло. Да, Итачи не располагал: все были как на иголках. – О, заявились! – раздалось сзади, – Саске, ты решил-таки поплавать в бассейне? Минато спускался со второго этажа, пряча телефон в карман светлых джинсов. – Не смог устоять перед твоим предложением, – хмыкнул Саске, но он тоже чувствовал себя некомфортно. – А-а, что принесли? – спросил блондин и полез на полки за стаканами, – Итачи, где Какаши? – На крыше. Медитирует. – Ответил брюнет. Минато подозвал меня и Хинату к себе: – Девочки, берите стаканы и все, что нужно: холодильник забит, – сказал он, – а я пойду позову этого мистера загадку. Инженер как-то располагал и топил лед, которым покрывал всех Итачи. Минато скрылся за стеной, а мы с Хинатой опять как-то растерялись. – Берите все, кроме розовой коробки. – Холодно произнес Итачи, не отрываясь от графиков. Его поведение просто сковывало, благо, Минато очень скоро вернулся, таща за собой Какаши, который был в черных джинсах и майке без рукавов. И он в таком виде торчал на улице? Да уж. Я пробежалась по нему взглядом: у него довольно атлетлетичная фигура, высокий, выразительные глаза разного цвета, пепельные волосы, хоть половину лица и скрывала маска, но тонкие четкие черты все равно угадывались. Официально заявляю: в этом случае, я одобряю увлечение Сакуры.       – И так, выпьем же за снежную войну и мой разыгравшийся насморк! – бахнул Минато, поднимая очередной стакан с виски. – Даттебаё! – вскрикнул Наруто и опрокинул свою порцию. По комнате пронесся смех. Я сделала маленький глоток алкоголя и покосилась на Какаши: и как же ты провернешь это, не снимая маски? Но он просто потягивал алкоголь через трубочку, словно лимонад, которую пропихнул под маску – ткань была довольно эластичной. Вот черт… Любопытство меня, конечно, жгло, но невзначай придвинувшаяся к нему Сакура как-то отбила мою охоту. Фиг с ней, пусть забирает его. Итачи так и сидел в компании своего макбука, и это, видимо, уже напрягало только меня. Его словно не было с нами, просто какой-то холодок окутывал ноги на полу. Ой, ладно, это уже моя фантазия – я начинала расслабляться и, по-моему, радоваться жизни.       Градус постепенно рос, заставляя смеяться громче, разговоры и шутки становились смелее и развязнее. – Я ж это, штуку эту привез! – вдруг вскрикнул Наруто. – Какую штуку? – спросила Ино, вертя в пальцах шпажку с сыром. А я, кажется, знаю о чем он. – Ну это, – Наруто поднялся на ноги, чуть пошатнувшись, – Коврик для танцев и микрофон. Саске тут же схватил бутылку. – Я еще не дошел до этой степени опьянения. – Хмыкнул он и сделал щедрый глоток рома, морщась. Сама аж скривилась. Но Наруто молодец: если мы не едем в клуб, то клуб едет к нам. (с) Узумаки Н. – Со мной кто-нибудь сходит? – растеряно спросил Наруто. – Я схожу. – Поднимаюсь с кресла. Он может заблудиться в трех соснах даже днем, не говоря о ночи, которая царила за окном. К тому же, если мы будем зажигать, то стоит сменить свой мило-розовый костюмчик.       Когда мы с Наруто забрали его гаджеты и вернулись обратно, то Саске с Ино уже устроили какой-то спор. – Вы чего это? – насупился Наруто, прижимая к себе большой розовый коврик. Нам уже освободили место перед плазмой, убрав стол и отодвинув в сторону диван. – Опять что-то не поделили? – усмехаюсь и помогаю Наруто подключить к плазме провода. Саске зыркнул на меня, обводя взглядом мои черные штаны и слегка укороченную футболку, расплываясь улыбке: – У Гаары штаны сперла? И с каких пор у тебя задница появилась? – С тех пор, как ты прозрел. Это мои штаны, так что затухни, – рычу в ответ. Саске фыркнул. – Да я не согласна, слышишь?! – взвизгнула Ино. У меня аж пульт из рук выпал. Поворачиваюсь. Блондинка испепеляет взглядом Учиху, который снисходительно улыбается. – Боишься проиграть? – он приподнял одну бровь. Ино вскинула руки и отошла от него. – Да ты забрал себе Харуну, у которой выносливость, как у быка(спасибо за