Смерти нет

После короткого, но крайне полезного мордобоя, Сюэ Ян принялся с интересом впитывать новое для себя ощущение. Когда рядом Сяо Синчэнь, и для этого уже не нужно изощрённо лгать, и когда рядом почему-то Сун Лань, которого уже нет смысла ни убивать, ни калечить. Этого было ужасающе много — два человека, которые видели его насквозь. И хорошо бы, чтобы лишь этими двоими всё ограничилось, наступила бы блаженная пора, когда не требуется снова и снова выгрызать у жизни своё право на спокойную жизнь. А вот не бывает в жизни справедливости — в храме всё ещё было слишком людно. Хотя Сюэ Ян заметил, что Лань Сичэнь очень деликатно уменьшил количество людей, которые то и дело шныряли тут с какой-то ерундой, пока не отбыли остальные посетители — то еду приносили, то какие-то дрова, то натащили барахла... полезного барахла, от одеял до красивой посуды. — Ты б сказал бы им, пусть пособирают лишнее, чего натащили, — грубовато буркнул Сюэ Ян, улучив момент, когда Лань Сичэнь оказался один. — Зачем? Первый Нефрит смотрел с интересом. — Ну как зачем. Оно там же откуда-то взято. Пусть на место поубирают. Лань Сичэнь задумался, изучая эту сентенцию. Занятно, почему бы Сюэ Яну беспокоиться о порядке в домашней утвари? — Извини, я задам вопрос, который может показаться обидным или неуместным, — осторожно начал он, но Сюэ Ян тут же замучено застонал, будто ему собирались читать занудную лекцию, и выразительно покрутил рукой, будто наматывал что-то длинное. — Хорошо. Не буду задавать вопрос. Пусть всё останется здесь. Ты собираешься жить в этом храме, и тебе могут понадобиться вещи, которые делают жизнь уютнее. — Ну одеяла, пожалуй, можно и оставить, — неуверенно пробормотал Сюэ Ян. — Посуды мне тут нахрена столько? — Посуда имеет свойство биться. Ты решил поберечь деньги клана Лань? Это трогает меня до глубины души, Сюэ Ян. — Ничего я не... Сюэ Ян с досадой цыкнул сквозь зубы, потому что Лань Сичэнь действительно поймал его на этом странном желании «не присваивать чужое». Когда это такое с ним было? Примерно никогда. Сюэ Ян наплевательски относился к тому, что кто-то может считать какие-то вещи своими. Да пусть считают что хотят — ровно до того момента, как эта вещь понадобится ему самому! А там уже — не взыщите, господин хороший, попользовались сами, дайте теперь другим порадоваться. — Я теперь тебя благодарить должен, да? — Не должен, Сюэ Ян, — Лань Сичэнь улыбнулся. — Пожалуй, это я должен тебя благодарить. — Ты ещё кланяться начни, чтобы твой брат снова утратил рассудок и кинулся на меня, как бешеный, — Сюэ Ян даже оглянулся, уже готовый увидеть осуждающий взгляд Лань Чжаня, но тот был занят чем-то другим. Может пошёл с Вэй Усянем в источнике мокнуть, кто знает. Там и отогреет свою холодную задницу. — Ты справишься? — вполголоса спросил Сюэ Ян. — Эти двое... — А ты? — Лань Сичэнь внимательно смотрел на него, и от этой босяцкой заботы чувствовал удивительное тепло. — С этими двоими даочжанами. — Вот пропасть, — с чувством выдохнул Сюэ Ян. — Мне будет проще. Сяо Синчэнь, Сун Лань. Ты верно сказал — они даочжаны. Справедливые, праведные, честные. Они никогда не сделают ничего, что противоречило бы их каким-то правилам. А вот твои двое... — Я думаю, что ты несколько преувеличиваешь