Раздор

Враги мои говорят обо мне злое: «когда он умрет и погибнет имя его?»

Псалом 40:6

За несколько недель и 2 месяца до второй битвы за Солнечные Часы Анистар-сити

Регион Синно, в нескольких днях до западной границы региона. Утро.       Утрений густой туман накрыл лесной холм, стирая границы между землей и небом. Холодный ветерок шелестил ветками ёлок, с которых тяжелыми каплями осыпалась влага. Воздух был насыщен запахом хвои и влажной земли.       На холме, под сокрытием низко опущенных веток, стояла походная палатка, сливающаяся с серо-зеленым пейзажем. Рядом, в углублении, обложенном мокрыми камнями, чернела зола давно потухшего костра. Эш выглянул из палатки. Глаза, привыкшие щуриться от яркого солнца Хоэнна, с трудом пробивали белую пелену.       — Нихуя не видно, — тихо, произнес он, его дыхание превратилось в небольшое облачко пара в ледяном воздухе.       Он выполз наружу, поеживаясь от холода, за ним выпрыгнул Пикачу. Эш машинально осмотрел периметр, его взгляд скользнул по затихшим деревьям, ища любую аномалию, любую угрозу. Лишь убедившись, что они одни, он принялся за работу.       Ловкими движениями он разгрёб холодную золу, подложил сухой растопки из герметичного пакета. Спичка чиркнула с сухим треском, осветив на мгновение его лицо, и вскоре уютное потрескивание нарушило гнетущую тишину тумана. Пламя, сначала робкое, затем всё более уверенное, принялось жадно пожирать хворост, отбрасывая тени на влажные стволы деревьев. Эш поставил над огнём походный котелок, наполненный водой из фляги. Пока вода закипала, он расставил небольшой складной столик, который он таскал с собой ради редких моментов подобия нормальной жизни.       — Выходите, ребята, — тихо сказал он, нажимая кнопки на покеболлах.       Вспышки красного света нарушили монохромность утра. Лукарио тут же принял стойку, его чувствительная аура волнами пошла сканировать окрестности, и он настороженно замер, чувствуя нечто большее, чем просто туман. Септайл потянулся, его листья слегка поникли от сырости, а Генгар, вынырнув из тени самого Эша, тут же принялся строить рожицы отражению в луже. Шайни-Гардевуар материализовалась бесшумно. Её оранжевые глаза медленно обвели горизонт, и на её лице на мгновение отразилась тревога. Она почуствовала эхо кошмаров в этом регионе.       Эш потрогал последний покеболл на поясе. Тот, что с Рейквазой. Он почувствовал слабую, едва уловимую вибрацию. Хоть это и был легендарный покемон, способный пересечь океан за ночь, Эш решил дать ей отдохнуть. Перелёт из разрушенного Хоэнна сюда, на сырую границу Синно, отнял у неё больше сил, чем он ожидал. Или это его собственная усталость отражалась в ней через их новую, едва налаженную связь.       — Сегодня без тебя. Отоспись, — прошептал он.       Вода в котелке начала закипать, и Эш, всё ещё чувствуя настороженный взгляд Лукарио и Гардевуар в спину, принялся насыпать в кружку дешёвый растворимый кофе. Привычный ритуал. Попытка создать иллюзию контроля в мире, который медленно, но верно погружался в хаос.       — Так-с, что у вас будет на этот раз на завтрак… — проговорил Эш, смотря в свой рюкзак в поисках корма для покемонов. — В этот раз у вас будет с ягодами!       Он потянулся к мискам, но его движение замерло в полете. Он поднял взгляд.       Лукарио и Гардевуар стояли, отвернувшись от лагеря. Их спины были напряжены. Лукарио слегка наклонил голову, уши подрагивали, улавливая малейшую вибрацию, а его лапы были сжаты в кулаки, из которых уже пробивалось слабое голубое сияние ауры. Гардевуар не двигалась вовсе, но воздух вокруг нее звенел от сконцентрированной психической энергии, а взгляд был прикован к одной точке. В глубине леса. Туда, где среди теней деревьев, среди промокших кустарников, промелькнуло что-то. Быстрое. Целеустремленное. Серебристый силуэт.       Эш медленно поставил упаковку с кормом на столик. Генгар замолк, его хихиканье оборвалось на полусмешке, и он растворился в тени, оставив на земле лишь две узкие, настороженные щелочки глаз.       — «Ну что, Ясень.» — прозвучал в голове знакомый язвительный шепот. — «Сюрприз из прошлого или ты надеялся, что она просто так отстанет?»       Эш не ответил. Его собственное сердце застучало чаще, но не от страха. От адреналина, от знакомой предсказуемости этой жизни. Казалось, хоть на один день можно было бы забыться. Но нет. Он сделал едва заметный кивок Лукарио. Серебряный силуэт снова мелькнул, теперь ближе. Он не скрывался. Он двигался с холодной, неумолимой прямолинейностью. Прямо на них.       Эш глубоко вздохнул.       — Всем приготовиться, — его голос прозвучал тихо, но с той стальной нотой, что заставляла Пикачу на его плече тут же напрячься, а щеки вспыхнуть готовыми разрядами. — Похоже, завтрак придется отложить.       В этот момент Гардевуар резко дернула рукой. Объект, летящий из чащи, замер в полете, зависнув в двух метрах от земли, окутанный синеватым пси-светом. Без всякого усилия Гардевуар развернула её и отправила обратно в темноту леса. Оттуда донесся глухой хлопок. Слезоточивый газ тихо шипел. Из кустов справа, почти у самых ног, с противным свистом вылетела связка веревок с тремя грузиками на концах. Она молниеносно обвила мощные ноги Септайла, сковывая его движение. Покемон издал удивленный возглас, пытаясь сохранить равновесие. Лукарио подбежал к нему, его острые когти уже разрезали путы. В этот же миг пространство слева затрещало от разряда. Пикачу, не дожидаясь команды, выпустил в ту точку молнию, но серебряный силуэт был уже слишком близко. Она сократила дистанцию до тренера в долю секунды. Из складок плаща мелькнула рука в черной перчатке, сжимающая электрошокер.       Эш не стал отскакивать, позволив противнику вложиться телом в движение, и в последний возможный момент сделал шаг в сторону, пропуская руку с шипящим устройством в сантиметре от своей груди. Инерция подвела атакующую, она пронеслась мимо него, на мгновение подставив спину.       — Доброе утро! — произнес Эш, его голос прозвучал на удивление спокойно, почти буднично, он развернулся вслед за ней, занимая устойчивую позицию. — Как дела? Опять не выспалась? Видок-то у тебя, скажем так, не очень.       Брови Эмили гневно сдвинулись. Она резко развернулась, её движения были отточенными, но в них проскальзывала едва уловимая дрожь, сказывалась усталость, холод и внутренняя борьба. По её спине пробежал холодный пот, а Генгар, почуяв её смятение, окончательно спрятался в её тени, оставив лишь пару испуганных глаз, следящих за происходящим.       — Даже не скажешь: «привет»? — Эш перевел взгляд на своих покемонов, которые замерли в готовности. — Не атаковать, ясно? Стоять на месте.       Эмили проигнорировала его слова. Она снова ринулась вперед. Эш легко увернулся от прямого удара, но она предвидела это. Резко развернувшись на пятке, она сделала низкую подсечку. Эш рухнул на сырую землю, но не растерялся. Еще лежа на спине, он выбросил вперед ладонь, и от него волной ударила короткая, но мощная вспышка ауры. Невидимый импульс отбросил Эмили, заставив её споткнуться и попятиться. Эш вскочил на ноги, смахнув грязь с куртки. — Всё же было с тобой нормально возле Небесного столба! — крикнул он, его голос сорвался, в нем прозвучала не злость, а почти отчаяние. — Ну, почти…       Эмили, не слушая, снова пошла в атаку. Короткий, резкий удар в нос. Эш уклонился на сантиметр, чувствуя движение воздуха у своего лица, и толкнул её в плечо, отбрасывая на шаг.       — Что заставило тебя опять передумать? — в его голосе прозвучала усталость от этой бесконечной игры.       В ответ оперативница молча, с яростью, схватила со столика открытую пачку корма для покемонов и швырнула её Эшу прямо в лицо. Он инстинктивно закрылся руками, на мгновение потеряв её из виду. Этого мгновения хватило. Она ринулась на него, электрошокер в её руке уже потрескивал голубой смертью. Но она не учла Пикачу. Он нанес точный удар Стальным Хвостом по затылку.       Ярость в серебряных глазах Эмили погасла, сменившись пустым удивлением, а затем полным отключением. Она безвольно рухнула на землю, лицом в мокрую хвою. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь шипением костра и тяжёлым дыханием Эша. Он медленно опустил руки, счищая с лица и волос гранулы корма. Его взгляд упал на тело Эмили, затем на Пикачу, который виновато потер лапкой свой хвост.       — Я же сказал не атаковать, — тихо, без упрека, просто констатируя факт, произнес Эш.       Эш опустился на колени рядом с телом Эмили. Пальцы нашли тонкую нить пульса на её шее. Ровный, стабильный, слишком спокойный для только что кипевшего яростью существа. Жива. Он аккуратно перевернул её на спину, поправил голову, чтобы обеспечить проходимость дыхательных путей, и стянул с её лица чёрную полумаску. Под ней открылось бледное лицо с синевой под закрытыми веками. Резкие, но правильные черты. Без единой эмоции, словно высеченное из мрамора. Эш скупо подумал, что это, возможно, было просто отсутствием какого-либо макияжа, но тут же отбросил эту мысль. Это была маска куда более глубокая.       — Что же с тобой теперь делать? — прошептал он себе под нос, и его взгляд скользнул по окрестностям, будто ища ответ в молчаливых, затуманенных елках.       — «Да оставь ее! Сбрось с обрыва и дело с концом. Она ведь сделала бы так с тобой. Ты же не собрался играть в доктора для куклы Команды R?»       — «Она все ещё человек, а не кукла…» — мысленно парировал Эш, не отрывая взгляда от бледного лица Эмили. — «Ну, с промытыми мозгами, но все ещё человек…»       — «Она проснется в любую минуту и вырвет тебе глаза при первой же возможности! Она, возможно, хороший инструмент, но её быстро заменят при пропаже, при первом же молчании по рации, а затем придет не ещё одна красавица-оперативница, а целый отряд! И тогда тебе, и твоим жалким зверушкам точно настанет конец. Здесь. В этом холодном лесу.»       — «Ты закончил?»       — «Да.» — Тёмный Эш отступил, оставив после себя эхо.       Эш поднял голову и позвал рукой, жестом собрав всех покемонов вокруг. Они приблизились, образуя тесный круг: Пикачу настороженно, Лукарио с холодной готовностью, Септайл с опаской, Генгар, выглядывающий из тени с любопытством, и Гардевуар, чей оранжевый взгляд был прикован к бессознательной форме Эмили.       — Слушайте все, — начал Эш, понизив голос до шепота. — Мы не можем её оставить и не можем позволить ей на нас нападать снова. Значит, вариант у нас один. Попробовать снять с неё это… программирование. Окончательно.       Он перевёл взгляд на Гардевуар и Лукарио. Их глаза встретились с его взглядом, полным решимости и тревоги.       — Мне понадобится ваша помощь. Вся ваша концентрация. Это будет… сложнее, чем в прошлый раз… — Его взгляд скользнул к бездыханному телу. — и гораздо опаснее. Один неверный шаг, и мы можем… повредить что-то важное.       Эш замолчал на секунду, собираясь с мыслями, ощущая тяжесть предстоящего.       — Генгар, ты мне тоже будешь нужен. — Эш перевел взгляд на тень, оттуда ему заулыбался покемон, его широкая ухмылка казалась немного нервной. — Пикачу, Септайл, охраняйте нас и можете поискать каких-нибудь трав, которые приятно пахнут. Только далеко не уходите.       Пикачу коротко кивнул, его взгляд стал серьезным, и он метнулся к опушке, его хвост вытянулся в струну, сканируя местность. Септайл скользнул в другую сторону, его зрение искало не угрозы, а успокаивающие растения. Лукарио, Гардевуар и Генгар чуть плотнее собрались у тренера, образуя живое кольцо вокруг него и бесчувственной Эмили. Воздух сгустился, наполнившись тихим гулом готовящейся энергии.       — План такой, — выдохнул Эш, его голос стал низким и сосредоточенным. — Я стану что-то вроде проводника в её сознании, попробую найти... якоря, самые глубокие блокировки. Лукарио, ты будешь стабилизировать мою ауру, не дашь ей выйти из-под контроля. Если почувствуешь, что я прорываюсь слишком глубоко или её разум сопротивляется слишком сильно, то дерни меня назад. Гардевуар, ты должна будешь следовать за мной, как… скальпель. Найти пробелы в памяти, аккуратно убрать блокировки, восстановить связи… Постарайся не стереть ничего лишнего. Генгар, на тебе самое важное, — Призрачный покемон нервно отвел взгляд, но затем снова посмотрел на Эша. — Ты будешь посылать ей хорошие сны. Самые яркие, самые тёплые воспоминания из её прошлого, которые мы сможем найти. Понял? Никаких кошмаров! Ты должен удерживать её в состоянии покоя, пока мы работаем.       Покемоны замерли на мгновение, обменявшись краткими, понимающими взглядами. Затем, почти одновременно, они кивнули коротко и решительно.       Эш глубоко вдохнул, закрыл глаза, а когда открыл их снова, они вспыхнули ярко-голубым сиянием. Аура окутала его, как легкое пламя. Он приложил свои ладони к вискам Эмили. Её кожа была холодной. Лукарио положил свою лапу на плечо Эша, и голубое сияние вокруг тренера стало ровнее, стабильнее. Другой лапой он коснулся плеча Эмили, создавая мост для энергии. Гардевуар мягко взяла её руку в свои. Её оранжевые глаза зажглись внутренним светом, и едва видимая психическая волна соединила её с сознанием девушки. Генгар, не теряя ни секунды, прыгнул в тень, отбрасываемую телом Эмили, и растворился в ней. Через мгновение по лицу оперативницы пробежала слабая тень улыбки, первый сон уже начал свою работу. Эш напрягся, его тело дрогнуло. Он вошёл в лабиринт чужого, искалеченного разума.

