Раздор

…Но, ограничив жизнь своей судьбою, Ты сам умрешь, и образ твой — с тобою.

Уильям Шекспир, Сонет 3

За месяц до разрушения Небесного столба в Хоэнне и за 4 месяца до второй битвы за Солнечные Часы Анистар-сити

Регион Канто, Паллет-таун. Позднее утро.       — Это главные новости недели на КТВ. Вчерашний фестиваль в Пьютер-Сити закончился на печальной ноте, а именно Молтрес, в честь которого и проводится фестиваль, не прилетел. Сотни туристов оказались разочарованными, а жители стали обеспокоенными отсутствием легендарного покемона. — голос ведущего утренних новостей, размеренный и чуть хрипловатый, перебивался настойчивым звуком воды из раковины, льющейся сильной струей на груду тарелок.       Делия Кетчум ритмично мыла посуду, ее пальцы в прохладной воде автоматически скользили по гладкому фарфору, в то время как она слушала телевизор на фоне, улавливая лишь обрывки фраз сквозь шум воды. Тяжело вздохнув, ощущая знакомую усталость в спине, она вытянула мокрую руку, нащупала пульт и повысила громкость телевизора, на мгновение отвлекаясь от раковины.       — Безопасность на дорогах региона продолжает ухудшаться. Полиция рекомендует передвигаться по ним группой и по популярным маршрутам…       — Меня это уже начинает беспокоить. — произнес Эш, который спустился со второго этажа.       — Не только тебя. — грустно ответила Делия. — Как спалось?       — Хорошо, особенно после дороги и бесконечных интервью с показательными боями. — с небольшой нотой усталости ответил он. — Спасибо моему менеджеру, что смог сделать окно в несколько дней.       — Ты уже у меня такой взрослый! Казалось бы, что ты только вчера бежишь за своим первым покемоном… — в голосе Делии отчетливо слышалась ностальгия. — Кстати, а где Пикачу?       — Спит все ещё. — Эш сел за кухонный стол. — Он вчера сильно измотался, пришлось спасать пару молодых тренеров от дикого Нидокинга. Надеюсь, что Ленс сможет пропихнуть идею об изменении возраста для новых тренеров. Десять лет это очень рано для путешествий.       — Да, рано, но оно так всегда было. Канто славится свободолюбивыми и независимыми людьми. — Делия сделала небольшую паузу, вспоминая прошлое. — Но пожалуй соглашусь, что ты и Ленс правы… Никогда не пожелаю кому-то то переживание, что я испытывала во время твоих путешествий.       — Пика? — послышался писк электрического покемона, который запрыгнул на стол.       — С добрым утром, соня. — произнес Эш. — Как спалось?       — Пи-ка!       — Пикачу как всегда на пике радости. Какие у вас планы на эти выходные? — Делия повернулась с улыбкой смотря на них.       — Отдохнуть немного, повидать моих покемонов и друзей. Да, Пикачу?       — Пика-пика!       Вдруг на улице послышался породистый рев мощного двигателя и пронзительный скрип тормозов, сквозь окно было низкий, черный, глянцевый капот чужого автомобиля, агрессивно врезавшийся в поле зрения и остановившийся впритык возле их дома. Двигатель с рычанием затих и спустя минут внезапной тишины, нарушаемой лишь бормотанием телевизора, послышался дверной звонок. Эш невольно ощутил, как мышцы спины и плеч непроизвольно сжались в предчувствии незваных гостей.       — Я открою. — произнесла Делия и направилась ко входной двери, вытерев руки от воды.       — Надеюсь это не фанаты… — прошептал Эш.       Открыв дверь, Делия увидела перед собой Гэри Оука. Тот не сильно изменился за эти годы. Под глазами виднелись мешки из-за отсутствия сна, а само лицо казалось серым и опавшим от усталости, а взгляд тяжелым. Одет он был в черную кожанную куртку и мятые штаны-карго цвета хаки.       — Доброе утро, Делия. Как ваши дела? Вы не против, если я зайду?       — Доброе, Гэри. Конечно нет! Заходи! — Делия освободила ему проход. — Дела у меня просто отлично! Эш смог приехать на эти выходные!       — Да? Как удачно, я как раз и хотел у вас про него спросить. — Гэри снял свои кроссовки и надел тапочки для гостей.       — Он на кухне. Ты завтракал? Я как раз собиралась приготовить что-нибудь.       — Не откажусь, я только с дороги.       — Пика! — радостно поздоровался Пикачу.       — Привет, Пикачу, как у тебя дела? — Гэри зашел на кухню и увидел Эша. — Пепельник, доброе утро.       Гэри бегло осмотрел Эша. Его прическа стала чуть длинее, добавив несколько угловатых пучков, челка небрежно падала на лоб, будто он лишь недавно встал или провел рукой сквозь волосы в задумчивости. Кожа на его лице стала более гладкой и приобрела очень слабое сияние под лучами света, видать у Эша появился косметолог, или же он просто начал уделять себе больше внимания. Глаза были все так же карие, теплые на первый взгляд, но в их глубине отчетливо читались года чего-то печального и тревожнего, словно тень давней боли, которую не удалось до конца прогнать. На лице висела легкая улыбка, которая создавала трудно уловимый контраст печали в глазах и радости на лице. Поверх его спортивного тела была накинута простая, серая майка с черными рукавами, а в качестве штанов были домашние спортивки.       — Я же просил меня так не называть, Дуб. — ответил Эш, сохраняя повседневность в голосе, но добавив немного язвительности.       — Ой, извините, Монарх Пепельник! — Гэри сел на стул напротив Эша. — Как же я мог забыть?       — Да иди ты. — Эш закатил глаза. — Рад тебя видеть.       — Взаимно. Как у тебя дела?       — Отлично. Наконец-то смог вырваться из хаоса скучных пресс-конференций, надоедливых показательных боев и натянутых выступлений. Да и давно меня не было дома, а также решил навестить своих друзей и покемонов. — ответил Эш, пока Делия на фоне начала готовить завтрак.       — Ты сейчас серьёзно? — вопрос Гэри ввел Эша в ступор. — Ты и решение отдохнуть от хаоса? Да ты же живешь ради этого!       — Не путай мои оптимизм и любопытство со стремлением к суматохе.       — Что с тобой случилось за все это время? Ты стал более…разумным… — Гэри с подозрением вглядывался в Эша. — Кто ты?.. И что ты сделал с Эшем?!       — Это все ещё я, Гэри. Просто у меня было время подумать о своей жизни, — ответ Эша показался довольно грубым, учитывая, что его глаза скрывали истинный ответ. — Как у тебя дела?       — Только вернулся из холодного Синно, — Гэри немного откинулся на стуле и потянулся. — Я помогаю дедушке заполнять покедекс, а также данны собираю о регонах для своей научной работы.       — Ты пишешь научную работу? — спросила Делия, пока готовила завтрак.       — Да, она по поводу региональных форм покемонов. — кратко ответил Гэри. — Довольно скучная и на научном языке…       — Отправляйся в Алолу, там довольно много региональных форм покемонов. Могу даже познакомить тебя с парой людей, которые смогут помочь тебе с это работой.       — Я и так собирался туда, Эш. Буду благодарен за полезные контакты.       — Я тебе познакомлю с ними когда к профессору Оуку зайдём.       Гэри утвердительно кивнул. Делия приготовила завтрак и подала его на стол. Спустя десять минут трапезы, Эш решил пойти переодеться и собраться, а Гэри решил осмотреть его комнату.       Обои стен были светло-зелеными, словно листья мяты. Мебель старая, добротная, вероятно, доставшаяся от прошлых жильцов или купленная давно, но выглядела она как новая — не было ни царапин на деревянных поверхностях, ни потертостей на обивке, ни слоя пыли в углах, что было логичным, поскольку Эш часто путешествовал и редко был дома, а значит, и пользовался ею от случая к случаю. На комоде стояли трофеи с соревнований, значки со всех регионов, Z-кольцо и Z-кристаллы, перчатка с ключ-камнем для мега-эволюции и браслет для динамакса. Рядом лежала половинка покеболла, которая вызвала улыбку на лице Гэри, а также стояла деревянная фигурка Теддирусы. В углу стояла дорогая, красная, угловатая электрогитара с какими-то автографами, что вызвало истинное удивление у него. Яркое пятно агрессивного дизайна, казалось абсолютно чуждым в упорядоченности комнаты. Она была прислонена к стене с небрежностью, которая контрастировала с безупречным состоянием мебели, словно ее только что поставили и забыли убрать в чехол, а тонкий слой пыли на грифе выдавал долгое неиспользование.       — Никогда у тебя тут не был, Пепельник. У тебя тут столько всего!       — За 11 лет чего только не накопилось… — произнес Эш, меняя футболку.       — Откуда у тебя гитара? Ты умеешь на ней играть? — начал распрашивать его Гэри, взяв гитару в руки. — И ты ей не воспользовался, чтобы запикапить девочек?!       — Научился я у Брока, он много меня чему научил во время путешествий, а электрогитару я купил в Калосе… — название региона оставило грустную ноту в его голосе. — Автографы оставили мои друзья оттуда.       — Сыграешь?       — Прости, настроения что-то нет.       — Ага, давно у тебя настроения на неё нет, учитывая слой пыли на ней… — Гэри поставил гитару на место, поймав краем взгляда фотографии на столе возле окна. — А это у нас что?       — Фотографии, — ответил Эш, накидывая красно-черную ветровку, ткань шуршала в тишине, нарушаемой лишь их голосами. — Решил вспомнить былое.       — Ты мне и о половине своих друзей не рассказывал. — Гэри просматривал фотографии друзей Эша, там в основном были фото группой, но было и парочку индивидуальных. — Эта выглядит знакомо…       Эш повернулся к Гэри и увидел фото медовой блондинки с голубыми, словно океан, глазами, в которых было так легко потеряться, особенно для него. Так и произошло. Эш, словно в первый раз, как тогда, потерял ход мыслей. Сердце забилось чаще от нервов, словно сделав шаг вправо или влево она перестанет его любить, и от горечья расставания и плохих воспоминаний. Время на снимке было остановленным мгновением счастья, которое теперь обжигало острой болью утраты. Её улыбка, такая искренняя и лучистая тогда, теперь казалась лишь тенью, напоминающей о том, что всё прошло безвозвратно.       — Эй, ты тут? — Гэри обеспокойно посмотрел на своего друга, но быстро переживание сменилось на ехидную улыбку. — А, я понял! Эш Кетчум влюбился, да?       — Бывает и такое в жизни, — холодно ответил Эш, затем подошел и взял фотографию из руки Гэри. — Это Серена, она была в летнем лагере когда нам было по семь лет.       — Та в соломенной шляпе? Погоди! Она же недавно стала Королевой Калоса! Всё это время… — волна понимания ситуации прошлась через голову Гэри. — Когда свадьба?       — Что?!.. — голос Эша был несвойственно грубым, а взгляд, буквально на секунду, стал острым и гневным, но быстро сменился на нейтральный. — У нас ничего не вышло.       — Из того, что мне рассказала Доун… — Гэри на секунду замолчал, аккуратно подбирая слова в голове. — Эш, ты… как бы это помягче сказать… Пиздишь.       — Говорю тебе правду как есть… У. Нас. Ничего. Не. Вышло. — четко произнес Эш, убрав фото куда-то в глубь стола.       — А если не секрет? — голос Гэри изменился на тихий, мягкий и серьезный, словно пытающийся помочь.       — Я напортачил после Лиги Калоса… Сильно напортачил.       — Хочешь об этом поговорить?       — Нет… Не сейчас, — Эш накинул капюшон и начал выходить из комнаты. — Поехали к профессору.       — Да, поехали, — Гэри положил фотографии на стол и вышел, выключив свет. — Не бойся, все наладится.             — Да, конечно, — Эш спустился на первый этаж и начал выходить из дома, но резко остановился. — Мам! Мы к Профессору! Привет передам!       — Хорошо! — послышалось из глубины дома.       Эш и Гэри вышли на улицу. Ветер ранней осени, резковатый и свежий, сразу ударил в лицо, наполняя легкие холодноватым кислородом и разгоняя остатки комнатной духоты. Он шуршал в только начинающих желтеть кронах деревьев, срывая первые робкие листочки, которые кружились в прохладном воздухе прежде чем упасть на землю, уже кое-где усыпанную этим золотистым конфетти. Солнце, уже поднимающееся к зениту, бросало короткие и четкие тени. На дороге возле низкого, белого забора дома стоял старенький маслкар.       Линии кузова были угловатыми, но при этом плавными, перетекая друг в друга. Бампер сильно бросался во взгляд, он продолжал линию капота, загинаясь чуть под большим углом, и резко загинался под обратным углом, будто образуя лезвие, и затем продолжался уже под другим углом. Квадратные фары были утоплены в бампере под капот, пытаясь спрятаться, но если встать под определенным углом, то можно было увидеть насколько они были спрятаны там. Заднее стекло плавно перетекало из крыши в багажник, немного заходя на бока кузова. Из багажника плавно выпирал спойлер, напоминающий хвост Фарфетчда, под которым вертикально шла линия багажника и задних фар, ниже них выпирал массивный, пластиковый бампер.       Кузовные панели были разных цветов: капот глянцево черный, задний бампер был треснувший и темно зеленый, а кузов был белого цвета, покрытый грязью, а левое крыло вообще ярко-красное, но выгоревшее до розового, и с вмятиной. Внизу дверей отлично виделась ржавчина, пороги тем более прогнили. На крыше машины лежал Пикачу, греясь лучами солнца.       — Ты где купил эту развалюху?       — В Синно, — кратко ответил Гэри. — На рынке подержанных автомобилей.       — А разве машины из Юновы ещё популярны там?       — Эш, это рынок б/у автомобилей, там все либо непопулярное, либо сломанное.       — Тачка крутая не спорю, но цена нормальная была?       — Это была чертовски выгодная сделка! — Гэри подошел к машине и облокотился на неё. — Взял её по дешёвке!       — По состоянию не скажешь… Она ржавая, а детали вообще разного цвета! — подметил Эш, подойдя к ней.       — Эх, Эш, истинная красота находится внутри, но тебе этого не понять…       — Люди в первую очередь судят глазами, Гэри.       — Поэтому ты и влюбился в Серену? Как жестоко, Эш!       — Я бы хотел услышать мнение Мисти по этому поводу.       — А она тут при чем? — спросил покрасневший Гэри.       — Она ещё тебе привет передавала, — продолжал Эш, хитро смотря на своего покрасневшего друга. — И ещё говорила, что скучает.       — Я тебе так и поверил! — ответил Гэри и открыл водительскую дверь.       — А я вообще-то серьёзно говорю! — Эш открыл пассажирскую дверь. — Пикачу, запрыгивай.       — Пика! — Пикачу ловко запрыгнул в салон автомобиля.       Эш сел на сидень пассажира, обивка с хрустом просела под ним и выпустив облачко пыли, и сразу подметил запах старого пластика, въевшегося табачного дыма и давно просроченных ароматизаторов воздуха в виде елочки, которые кучкой лежали в незаводском пластиковом подстаканнике, их химическая сладость давно выветрилась, оставив лишь тошнотворный привкус. Все в этом салоне кричало о беспощадности времени и тысячах пройденных миль.       Черный пластик панели приборов выцвел ровно по линии солнечного света, создавая сюрреалистичную картину борьбы света и тьмы. Экран старого цифрового дисплея скорости и оборотов, некогда футуристичная гордость модели, треснул. Некоторых кнопок на центральной консоли вообще не было, вместо них аккуратные дыры, из которых торчали пучки разноцветных проводов, будто обнаженные нервы. Рычаг автоматической коробки передач разболтался и явно был не родным, рукоятку заменил покрытый хромом маленький череп, который был неудобным на ощупь. Единственное, что тут работало идеально — кондиционер и магнитола с динамиками, казась больше шуткой, что водителю важнее были комфорт и музыка, а не механизмы и внешний вид машины. Однако самой, пародоксально, выделяющейся деталью было полное отсутстсвие бардачка, которое являлось зияющей и неровной дырой в этом старом салоне.       — Ну и пыльно у тебя тут… — произнес Эш, послышалось чихание Пикачу на заднем диване. — Правду говорю. Будь здоров, Пикачу.       — Пика-чу…       — Я не жалуюсь! Эта крошка довезла меня из Синно в Канто без проблем, поэтому я готов ей простить все её изъяны, — Гэри вставил ключ зажигания. — Пристегнись, она грубая и резкая.       — Аркеус, упаси наши грешные души… — тихо произнес Эш и пристегнулся.       Гэри провернул ключ зажигания. Стартер надсадно заскрежетал на мгновение, прежде чем восьмицилиндровый мотор с рёвом, словно Энтей, и с тряской, словно землетрясение, наконец завелся. Глушитель, а вернее, все то, что от него осталось, глухо, с хриплой одышкой, рычал и сифонил едкими выхлопными газами, что прямиком в салон сквозь щели в полу, что густыми клубами на улицу, окутывая заднюю часть машины сизой дымкой с запахом несгоревшего бензина и масла. Гэри потянул разболтанный рычаг автоматической КПП, и она с резким металлическим пинком и стуком переключила передачу, будто нехотя. Маслкар резко тронулся, задрожав всем кузовом, Эш инстинктивно ухватился за пластмассовую ручку над дверью, но та резко сломалась, оставшись в его правой руке. Старые покрышки с воем пробуксовали на рыхлом грунте и вытолкнули маслкар вперед, вышвырнув из-под себя гравий. Руль, с люфтом в несколько сантиметров, отчаянно бился и вырывался в руках Гэри на малейших неровностях, а изношенная подвеска отвечала ему скрипом умирающих пружин и глухими, угрожающими ударами амортизаторов о ограничители на каждой кочке, создавая впечатление, что вся конструкция вот-вот развалится на ходу. От такой какофонии звуков Эш решил избавиться, тыкаясь пальцами в кнопки старой магнитолы, оттуда заиграл что-то похожее на сочетание альт-рока и шугейза. Размытые гитарные волны и приглушенный вокал. Песня не перекрывала процесс вождения, а скорее странным образом расплывалась на фоне, смешиваясь с рокотом мотора и скрежетом подвески, создавая сюрреалистичный саундтрек к их дымной поездке.       — И ты так ехал из Синно? — на лице Эша читалось истинное удивление. — Без проблем?       — Да, в это трудно поверить, но я не такой магнит для проблем, вроде тебя, Пепельник!       — Ага, только не сглазь, Дубина!       Спустя десять минут не расслабляющей, а скорее изматывающей тряской и грохотом поездки, машина Гэри, не иначе как чудом, доехала до места назначения, её двигатель, заглушенный после рывка и последнего хриплого вздоха, тихо постукивал и шипел, выпуская струйки пара из-под покорёженного капота. Гэри, с усилием вывернув люфтящий руль, припарковал машину возле небольшых ворот лаборатории профессора Оука, за которыми шли аккуратные каменные ступеньки вверх по холму. Эш со скрипом открыл дверь и вылез из машины, его ноги слегка дрожали после постоянной вибрации, а в ушах все еще стоял навязчивый гул мотора и грохот подвески, смешавшийся с эхом последних гитарных аккордов. Следом выпрыгнул Пикачу, который немного пошатывался после поездки. Прохладный воздух, пахнущий травой и лесом, после удушливого салона показался им невероятно свежим и чистым.       — Пииикаааа-чуууу… — жалобно протянул электрический покемон, запрыгнув на плечо Эша.       — Тоже не понравилось, да? Понимаю.       — Ой, неженки, — Гэри захлопнул дверь машины и закрыл её ключом.       — Мы?! Неженки?! — гневно переспросил Эш. — Да ты вообще знаешь, через что мы прошли?!       — Нет, не знаю, ибо ты мне не рассказываешь… — Гэри приоткрыл ворота и начал подниматься по ступенькам. — По какой-то причине…       — Справедливо! — Эш начал идти следом за Гэри.       — А на мой взгляд, это не справедливо.       — Ну, это твое мнение.       — Да, мое мнение, что ты что-то скрываешь от своих друзей.       — И у меня есть на то причины.       — Я надеюсь, что они очень хорошо обоснованы!       — Так и есть, — спокойно ответил Эш.       Они дошли до вершины холма, на котором располагалась лаборатория Профессора Оука. Здание не изменилось за года, благодаря своевременным и одинаковым ремонтам, сохранившим его узнаваемый облик. Деревянный забор, начинавшийся прямо у стен лаборатории и огибавший часть территории, также не изменился. Ветрогенератор, являвшийся главной технологичной фишкой здания, плавно и почти бесшумно крутил свои лопасти, ловя порывы холодного, осеннего ветра.       — Дедушка! — Гэри открыл дверь и зашел внутрь здания, Эш последовал за ним. — Дедушка, я вернулся!       — Гэри, мальчик мой! — Профессор Оук, который только недавно перешел в пожилой возраст, поприветствовал и обнял Гэри. — Я так соскучился! Как у тебя дела?       — Отлично! Смотри кого я нашел по дороге! — Гэри указал большим пальцем правой руки за спину.       — Профессор, — Эш скинул капюшон с головы, растрепав и так небрежную прическу.       — Пика-пика! — Пикачу перепрыгнул с плеча Эша на плечо Профессора Оука.       — Эш! Пикачу! Какой сюрприз! — Профессор Оук погладил Пикачу по голове. — Как у вас дела? Вы надолго или мимолетом?       — Мы в Паллет-Таун на два дня приехали, решили передохнуть от «чемпионских ответственностей». У вас как дела?       — Ну, ты прекрасно знаешь ответ на этот вопрос, Эш. Тут все без изменений.       — Даже твои покемоны стали обыденностью? Кошмар, Эш! Ты теперь зануда! — Гэри положил свой покедекс на стол. — Дедушка, я дополнил покедекс.       — Ты такой молодец, Гэри, но у меня тут ещё дела есть, так что я позже его посмотрю.        — Без проблем.        — Если буду нужен, то я на заднем дворе, — Эш направился по коридору до выхода на задний двор. — Пикачу, догоняй.       — Пи! — кивнул Пикачу, бросив взгляд на уходящего Эша.       Эш открыл дверь на задний двор, впустив внутрь здания поток свежего, влажного воздуха, густо наполненного запахами скошенной травы, сырой хвои дальнего леса и прохлады, который устремился в коридор, смешиваясь со стерильным запахом лаборатории. Пикачу, Гэри и Профессор стояли в нескольких шагах, у стойки с гудящим оборудованием, молчаливые и неподвижные, как статуи, их лица были обращены к Эшу, но взгляды, казалось, смотрели сквозь него, дожидаясь того момента, когда звук его шагов по полу стихнет за дверным проемом и он не будет их слышать. Давление этого молчания, тяжелого и многозначительного, висело в воздухе плотнее лабораторного кислорода. Эш шагнул за порог, ощутив подошвами уже не холод пола, а упругость влажной земли и травы, и резко захлопнул дверь за собой.       — С ним, что-то не так, — начал Гэри. — Он ведет себя не как Эш, взгляд его лживый, как и его улыбка… Меня это очень сильно волнует.       — Пика-пи.       — Если бы я тебя мог понимать…       — Может Эш просто повзрослел? Со временем все мы становимся уставшими и черствыми.       — Может быть, Дедушка, может быть… Но я точно вижу в его глазах боль, — Гэри замолчал на секунду, обдумывая все варианты решения проблемы. — Пикачу, это как-то связано с Сереной?       Пикачу прикусил нижнюю губу и немного отвернулся, приотпустив уши. Спустя пару секунд раздумия в полной тишине, какое конечно предоставляла лаборатория, Он кивнул, но спустя секунду отрицательно покачал головой, оставив Гэри и Профессора в недоумении.       — Так «да» или «нет»?       — Пи! Пика! — Пикачу, спрыгнув на стол, вытянул вперед свои лапки и затем кивнул в сторону правой, а в левую руку отрицательно покачал головой, и сложил две руки вместе.       — Ты хочешь сказать, что Серена является одной из множества причин, почему Эш так себя ведет? — предположил Профессор.       — Пика! — кивнул покемон.       — Это усложняет дело, но так или иначе надо, чтобы Эш сам об этом рассказал. Пикачу, ты поможешь мне? — Гэри подошел и протянул правую руку к Пикачу, он пожал своей лапкой руку Гэри, подтвердив свои намерения помочь. — Отлично, а теперь иди к нему, а то он может что-то заподозрить.       — Пика! — Пикачу рванул к задней двери, его маленькое тело напряглось, и он с трудом, упираясь всеми лапками в массивную створку, кое-как открыл дверь на задний двор       На заднем дворе он сразу увидел Эша, спокойно беседующего с Бульбазавром. Пикачу, издав короткий, радостный клич, помчался к ним сквозь высокую траву, которую раскачивал слабый, прохладный ветерок. Бульбазавр, повернув свою широкую голову, заметил спешащего друга и радостно поздоровался с ним на своем языке.       — Бульбазавр, позови пока остальных, — произнес Эш, и почти одновременно его рука легким движением метнула в воздух два покеболла, с яркими вспышками света появились изящный Пиджеот, плавно взмахнувший крыльями, и Лукарио, чья аура ощущалась как легкое статическое напряжение в воздухе.       