комплимент, подруга), Хинату, которая десять лет вокалом занималась, ты – капитан футбольной команды, а у Наруто просто вечный фейерверк в заднице! Это нечестно! Я ничего не понимала. В смысле, забрал? – Это называется "тактика", – довольно фыркнул Саске. – А в чем дело? – подаю голос. И тут мне рассказывают, что у нас намечается батл, ибо просто так тусить – скучно. И пока меня и Наруто не было, Саске завербовал нас в свою команду. – Ты не будешь истерить, если я отдам вам Какаши? Сай ведь полумертвый уже, – предложил Саске, – У вас будут Минато, Какаши, Киба, Сакура и ты, Ино. Против меня, Хинаты, Наруто и Харуны. Мы в меньшинстве. – Почему мы не можем просто потанцевать, попеть песенки? – несмело спросила я, видя огонь в глазах друзей. – Зануда. – Фыркнул Саске. – Да мы вас сделаем. Харуну нехило так подбили сегодня! – усмехнулся Киба, воинственно выкатив грудь. – А не обидно будет ныть после того, как вас сделают три с половиной человека? – ехидно улыбнулся Саске. Ну все, он завелся – назад дороги нет. Минато и Какаши, кажется, не понимали к чему дело-то идет. – Ну ок, а судить нас кто будет? – спросила Сакура, складывая руки на груди и пытаясь подавить улыбку, которая так и норовила расцвести на ее лице – Какаши стоял рядом и теребил край маски, думая о чем-то. – Итачи, – совершенно спокойно ответил Саске. – Да? Рассудишь? Ну, конечно, ему же делать нечего. Я развернулась к старшему Учихе, который исподлобья смотрел на всех, подпирая ладонью высокую скулу. Сейчас на экране макбука были цветные диаграммы. Он кивнул с выражением лица «ладно, хер с вами» и уткнулся в экран. Я хмыкнула и подошла к плазме сделать завершающие штрихи. – Для начала разогреемся. – Улыбаюсь и включаю трек в стиле кей-поп, понимая, что будет весело.       Мы все откровенно устали – в хорошем смысле слова. По началу, мы с Наруто даже подтанцовывали команде Минато, на что Саске рычал на нас: – Вы им подсказываете движения, угомонитесь нахер! Но мы отмахивались от него, смеялись и продолжали танцевать. Саске всерьез относился к этому, как к состязанию, в то время как все остальные просто веселились. Признаюсь, это была самая лучшая тусовка за последнее время: Минато и Какаши постоянно подшучивали над нами. Улыбка, наверно, не сходила с моего лица.       «В живых» остались только я и Саске против Минато и Кибы. Хината заботливо поила водой уставшего Наруто, который перестарался и потянул лодыжку. Но это не мешало ему цедить виски между глотками воды. Сакура откровенно слилась после Какаши и теперь сидела на полу перед креслом, в котором он отдыхал. Розововолосая что-то говорила и улыбалась, когда Хатаке отвечал. Вот это да… Ино топила за Минато и Кибу, тормоша полусонного Сая: как-то быстро он вырубился сегодня. – Харуна, давай. – Саске взял меня за плечо, – на выносливость до победного. Он поставил меня перед собой. Поднимаю глаза: Минато. – Эм-м… – неуверенно протянула я и повернулась к нашему капитану. – Не недооценивай его: он успевает за десять минут метнуться в супермаркет за творожным сырком и селедкой и вернуться обратно к жене прежде, чем она передумает. – Хмыкнул Саске, не скрывая азарта в глазах. Оу, кажется, у меня проблемы. Хотя, Минато накатил приличное количество алкоголя и – это видно – устал, а я всего лишь немного выдохлась. – Хм, Саске, а как же «капитан на капитана»? – улыбнулся Минато. – Я ставлю против тебя самое сильное звено, – хмыкнул Саске. Хах, ничего себе заявление. Улыбаюсь и потягиваюсь, довольная. – А я думал самое очаровательное, – блондин подмигнул мне. По-доброму так. Я чуть смутилась. – Нет, самое очаровательное сейчас занято не тем. – Буркнул Саске так, что его услышала только я и обернулась: кажется, он смотрел на Хинату, которая сидела рядом с Узумаки, легонько трогая его за плечо и повторяя «Наруто-кун», а он как-то и не замечал этого. Я закусила губу и повернулась к Минато. Саске включил мой любимый