***

      Эмили опять оказалась на поляне с высокой травой, покрытой росой и туманом. Она часто бывала здесь за последнее время, и с каждым разом туман сгущался всё сильнее, становясь почти осязаемым. Она ждала. Ждала знакомого, леденящего душу шепота, который вырвет её отсюда, вернет обратно к миссии, к долгу, к боли. Но шепота не было.       Тишина. Давящая, непривычная тишина, нарушаемая лишь шелестом под её ногами. Она растерянно осмотрелась. Бескрайнее море травы и белая пелена. Ничего больше. Девушка сделала неуверенный шаг вперёд, затем другой. Пальцы машинально коснулись травы. Щекотно. Приятно. Это простое, почти детское ощущение вызвало странный спазм в груди. Она шла, казалось, вечность. Но пейзаж не менялся. Не было ни начала, ни конца, ни выхода. Только бесконечность. Эмили остановилась и бессильно вздохнула. Чувство ловушки, на этот раз без видимых стен, сжимало горло.       Что-то коснулось её плеча. Она резко обернулась. Перед ней стоял тот самый силуэт. Размытый, как воспоминание, но неизменно присутствующий. Она всё ещё не видела его глаз, скрытых дымкой, но улыбка… горела ярче, чем когда-либо прежде. Тёплым, настойчивым, почти навязчивым светом. Он молча протянул ей руку. Открытую. Без угрозы.       Внутри всё сжалось в тугой и болезненный комок. Недоверие, вбитое долгими месяцами. Сомнение, отточенное как бритва. Растерянность, которую она так ненавидела. Инстинкт кричал отступить, ударить, нейтрализовать угрозу, но силуэт не двигался. Он просто ждал. Его рука оставалась протянутой. Немой вопрос, молчаливое предложение. И тогда, повинуясь не логике, не приказу, а чему-то глубокому и забытому, она медленно, будто сквозь толщу воды, подняла свою руку. Пальцы дрогнули. Она взяла его за руку. Прикосновение было не таким, как она ожидала. Оно не было ни холодным металлом, ни обжигающей огнем. Оно было… тёплым. Твердым. Реальным.       Туман рассеялся, уступая место ясному синему небу и ослепительно яркому солнцу. Трава вокруг заискрилась миллионами капель, превратившись в поле из алмазов. Воздух наполнился теплом и спокойствием, пением невидимых птиц и ароматом полевых цветов, которого здесь раньше не было.       Там, где стоял размытый силуэт, теперь был он. Контуры стали четче, обретая форму. Впервые за всё время она увидела его глаза. Не сквозь пелену кошмара, а ясно. Карие. Полные такой же надежды, как и её собственная, только что рождённая.