Бульбазавр использовал Солнечный луч и направил его в небо, все покемоны Эша направились к нему. Они, казалось, практически не изменились за года, их взгляды светились прежней преданностью, только разве Инфернейп стал менее вспыльчивым. Со временем пару покемонов все-таки эволюционировали — Ошавотт развился в Дэвотта, сменив характер на чуть более взрослый, но также оставаясь самим собой, а ещё развился Скрэгги, став Скрафти. После эволюции он начал часто и с упорством вызывать на бой Чаризарда, однако счет пока оставался безжалостным: 0-16 в пользу огненного покемона.       Покемоны встретили своего тренера как обычно — с оглушительным хаосом, в котором только он видел порядок: Торосы, мыча от восторга, ринулись вперед и затоптали его, Чаризард обжог его лицо, Гибл укусил за голову, а Снорлакс, сонно ковыляя, чуть не лег на него всей своей невероятной массой, едва не став финальным аккордом. Со стороны эта сцена выглядела так, будто покемоны специально, сговорившись, пытаются убить своего тренера разнообразными и изощренными способами, и предположение это, скорее всего, было не так уж далеко от истины, но в глазах Эша, отбивавшегося сквозь смех, это было чистым проявлением заботы и глубочайшего уважения… Так, по крайней мере, он всегда это интерпретировал, вытирая сажу со щеки и отлепляя Гибла со своей головы.       — Да, я тоже рад вас видеть! — выдохнул он, едва вырвавшись из объятий покемонов.       — Пика!       Гэри наблюдал за этой бурной, почти сюрреалистичной сценой семейного воссоединения через окно лаборатории. В этот момент Эш, победитель Кубка Коронаций, сильнейший тренер в мире, известный далеко за пределами любого региона, выглядел и вел себя не как легенда, а как тот самый десятилетний мальчишка из Паллет-тауна. Он улыбался во весь рот, смеялся до слез, позволяя себя топтать, жечь и кусать, излучая поистине беззаботное счастье. Гэри, стоя в прохладной тишине лаборатории, вспоминал недавние разговоры: он расспрашивал друзей Эша о том, что случалось с ним в разных регионах за годы их разлуки, но получал в ответ лишь обрывки загадочных фраз, что-то туманное про «Избранного», упоминания Копейного Плато на неприступной горе Коронет, намеки на какие-то масштабные кризисы в Юнове и Калосе, звучавшие как сюжеты апокалиптических легенд. Последующее изучение архивов новостных сводок с трудом, но подтвердило давнюю шутку его друзей — Эш и правда был магнитом для глобальных проблем невероятного масштаба, оказываясь в эпицентре событий, о которых обычные тренеры лишь читали в учебниках истории. Только вот про события в Алоле информация была удивительно скудной, словно кто-то старательно затирал следы, а детали калосских происшествий оставались намеренно расплывчатыми и окутанными дымкой слухов. Смотря на смеющегося Эша, Гэри не мог отделаться от мысли, сколько же всего скрывается за этой детской улыбкой чемпиона.       — Другого шанса у меня не будет. Прости, Эш, но это для твоего же блага! — прошептал Гэри себе под нос, прежде чем решительно толкнуть тяжелую дверь и выйти на улицу, покемоны тут же обратили на него внимание, их взгляды, от любопытных до настороженных, прошлись по его фигуре.       — Решил проветриться? — Эш, не поднимая глаз, присел на землю рядом с массивной спиной Тортерры.       — Ну, пока есть свободное время, — Гэри сделал несколько шагов вперед и облокотился об шершавый ствол старого дуба, скрестив руки на груди. — Решил выйти во двор, может даже наверстать упущенное… Поговорить.       — Опять ты за своё… — Эш уже машинально напряг мышцы, собираясь встать и уйти от разговора, но Пикачу резко запрыгнул ему на ноги, разложившись на них пластом и упершись круглым лбом в его живот, беззвучно требуя, чтоб его почесали. — А тебе чего? Почесать? Так и быть.       Покемоны, по своей около магической природе, тоже обратили внимание на состояние Эша, хотя некторые из них даже знали истинные причины такого поведения, но даже не догадывались о том, что бурлило в его голове всё это время. Стараптор, всегда чуткий к настроению тренера, аккуратно приземлился на его свободное плечо, цепляясь легкими коготками за ткань куртки, и легонько клювом подёргал за прядь непослушных черных волос, пытаясь развеселить его знакомым жестом. Но Эш лишь прикрылся от него ладонью, словно от назойливого Баттерфри, его взгляд упорно избегал встречи с Гэри.       — Давно я тебя не видел, на самом деле. Если не учитывать тот хаос с Проектом Мью.       — Все было как обычно, Гэри, — отозвался Эш, его пальцы замерли на спине Пикачу. — Прошелся по Юнове, проиграв Лигу в Топ 8. Также и с Калосом, но там я вылетел в финале.       — Как обычно? — Гэри оттолкнулся от дерева, делая шаг вперед. — То есть потасовки с Командой Плазма и терроризм Команды Пламя — это для тебя теперь обыденность?       — Гэри, к чему ты клонишь? — Эш наконец поднял глаза, в его взгляде мелькнуло что-то усталое, почти раздраженное, покемоны молча стояли и наблюдали за диалогом, их игривость испарилась.       — Волнуемся мы за тебя, Эш! Все — я, профессор, твоя мама, твои покемоны, друзья, черт возьми! Все понимают, что с тобой что-то не то, но только ты сам этого не понимаешь или не хочешь понимать! Черт, ты даже почему-то отверг приглашение на Большой Фестиваль Хоэнна и Серебряную Конференцию! Хотя там было полно твоих друзей, Эш! Брок, Мэй, Доун, Поул, Дрю, Сайлан, все ждали! — произнесенные слова Гэри повисли в воздухе, накинув на и без того тяжелую тишину ещё пару грузов давления, которое стало почти осязаемым, и Пикачу на ногах Эша негромко и тревожно пискнул.       — Я был занят тренеровками! — Эш резко вскочил, Пикачу и Стараптор упали на землю, желтый покемон кувыркнулся с обиженным писком, а птица взлетела с негодующим криком. — У меня не было на это времени! Я бы с радостью там появился, но я был занят!       — Вранье, Пепельник, вранье! Через Синтию я узнал контакты твоего менеджера, от которого я узнал, что ты был тогда свободен целых два месяца! — Гэри подошел почти вплотную к Эшу с сжатыми кулаками, покемоны боевого типа тут же начали понимать к чему все идет, но вот Лукарио почуствовал что-то другое, что-то более опасное.       — Я всегда тренируюсь! — парировал Эш, отступая на шаг, его спина уперлась в теплый панцирь Тортерры.       — Ты серьезно?! Ты тратил всё это время на тренировки, пока мы с ума сходили от твоего состояния?!       — Да пошёл ты!       — Ну, всё ты доигра-…       Перед тем как Гэри смог закончить предложение, Лукарио молнией метнулся между ними, его сильные лапы с силой уперлись в грудь каждого, физически расталкивая противников. Эш, на миг потеряв равновесие, вдруг ощутил поток силы и намерения, исходящую от Лукарио. Аура покемона билась о его сознание, настойчиво требуя внимания, стремясь не столько сказать, сколько показать. Глаза Эша вспыхнули неестественно ярким, тем же цветом, что и Аура — ярко-голубым. Гэри отшатнулся, шокированный, его гнев сменился мгновенным изумлением и даже страхом. Не каждый день приходится узнавать, что твой давний друг является Хранителем Ауры.       Лукарио резко указал своей когтистой лапой в небо, туда, под солнце. Эш увидел там летящий вдали силуэт, отдающим пламенем. Огненный шлейф, рвущий небо, клубы пламени, отрывающиеся от мощных крыльев, фигуру, несущуюся к ним с невероятной, угрожающей скоростью. Цвет в глазах Эша погас так же внезапно, как и зажегся, а вот взгляд сменился на боевой, острый и холодный. Покемоны, знавшие этот взгляд по сотням битв, тут же приготовились без лишних команд, не зная к чему.       — Крутой трюк, Эш, но от моих вопросов не так просто уйти. — Лукарио, не теряя времени, быстро, но аккуратно взял лапой подбородок Гэри и повернул его голову в нужную сторону. — Ну какой-то покемон летит и что с того!.. Погоди… Это Молтрес?! Что он здесь делает? Он же должен быть на вчерашнем фестивале!       — Не знаю, Гэри, но мне не нравится, что он летит сюда с такой большой скоростью, — Эш повернулся к своим покемонам. — Всем быть начеку! Такие покемоны, как Молтрес, могут нанести очень большой ущерб! Тотодайл, Глэйли, Корфиш, Буизель, Дэвотт, Палпитоад, Драковиш, тушите пожары, которые он может устроить! Пиджеот, Ноктаул, Свеллоу, Стараптор, Глайскор, Анфезант, Талонфлейм, Нойверн, загоняйте его на землю, отрезайте пути отхода, но не лезьте на рожон! Остальные, помогайте с тушением пожаров и, по возможности, наносите удары по Молтресу! Чаризард, Лукарио, Пикачу, вы со мной!       — Слушай, а может он просто мимо пролетит? А может он хочет познакомиться с известным монархом? — голос Гэри дрогнул, в нем пробивалась наивная надежда, несвойственная ему.       — Вроде я должен быть безнадежным и глуповатым оптимистом, а не ты… — парировал Эш, не отрывая взгляда от неба.       — Ты им и остался, Эш, а вот я-… — Гэри не успел договорить из-за Молтреса, который пролетел рядом с ними и начал сжигать все вокруг. — Ой, блять!       Покемоны Эша тут же начали выполнять поставленные задачи. Согласованно, как единый механизм, водные покемоны развернулись в сторону пожаров, выпуская мощные струи воды и ледяные потоки, а воздушные напали на Молтреса сбивая его с неба. Мощный взмах его огромных, пылающих крыльев создал ураганный порыв воздуха, который с силой швырнул летающих покемонов в стороны, словно осенние листья. Нойверн едва увернулся от столкновения с Талонфлеймом, а Стараптор и Свеллоу кубарем полетели к земле. Молтрес устремился дальше по холму, сжигая все на своем пути.       Эш и Лукарио ловко запрыгнули на спину Чаризарда, который уже бил когтистой лапой по земле, выпуская клубы дыма от нетерпения. Гэри выпустил своего стремительного Арканайна, мех пса вспыхнул огнем, отражая тревогу хозяина, и залез на него. Они устремились в погоню. Воздушные покемоны, оправившись, ринулись следом, готовые помочь.       Эш на Чаризарде, который летел выше Молтреса, смог разглядеть его. Молтрес был в гневе, его движения был резкими, полные сил, каждый взмах его крыльев оставлял за собой сильные потоки ветра. Он горел гневом, и этот гнев выжигал все вокруг.       — «И кто тебя так разозлил?» — Эш перевел взгляд на Пикачу, который сидел на его плече. — Готов, братец? Удар молнии!       — ПИИИИИИИИКААААААААААА! ЧУУУУУУУУУУУ! — электрический покемон прыгнул вверх и выпустил мощный разряд, который попал по Молтресу и заставил его сменить фокус с поджигания холма на своих преследователей.       Анфезант, парившая рядом, метнулась вперед и на лету поймала за хвост Пикачу, который уже начал неуправляемо падать, поняв, что прыжок со спины быстро летящего Чаризарда был стремительной и не самой продуманной идеей. В этот же миг Молтрес выпустил сокрушительный поток пламени в Чаризарда, но Талонфлейм влетел в самый центр огненного потока с помощью Огненого разряда и получил несерьёзные повреждения. Используя эту драгоценную секунду замешательства, остальные воздушные покемоны начали скоординированную атаку: Стараптор и Нойверн атаковали, использовав Храбрую птицу и Коготь дракона, а Свеллоу, Глайскор и Пиджеот зашли с флангов. Свеллоу использовал Высший пилотаж, Пиджеот атаковал с пронзительным криком, используя Быструю атаку, а Глайскор использовал Гига-столкновение, врезавшись в бок огненной птицы с оглушительным грохотом.       Молтрес, оглушенный и потерявший ориентацию, не удержался в небе и рухнул вниз, как падающая звезда. Он с грохотом снес деревья, вырвал с корнем кусты и поднял гигантское облако пыли, оставив за собой длинную канаву выжженной земли. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь шипением тлеющей травы и тяжелым дыханием покемонов.       — Надеюсь, что ему хватило, — Гэри остановил Арканайна в нескольких метрах от места падения, где в облаках пара и пыли корчилось огненное тело, и спрыгнул на землю, чувствуя под ногами теплый грунт.       — Что-то он как-то быстро упал для легендарного покемона! — Чаризард Эша с глухим ударом приземлился рядом с Гэри, Эш и Лукарио быстро с него спрыгнули, их взгляды были прикованы к месту падения.       — Может, на него напали какие-то другие тренеры, и он, в бешенстве, начал сжигать все вокруг? — Гэри повернул взгляд на Эша, в его голосе звучала попытка найти логичное объяснение, но в глазах читалось беспокойство.       — Да скорее Молтрес бы их сам сжег, Гэри, не забывай, это всё ещё легендарный покемон! Они могут на огромные разрушения, сил им хватает на такое.       — Чувствую, что за этими словами скрывается очередная сумасшедшая история, — вздохнул Гэри, — но я её от тебя точно никогда не услышу…       — Блять, ты невыносим! — Эш резко развернулся к нему, его раздражение, приглушенное боем с Молтресом, снова вырвалось на поверхность.       — Да, я такой! — Гэри развел руками с преувеличенной невинностью. — За это меня все и любят!       — Угу, продолжай себе врать, — фыркнул Эш, скрестив руки на груди.       — Как скажешь, Ясень, — бросил Гэри с невозмутимым видом, глядя куда-то в сторону дымящегося кратера.       — Да поше-… — Эш запнулся на полуслове, его мозг будто застыл, переваривая услышанное. Раздражение мгновенно сменилось абсолютным недоумением, и он уставился на Гэри. — Как ты меня сейчас назвал?!       — Ясень, — кратко и четко повторил Гэри, наконец поворачиваясь к нему и встречая его взгляд. На его лице играла едва уловимая, довольная ухмылка. — Ты же меня «Дубом» постоянно называешь, вот я и решил тебе отомстить. А твоё имя, какое удивительное совпадение, как раз имеет одно из значений — ясень.       — И почему я раньше не догодался?.. — пробормотал Эш себе под нос.       — Потому, что ты тупой, как дуб! — выкрикнул Гэри, его ухмылка стала шире.       После этой фразы в эпицентре выжженного поля воцарилась тишина. Это было гробовая тишина, более тяжелая и неповторимая, чем сама смерть. Даже привычный гул огня и шипение остывающих камней будто бы стихли. Так продолжалось несколько томительных минут, в течение которых даже Молтрес, который уже пришел в себя и медленно поднимал голову из канавы, просто уставился на Гэри своим пронзительным взглядом, и в этом взгляде читалось не яростное безумие, а чистейшее, истинное разочарование из-за человеческой глупости, и из-за самого факта своего падения от руки того, кто способен на такие каламбуры. Казалось, что сама природа затаила дыхание от этой нелепости.       — Да идите вы все в задницу! — Гэри обиженно скрестил руки и отвернулся, демонстративно разглядывая дымящийся пейзаж, но через мгновение до него дошла тревожная мысля, и он резко обернулся. — Эй, Молтрес очухался! Бластойз, выходи!       Гэри быстро подкинул покеболл и оттуда с грохотом вырвался Бластойз. Молтрес, с трудом, но уже поднялся из канавы, он явно был слишком ранен для того, чтобы резко взлететь. В этот момент Эш, всмотревшись, обратил внимание на какой-то энергетический ошейник на шее Молтреса.       — Гэри, у Молтреса ошейник! — Эш уверенно посмотрел в глаза Гэри.       — Знакомый взгляд, — пробормотал Гэри. — Значит, у тебя есть какая-то идея?       — Да, надо аккуратно сломать его, — Эш бросил быстрый взгляд в небо, выискивая Анфезанта с Пикачу. — Надо отвлечь Молтреса, а затем подпустить к нему быстрого и точного покемона.       — Идея рискованная, но пока лучше варианта нет, — Гэри кивнул. — Бластойз, используй Быстрое вращение! А ты, Арканайн, Огненное колесо!       — Эй, летуны! — Эш крикнул своим воздушным покемонам. — В бой не вступать, но не дайте Молтресу взлететь! Пикачу, давай ко мне! Чаризард, Хвост дракона! Лукарио, Двойная опека!       Лукарио выскочил вперед, его тело на мгновение раздвоилось, затем растроилось, и вот уже с десяток клонов окружил Молтреса, двигаясь в такт друг другу, создавая иллюзию неразберихи. Бластойз и Арканайн, раскрутившись, метнулись в сторону Молтреса с разных сторон. Чаризард взлетел в небо и спикировал на Молтреса, заготовив хвост для атаки.       Молтрес, несмотря на раны, быстро среагировал. Он поднял свои огненные крылья и начал быстро, и с невероятной мощью махать ими, создав нестерпимо горячую Тепловую волну. Клоны Лукарио мгновенно испарились, словно их и не было, Бластойза и Аркайнина волна отбросила назад, заставив их кувыркнуться по выжженной земле, а Чаризарда, пикирующего сверху, волна горячего воздуха заставила резко изменить траекторию, едва не опрокинув его в воздухе.       — Тепловая волна! — произнес Эш, инстинктивно закрыв лицо руками от адского жара.       — Что-то жарковато стало, не находишь? — Гэри отступил на несколько шагов назад, заслоняясь рукавом куртки.       — Пика! — Пикачу аккуратно прыгнул с Анфезанта на плечо Эша.       — Пикачу, помнишь Гарчомпа из Люмиос-Сити? — быстро заговорил Эш, не отводя глаз от Молтреса, который снова собирался с силами. — Когда мы упали с башни Призма?       — Пи! — кивнул Пикачу.       — Такая же ситуация, только падать не придётся, — Эш указал взглядом на шею Молтреса. — Мы отвлекаем Молтреса, а ты должен подобраться сбоку и Стальным хвостом точно, одним ударом, разбить этот ошейник, понял?       В ответ Пикачу решительно кивнул, его хвост уже начал покрываться металлическим блеском. Он спрыгнул с плеча Эша и побежал на левый фланг, используя неровности рельефа и клубы дыма как прикрытие. В это время Молтрес выпустил огнемет по реальному Лукарио, но тот успел увернуться с невероятной скоростью, оставив после себя лишь размытый силуэт.       — Я надеюсь, что Пикачу попадет, — с нотой неуверенности произнес Гэри. — Бластойз, Водный пульс! Арканайн, Огненный взрыв!       — Не бойся, он уже это делал…один раз, — с легким смешком ответил Эш, его глаза не отрывались от мелькающего в дыму желтого силуэта. — Чаризард, Перегрев! Лукарио, Аура-Сфера!       Бластойз выпустил из своих массивных водных пушек несколько сконцентрированных потоков воды, но большая часть испарилась при контакте с тело Молтреса. Огненный взрыв Арканайна, грохнувший вслед, не нанес существенного урона по Молтресу, но поднял в воздух плотное облако черного дыма. Тело Чаризарда засветилось красным от тепла внутри него и затем выпустил сокрущительный поток почти белого огня в сторону Молтреса. Лукарио создал Аура-Сферу, которая засветилась ослепительно-голубым светом, энергию которой даже почуствовал Эш, и метнул её в центр облака черного дыма, точным ударом попав Молтресу в клюв, заставив отшатнуться от неожиданной атаки.       — Неплохо! — Гэри с одобрением посмотрел на Лукарио, покемон, стоявший в боевой стойке, в ответ уверенно кивнул.       — Вряд ли это успокоило Молтреса… — тихо, почти про себя, произнес Эш. — Сглазил ты меня, Гэри! Ой как сглазил!..       — Эй, мы все в этом дерьме по уши, а не только ты один!       — Да, только МНЕ приходится постоянно попадать под горячую руку, защищая вас! — голос Эша сорвался на повышенные тона, в нем зазвучало давно копившееся напряжение.       Пока Эш и Гэри снова погрузились в выяснение отношений, Молтрес, воспользовавшись малейшей паузой, пришел в себя. Он ринулся в атаку, используя Акробатику. Его движения, несмотря на размеры, были неестественно быстрыми и точными. Сначала он налетел на Бластойза, обрушив на его панцирь град ударов когтями, отпинал его с легкостью и отшвырнул, как пустую консервную банку, куда-то в чащу леса за спиной Гэри. Затем Арканайн, пытавшийся встать на защиту товарища, пропустил пару ударов крыльями от Птицы и с тихим стоном рухнул на землю, потеряв сознание. Двое друзей мгновенно замолкли, и они переключились обратно на бой.       — Бластойз, ты там как? — Гэри беспокойно повернулся в сторону леса.       Молтрес только этого и жидал. Легендарная птица сделала немысленное для простого человека — она проигнорировала всех покемонов и, развернувшись, выпустила Огнемёт прямо в сторону Гэри. В голове Эша промелькнули обрывки воспоминаний, словно кадры травмируюшего ужаса: ослепляющая вспышка пламени, крики, запах гари и паники, лица друзей, искаженные ужасом. Холодный страх прошелся по костям и нерным окончаниям за долю секунды, и этого оказалось достаточно. Что-то внутри щелкнуло. Аура, дремавшая глубоко внутри, высвободилась, словно конденсатор. Глаза вспыхнули. Пробудился Хранитель Ауры.       — Гэри! — в голосе прозвучал почти животный страх, Эш резко выбросил руку вперед, и невидимая, но ощутимая волна силовой энергии рванула от него, ударив в Гэри и отбросив его за несколько метров от смертоносного потока пламени, который выжег землю на том месте, где он только что стоял.       — Ай, блять! — вырвался глухой крик от Гэри, когда он грубо приземлился лицом в землю.       — Лукарио, Двойная опека! Окружи его! Чаризард, схвати его! — громко крикнул Эш, глаза почти безумно пробежались в поисках своих покемонов.       Лукарио, почувствовав волну страха и отчаяния своего тренера, насколько смог быстро ринулся к Молтресу, создав около двадцати клонов, плотным кольцом окружили его. Молтрес начал яростно раскидывать их лапами, его удары разрывали воздух, и с каждым взмахом один из клонов исчезал. Именно в этот момент Чаризард спикировал сверху и с силой впился когтями в его пылающие крылья.       — Пикачу, где ты?!       Он моргнул всего на секунду, и тут же силуэт желтого покемона с металлическим блеском на хвосте промелькнул возле шеи Молтреса. Раздался звон ломающегося металла, и модуль энергетического ошейника разбился на множество мелких осколков.       Поле боя затихло. Сердце Эша колотилось где-то в горле от адреналина. Лукарио замер на месте. Пикачу стоял на всех четырех лапах в низкой стойке, все еще готовый атаковать. Чаризард, не сводя с противника бдительных глаз, все еще молча удерживал Молтреса. Слышны были взмахи крыльев воздушных покемонов и тихое тление огня.       Молтрес вздохнул полной грудью, как не дышал уже очень долго, спокойно выдохнул и с пониманием кивнул Чаризарду. Лукарио выдохнул так, будто с него сгрузили несколько тонн камней. Пикачу резко упал на землю, тяжело и прерывисто дыша. Чаризард выпустил из ноздрей пар и разжал свои когти, освобождая Молтреса из захвата. Глаза Эша потухли, вернув свой обычный цвет. Он резко оперся руками о колени, а взгляд уперся в выжженную землю. Волна тошноты, поднявшаяся от страха, чудовищной усталости после использования Ауры и свалившихся на него эмоций, накрыла его с головой. Он согнулся пополам и начал мучительно блевать. Летающие покемоны собрались рядом с ним, образуя круг.       — Эш, ты как? — обеспокойно произнес Гэри, который поднялся на ноги, с трудом стряхнув с лица и одежды комья грязи.       — Нормально!.. Нет, погоди! — волна рвоты вырвалась из Эша, заставив его снова согнуться пополам. — Вот… теперь в порядке!       — Ты так сильно переволновался? — Гэри сделал осторожный шаг вперед, его взгляд скользнул по бледному лицу друга.       — Это всё из-за Ауры, — Эш сделал глубокий вдох, стараясь унять дрожь в коленях, и окинул взглядом окружение: тихое поле боя, застывший Молтрес, уставшие покемоны. — Я так и не научился ей правильно пользоваться, мой основной фокус всегда был на Лигах и битвах покемонов… Слишком много энергии проходит через моё тело, когда она вырывается наружу. Поэтому у меня и меняется цвет глаз, например…и из-за этого меня сейчас вывернуло наизнанку. Это не страх… ну, не только страх.       — Понятно, испугался, — с небольшой ухмылкой ответил Гэри и направился к своему Арканайну. — Ты как? Живой?       Арканайн медленно, с явным усилием, поднял взгляд на тренера. Дыхание покемона было тяжелым, неровным, болезненным, каждый вдох давался с трудом. Гэри достал пару оран-ягод из кармана, которые были завернуты в что-то подобное водонепроницаемой ткани, и дал их Арканайну. Покемон медленно прожевал ягоды и почти сразу его взгляд стал яснее.       — Ты молодец, даже спустя столько лет ты можешь поспевать за легендами… Отдохни… — голос Гэри сменился на шепот, затем он вернул покемона в покеболл. — Эш, ты Бластойза не видел?       — Не-а! — ответил Эш, но тут же насторожился, услышав из леса за спиной треск ломающихся веток. — Но я его слышу!       Из-за деревьев медленно и величаво выполз Бластойз. На его панцире виднелись глубокие царапины от когтей Молтреса, края которых слабо светились красным светом и источали ощутимое тепло. На голове Бластойза, словно шляпа, висел куст с често-ягодами.       — Хм, не знал, что тут растут често-ягоды, — с искренним удивлением и любопытством подметил Эш, и сорвал одну ягоду с куста, откусил кусок и тут же с гримасой отвращения выплюнул. — Фу! Неспелые! Гадость!       Несколько покемонов тихо засмеялись, а кто-то пристольно наблюдал за Молтресом, который неуверенно подошел к Эшу. Тренер повернулся и уставился ей в глаза, в которых читалась целая буря эмоций. Вина, грусть и даже горькое разочарование в себе.       — Эй, не переживай сильно по этому поводу! — Эш погладил Молтреса за клюв. — Тебе было больно и страшно, со всеми нами такое бывает. Тебе повезло, что ты нарвался именно на нас! В других случаях на тебя натравили бы Покерейнджеров, не то чтобы они плохие, даже наоборот, но иногда их методы… ну, знаешь… Короче, не вини себя за разрушения, которые ты сейчас принес!       — Только меня зачем пытались сжечь?! — возмущенно произнес Гэри и вернул Бластойза в покеболл.       — Ты же сам говорил, что ты красивый и все тебя любят!       — А это причем вообще?       — Любовь бывает разная!       — С чего это ты у нас такой эксперт в любви? — Гэри подошел чуть ближе к Эшу, и на его лице образовалась почти провокационная улыбка. — А! Этому тебя Серена научила, да?       — Гэри! — гневно, но с явным смущением крикнул покрасневший от стыда Эш.       Гэри и все покемоны громко засмеялись, кроме одного. Пикачу, молча наблюдавший за всем, с серьезным видом подошел к своему тренеру, держа в передних лапках несколько обломков ошейника, встав посреди всех. Эш присел на одно колено и взял один из обломков. Яркая, красная, металлическая буква «R» красовалась на корпусе. Взгляд Эша сменился на испуганый, шокированый и гневный одновременно.       — Твою мать… — Эш встал и показал обломок Гэри.       — Быть того не может…       — Похоже, что Команда R решила вернуться! — громко произнес Эш, развернувшись к остальным. — И они смогли подчинить себе легендарного покемона, до этого момента.       — Это многое объясняет на самом деле. Весь этот бандитизм на дорогах Канто в последнее время, похищения людей и покемонов… — Гэри почуствовал решимость во взгляде Эша. — Только не говори мне, что ты пойдешь с ними разбираться в одиночку! Это слишком даже для тебя!       — Они смогли подчинить себе Молтреса, а кого ещё они смогли поработить?! Артикуно?! Запдоса?! Черт, они даже уже могут попытаться поймать Хо-Оха или Лугию! — в голове Эша промелькнули обрывки воспоминаний, словно какой-то болезненный приступ.       — Эш, если бы они уже их поймали, то планете уже был бы давно и бесповоротно кирдык.       — Да не в этом дело! — Эш резко резвернулся лицом к Гэри. — Если они смогли вернуться, то какие шансы на возвращение остальных Команд?       Гэри только открыл рот, чтобы высказать всё, что он думает о этой безумной идее, но его прервали панические крики покемона. Все разом повернулись на звук и увидели, как к ним, переваливаясь и спотыкаясь, бежит Тотодайл. Маленький водный покемон был вне себя от ужаса.       — Тото-тодайл То Тотодайл! — его голос дрожал, мон бешено махал короткими лапками, пытаясь изобразить что-то большое и страшное, его прыжки были хаотичными.       — Ч-что он говорит? — Гэри перевел растерянный взгляд на Эша, на лице друга читалась паника. — Эш?       — Что-то происходит в лаборатории! — выдохнул Эш, его лицо побледнело. — Кто-то напа-…       Он не успел договорить. Гэри, движимый инстинктом, резко отпихнул его в сторону, вскочил на спину Нойверна Эша и, крикнув «Вверх!», заставил дракона резко взлететь.       — Эй, меня подожди! — крикнул ему вдогонку Эш, а затем подбежал к Чаризарду и вскочил ему на спину, даже не дождавшись Лукарио и Пикачу. — В лабораторию, быстрее!       Чаризард с мощным взмахом крыльев рванул с места. Лукарио и Пикачу, оставшиеся на земле, мгновенно сориентировались и запрыгнули на спины ближайших летающих покемонов — Свеллоу и Пиджеота. Молтрес ринулся вслед за ними, его массивное тело разрезало воздух, оставляя за собой огненный след.       С высоты открылось удручающее зрелище. По всему двору лаборатории гремел бой. «Солдаты» Команды R в их узнаваемых черно-красных мундирах координированно теснили покемонов Эша. Яркие вспышки атак рассекали воздух, и уже половина команды Эша лежала на вытоптанной земле без движения. Кто-то просто оглушен, кто-то серьезно ранен. Инфернейп, Септайл, Геракросс, Хавлуча и Тортерра стояли несокрушимой стеной, принимая на себя практически все удары. Они смыкали ряды, прикрывая собой раненых и тех, кто уже не мог сражаться. Нойверн спикировал в самую гущу схватки и резко приземлился прямо на вражеского Хитмонли, вбив того в землю своими мощными когтями с таким грохотом, что у всех вокруг заложило уши. Гэри спрыгнул с Нойверна и быстро выпустил из покеболлов Элективайра и Амбреона. Эш приземлился рядом на Чаризарде, быстро оценив обстановку.       — Команда R! — прорычал Эш сквозь сжатые зубы.       — Мы опоздали! — в панике крикнул один из солдат, увидев их.       — Даркрай-Главный, это Абсол-3. Монарх прибыл раньше, чем мы ожидали. Переходим к сдерживанию, — не теряя самообладания отчитался в рацию, стоящий позади, солдат.       — Элективайр, Грозовой кулак! Амбреон, Тёмный шар! — скомандовал Гэри, резко взмахнув рукой, Элективайр с заряженными электричеством кулаками врезался в ряды противников, а Амбреон выпустил сгусток темной энергии в ближайшего Голбата.       Воздушные покемоны прибыли на помощь, сметая вражеских покемонов шквалом скоординированных атак. Пикачу, падая с высоты, метнул с неба Электрический шар, а Лукарио, едва коснувшись земли, выпустил точную Аура-Сферу, которая влетела в группу вражеских Голбатов, как разрывной снаряд. На мгновение в рядах противника образовалась небольшая брешь и оттуда выбежал солдат, тип которого Эш за все свои годы увидел впервые. Он был одет в длинное, черное и растегнутое пальто-плащ, под ним тускло поблескивал облегающий боевой комбинезон из прочной, серо-черной ткани, местами напоминающей рифленую кожу, поверх комбинезона плотно сидел тактический бронежилет скрытого ношения, на штанах были ударопрочные полимерные наколенники, ноги были обуты в черные военные ботинки, в руках, защищенные тактическими перчатками, он держал что-то похожее на кастеты, сделанные из черной стали.       Он ринулся сквозь толпу покемонов Команды Р и Эша, как будто их и не было. Его движения были резкими. Взгляд его был пустой, безвольный, почти мертвый. Солдат добежал до Эша и попытался нанести ему короткий удар кастетом в висок, но тот увернулся.       — Ты че с ума сошел?! — выкрикнул Эш, больше от неожиданности, чем от страха, и оттолкнул солдата в плечо, но тот лишь качнулся, будто его толкнули не в полную силу.       Солдат, не моргнув глазом, в ответ на толчок нанес точный удар кастетом в печень. Эш резко выдохнул, согнувшись пополам от боли. Почти сразу же ему прилетел резкий, не такой точный, но от того не менее болезненный удар коленкой в грудь. Воздух с силой вырвался из его легких, и по ребрам прошла волна огненной боли.       Эта боль пробудила нечто глубоко внутри, то, что он годами пытался запирать под семью замками — ненависть. Аура, перемещанная с гневом, прошла по его жилам слабой, но жгучей волной, словно отдача после удара, заставив его глаза засветиться слабым красным цветом. От всего его тела начала подниматься глубокая, фиолетово-черная дымка, клубящаяся вокруг него, как ядовитый туман.       — Ха-ха-ха… — его смех прозвучал неестественно, почти маниакально, а на лице расплылась безумная и искаженная гримаса, в которой ничего не осталось от привычного добродушия. — За это… за это ты ответишь!       Даже солдат с промытыми мозгами, запрограммированный на бесчувственность, инстинктивно дернулся назад, застыв на мгновение перед этим демоническим видом того, кто секунду назад был просто тренером.       Эш молниеносно ринулся вперед. Его кулак со всей силы врезался в нос солдата. Раздался отвратительный хруст ломающегося носового хряща. Солдат, захлебываясь собственным кровотечением, попятился назад, инстинктивно пытаясь поймать равновесие. Но даже через боль и шок его тело сработало на контратаку. Он направил в бок Эша размашистый хук справа. Удар был заблокирован предплечьем, которое даже не дрогнуло. В следующее мгновение Эш железной хваткой вцепился в его руку, держащую кастет, и с бешеной силой вывернул ее в неестественном направлении. Сухожилия натянулись до предела. Солдат, наконец, издал первый звук — крик агонии.       — Не бойся, будет ещё больнее! — голос Эша звучал ледяным скрежетом, полным обещанием невыносимых страданий.       Он сделал резкое движение, и рука хрустнула снова, на этот раз обнажив острый обломок кости, прорвавший ткань и кожу изнутри. Крики солдата Команды R стали пронзительными, истеричными, полными чудовищной боли, на которую он, казалось, был не способен минуту назад.       — Покричи для меня, ибо тебя больше никто не услышит! — прошипел Эш, и его свободная правая рука со всей силы врезалась в уже изуродованное лицо противника.       Солдат рухнул на землю, скручиваясь в позе эмбриона, беззвучно хватая ртом воздух. Но на этом всё не закончилось. Эш занес ногу и со всей своей мощью, с ненавистью, ударил ему по голове. Череп с глухим стуком ударился о землю. Тело солдата замерло, его крики оборвались. Сознание покинуло его почти мгновенно. Из разорванной кожи на виске и из разбитого носа хлынула алая, темная кровь, растекаясь по земле и образуя быстро растущую лужу. Тишина наступила после этого.       Эш медленно поднял голову. Его взгляд, все еще затуманенный яростью, метнулся на остальных членов Команды R. Искаженная гримаса, нечто среднее между улыбкой и оскалом, застыла на его лице.       Поле боя замерло. Покемоны, что Эша, что Команды R, замерли в немом ужасе. Гэри застыл с открытым ртом, не в силах вымолвить ни слова, его лицо застыло от шока. Солдаты Команды R, еще секунду назад уверенные в себе, замерли в нерешительности, их взгляды метались между своим изувеченным товарищем и этой внезапно появившейся яростью. Взгляд Пикачу стал остекленевшим, отсутствующим, словно он смотрел на тысячу ярдов вперед, прямо сквозь происходящий кошмар. В его памяти всплыли обрывки ужасающих воспоминаний из Калоса — тот единственный раз, когда он уже видел нечто подобное в глазах своего тренера. Талонфлейм, стоявший рядом, дрожал всем телом, его оперение неестественно взъерошилось. И тогда оба покемона, как ужаленные Бидриллом, ринулись вперед. Пикачу вцепился в ногу Эша, настойчиво тыкаясь мордочкой в его колено, издавая жалобные и умоляющие звуки. Талонфлейм влетел ему в грудь, обхватив крыльями, пытаясь своим теплом и знакомым присутствием вырвать его из этого состояния, которое они боялись увидеть снова.       — Чт-Что происходит? — голос Эша дрогнул, слепая ярость мгновенно уступила место растерянности.       Он приобнял Талонфлейма, прижимая теплую птицу к груди, и, чуть наклонившись, дрожащей рукой погладил Пикачу по голове. Его взгляд, блуждающий и несфокусированный, скользнул по земле и наткнулся на тело солдата. Он вгляделся в лужу крови, медленно растущую под головой противника, в неестественно развернутый нос, в торчащий из руки жуткий обломок кости.       — Эт-Это я так его?!.. -прошептал он дрожащим голосом.       Эш в ужасе попятился. Он споткнулся о камень и тяжело рухнул на землю, а затем в панике начал отползать назад, не в силах оторвать взгляд от тела. Талонфлейм и Пикачу тут же ринулись к нему пытаясь успокоить его.       Тишину поля боя внезапно разорвал оглушительный крик. Молтрес, приземлился за спиной одного из ошеломленных пехотинцев Команды R, тот очень медленно обернулся, взглянув в пылающие глаза легенды. Птица одним мощным взмахом крыла отбросила его в сторону, а затем развернулась и выпустила сокрушительный Огнемёт в ближайших покемонов Команды R. Покемоны Эша и Гэри, очнувшись от ступора, с новыми силами ринулись в бой, зажимая ошеломленного противника с двух сторон.       — Абсол-1! Это Абсол-3, нас зажали! — в эфир прокричал уже не такой уверенный радист Команды R — Монарх… Он освободил Молтреса… Нас тут перебьют! Мы отступаем обратно в Пьютер-Сити!       Солдаты, услышав приказ, начали хаотично отступать, под прикрытием дымовых шашек и атак своих покемонов, пытаясь вынести раненых. Молтрес парил над полем боя, освещая их бегство зловещими всполохами своего пламени.       Некоторые покемоны начали погоню, но солдаты Команды R уже отступали организованно, прикрываясь дымзавесами. Гэри, как только открылся путь, ринулся в лабораторию в поисках Профессора Оука. Внутри было тихо, слишком тихо, и его сердце сжалось от дурного предчувствия. Эш, отойдя от первоначального шока, ходил среди своих раненых покемонов, стараясь хоть как-то помочь. Внезапно он почувствовал ледяной холод, пробежавший по спине.       — «Неплохо ты его отделал!» — прозвенел в его голове голос, чистый и звенящий, как удар церковного колокола, но при этом полный ядовитого веселья. — «Буквально ты, я даже контроль не получил, а я так хотел сам, поверь!»       — «Нет…» — пронеслось в голове Эша, и он резко развернулся.       Над телом изувеченного солдата стоял человек. Одет он был точно так же, как Эш, причёска точь-в-точь его собственные вечно торчащие волосы, да и лицо… было его лицом. Он был окутан небольшой черной, почти фиолетовой, дымкой, а глаза отдавали красным свечением. Двойник, но, скорее, самая тёмная часть его самого.       — «Знаешь, за года мы ничуть не изменились…» — мысленно произнёс Тёмный, делая шаг вперёд.       — «Даже не пытайся. Я не Ты!» — ответил Эш, и его собственные мысли отдались в голове глухим эхом.       — «И с каждым разом потверждается, что это не так!.. Тут намечается мощное противостояние, я чувствую это, поэтому я решил, снова, присутствовать лично. Ты же не против? Конечно нет! Как же ты можешь быть против самого себя, да? Это как стрелять себе же в ногу!» — его голос звучал надменно, а на лице застыла злая, уверенная улыбка.       — «Когда-нибудь я от тебя избавлюсь!»       — «Ты так каждый раз говоришь, как там тебя Гэри назвал? Ясень? Да, ты действительно тупой, как дерево! Ещё увидимся, Ясень!» — Тёмный рассмеялся беззвучно, лишь внутри головы Эша, и резко исчез, растворившись в воздухе, словно туман.       — «Уёбок.» — произнес у себя в голове Эш на последок.       — Эш! — крикнул Гэри, выбегая из лаборатории и стремительно приближаясь к нему.       — Как профессор? — обеспокоенно спросил Эш, всё ещё пытаясь прийти в себя.       — Профессор? — Гэри на секунду впал в ступор, будто забыв, зачем бежал. — Он в порядке… НО!.. Эш, что за хуйню ты устроил?!       — Я… Я не знаю… Последнее, что я помню, это как мне по печени ударили, а затем всё, как в тумане…       — Ты убил его, Эш. — Гэри ткнул пальцем в сторону неподвижного тела.       — Да не, он вроде живой! — Эш резко опустился на колени, приложив дрожащие пальцы к шее солдата, чтобы проверить пульс, которого не было. — Блять…       — И что мы с этим будем делать?!       — Так! Спокойно! — произнёс Эш, внезапно собравшись, и задумался на пару секунд, и в его глазах мелькнула та самая безумная искра, которую Гэри знал слишком хорошо. — Где лопата?       — Ч-что?! — Гэри дернулся.       — Где. Лопата. Гэри, — четко произнес Эш, положив ему руку на плечо.       — ТЫ СОВСЕМ ЕБНУЛСЯ?! — крикнул на весь холм Гэри, его крик эхом разнёсся по тихому лесу       — А что нам, по-твоему, делать? — Эш не повышал голос. — Сжечь его? Или тут просто оставить на радость местным Парасектам, Пиджи и другим покемонам? Где лопата, мать твою?!       — Где-то в амбаре у Торосов. — тихо произнес Гэри, опуская взгляд.       — Спасибо, сейчас вернусь. — Эш быстрым шагом направился к сараю на окраине участка, оставив Гэри стоять одного перед телом и его собственными нарастающими ужасом и сомнениями в адекватности друга.       — Эй, Пикачу, — тихо произнес Гэри, все ещё не в силах оторвать взгляд от окровавленной земли.       — Пи? — Пикачу легко запрыгнул на плечо Гэри.       — А когда Эш стал таким, как бы это помягче сказать… чудаковатым? — Гэри звучал устало и потерянно.       — Пи-ка… — грустно протянул покемон, безнадежно разведя лапками.       Гэри простоял так в молчании, ожидая возвращения Эша. Когда тот вернулся с лопатой, ему без слов пришлось помочь тащить безжизненное тело солдата вглубь леса. Эш молча откопал яму метра два глубиной. Они аккуратно опустили тело на дно и так же молча закопали его, без гроба, без имени, только темная сырая земля.       — Аркеус, помилуй его грешную душу, — произнес Гэри, глядя не на свежий холмик, а на Эша, но тот стоял, уставясь в землю, и не заметил этого взгляда.       — Воистину, — тихо ответил Эш.       Двое простояли в тишине еще несколько долгих минут. Давление невысказанного висело между ними тяжелым покрывалом. Они оба смертельно устали от попыток Гэри разговорить Эша, от битвы с Молтресом, от внезапного и жестокого столкновения с Командой Ракета.       — Они отступили в Пьютер-Сити. Надо предуп-…       — Я тебя туда довезу за три часа, — резко перебил его Гэри, всё ещё глядя на могилу. — Но ты будешь мне должен…       — Должен что? — поинтересовался Эш, подняв на него взгляд.       — Рассказать, — Гэри повернулся к нему — Что на тебя нашло, когда ты убил его. И что с тобой произошло в Калосе. Всё. Буду ждать тебя у машины. Если не придешь через десять минут — уеду отдыхать.       Не дав возможности возразить, Гэри развернулся и пошел прочь, его шаги громко хрустели по сухой листве, оставляя Эша наедине с лопатой, свежей могилой и гнетущей тишиной его собственных мыслей. Он стоял неподвижно, чувствуя тяжесть земли под ногами и еще более тяжкое бремя на душе. Он поднял голову, пытаясь найти утешение в вечной голубизне неба. Но вместо пустоты неба его взгляд поймал движение. Высоко над верхушками деревьев пролетел покемон. Он светился мягким золотым сиянием, словно кусочек солнца, оторвавшийся от небосвода, а за ним тянулся шлейф из мерцающих частиц, похожих на золотую пыль.       С неба, кружась в медленном танце, упало перо. Оно было длинным, полные сантиметров тридцать, и его окраска завораживала: у основания стержня оно было красным, к середине цвет плавно перетекал в чистый, безупречный белый, а к концу переходил в яркий зеленый. Эш аккуратно поймал его, ощутив теплую упругость пера.       — Спасибо, Хо-Ох, — тихо прошептал он, и ветер подхватил его слова и унес вслед удаляющемуся покемону.       Эш нежно завернул перо в чистый носовой платок, сделав аккуратный сверток, и бережно положил его во внутренний карман куртки, прямо у сердца. Он развернулся и быстрым шагом направился к амбару Торосов. Дверь скрипнула, когда он забросил лопату обратно в темный угол, на груду инструментов. Не задерживаясь ни на секунду, он рванул к лаборатори, где уже его покемоны уже пришли в себя и с свойственной им организованностью начали убирать последствия битвы. К всеобщему удивлению, им даже помогал Молтрес. Его исполинские крылья аккуратно перетаскивали вывернутые пласты земли, которые Инфернейп и Тортерра затем утрамбовывали, заделывая ямы от взрывов атак. Воздух был наполнен деловитым гулом и покрикиваниями.       Эш свистнул, привлекая внимание.       — Пикачу, Лукарио, Пиджеот, со мной! — затем окинул взглядом остальных. — Остальные… не хотите присоединиться?       Ответ был настолько типичным и предсказуемым, что даже слегка раздражал. В едином порыве все разом сделали шаг вперед, смотря на него преданными, полными решимости глазами. Даже те, кто только что с трудом стоял на ногах. Эш тяжело вздохнул, понимая, что тащить весь свой маленький легион с собой это чистое безумие.       — Ладно… Гибл, Снайви, Палпитод! Вы трое со мной. Остальные, охранять территорию и помогать профессору. Ясно? — раздались недовольные ворчания, но приказ был принят.       Взяв с собой покеболлы избранной группы покемонов, Эш спустился по каменным ступенькам к воротам, за которыми уже урчал на холостых ходу заведенный маслкар. Гэри сидел внутри, уткнувшись в экран своего телефона, настраивая навигатор. Эш открыл скрипучую пассажирскую дверь, впуская внутрь первым Пикачу, который ловко устроился на заднем ряде сидений, и лишь затем уселся сам, с глухим стуком прикрыв дверь. Салон наполнился запахом старой кожи и бензина.       Гэри, ловко сдав назад, развернул машину на узкой дорожке и вырулил на грунтовку, ведущую через спящий Паллет-Таун. Пыльный след поднялся за колесами, оседая на придорожной траве.       — Тебе надо будет заехать домой? Вещи взять? — спросил Гэри, не отрывая взгляда от дороги, одной рукой покручивая настройки магнитолы.       — Да, а то я даже телефон дома забыл. — ответил Эш, глядя в окно на проплывающие леса.       Спустя пару минут неспешной езды по ухабистой дороге Гэри притормозил у знакомого скромного домика. Эш быстро выскочил из машины, хлопнув дверцей, и почти бегом скрылся внутри. Гэри остался в салоне, поправил криво висящее зеркало заднего вида, заглянул в него, поймав отражающийся там любопытный взгляд Пикачу. Не прошло и пяти минут, как дверь дома распахнулась, и Эш выскочил на крыльцо. Он был уже в своей неизменной кепке, за спиной болтался потрепанный рюкзак, а на руки он натягивал перчатки без пальцев. Он быстро подошел к машине, рывком открыл заднюю дверцу и закинул рюкзак на сиденье, аккуратно усадив его рядом с Пикачу, который тут же устроился сверху.       — Всё? — уточнил Гэри, уже переводя взгляд на дорогу.       — Всё, — Эш запрыгнул на свое место и захлопнул дверь. — Погнали.       Гэри резко нажал на педаль газа, и маслкар с ревом дернулся с места, подбрасывая пассажиров на сиденьях и оставляя за собой густое облако пыли. Они стремительно вырвались за черту Паллет-Тауна, уносясь по извилистой грунтовой дороге прочь от всего знакомого. Из динамиков магнитолы гремел агрессивный гитарный рифф, а скрип подвески, отбивающей каждую кочку, странным образом попадал в такт музыке. Эш старался сидеть тихо, уставившись в окно на мелькающие деревья, в слабой надежде, что Гэри забыл о своих условиях.       — Ну, — громко, перекрывая и музыку, и скрип, произнес Гэри, безжалостно уничтожая все его надежды. — Я жду.       — Блять, — тихо проругался Эш. — С чего бы начать…       — Что с тобой случилось, когда ты решил убить его, а затем про Калос. В этом порядке.       — Ладно… — Эш тяжело вздохнул, собираясь с мыслями. — Во время моего покорения Боевого Рубежа, когда настал черед битвы в Боевой Пирамиде, я… упал. Провалился в какие-то древние руины то ли под пирамидой, то ли просто под землей, где она приземлилась. В этих руинах покоился дух древнего злого Короля, который когда-то в незапамятные времена пытался получить контроль над Хо-Охом и захватить мир, но Хо-Ох в отмеску уничтожил всё его королевство, а Король избежал наказания, спрятав свой дух в каменный покеболл. И как ты думаешь, что случилось?.. Я, наивный дурак, предположив, что в том покеболле заточен сам Хо-Ох, как гласила одна из легенд, дотронулся до него. Я был одержим его духом и начал, прости за мой калосский, бесоёбить. Творить такое, что до сих пор стыдно. Мы смогли его прогнать, но… Его дух придал форму моим негативным эмоциям, а поскольку аура также питается эмоциями, эта негативная форма получила мой образ, способность контролировать ауру и влиять на меня. Спустя года и многочисленные Лиги без побед, после всех поражений и разочарований… она стала только сильнее…       — То есть, внутри тебя есть вторая личность, которая кровожадная и при любой удобной возможности пытается получить контроль? — уточнил Гэри, и в его голосе было больше понимания, чем осуждения.       — Да, — коротко и мрачно подтвердил Эш.       — Пахнет биполяркой, будем честны, — флегматично заметил Гэри       — Угу, ещё и шизофрения, — фыркнул Эш с горькой усмешкой.       — Ладно, — Гэри качнул головой, принимая эту безумную информацию. — А что в Калосе случилось? Там-то у тебя вроде всё сложилось. Ты же в финал Лиги прошел. Да и девушка появилась.       — А вот в Калосе… — начал Эш, его взгляд становится пустым, он снова там, среди руин.

