Beta Tau Sigma

НАМДЖУН 6 ОКТЯБРЯ

      Когда Намджун проснулся, ночное небо было совершенно черным. Горели уличные фонари. Лампа в дальнем углу гостиной тоже тускло светила, мерцая, оставаясь единственным источником света в кромешной тьме. Он лежал на диване, чуть приоткрыв глаза, и очень-очень-очень медленно думал о том, что же могло его разбудить.       — Ладно, — с улицы раздался голос. Было начало октября, но несколько окон было чуть приоткрыто, даже несмотря на то, что температура за окном опустилась ниже двенадцати (чтобы проветривать, сказал Джин, и Намджун прекрасно понимал, что о таких вещах с ним лучше не спорить), так что в комнату проникал шум улиц. Дом стоял в переулке, вдалеке от главной дороги, так что в основном было тихо, но сейчас…       — Ладно, — снова раздался голос. — Слушай. Это важно.       — Крайне важно, — до него донесся второй голос, чуть выше первого, но менее пьяный.       — Его зовут, — произнес первый голос театральным шепотом, — Ким Намджун.       Намджун открыл глаза и сонно уставился в потолок. Что за черт? Что за фигня? Он, мать его, слишком устал от этого. Куда запропастился Джин? Джин намного лучше него разбирался с подобным. Он же наверху, так? Занимается? Может, он на кухне или… вот же черт. Он уехал к родителям на выходные. Черт. Черт.       — Его зовут Ким Намджун, — повторил первый голос, — и он бывает угрюмым, когда устает, но он, можно сказать, гений, так что мы с ним миримся. Тебе надо просто закрыть глаза на внешнюю грубость.       — И на утренний запах изо рта, — сказал второй голос.       — И на гнездо на голове с утра. По утрам он похож на попугая. Или, может, на рожок мороженого.       — И он никогда не ставит на место свою обувь.       — А еще он всегда допивает банановое молоко и никого не предупреждает об этом.       — И, чувак, помнишь, как он один раз напился и попытался приготовить торт?       — Нам четверым пришлось целых три часа оттирать все это от потолка, пока комендант не пришел с проверкой.       — Твою мать, чувак, у меня еще вроде остались мозоли от того ножа.       — О да, еще как остались.       — Но самое главное, — сказал второй голос, пытаясь вернуться к основной теме, — самое главное, что тебе нужно помнить, — это не ссориться с Джином.       — Ким Сокджином, — пояснил первый голос. — Не с алкогольным джином. Хотя с этим джином тоже лучше не перебарщивать, потому что тебе это еще аукнется.       — Джина реально сложно обидеть…       — Еще раз: Ким Сокджина, не напиток.       — …потому что он практически мама для всех, и он безоговорочно будет любить тебя до смерти…       — Он потрясный. Он лучше моей настоящей мамы. И он умеет готовить! Боже, почему ты вообще хочешь вернуться домой?       — …но если ты с ним поссоришься… черт, чувак.       — И не говори.       — Помнишь Ёнджэ?       Первый неловко присвистнул, после чего раздался свистящий звук, будто кто-то обхватил себя руками, проезжаясь рукавами по плащу.       — Земля ему пухом.       Темноту прорезал третий голос, нервный и незнакомый:       — Ёнджэ? Что с ним случилось?       Ким Намджун открыл входную дверь и хлопнул по выключателю, зажигая свет на крыльце.       — Я с ним случился, — сказал он, принимая самый суровый вид для пущего эффекта. — Ким Тэхен. Пак Чимин. Что, вашу мать, вы тут делаете?       Чимин побледнел и вздрогнул, будто его поймали на преступлении, он споткнулся о крыльцо и отшатнулся назад к бетонной дорожке. А Тэхен… Тэхен шагнул вперед с блаженной улыбкой на лице, подняв руку вверх, указывая на небеса в жесте умиротворения и приветствия. (На нем была ужасная ветровка в стиле восьмидесятых в расцветке из по крайней мере трех не совпадающих цветов, сочетающихся в тошнотворном всплеске неона и рвоты. Неожиданно шум плаща обрел смысл).       — Хен, — сказал Тэхен, судя по голосу находясь в шаге от полнейшего опьянения. — У меня тут просто охренительные новости.       — Ты съезжаешь? — спокойно спросил Намджун. Он оперся о дверной косяк и пытался не замечать запах соджу в дыхании Тэхёна, но все было тщетно. — Господи боже, Тэхен, ты воняешь.       — Еще как, — возник позади Чимин, но нервно затих, когда Намджун бросил ядовитый взгляд в его сторону.       — На самом деле, я не съезжаю, — неразборчиво пробубнил Тэхен, покачиваясь туда-сюда в попытке сохранить равновесие, — потому что я вас всех люблю почти так же, как себя. Нет! — продолжил он, прерывая Намджуна, который как раз открыл рот, чтобы выразить несогласие. — У меня есть гораздо более хорошие новости. Чонгук! Дитя мое. Мой милый летний цветочек. Выйди на свет и познакомься со своим новым отцом.       — Какой же ты странный, — шикнул на него Чимин.       Обладатель третьего голоса (низкого, нервного и незнакомого) шагнул вперед, и в золотисто-зеленом свете древней лампочки показалось его бледное лицо. Он был юн (буквально ребенок — черт, первокурсники становятся все младше и младше с каждым годом. Разве по этому поводу нет какого-то правила? Это место не очень-то похоже на детский сад), но все же был почти таким же высоким, как Чимин, даже стоя позади него.       — Э-э, — красноречиво сказал он, — привет. Рад познакомиться. Я…       — Чон Чонгук, — вклинился Чимин, дружески похлопывая Чонгука по груди. — Он из нашего 210-го класса композиции.       — Новая кровь, — взволнованно шепнул Тэхен, прижав кулак ко рту.       Намджун наклонился вперед, отодвинув Тэхена, и посмотрел на Чонгука.       — Какого хрена первак забыл в 210-м?       — Я был в 101-м, — проговорил Чонгук, заикаясь, — но профессор Ли перевел меня в 210-й после первого теста. Он сказал, что я уже…       — Профессор Ли? — Да щас. Да конечно. — Профессор Ли Сону? Профессор Ли Сону перевел тебя в 210-й?       Чонгук вздрогнул.       — Да?       — Он вундеркинд, — сказал Тэхен, опасно наклонившись, чтобы схватить Чонгука за локоть, и потащил его вверх по лестнице. — Золотой макнэ. И такой милаш! Посмотри на эти туннели в ушах, настоящий пацан, — он ласково потрогал уши Чонгука. — Можно мы его оставим? Я бы держал его под кроватью и кормил бы крекерами.       — Мы не принимаем новичков до зимней сессии, — сказал Намджун. Он посмотрел на Тэхена. — Ты знаешь, что мы не принимаем новичков до зимней сессии.       — Но профессор Ли, — проникновенно заныл Чимин. (Боже, есть ли кто-нибудь, способный ныть так же, как Чимин? Если есть, Намджун не хотел бы знать об этом). — Профессор Ли перевел его в 210-й.       — Все в порядке, — неуверенно начал Чонгук, сведя брови к переносице. — Если у вас нет свободных комнат, в смысле… Меня уже пригласили в Тау…       Реакция была внезапной и взрывной: Тэхен и Чимин вдруг нависли над Чонгуком, как грибовидное облако на видео, проигранном наоборот. Он пошатнулся под ними, задыхаясь, и схватился за их руки.       — Не надо, — шикнул на него Тэхен.       — Он не то имел в виду, — заикнулся Чимин, распахнутыми глазами глядя на Намджуна и махая свободной рукой в жесте умиротворения и капитуляции. — Он просто…       Намджун отмахнулся от руки Чимина, оторвался от дверного проема и шагнул на ступеньки крыльца, одной рукой держась за дверной косяк.       — Какие у тебя были оценки в школе, пацан?       — «Отлично», — выдохнул Чонгук после того, как Тэхен убрал обе руки от его рта. — Одна четверка.       — По какому предмету?       — По химии.       — На музыкальном не так уж много химии, хен, — сказал Чимин.       — И он получил приглашение, — многозначительно сказал Тэхен, — от Тау Дельта.       — И сегодня у меня день рождения, — простонал Чимин.       — Завались, — шикнул Тэхен, безуспешно пытаясь пнуть его ногой в сандалии. — До твоего дня рождения еще неделя.       Намджун застонал и закрыл лицо рукой. За последние тридцать шесть часов он спал только три, и один из этих трех часов прервали Ким Тэхен и Пак Чимин и их новый питомец-первак.       — Боже. Черт. Ладно. Мы обсудим это. Но только испытательный срок, — он открыл дверь. — Заходите и давайте трезвейте. Чонгук, верно?       Чонгук посмотрел на него, такой бледный в золотом свете, он все еще выглядел неуверенно.       — Да?       — Не слушай ничего из того, что говорят эти двое, — сказал Намджун. — Ты знаешь, на что идешь?       — Бета Тау Сигма, — ответил Чонгук, и на его лице зажглась улыбка, такая яркая, осознанная и легкомысленная, что Намджун на секунду обалдел. — Самое суровое профессиональное братство в кампусе. Допускаются только гении и вундеркинды.       — Ну… да, — Намджун отошел от двери, когда Чонгук перешагнул через порог. — Бета Тау Сигма. Точно.       На секунду он очень сильно захотел, чтобы Джин скорее вернулся от родителей, хотя он и знал, что тот уехал всего несколько часов назад и не вернется до утра воскресенья, до раннего-раннего утра. Если бы Джин был здесь, Тэхен и Чимин доставали бы его, так? Так. Так. Или хотя бы Джин мог вмешаться. Так?       — Черт, — очень-очень тихо сказал он сам себе и закрыл входную дверь.

