Потерянная принцесса

Сайфер нетерпеливо постукивал пальцами по столу, и поймал мысль, что за сегодняшний день в его кабинете было слишком много народу: то дочь, то теперь слуга. Причём поводы схожие и довольно близкие: Белль приходила просить отпустить Мэйбл Пайнс, а Кейт, оказывается, знает что-то больше о его пропавшей жене Мэйбл Сайфер, чем он сам, но по каким-то причинам слуга умалчивала об этом, да и сейчас сидя перед ним, не была многословна. А её молчание с каждой минутой разжигало в нём огонь негодования, и некой оскорблённости: почему она знает больше, чем он. – Я ещё раз повторяю, где моя жена. – Сайфера уже почти трясло. Он был готов пойти против собственных принципов и правил и исключительно в профилактических целях – ударить её, но только пусть уже потрудиться объяснить, что тут происходит. – Господин, я... – она вся сжалась и очень-очень тихо прошептала, – не могу рассказать этого. Она меня об этом попросила. Его воздействие действовало на Кейт, как удушение: постепенно кольцо из невидимой верёвки сдавливало шею всё сильнее, и дышать становилось всё тяжелее. – То есть ты с ней виделась? Где вы с ней встретились? Почему мне нельзя этого знать? – он осыпал её вопросами, но она с сожалением думала, что как бы она не хотела – рассказать не сможет. – Господи... – хрипло прошептала она, чувствуя, что ещё чуть-чуть и воздуха не хватит вообще. – Если я отключусь, – я точно ничего не расскажу. – Я залезу в твои воспоминания. Кейт слабо покачала головой. – Ваша жена скрыла все воспоминания связанные с той ночью. Вы не увидите... – хриплый кашель вырвался из её уст, после снятия невидимых оков. Билл обвёл её изучающим взглядом и встал со своего места, обращая свой взор в окно. Где-то вдалеке виднелись очертания зданий ближайшего города, его пики и дома на самой окраине. Взгляд Сайфера был до того опустевший, что можно было бы принять его всего за восковую куклу. «Неужели она не доверяет ему?» – эта мысль крутилась в его голове вихрем, и хоть как-то опровергнуть её у Сайфера оснований не было. Были и другие, но эта была самой явной, и акцентировать внимание на других он не хотел. Руки сами собой сложились за спиной, а она сама выпрямилась, и Сайфер выглядел, как натянутая стрела или командир отряда готовый к атаке. Он ничего не чувствовал: ни отчаяния, ни отторжения ни чего либо ещё. Не совсем верно, конечно. Всё же его грызло изнутри чувство предательства. То, что его жена поделилась не с ним, а с обычной прислугой (хоть Сайфер и не мог отрицать, что они были близки), и это, несомненно, его оскорбляло. Конечно, он не исключал какие-то факты или подводные камни в этом деле, но тогда, что же такого произошло, что ей пришлось поделиться не с ним. – Она не могла рассказать этого Вам, – словно прочитала его мысли, отозвалась Кейт, уже слегка придя в себя. – Те, кто с ней это сделали, – коих я, впрочем, не знаю, – поставили под её лопаткой метку, которая обжигает её, когда она ведёт разговор с Вами или рассказывает Вам про себя. Кейт говорила на одном дыхании, смотря как с каждым её словом, его плечи напрягаются. – Я также не совсем уверена, чувствует они что-то или нет, пока я Вам это рассказываю. – Она перевела дыхание, усаживаясь удобнее в кресле. – Я, честно сказать, уже смутно помню нашу встречу в ту ночь, но что-то всё-таки сохранилось. Мы тогда заключили с ней договор, что я буду оберегать Мисс Белль и помогать Майку, а также в случае чего Вам, если вам всем это потребуется. А также я должна буду помогать ей, если она попадёт в замок. Это было её целью, ведь согласитесь, что здесь ей находиться намного безопаснее, чем в любом другом месте во Вселенной. Но всё-таки она стремиться к одному – убрать метку. А как Вы понимаете и сами знаете, что в замке достаточно различных цветов и трав для изготовления мази. И... Кейт замолчала, не зная, стоит ли продолжать и сообщать Мистеру Сайферу информацию, что как бы его жена здесь, у него под боком. Это облегчило бы все поиски, и сняло бы не сходящее напряжение с Билла. Но такое ответственное решение она не могла принять в одиночку, не имея согласия с Миссис Сайфер, и поэтому замолчала, сложив руки в замок перед собой. Хотя на самом деле, Билл догадался и сам, ещё после первых слов. И этот факт ввёл его в оцепенение, что он неподвижно и, не дыша, смотрел на город, хаотично