*Время флешбэка*

Калос, крыша башни Призма.       Эш и его покемоны оказались в ловушке, скованные технологиями Лисандра. Алан, с лицом, искаженным болью и предательством, только что вывел его на чистую воду. Но Лисандр лишь холодно улыбнулся и направил на Эша и Грениндзю своих дронов. Пронзительные разряды тока били по их телам, вырывая крики боли. Лисандр насильно пытался спровоцировать Феномен Связи через агонию.       Алан, не в силах больше это видеть, выпустил Чаризарда, которому приказал уничтожить дронов. В этот момент Серена, Клемонт, Сойер и Бонни ворвались на площадку гораздо раньше, чем предполагал Лисандр. Они обрушились на его людей, освободив Эша, который едва стоял на ногах, его тело дрожало от остаточных разрядов. Его покемоны, едва освободившись, с яростью ринулись на Мега-Гиарадоса Лисандра. Но тот с легкостью, почти играючи, отбросил их мощными ударами хвоста. Серена, бросившись к Эшу, поддержала его. Он почти падал, а его дыхание было прерывистым.       — Эш, ты как? — её голос дрожал от ужаса.       — Жить буду… — прохрипел он в ответ, надвинув кепку так, чтобы скрыть глаза, Но внутри него бушевало нечто чужеродное, темное и кипящее.       — Тебе не победить, Лисандр! — крикнул Алан.       — Вы уже проиграли, — спокойно, с ледяным презрением констатировал Лисандр, бросая взгляд на обессиленного Эша и Грениндзю. — Без силы Феномена Связи вы не остановите меня.       — «Мразь» — прошлась четкая мысль в голове Эша.       — «Вот хочется ему голову оторвать, да?» — в его сознании возник голос, и рядом с ним материализовался, как его собственное искаженное отражение, Тёмный.       — «Нет, я не-…»       — «Ты уже чувствуешь как теряешь контроль, не так ли? Я заберу у тебя контроль на пару минут, ты же против?» — Темный исчез, оставив после себя лишь помутнение сознания.       — Эш, ты тут? — Серена снова потянула его за плечо, её пальцы дрожали.       Эш не ответил. Он грубо, с неожиданной силой вырвался, освобождаясь от её хватки, заставив Серену дернуться с испуганным вскриком. От его тела начала подниматься густая, фиолетово-черная дымка, а из-под кепки пробилось кроваво-красное свечение глаз. Он сделал шаг вперед, и его движение было неестественно резким, механическим. Все разом замолкли, ощутив леденящий холод.       — Вот она истин-… — начал снова Лисандр с саркастичной ухмылкой.       — Хоэнн, Синно, — резко и громко произнес Эш. — Юнова… Пострадали. Калос тоже скоро будет разрушен. Такие, как ты, не знают ничего, кроме жажды крови! Вы пытаетесь захватить или уничтожить мир, что есть вокруг, и вам всё равно мало… не так ли?       Все сохраняли молчание. Серена, Клемонт и Бонни знали немного из прошлых путешествий Эша, поскольку он много не договаривал, а вот Алан и Сойер практически ничего не знали. Лисандр захотел возвразить, но голос Эша снова его остановил.       — Ты забрал у меня всё, Лисандр! — Эш на секунду перевел на Алана свой горящий взгляд. — И всё, что осталось... это ЧИСТАЯ НЕНАВИСТЬ!       Какая-то невидимая сила заставила подняться с колен Грениндзю. Он медленно, как марионетка, подошел к Эшу. Пикачу с ужасом взглянул на друзей, предвещая не ладное, но не в способности остановить или предупредить это. Дымки вокруг Эша стало больше.       — Лисандр, я разорву тебя на части, — произнес Эш сквозь стиснутые зубы.       От этих слов по спине у всех пробежали мурашки.       — Растопчу! — Его тело согнулось от гнева, его глаза пылали алым. — Расплескаю твою кровь среди руин Калоса!       — Эш, остановись! — крикнула Серена.       — БУДУ МОЛОТЬ ТЕБЯ ДО ТЕХ ПОР, ПОКА ТВОИ КОСТИ НЕ БУДУТ МОЛИТЬ О ПОЩАДЕ! — его голос сорвался на яростный крик. — МОИ РУКИ УСПОКОЯТСЯ КАК ТОЛЬКО ПРИКОНЧАТ ТЕБЯ ЗДЕСЬ! И! СЕЙЧАС!       Вокруг Грениндзи взвился водоворот темной, почти черной воды. Он вошел в Феномен Связи. Водоворот сжался в огромный сюрикэн на его спине. Сам Грениндзя изменился: его кожа стала угольно-черной, словно сама тьма, а язык ядовито-красным, цвета свежей крови. Без единой команды, движимый одной лишь слепой яростью своего тренера, Грениндзя ринулся вперед, обрушивая атаки на Мега-Гиарадоса.       — Хвост дракона!       Мега-Гиарадос развернулся и с мощным свистом обрушил хвост на Грениндзю, тела его и Эша дрогнули, но казалось, что удар был по-детски слабым против той тьмы, что их питала. Грениндзя, даже не потеряв темпа, контратаковал Высшим пилотажем, быстро, словно ветер, стремительно ударил по морде Мега-Гиарадоса.       — ХА-ХА-ХА! — язвительно смех вырвался из груди Эша. — И ЭТО ВСЕ, НА ЧТО ТЫ СПОСОБЕН?!       — Гипер-луч!       Мега-Гиарадос открыл пасть, и оттуда вырвался сконцентрированный поток чистой энергии, но Грениндзя даже не шелохнулся. Он метнул Водный сюрикэн со своей спины. Сюрикэн пронзил Гипер-луч, разрезав его пополам, как раскаленный нож масло. Воспользовавшись секундой шока противника, Грениндзя в мгновение ока оказался рядом и со всей силы пнул Мега-Гиарадоса в грудь. Тот с оглушительным ревом боли отлетел назад, сокрушая ограждение башни, забрав с собою Лисандра. Эш подбежал к краю посмотреть разбился ли Лисандр, но от него и Мега-Гиарадоса след простыл.       — Он исчез! — крикнул Эш, и в его голосе звучала не ярость, а почти разочарование.       Повисла тишина, нарушаемая лишь свистом ветра на высоте. Эш, всё ещё движемый яростью, медленно обернулся. Его взгляд повис на Алане. Сама мысль о предательстве, о его прошлой связи с Лисандром, дернула Эша в сторону победителя Лиги Калоса. Мега-Чаризард Алана, почуяв угрозу, тут же принял защитную стойку, став между своим тренером и Эшем, низкое рычание обещало жестокий бой. На этот раз угроза исходила от того, кто должен был быть союзником.       — Твоя победа на Лиге была лишь недоразумением с его стороны, — голос Эша прозвучал низко и хрипло, он оскалился на Алана, словно дикий зверь. — Я здесь для того, чтобы исправить это!       — Эш, ты не в себе! — громко, пытаясь пробиться сквозь пелену ярости, произнес Алан. — Остановись! Одумайся!       — Не бойся, он тебя не услышит. — Эш искаженно ухмыльнулся, и его взгляд, пустой и полный ненависти одновременно, скользнул по Грениндзе, тот, будто сквозь невероятную силу, дернулся вперед, его темная фигура напряглась для броска. — Да и никто тебя уже больше не услышит!       — Не делай этого! — отчаянно крикнул Клемонт, и его Лаксрей с громким щелчком выскочил из покеболла, встав на защиту.       — Прости меня, Эш, — тихо, но твердо произнес Сойер, и его Септайл шагнул вперед.       — Три на одного? — Эш хрустнул костяшками пальцев и встал плечом к плечу со своим искаженным Грениндзей. — Не, так не честно.       — Ч-Что он удумал?! — испуганно вскрикнула Бонни, вжимаясь в спину Серены.       — Закрой глаза, Бонни, — сдавленно скомандовала Серена, выпуская своего Брейксена. — Закрой глаза и уходи отсюда, быстрее!       Все замерли в ожидании первой атаки, которая, казалось, должна была вот-вот разразиться кровавой бурей. Но вдруг тело Эша резко дёрнулось, будто сопротивляясь его намерениям. Всего лишь на мгновение алое свечение в его глазах померкло, но снова загорелос гневом.       — Нет, даже не думай! — под нос себе произнес Эш. — Покончим с этим раз и навсегда!       Грениндзя прыгнул вперед на Лаксрея, но Мега-Чаризард Алана молниеносно среагировал, мощным взмахом хвоста отбросив его назад. Эш резким движением руки метнул Аура-Сферу в Септайла, ловко разрезал атаку своим Лист-лезвием, и на секунду им всем показалось, что одержимый Эш не так уж и силен. Грениндзя, отскочив, швырнул пару сюрикэнов в Мега-Чаризарда.       — Обжигающий взрыв! — скомандовал Алан.       Тело Мега-Чаризарда мгновенно охватило голубое пламя. Он с оглушительным рёвом ударился обеими лапами о крышу башни, послав в него сокрушительную волну энергии. Та прошла под ногами Грениндзи, и прямо под ним из треснувшего камня вырвался гигантский столб красно-оранжевого пламени, поглотивший его в ослепительном взрыве. Эш, стоявший поодаль, скорчился от отраженной боли, выронив из груди стон.       Поле боя на мгновение замолкло, оглушенное грохотом.       — Теперь это битва достойная воли Гиратины! — прохрипел Эш, выпрямляясь, и прежде чем кто-либо успел среагировать, он метнулся не к покемонам, а к самому Сойеру, он увернулся от попытки захвата Септайла и с размаху, со всей силы ударил тренера по лицу. — Запиши себе это в книжку!       Септайл, в ужасе за своего тренера, инстинктивно ударил Эша хвостом, отшвырнув его в сторону Алана. Но Эш, кувыркнувшись в воздухе, с неестественной ловкостью поймал баланс и тут же ринулся на Алана. Он схватил его за правую руку и с тупым, костлявым хрустом вывернул ее неестественным образом. Крик Алана смешался с яростным ревом его Чаризарда. Тем временем Грениндзя, выбравшись из огненного смерча, всей своей массой вбил оглушенного Лаксрея в пол/крышу, но тут же получил в грудь сокрушающий Грозовой кулак от Мега-Чаризарда, мстящего за своего тренера.       Клемонт, движимый адреналином и отчаянием, изо всех сил толкнул Эша в бок, выбив того из равновесия. Этого мгновения хватило Алану, чтобы вырвать свою искалеченную руку из захвата, он тут же ударил Эша ногой в бедро. Тот лишь качнулся, приняв удар, будто не чувствуя его, и тут же контратаковал резким апперкотом Алану точно в челюсть, а следующим движением локоть Эша врезался в грудь Клемонта, заставив того согнуться с хриплым выдохом.       — Тебе нужно больше сил, очкарик! — прорычал Эш, и его левый хук со всей силы пришелся по лицу Клемонта, удар оставил на левом глазе быстро расплывающийся синяк, и сбил очки, которые, отлетев, разбились о каменную крышу башни с тихим, но таким громким в этой тишине треском.       Грениндзя, тем временем, едва успевал парировать яростные Грозовые кулаки Мега-Чаризарда, отвлекая его от тренера. Эш перевел взгляд на Серену. Та стояла, прижав к себе дрожащую Бонни, которая выглядывала из-за ее спины одним испуганным глазом. Брейксен выставилась вперед, готовая драться до последнего, но ее ноги подрагивали. Эш медленно, почти небрежно двинулся к ним. Брейксен, в панике, выпустила в него Огнемёт. Эш лишь махнул рукой, и невидимая волна ауры рассеяла пламя и отшвырнула саму Брейксен куда-то в сторону, за груду обломков. Пикачу, копивший все это время силы, выпустил Удар молнии. Это только замедлило Эша, который лишь раздраженно откинул Пикачу в сторону.       — Не подходи! — в страхе пискнула Серена, в надежде вразумить того, кого она знала.       — Извини, дорогая, но парнишки что-то не порадовали меня! — Эш уже занес руку для удара, его лицо исказилось безумным оскалом… но вдруг замер.       Он застыл, не моргая, вглядываясь в широко распахнутые, полные слез глаза Серены. Его правая рука, занесенная для удара, начала мелко и часто трястись, будто пытаясь сама по себе вырваться и закончить начатое. Не отводя безумного взгляда, Эш левой рукой схватил свою правую, с силой сдерживая ее, мускулы на его шее напряглись до предела.       — «Ударь» — тихий, но четкий голос прозвучал прямо в голове Серены, голос того Эша, настоящего. — «Ударь. Быстрее.»       Серена, никогда не умевшая драться, без всякой мысли, чисто инстинктивно, ударила. Криво, косо, но с той самой отчаянной грацией, что была присуща ей в танце. Ее кулак врезался ему в щеку. Эш схватился руками за место удара, закрыв своё лицо. Тёмная дымка вырвалась из его тела, развеявшись в воздухе, как дым. Грениндзя с тихим стоном рухнул без сознания, его форма мгновенно вернулась к привычному облику. Эш сам повалился на колени, все еще закрывая лицо ладонями, и замер. Казалось, он даже не дышал.       Все молча, в шоке, смотрели на него. Эш схватился за волосы и безумным взглядом смотрел вниз. Единственным, кто осмелился подойти к Эшу, был Пикачу.       — Пи? — тихо ткнул он лапкой в его колено.       — Прости меня… — хриплый шепот вырвался из груди Эша, он рухнул на четвереньки, обхватив Пикачу так сильно, будто тот был его единственным якорем в этом мире.       — Эш?.. — тихо произнесла Бонни.       — Аркеусом клянусь, прошу, прости меня! Прости! Прости меня за всё… — его голос сорвался на рыдания, тело сотрясали беззвучные, горькие спазмы, он цеплялся за Пикачу, как утопающий за соломинку, а вокруг царила тишина, нарушаемая лишь его отчаянными мольбами о прощении.

*Конец флешбэка*

      — Как-то так… — Эш выдохнул, и его голос прозвучал пусто, он откинулся на подголовник, уставившись в потолок салона. — После, нам нужно было дальше останавливать Лисандра, но я там уже конкретно двинулся головой. После Калоса у меня официально подтвердили ПТСР… Но самое страшное было в аэропорту, когда мы уезжали. Они говорили, что все нормально, что они не в обиде, что я им всё ещё друг… Но… в их глазах я видел это. Я был монстром. Серена предложила прекратить наши отношения, аргументируя это расстоянием… Но я знал. Я видел, как она смотрела на меня. Она боялась. И неважно, что потом я и Коррина с её Мега-Лукарио смогли изгнать Тёмного из меня, на какое-то время… Это уже не имело значения.       Гэри сидел за рулем, не сводя выпученных глаз с дороги. Он слышал истории, слухи, обрывки… но чтобы настолько всё было плохо? Его пальцы сжали руль так, что костяшки побелели. В салоне, кроме рёва мотора, было тихо. Пикачу мирно посапывал, свернувшись калачиком на рюкзаке Эша.       — Я даже не знаю, что сказать…       — Да не надо ничего говорить, Гэри, — спокойно произнес Эш, устраиваясь поудобнее в сиденье и закрывая глаза. — Ты хотел узнать правду, вот она тебе. Я посплю, пожалуй. Разбуди, если будет что-то интересное.       — Ага… — только и смог выдавить из себя Гэри.       Он бросил быстрый взгляд на спящего Эша. Его лицо, наконец, расслабилось, но на нем застыла тень той боли, о которой он только что рассказал. Гэри сглотнул, снова уставившись на убегающую вперед дорогу. Он получил ответы. И теперь эти ответы гнетущей тяжестью лежали у него на плечах, заставляя по-новому смотреть на старого друга.