на тот момент трек в жанре кей-поп, под который даже я бы умерла. Это подстава, Учиха…       Я погибла смертью храбрых через минуту после Минато, довольная собой и жутко уставшая. Еле передвигая ноги, я добрела до тахты, которая стояла в углу перед большим окном. – Я умру на пару минут. – Выдыхаю. Сердце бешено бьется. Даже не смотрю на Саске и Кибу: либо мы выигрываем, либо 1:1, что Саске, конечно, не устроит – он выгрызет победу любой ценой. Устало закрываю глаза, вслушиваясь в трек, который выбрал Киба. Хех…       – Да! Да, мать вашу! – закричал Саске. – Вас уделали три с половиной человека! О, этот сладкий вкус победы, и Учиха младший зависим от него. Я усмехнулась и открыла глаза, поднимаясь с тахты. Саске тяжело дышал, но широко улыбался, повернулся к брату. Итачи сидел за столом, упираясь подбородном в сцепленные пальцы, серьезно смотрел на всех. – Вы проиграли, Саске. – Ровно сказал Итачи. Эм.. Как это? – Ч-чего? – Саске аж подавился возмущением. – Мы уделали их всухую! Команда Минато заметно оживилась и уставилась на Итачи. Брюнет поднял прохладный взгляд на брата. – Видишь ли, правила таковы, что я не могу судить твою команду объективно – ты ведь мой брат, прямой родственник, – Итачи еле заметно улыбнулся, – считай это техническим поражением. Саске во все глаза смотрел на Итачи, все еще не веря сказанному. Ино засмеялась и захлопала в ладоши, Киба стукнул по столу. – В следующий раз думай не только о внутренних, но и о внешних факторах, Саске, – более мягко добавил брюнет. Нет, уж, стоп. – Подождите, подождите! – я подняла руки, прерывая повизгивания второй команды, – ты не можешь объективно судить и вторую команду: в ней двое твоих коллег. Итачи перевел тяжелый взгляд на меня: – Ты права. Значит, ничья. Саске оскалился. – Да нет, блин! – рыкнул он, наполняясь раздражением. Младший Учиха совершенно не умел проигрывать. Но объективно – мы выиграли. – Да хватит тебе, Саске, – усмехнулся Минато и обхватил его за шею, держа в другой руке бутылку джина, – все в бассейн! Поднялся радостный визг, и все, кроме Итачи, который оставался за столом, Какаши, стоявшего рядом с ним и что-то бубня, и Сакуры понеслись к лестнице на крышу. Сакура накидывала на плечи красный пуховик. – А ты куда? – спрашиваю, подходя к ней. Она как-то растерянно посмотрела на меня. – Ну… Я без купальника, – улыбнулась она. – Схожу за ним. Девушка выскользнула за дверь, оставляя меня одну с Итачи (Какаши исчез с первого этажа). Я почувствовала какую-то неловкость, хотя он просто устало потирал глаза. Решив не раздражать его, отыскиваю свою парку и быстро выхожу из дома, намереваясь уйти, но мой взгляд цепляется за невероятно красивое звездное небо и стоящие перед домом двухместные качели. Кажется, на тахте лежал плед… Я вернулась в дом и сорвала мягкое покрывало, замечая, что Итачи уже нет.       Завернув ноги в плед, я устроилась на качели, запрокинув голову к небу. На улице был легкий мороз, который покалывал мою тонкую кожу на лице. С губ срывались облачка пара. Дверь хлопнула, привлекая мое внимание. Оборачиваюсь. – Какаши-сан? – приподнимаю одну бровь, – куда это Вы на ночь глядя? Он смотрит на меня. – Харуна? – наклоняет голову, – да на ночную трассу. Сакура попросила поднатаскать ее навык катания на лыжах. – М-м… Как мило с Вашей стороны ей помочь, – улыбаюсь. Ай, да Сакура… Она же сама кого хочешь поднатаскает в этом плане. – Хочешь с нами? – предлагает он и накидывает капюшон. – Нет, нет. Я вымоталась. – Тактично отказываюсь. Сакура бы меня убила, если бы я согласилась. Как только Какаши отошел на приличное расстояние, я тихо засмеялась.       