перебирая мысли в голове. Это радовало, безусловно, и заставляло сердце Сайфера и его всего, наконец, расслабиться за столькие годы. Он почувствовал такую лёгкость, просто невообразимую, какую ощущал, когда она была здесь. Это его окрыляло и сеяло тепло в душе. Она здесь. Облегчение накатило такой приятной волной, что он совершенно забыл, что его жена сейчас находится не совсем в безопасности и причём по его воле. И при всей радости, Сайфер нашёл новый фактор, за который можно себя ненавидеть – она, по его воле, в Северо-Восточном крыле. По его чёртовой воли. Это било по самолюбию. Он просчитался и очень критично. Почему ему раньше в голову не пришло, что человек с Земли не мог априори знать о тайниках? А её странное поведение? Он вообще видел её имя? Мэйбл. Такое кричащее и знакомое, не пробудило в нём никаких чувств? Не сеяло сомнений? Да, ничего не было, и это было странно, и этот вопрос войдёт в число нерешённых загадок. Сайфер порывисто развернулся на пятках, решив для себя, что к чёрту все его принципы и общественное мнение, – он пойдёт сейчас за ней, извинится и прекратит её кошмар. Сейчас даже поимка тех, кто за этим стоит, ушла на второй план, главное – достать её. – Мистер Сайфер?.. – Кейт встала на ноги, как только Господин развернулся к ней лицом. И тогда по его решительному взгляду, который слуга видела всего один раз, когда его жена пропала, а он основательно решил её искать. Она осознала, что он всё понял. – Ты снова в приближённых слугах, поздравляю, – кратко ответил он, и более не обращая внимания, направился туда, куда его манил супружеский долг – в Северо-Восточное крыло. Кейт, облегчённо выдохнув и перекрестившись на удачу, тоже покинула кабинет.

***

Мэйбл орала, терзая горло. Она тёрлась об каменистый пол спиной, в надежде унять разрывающую боль по всему телу, исходящую от горящей метки. И Миссис Сайфер действительно казалось, что она горит, как в живую. Всё тело дрожало от пылающего места на спине, испарина покрыла его полностью, а уже давно закончившиеся слёзы, стали стягивать кожу. Горло саднило от дикого крика, на который в этом месте, где это обыденно, – никто не обращал внимания. Она была полуживая, находилась на какой-то грани между обмороком и явью, но уже не ощущала нижнюю часть тела. Она пыталась сообразить, что происходит, но мозг ни в какую не хотелось выдавать варианты, и временами ей казалось, что он просто отключался, а она уже просто на автомате сдирала спину об пол. Волосы, что были собраны ранее в хвост, разметались по пыльному полу, от её резких и порой необъяснимых движений, одежда больше походила на мокрое бельё как будто кто-то только-только вынул его из стиральной машины. Сознание было затуманено болью и безысходностью. Видимо, она стала совсем не властной над ситуацией, и теперь Верховный Суд отплачивает ей за какие-то грехи. По-крайней мере, ей так думалось, а на деле же такой не осторожный разговор в кабинете Сайфера привёл к этим последствиям. Она драла горло, истощённо крича, не понимая, когда этот кошмар закончится. Тело уже настолько ослабло от обжигающей боли, что Мэйбл еле-еле шевелила пальцами рук, а веки уже давно опустились на глаза. И она только мысленно дивилась, как это слабое тело человека ещё держит её сознание. Но пытка не собиралась прекращаться, а наоборот казалось, что с каждой минутой жжение под лопаткой нарастает, и вскоре оно поглотит её тело полностью, забрав с собой и её жизнь. Уже обессиленная до изнеможения, она лежала на полу, сжав плотно зубы и мысленно прощалась с этой жизнью, и возможностью что-либо исправить. Потому что с её смерть она переродиться и вселится в тело на какой-нибудь окраине необъятной Вселенной, откуда добраться до замка она не сможет, а значит, ей вновь придётся скитаться в вечных поисках и решениях, как же обрубить связь с Судом через метку. Чего она, к слову говоря, навряд ли сможет сделать, так как ингредиентов для мази нужно много, и все они находятся на разных концах Вселенной, а некоторые даже охраняются тем же Судом, как редкие или не допустимые для использования. Конечно, после нескольких перерождений она вновь окажется так близко к Биллу, но, сколько на это времени уйдёт – неизвестно, да и, скорей всего, на тот момент уже будет слишком поздно, и вывести метку станет невозможным. Только если убить того, кто её