***

Смена фокуса: Эмили

Регион Канто, Саффрон-Сити. Утро.       Город медленно просыпался, наполняясь гулом машин и размеренными шагами офисных работников, спешащих в стеклянные башни делового квартала. Воздух, еще прохладный, смешивал запахи выхлопных газов, свежей выпечки из соседней пекарни и очень далекого запаха моря, который ветерок изредка доносил с юга. Где-то на первом этаже жилого дома назойливо доносилась зазывная реклама из динамиков магазина электроники.       По тротуару, почти не замечая окружающей суеты, шла девушка с белыми, почти пепельными волосами, собранными в длинный хвост, который ритмично покачивался в такт ее шагам. Непокорная челка подпрыгивала при каждом порыве ветра. Нижнюю часть ее лица скрывал черный бафф, свернутый в полумаску с жутковатым рисунком черепа от носа до нижней челюсти. Поверх простой белой майки был надет поношенный бомбер, увешанный логотипами гоночных команд и спонсоров. Рваные черные джинсы и кричаще-красные кеды, отлично сочетавшиеся с цветами куртки, довершали образ. Через плечо была перекинута потрепанная спортивная сумка.       Взгляд Эмили был пустым и остекленевшим, устремленным куда-то внутрь себя или в никуда. В голове гудел лишь единственный приказ, заглушая все остальное, превращая мысли в сплошной туман. Она машинально пыталась выстроить в голове хоть какую-то связную мысль, но получалось плохо. Её сознание, отформатированное за год промывки мозгов Командой R, работало теперь только в режиме: бой, выполнение задачи, ожидание нового приказа. Все остальное было чужим и сложным. Проходя мимо очередной кофейни, настойчиво предлагавшей утренний латте, она вдруг замедлила шаг. Оттуда, из приглушенных колонок, доносилась знакомая мелодия. Текст, давно забытый, упрямо пытался всплыть из глубин памяти, расплываясь и ускользая, как дым.       — Do the D-A-N-C-E! One, two, three, four, fight! — ее губы беззвучно шевельнулись, тихо выдавливая из себя слова, не получая на это никакой команды от затуманенного мозга.       — Девушка, вашей матери зять не нужен? — раздался сбоку наглый голос. Какой-то парень в дешевом костюме пытался подкатить к ней, ухмыляясь.       Эмили даже не повернула головы. Ее пустой взгляд не дрогнул. Она просто продолжила идти вперед, словно не услышала ничего, словно он был всего лишь частью городского шума, не более значимым, чем гудок машины или крик Спироу.       Пройдя так целую улицу, Эмили свернула в узкий, грязный переулок. Пара Мяутов с испуганными взвизгиваниями выпрыгнула из перевернутой мусорки при ее появлении и тут же исчезла в тени. Она подошла к неприметной двери, встроенной рядом с массивными гаражными воротами в стене одного из ничем не примечательных домов. Рядом с дверью висел единственный, потрепанный временем звонок, под которым кто-то детской рукой нарисовал кривую, но узнаваемую ракету. Она резким движением стянула с лица полумаску, обнажив на мгновение бледное, безэмоциональное лицо, и нажала на кнопку.       — Вы заблудились, пиццерия на другой улице, — прозвучал грубый и недружелюбный голос.       — Мне в прачечную, — холодно, без единой нотки в голосе, ответила Эмили.       — А зачем она вам? — последовал контрольный вопрос.       — Эксплуатировать для прибыли.       — Все покемоны существуют во славу Команды Ракета.       Раздалась серия громких щелчков с той стороны. Дверь со скрипом распахнулась внутрь. Эмили молниеносно натянула бафф обратно и шагнула в темноту. Дверь тут же захлопнулась за ее спиной, отрезая дневной свет. Внутри пахло сыростью, пылью и чем-то металлическим. Глазам требовалось время, чтобы привыкнуть к мраку, но она точно слышала впереди сдержанное дыхание нескольких человек.       — Иди за мной, — произнес один из солдат Ракеты, выйдя на свет.       Эмили безмолвно последовала за ним. Ее повели по шаткой деревянной лестнице на второй этаж, где пол был уже кое-как отделан дешевой сосной. Пространство было перегорожено ширмами и заставлено койками, образуя импровизированные казармы. Несколько солдат, игравших в карты на ящике из-под патронов, бросили на нее взгляды. Один хитрый, оценивающий, другой с ехидной ухмылкой, у третьего во взгляде читалось полное безразличие, а четвертый, воспользовавшись моментом, тут же перевел взгляд на карты оппонентов, пока те отвлеклись.       — Не обращай на них внимание, они видели женщин только на страницах журналов, — со смешком произнес ее проводник. — Как добрались? Как дела в Джотто?       — Ваше звание не предполагает знание данной информации, — отрезала Эмили автоматически, ее голос звучал как запрограммированная запись.       — Даже не пытайся, Марк! У них вместо мозгов компьютер! — крикнул один из картежников, швыряя несколько карт на стол.       Проводник лишь закатил глаза и провел Эмили к дальней двери, постучал и, не дожидаясь ответа, кивнул ей внутрь, сам поспешно ретировавшись. Эмили открыла дверь. Кабинет, в сравнении с казармой, был обставлен неплохо, хотя вся мебель была старой, на пару веков. Воздух был густым и вонял запахом табака. За столом, опершись руками на разложенные чертежи, стоял человек в чистой, отглаженной униформе Команды R и ярко-красном берете. Он поднял холодные, оценивающие глаза на Эмили и коротко кивнул, разрешая войти. Она зашла, закрыв за собой дверь.       — Добро пожаловать, Агент Сноухейз, — произнес он сухим голосом.       — Офицер Декенн, — так же безжизненно откликнулась Эмили.       — Интересно у вас в Джотто конспирация действует, — Декенн медленно окинул ее взглядом с ног до головы. — Классный прикид… Буду откровенен с тобой, мне не нравится твое появление здесь. Почему-то высшее командование считает, что агент из Джотто будет эффективнее кантовского и что ты можешь выполнить нашу задачу практически самостоятельно. Я уже работал с несколькими из таких как ты, но они были Разведчиками и Авангардами. Какой ты специальности, оперативник?       — Охотник, — четко произнесла она. — Специалист по захвату, отлову, проникновению, засадам и выживанию в тяжелых условиях.       — Захват, отлов, выживание в тяжелых условиях… — Декенн покачал головой, и в его голосе зазвучали ноты откровенного неверия и саркастичного смеха. — Мне нужен Шпион, а не Охотник. Черт, даже Разведчик был бы уместнее… Ты хоть знаешь нашу задачу, Птицелов?       — Никак нет. — Ее голос был ровным, лишенным всякой интонации.       — Наша задача проникнуть в главный офис корпорации Сильф, самое большое и высокое здание в городе, — он с силой ткнул пальцем в чертеж на столе. — Мне твои навыки отлова Пиджи вообще не сдались! Почему отправили именно тебя, а? Даже твое личное дело засекречено выше моего уровня доступа. Кто ты вообще?       — Агент Сноухейз, оперативник специальн-…       — Аргх, тупая, как компьютер, — тихо, сквозь зубы перебил ее Декенн. — Ладно. Бриффинг будет в час дня. Твоя комната вторая направо по коридору. Иди, отдохни. Думать мне и без тебя есть о чем.       — Так точно, — ответила Эмили, скрипнув подошвой по полу, и вышла из кабинета, не оглянувшись.       Она нашла свою комнату и вошла внутрь. Комната была крошечной и убогой: старый шкаф с потертой фанерой, маленькое окошко, тумбочка с отваливающейся дверцей, узкая железная кровать с тонким матрасом. Для большинства жизнь в таких условиях показалась бы невыносимой, но для Эмили это было почти привычно. Еще до промывки мозгов ее жизнь не была усыпана розами. Она бросила спортивную сумку на пол рядом с кроватью с глухим стуком. Сама опустилась на край матраса, который жалобно заскрипел под ее весом. Она не стала раздеваться, не стала осматриваться. Она просто легла на спину, уставившись пустым, ничего не выражающим взглядом в потолок, покрытый паутиной и трещинами. В голове стояла та же привычная, гнетущая тишина, изредка прерываемая эхом приказов. Она лежала неподвижно, почти не дыша, просто существуя, ожидая следующей команды. Ее пальцы бесцельно провели по шершавой поверхности матраса, но это движение было таким же механическим и безжизненным, как и все остальное.       Эмили провела рукой по грубой ткани сумки, пальцы наткнулись на знакомый твердый контур в одном из внутренних карманов. Она медленно извлекла оттуда старую, потертую зажигалку. Ее корпус, когда-то бывший серебряным, теперь покрылся темным налетом и рыжеватыми подтеками ржавцы. На одной стороне угадывалась вмятинами и царапинами эмблема: Милтанк в каске, с гранатометом на плече — символ 4-го батальона 2-й дивизии 1-й армии Джотто. На обороте криво выгравированная надпись: «Когда я умру, похороните меня лицом вниз, чтобы весь мир смог поцеловать меня в задницу».       Она не помнила, откуда она у нее. В памяти была лишь смутная, давящая пустота на месте воспоминаний, будто кто-то аккуратно вырезал их скальпелем. Но тяжесть зажигалки в ладони была знакомой. Она была с ней весь этот год, единственная ниточка, ведущая в никуда. Большим пальцем она откинула крышку, издавшую сухой, металлический щелчок. Быстрым и отточенным движением она чиркнула колесиком. В полумраке комнаты вспыхнул огонек. Яркий и живой. У его основания он горел чистым синим цветом, который выше переходил в трепещущий, теплый оранжевый. Эмили неподвижно смотрела на пламя, и странное, едва уловимое чувство покоя на мгновение коснулось ее туманного сознания. Словно где-то очень глубоко внутри кто-то выдохнул. Чувство мимолетной близости с кем-то.       Сонливость накатила волной. Она резко щелкнула крышкой, гася огонь. Теплый металл зажигалки она зажала в кулаке, сунула его в карман бомбера, чувствуя его твердый контур сквозь ткань. Затем перевернулась на бок, спиной к шкафу, подтянув колени к груди. Лицо уперлось в голую стену. Глаза закрылись сами.       Она стояла в густом, молочно-белом тумане. Он обволакивал все вокруг, скрывая очертания мира, оставляя только влажную прохладу на коже. Под ногами чувствовалась высокая, мокрая от росы трава, каждый шаг отзывался тихим шелестом. Впереди, спиной к ней, стоял человек. Примерно ее роста. Смотря на его спину, на линию плеч, Эмили ощущала что-то давно забытое. Абсолютное доверие и странную, непоколебимую уверенность. Но из самой глубины этой фигуры, из самого ее ядра, исходило что-то иное, темное, злое, негативное, как ядовитый корень у основания здорового дерева. Человек вдруг вздрогнул, будто выходя из собственного ступора, и медленно начал оборачиваться. Его лица она не видела, туман сгущался вокруг, скрывая черты. Но она увидела улыбку. Добрую, широкую, такую искреннюю, что она отпечаталась у нее в сознании ярче любого приказа. Сердце Эмили сжалось от непонятного чувства. Она сделала шаг вперед, и он тоже пошел к ней, протягивая руку…       — Подъем! — голос Декенна, резкий и металлический, как скрежет замка, ворвался в сон и разорвал его в клочья.       Эмили резко вскочила, сев на краю кровать, сердце колотилось где-то в горле. В груди давила странная тяжесть, которая была чужой и незнакомой. Она несколько секунд сидела неподвижно, пытаясь осознать это ощущение. Это была грусть. Острая, как стекло, и глубокая, как колодец. Впервые за целый год.       Она медленно поднялась, став смирно перед Офицером. Декенн холодно окинул её оценивающим взглядом, в котором читалось явное недовольство неприсущей оперативнику заторможенностью.       — Бриффинг через двадцать минут, надеюсь, что ты привезла с собой снаряжение из Джотто… У нас и так с этим проблемы, — не дожидаясь ответа, он развернулся и вышел, резко захлопнув дверь.       Оставшись одна, Эмили сняла полумаску, затем скинула потрёпанный бомбер на смятые простыни. Она расстегнула спортивную сумку, извлекла оттуда аккуратно упакованное тактическое снаряжение. Сначала она сняла белую майку, обнажив торс, покрытый бледными шрамами и свежими следами от недавних ранений. Затем сбросила рваные джинсы, отшвырнув красные кеды в угол. Первым слоем на голое тело легла тонкая, плотно прилегающая майка из терморегулирующего материала. Затем, начиная со ступней, она натянула на себя облегающий боевой комбинезон из прочной, эластичной ткани тёмно-серого цвета. Её комбинезон отличался от стандартного — вместо рифлёного покрытия ткань была гладкой, с усиленными вставками на коленях, локтях и по корпусу. На бёдрах располагалась система ремней для крепления кобуры и подсумков, интегрированная с тактическим поясом. Рукава от плеча до сгиба были свободнее, не сковывая движения. Она медленно застегнула молнию, протянувшуюся от низа живота до горла. Присев на край кровати, она натянула высокие армейские ботинки с усиленными носками и антивибрирующими подошвами, туго зашнуровав их. Из сумки она извлекла аккуратно сложенный компактный плитник — тактический бронежилет чёрного цвета. В отличие от многих других «Охотников», предпочитавших противоударную защиту от дикой фауны, она всегда выбирала противопульные керамические плиты. Её логика была холодна и практична: какой смысл в защите от ударов, если на тебя бежит Райхорн? Противопульная же броня могла спасти от выстрелов вооружённой охраны заповедников и корпоративных объектов. Она вставила плиты в панели жилета, накинула его на себя и туго затянула все стропы, чтобы броня плотно сидела на теле. Завершили образ тактические перчатки, дополнительные ударопрочные наколенники, длинное чёрное пальто-плащ из плотной, непродуваемой ткани, оставленное расстёгнутым для свободы движений, и простая тёмная полумаска без опознавательных знаков, скрывающая нижнюю часть лица.       Из глубин спортивной сумки, из потайных карманов, застегнутых на молнии с бесшумными бегунками, Эмили извлекла последние элементы своего снаряжения: охотничий нож, способный в умелых руках найти слабое место даже в броне Аггрона; мультитул, десятки отверток, шил, кусачек и пилок, аккуратно сложенных в рукоять; набор для взлома замков, отмычки разных профилей, натяжители, щупы с алмазным напылением; и моток веревки для скалолазания, на всякий случай.       Эмили аккуратно сложила свою обычную одежду в сумку и вышла из комнаты. Она вышла в коридор. Ее шаги были бесшумными в новых ботинках. Из общего зала доносились голоса. нестройный гул, прерываемый резким, уверенным тембром Декенна.       Шло свободное обсуждение, предбрифинг.       — Отвечая на твой вопрос, Чэмп, это мало вероятно, — отвечал Декенн на чей-то вопрос, который Эмили пропустила мимо ушей, как и всё остальное, что не касалось непосредственно задачи.       Лица солдат внезапно изменились, выразив испуг и удивление. Их взгляды были устремлены куда-то за спину Декенна, который встретил их реакцию с недоумением.       — Что? Что такое? — Декенн обернулся и резко отшатнулся, чуть не вскрикнув. Прямо за его спиной, в полной тишине, стояла Эмили, её холодный, пустой взгляд был устремлен на него, внутрь его души. — Блять!.. Не делай так больше!       — Так точно, — монотонно ответила Эмили и, словно ничего не произошло, подошла к столу, на котором были разложены подробные чертежи небоскреба.       — Слышь, а чувство юмора у них остаётся! — тихо прошипел один из молодых солдат.       — Угу, а ещё появляется тысяча и один способ вырвать человеку голову за несколько секунд, так что закрой ебало! — испуганно прошептал ему на ухо второй.       — Так, тихо! Начинаем! — Декенн оперся на стол руками. — Наша задача простая и ясная. Забрать мастерболл и документацию на него из компьютера директора, кабинет которого находится на одном из последних этажей. Раз уж высшее командование считает, что ты такой профессионал, Сноухейз, у тебя будет самая ответственная работа — скрытно добраться до его кабинета.       — Фактор смертности посторонних лиц? — безразличным тоном спросила Эмили, изучая план этажей.       В комнате повисла гробовая тишина. Солдаты переглянулись. Декенн медленно ухмыльнулся, в его глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение.       — Не имеет значение. У тебя оружие есть?       — Нож, — подтвердила Эмили и на секунду обнажила рукоять тяжелого клинка, висевшего на бедре.       — Этого будет мало. Охрана вооружена серьезно, и у них есть покемоны. У нашего техника в гараже есть для тебя дополнительное снаряжение. Он же тебя проинструктирует по системам безопасности здания и техническим вопросам. Пока ты будешь там лазить по вентиляциям и серверным, мы будем следить за обстановкой и во время тревоги отвлечем на себя внимание, атаковав главный вход. Вопросы?       — Никак нет, — Эмили уже развернулась и направилась в гараж.       — А у тебя есть покемоны? — не удержался один из солдат.       Эмили замерла на месте. Что-то внутри нее болезненно и глухо щелкнуло, будто сработал давно забытый предохранитель. Она медленно повернула голову, и ее безжизненный взгляд упал на солдата.       — Не моя специализация, — ее голос прозвучал ровно. — Что-то ещё?       Не дождавшись нового вопроса, она развернулась и бесшумно направилась к лестнице, ведущей в гараж.       Воздух в гараже был густым и тяжелым, пахнущим машинным маслом, жженым припоем и едким табачным дымом. Большую часть пространства занимал ничем не примечательный минивэн с тонированными стеклами. За верстаком, уставленным паяльниками, платами и проводами, стоял человек и что-то активно паял на материнской плате ноутбука. Эмили подошла к нему абсолютно бесшумно, но техник, словно почувствовав ее присутствие, обернулся. Его волосы были растрепаны, лицо испачкано машинной смазкой, а в уголке рта дымилась сигарета. На его лице расплылась добродушная, немного глуповатая улыбка.       — О, наконец-то, — техник протянул руку для рукопожатия, предварительно стряхнув с пальцев перчатку. — Митч.       Эмили молча стояла, ее холодный взгляд скользнул с его лица на протянутую руку и обратно. В голове была пустота. Никаких протоколов для подобных социальных взаимодействий.       — Ты че-то не общительная, — Митч почесал затылок, оставляя новое масляное пятно в волосах. — Да и взгляд какой-то тяжелый… Сигарету будешь?       — Не курю, — ответ сорвался с ее губ автоматически, вызвав удивление у нее самой.       — Бросила? Респект! — Митч глуповато показал большой палец, одобрительно кивая. — Возврашаясь к важному. Мне приказали подготовить для тебя вещички… Как тебя зовут-то?       — Сноухейз.       — Интересное имя… — Он задумался на секунду, выпуская кольцо дыма. — Это мне напомнило случай, который был со мной и моим другом Куртом. Мы тогда решили пойти на фестиваль в Пьютер-Сити, а там был чувак, который плюется огнем! Представляешь! Он говорил, что он из региона Алоха… или Алола… Не помню уже. Так вот его имя было «Дух Огня Поглошающий Мороз»!       Эмили молча хлопнула пару раз глазами.       — Мне требуется снаряжение и инструктаж по системам безопасности объекта, — произнесла она.       — А, да, точно! — Митч отложил паяльник и полез в багажник минивэна, он вытащил оттуда черный тактический кейс, поставил его на стол рядом с верстаком и щелкнул замками.       Внутри, аккуратно уложенные в ячейки из противоударного пеноматериала, лежали: пистолет и несколько магазинов к нему, ПНВ с креплением на голову, гарнитура с активным шумоподавлением, какой-то сканер и какое-то компактное устройство, похожее на пистолет с коротким пластиковым стволом.       Эмили потянулась к пистолету. Ее пальцы обхватили рукоятку. Легкая и эргономичная. Угловатый, но уверенный дизайн. Она несколько раз вхолостую передернула затвор, ход быстрый, плавный, без зацепов. Рельефные насечки на его конце позволяли легко и надежно ухватиться даже в перчатках. Несмотря на массивный глушитель, баланс был безупречным. Она взяла один из магазинов, извлекла патрон. Гильза была цвета старой меди, а носок пули конической формы, окрашен в матово-черный. На дне гильзы красовалась маркировка: «7Н31». Бронебойные.       Она вставила магазин, поставила оружие на предохранитель и разместила в быстродействующей кобуре на бедре. Затем взяла в руки странное пистолетоподобное устройство и вопросительно повернулась к технику.       — Экспериментальный военный девайс, — не отрываясь от платы, буркнул Митч. — Используется для создания направленных высокочастотных импульсов. Вызывает временные неисправности в мелкой электронике: лампы, камеры, рации, датчики… Торговые автоматы, ха-ха. Одного импульса хватает на несколько секунд паралича системы.       — Сканер, — вопросительная интонация Эмили звучала больше как утвердительная, пока она изучала устройство с экраном.       — Это сканер датчиков, — пояснил Митч, тыча паяльником в сторону прибора. — Движения, тепла, веса, давления… В этой стеклянной помойке их как грязи. Эта штука их находит, ловит их частоту и позволяет дистанционно вырубить. Ненадолго. Где-то на пару минут, не больше. Дальше система диагностики затрещит.       — Ночное виденье? — на этот раз в голосе Эмили прозвучала слабая, но искренняя нота удивления.       — В некоторых местах небоскреба нет окон. Если будешь вырубать лампочки, то будет темно, как у Нидокинга в заднице. Запомни: темнота — твой лучший друг.       — Системы безопасности объекта. Кратко. — потребовала Эмили.       — Сильф Ко… — техник вздохнул, вытаскивая схему небоскрёба из ящика стола. — Единственный доступный нам способ проникновения, при всех соблюденных условий, вентиляционная шахта в техническом помещении на первом уровне подземной парковки. Все остальные входы, включая грузовые и служебные, нашпигованы лазерными сетками и датчиками давления. После прохода ты окажешься на первом этаже самого небоскреба. Там у тебя будет два пути. Первый через другую сеть вентиляций, но это долго, извилисто и есть риск застрять. Второй… очень экстримальный. Тебе нужно будет попасть в лифтовую шахту, а затем ззапрыгнуть на крышу одного из кабин лифтов. На ней есть сервисная контрольная панель, которую используют для диагностики. Взломав ее, ты сможешь перехватить управление и доехать до верхних этажей, минуя все проверки. Дальше самое сложное — кабинет директора!       Митч сделал драматическую паузу, открыв потайное дно в тактическом кейсе. Внутри, в специальном гнезде, лежал неприметный черный прямоугольник с разъемом для подключения.       — Это специальный жесткий диск с автономным питанием, — пояснил он. — Как только ты подключишь его к целевому компьютеру, запустится автоматическая процедура копирования всех файлов по заданным параметрам. Самое важное! Нельзя, чтобы директор успел закрыть сессию или заблокировать терминал. Иначе мы будем в таком дерьме, что туалет после Фералигатора покажется тебе чистой поляной. Уяснила?       — Так точно, — Эмили аккуратно положила диск в карман пальто.       — И не забудь забрать мастерболл из его сейфа. Он должен быть где-то рядом, обычно в столе или потайной нише. Не бойся, сейфы у этих ребят чаще всего электронные, — Митч кивнул в сторону минивэна. — Не знаю, говорил ли тебе командир, но вряд ли мы сюда вернемся после выезда. Можешь взять свои вещи и закинуть их в машину, занять место. Только не переднее, там Декенн будет.       Эмили молча кивнула и бесшумно удалилась в свою временную комнату. Через мгновение она вернулась со своей спортивной сумкой, забросила ее в багажник минивэна и заняла место на одном из сидений за водителем, расположенном спиной к движению. Она приняла позу ожидания. Спина прямая, руки на коленях, взгляд устремлен в никуда. Спустя десять минут в гараж начали спускаться остальные. Декенн, хмурый и сосредоточенный, сел на переднее пассажирское сиденье. Солдаты, перешептываясь, заняли места в салоне. Двери минивэна захлопнулись с глухим стуком, заглушив последние звуки убежища.       Двигатель завелся с тихим урчанием.       — Ничего не забыли? — спросил Митч, устроившись за рулем.       — Нет! — разрозненно проговорили несколько голосов сзади.       — Езжай, — коротко бросил Декенн, уставившись в лобовое стекло.       Митч взял пульт, нажал кнопку. С громким скрежетом старые роликовые механизмы пришли в движение, и тяжелые гаражные ворота поползли вверх, открывая вид на грязный, залитый тусклым утренним светом переулок. Минивэн плавно выкатился на брусчатку. Еще одно нажатие и ворота с грохотом начали закрываться, отрезая их от старой базы, может, навсегда. Митч крутанул регулятор магнитолы. Из динамиков, слегка хрипящих, хлынула музыка.