* * * * *

ДЖИН Забегая вперед: 10 ОКТЯБРЯ

      — Я угрюмый?       Джин поднял голову, сидя на корточках перед телевизором, около которого он копался в алфавитных полках с DVD. Он стряхнул волосы с глаз и внимательно посмотрел на Намджуна.       — Н-н-нет? А что?       Намджун развалился на диване, широко разложив ноги на кофейном столике, раскинув руки ладонями вверх, будто он ненамеренно принял позу покорности. Откинув голову на спинку дивана, он глядел в потолок комнаты Джина своим фирменным пустым взглядом. Это была поза «Встречайте Философский Бред», и Джин бы узнал ее где угодно.       — Мелкие думают, что я угрюмый, — сказал Намджун. — Я ведь не угрюмый? Я просто… усталый. Повержен неумолимым течением времени.       — Было бы лучше, если бы ты спал по ночам, — деликатно ответил Джин, вытаскивая коробку с DVD и вдумчиво осматривая ее. — Ну, знаешь, как все нормальные люди.       — Не могу спать, когда темно. Ты знаешь, что я не могу спать, когда темно. Это напоминает мне о моей неизбежной смертности.       — Хм.       — Джин, я серьезно — я угрюмый?       — Ну, наверно, иногда, — осмелился Джин, глядя на него. Это будет продолжаться, пока он не поймет, как все уладить. Спускающаяся по спирали самооценка была неизбежной частью каждой сессии. — Все иногда бывают хмурыми. Это не значит, что ты бродишь вокруг и угрожаешь всем убийством, как Юнги.       Намджун застонал и хлопнул рукой по лицу.       — Лучше, чем Юнги, — не самая хорошая цель.       — Так понизь планку. Быть хорошим — это тоже неплохая цель.       — Значит, ты говоришь, что я угрюмый. Я угрюмый. Я живу в мусорке и издеваюсь над детьми.       — Это Оскар Ворчун. Не вмешивай сюда свое испорченное американским ТВ детство, — Джин поднялся и подошел к дивану, скидывая ноги Намджуна со столика, прежде чем усесться на подушки. — Ты просто слишком много работаешь. И еще ты должен следить за кормлением, проживанием и развлечением дома, полного… э-э…       — Придурков, — закончил за него Намджун, поднимаясь. Он наклонился вперед, уперевшись локтями в колени, и протер лицо руками. — Слово, которое ты искал, — это «придурки». И большую часть этого делаю не я, а ты.       Джин пожал плечами и взял со столика миску с мороженым, засовывая в рот ложку.       — Ну да, конечно. Но «работаешь слишком много» все еще в силе. Хочешь посмотреть «Принцессу Мононоке» или «Ведьмину службу доставки»?       — Ни то, ни другое. Почему ты в последнее время помешался на Гибли?       — Ты не справляешься с тем, чтобы быть хорошим, — сказал Джин, вытащив ложку изо рта только за тем, чтобы зачерпнуть немного мороженого и снова погрузить ее в рот. Он поднял два DVD-диска. — Выбери одно. Монетку подбрось, если надо.       Намджун плюхнулся на подлокотник дивана.        — Хен… — И получил сильный удар по бедру.       — Не хенкай мне. Выбери кино, или мы снова будем смотреть Поньо.       — Черт, — пробормотал Намджун, выпрямившись. — Ладно, ладно, господи боже. Из крайности в крайность, — он посмотрел на два диска так, будто они оскорбили его мать. — Мононоке.       — Хороший выбор, — сладко проворковал Джин сквозь ложку, ласково похлопывая Намджуна по колену. — Ешь свое мороженое. Ты худеешь.