поставил, но как это сделать – уже совершенно безумный и на данный момент не важный вопрос. В один момент, когда боль достигла своего апогея, сознание Мэйбл стало улетучиваться, всё вдруг резко прекратилось. Так резко, что это принесло новую порцию боли, уже не такую сильную, но ощутимую каждой косточкой тела. В последний раз, жалостливо простонав и выгнувшись в спине, Миссис Сайфер полностью опустилась на пол и протяжно выдохнула, ощущая, как неприятно к коже прилипла одежда. Она всё ещё судорожно и неразмеренно дышала, да и тело сейчас казалось таким слабым, что Мэйбл боялась пошевелить хоть чем-нибудь. Ускоренный ритм сердца отдавался противным звуком в уши, а температура тела повысилась на несколько градусов. А ещё в воздухе витал невыносимый запах печённой человеческой кожи. И хотя дышать было до омерзения и подступающей рвоты невыносимо, Мэйбл, не смотря на этот факт, судорожно хватала его ртом, хотя лёгкие болезненно сжимались при вдохе и выдохе, но не могла же она не дышать. Голова была пунцовой, а мозг всё ещё отказывался работать нормально и хоть как-то помогать Мэйбл подняться на ноги. Но она, впрочем, не спешила и мутным взглядом смотрела на потолок, пыталась сфокусироваться на одной точке, коих было много, но взгляд туманился ещё сильнее каждый раз, как только Миссис Сайфер удерживала его на объекте дольше четырёх секунд. Так что Мэйбл не заметила фигуру, зашедшую в её комнату, а дверь, на удивление, даже не скрипнула. Силуэт остановился за головой Миссис Сайфер, склонившись над ней, но та, не в силах выдержать кучу новых красок перед глазами, прикрыла их, перед этим забавно моргнув сначала один, а потом вторым. Некто сверху усмехнулся, и приподнял некоторые прядки волос с грязного пола, стал их расчёсывать пальцами. Мэйбл недовольно пискнула, когда их резко дёрнули вверх, а парочка волосинок оказалась в руках у неизвестного человека. – Паршиво выглядишь, Миссис Сайфер, – брезгливо отбросила вырванные волосы Маглен. – Хотя это твоё обычное состояние. Голос резал по ушам, и было стойкое ощущение, что сейчас из них пойдёт кровь. Мэйбл зажмурившись сильнее, простонала от новой боли, слегка переваливаясь на бок. Но ей любезно помогли, и носком каблука толкнули сильнее, так что Пайнс оказалась почти что лицом в пол, а Мэйбл являлась почти тряпичной куклой, так что не сопротивляясь, – поддалась. Маглен противно рассмеялась, и прошлась по комнате, изучающие оглядывая помещение. Она неопределенно качнула головой, и присела на то, что здесь называли кроватью: висящая, на прибитых к стене цепях, койка. – Уютненько тут у тебя, – лестно сказала она. Мэйбл в ответ что-то несвязно промычала, но смогла самостоятельно перевернуться на спину. – Что-что? Не слышу тебя, дорогая, – противно-вязким был её голос, а по её интонации стало понятно, что губы её были растянуты в зловещей ухмылке. – Хочешь, помогу тебе заговорить? Всё тело, словно ударили огромным молотком. Мэйбл показалось, что все её сосуды внутри лопнули, а кости рассыпались на мелкие кусочки, которые теперь изнутри царапали кожу. Изо рта вырвался хриплый крик, глаза широко раскрылись от ужасающей боли в теле. Из глаз хлынули слёзы, а Мэйбл была в такой прострации, что ничего не чувствовала и не контролировала, что аж от собственной никчёмности хотелось умереть. Потому что позорно это было – плакать перед, считай, врагом, который только этого и ждёт, а ты даже слёз не можешь остановить. Душу сдавливал удушливый камень, но сейчас было откровенно не до него. Мэйбл уже содрав горло до состояния, что изо рта стала капать кровь, просто валялась на полу, тихо скуля от боли, как побитый щенок, и это ли не било по самооценке чуть ли не больше, чем вся та боль, что она сегодня испытала. – Да, голосок у тебя, конечно, звонкий, – безразлично сказала Маглен, и улеглась на кровать, удобно расположив руки под головой. – Помнишь, я отправляла тебе письмо? Там ещё говорилось, что кто-то должен к тебе прийти? Помнишь? Она хмыкнула и стала придирчиво осматривать свой маникюр в поисках трещинок или заусенцев. – Даже если и нет – это абсолютно не важно. Я к тебе по делу вообще-то, – деловито сказала Маглен. – Ты не понаслышке знаешь какой Сайфер красивый. Но ты из немногих выживших девушек, которые спали с ним. Так вот, я хочу поинтересоваться, какое бельё он предпочитает: кружевное