…The world is a vampire, sent to drain…

Secret destroyers, hold you up to the flames…

      Трафик был средним для утреннего Саффрон-Сити — плотный, но движущийся. Декенн нервно водил взглядом по встречным полосам, выискивая копов. Солдаты на задних сиденьях, приглушив голоса, обсуждали операцию и свою молчаливую попутчицу.

…And what do I get, for my pain?

Betrayed desires, and a piece of the game…

      — Я слышал, что у них сила и ловкость внечеловеческие, — шепотом произнес один солдат.       — Опять ты всё придумываешь…       — Точно тебе говорю! Их пичкают какими-то наркотиками, заставляют жесткие испытания проходить!       — Да-да, я так тебе и поверил.       — Можешь у неё сам спросить.

…Even though I know, I suppose I'll show All my cool and cold, Like ol' Job…

      — Да она ничего не ответит, либо скажет, что «у вАс НЕ дОсТАтоЧНый доСТуп К этОЙ иНФОрмаЦИИ», — солдат нарочито исказил голос, передразнивая безэмоциональный тон.       — Да ладно тебе, она тебе ничего не сделает, — лениво вставил третий, не отрываясь от потрёпанной книжки в мягкой обложке.

Despite all my rage, I am still just a rat in a cage…

Despite all my rage, I am still just a rat in a cage…

      — Хочешь проверить? — сквозь этот грохот, не повышая тона, прозвучал её голос, холодный и чёткий, как удар лезвия по стеклу.       Она не повернула головы. Она просто сидела, уставившись в пустоту между сиденьями, но её слова повисли в воздухе. В салоне воцарилась мгновенная тишина. Даже магнитола будто приглушилась на мгновение. У солдат, у Декенна, даже у Митча за рулём — у всех по спине пробежали одинаковые ледяные мурашки. Шутки кончились.

Then someone will say, what is lost can never be saved…

Despite all my rage, I am still just a rat in a cage…

      Минивэн послушно вёз их сквозь город. Небоскрёб «Сильф Ко» вырастал в лобовом стекле, его стеклянные грани отсвечивали холодным утренним светом, словно кристалл льда. В голове Эмили приказ звучал четким, неумолимым эхом, заглушая всё остальное. Не было страха, нетерпения, сомнений — только алгоритм.

…Now I'm naked, Nothing but an animal

But can you fake it, For just one more show?..

      — Ебнутая, — тихо выдохнул тот, что читал книжку, больше не в силах отводить взгляд от её лица. — Наглухо ебнутая.       — Давайте все-таки думать о деле, — неуверенно ответил другой, пытаясь отвлечься и смотря в окно на мелькающие улицы.       — Что такое? Страшно? — вызывающи произнес третий, нервно постукивая пальцами по колену.       — Тихо! Мы почти подъехали! Привести себя в порядок! Проверить оружие! — громко произнес Декенн, оборачиваясь к ним.

…And what do you want? I wanna change

And what do you got! When you feel the same?..

      Салон замолк, нарушали тишину только звуки перезаряжаемых пистолетов и щелчки проверяемых магазинов. Эмили оставалась неподвижной. Её пальцы лежали на коленях, но каждый мускул был готов к мгновенному движению. Она не слушала их. Она слушала музыку. И тихий шепот приказа в своей голове.       Минивэн притормозил возле тратура с ограждением, ниже и параллельнее которого с той стороны, находился въезд в подземную парковку. С другой стороны заграждения виднелась лишь верхушка фонарного столба, уходящего вниз.       — Сноухейз, твой выход! — двухзначно произнес Декенн.       Один из солдат открыл раздвижную дверь, и, прежде чем кто-либо успел моргнуть, Эмили уже не было на сиденье. Она выпрыгнула на тротуар, как тень, сделала два быстрых шага, легко запрыгнула на широкий бетонный парапет и, не теряя темпа, оттолкнулась от него в стремительном прыжке. Ее тело в плаще на мгновение заслонило небо, прежде чем она точно приземлилась на металлический столб фонаря. Не сбавляя скорости, она обхватила его ногами и руками и понеслась вниз, как Арбок, почти не задевая поверхность. У самого основания, еще до того как ее ботинки коснулись асфальта, ее рука уже выхватила ЭМИ-устройство. Она повернулась к камере наблюдения на въезде, навела ствол и нажала на спуск. Раздался короткий, сухой электрический треск, и крошечный красный огонек на камере погас. Еще одно движение. Эмили уже не было на виду. Она растворилась в тени подземной парковки, слившись с силуэтами припаркованных машин.       Минивэн тронулся с места и медленно покатил дальше, к следующей точке, где им предстояло ждать и наблюдать.       — Говорил же тебе, что они ловкие и сильные, как покемоны, — солдат произнес это с одержимой, почти испуганной ухмылкой, глядя в пустое место на сиденье, где только что сидела Эмили. Больше никто не стал с ним спорить.       Эмили продолжала ставить рекорды по скорости скрытного проникновения, двигаясь с безошибочной точностью запрограммированного механизма. Её тёмный плащ сливался с глубокими тенями, отбрасываемыми бетонными колоннами и машинами. Она преодолела оставшееся расстояние до технического помещения за несколько мгновений, её дыхание оставалось ровным и бесшумным. Дверь в подсобку была небрежно прикрыта, но не заперта — стандартная оплошность перегруженного персонала. Эмили скользнула внутрь. Полки, забитые вёдрами, швабрами, упаковками бумажных полотенец и канистрами с химикатами, образовывали узкие проходы. И там, в глубине, под потолком, был её вход — решётка вентиляционной шахты. Она замерла на секунду, выхватывая сканер. Его экран засветился тусклым зелёным светом, выхватывая из полумрака её замаскированное лицо. Ничего. Ни датчиков движения, ни тепла. Убрав сканер, её пальцы уже держали мультитул. Отщёлкнув нужное лезвие-отвёртку, она с четырьмя быстрыми и точными движениями выкрутила винты, державшие решётку. Они не упали, а были аккуратно приняты её ладонью. Решётку она беззвучно прислонила к стене. Взглянув во тьму, Эмили надела ПНВ, мир перед её глазами вспыхнул призрачным зелёным свечением. Туннель вентиляции был узким, пыльным. Без малейшей секунды на раздумья она впрыгнула внутрь, она поползла вперёд с неестественной, почти пугающей скоростью, её движения были плавными и экономичными, не оставляя следов на пыльном слое, кроме идеально ровной линии, которую оставляло её тело.       Вентиляция начала подниматься под малым углом, предвещая первый этаж небоскреба. Эмили сбавила свой стремительный темп, сводя к нулю любой звук. Она доползла до решетки, за ней виднелась комната и слышался чей-то недовольный бубнёж. Перед решеткой промелькнул силуэт молодого человека в спецовке, похожего больше на студента-практиканта. Эмили откинула ПНВ на лоб и медленно подползла к решетке, которую она тихо подвигала. Не закрученно. Отлично. Она беззвучно отсоединила решетку, тихо выползла. Она со ударила его по затылку, не вкладывая в удар лишней ярости, а только чистое, безэмоциональное вычисление необходимой силы. Он упал, потеряв сознание.       Тут путь Эмили расходился. Идя по техническим коридорам она выйдет к лифтам, а если пролезть по вентиляции, то будет риск застрять, но без лишних глаз. Она выбрала вариант с лифтом. ЭМИ-пистолет в ее руке щелкал почти беззвучно, гася светильники и камеры наблюдения ровно на то время, что требовалось ей, чтобы проскользнуть через освещенный участок в следующую полосу тени. Она нашла технический люк в шахту лифта там, там, где указывала схема.       Внутри предстала пустота высотой 30-40 этажей. Грохот механизмов лифтов, говорил об постоянном использовании. Лифты были далеко. Взгляд упал на стальные тросы, уходящие в темноту. Без колебаний она схватилась за один из них. Она так поднялась до десятого этажа, остановившись на структурной опоре шахты лифта для отдыха. Простояла она так пару минут, и лифты начали одновременно спускаться. Эмили встала так, чтобы её не зажали лифтовые кабины, и подготовилась к прыжку. Поймав момент она запрыгнула на крышу одной из кабин и начала выжидать. Кабина зависла, потом рванула вниз на четвертый этаж. Затем подъем на пятый. Остановка на первом. Тишина. Движений больше не было. Эмили осмотрела механизм для управления лифтом. Контрольная панель с кнопками и замок для ключа, похожего на автомобильный. Она достала набор для взлома замков и начала отмычками пытаться провернуть его. Спустя пару минут ей это удалось, и она, схватившись за поручень, нажала на кнопку подъема.       Лифт рванул вверх, заставляя ее слегка присесть для устойчивости. Ее взгляд был прикован к мигающим номерам этажей. На тридцать пятом она снова нажала кнопку, остановив кабину. Здесь, согласно плану, была ее цель — вентиляционная система, ведущая прямиком в отделы исследований и разработок. Люк открылся без сопротивления, и Эмили бесшумно скользнула в очередной тесный туннель, оставив лифтовую шахту позади. Сканер тихо пискнул, показывая наличие датчика движения на решетке со стороны подсобки. Эмили нажала на режим блокировки датчика и быстро выпрыгнула из вентиляции.       Подсобка была большая, там хранились лабораторные расходные материалы, среди полок она увидела человека в белом халате — научный персонал. Эмили возникла за его спиной бесшумно и толкнула его голову в дверцу металического шкафа. Раздался глухой стук о металл. Прежде чем он успел вскрикнуть, его рука была болезненно вывернута за спину, а к горлу прижалось холодное лезвие.       — Где кабинет директора? — её голос был низким, безжизненным шепотом, а лезвие уже впивалось в кожу, выдавливая капли крови.       — Д-дв-двумя этажами выше! К-концевой, с двойной дверью! Н-не-не убивайте! — его голос сорвался на визгливый шёпот, полный ужаса.       Она не стала слушать дальше. Лезвие ножа провело быстрый и точный разрез. Кровь хлынула тёмным фонтаном, забрызгав дверцу шкафа. Безжизненное тело она затолкала в узкое пространство между стеллажами, прижав дверцей. Она резким движением руки стряхнула кровь с лезвия, брызнув на упаковку с ватой, и убрала нож обратно за пояс. Подойдя к двери из подсобки, она прислушилась, были слышны односторонние переговоры охранника и эхо от его голоса. Она тихо приоткрыла дверь, стены коридора были белые, охранник стоял прямо под камерой.       Эмили вырубила камеру ЭМИ-пистолетом, а затем с чудовищной силой кинула охотничий нож в его щею, прошив кевларовый воротник насквозь. Прежде чем тело успело дрогнуть, Эмили была уже рядом и поймала его. Без малейшего усилия она потащила тушу в подсобку, швырнув его в соседний шкаф, где уже лежал ученый. Металлическая дверца захлопнулась с глухим стуком, запирая внутри два свидетельства её присутствия.       Она промчалась по стерильным коридорам, её тень скользила по белым стенам, уворачиваясь от всевидящих стеклянных глаз камер. Каждый датчик движения замирал под воздействием сканера, создавая временные слепые зоны. Она нашла пожарную лестницу. Два пролета вверх — и она на нужном этаже.       Было тихо, очень тихо. Охраны не было видно, только техника, которую она методично обезвреживала. Двойные стеклянные двери с матовым, узорчатым стеклом преграждали путь. Они не были заперты. Эмили спокойно зашла. За столом сидела секретарша. Женщина подняла на нее отсутствующий взгляд, её рука уже тянулась к кнопке вызова.       — Здраствуйте, вам чег-       Тихий, приглушенный хлопок. Пистолет в руке Эмили дёрнулся, едва слышно щёлкнув затвором. Пуля вошла точно в центр лба, оставив аккуратное входное отверстие. Алая струйка крови медленно поползла по основанию носа, заливая глаза. Её тело обмякло в кресле, как брошенная тряпичная кукла. Эмили не посмотрела в её сторону. Её взгляд был прикован к массивной дубовой двери за столом, подойдя к которой Эмили выдохнула. Она быстро открыла дверь. За широким письменным столом из красного дерева сидел директор, работая за ноутбуком, он уже машинально тянулся захлопнуть его. Ещё один приглушенный хлопок. Выстрел пришелся в его правый глаз, сделав ему смертельную лоботомию.       Тишина. Только едва уловимый запах пороха и крови нарушал обстановку. Эмили подошла к ноутбуку, на экране замерли чертежи последней ревизии Мастерболла, сложные схемы и формулы, стоившие кому-то жизни. Она воткнула специальный жесткий диск в разъем. На экране всплыло сообщение: «Копирование… 3%». Пока данные перетекали на накопитель, её холодный взгляд методично сканировал помещение. Под столом ничего. Шкафы, полки, ниши в стенах пустые. Взгляд упал на массивную картину в золоченой раме. Одним резким движением она сорвала её со стены. За ней зиял сейф с матовой черной панелью и сканером радужной оболочки глаза. Не колеблясь ни секунды, Эмили подняла безжизненное тело директора, откинув его голову. Приставив его открытый левый глаз к сканеру, она услышала тихий щелчок. Дверца сейфа отъехала в сторону. Внутри, на бархатной подставке, лежал тот самый Мастерболл, его поверхность переливалась таинственным перламутровым светом.       Её пальцы сомкнулись вокруг сферы. В ту же секунду в сознании вспыхнуло видение. Она видела свою руку без перчаток, с царапинами, сжимающую обычный покеболл. Она нажимала кнопку, и из вспышки света возникал силуэт… чей-то силуэт. Другой? Покемон? Детали расплывались. Она резко встряхнула головой, отгоняя призрак памяти. Большим пальцем она нажала на почти невидимую кнопку на Мастерболе и он сжался до размера грецкого ореха. Холодный металл исчез во внутреннем кармане пальто. В этот момент жесткий диск тихо щелкнул — «Копирование завершено на 100%». Она выдернула его, и в ту же секунду оглушительный рев сирены разорвал тишину.       Освещение погасло, сменившись резким, пульсирующим алым светом, который заливал все вокруг. Где-то внизу уже слышались крики, беготня, хлопающие двери. Эмили тяжело вздохнула. Не от страха, а от предстоящей работы. Она шагнула к двери. Алый свет играл на поверхности её полумаски. Дверь распахнулась, открывая вид на длинный коридор, залитый тревожным светом и наполняющийся звуками приближающегося штурма. Её первый шаг навстречу был твердым и безжалостным.       Она выстрелила в пару люминесцентных ламп, затемняя проход, накинула ПНВ и метнулась в один из соседних кабинетов. Спустя мгновение по коридору промчались трое сотрудников безопасности, они были в бронижелетах и в противопульных шлемах с забралами. Три выстрела им в затылки. Авангард пал. Кровь растекалась тёмными лужами под забралами шлемов. У одного из СБшников она подметила помповый дробовик. Он был, утилитарный, с массивным цевьём и скелетным прикладом. У этого дробовика была особенность — стрельба в полуавтоматическом режиме без передёргивания помпы, но только с патронами, отдача которых могла сдвинуть затвор. Эмили подняла дробовик и проверила патронник — предельная навеска пороха, практически покемонобойные патроны. Сотрясающий выстрел такого оружия мог остановить даже Райхорна. Она забрала с собой несколько десятков патронов и перекинула ремень дробовика на спину.       Обратно спустившись по пожарной лестнице, она услышала переговоры отряда — человек пять. Она выхватила дробовик и выглянула в коридор. Пятеро бойцов в полной экипировке стояли спиной к ней, сосредоточившись на дверях одного из кабинетов. Восемь выстрелов. Полный трубчатый магазин, выпушенный в отряд, превратил их в кровавое месиво из напичканного свинцом фарша, пробитых шлемов, кишков и кевлара. Она побежала в сторону подсобки, перезаряжая дробовик на ходу. За углом её поймал один охранник, застав в расплох. Она сломала ему руку, одним движением, и выстрелила из дробовика в упор, вырвав часть бронежилета и мяса из живота.       Дверь в подсобку была уже близко. Она влетела внутрь, отшвырнула в сторону решётку вентиляции и нырнула туда. Её пальто-плащ зацепился за край, но она рванула вперёд, оставив клочок ткани позади. Ползла она уже не с прежней скоростью. Дробовик мешал, отдача давала о себе знать ноющей болью в плече. Но приказ горел в её сознании единственной яркой точкой. Она выползла в шахту лифта. Был только один путь — тридцать пять этажей вниз по тросу. Она обхватила трос перчатками, перекинула через плечо дробовик и шагнула в пустоту. Началось стремительное, контролируемое падение. Ветер свистел в ушах. Стальные перекладины этажей мелькали перед глазами как спицы в колесе. Её пальцы, сжатые в замке вокруг троса, горели огнём, но не отпускали.       Быстро прыгнув в технический люк, она снова оказалась в технических коридорах. План был тот же, что и при входе — тень и ЭМИ-пистолет. Пробежав по теням, словно Грениндзя, вырубая свет и камеры. У вентиляции на парковку столпились слесаря, над телом практиканта, пытаясь привести его в чувство. Два хлопка глушителя, два тихих лязга завора, две гильзы на полу, два бездыханных тела с лужами под нимим. Эмили нырнула в вентиляцию и стремительно, как бешенный Зигзагун, проползла по туннелю, оказавшись опять в подсобке парковки. Она замерла у двери на мгновение, прислушиваясь. Было слышно только далекий шум улицы. Она приоткрыла дверь и, как тень, нырнула за ближайший внедорожник. Воздух подземной парковки был спёртым и пропитанным запахом бензина. У самого въезда стояли двое сотрудников безопасности в полной экипировке. Перед ними человек в дорогом коричневом пальто, наброшенном на строгий пиджак. Рядом, вышагивал его Лаксрей, искры на шерсти которого трещали от низкого, угрожающего ворчания.       — Понимайте, мы не можем вас пропустить! У нас чрезвычайная ситуация! — голос одного из охранников был напряжённым.       — Вы понимаете, что стоите на пути международного закона? Ваш командир отдал приказ! Пропустите меня! — голос человека в пальто не повышался, но в нём звучала стальная, не терпящая возражений власть.       — У нас там уже два отряда положили и главный вход штурмуют, ради вашей безопасности — я не дам вам пройти! — второй охранник сделал шаг вперёд, его рука лежала на кобуре.       — Вы пожалете об этом, — произнёс человек в пальто, и в его тоне было не столько устрашение, сколько холодное, безошибочное предупреждение.       Он развернулся и, не сказав больше ни слова, ушёл, а Лаксрей, бросивший на охранников последний уничтожающий взгляд, последовал за ним. В ту же секунду красный огонёк камеры над въездом погас. Два приглушённых хлопка прозвучали из-за внедорожника. Бронебойные пули прошили задние части шлемов охранников, оставив аккуратные входные отверстия и превратив всё внутри в кровавое месиво. Эмили выскочила из-за укрытия и ринулась к фонарному столбу. Её пальцы вцепились в холодный металл, и она взобралась по нему за несколько мгновений. С лёгким упругим толчком она оттолкнулась от столба, перелетела на бетонный парапет и спрыгнула на тротуар, точно в то место, откуда начинался её путь. Дробовик был мгновенно скрыт под длинным пальто. Она перебежала улицу, не замеченная в потоке машин, и скрылась в грязном переулке.       — Задание выполнено, я на улице. — её голос в гарнитуре был ровным, без следов усталости.       — Отлично! Отступаем! — голос Декенна прорывался сквозь бой и крики в его эфире. — Жди нас на перекрестке! На 5-й улице!       — Так точно.       Эмили затянула пояс плаща-пальто, скрывая оружие и бронежилет, и двинулась глубже в лабиринт задних дворов и узких проходов. Некоторые улицы были перекрыты полицейскими кордонами с мигающими маячками, и ей приходилось постоянно петлять, выбирая самые темные и неочевидные маршруты. Она была тенью, скользящей по стенам, беззвучной и невидимой. Наконец, она вышла на условленный перекресток. Прислонилась к холодному металлическому столбу светофора, её взгляд методично сканировал движение, выискивая знакомые очертания тонированного минивэна. Город жил своей обычной жизнью, не подозревая о войне, что всего полчаса назад кипела в небоскребе.       — Девушка, даже сквозь вашу полумаску я могу сказать, что красива. Можно с вами познакомиться? — какой-то самоуверенный парень в модной куртке пристроился рядом.       — Нет, — Эмили бросила на него абсолютно пустой, ледяной взгляд, в котором не было ни раздражения, ни интереса, но парень, вместо того чтобы отшатнуться, лишь разочарованно вздохнул.       — Жаль. Очень жаль, — пробормотал он и, наконец, отступил, растворяясь в толпе.       В этот момент с скрежетом шин у тротуара резко затормозил знакомый минивэн. Раздвижная дверь со свистом отъехала, и Эмили, не замедляясь, шагнула в салон. Машина рванула с места ещё до того, как дверь закрылась. Эмили расстегнула пальто, достала из-под него массивный дробовик и положила его на свободное сиденье. Металл глухо стукнул о пластик.       — Боевой трофей? — свистнул один из солдат, смотря на оружие голодными глазами.       — Ну и зверь! Двенадцатый калибр, может работать как самозарядный или помповый, складной приклад. — произнес другой солдат. — Из-за законов тут и пистолет-то днём с огнём не сыщешь, а у «Сильф Ко.» такое… Не такие уж они белые и пушистые!       Эмили молча достала из подсумка один из красных патронов и бросила ему. Солдат поймал его на лету, повертел в руках, и его лицо внезапно побледнело.       — Аркеус, помилуй… Покемонобойные… — он с внезапным ужасом посмотрел на девушку, будто впервые её увидел. — Что ты там, в этом офисе, устроила? Хотя… не отвечай. Даже знать не хочу.       — Тихо там! — крикнул Декенн, полуобернувшись с переднего сиденья. Его взгляд упал на Эмили. — Сноухейз, Мастерболл и диск с тобой?       Эмили без лишних слов достала из внутренних карманов плаща два предмета: аккуратно упакованный жесткий диск с кабелями и уменьшенный до размера грецкого ореха Мастерболл, всё ещё излучающий тусклое перламутровое сияние. Она протянула их Декенну. Тот взял добычу, на его обычно хмуром лице на мгновение промелькнуло что-то похожее на удовлетворение.       — Отличная, мать твою, работа! — он хрипло выдохнул, сжимая Мастерболл в ладони. — Теперь выбираемся отсюда. Митч, гони за город.       — Будем пытаться слиться с потоком или без остановок? — спросил Митч, ловко перестраиваясь в другой ряд.       — Давай попробуем спрятаться в трафике, — произнес Декенн, его глаза беспокойно метались по сторонам, сканируя тротуары и переулки.       Минивэн замедлил ход, вливаясь в плотный дневной поток машин. Они замерли на большом перекрестке перед красным светом. Эмили, обычно неподвижная и смотрящая в никуда, на этот раз машинально бросила взгляд в боковое окно и замерла. На Т-образном перекрестке слева, в первой полосе на встречном направлении, стоял бежевый седан. И за его рулем та самая фигура в дорогом коричневом пальто. Тот самый человек. Его взгляд был устремлен вперед, лицо выражало холодную, сосредоточенную решимость.       — Слева. Первая полоса. Бежевый автомобиль, — её голос прозвучал тихо, но с металлической четкостью, заставив всех в салоне напрячься. — За рулем человек в пальто. Его развернули охранники на парковке. Говорил про международный закон. Возможно, интерпол.       — Твою мать… — прошептал Декенн, инстинктивно отшатываясь от стекла, хотя тонировка скрывала его лицо.       — Не дёргайся, — спокойно, сквозь зубы, отчеканил Митч, до конца прикуривая сигарету и выпуская струйку дыма в приоткрытое окно. — Ему только направо поворачивать, в противоположную сторону. Сидим тихо, и всё будет нормально.       Все застыли. Солдаты на задних сиденьях опустили головы, делая вид, что изучают свои телефоны. Декенн замер, стараясь дышать ровно. Эмили неотрывно следила за бежевой машиной, её тело было расслаблено, но готово к мгновенной реакции. Светофор для него сменился на зеленый. Поворотник бежевого седана замигал, указывая направо. Машина плавно тронулась, описала дугу и скрылась в боковой улице, двигаясь прочь от них.       В салоне минивэна разом выдохнули.       — Гони, Митч, — тихо скомандовал Декенн, вытирая ладонью внезапно вспотевший лоб. — Но без лишнего шума. Выезжаем на кольцевую и за город. Быстро, но аккуратно.       Митч кивнул, снова вжимаясь в спинку кресла. Минивэн плавно тронулся с места, продолжая сливаться с потоком, но теперь его курс был проложен самым быстрым и незаметным путем к окраинам города. Спустя полчаса они были уже далеко за городской чертой. Солнце светило ярко и высоко, как и положено в середине дня, заливая светом асфальтированную дорогу, убегающую вдаль меж полей. Стройные ряды придорожных деревьев мелькали за окном, их кроны на мгновение заслоняли свет       — Остановись, — скомандовал Декенн, отрываясь от созерцания дороги. — Надо доложить о выполненном задании. Ты доделал ноутбук?       — Конечно! — Митч плавно съехал на обочину, подняв облачко пыли. — Так, у вас есть пара минут на поссать и покурить!       Трое солдат, с видимым облегчением, высыпали из машины и скрылись в придорожном леске. Четвертый последовал за ними, чтобы обеспечить прикрытье. Декенн, прижимая к груди ноутбук в защищенном корпусе, удалился вглубь лесополосы, чтобы найти уединенное место для сеанса связи. Митч приоткрыл водительскую дверь, развернулся в кресле и, поставив ноги на землю, закурил очередную сигарету. Дым медленно уплывал в спокойный полуденный воздух. Эмили оставалась на своем месте, неподвижная и молчаливая, как статуя.       — Я думал, что исход будет хуже, — произнес Митч вдруг, глядя куда-то в сторону леса, его голос потерял привычную легкомысленность, став тише и серьезнее. — Это… только между нами. Декенн даже не планировал штурмовать первый этаж для отвлечения охраны… В первоначальном плане выходила только ты. Но в последний момент… он передумал. Я тебе этого не говорил, если что.       Эмили не ответила. Её взгляд был устремлен в окно, но было очевидно, что она слышит каждое слово. Казалось, она перерабатывает информацию, но никакой реакции на лице не было.       — Миссия выполнена. Это главное, — наконец, ровным, безэмоциональным тоном произнесла она.       Митч покачал головой, тихо фыркнув. Он явно не ожидал такой реакции.       — Пистолет, — внезапно и резко нарушила молчание Эмили, поворачивая к нему голову, её взгляд был прикован к его рукам. — Твоя работа?       — Да, — на лице Митча расцвела гордая, немного смущенная улыбка. — Переделывал сам. Система газоотвода, усиленная возвратная пружина, доработанный УСМ… Понравилось?       — Так точно, — ответила она машинально.       Спустя пару минут к машине вернулись солдаты, шумно обсуждая что-то, а следом за ними, с привычной мрачной миной на лице, подошел Декенн. Он молча рывком открыл переднюю дверь и грузно опустился на пассажирское сиденье, отложив ноутбук к ногам.       — Вермиллион-Сити, — отрывисто бросил он, глядя прямо перед собой. — Мы едем в Вермиллион-Сити.       — Это где-то часа два езды, — недовольно буркнул Митч. — У вас есть отличная возможность поспать, граждане… Или помолчать.       Минивэн плавно тронулся с места, поднимая облачко пыли с обочины, и покатил по загородной трассе, взяв курс на портовый город.