риск, — Лань Сичэнь сам оглянулся, тоже готовый увидеть внимательные глаза над краем расписного шёлка, однако Не Хуайсан был занят чем-то своим, а Мэн Яо осторожно прогуливался между деревьями поодаль, и точно их не слышал. — Разумеется, это будет сложно. Хрупкий мир, трудности, сложный процесс привыкания к новой жизни — что в прямом, что в поэтическом смысле... — Ага. Мальчик с веером своим возмутительным подарком расставил по местам то, что вообще никак не расставлялось! Мозгов у него — ого, куда только помещаются, — Сюэ Ян хмыкнул. — Просто у Мэн Яо мозгов так-то тоже немало. Думаешь, они всё-таки погрызутся и сцепятся? — Не исключено, — Лань Сичэнь покачал головой. — Слушай, Цзэу-цзюнь, если там нужна будет моя помощь, ты знаешь, где меня найти. Я приду и помогу. Ты же пришёл и помог мне. Не делай такое лицо, никогда не знаешь, что произойдёт. Вдруг нужен будет человек, который умеет всякое. — Например, высмеять смерть и заставить её отступить? — Лань Сичэнь прекрасно видел, как неуютно Сюэ Яну всё это говорить, но сомневаться в его предложении он не стал бы. Когда такой человек, запинаясь от непривычных слов, предлагает свою помощь, следует с благодарностью принять её. — Например, — Сюэ Ян кивнул и едва не отпрыгнул в сторону, когда Лань Сичэнь взял его за руки. Забыть о том, что Первый Нефрит раздавил ему руку, он не смог. Хотя вовсе не думал об этом, просто тело помнило — эти пальцы могут сделать ему очень больно, и очень страшно. И вряд ли он будет отчаянно сражаться. Сразу-то точно не станет, потому что не поверит в такой бред — чтобы Лань Сичэнь на него напал, это небо должно упасть на землю. Вот старший Нефрит всё-таки чувствительный человек. Потому что сразу понял, о чём вспомнил Сюэ Ян, но руки его не отпустил, а прикосновения стали нежнее шёлка. — Думаю, что нам пора, — проговорил Лань Сичэнь. — Наверное, стоит изменить внешность Мэн Яо — ты приходил в Облачные Глубины под какой-то личиной. Дашь хороший совет? — Дам, — Сюэ Ян фыркнул. — Не нужно усложнять. Скажи Мэн Яо, что ему нужно изменить внешность, и он её изменит, причём без всяких заклинательских практик. Там будет достаточно сменить причёску, а лицом он так сыграет, что никто и не подумает, что он вернулся. Ты запрёшь его? — Конечно нет, — Лань Сичэнь вздохнул. — Он сам запрётся. Сказал, что не собирается покидать отведённые ему комнаты. Не делай такое недоверчивое лицо. — Не делай такое доверчивое лицо. Я бы стал сейчас переживать по этому поводу, но думаю, что твой мальчик с веером не настолько легковерен. Он позаботится о тебе и не спустит глаз с Мэн Яо. Сюэ Ян просто ушам своим не верил. Неужели Лань Сичэнь решил снова прилежно повторить все свои ошибки? Не похоже, чтобы он был способен на такую глупость. Но даже если способен, то Не Хуайсан не только веером колыхать будет. Удалось, наконец, избавиться от ещё троих. Сюэ Ян не колебался, когда лез не в своё дело. А именно — обнял Мэн Яо и шепнул ему на ухо: — Тронешь Первого Нефрита со злым умыслом, и поверь — я тебя найду и сделаю с тобой такое, что ты кинешься искать защиты у мальчишки с веером. Уловил тональность угрозы? — Уловил, — Мэн Яо растерянно улыбнулся. — Не беспокойся, я не собираюсь. — Вот и не собирайся, — Сюэ Ян тут же обнял Не Хуайсана, который