* * * * * НАМДЖУН 9 ОКТЯБРЯ

      — Окей, сначала о главном, — сказал Ким Намджун, поставив стул во главе стола и упав на него. — Правила дома. Первое: чтобы присоединиться к Бета Тау Сигма, ты должен учиться на музыкальном.       — Если ты не Джин, — услужливо вставил Чимин, выкладывая на стол кучу маленьких пакетиков с чипсами. — Но он особый случай.       — Он наша мама, — сказал Тэхен, обеими руками зачерпывая себе большую порцию из кучи. — Тут есть со вкусом креветок и кленового сиропа?       Чонгук сидел вытянувшись (а может, просто нервничая) по правую сторону от Намджуна, положив руки на колени, переводя взгляд с одного на другого и пытаясь понять, шутка ли это.       — А где он учится?       — Получает докторскую в кулинарии, — рассеянно сказал Намджун. — Чимин. Тэхен. Прекратите мешаться, пока я тут строю из себя президента.       Тэхен открыл пакетик с чипсами, ударив его с двух сторон, и крошки рассыпались по столу, его рубашке и полу.       — Ага, ага.       — Второе правило, — стал загибать пальцы Намджун. — Твой средний балл не должен быть ниже 4.4. Это касается только предметов в рамках учебной программы, но соответствующие факультативы тоже относятся сюда, и любой экзамен на учебе влияет на твое нахождение здесь.       — Но это не значит, что тебя выпрут, если за один экзамен ты получишь 4.3, — отметил Тэхен с набитым чипсами ртом, раскидывая крошки по столу. — Они суммируются. Но раз у тебя здесь испытательный срок, то Намджун будет неустанно следить за твоей учебой.       — Ты поймешь, — пробормотал себе под нос Чимин, пробираясь мизинцами сквозь кучу чипсов.       — Третье, — продолжил Намджун. — Тэхена нельзя подпускать к шкафу со спиртным.       — Да ладно, ты же знаешь, что это было один раз…       — Это было не один раз, и нас почти выселили, — прервал его Чимин. Он повернулся к Чонгуку. — Но мы уже сказали тебе самое главное правило.       — Не ссориться с Джином, — сказали Намджун и Тэхен одновременно, отличаясь только по степени страха и ужаса.       — Как мы и сказали, его реально очень сложно обидеть, но просто. Не делай этого.       — Тебя выкинут из дома, — сказал Чимин.       — Твои вещи мы оставим на газоне, — добавил Тэхен. — А если ты реально провинишься, мы их еще и подожжем.       Руки Чонгука сжались на коленях.       — Подождите… Ким Сокджин-ши и правда настолько ужасен?       — Нет, — отрезал Намджун, наклоняясь вперед и опираясь локтями на край стола, — ты не понял. Он совсем не ужасен. Все то время, пока мы будем выносить твои вещи на газон, он будет протестовать и говорить, что все было не так уж плохо, и что ты не хотел ничего плохого, и что он уверен, что на этот раз тебе и правда жаль…       — Он наша мама, — снова сказал Тэхен, беря очередной пакетик с чипсами.       — Тебе стоит волноваться об остальных, — беспечно сказал Чимин.       — И еще неписаное правило, — сказал Намджун, ударяя кончиками пальцев по столу. — Если мы решим тебя принять, дом — это зона, свободная от формальностей. Никаких хенов и «Ким Сокджин-ши» — просто зови его Джином. В нашем братстве мы все равны.       — Все, кто младше меня, обязаны звать меня хеном, если хотят жить, — отрезал Юнги, топая на кухню с почти что закрытыми глазами. Он открыл ящик и заглянул в него, словно человек, ищущий смысл жизни на дне бутылки текилы. — У нас что, опять кончилось варенье? Твою мать, Чимин.       — Это не касается Мин Юнги-хена, — сказал Чимин. — Он особенный.       Юнги протянул руку и отвесил Чимину подзатыльник.       — Вот же паршивец. Посмотрим, буду ли я чинить твой застрявший ящик после такого, — он вытащил один пакетик с чипсами из кучи и кивнул на Чонгука, бросая взгляд на Намджуна. — А это что за хрень? Мы теперь за детьми присматриваем?       Чонгук вскочил на ноги, приходя в себя, и склонился в низком поклоне, едва не ударившись лбом о стол.       — Чон Чонгук, — сказал он, затаив дыхание. — Я, э-э…       — Торопыга, — восторженно хихикнул Тэхен.       Это заставило Юнги замереть.       — Святая корова, — проговорил он через секунду, засунув чипсину в рот. — Он типа первак? Чем сейчас кормят детей, стероидами? Какой у тебя рост?       — 179 сантиметров, — ответил Чонгук. Юнги прошипел что-то себе под нос.       — Ненавижу этот чертов дом. Можно нам в следующий раз новичка, который будет ниже меня? Я, блин, не могу достать ничего с верхних полок. Я купил стул-стремянку именно для этого, а теперь все утро ищу ее и не могу найти.       Намджун пожал плечами.       — Не смотри на меня. Я не виноват в том, что ты низкий. Где Хосок?       — Думаешь, он ее взял?       — Нет, — простонал Намджун, хватаясь руками за голову. — Юнги. Забудь про хренову стремянку на пять хреновых секунд. К нам в братство хочет вступить кое-кто интересный, и раз Хосок, мать его, живет здесь, я подумал, что, может быть, он захочет поучаствовать.       — Думаю, он в подвале, — сказал Чимин, снова копошась в куче чипсов. — У него в понедельник сдача какого-то большого проекта.       Намджун отодвинул стул, поднялся, прошел через кухню и подошел к двери в подвал. Он открыл ее и попрыгал пару раз.       — Чон Хосок! Твоего присутствия требует сам, мать его, президент! Тащи свою задницу наверх, пока я не послал Тэхена в твою комнату и не сказал ему, где ты держишь свою коллекцию порно! — За столом оживился Тэхен. Намджун указал на него. — Нет. Сиди.       Где-то в глубине подвала раздался звук чего-то падающего. Совершенно отчетливый звук, подозрительно напоминающий упавшую лампу. Потом раздался звук открывшейся и тут же закрывшейся двери.       — Нет у меня коллекции порно, — донесся снизу голос.       — Он врет, — спокойно сказал Юнги Чонгуку. — Хосок мой сосед по комнате. Тебе лучше не знать.       Тэхен наклонился.       — Ага, но где он ее держит? Это не мне, я для друга спрашиваю.       Намджун еще несколько раз топнул по полу, грохоча досками.       — Поднимайся, Хосок. У нас гость.       — Кому вообще придет в голову приходить в гости к нам? — На лестнице послышался звук шагов, все более отчетливый по мере подъема. Хосок просунул голову в дверной проем и заглянул на кухню. — Опять твоя мама, Чимин?       Чонгук снова вскочил и согнулся в еще одном поклоне.       — Я…       — А, нет, я тебя знаю, — восхищенно протянул Хосок, отодвинув с пути Намджуна, и прошел в кухню. — Профессор Ли говорил о тебе. Ты ведь Чон Чонгук? — Он взял стул рядом с Тэхеном, перевернул его задом наперед и уселся, положив руки на спинку и скрестив ноги. — Что ты здесь забыл? Тау Дельта отфутболили тебя?       Юнги остановился у стола и потянулся, чтобы дать Хосоку по лбу.       — Завались, Хосок. Мы не говорим о сраных Тау Дельта в этих священных стенах.       Намджун положил руку на голову Юнги и толкнул его обратно на стул.       — Юнги. Без драк. Используй слова, — он посмотрел на Хосока. — В этом доме мы не говорим про Тау Дельта.       Чонгук посмотрел на того широко раскрытыми глазами.       — Погодите, а почему…       Хосок махнул рукой и снисходительно пожал плечами.       — Плохой опыт, — произнес он преувеличенно драматическим шепотом. — Потом расскажем.       — Потому что они уроды, — радостно вмешался Тэхен. — Уроды с деньгами. И никаких понятий! Однажды они…       — Вообще-то, они приглашали меня, — перебил его Чонгук, откинувшись на спинку стула с ничего не выражающим лицом. Он положил руки на стол перед собой, и на секунду Намджун вспомнил тот ужасный-ужасный момент, когда он пытался играть в покер с профессионалом. — Но я слышал от профессора Ли, что это братство мне больше подойдет, если я больше заинтересован в музыке, а не в вечеринках.       За столом воцарилась тишина, и один за другим каждый из членов братства повернулся к Намджуну. Тот неловко поерзал на стуле.       — А, ну да. Ну, то есть технически мы профессиональное братство.       — Это всегда меня забавляло, — вставил Чимин. — Мы не то чтобы действительно профес… Ой, черт, — зашипел он, вздрогнув и согнувшись, когда кто-то под столом пнул его.       — Это значит, что мы все на одном факультете, — сказал Юнги, глядя на Чимина. — И упор на оценки тоже, — большим пальцем он указал на Намджуна. — Намджун-хен, например…       — Не называй меня хеном, — прорычал Намджун.       — …пишет кандидатскую по музыкальной композиции, — продолжил он, полностью игнорируя Намджуна. — Хосок сейчас работает с одним из ведущих национальных музыкальных терапевтов, чтобы разработать новый метод лечения посттравматического расстройства. — Хосок пожал плечам и немного съехал по стулу вниз. — У Чимина и Тэхена по две специальности, и оба были первыми в выпускном классе.       Чонгук посмотрел на Юнги.       — А ты?       Он скривился.       — Э-э-э…       — Он заядлый старшекурсник, — заметил Чимин.       — Менял специальности раз пятнадцать, — добавил Хосок.       — Помните, когда он получал сразу две специальности в бизнесе? — Намджун тряхнул головой. — Это продлилось пару семестров.       — А мне понравился семестр, когда он учился на театральном, — сказал Тэхен.       — Он почти убил тебя, — сказал Намджун, глядя на него.       — И что? Кто сказал, что это не было весело?       Чонгук посмотрел на них.       — Но проходной балл…       — Он получил 5 баллов, — сказал Хосок.       — Я разносторонний, — сказал Юнги. — Просто посмотрим, буду ли я чинить все то, что вы все тут ломаете, после такого вопиющего пренебрежения моей уважаемой персоной.       Намджун наклонился и внимательно посмотрел на Чонгука.       — Парень, ты уверен, что хочешь присоединиться к нам?       — Да-а, — протянул Чонгук, опустив взгляд на руки. — Думаю, да.       Хосок повернулся к Намджуну, упираясь локтями в край стола.       — Черт, хен…       — Не называй меня хеном, — перебил его Намджун. — Я серьезно.       — …этот парень — гений. Разве у нас нет, ну, не знаю, испытательного срока, который мы могли бы продлить в особых случаях?       — У нас два года не было новичков, — тихо пискнул Чимин. — И сегодня у меня день рождения.       — Ладно, — сказал Намджун, протерев лицо руками. — Отлично! Испытательный срок. Если на следующей сессии получишь в среднем 4.5 или больше, проведем инициацию в январе. Окей? — он повернулся к остальным. — Так сойдет? Все счастливы, мать вашу? И только если Джин согласится, — он посмотрел на Чонгука. — Он сейчас навещает родителей. Вернется вечером в воскресенье.       — Он согласится, — сказал Юнги. — Он наша мама.       — Отлично, — сказал Намджун. — А теперь я снова иду спать.