***

Смена фокуса: Эш и Гэри

снова

Регион Канто, окраины Пьютер-Сити. День.       Эш резко дернулся и проснулся, его тело вздрогнуло от внезапного возвращения в реальность. Подвеска маслкара все так же отчаянно скрипела на каждом кочке, а из динамиков радио по-прежнему гремел какой-то альт-рок. Пикачу мирно посапывал, развалившись на его рюкзаке. Гэри тут же заметил его пробуждение.       — Как спалось? Только не говори, что я плохо вожу! — произнес он с сарказмом, на секунду отвевая взгляд от дороги.       — Ты прекрасно знаешь свой уровень вождения и без меня, — проворчал Эш, потягиваясь в тесном кресле и чувствуя, как затекли мышцы. — Сон странный приснился, вот и проснулся.       — Расскажешь?       — Я стоял и смотрел в густой туман. Под ногами была высокая, мокрая трава, вся в росе. Я почувствовал что-то… кого-то позади себя и обернулся. Там стояла девушка. Я никогда ее не видел, но… глядя на нее, я чувствовал несгибаемую волю и решимость. Но внутри неё была хрупкость и холод. Я протянул к ней руку, но ее лица я не видел. Только глаза. Они были… как туман. Слились с ним.       — Она хоть красивая была? — Гэри попытался сбить напряженность шуткой.       — Иди нахер, Гэри, всё Мисти расскажу. — парировал Эш, но угроза прозвучала беззлобно.       — Только попробуй, она же меня убьет! — Гэри покраснел на секунду.       — Пика-пи! — лениво подтвердил Пикачу, даже не открывая глаз.       — Ладно, ладно… Сколько нам осталось до Пьютер-Сити? — Эш повернулся к Гэри, меняя тему.       — Полчаса, не больше. Кстати, тут по радио прошла новостная сводка. Говорят, в городе творится какая-то хрень. Заложники в музее. — Гэри бросил на него быстрый взгляд. — Обычный день для тебя, да?       — Твоя развалюха может ехать быстрее? — спросил Эш, его взгляд стал собранным и острым.       — Может, — усмехнулся Гэри, давя на газ, двигатель заревел яростнее, а подвеска отчаянно визгнула. — Но есть шанс, что колеса открутятся раньше, чем мы доедем.       — Мне нравятся такие условия.       Спустя рекордные двадцать минут, которые Гэри выжал из старого маслкара, гоняя его на пределе и своих навыков, и его технических возможностей, они оказались на окраине Пьютер-Сити. Чтобы попасть в Гим Каменного типа, которым заведовала семья Брока, им нужно было проехать мимо городского музея. У музея стоял целый арсенал полицейских машин с мигалками, бронированные микроавтобусы со спецназом, несколько машин скорой помощи с открытыми задними дверями. Вокруг толпились перепуганные горожане, которых полицейские в ярких жилетах пытались оттеснить за ограждения.       Гэри резко дернул руль, развернул машину и припарковался впритирку к ограждению, пассажирской дверью прямо напротив главного входа. Эш выскочил первым, его лицо скрывало ужас внутри. Пикачу, взъерошенный и испуганный, тут же запрыгнул ему на плечо. Гэри последовал за ним, тяжело хлопнув дверью.       — Что тут происходит? — голос Эша дрогнул, его взгляд метался по площади, пытаясь осмыслить масштаб катастрофы.       — Что-то очень плохое… — тихо, сквозь зубы, ответил Гэри, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки.       — Эш?! Гэри?! — внезапно раздался срывающийся от слез женский крик.       Гэри не успел даже обернуться, как в него буквально влетела Мисти. Она вцепилась в него так сильно, что он едва устоял на ногах, уперевшись лицом в его грудь. Её тело сотрясалось от беззвучных рыданий.       — Это какой-то кошмар! Просто ужас какой-то! — её слова были едва разборчивы, заглушаемые спазмами и слезами, которые тут же впитывала куртка Гэри.       — Мисти! Спокойно! — Гэри обнял её, пытаясь её успокоить. — Что происходит?!       — Я приехала сюда по приглашению… на семейный ужин у семьи Брока… мы же очень долго друг друга знаем… Я-Я должна была встретиться с ним в музее, его пригласили на мероприятие и-и-и… — её голос сорвался в высокую, истеричную ноту.       — Мисти, успокойся! Все будет хорошо! — Гэри прижал её крепче, его взгляд встретился с потрясенным взглядом Эша.       — «О да, все будет очень хорошо!» — знакомый шепот Тёмного прозвучал в голове Эша, заставляя его вздрогнуть.       — «А ну тихо там!» — ответил Эш в своей голове.       — И началась стрельба… — выдохнула Мисти, её слова стали чуть четче, но от этого лишь страшнее. — Я успела выбежать и вызвать полицию!.. Я надеюсь, что с Броком все будет хорошо…       — Надеюсь, — прошептал Гэри, гладя её по спине и глядя на лицо Эша.       — Постойте тут, — голос Эша прозвучал неестественно тяжело. — Я попробую с кем-нибудь поговорить из полицейских.       Он резко развернулся и направился к ближайшему офицеру, отстраняющему толпу, оставив Гэри и Мисти наедине с нарастающим ужасом происходящего. Пикачу на его плече беспокойно пискнул, прижимаясь к щеке тренера.       — Что происходит? — спросил Эш.       — Все под контролем! Идите дом-       — Эш? — послышался знакомый голос за спиной полицейского.       — Офицер Лукер? Интерпол тоже здесь? — Эш перешагнул заграждения, не обращая внимания на полицейского.       — Давно не виделись, Эш, — Лукер протянул ему руку. — Видел твою победу на Кубке Коронации. Год назад? Да, год с чем-то. Прости, что не поздравил.       — Бывает. Работа и все такое, — Эш пожал ему руку, на секунду ощутив шершавость мозолей на ладони агента. — Рад тебя видеть.       — Пи-ка! — радостно помахал лапкой Пикачу, хотя его уши были прижаты, а хвост подёргивался нервно.       — Что здесь происходит? — спросил Эш.       — Команда R захватила заложников в музее, требования типичные — просто тянут время… — немного скучающим, профессионально-отстранённым голосом произнес Лукер, но его глаза, холодные и острые, как скальпель, непрерывно сканировали периметр, выискивая слабые места. — Отрабатываем протокол.       — Ракета! — сквозь зубы, с такой ненавистью, что Пикачу вздрогнул, произнес Эш, вспоминая сегодняшнее утро. — Мы сегодня с ними утром столкнулись. Они использовали Молтреса, а пока мы с ним разбирались, они напали на лабораторию профессора Оука! Когда мы их разбили, один из них приказал отступать в Пьютер-Сити!       — Хм, значит у них в городе убеж-…       В музее послышались выстрелы. Спецназ тут же ринулся в здание, закидывая светошумовые гранаты, ослепительные вспышки на мгновение выхватывали из темноты клубы дыма и мелькающие тени. Где-то слышался оглушительный, парализующий вой Эксплауда, использующего Ультразвук. Эш и Лукер инстинктивно рванулись за ближайший бронированный микроавтобус, его холодная сталь неприятно впилась в спину. К ним тут же присоединились Гэри и Мисти, которая вот-вот снова разрыдается.       — Что за день такой? — тихо, сквозь скрежет зубов, спросил Гэри, прикрывая собой Мисти и пытаясь хоть как-то заслонить её от происходящего ада.       — Сглазил ты меня, Гэри, — Эш потянулся за покеболлами на поясе.       — Эш, даже не думай! — резко, без пространства для возражений, отрезал Лукер, его рука легла на запястье Эша, пресекая движение. — Это не твоя война! Там профессионалы, у них есть план и прикрытие. Дай им выполнить свою работу!       — У нас там друг в опасности! Я должен что-то сделать! — голос Эша сорвался на повышенную ноту, в нём зазвенела знакомая Гэри отчаянная упрямость.       — Если они не смогут его спасти, то ты тем более не сможешь, а в худшем случае — сам погибнешь или спровоцируешь смерть заложников! Стой тут! Это приказ!       — «Ты действительно думаешь, что их остановит спецназ? Учитывая, что у них есть оперативники, которые даже покемонов не боятся? Эти люди в броне — просто мишени. Наивность и бесполезность! Вот чем ты являешься сейчас, прячась за машиной, пока твоего друга, возможно, пытают или уже убили!» — шёпот в сознании прозвучал громче выстрелов снаружи.       — «Заткнись! Просто, блять, заткнись!» — мысленно выкрикнул Эш.       — «А разве я не прав?» — после этой фразы, голос в голове затих, оставив после себя лишь горький привкус правды и леденящую пустоту.       Эш бессильно опустился на корточки, спиной прислонившись к холодному металлу микроавтобуса. Каждая клетка его тела горела, требуя ринуться в бой, а адреналин подталкивал к этому, разгоняя сердце, мозг начал лихорадочно проигрывать десятки планов атаки, маршрутов проникновения, расчётов сил, словно он уже был там. Перед глазами, наложившись на реальность, мелькнули кадры: ослепляющая вспышка, обжигающее пламя Ультра Некрозмы, прошедшее по спине раскалённой плетью. Облик Лилли, её глаза, полные решимости, когда она оттолкнула его от смертоносного луча, приняв удар на себя. Эш с силой схватился за волосы, пытаясь перебить призрачную, но такую живую боль воспоминаний. Из музея донёсясь ещё одна очередь, и он вздрогнул, прижавшись лбом к коленям.       — Эш? — голос Гэри вырвал его из воспоминаний.       — А? Что такое? — спросил он, с трудом фокусируя взгляд на лице друга, в ушах всё ещё стоял навязчивый звон, смешавшийся с эхом прошлых взрывов.       — Ничего. Просто проверяю, что ты здесь, — в голосе Гэри не было привычного сарказма, лишь плохо скрываемая тревога.       — Гэри, я не умею исчезать… — Эш попытался шуткой отгородиться от накатывающей паники, но получилось слабо и неестественно.       — Я не в этом плане, Эш… не в этом плане. — Гэри покачал головой и перевёл взгляд на Мисти, прижатую к его груди, её плечи слабо дрожали. — Все будет хорошо… Все будет хорошо.       Раздался громкий взрыв, за которым последовал звон бьющегося стекла. Мисти резко дернулась в руках Гэри, пытаясь убежать. Лукер резко выпрямился, глубоко вдохнув, а лицо стало каменным, профессиональная маска окончательно застыла. Сердце ударило по рёбрам изнутри, как молот, вышибая воздух и ставя точку в мучительном ожидании. Время сжалось, замедлилось, а потом рвануло вперёд с бешеной скоростью. Пора.       Он резко вскочил на ноги. Кулак со всей силы, с немой яростью от собственного бессилия, обрушился на холодную стенку микроавтобуса. И прежде чем кто-либо успел среагировать, он уже нёсся к зданию музея. Почти одновременно с этим, без какой-либо команды, из покеболла на его поясе вырвался Лукарио, Пикачу спрыгнул с плеча тренера и ринулся рядом, его щёки затрещали разрядами наготове.       — Эш! Стой! Чёрт возьми, вернись! — крикнул ему в спину Лукер.       — Аркеус, что он за идиот?! — выдохнула Мисти, и в её голосе был уже не страх, а леденящее душу осознание: теперь двое самых близких её людей были там.       Гэри не стал ничего отвечать. Он лишь молча, с странной, горькой ухмылкой, покачал головой, всё ещё прижимая к себе дрожащую Мисти.       — Это Эш, — произнёс он наконец, и в этих двух словах было всё объяснение. — Сама же говорила — он Избранный.       Эш подбежал ко входу, его подошвы скользнули по груде битого камня и осколков стекла. Все было в каменной и бетонной пыли. Лукарио аурой совершили резкий, сокрушительный толчок вперед. Невидимая волна энергии сдула клубы пыли. В конце коридора зияла огромная, неровная дыра, пробитая наружу, и сквозь неё лился холодный воздух, смешиваясь с пылью. Посреди хаоса стояли самодельные баррикады из перевёрнутых витрин и скамеек, а перед ними бесформенное скопление тел в гражданской одежде. Зажимы, наручники, намордники на покемонах.       Спецназовцы и их покемоны, застигнутые взрывной волной, откашливались, пытаясь привести себя в порядок. Никто из них, как и ни один из людей в чёрно-красной форме Команды R, лежащих рядом, не казался серьёзно раненым. Эш прошёл вперёд, его шаги были тяжёлыми и неестественно громкими в гробовой тишине, наступившей после взрыва. Его взгляд скользил по лицам, ища знакомые черты. И нашёл. Сердце остановилось, а потом рванулось в бешеной пляске, пытаясь вырваться из груди.       — Нет… нет-нет-нет! — его голос сорвался на хриплый шёпот.       Затылок Брока был разворочен. Входное отверстие было маленьким, почти аккуратным, а вот выходное… Кости, мозг, кровь — всё смешалось в ужасающую, тёмную массу, прилипшую к камню. Его глаза застыли в немом, застигнутом врасплох ужасе. Смерть была мгновенной.       Перед глазами Эша промелькнули кадры: первая битва в гим-зале Пьютер-Сити, его надоедливые, но такие нужные советы, путешествия по Канто, Хоэнну и Синно, его безумная кухня, его вера в него… Всё это пролетело и рассыпалось в прах за одну секунду. Боль прожгла его насквозь, выжигая душу дотла.       Он попятился, спотыкаясь о ноги какого-то тела, и закрыл лицо руками. Но не чтобы скрыть слёзы — их не было. Только ледяное, абсолютное онемение и шок, сквозь который пробивалась лишь одна мысль.       — Монстры… Чудовища… — прошептал он.       — «А я тебе говорил. Смотри, как эффективно. Никакого пафоса, никакого героизма. Просто пуля в затылок. Такова цена твоей наивности, Ясень.» — образовался силуэт Тёмного, он стоял, прислонившись к обгоревшей стене, и безразлично, с лёгкой усмешкой, разглядывал кучу тел, как выставку в музее.       Лукарио, чувствуя аурой бушующую внутри тренера боль, которая грозила его поглотить, осторожно положил когтистую лапу ему на плечо. Молча, с непререкаемой силой, он стал подталкивать Эша к выходу, уводя от страшной находки.       Гэри и Мисти, увидев их, выходящих из дыма, на миг обрадовались, но эта радость умерла, не успев родиться. Они увидели его походку, она была медленная, деревянная. Увидели его лицо — бледное, пустое, с глазами, смотрящими в никуда. Увидели, как Лукарио почти тащит его.       — Профессионалы, да? Есть план и прикрытие, да? Отрабатываем протокол, да? — Эш не повышал голоса, просто смотрел Лукеру в глаза, тот решил не отвечать.       Эш медленно отвернулся от него и подошёл к Гэри и Мисти. Он посмотрел на её полное надежды лицо, на её дрожащие губы, и ему показалось, что он снова чувствует тёплую тяжесть головы Брока на своих ладонях.       — Он… — голос Эша сломался, предательски дрогнув на единственном слове. — Он мертв. Прямо в затылок… Ублюдки… Они за это заплатят. Всей своей проклятой кровью!       Глаза Эша на секунду вспыхнули алым, кровавым светом. Ярость поднялась из глубины, пытаясь сжечь изнутри остатки рассудка. Гэри, уже видевший однажды это пугающее преображение, инстинктивно рванулся вперёд, закрывая Мисти собой.       — Пиикааа… — тревожно протянул Пикачу и дернул Эша за волосы, он не видел алых глаз, но чувствовал леденящую душу волну ненависти, исходящую от тренера. Не раздумывая, он вцепился лапками в знакомые чёрные волосы и дёрнул изо всех сил.       — Ай! Зачем! — Эш дёрнулся от внезапной боли, и алая плёнка мгновенно спала с его глаз, сменившись минутным недоумением и раздражением, он посмотрел на Пикачу, который смотрел на него умоляюще, и взгляд его смягчился.       — Гэри, можно тебя на секунду? — произнёс Лукер, его голос прозвучал негромко, отойдя немного в сторону.       Гэри кивнул, одним взглядом приказав Мисти остаться с Эшем. Та, всё ещё бледная, но взявшая себя в руки, тут же начала что-то быстро и взволнованно говорить с Эшем, переводя его внимание на себя, на воспоминания, на что угодно, лишь бы отвлечь его.       — Надо что-то?       — Не совсем. Я, конечно, хотел это сказать Эшу, но он сейчас… скажем так, не в том состоянии, чтобы адекватно воспринимать что-либо, — Лукер протянул Гэри ключ-карту от номера в покецентре. — Мы обосновались здесь на пару дней. Оказалось, руководство сняло лишнюю комнату для оперативных нужд. Ваша. Идите, отдохните. Приведите себя в порядок. У вас был… экстремальный день. И передай ему, чтобы со мной связался, когда остынет. Есть к нему одно предложение. Деловое.       — Хорошо, — кратко ответил Гэри, сжимая ключ в кармане.       Он вернулся к своему маслкару, рывком открыл водительскую дверь и грубо упал за руль. Ключ повернулся в замке зажигания, и двигатель проснулся с низким рёвом. Мисти и Эш удивлённо подошли к машине.       — Ты уже уезжаешь? — спросил Эш.       — Нет. Просто перепаркуюсь к покецентру. Нечего тут пыль глотать, — его голос был нарочно бытовым, пытаясь вернуть хоть каплю нормальности в этот день.       — К покецентру? — голос Мисти был печальным, но в нём проскользнула нотка растерянности.       — Ага. Мы с Эшем до этого Молтреса усмиряли, потом нападение на лабораторию дедушки — Гэри махнул рукой, словно отмахиваясь от всего этого кошмара. — Короче, нужно отдохнуть. Есть комната.       — Тебя это Лукер попросил, да? — Эш прищурился.       — Я знаю, что ты не глухой, Эш, — отрезал Гэри, смотря прямо на дорогу. — Едем или нет?       — Ладно, — Эш тяжело вздохнул, он отодвинул переднее пассажирское кресло и молча устроился на заднем диване, зажатый между своим рюкзаком и дверью, место спереди он без слов уступил Мисти.       — Спасибо… — тихо поблагодарила она, устраиваясь на кожаном сиденье и пристёгиваясь дрожащими пальцами.       Гэри легонько нажал на педаль газа. В этот раз маслкар тихо двинулся вперёд. Подвеска почти не скрипела на мелких неровностях, двигатель ворчал под капотом ровно и глухо, не пытаясь сорваться в свой привычный рёв. Даже выхлопная система, казалось, наконец-то заткнулась, не отравляя салон едким дымом.       Машина остановилась возле входа, Мисти молча вышла, дав Эшу пространство выбраться. Он вытащил свой потрёпанный рюкзак, вылез из салона и замер, его взгляд метнулся по сторонам, дикий и потерянный, словно он искал угрозу в каждом углу.       — Что-то не так? -голос Мисти прозвучал тревожно, она инстинктивно последовала за его взглядом.       — Где Лукарио? — его вопрос вырвался резко, с ноткой начинающейся паники.       — У тебя за спиной, — ответил Гэри, захлопывая водительскую дверь. — Мы его случайно забыли. Прости, Лукарио.       Лукарио, стоявший в тени, просто молча кивнул, не желая портить и так плохой день своей обидой. Они зашли в покецентр, сдав покемонов на срочный осмотр и лечение, Пикачу наотрез отказался уходить, устроившись на плече у Эша. Группа поднялась на нужный этаж. Дверь в номер отворилась с тихим щелчком, открывая вид на унылую, но знакомую обстановку: пара односпальных кроватей с дешёвым постельным бельём, тумбочка, дверь в совмещённый санузел. Воспоминания нахлынули волной — не столько о Броке, сколько о тысячах таких же ночей в таких же комнатах за годы скитаний. Эти стены были свидетелями их взросления, побед и поражений. Это был их второй дом.       — Дом, милый дом, — иронично произнес Эш бросив рюкзак рядом с кроватью, а сам сел на её край.       — И не говори, — безжизненно поддержал Гэри, падая на соседнюю кровать и закидывая руку на лоб.       Мисти тихо устроилась рядом с Гэри, её взгляд утонул в сером осеннем пейзаже за окном. Эш сидел неподвижно, сжатые кулаки лежали на коленях. Его разум, отринув шок, лихорадочно прорабатывал варианты, и вдруг он резко поднял голову, его взгляд упёрся в Гэри. Тот почувствовал этот взгляд кожей и медленно приподнялся на локте, встречая его.       — Я хочу, чтобы вы кое-что для меня сделали! — голос Эша прозвучал тихо, но заставил обратить внимание Мисти и даже Пикачу. — Гэри, Мисти, отправляйтесь на Оранжевые острова!       — Не, сейчас осень, не сезон… — попытался разгрузить обстановку Гэри.       — Гэри! — голос Мисти прозвучал как хлыст, заставив его умолкнуть.       — Не для отдыха, Гэри, а за GS-шаром!       — Ну, во-первых, — Гэри окончательно сел на кровати. — GS-болл в Джото, в Азалия-Тауне у Курта, «Эксперта по покеболлам». А во-вторых, зачем он тебе, чёрт возьми, сдался? И что ты вообще задумал?       — Курт умер от старости пару лет назад, а его внучка, Мэйзи, не поняла, что с GS-боллом делать и передала его обратно профессору Айви, — начал пояснять Эш. — Учитывая обстоятельства и то, что, я почти уверен, предложит мне Лукер… будет отлично, если у нас будет шанс всё исправить.       — Что это вообще значит?! «Всё исправить»? — Мисти вскинула на него испуганные глаза, в её сознании мелькнули самые страшные догадки.       — После этого отправляйтесь в Калос. Там сейчас должно быть относительно безопасно, Команду Пламя почти всю пересажали. Найдите там гим-лидера Люмиос-сити — Клемонта, моего друга. Передайте ему от меня… всё. Он поймёт.       — Хорошо, а дальше что? — уточнил Гэри, уже без тени иронии, он видел, что Эш говорит не с потолка.       — В лучшем случае, вы там отдохнёте и дождётесь моих инструкций. В худшем… — Эш отвел взгляд, — вам придётся готовиться к худшему. Помогать ему готовиться.       — А почему именно Калос? — не унималась Мисти.       — Ультимативное оружие и Солнечные часы, — мрачно опередил ответ Эша Гэри, его собственные знания истории регионов сложились в единую, пугающую картину.       — В точку. Мне будет гораздо спокойнее, если в Калосе будет несколько человек, которые знают, что делать, если всё полетит к чертям. Я могу на вас рассчитывать?       Гэри перевёл взгляд на Мисти. Та колебалась, её пальцы сжимали край матраса. Но потом в её глазах, полных слёз, вспыхнул огонь. Жажда справедливости. Мести. Она кивнула, не в силах вымолвить слово.       — Да, — их голоса прозвучали одновременно.       — Тогда будьте аккуратны. Теперь от Команды R можно ожидать чего угодно. Они не будут шутить.       — Предлагаю отправиться прямо сейчас, — неожиданно предложил Гэри, отбрасывая ноги с кровати и потягиваясь так, что кости хрустнули.       — Ну не знаю, — Мисти нахмурилась. — Тебе не нужно отдохнуть? Ты же за рулём будешь. Я как-то не готова врезаться в дерево из-за того, что ты уснёшь за рулём.       — Ты реально какую-то фигню сморозил, будем честны, — Эш скрестил руки на груди, но в углу его рта дрогнула чуть заметная улыбка.       — Тише-тише, Ясень, — отмахнулся Гэри, подмигивая. — Я отдохну. Час за рулём — лучше любой медитации. Особенно на этих дорогах.       — Ясень?! — Мисти сначала удивилась, а потом её лицо озарилось пониманием, и она рассмеялась коротким, лёгким смешком, который прозвучал неожиданно громко в этой унылой комнате и на мгновение прогнал тень недавней трагедии.       — Ну вот видишь, что ты наделал! — Возмутился Эш, вскакивая с кровати и начиня слабо, по-дружески лупить Гэри подушкой, которую он ловко взял с соседней кровати. — Теперь это навсегда!       — Конец тебе, Кетчум! — Гэри вступил в «бой», отбиваясь собственной подушкой, пока Мисти, смеясь, старалась увернуться от летающих перьев.       Передохнув пару часов Мисти и Гэри собрались уходить. У выхода они замерли в неловком молчании, которое нарушил Эш, разом притянув обоих к себе в крепкое, молчаливое объятие. В нём было всё: и просьба быть осторожными, и благодарность, и горечь разлуки. Они ответили ему тем же. Гэри уже привычно сел за руль, привычными движениями проверяя зеркала, а Мисти села на пассажирское кресло, пристегнулась и уставилась в окно, её пальцы нервно перебирали прядь волос.       — Так, — Гэри вырулил на пустынную в этот поздний час дорогу. — Главный вопрос недели: «Как нам вообще попасть на Оранжевые острова в текущей ситуации?» Варианты есть?       — Ну, — начала вспоминать Мисти, загибая пальцы. — Аэропорт Саффрон-Сити, Порт Вермилион-Сити. Или… нанять катер с Острова Синнабар. Вроде бы всё.       — До Синнабара далеко, — тут же отрезал Гэри, мысленно прокручивая карту Канто. — А если ехать в Вермилион-Сити, то всё равно придётся петлять через Саффрон-Сити. А если ехать в Саффрон-Сити, то будем проезжать прямо через твой дом в Церулин-Сити.       — Ты так говоришь, будто не рад этому, — Мисти немного кокетливо, пытаясь разрядить обстановку, посмотрела на него.       — Нет, я рад, — Гэри покачал головой, и на его лице появилась лёгкая, почти незаметная улыбка. — И рад очень сильно, что от Пьютера до Церулина, наконец-то, провели нормальную дорогу. Хоть по горам и ухабам не поедем.       Гэри прибавил газу, и машина понесла их вперед, оставляя за собой Пьютер-Сити.       Эш нашёл Лукера в небольшом, почти безлюдном сквере неподалёку. Агент сидел на одной из скамеек, погружённый в чтение газеты, и в его позе была кажущаяся небрежность, которую Эш сразу раскусил, каждый мускул в том теле был наготове. Лукер поднял взгляд, на его лице промелькнула короткая, ничего не значащая улыбка, и он кивнул на свободное место рядом.       — Про тебя пишут, — без предисловий произнёс Лукер, протягивая газету, его палец ткнул в несколько абзацев на развороте, заголовки кричали о скандале. — Избиение покемонов, использование допинга, запугивание гим-лидеров, угрозы тренерам… Солидный список. Неплохой срок светит, Кетчум, если это всё подтвердят.       — Ты прекрасно знаешь, что этого я не делал, — Эш вчитывался в газету. — Мой титул теперь недействителен? Вот холера, придётся опять побеждать Леона. Надоело уже.       — Знаю, — Лукер отложил газету. — Даже знаю, что это дезинформация Команды R. Очень профессиональная работа, надо признать. Цель их ясна — дискредитировать, изолировать, обезвредить. Стандартно.       — Я и так планировал разбираться со всем этим скрытно, — Эш откинулся на спинку скамейки, уставившись в серое осеннее небо. — Буду скрываться от общества. Идеальный расклад для них, да? Ты хотел мне что-то предложить?       — Предложить? Скорее, сделать встречное предложение твоему решению уйти в тень. Мы готовим рейд. На одну из их баз. Она под казино в Селадон-Сити. Старое, но всё ещё действующее логово.       — Рейд? — на губах Эша появилась кривая, безрадостная ухмылка, больше похожая на оскал. В его глазах на мгновение мелькнул алый отблеск.       — И нам нужен сильный тренер.       Эш несколько секунд молча смотрел на него, оценивая. Потом его взгляд стал остекленевшим, устремлённым внутрь себя, будто он прислушивался к тихому голосу в собственной голове. Когда он снова заговорил, его голос был тихим, но в нём звенела сталь, сдерживаемая ярость, отложенная на потом.       — Я с вами.