от этого едва не треснул его веером, и тем же способом сообщил ему на ухо, что пусть только попробуют обидеть Лань Сичэня, он разбираться не будет. Придёт и вырежет половину клана. А второй половине клана глаза повыдирает и языки тоже. Для полноты впечатлений. Сяо Синчэнь наблюдал за этим своеобразным прощаньем с непроницаемым и безмятежным выражением лица, только тихо хмыкнул, когда Сун Лань проворчал вполголоса, что Сюэ Ян слишком много себе позволяет. — Ты прав, Цзычэнь, — так же тихо сказал он. — Но самое удивительное, что сейчас меня радует это самоуправство Сюэ Яна. Не так уж тихо он шептал, чтобы я не услышал эту забавную угрозу. — Он тебе нравится, — Сун Лань смотрел вслед удаляющимся гостям. Все поклоны были отданы, в Храме Синей Скалы остались только они, да ещё Вэй Усянь с Лань Чжанем. Можно было и переговорить. Сюэ Ян даже сделал несколько шагов вслед за Лань Сичэнем, не удержался и крикнул: — Цзэу-цзюнь, ты не забудь, что я сказал! — Бесцеремонный, наглый, — Сун Лань только покачал головой. — И с головой не в порядке. Вот скажи мне, на что он уставился? — Пока не знаю. Сюэ Ян действительно смотрел куда-то в лес, и явно видел между деревьями что-то, чего там быть не должно. — Что там, Сюэ Ян? — позвал Сяо Синчэнь. — Да вот думаю, показалось или я совсем спятил, — Сюэ Ян возвращался, пару раз недоверчиво оглянулся, покрутил головой, словно пытался вытряхнуть из неё гвоздём засевшую мысль. — Учитель Вэй, ты всё, домой? Смотри как удачно, мы всех проводили, и вы оба здесь рядом, путь свободен, проклятья нет. Замечательный счастливый конец истории! А мы с даочжанами сейчас немножко перекусим, потом пару дней отдохнём, а там, глядишь, примемся визиты раздавать. По кругу. Навестим всех, посмотрим, как Вэнь Нин живёт — я его сад хочу показать Сяо Синчэню. Там знаешь, какой сад? Это совершенно особенный сад! Вы, кстати, не знаете, как мы его сватали нам тут помочь, это такая пикантная история, я вам в подробностях расскажу. — И покажешь в подробностях, благо вас тоже трое, — ехидно ввернул Вэй Усянь, немедленно получив от Лань Чжаня взгляд, полный терпеливой укоризны. — Лучше скажи, что ты там, в лесу, увидел. — И нет конца этой битве за первое место по бесстыдству, — вздохнул Сюэ Ян, чопорно поджав губы. Если бы не весело блестящие глаза, ему можно было бы даже поверить. — Да ничего особенного. Мерещится всякое. Стоял себе там какой-то... Он обернулся, показывая рукой, где именно стоял, и тут же заткнулся. Потому что он всё ещё там стоял. Нет, пожалуй, теперь он подошёл ближе. — Вы ж ушли, — буркнул Сюэ Ян. — Случилось что? Сын твой тоже ушёл, я ведь обещал, что не трону его. — С кем ты разговариваешь? — Сяо Синчэнь подошёл ближе и смотрел в ту же сторону, но никого не видел. — С ним, — Сюэ Ян непочтительно ткнул пальцем. — А я думал, что ты тоже его увидишь, всё-таки ты тоже как бы был там, по ту сторону смерти. Просто я думал, что Цзинь Цзысюань один не ходит, а вот пришёл. Цзинь Цзысюань покачал головой, порицая его невоспитанность, и явно чего-то ждал. — А я ж его не слышу, только вижу, вот где неудобство. И написать он не может поди, — Сюэ Ян спохватился и приглашающе повёл рукой. — Проходите, чего стоять там среди кустов. Если есть какое-то дело, я ж