чёрное или аляповатого цвета без узоров? М? Маглен перевела хитро прищуренный взор на Мэйбл, что сверлила её гневным взглядом. Ответить она не могла, но мысленно клеветала на всех известных языках. С начала времён и до момента её пропажи на Сайфера девушки старались не заглядываться, потому что прекрасно были осведомлены про его ревнующую жену, что в порыве светлых чувств к мужу, могла порвать кого-то на пути. Да и Билл не особо что бы заглядывался на других – так, мысленно, оценивал со своей женой, ставя ей высший балл. И так было действительно много-много миллионов лет, пока не случился казус с её исчезновением. И всё зашло настолько далеко, что даже слуги во дворце считали своим долгом построить ему глазки, мол: «А вдруг поведётся?». И Мэйбл нисколько не сомневалась в его верности, но неприятно смотреть, как на твоё пялятся таким взглядом каждый день. Мэйбл сглотнула кровь, пытаясь выдавить из себя слова, но вышло что-то несвязное и хриплое, а на её попытки Маглен мстительно улыбнулась. – Да, голос твой прелестный пропал. – Она поднялась с кровати и подошла к изнемогающей Мэйбл с боку. – Не поминаю, что он в тебе нашёл: обычная внешность, задница и грудь, как у всех демонесс, но выбрал же он почему-то тебя. Непонятно. Она наиграно-задумчиво вздохнула и, присев на корточки, за подбородок подняла голову Мэйбл. Покрутила во все стороны и отпустила так, что та с грохотом ударилась об пол. Перед глазами пошла белая рябь, а голова завертелась, словно после долго катания на качелях. – Я так рада, что Суд взялся за тебя, – она мечтательно вздохнула, аж закатив глаза. – В противном случае, мне пришлось бы справляться с тобой самостоятельно. Она нисколько не обращала внимания на удивлённый (насколько это возможно) взгляд Мэйбл. То есть она действительно сотрудничает с Судом? – Не смотри на меня таким взглядом, как будто ты не догадывалась, – Маглен саркастично закатила глаза. – Связи у меня там. Этому даже удивляться не стоит. Я настолько обаятельна, что даже Верховный Суд положил на меня глаз. Она прикусила губу и уставилась в стену, словно представляя на её месте кого-то. Мэйбл же хотелось рассмеяться. Суд положил глаза. Ага, прям весь Суд. Там более тридцати демонов и, конечно, каждый захотел её. Занятно, если учитывать, что там все настолько самовлюблённые, что общаются и спят только со своими коллегами, а с остальными жителями Вселенной обращаются, как с мусором. Наверное, Мэйбл настолько это развеселило, что из её рта вырвался короткий, но очень ироничный смешок. Маглен перевела на неё недовольный взгляд. – Тебе смешно? – она сжала кулак и с видом оскорблённого демона, посмотрела на валяющуюся Мэйбл, которую как будто хотела унизить таким образом. – У меня там подруга работает. Миссис Сайфер задёргалась в безмолвном смехе, уже чуть ли не перекатываясь с бока на бок. Боль как-то прошла, но, возможно, находя ситуацию смешной, Мэйбл не замечала её. – Знаешь, мне кажется ты слишком громко смеёшься, – Маглен шипела и в полутьме её лицо напоминало лицо гадюки. – Мне больше нравилось, когда ты кричала. Голова Мэйбл резко приподнялась над полом, а потом резво стукнулась об него. Смех Мэйбл прекратился, зато раздался сумасшедший хохот Маглен, который, впрочем, вскоре стих. А головная боль Миссис Сайфер стихать не собиралась и, кажется, напротив усиливалась с каждым вздохом. Звёзды, такие яркие и отчётливые встали перед глазами, стали танцевать свои причудливые танцы. Боль вновь расползлась по телу, но источником теперь её стала голова. У Мэйбл закатились глаза, а сознание постепенно стало уходить, улетучиваться, покидать тело, а сама девушка стала терять связь с миром. Она уже ничего не чувствовала кроме давящей боли в голове. А всего чего ей хотелось – это не умереть и остаться в этом теле. Так что она мужественно держала собственное сознание, но, видимо, оно было само по себе, и спокойно растворилось, погружая Мэйбл в сон. В этот же момент, когда Маглен перестала смеяться и в страхе, забыв совсем, что с ней в одном помещении хозяйка замка, трусливо убежала, почувствовав, как сюда приближается Сайфер. Впрочем, обе девушки не застали появление Билла, который яростно, но с сожалением смотрел на покалеченное тело своей жены. И никто из девушек не увидел, как нежно и аккуратно взял её на руки и как трепетно нёс в госпиталь.