***

      Эмили открыла глаза. Была уже глубокая ночь, и над лесом сиял хрустальный купол из звёзд, такой яркий, что поначалу ей показалось, будто это ещё один сон. Она лежала на мягком спальном мешке, укутанная в потертое, но теплое одеяло. Воздух был густой, насыщенный ароматом готовящейся похлебки, смолы деревьев и свежести. Настоящий вохдух, осязаемый.       Она медленно приподнялась на локтях. Глаза щурились не только от темноты, но и от нахлынувшей лавины ощущений. В голове не гудел навязчивый голос приказов. Не было чётких, железных инструкций. Вместо них тихий, немного хаотичный рой мыслей. И воспоминания. Обрывки, тени, вспышки, улыбка матери, вера её отца в неё, запахи, ощущение ветра в волосах на скорости, холод металла в руке, боль за все года жизни… Они не были сложены в стройную картину, но они были её воспоминаниями. Она осмотрела свои руки, перевернула ладони, сжала кулаки. Нервный, сдавленный смешок вырвался из её горла, и следом хлынули лёгкие слёзы облегчения. Она хрустнула костяшками пальцев, будто проверяя, на месте ли они.       Её взгляд скользнул по лагерю. Эш сидел у костра, боком к ней, помешивая что-то в подвешенном котелке. Пикачу спал, свернувшись калачиком у его ног, подрагивая во сне. Лукарио и Септайл стояли на краю света от пламени, их взгляды были устремлены в тёмную чащу. Генгар, сидевший к ней спиной, с шумом уплетал что-то из миски, раскачиваясь на месте. А потом её взгляд встретился с оранжевыми глазами Гардевуар. На лице покемона появилась тёплая, понимающая улыбка, и она мягко кивнула.       Эмили глубоко вдохнула, словно впервые в жизни, и стянула с лица надоевшую полумаску. Ночной воздух обжёг лёгкие холодом и свободой. Она запрокинула голову и всмотрелась в бескрайнее звёздное небо, пытаясь осознать происходящее.       — О, ты проснулась! — голос Эша заставил её вздрогнуть.       Он обернулся, и на его усталом лице появилось выражение искреннего облегчения. Его слова привлекли внимание остальных: Пикачу мгновенно проснулся, Лукарио и Септайл обернулись, а Генгар замер с кормом в руках.       — Я уже начал переживать, что мы там что-то важное задели. Как ты себя чувствуешь? — Он внимательно посмотрел на неё, и в его глазах читалась неподдельная забота. — Всё ещё хочешь меня схватить?       Эмили покачала головой, и с её губ сорвался лёгкий, немного сбитый смешок.       — Нет, — её голос был тихим, но твёрдым и, впервые, по-настоящему живым. — Уже нет!       Она поднялась, немного пошатываясь, и подошла к костру. Вместо того чтобы сесть на бревно, она опустилась на корточки рядом с Эшем, подтянув колени к груди. Она молча смотрела на языки пламени, в которых потрескивали ветки, а затем её взгляд упал на котелок.       — А что это? — спросила она тихо, её голос прозвучал немного сипло от долгого молчания.       — Это один из рецептов, который я узнал у своего друга Сайлана, когда я путешествовал по Юнове, — ответил Эш, помешивая содержимое котелка. — Что-то вроде овощного бульона. Ничего особенного, но согревает.       — Сайлан… Знакомое имя… — Эмили нахмурила брови, листая в памяти обрывки данных. — Он гим-лидер Стриатон-сити, да?       — Один из гим-лидеров! — Эш немного посмеялся, и на мгновение его лицо озарилось теплом от воспоминаний о беззаботных временах. — Будешь? Тут как раз на двоих хватит.       — Да, почему бы и нет, — ответила Эмили, её взгляд всё ещё был прикован к котелку, будто она завороженно следила за кружащимся паром, но вдруг она резко вскочила, будто её ударило током. — БЛЯТЬ, МОТОЦИКЛ!       Не сказав больше ни слова, она развернулась и ринулась прочь от костра, исчезнув в темноте меж кустов и деревьев с той же стремительностью, с какой обычно атаковала. Эш застыл с половником в руке, недоуменно глядя в пустоту, где только что была его… гостья? Союзница? Пока непонятно. Пикачу встревоженно вскочил на ноги, уши торчком. Лукарио и Септайл обменялись красноречивыми взглядами. Генгар, подавившись едой, начал истерично хохотать, катаясь по земле. Гардевуар тихо посмеялась.       — «Она бросила тебя ради своего стального коня! Вот не везуха, Ясень!» — Тёмный Эш рассмеялся в его голове, и его смех был похож на скрежет металла. — «Предлагаю не ждать. Сейчас она вернётся на этом рычащем монстре и постарается переехать тебя. Опять.»       Эш не успел мысленно огрызнуться, прорвав тишину, донесся отдаленный, но яростный рев мотоцикла. Он замер, прислушиваясь. Она что, так быстро добежала? Или он просто стоял где-то совсем рядом, и он его не слышал сквозь чащу?       Спустя пару секунд, с треском ломаемых веток и гулом двигателя, Эмили вкатила обратно в лагерь. Она лихо развернула мотоцикл и с мастерством припарковала его в тени, рядом с палаткой Эша. Заглушив двигатель, она сбросила шлем на седло и, на этот раз без резких движений, подошла к костру и опустилась на бревно рядом с Эшем. Он молча, без лишних слов, протянул ей миску, наполненную дымящимся бульоном, и одну из двух походных пластиковых ложек.       — Приятного, — произнес Эш, наливая себе такую же порцию, его голос был нейтральным.       — Взаимно, — ответила она и осторожно, чтобы не обжечься, поднесла ложку ко рту, сделав первый глоток, она закрыла глаза на мгновение, а затем открыла их, и на её лице появилось самое искреннее удивление за весь вечер. — Мммм, гораздо лучше сухпайков!       — Они настолько плохие? — Эш фыркнул, не сдерживая улыбки.       — Ты даже не представляешь! — она снова зачерпнула ложку, смакуя каждый глоток. — Если хочешь, то могу дать тебе попробовать, — она кивнула в сторону мотоцикла, и на её губе дрогнула едва заметная улыбка. — Не, без шуток, у меня остались ещё. На чёрный день.       — «О, великодушное предложение!» — язвительно произнес в голове Эша Тёмный. — «Поделиться своими объедками. Я бы на твоём месте обиделся.»       — Думаю, мой чёрный день и так уже наступил, — с лёгкой самоиронией пробормотал Эш, — но, пожалуй, откажусь.       Эмили пожала плечами и продолжила жадно есть, не обращая внимания на этикет. Она зачерпывала ложку за ложкой, пытаясь наверстать все те нормальные приемы пищи, что у нее отняли. Покемоны, да и сам Эш, увидели в ней неожиданное отражение его самого. Та же неукротимая и звериная энергия, с которой он всегда поглощал еду. Быстро, много, с полной отдачей процессу. Пикачу и Септайл переглянулись. В их глазах мелькнуло что-то давно забытое. Тёплый отблеск прошлых путешествий, когда главной проблемой был не выбор между жизнью и смертью, а то, хватит ли на всех ягод. У них появилась слабая надежда, что всё может вернуться на круги своя или, по крайней мере, найти какое-то новое, но столь же прочное равновесие. Гардевуар бесшумно присела рядом с Эмили, её оранжевые глаза светились тихим пониманием.       Эш ковырял ложкой в своей миске, собираясь с мыслями. Он чувствовал необходимость сказать это, как неприятную, но необходимую правду. — Это… прости, но нам пришлось залезть в твою голову, чтобы снять гипноз, — он неловко почесал затылок, избегая смотреть ей прямо в глаза.       Эмили лишь махнула рукой, ставя пустую миску на столик с лёгким стуком.       — Да, ладно, бывает… — она произнесла это с такой лёгкой, почти циничной отстранённостью, что стало немного не по себе. — Ты не первый.       Она откинулась на бревне, и её взгляд упал на свежий шрам под его правым глазом, тонкую красную линию на коже. Её собственное лицо на мгновение дрогнуло.       — А ты прости за шрам под правым глазом.       — «Я бы не простил!» — ядовито, обиженно бросил Тёмный, его голос прозвучал чётко, будто он стоял за спиной.       — Прощаю.       Между всеми повисла неловкая тишина. Даже покемоны перестали перешептываться, чувствуя напряжение, витающее между их тренером и девушкой. Эша вдруг поглотила волна сомнений. А всё ли они сделали правильно? Не осталось ли там, в глубине её сознания, чего-то опасного? Не проснётся ли снова тот безжалостный солдат? Эмили же была полностью поглощена внутренней работой. Она сидела, уставившись на огонь, а на её лице сменялись тени эмоций: легкая улыбка сменялась гримасой боли, затем хмурой сосредоточенностью, будто она заново собирала пазл собственной жизни.       — Пиии-ка, — Пикачу, заметив трудность момента, решил взять инициативу на себя.       Он грациозно запрыгнул на колени к Эмили, устроившись поудобнее. Эмили вздрогнула от неожиданности, затем её пальцы неуверенно и робко коснулись его спины. Поглаживания были механическими, неловкими, словно она впервые в жизни гладила покемона.       — За хвост. Ему нравится, когда его гладят у основания хвоста, — мягко подсказал Эш, не поднимая глаз от своей миски.       Эмили кивнула и провела ладонью по его хвосту. Пикачу издал довольный звук, его тело обмякло, и он коварно и мило расплылся на её коленях, превратившись в расслабленный жёлтый комочек. Неловкость начала рассеиваться. Эмили смотрела на него, и в её глазах вспыхнула тёплая искорка узнавания.       — Тогда на телевизоре ты был более толстым… — тихо, почти машинально, вырвалось у неё, как давно заученный факт.       Эффект был мгновенным. Пикачу резко вскочил, как ужаленный. Его мех встал дыбом, щёки затрещали крошечными искорками, и он с возмущённым визгом принялся грозить ей крошечным кулачком.       — Пи-ка-ЧУУУ!       — Пикачу, успокойся, — устало отозвался тренер, едва сдерживая улыбку.       Но было поздно. Пикачу, глубоко оскорблённый, фыркнул, спрыгнул на землю и с гордым видом удалился в палатку, демонстративно отвернувшись от всех. Эмили смущённо отвела взгляд.       — Прости, — произнесла она ему вслед, и в её голосе впервые прозвучала не программа, а искренняя человеческая досада.       — Эмили… — начал Эш, желая её утешить.       — Можно просто Эми или Эмма, — негромко прервала она его, она посмотрела на него, и в её серебряных глазах читалась усталость от громкого, официального имени, которое навязывали ей годами. — Так… меня раньше звали друзья… и семья.       — Ладно, Эми, — начал Эш, его голос стал тише, почти доверительным. — Я знаю, что сейчас не самый лучший момент для таких вопросов, но… как так получилось, что ты оказалась в рядах оперативников Команды R?       Эмили слегка дрогнула. Её первые мысли были резко встать и уйти, раствориться в ночи, как она делала всегда, когда вопросы касались прошлого, но в этот момент. Гардевуар, словно почувствовав её порыв, мягко положила свою голову ей на плечо, прикрыв оранжевые глаза. Покемон издал тихое, умиротворяющее сопение, имитируя сон, и это прикосновение, неожиданно тяжёлое и настоящее, приковало Эмили к месту.       — Случайно, — тихо выдохнула она, глядя на огонь, а не на него.       — Случайно? Никакого отбора? Просто взяли с улицы? — Эш не смог скрыть удивления.       — Нет. Просто случайно… Дернул же меня Аркеус пойти на тот звук выстрела! Как я поняла уже потом, по обрывкам, я случайно наткнулась на их чёрную операцию. Дала им бой. Ха! — её губы растянулись в коротком, безрадостном оскале. — Я даже кому-то из их громил испортила лицо ледорубом. А потом… потом вышел он.       — Он? — переспросил Эш.       — Базальт. — Имя прозвучало как плевок. — Оперативник. Авангард. Позывной у него такой: «Базальт». Я и ему дала пару раз по лицу, — её глаза блеснули мстительным огоньком, — но потом он меня оглушил и отволок в какую-то подземную лабораторию. В которой меня и… промыли.       — «Простая девчонка… и она ведь тебя чуть не схватила!» — рассмеялся в голове Эша Тёмный. — «Стыдно должно быть, Ясень. Перед самим собой.»       Эш проигнорировал его, его мысли крутились вокруг другого.       — Ты упомянула «Авангард». Это что-то вроде звания?       — Специализация, — кратко ответила Эмили, её взгляд снова стал отстранённым. — Его специализация.       — Вы там ещё на специализации делились?! — в голосе Эша прозвучало неподдельное изумление, смешанное с отвращением.       — Да. — её ответ был плоским. — Авангарды это тяжеловесы. Специалисты по тяжёлому вооружению, взрывчатке, штурму, подавлению. Есть Разведчики, они снайперы, мастера скрытного наблюдения, поиска обходных путей. Ещё учат Шпионов, а вот они уже могут быть кем угодно, от политиков до дворников, их задача внедрение и долгосрочная работа. — Она сделала паузу, и её голос стал чуть тише. — И есть Охотники. Специалисты по захвату, отлову, проникновению, засадам и выживанию в тяжёлых условиях. Моя… бывшая специализация.       — Господи… — прошептал Эш, с трудом переваривая масштаб этого механизма. — Целая армия.       — Кстати… — Эмили перевела на него свой пронзительный взгляд, и в нём читался внезапный, острый интерес. — А почему, собственно, Ракета за тобой так гоняется? Что такого особенного ты сделал, что на тебя открыли настоящую охоту? Охотники это не самое дешёвое «удовольствие» для командования. На тебя должен быть серьёзный приказ.       — Ха! — Эш принял гордую, слегка театральную позу, пытаясь скрыть нахлынувшую волну неприятных воспоминаний за бравадой. — Перед тобой главный разрушитель планов всех Злодейских Команд! Невольный Избранный и тренер ранга: Монарх!       — Ага, а я Королева Калоса, — парировала Эмили, и в её голосе впервые прозвучал настоящий и живой сарказм, пробивающийся сквозь скорлупу равнодушия.       Взгляд Эша мгновенно изменился, вся наигранная уверенность сдулась, как проколотый шарик. Он резко отвернулся, уставившись в потухающие угли костра. Пикачу, услышав этот титул, вынырнул из палатки и тут же подбежал к тренеру. Эмили с удивлением наблюдала за этой мгновенной переменой.       — Пи-ка-пи? — беспокойно спросил покемон, тычась в его ладонь.       — Всё нормально, — немного грубо, отрезал Эш, больше для самоуспокоения, чем для них.       — «Да угомонись ты! Не любит тебя уже Серена, и что с того? Дал бы я ей-…» — начал язвить Тёмный Эш, но не успел договорить.       Эш, не выдержав, на секунду вспыхнул голубоватой аурой. Она была короткой вспышкой, но её было достаточно, чтобы прогнать навязчивый голос прочь. Покемоны разом вздрогнули и удивлённо уставились на него. Воцарилась напряжённая тишина, нарушаемая лишь треском углей. Эмили смотрела на него, её брови слегка приподнялись от недоумения.       — Я… что-то не так сказала? — её голос прозвучал тише, без прежней колкости.       — Нет, всё нормально… — он вздохнул, его плечи слегка опустились. — Просто… воспоминания нахлынули. Бывает.       Эмили отвернулась к костру, её пальцы привычным движением расстегнули кобуру, и она извлекла тяжёлый пистолет. Она внимательно осматривала его в огненном свете, будто проверяя на наличие невидимых глазу повреждений, но её мысли явно были где-то далеко.       — Поздно уже, — Эш прервал затянувшееся молчание, смотря на затухающий костёр. — У тебя палатка есть?       — М? — Эмили оторвалась от изучения пистолета и подняла на него взгляд. — Да, есть. — Она ненадолго замолчала, её пальцы замерли на затворе. — Слушай, а вы больше ничего со мной не делали? Пока я была без сознания.       — Эм… Нет, — Эш нахмурился, не понимая подвоха. — А зачем? Всё в порядке?       — Да у меня просто жучок на спине, у правой лопатки, — произнесла она спокойно.       Покемоны разом обернулись на неё, их тела напряглись. Даже Гардевуар резко отстранилась.       — Так, спокойно! — Эш резко встал, его голос прозвучал командой, и он бросил успокаивающий взгляд на свою команду. — И что ты предлагаешь?       — Зашивать раны умеешь? — поинтересовалась она, её голос был ровным.       — Нет, — честно признался Эш. — Но могу попробовать аурой залечить. Остановить кровь… в теории.       — Ну, если кровотечение остановит, то пойдет, — кивнула Эмили, как будто они обсуждали план тренировки, а не хирургическое вмешательство.       Она убрала пистолет в кобуру у бедра и направилась к мотоциклу. Она ловко расстегнула одну из многочисленных сумок, закреплённых на раме, и вытащила оттуда компактный полевой набор в стерильной упаковке. Внутри лежал скальпель, медицинские перчатки, маленькая бутылочка с прозрачной жидкостью и рулон стерильного бинта.       — Тебе лучше нож или скальпель? — уточнила она, скидывая с себя черное плащ-пальто и отбрасывая его на мотоцикл.       — Д-давай лучше скальпель… — неуверенно произнёс Эш, сглатывая, мысль о том, чтобы лезть к ней в плоть охотничьим ножом, вызывала у него лёгкую тошноту.       Эмили кивнула и передала ему набор. Затем она села к нему спиной на бревно, расстегнула центральную молнию на своём тёмном тактическом комбинезоне и приопустила верхнюю его часть, обнажив спину. Кожа на лопатках была бледной и чистой, если не считать старых, едва заметных шрамов. Она натянула полумаску повыше, прикрыв нос и рот, затем ловко подняла край облегающей майки и отодвинула лямку лифчика, освобождая участок кожи чуть ниже правой лопатки. Она придерживала одежду левой рукой, обнажив для операции небольшой, но достаточный участок.       — Давай быстрее… — её голос прозвучал чуть приглушённо из-под маски. — Холодно.       Эш с трудом сглотнул комок в горле. Он надел перчатки, руки его чуть дрожали. Пальцы сжали холодный металл скальпеля. Он закрыл глаза на секунду, пытаясь сосредоточиться. Голубая аура вспыхнула вокруг его руки. Он прикоснулся левой ладонью к её спине. Кожа под пальцами была прохладной и напряженной, покрылась мурашками. Он медленно провел ладонью, слегка надавливая, и пальцем почувствовал крошечное, едва уловимое уплотнение чуть ниже правой лопатки. Именно здесь.       Эш промыл лезвие скальпеля в прозрачной жидкости из бутылочки, капля которой холодно скатилась по металлу. Затем он осторожно нанес немного антисептика на место будущего надреза.       — Сейчас будет больно, — тихо предупредил он.       — Делай, — её ответ был коротким и сжатым, как пружина.       Лезвие вошло в плоть быстрым, точным движением. Эмили резко втянула воздух, её зубы с силой сомкнулись на нижней губе. Глаза зажмурились. Алая кровь тут же выступила из разреза. Эш, не теряя ни секунды, аккуратно поддел скальпелем и извлёк крошечное устройство. Не откладывая, он прижал свою ладонь к кровоточащей ране. Тёплая, густая, живительная аура хлынула через его кожу. Эмили непроизвольно выпрямилась и слегка выгнулась вперед, издав тихий, короткий стон. Но на этот раз не от боли. По её спине разлилось странное, почти щекотное тепло, снимая остроту ощущений и заменяя их на приятное, умиротворяющее покалывание. Рана под его ладонью закрывалась на глазах, края кожи стянулись, оставив лишь тонкий, розовый шрам, будто ничего и не было.       — Всё? — спросила Эмили.       — Да, я уже его вытащил, — Эш отнял руку, показывая ей крошечное устройство на своей ладони.       Эмили молча поправила лифчик, опустила майку и накинула обратно комбинезон, застегнув молнию с резким, уверенным движением. Она повернулась к нему, и её серебряные глаза встретились с его взглядом.       — Они его мне без обезболивающего вживляли, — произнесла она ровно, но в глубине её глаз виднелось эхо давней обиды. — Поэтому и запомнила, где он был. Спасибо.       — Угу, обращайся, — мрачно ответил Эш, разглядывая зловещего электронного жучка на своей ладони. — Потом его сломаем, не хочу, чтобы они нашли нас, пока мы спим.       Его взгляд скользнул за Эмили, которая собрала медицинский набор и направилась к мотоциклу. Обтягивающий тактический комбинезон безжалостно подчеркивал каждую линию её тела, каждую мышцу, выточенную тренировками и боями. Она убрала набор в сумку и накинула обратно пальто-плащ, не застёгивая его, лишь на мгновение скрыв стройную, собранную фигуру от его взгляда.       — Эми, тебе помочь с палаткой? — предложил он, отрывая глаза и делая вид, что разглядывает потухающие угли костра.       — Нет, — спокойно, без намёка на обиду или раздражение, ответила она, уже доставая тугой свёрток со своей палаткой из другой сумки.       — Как скажешь, — так же спокойно, без обиды, ответил Эш и швырнул окровавленные одноразовые перчатки в огонь.       Он видел, как её взгляд на секунду задержался на спальном мешке, на котором она недавно лежала.       — А чей спальный мешок там? — она кивнула в ту сторону.       — Это мой, — Эш подошёл, свернул его и отнёс к своей палатке. — Или тебе он нужен? Могу отдать.       Эмили замерла на секунду. Неловкость и что-то ещё, похожее на смущение, мелькнуло в её глазах. Она резко тряхнула головой, отгоняя эту слабость.       — Не, у меня есть, — её голос прозвучал чуть резче, чем она, вероятно, хотела.       Она принялась расставлять палатку с привычной, почти машинальной эффективностью. Спустя пару минут её небольшая одноместная палатка уже стояла рядом с его, как два молчаливых стража в ночи. Она закинула внутрь свой собственный, более тонкий и технологичный спальник.       Эш тем временем созвал своих покемонов тихим свистом.       — Слушайте, — он присел на корточки, и они обступили его тесным кругом. — Ночь неспокойная. Спим по очереди. Лукарио, ты первый, до полуночи. Потом Септайл, до трёх. Генгар, с трёх до шести. Пикачу со мной. Гардевуар, — он повернулся к психическому покемону, — ты будешь дежурить здесь, в лагере. Если почувствуешь любую чужую мысль, любую угрозу, то буди всех сразу.       Покемоны кивнули, их лица стали серьёзными и сосредоточенными. Лукарио немедленно занял позицию на небольшом возвышении у края поляны. Эмили, закончив с обустройством, молча скользнула в свою палатку и застегнула входной полог изнутри. Эш слышал, как шелестит ткань её спальника. Он потушил костер, засыпав его землёй, погрузив всё в кромешную тьму, нарушаемую лишь слабым светом звёзд. Забравшись в свою палатку, он улёгся, прислушиваясь к ночным звукам леса и к тихому, ровному дыханию из палатки по соседству.       — «Соседка.» — с лёгкой, незнакомой ему самому иронией подумал он, прежде чем сон забрал его.       На удивление, Эш спал эту ночь глубоко и без сновидений. Не было ни кошмаров, преследующих его, ни ярких воспоминаний, приносящих боль. Просто пустота и тяжёлый, восстанавливающий сон. Рядом, в соседней палатке, Эмили немного ворочалась, бормоча что-то несвязное, но в целом тоже спала.       Его разбудили звуки: утробное потрескивание нового костра и низкий, размеренный рокот заведённого мотоцикла. Из динамика на руле доносились приглушённые, деловитые голоса дикторов, вещающих утренние новости. Пикачу уже не было рядом в палатке. Эш сонно потянулся, накинул на себя потертую куртку и выглянул из палатки, отодвинув полог.       Утренний воздух был по-осеннему колючим. Эмили сидела на бревне у костра, помешивая что-то в жестяной кружке. Она уже была полностью одета и готова к движению: белая майка, поверх которой растегнутый и потертый красный бомбер с потускневшими гоночными принтами, рваные черные джинсы, тёмный бафф, теперь свернутый в подобие шарфа, и прикрывающий нижнюю часть лица знакомым рисунком черепа, и яркие красные кеды. Он уже видел её в такой маскировке, но именно сейчас она выглядела… обычной. Как обычный подросток, а не элитный оперативник. Пикачу устроился прямо на земле у тепла костра, лениво наблюдая за её действиями. Септайл и Лукарио всё ещё спали, свернувшись калачиками неподалёку, их бока ритмично поднимались и опускались. А Гардевуар сидела напротив Эмили, её оранжевые глаза внимательно и безмятежно следили за каждым движением девушки.       — Доброе утро, Эш, — произнесла Эмили, не отрывая взгляда от своего занятия и не поворачивая головы.       — Доброе, — он протёр глаза, вылезая из палатки. — А к чему весь шум? — Эш указал большим пальцем на мотоцикл, двигатель которого продолжал ровно урчать.       — Холодно, двигатель прогреть надо, — ответила она, наконец посмотрев на него. Её серебряные глаза были ясными, выспавшимися. — Иначе потом плохо работает двигатель. Не будил?       — Нет, всё нормально, — Эш подошёл к костру, присел на корточки напротив неё и потянулся к своему рюкзаку за провиантом. — Спал лучше, чем обычно.       — Генгар уснул на посту, — сухо констатировала Эмили, смотря на огонь. — Примерно час назад. Я его не будила.       — Он тот ещё соня, — кратко ответил Эш, разворачивая упаковку с галетам       — …и продолжаем наши тревожные новости из Хоэнна. Многолетний памятник, символ региона, Небесный столб, был частично разрушен в результате недавней сейсмической активности. По предварительным данным, от конструкции осталось стоять лишь около половины… — Из радио на мотоцикле, шипя и потрескивая, прорвался голос диктора.       Эш замер с галетой на полпути ко рту. Его спина напряглась.       — …жители региона массово обвиняют в случившемся бывшего Чемпиона и Монарха, Эша Кетчума, чей визит совпал с чередой бедствий. После его появления, по мнению граждан, регион будто сошёл с ума: беспрецедентная вспышка активности банд Магмы и Аквы, поджоги, землетрясения, потопы, аномальные ливни, невыносимая жара и, как следствие, аномальный холод…       Эш медленно, почти механически, опустил руку с едой. Он не стал слушать дальше. Он просто отвернулся от мотоцикла обратно к костру, его лицо стало каменным. Он принялся методично жевать галету, уставившись в пламя, которое вдруг перестало его греть. Эмили наблюдала за ним. Она видела, как сжались его пальцы, как напряглась линия плеч. Она видела, как он заставляет себя глотать эту сухую труху, будто это единственное, что ему осталось.       — Я могу выключить, — тихо предложила она.       — Да не, — его голос был плоским и пустым. — Всё равно это ничего не изменит.       Он отломил кусок галеты и бросил его Пикачу. Покемон поймал угощение, но есть не стал, лишь уставился на своего тренера умоляющими глазами. Воздух снова наполнился только рокотом мотора и голосами из радио, которые теперь казались ещё громче и ядовитее в этом молчаливом согласии их слушать.       — У тебя есть план? — Эмили взяла свою жестяную кружку и начала неторопливо есть разогретую кашу, её взгляд был прикован к Эшу поверх края металла.       — Для начала надо встретиться с Профессором Рованом, — Эш отряхнул крошки с рук, и в его голосе снова появились знакомые, решительные нотки. — У него лаборатория в Санджем-тауне. Поговорить с ним насчёт обстановки в регионе, а затем связаться с Синтией… А дальше посмотрим. Будем действовать по обстоятельствам.       — Сколько часов до Санджем-тауна? — спросила она деловым тоном, как если бы составляла маршрут операции.       — Часов? — Эш фыркнул, и на его лице появилась лёгкая, и усталая улыбка. — Несколько дней, Эми! Нам бы ещё до Твинлиф-Тауна дойти! Это ещё ближайший хоть сколько-то крупный пункт.       Эмили подняла бровь, поставив кружку на колено. Она обвела взглядом лагерь, палатки, спящих покемонов, а затем её взгляд остановился на её мотоцикле, который всё так же ровно урчал, наполняя воздух выхлопами.       — Ты пешком пойдёшь? — в её голосе прозвучало неподдельное недоумение, она указала в сторону стального коня. — Мотоцикл всё ещё тут. Двое поместятся. Если, конечно, твой Пикачу не против потесниться.       — Честно говоря, твой мотоцикл за несколько километров слышно… — пробурчал Эш.       — Я не буду тебя ждать несколько дней в Санджем-тауне, — парировала Эмили, вставая и так жестоко потянувшись, что хрустнули позвонки. — Ты или со мной, или плестись себе дальше пешком.       — Ладно… уговорила, — сдался Эш, понимая её логику.       Они слаженно, почти молча, принялись собирать лагерь. Часть снаряжения полетела в рюкзак Эша, что-то более тактическое и технологичное Эмили убрала в свою спортивную сумку, а основная часть груза разместилась в многочисленных сумках на мотоцикле. Пикачу Эша нырнул в его полуоткрытый рюкзак, высунув наверх лишь настороженные уши. Остальные покемоны вернулись в покеболлы, а Генгар с тихим хихиканьем растворился в тени, отбрасываемой мотоциклом. Эмили и Эш уселись на сиденье.       — У тебя нет шлема, да? — констатировала Эмили, натягивая свой мотошлем, с тонированным забралом       — Нет, — признался Эш.       — Тогда держи рот закрытым и держись крепче.       Эш выкинул жучок. Затем, немного покраснев, обхватил её за талию, стараясь не сжимать слишком сильно, но и не отпускать. Его пальцы впились в ткань её бомбера.       — …а теперь немного музыки! — уловил Эш голос из радио, и Эмили зажала кнопку громкости. — Trouble от The Bones of J.R. Jones !       Из динамика заиграли гитраные риффы рока. Мотоцикл с низким рычанием тронулся с места. Эмили плавно прибавила газ и вывела его на проселочную дорогу.