обещал, значит должен сделать это. — А-Чэн, ты тут? — позвал Вэй Усянь. — Я надеялся, что ты свалишь, — раздался недовольный голос. — Но ты всегда делаешь наперекор. Когда ты нужен, хрен тебя дозовёшься, а сейчас... — Я понял, — Вэй Усянь улыбнулся. — И раз я здесь, то ты же понимаешь, что избавиться от меня не получится. — Да уж догадался, — ядовито процедил Цзян Чэн, появляясь из-за дерева. Он прошёл через ворота так решительно, словно собирался сражаться. Сюэ Ян на всякий случай уступил дорогу, только вопросительно поднял брови. Цзинь Цзысюань проследовал за Цзян Чэном, только кивнул Сюэ Яну. — Вот он меня предупреждал: молись, чтобы я не вернулся, — бухтел Сюэ Ян, приотстав на несколько шагов. — Теперь мне до смерти интересно, что я такое накосячил в молитве, что он всё-таки вернулся. Цзян Чэн огляделся, выбирая место, где можно объясняться, но раз в храме осталось действительно мало народу, решил говорить сразу. — Глава клана должен быть практичен, — он скривил губы так, как будто сама мысль о практичности была ему противна до глубины души. — По здравому размышлению, все, так или иначе, получили какую-то выгоду из этого безнадёжного предприятия. Кроме меня. Какая выгода мне? — Ты избил Мэн Яо, — радостно заявил Сюэ Ян. — Я избил его труп, — Цзян Чэн отмахнулся. — И приобрёл в качестве весьма сомнительного вознаграждения вполне живого Призрачного Генерала, которого и пальцем не тронул, несмотря на моё абсолютное право убить его. — Так что, — начал было Сюэ Ян, но заткнулся сразу, едва Сяо Синчэнь тронул его за руку. А ведь хотел спросить — сколько тебе заплатить, глава Цзян, за то, что ты несколько раз кнутом взмахнул? Цзинь Цзысюань покачал головой, смотрел с заметным осуждением, но при этом было в его лице что-то такое, нечитаемое. То ли Сюэ Ян не научился нормально читать по лицам? — Может я ещё успею Не Хуайсана догнать, он умеет объяснять и разруливать, — пробормотал Сюэ Ян. — Обойдёмся, — отрезал Цзян Чэн. Они так и стояли посреди двора, и это было, мягко говоря, не слишком удобно. — Здесь есть замечательная беседка, — мягко сказал Сяо Синчэнь. — Я так понимаю, предстоит сложный разговор, и нет лучшего места для обстоятельной беседы. Сюэ Ян. — Что? Сюэ Ян не понял, с чего вдруг даочжан его позвал, зато Сун Лань понял. — Я подскажу. Идём, — он потянул Сюэ Яна за собой. — Чего там? Беседка, выгода, ты что-то понимаешь? — бурчал Сюэ Ян, пока Сун Лань не цапнул его за плечо и не потащил за собой. — Вот ты, всё-таки, босяк, — миролюбиво ответил Сун Лань, затащив его в кухню, где тут же поставил греть воду. — Чай принеси людям! — Я?! — А кто? — Сун Лань испытующе смотрел на него, подбрасывая на ладони маленькую глиняную чашку. — Ты сам объявил себя хозяином этого места. Следовательно, должен исполнять свой хозяйский долг. Синчэнь тебе помогает... в меру сил. — Язва, — Сюэ Ян принялся возиться с чайником и чашками, помолчал, и добавил: — Как думаешь, что ему надо? — Учитывая всё, что тут происходило — то же, что и всем. Вернуть к жизни мёртвого. Ты же сам говорил, что рядом с ним душа. — А как? Цзычэнь, ну ты же сам понимаешь, — Сюэ Ян с досадой закатил глаза, тут же настороженно замер. Сун Лань смотрел на него очень странно, пришлось даже поводить рукой у него перед носом — что