* * * * *

От: Ким Намджун Отправлено: 23:12, 6 окт.

угадай, что учудили Тэхен с Чимином

От: Ким Сокджин Отправлено: 23:12, 6 окт. Сейчас включу свое ясновидение От: Ким Сокджин Отправлено: 23:14, 6 окт. Хммммм…

От: Ким Намджун Отправлено: 23:14, 6 окт.

Джин…

От: Ким Сокджин Отправлено: 23:15, 6 окт. Подожди, кажется, я что-то улавливаю. Подключаю психотические способности

От: Ким Намджун Отправлено: 23:15, 6 окт. Джин, мать твою

От: Ким Сокджин Отправлено: 23:16, 6 окт. Это новичок, так?

От: Ким Намджун Отправлено: 23:17, 6 окт. .........какого хрена

От: Ким Сокджин Отправлено: 23:18, 6 окт. Стой. Стой. Я еще что-то вижу. Он… первокурсник? Высокий. Почти с меня ростом. От: Ким Сокджин Отправлено: 23:18, 6 окт. Я чувствую уши с туннелями… От: Ким Сокджин Отправлено: 23:19, 6 окт. Имя начинается на ㅈ…

От: Ким Намджун Отправлено: 23:20, 6 окт. твою налево Джин От: Ким Намджун Отправлено: 23:20, 6 окт. кто тебе написал От: Ким Намджун Отправлено: 23:20, 6 окт. мне нужно имя

От: Ким Сокджин Отправлено: 23:21, 6 окт. Чимин. Не вини его, он просто взволнован. Я рад, что на этот раз он не написал мне в формате полуголой фотки из снапчата. От: Ким Сокджин Отправлено: 23:21, 6 окт. А еще он сказал, что у вас уже закончилось варенье, но это потому, что я спрятал его на верхней полке шкафа и забрал с собой к родителям стул-стремянку. Ты единственный достаточно высок, чтобы дотянуться туда. Попытайся расходовать его равномерно, пока я не вернусь.

От: Ким Намджун Отправлено: 23:22, 6 окт. коварный засранец

От: Ким Сокджин Отправлено: 23:23, 6 окт. Ага, а ты бы поступил по-другому? :)

От: Ким Намджун Отправлено: 23:32, 6 окт. неа. От: Ким Намджун Отправлено: 23:34, 6 окт. приезжай скорее. я разрываюсь между юнги, и тэхеном, и двумя главами диссертации, которые нужно сдать научруку в понедельник. не знаю, как я переживу эти выходные без тебя.

От: Ким Сокджин Отправлено: 23:36, 6 окт. Крепись, Ким Намджун.