…Gimmie something i can hold onto Gimmie something that makes me move…

      Модифицированная, высокая подвеска мотоцикла легко поглощала все кочки и ухабы. Эмили снова крутанула ручку, и ветер сильнее засвистел в ушах.

…Cus I'll come back down from ten And I'm gonna do it over again…

      — «Это будут те ещё несколько часов…» — с лёгкой иронией подумал Эш, чувствуя, как холодный воздух бьёт ему в лицо.

…Gimmie some kind of alibi Come lover won't you help me fly I guess I'm gonna have to change my name Cus i ain't ever gonna be the same…

      Эш рискнул выглянуть из-за её плеча. Поток холодного воздуха сорвал с него капюшон и заиграл в его растрёпанных волосах. Эмили ещё сильнее прибавила газ. Мотоцикл взревел, словно живой, и рванул вперёд, летя по проселочной дороге, зажатой между тёмными стенками осеннего леса. Мир превратился в мелькающее зелёно-оранжевое полотно.

…Are you the trouble that i should know? Ain't you the trouble that i should know?..

Спустя 7 часов они оказались рядом с Твинлиф-Тауном.       Эмили нехотя сбросила скорость, переводя мотоцикл на тихий ход. Эш одной рукой поправил растрёпанные ветром волосы и натянул капюшон поглубже, снова превращаясь в тень. Они временно остановились на единственной заправке в городке.       — Я внутри, — коротко бросила она, снимая шлем и тряхнув головой. — Заправлюсь и возьму что-нибудь… не самое необходимое.       Эмили скрылась в освещённом здании заправки закупиться едой не первой необходимости, то есть всякими вкусняшками, и расплатиться за бензин. Эш остался на улице, прислонившись к бензобаку. Его взгляд скользнул по знакомым полям, поймав вдали аккуратный домик с цветущим садом. Дом Джоанны, матери Доун.       — «Смотри-ка, дом твоей бывшей подружки.» — прошептал в голове знакомый ядовитый голос. — «Думаешь, она тоже тебя ненавидит? Мамашка-то наверняка уже напугала её историями о злом Монархе. О том, как ты всё разрушаешь.»       — «Угу, замолчи.» — мысленно огрызнулся Эш, отводя взгляд, он чувствовал, как по спине бегут мурашки.       Дверь заправки открылась с лёгким звонком. Эмили вышла с небольшим пакетом в одной руке. В другой она зажала пачку сигарет. Она ловко вскрыла целлофан пачки.       — Валим отсюда и побыстрее, — произнёс Эш, его голос прозвучал напряжённо, почти приказно.       — Ага-сь, — она поднесла сигарету к губам, чиркнула зажигалкой и сделала первую глубокую затяжку, дым вырвался из её легких облачком на холодный воздух. — Пару минут, ноги встряхну. Не умрёшь.       Она вставила заправочный пистолет и оперлась о бензобак мотоцикла рядом с ним, продолжая курить с видом человека, который заново учится ценить простые удовольствия. Эш нетерпеливо переминался с ноги на ногу, его взгляд метался по округе, выискивая любую потенциальную угрозу. Каждая секунда в этом знакомом, но теперь враждебном месте, казалась ему вечностью.       — Успокойся. Ты так только внимание привлекаешь, — бросила Эмили, не отрывая взгляда от дымящейся сигареты, она сделала очередную неспешную затяжку, наблюдая за ним через призму дыма.       — Я спокоен, — ответил Эш, но его поза кричала об обратном.       — Конечно, — она стряхнула пепел с сигареты точным движением запястья. — Ты уже тут был?       — Да, — он коротко кивнул, его взгляд на мгновение снова устремился к тому дому вдали, прежде чем он заставил себя отвернуться. — И не раз. Тут живёт одна моя подруга и её мать.       Эмили проследила за направлением его взгляда, затем медленно перевела глаза на него.       — Планируешь заскочить? Проведать? — спросила она без особой надежды, уже зная ответ.       — Нет, — его голос стал твёрдым, почти жёстким. — Не при таких обстоятельствах. Лучший способ защитить их это сделать вид, что я здесь никогда не был.       Эмили кивнула, делая последнюю затяжку и бросая окурок на асфальт.       — Разумно. Люди из Команды R не самые тактичные собеседники. Могут прийти с вопросами. — Она распрямилась и потянулась. — Ладно, поехали. Пока кто-нибудь из местных не решил, что ты выглядишь слишком подозрительно.       Вдруг телефон Эша глухо завибрировал во внутреннем кармане куртки. Он нащупал его, достал и взглянул на экран. «Гэри Дуб». Уголки его губ под шарфом непроизвольно дрогнули в лёгкой улыбке. Он сделал несколько шагов в сторону, подальше от шума заправки.       — Слушаю, — произнёс он, поднося трубку к уху.       — Ну и пиздец ты устроил в Хоэнне! — послышался в трубке немного сонный, но привычно ехидный голос Гэри. — Пол-региона, сука, на уши поставил!       — Ну надо же поддерживать репутацию безумного Монарха, да? — парировал Эш, стараясь, чтобы в его голосе звучала лёгкость. — Как у вас там дела? Как она?       — Свою часть мы сделали, — голос Гэри стал чуть серьёзнее. — Сейчас помогаем гим-лидеру со всяким барахлом. Наводим порядок. Ей… гораздо лучше. Держится.       — Отличная работа. Передай ей привет от меня.       — Конечно, само собой, — Гэри фыркнул. — Ты опять занят своими… делами?       — Как обычно, Дуб, как обычно, — Эш бросил взгляд на Эмили, которая, закончив заправку, аккуратно переставила мотоцикл и теперь следила за ним внимательным, оценивающим взглядом.       — Понятно, Ясень, — в голосе Гэри прозвучало редкое понимание, почти тепло. — Был рад тебя услышать! Не подыхай там.       — Взаимно.       Последовали короткие гудки. Эш убрал телефон в карман и встретился взглядом с Эмили. Та ничего не спросила. Она просто молча кивнула на свободное место за своей спиной. Эш уселся на мотоцикл, обхватив Эмили за талию, и они вновь растворились в ландшафте Синно, оставляя за спиной Твинлиф-Таун.       Они прибыли в Санджем-таун спустя несколько часов, когда солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо. Мотоцикл с глухим урчанием остановился у лаборатории профессора Рована. Эмили заглушила двигатель, и в наступившей тишине было слышно только её тяжёлое и уставшее дыхание. Она была на пределе, глаза сами слипались, веки казались свинцовыми, но её осанка по-прежнему была прямой, а лицо под полумаской обычным. Месяцы дрессировки делали своё дело, превращая истощение в ещё один параметр для контроля.       Они вдвоём вошли внутрь, их шаги гулко отдавались в пустом коридоре.       — Профессор Рован? — окликнул Эш, его голос громко прозвучал в тишине. — Вы здесь?       Из-за угла, заваленного стопками бумаг, появилась фигура. Мужчина со строгим взглядом, в строгом костюме, с седыми волосами и харизматичными усами. Он щурился, вглядываясь в посетителей.       — Кетчум? — произнес он, узнав его через маскировку. — Чёрт возьми, я думал, тебя уже после Хоэнна схватили или это был двойник? — Его взгляд упал на Эмили, и брови поползли вверх. — А это кто? Новый член твоего… клуба путешественников?       — Это Эмили, — кратко представил её Эш, опуская подробности. — Профессор, нам нужна информация. И… тихий уголок на пару часов, возможно на ночь.       Рован оценивающе посмотрел на Эмили, заметил её неестественную собранность, бледность кожи и тени под глазами.       — Уголок найдётся, вот только спать вам будет не удобно, — буркнул он. — А информация… Какая именно? По чьим следам ты идёшь на этот раз?       — Команда Галактика. Всё, что у вас есть. И всё, что слышали. А ещё… — он понизил голос. — Нам нужно связаться с Синтией. Безлюдно.       Рован встал со стула и посмотрел на закат через окно. Эмили уже заснула стоя с открытыми глазами, но её разбудил Пикачу, запрыгнув на её плечо.       — Галактика… Они действуют очень скрытно. У нас тут в основном проблема с контрабандистами и другими темными личностями… Да и миротворцы из Калоса проблем создают, — он повернулся обратно к ним. — Можете сесть на диван, но спать на нем не особо удобно, особенно в двоем. Вам нужны покедексы? Покеболлы?       — Было бы полезно, — ответил Эш, посмотрев на Эмили.       — У меня из документов только права на мотоцикл, — тихо произнесла Эмили, падая на диван. — и то там не мое имя.       — Я сейчас оформлю на неё покедекс и отправлю вас в покецентр. Вам нормально поспать надо, — Рован присел обратно за стол. — Как её зовут?       — Эмили. Эмили Торн, — ответил Эш, присев рядом с Эмили и Пикачу на диван.       — Эмили Торн… — профессор Рован протяжно проговорил имя, застучав пальцами по клавиатуре старого терминала, экран мигнул, выводя на него поля для заполнения данных. — Из Джото, если не ошибаюсь? Участвовала в местной Лиге… Давненько ничего о тебе не было слышно.       Эмили, уже практически валясь с ног от усталости, лишь коротко кивнула, уткнувшись лицом в складки бомбера. Её плечо касалось плеча Эша, и он чувствовал, как всё её тело слабо дрожит от перенапряжения.       — Ладно, оформляю, — пробурчал профессор, вбивая данные. — Временная регистрация в системе Синно, полный доступ к покецентрам… Эш, твой статус… э-э-э… — он замолчал, нахмурившись, изучая что-то на мониторе. — Оставлю без комментариев.       