с ним такое? — Как ты меня назвал? — Цзычэнь, — Сюэ Ян осторожно приподнял поднос, убедился, что с него ничего не свалится, поставил на место. — А что? Сун Лань только голову наклонил чуть набок, будто пытался распробовать это обращение именно от Сюэ Яна. — Ничего. Пойдём. Поднос возьми. — Ну так вот, — Сюэ Ян без споров подхватил поднос. — Где я им возьму труп? Я ему сейчас так и скажу. — Хорошо. Сяду рядом с тобой. Может, удастся парировать удар Цзыдяня, когда ты начнёшь по своему обыкновению нести вздор. Глава Цзян обязательно решит тебя избить. Я порой еле сдерживаюсь, и то ради Сяо Синчэня, а ему-то ради чего так себя мучить. Сюэ Ян героически донёс чай до беседки, выставил всё на стол и со вздохом облегчения увидел, что за церемонию раздачи чашек великодушно взялся Сяо Синчэнь. И то верно — если он тут хозяин, то его даочжан тоже как бы не посторонний. Тоже хозяин. Правильно Сун Лань сказал — долг хозяина и прочее гостеприимство. Это ощущение стоило распробовать — вот он тут хозяин, принимает гостей, а то даже и просителей. Цзян Чэн на роль просителя не очень подходил, но тут уж нет смысла привередничать, какой пришёл, такого и слушай. Все очень удачно расселись, и даже Цзинь Цзысюань оказался за столом, прекрасно при этом обошёлся без подушки. — Подушку дать? — любезно спросил у него Сюэ Ян. Тот лишь покачал головой, мол, не стоит утруждаться. И то верно, он же неживой, ноги не затекут. — Итак, — провозгласил Сюэ Ян. — Прошу, гости дорогие, чай, беседка. Чего вернулся-то? — Замечательно, — вздохнул Вэй Усянь. — Это уже прогресс. Я думал, что спросит «чего припёрся». — Ты-то можешь встать и валить, — прорычал Цзян Чэн. — У меня не к тебе дело. Цзинь Цзысюань наклонился к его уху, что-то прошептал, и недовольная гримаса на лице Цзян Чэна стала не такой непримиримой. Сюэ Ян припомнил, что не впервые видит это увещевание. — Скажи, глава Цзян, ты сейчас что-нибудь слышал? — прямо спросил Сюэ Ян. — Левым ухом. — Нет. Цзян Чэн смотрел тяжёлым сумрачным взглядом. Сяо Синчэнь закончил с чаем. Лань Чжань напоминал неподвижностью ледяную статую. Вэй Усянь предпочёл тоже заткнуться и не бесить своего брата лишний раз, с ним и так нелегко. Сун Лань, как и обещал, следил за руками Цзян Чэна. Сюэ Ян беспомощно развёл руками. Ситуация на самом деле начинала потрескивать из-за накопившегося идиотизма. Припёрся, сверлит тяжёлым взглядом, и не говорит толком ничего. И так понятно, что выдавил эту херню про выгоду главе клана, потому что уже настроил в башке целую башню. — Ага. Ну, раз самого умного и умелого объяснятеля тут уже нет, то придётся довольствоваться тем, кто есть, — Сюэ Ян ободряюще улыбнулся Сяо Синчэню, глотнул чаю, прищурился. — Тебе что-то нужно, потому что ты поверил, что рядом с тобой душа Цзинь Цзысюаня. Поэтому вернулся. И что ещё интереснее — ты не сам вернулся. Ты как в прошлый раз «меня что-то развернуло обратно». Такое уже было. И сейчас ты уже не так кипишь и клокочешь, потому что опять «что-то сделало тебе спокойнее». — К чему ты клонишь? — Вэй Усянь всё ещё не терял надежды разглядеть невидимого Цзинь Цзысюаня, но тут терпел жесточайшее поражение. — Цзинь Цзысюань на тебя влияет. Я всё никак не могу взять в толк, каким образом. Наверное, ты считаешь, что