***

      Эш и отряд Лукера пробивались через лабиринт коридоров подземной базы Команды R. Свет аварийных фонарей, мерцая, отбрасывал на стены сумасшедшие тени от сражения. Покемоны Эша работали молниеносно и безжалостно. Лукарио парировал атаки в ослепительном вихре голубой ауры, Пикачу пронзал ряды противников молниями, а Чаризард, рыча, просто сметал всё на своём пути огненным шквалом, раскидывая покемонов Ракеты, словно футбольные мячи.       Они вломились в информационный центр базы. Помещение, залитое холодным светом мониторов, уставленное серверными стойками, которые гудели, как улья Бидриллов. Данные на экранах были тем, что они искали.

Мастерболл передан.

Координаты: Хоэнн.

Получатели: Команда Магма и Команда Аква.

      Все его худшие опасения, все кошмары, что крутились в голове с утра, материализовались в черных буквах на белом экране.       — Эш, это может дезинформация, — спокойно произнес Лукер.       — А что если нет? Они уже смогли подчинить себе Молтреса! А теперь у них мастерболл! Понимаешь, что это значит?!       — Эш, Магма и Аква — заклятые враги. Они никогда не смогут договориться, кому достанется мастерболл и какого легендарного покемона ловить.       — Они не будут его делить и долго решать, кого ловить, — Эш медленно обернулся, и его взгляд был мрачным. — Они уже всё решили.       — Что ты имеешь в виду? — Лукер нахмурился.       — Рейкваза, — имя этого покемона пробило словно гром в его голосе. — Они поймают Рейквазу. Я отправляюсь в Хоэнн. Хочешь ты этого или нет.       Спустя пару часов, когда солнце уже утонуло в багровых тонах за горизонтом и по небу поползли первые синие тени ночи, Эш приземлился на спине Нойверна возле своего дома в Паллет-Тауне. Он вернул усталого дракона в покеболл и, сделав глубокий вдох, нажал на кнопку звонка. Свет на крыльце зажёгся, и дверь распахнулась, озарив его силуэт тёплым жёлтым светом.       — Эш! Пикачу! — голос Делии вырвался от волнения криком, она ринулась вперёд и крепко обняла его, словно боялась, что он исчезнет. — Я так за вас переживала! Профессор Оук рассказал про Молтреса, и я видела репортаж из Пьютер-Сити!       — Мам, я в порядке, — Эш обнял её в ответ, а Пикачу запрыгнул на её плечо и трогально потёрся щекой о её щёку. — Я ненадолго. Только вещи собрать.       — Опять внеочередное путешествие? — спросила она, отстраняясь, чтобы посмотреть ему в лицо.       — Хуже. Мир спасать, — он попытался сказать это с шуткой, но в его голосе прозвучала только горькая правда.       — Пика-пи! — гордо произнес Пикачу.       — Тебе двадцать один год, а ты всё ещё играешь в героя, — Делия беспомощно развела руками.       — Нет, я просто магнит для проблем, — с натяннутой улыбкой ответил Эш, поднимаясь в свою комнату.       Он наскоро дополнил свой потрёпанный рюкзак самым необходимым походным снаряжением, взял пару комплектов одежды. Затем переоделся, сбросив яркую красно-чёрную ветровку. Новая куртка была другого цвета, более тёмных, приглушённых тонов, с капюшоном, напоминающая ту, что была у него в Калосе. Он накинул на нижнюю часть лица тёмный шарф, скрыв лицо.       Его взгляд упал на ящик стола. Он открыл его и вынул фотографию Серены. Её улыбка сияла на снимке, таком ярком и таком далёком.       — Я знаю, что ты считаешь меня монстром… — его шёпот был едва слышен в тишине комнаты. Он провёл пальцем по застывшему изображению. — Но я всё ещё люблю тебя. Надеюсь, что ты всё ещё веришь в меня… хоть чуть-чуть.       Он бережно положил снимок в отсек бумажника. Взял с тумбочки Z-кольцо и Z-кристаллы, перчатку с ключ-камнем для мега-эволюции и браслет для динамакса. Затем погасил свет и спустился вниз. Делия ждала его у двери. Она смотрела на него так, как провожала в каждый его регион: с безграничной материнской гордостью и трепетной надеждой, что этого раза хватит, что он наконец-то насытится дорогой.       — И не забывай менять белье! — произнесла она вовнеочередной раз.       — Не забуду, — ответил Эш с неожиданной для самого себя серьёзностью, вместо привычного смущённого бормотания, он обнял её ещё раз, быстро и сильно. — Береги себя.       Эш вышел на ночную улицу. Звезды мелькали на черном небе, холодный ветер сразу обдул его волосы. Он выпустил Нойверна и залез на него. Нойверн, взмахнув мощными крыльями, оторвался от земли, унося его прочь от спящего города.

***

Смена фокуса: Эмили

Опять? Опять.

Регион Канто, портовая зона Вермиллион-Сити. День.       После успешной сдачи мастерболла и чертежей группа распалась. Эмили, как отработанный материал, была оставлена в Вермиллион-Сити в ожидании нового приказа, в то время как отряд Декенна погрузили на грузовое судно, уходившее в Юнову.       Временная база располагалась в одном из заброшенных огромных ангаров на окраине порта. Эмили сдала своё тактическое снаряжение техникам на обязательное обслуживание и ремонт после операции, а сама переоделась в свой «городской» камуфляж — потрёпанный бомбер, рваные джинсы, красные кеды. Тело, привыкшее к жёсткому комбинезону и броне, ощущало необычную лёгкость.       Она лежала на жесткой армейской койке, втиснутой в угол ангара, и уставилась в потолок. Высокие своды из ржавых металлических балок терялись в полумраке.       — «Декенн даже не планировал штурмовать первый этаж для отвлечения охраны… Но в последний момент… он передумал.» — в голове, затуманенной пост-операционной пустотой, назойливо, как заевшая пластинка, крутилась одна и та же фраза, обронённая техником Митчем.       Почему-то именно эти слова врезались в память, отказываясь стираться. Зажигалка, сон, воспоминание покеболла. Все это расплывалось, стоило лишь попытаться сфокусироваться.       С другого конца ангара, из закутка, отгороженного грудами ящиков с надписями «Осторожно! Электроника!», эхом доносилась музыка. Тяжелый бас, искажённый плохими динамиками, ритмично отбивал такт. Нарушение протокола тишины, но кто станет перечить единственным техникам в радиусе пятидесяти километров? Эмили поднялась с койки. Движение было машинальным, вызванным не желанием, а внутренним таймером, сообщавшим, что время обслуживания истекло. Её шаги беззвучно ступали по бетонному полу. Она двигалась к источнику звука, её взгляд скользил по металлическим стенам, задевая тени, которые плясали в такт музыке.       — Ого, а ты вовремя! — прокричал один из техников, едва Эмили показалась в проёме их импровизированной мастерской, его голос едва перекрывал вой болгарки и грохот станка.       — Чел, они зомби, — не оборачиваясь, проворчал второй, вцепившийся в ручку фрезерного станка, стружка летела во все стороны. — Чего ещё от них ожидать? Пришли, как по расписанию. Роботы, блять.       — Да и не такие они тупые! — отозвался третий, на мгновение приподняв защитную маску сварочного аппарата, ослепительная дуга погасла, оставив после себя синее пятно в глазах. — Чего только Базальт стоит! Интеллигент, а не оперативник!       — Базальт? — первый техник фыркнул, откладывая в сторону какой-то датчик. — Он меня на прошлой проверке чуть не захерачил за неправильно запаянную микросхему! Чуть руку не сломал!       Имя «Базальт» ударило Эмили в висок. В висках застучало, в ребрах вспыхнула призрачная, но очень яркая и острая боль, голова на секунду поплыла. Но её тело даже не дрогнуло. Она стояла недвижимо, ожидая, когда на неё обратят внимание.       — Так, как тебя там? Сноувайт? — техник за главным столом, заваленным платами и проводами, наконец повернулся к ней, лениво скользнув взглядом по её фигуре.       — Сноухейз, — поправила его Эмили ровным и безразличным тоном.       — Да, конечно, Снежинка, — безразлично ответил он и достал планшет со списком снаряжения. — Ага. Смотрим… Пистолет, сканер датчиков, ПНВ, ЭМИ-пистолет, гарнитура — изымаются, поскольку это было снаряжение под конкретную миссию. Дробовик тоже, боевые трофеи, тем более такие серьёзные, у нас под запретом. Скажи спасибо, что я не написал на тебя рапорт за несанкционированное присвоение. У тебя остаётся боевой комбинезон, бронежилет, плиты к нему, пальто-плащ, охотничий нож, мультитул… Ничего не забыл?       — Ботинки, полумаска, перчатки, — отчеканила Эмили.       — А, переиспользование расходников, — техник кивнул, делая пометку на планшете. — Точно. Ладно, забирай свои вещи.       Он выдвинул из-под стола аккуратно сложенную стопку. Вещи были почищены, отремонтированы, комбинезон и плащ отдали слабым запахом стирального порошка, убрав запах крови и пороха. Эмили взяла свою экипировку и развернулась, чтобы отнести её к койке.       По дороге, в полумраке ангара, она почти столкнулась с офицером связи. Тот стоял, выжидающе сложив руки за спиной.       — Вот ты где! — его голос прозвучал резко, без предисловий. — Тебя срочно вызывает командование. Новый приказ. Как можно быстрее, даже не переодевайся! Вперёд!       Эмили не кивнула, не ответила. Она бросила вещи на койку и почти бегом направилась к выходу из ангара, её кеды бесшумно ступали по бетону. Выбравшись на улицу, она заставила себя сбавить темп, чтобы не привлекать лишнего внимания. Соседняя пристройка, некогда портовая контора, теперь была отдана под нужды регионального командования Команды R. Солдат на входе, узнав её, молча пропустил внутрь и проводил до массивной двери.       — Сноухейз? — за столом в кабинете стоял человек в идеально отглаженной униформе с нашивками «Администратора». Команда R всегда была больше похожа на корпорацию, чем на армию.       — Так точно, — ответила Эмили, заняв положение «смирно».       — Интересный образ, — его взгляд скользнул по её рваным джинсам и кедам, надолго задержавшись на лице. — Стиль Джотто? У вас там, на западе, все такое носят?       — Никак нет. Гражданская одежда для работы в городе.       — Поздравляю, я почти повёлся… — он усмехнулся и резким движением кинул на стол несколько фотографий, сделанных скрытой камерой, на них был запечатлен молодой человек с тёмными взъерошенными волосами и упрямым подбородком, улыбка на его лице казалась яркой и беззаботной, совершенно неуместной в этом кабинете. — Захват и доставка цели. Живым и невредимым. Цель: Эш Кетчум. Ранг тренера: Монарх. Он прибудет в Хоэнн в течение следующих трёх-четырёх дней, мы в этом уверены. Через час от причала №4 отходит круизный лайнер «Прилив». На нём ты отправишься в Слейтпорт-Сити. Дальнейшие инструкции получишь от нашей местной ячейки по прибытии. Вопросы?       — Снаряжение? — спросила Эмили, её взгляд был прикован к фотографии, лицо на снимке ничего не вызвало в её памяти, кроме улыбки, она была знакомой.       — Всё необходимое получишь в Хоэнне. Полный полевой комплект.       — Отряд?       — Работа в одиночку. Высокий профиль цели и чувствительность операции исключают групповую работу.       — Вопросов нет.       — Отлично, свободна.       Эмили развернулась и вышла из кабинета, не оглядываясь. Морской ветер на улице ударил ей в лицо, заиграл прядями белых волокон, выбившихся из хвоста. Он был влажным, солёным и холодным. Но она его почти не чувствовала. Внутри её черепа, чётко и неумолимо, как метроном, уже отсчитывал ритм новый приказ. Один-единственный, заглушающий всё остальное.       Захватить Эша Кетчума.