Он достал из ящика стола один новый, блестящий покедекс.       — Вот. Берите. Теперь иди отдыхайте. Покецентр в конце улицы. Скажите медсестре Джой, что от меня. Место найдёт.       — Спасибо, профессор. — Эш взял покедекс, кивнув.       — Не благодарите, — Рован махнул рукой, снова утыкаясь в монитор. — Лучше расскажите всё подробнее, когда выспитесь. И будьте осторожнее. Миротворцы из Калоса… они не так просты, как кажутся. Любят задавать вопросы.       — Пошли, Эм. Почти пришли, — Эш аккуратно поднял с дивана почти спящую Эмили, обняв её за плечи.       Она что-то неразборчиво пробормотала в ответ, но позволила вести себя к выходу. Пикачу забрался на её свободное плечо, внимательно наблюдая за своим тренером. Прохладный вечерний воздух немного взбодрил их. Огни Санджем-тауна зажигались один за другим. Эш крепче держал Эмили, направляясь к знакомому зданию покецентра. Один шаг за другим. Последний рывок перед передышкой.       — Эш, я заебалась… — её голос прозвучал приглушённо, слова слегка заплетались, пробиваясь сквозь свинцовую пелену усталости, она шла, почти не поднимая ног, больше полагаясь на то, что он правильно ведёт её, и глаза её были закрыты.       — А кто из нас не заебался, да? — он ответил с лёгкой усмешкой, крепче поддерживая её за плечи. — Но ничего, ты сильная! Совсем чуток осталось, вот уже и огни виднеются.       Они доплелись до заветного здания покецентра, где мягкий свет из окон казался воплощением спасения. Медсестра Джой, увидев их измождённые лица, не стала задавать лишних вопросов. Быстро объяснив ситуацию, Эш получил две ключ-карты от двух одноместных номеров.       — Два одноместных номера, в конце коридора. Если что, я на посту.       Эш кивнул благодарностью и поволок Эмили дальше по тихому, стерильно чистому коридору. Он довёл её до двери с нужным номером, прислонил к косяку двери, пока вставлял карту в замок. Свет зажёгся, выхватывая из полумрака аккуратную, безликую комнату с застеленной кроватью.       — Спокойной, Эм, — он тихо сказал, отпуская её плечо. — Выспись как следует.       — Ты… тоже, — она пробормотала, уже почти сквозь сон, и шагнула внутрь, не оборачиваясь.       Дверь закрылась с тихим щелчком. Эш слышал, как плюхнулось на кровать её тело, а потом воцарилась тишина.       В своей комнате он с трудом нашёл в себе силы снять куртку и ботинки. Одежда свалилась на пол бесформенной кучей. Он повалился на кровать, рядом с ним уснул Пикачу, и мир провалился в тёмную, бездонную пустоту. Для него.       Эмили вскрикнула, вырвавшись из тисков кошмара, и с глухим стуком свалилась на пол, запутавшись в простынях и одеяле. Холод линолеума обжёг кожу.       — Больно… — прошипела она, отталкивая скомканную ткань.       Она поднялась, потирая ушибленный локоть, и с непривычной резкостью принялась раздеваться. Бомбер полетел на спинку стула, кроссовки в угол, джинсы были сброшены на тот же стул. Она плюхнулась на кровать, вновь закрыла глаза, пытаясь поймать ускользающий сон. Но спина оставалась напряжённой, а веки подрагивали.       Щелчок.       Воображаемый? Или правда?       Её глаза резко открылись. Взгляд упал на шкаф.       Почему он закрыт?       А вдруг там кто-то есть?       Она встала, подошла и рывком распахнула дверцу. Пусто. Только пустые полки пахнут пылью.       Она перевела взгляд на кровать. Полость под ней. Тёмный провал. Она опустилась на колени, заглянула туда. Ничего. Только пыль.       Значит, опасность только за дверью.       Пистолет…       А где пистолет?       В кармане бомбера.       А где бомбер?       На стуле.       А стул где?       Слишком далеко от кровати.       Она схватила стул и с глухим скрежетом ножек по полу придвинула его вплотную к изголовью кровати. Теперь она могла протянуть руку и нащупать холодный металл, даже не вставая.       Она снова легла, повернувшись на бок лицом к двери. Одна рука была под щекой, другая на краю матраса, пальцы в сантиметре от стула с брошенной курткой. Она закрыла глаза, притворяясь, что спит, прислушиваясь к каждому шороху в ночной тишине покецентра. Сон не шёл. Он был где-то там, за дверью, вместе со всеми её страхами. А здесь, в комнате, оставалась только бдительность. Острая, как лезвие, и одинокая, как она сама.       Она легла на спину, уставившись в потолок. Тишина в комнате давила. Каждый скрип старого здания, каждый отдалённый шум с улицы заставлял её вздрагивать. Ей было слишком страшно уснуть одной в этой коробке. Даже покемона рядом не было, чтобы развеять одиночество. По щеке скатилась предательская слеза, оставив влажный след. Она вспомнила своего Ноктаула, как он всегда устраивался у кровати, его спокойное, размеренное дыхание, тёплый бок, к которому можно было прикоснуться рукой. Он был её молчаливым стражем, её гарантией, что пока он здесь, ничего плохого не случится. Но его не было. Его забрали у неё. Как и всё остальное.       Она снова села на кровати, обернулась и посмотрела на стену, за которой, она знала, спал Эш. Бессмысленный взгляд. Потом тяжёлый вздох. Эмили встала. Механически, почти не глядя, она натянула джинсы, накинула бомбер на плечи, взяла подушку и одеяло, скомканные в бессильном комке. Босиком, неслышными шагами, она вышла из номера в пустой, освещённый ночниками коридор. Она остановилась у соседней двери. Несколько секунд она просто стояла, слушая тишину, прежде чем тихо постучать.       Дверь открылась не сразу. В проёме возникла высокая, сине-чёрная фигура Лукарио. Его красные глаза без эмоций осмотрели её с ног до головы, задержавшись на подушке и одеяле в её руках, на босых ногах. Он молча отступил, пропуская её внутрь, и коротким движением лапы указал на возможные места: пластиковое кресло в углу, свободное место на полу и тот край кровати, где, свернувшись калачиком, спал Пикачу.       Электрический покемон приоткрыл один глаз, увидел её и коротко кивнул, явно понимая ситуацию. Он отполз чуть ближе к спящему Эшу, освобождая немного места, но Эмили покачала головой. Она молча подошла к пластиковому креслу, повесила на его спинку свой бомбер, обернулась в одеяло с головой до пят, как в кокон, и устроилась, закинув босые ноги на край кровати, рядом с Пикачу. Поза была неудобной, но она была здесь. Не одна. Она закрыла глаза. На этот раз сон начал медленно подкрадываться, смывая края одиночества и страха.       Эш медленно открыл глаза, и первое, что он увидел, был яркий солнечный луч, пробивавшийся сквозь щель в шторах. Он потянулся к телефону на тумбочке. 11:00.       — Неплохо я так поспал, — с удовлетворением произнёс он, садясь на кровати и потягиваясь, пока кости не хрустнули.       Его движение задело что-то тёплое у его ног. Он опустил взгляд и замер. Эмили. Она спала, свернувшись в неудобной позе: половина её тела съехала с пластикового кресла, а ноги в растянутых носках всё ещё лежали на краю его кровати, рядом с местом, где только что спал Пикачу. Её лицо, наконец, было спокойным, без привычной маски напряжения. Пикачу, проснувшийся от его движений, с жалобным урчанием и голодным блеском в глазах запрыгнул ему на плечо, тычась мордочкой в щёку.       — Тихо, приятель, — шепотом сказал Эш, гладя его по голове.       Его взгляд переметнулся на Лукарио, который неподвижно стоял у двери, его красные глаза были ясными и бдительными.       — Когда она тут уснула? — так же тихо спросил Эш.       Лукарио молча поднял лапу и показал два пальца.       — Два ночи? — перевёл Эш, и на его лице отразилась смесь жалости и понимания. — Ужас. Бедолага.       Он осторожно, стараясь не разбудить её, привстал с кровати. Его нога слегка задела её ступню. Эмили что-то пробормотала во сне и потянулась, её лицо на мгновение исказилось гримасой, но она не проснулась. Эш улыбнулся. Он наклонился, аккуратно подхватил её на руки, она была на удивление лёгкой, и переложил с кресла на свою постель, укрыв сброшенным на пол одеялом. Пикачу перебрался на спинку кресла, наблюдая за процессом.       — Ладно, — выдохнул Эш, глядя на спящую Эмили и на своего верного стража. — Спасибо, что присмотрели. Теперь давайте-ка найдём что-нибудь на завтрак. Тише воды.       Он бесшумно выпустил Гардевуар. Вспышка красного света была приглушенной, едва заметной в утренней дымке, пробивавшейся сквозь щель в шторах. Она бегло осмотрела комнату взглядом, сканируя пространство на угрозы, и замерла, увидев Эмили в постели Эша. Её оранжевые глаза сузились, но Эш лишь молча поднес палец к губам, а затем указал им на спящую девушку. Покемон коротко кивнула, поняв всё без слов, и бесшумно присела на край кровати, приняв позу хранительницы.       