это просто некий внутренний голос. Ты его точно не слышишь? — Не слышу я ничего! — рявкнул Цзян Чэн и плотно сжал губы. Он тяжело перевёл дыхание и тихо добавил. — Я хочу услышать, но не слышу. Мне проще считать, что ты врёшь. Сюэ Ян, ты врёшь? — Не вру. Он тут. Смотрит на тебя. Сидит слева, прикасается плечом к твоему плечу. Цзинь Цзысюань снова наклонился к уху Цзян Чэна и зашептал. Сюэ Ян с любопытством следил за этим, старался прочитать по губам, что же он всё-таки говорит. — Что ты сейчас почувствовал? Внутренний голос, он же сейчас что-то сообщил? — Да это всё не так работает! — снова разозлился Цзян Чэн. — Ты прямо думаешь, что у меня в голове звучит чей-то голос? Нет, не звучит. Это даже не мысль. Это именно «что-то». И сейчас я вдруг стал уверен, что ты не врёшь. — Ладно, — миролюбиво протянул Сюэ Ян. — Сейчас начну всех бесить, раз нет способа нормально договориться. Цзинь Цзысюань, это ты его привёл сюда? Тот немедленно кивнул, и положил руку на плечо Цзян Чэна. Возможно, именно поэтому сейчас каменно-напряжённые плечи главы Цзян несколько расслабились. — Ты хочешь себе живое тело, чтобы вернуться? Как Мэн Яо и вот даочжан Сяо Синчэнь? Цзинь Цзысюань грустно улыбнулся и покачал головой. — Ты погоди расстраиваться. Да, я знаю, что твоего тела уже нет, — Сюэ Ян отмахнулся от Сун Ланя, который попытался привлечь его внимание. — Тут есть варианты. Можно взять чьё-нибудь другое тело. А что? Вон учитель Вэй живёт себе, тушка вполне подходящая, милая. — Сюэ Ян, — веско и предупреждающе проговорил Лань Чжань. — Да ладно, — Сюэ Ян хмыкнул. — Что такого-то? Можно ещё знаешь что попробовать? У нас есть же родственная кровь, вполне живая. Если твой сын, предположим, согласится — а я думаю, что он с восторгом поддержит! — то Вэнь Нин, скорее всего, ради своего юного возлюбленного уж расстарается... Прямо перед носом воздух распороло фиолетовой молнией. Сюэ Ян не пострадал лишь потому, что бдительный Сун Лань рванул его за шиворот назад. Перед глазами Сюэ Яна мелькнул белый росчерк — Сяо Синчэнь обнажил свой меч, и был готов сражаться. Цзинь Цзысюань смотрел с яростью, а Цзян Чэн начал медленно вставать. Цзыдянь извивался с раздражённым потрескиванием. — Допросился, — Вэй Ин с явным удовольствием похлопал, ехидно улыбнулся и велел. — Сядь. Сюэ Ян может и трепло, но как с тобой разговаривать, если ты толком не говоришь, что тебе нужно. Вот и приходится рисковать шкурой. — Да если б я знал, — прошипел Цзян Чэн. — Кровь Цзинь Лина. Что ты там про возлюбленного сказал? Тебе жить надоело?! — Я только начал! — отшутился Сюэ Ян. — Что ты бесишься это понятно, но давайте как-то разберёмся, иначе так и будем гавкаться. А мне некогда, мне ещё пожить хочется. Значит, речь не о возвращении из мёртвых? А что же тогда? Цзинь Цзысюань тоже успокаивался, опять придержал Цзян Чэна за плечо. — Научи меня его видеть и слышать, — с тихой ненавистью проговорил Цзян Чэн. — И будем в расчёте. — Здрасьте, — Сюэ Ян только с досадой поцарапал стол ногтями. — Что я его вижу — не моя заслуга. И потом, я ж его и сам не слышу. — Вообще плевать. Ты разобрался, как вернуть тело к жизни и научил этому Вэнь Нина. Значит, можешь научить меня видеть его. И разберёшься, как слышать. — Какие знакомые интонации, — Вэй