Все еще улыбаясь, запрокинула голову назад и стала рассматривать небо, которое было похоже на темное полотно с рассыпанными по нему голографическими блестками – это что-то невероятное. В городе такого не увидишь. Как же все-таки хорошо, что мы выбрались сюда. Минато такой классный, веселый, носился с нами, как курица-наседка с цыплятами. Я усмехнулась: готовится к роли отца. Но зачем это все нужно было Итачи? Весь вечер просидел за ноутбуком, делая вид, что нас нет. Скорее всего, он изначально решил, что скажет Саске о техническом проигрыше. Да уж, в плане просчитывания своих действий Саске до Итачи далеко. Да всем до него далеко. Закусила губу: я это признала? Серьезно? Скрип снега. Итачи опустился рядом со мной, скидывая с головы капюшон с пушистым мехом. Я выпрямилась. Он рядом – непривычно. – Мерзнешь? – спросил брюнет. – Нет, я подготовилась, – хлопаю по ногам, замотанным в плед. – Предусмотрительно. – Хмыкнул Итачи и полез в карман. Через пару мгновений на мои колени опустилась кожаная коробочка. – Что это? – я сдвинула брови и открыла ее. – Ого… – непроизвольно произношу. Свет, исходящий из окна дома, скользнул и заискрился на камнях. В коробочке лежали серьги-гвоздики с черными бриллиантами круглой формы, опоясанные маленькими белыми. Я уставилась на серьги: очень красивые, хоть и сдержанные. – Извини, что с опозданием. Долго уговаривал Санту вычеркнуть тебя из списка плохих девочек, – его голос вывел меня из транса. – Но они же… – да черт, они очень дорогие, на мой взгляд, во всяком случае, – я не могу. – Взамен тех, которые ты… – он замялся, закусывая край губы. Эта тема была ему неприятна. Неужели он до сих пор чувствует свою вину? – Загнала. – Подсказываю. Я крутила в руках коробку – это первое украшение, которое мне понравилось за долгое время. Тишину разрезали крики моих друзей, веселящихся на крыше. Я тихо усмехнулась и убрала коробочку в карман, немного поерзав на месте от неловкости. Брюнет все еще сидел рядом. – Что там, на небе? – спросил он низким бархатным голосом, который словно обволакивал. Я подняла голову, всматриваясь в звездный узор. – Мне хочется думать, что там мама, – тихо отвечаю. – Хоть и знаю, что это не так… – я замолчала. Мысли о маме всегда навевали тоску и сковывали голосовые связки вместе с горлом. – Ты все еще не свыклась с потерей? – Итачи запрокинул голову назад, смотря на небо. – Свыклась, но… – Она воспитала прекрасную дочь, – перебил меня Итачи. Может, заметил, что мне тяжело об этом говорить. – Это шутка? – усмехаюсь себе в шарф. По-моему, он всегда был не доволен моим поведением. Итачи промолчал.       Я все еще смотрела на небо, отчего в глазах уже начинало рябить, но вдруг пронеслась настолько яркая вспышка, что моя способность говорить на миг пропала. – Падающая звезда! – восторженно пискнула я, – желание! Быстрее загадывай! Я сильно зажмурилась и прижала холодные пальцы к губам, сильно желая жить в Нью-Йорке. – Харуна, это не звезда, а осколок кометы или астероида, которые, попадая в атмосферу, начинают гореть, – он говорил со мной, как с полоумной, – и то, мы видим след когда-то сгоревшего метеора, потому что скорость… Я повернулась к нему, не скрывая своего недовольства его репликой – он замолкает, встречаясь с моим взглядом. Как будто я не знаю! Зануда заумная… – Ладно-ладно, я загадаю. – Усмехнулся брюнет и закрыл глаза, закусывая нижнюю губу, чтобы уголки рта не растянулись в улыбку. Я откинулась на спинку качели и сложила руки на груди: испортил такой момент! Цокаю, не в силах держать возмущение в себе. – Что? – Ну, это же, как минимум, безумно красиво и волшебно. Ты разве каждый день это видишь? – отвечаю немного обиженным тоном. Итачи посмотрел в небо, будто что-то увидел. – Как это похоже на твою искреннюю и беззаботную улыбку – тоже безумно красиво и волшебно. И довольно редкое явление. Это он мне? Обо мне? Ошарашенная его словами, я вытаращилась на него, но Итачи смотрел в сторону входной двери, из которой выходила Хината. – Хватит сидеть на улице – не лето все-таки, – сказал он уже привычным прохладным тоном и встал на ноги. – Спокойной ночи. Брюнет направился к дому, попутно желая Хинате добрых снов, скрылся за дверью.