Усянь только рассмеялся. — Примерно таким же образом Сюэ Ян заставил нас ему помогать. — Ты сравниваешь меня с этой тварью?! — Глава Цзян, прошу вас, успокойтесь, — Сяо Синчэнь задумчиво смотрел в чашку. — Сюэ Ян не тварь. По поверхности воды дрейфовала одинокая чаинка, медленно набухая и разворачиваясь. Сюэ Ян сам на неё уставился, удивляясь этому восхитительному ощущению — его защищали. Это что-то новое и очень непонятное. — Он гораздо хуже любой твари, — добавил Сяо Синчэнь. — Потому что все свои злодеяния совершал осознанно и с удовольствием. Но именно этот человек, пожалуй, сможет каким-то образом вам помочь. — Да я не знаю как! — Сюэ Ян тут же загордился, потому что его даочжан видит его насквозь и совершенно правильно оценивает. — Я бы рад каждому вручить требуемое, полную пазуху напихать, и идите уже все отсюда нахрен, дайте пожить тихой семейной жизнью! — Найди способ, — Цзян Чэн смотрел с убийственной прямотой. — Иначе что? — вызверился Сюэ Ян. — Убьёшь меня? — А это мысль, — Вэй Усянь заулыбался. — Попросим Вэнь Нина подежурить над телом и поберечь его жизнеспособность, убьём Сюэ Яна — раз он на самом деле не связан проклятьем с Лань Чжанем, вполне можно. Став душой, не привязанной к телу, он сможет переговорить с Цзинь Цзысюанем, выяснить, как и что сделать, а потом Цзян Чэн изобьёт его Цзыдянем, вернув обратно в тело. Увлекательно же! — Или можно просто попросить Второго Нефрита достать гуцинь и поговорить с этой душой без таких длинных и сложных конструкций, — Сюэ Ян поёжился. — Цзыдяня мне хватит. А можно ещё взять себя в руки, перестать беситься, и как-то разбираться своими силами. Цзинь Цзысюань, вам это нужно? Всего-то, чтобы он вас видел и слышал? Ну вот, кивает. Стоило кнутом размахивать, в самом деле. — Да я тебя и просто так изобью, исключительно ради собственного удовольствия. — Избил бы, если бы я не был тебе сейчас нужен, — парировал Сюэ Ян. — Проблема в том, что я не знаю, как тебе помочь. Дайте подумать, в самом деле. — Способ должен быть, — Вэй Усянь задумчиво изучал Цзян Чэна, как он хмурится, злится, но при этом не может скрыть надежду, которая заставляет его сейчас так героически сдерживать свои порывы. — Сейчас мы в лучшем положении, — Сюэ Ян подмигнул Цзинь Цзысюаню. — У нас есть два образованных даочжана, один из которых как раз был мёртв. И ещё Старейшина Илина, который... —... тоже как раз был мёртв. Такими темпами скоро обычные живые люди, ни разу не умиравшие, станут потрясающей редкостью. Верно, даочжан Сун Лань? — Который был лютым мертвецом, — сухо уточнил Сун Лань. — Надеюсь, мне теперь не нужно следить, чтобы успеть предотвратить драку? Вы усложняете задачу, глава Цзян. — Право слово, методы Сюэ Яна скандальны, говорит он без всякого почтения, но сейчас это именно то, что вам нужно, — поддержал его Сяо Синчэнь. — Да я ж не знаю, как это сделать! — заорал Сюэ Ян и вскочил. Они что? Они вообще его не слушают?! — Но ты узнаешь, — спокойно сказал Сяо Синчэнь. — Я в этом уверен. Сюэ Ян только шумно вздохнул и сел обратно. Вот и попробуй отказаться, когда в тебя верит даочжан. — Ладно. Как получится, так и получится. Чур потом не жаловаться и локти не кусать. Пойдёмте, господин Цзинь Цзысюань, прогуляемся по саду. Попробую вас услышать.