Тренер, накинув потрёпанную куртку и зашнуровав ботинки наспех, нащупал на дне рюкзака кошелёк. Дверь закрылась за ним с едва слышным щелчком. Спустившись на первый этаж. Он купил у автомата два брикета быстроразогреваемого завтрака. Что-то безвкусно-белковое с рисом и сунул их в микроволновку. Агрегат загудел, заполняя пространство навязчивым, монотонным жужжанием, и Эш прислонился к стене, закрыв глаза. За стеклом вращалась еда, а в его голове прокручивались обрывки вчерашних новостей, лицо профессора, бесконечная дорога…       С двумя пахнущими пластиком и теплом порциями он вернулся в номер. Гардевуар сидела в той же позе, лишь слегка повернула голову ему навстречу. Эмили все ещё спала, не шелохнувшись.       — Ну и соня… — тихо, с лёгкой и отеческой усмешкой, произнес Эш, ставя контейнер на тумбочку.       Он скинул куртку, и ботинки, и присел на край своего матраса, не решаясь её будить, и просто смотрел, как первые утренние лучи окончательно прогоняют тени с её лица.       Лучи солнца, пробивавшиеся сквозь пыльное окно, медленно проползли по комнате, пока один из них не упал прямо на лицо Эмили. Она поморщилась, повернулась, пытаясь уклониться от навязчивого света, и медленно открыла глаза. Взгляд затуманенный, непонимающий. Она осмотрелась, сканируя обстановку с привычной оперативной скоростью. Пикачу, сидящий на спинке кресла, Лукарио, неподвижно стоявший на страже у двери, Гардевуар, медитирующая на краю кровати, и сам Эш, сидящий напротив, и пара узких, светящихся щелочек в самой густой тени под кроватью, глаза Генгара, тихо наблюдающие за всем. Они перешептывались о чём-то на своём, понятном только им языке, но замолкли, когда заметили её движение.       Эш первым обратил на неё внимание, оторвавшись от тихого разговора с Лукарио.       — Доброе, Эми! — его голос прозвучал тихо, но бодро, стараясь не напугать её резкостью.       Эмили сонно села на кровати и с трудом выпуталась из кокона одеял, в который замоталась за ночь. Она провела рукой по лицу, смахивая остатки сна.       — Сколько времени?       — Двенадцать, если быть точным. Твой завтрак, вроде, ещё теплый, — Эш кивнул на картонный контейнер на тумбочке. — Ешь быстрее, а то Пикачу хоть и поел, но взгляд уже положил на него, — Он указал пальцем на электрического покемона, который действительно смотрел на контейнер с притворно-невинным, но крайне заинтересованным видом, потирая лапки.       Эмили потянулась за пластиковой упаковкой и жадно начала есть содержимое, почти не пережёвывая, словно боялась, что еду у неё отнимут. Эш и покемоны замолчали и уставились на неё с одинаковым выражением тихого изумления. Эмили на секунду остановилась с ложкой у рта, хлопнув пару раз глазами, словно только что осознала внимание, прикованное к ней.       — Что? — холодно спросила она, и в её голосе на мгновение мелькнула знакомая стальная нотка, заставляющая Лукарио непроизвольно напрячься.       — Ничего, просто ты им меня напоминаешь, — немного мечтательно произнес Эш, и на его лице появилась лёгкая, чуть виноватая улыбка. — Я с такой же скоростью ем… иногда. Особенно когда очень голоден.       — Хм, — она бросила взгляд на еду и теперь ела её медленнее, с преувеличенной аккуратностью, будто выполняла сложное задание.       — Надо помыться сходить, а то скоро вонять буду, как грязный Лайнун, — Эш потянулся к своему рюкзаку, достал оттуда набор мыльно-рыльных и аккуратно свёрнутое чистое нижнее бельё.       Он встал и направился в душ своей комнаты. Эмили тем временем доела свой завтрак до последней крошки, выбросила пустой контейнер в мусорку, а затем, взяв свою подушку и одеяло, молча вернулась в свою комнату. Заперев дверь, она скинула с себя потрёпанную одежду, и она бесшумно упала на пол. Она зашла в душ и повернула ручку. Струи воды, сперва ледяные, а затем обжигающе горячие, прошлись по её телу, словно впервые за долгое время смывая не только грязь и пот, но и невидимый слой прошлого. Она провела руками по своему телу, чувствуя под пальцами шрамы, выпуклость рёбер, напряжённые мышцы плеч, вызывая мурашки по всей коже. Приятные, почти забытые эмоции пробудили в ней жажду. Жажду чувствовать, жажду жить, от отсутствия каких-либо настоящих ощущений за тот долгий год гипноза. Она запрокинула голову, позволив воде течь по её лицу, смывая тихие, невыплаканные слёзы, смешивающиеся со струями воды.       Закончив свои дела, и подождав пока волосы высохнут, она вышла на улицу. Прохладный воздух ударил в лицо. Отойдя от входа в покецентр на несколько шагов, она закурила. Дым медленно растворялся в холодном воздухе. Её глаза, привыкшие к постоянной бдительности, машинально сканировали улицу, подметив старую телефонную будку в конце переулка, заставленные мусором баки, счастливую пару прохожих, не представляющих угрозы.       — А, вот ты где, — раздался рядом знакомый голос, к ней подошел Эш, закутанный в капюшон куртки и высоко поднятый шарф, скрывающий нижнюю часть лица. — Пару минут и к Профессору?       Эмили кивнула, выпустив струйку дыма в сторону. Эш прислонился к холодному металлу фонарного столба рядом с ней, засунув руки в карманы. Неловкое молчание повисло между ними, наполненное лишь далеким гулом городка.       — Эш… — тихо позвала его и смущенно поправила прядь волос.       — Да, Эми? — он повернул к ней голову, и из-под капюшона блеснули внимательные карие глаза.       — Спасибо. За всё.       — Без проблем, обращайся, — его взгляд смягчился, стало видно, что он улыбнулся под шарфом.       Тишина снова повисла. Она сделала ещё пару затяжек, а её взгляд неотрывно был прикован к телефонной будке, словно та манила её. Эш проследил за её глазами, заметил это едва уловимое напряжение в её позе.       — Хочешь кому-то позвонить? — уточнил Эш, его голос прозвучал мягко, без давления, он нащупал в кармане джинсов пару затертых монеток и с лёгким звоном извлек их.       — Н-Не знаю… — впервые за всё время настоящая, человеческая неуверенность вырвалась из её рта, заставив её сжать сигарету чуть крепче.       — Не бойся, пойдем! — Эш аккуратно взял её за запястье.       Он повел её к телефонной будке, их шаги отдавались глухим эхом по пустынному тротуару. Подойдя к запыленному стеклу, он протянул Эмили холодные монеты. Та молча взяла их, пальцы слегка дрогнули. Эмили зашла в будку, а Эш прикрыл за ней дверь, оставив её в тишине, отгороженной от всего мира грязным стеклом. Сам же он отвернулся, сделав вид, что с огромным интересом изучает расписание автобуса на ближайшей остановке, давая ей полную иллюзию уединения.       Она вставила несколько монет в щель аппарата, слыша, как они звякают, падая внутрь. Пальцы, привыкшие уверенно сжимать рукоять пистолета, сейчас дрожали, набирая знакомый номер матери. В трубке лишь протяжные, монотонные гудки, разрезающие тишину будки. Ничего больше. Ни сонного голоса, ни даже уставшего «алло». Пустота.       Эмили уже сжала пальцы на пластиковой трубке, готовая швырнуть её в стекло, почувствовав знакомую волну ярости, отчаяния, желания всё сломать. В левом кармане бомбера пальцы наткнулись на холодный металл. Зажигалка. Простая, потёртая. Подарок от отца. Она выдохнула. Снова набрала номер. Другой. Длинный, стёршийся в памяти, но внезапно всплывший с кристальной чёткостью. Снова гудки. Бесконечные, как тоннель без выхода. Она уже отпустила было трубку от уха, потеряв всякую надежду, когда…       — Алло? — послышался знакомый голос с привычной хрипотой, но теперь приглушённый сном и чем-то печальным, усталым.       Сердце Эмили дрогнуло и замерло. Она немного приоткрыла губы, вдыхая воздух в грудь, но звук не шёл. Лишь тихий, сдавленный выдох.       — Это я. Эмили.       Тишина в трубке. Казалось, даже гудки замерли на другом конце провода. Потом послышался резкий, прерывитый вдох, словно человека ударили под дых.       — Эми?.. — голос отца дрогнул, раскололся пополам. — Дочка? Это… правда ты? Где ты?!       — Да, это я, пап! Я в Синно! — её голос внезапно сломался, распадаясь на осколки сдерживаемых месяцев эмоций, слёзы подступили к глазам.       — Я… Мы уже думали, что ты уже… всё! — голос за трубкой помрачнел, стал тяжёлым, как булыжник. — Как ты? Где ты сейчас? Я тебя заберу домой. Сейчас же куплю билет.       — Я в порядке… — начала автоматически отвечать Эмили, но её взгляд упал на спину Эша.       Он всё так же стоял, изображая глубокий интерес к автобусному расписанию, его плечи были напряжены под курткой, а сжатые кулаки в карманах выдавали готовность в любой момент ринуться в бой. Она почувствовала тот невидимый, но неподъёмный груз ответственности, что он тащил на себе. Груз, из-за которого он отказывался от встреч со старыми друзьями, скрывался и бежал.       — «Лучший способ защитить их это сделать вид, что я здесь никогда не был.» — его вчерашние слова прозвучали в её голове с пугающей ясностью.       — …тут довольно сложная ситуация. Лучше не приезжай. — её голос стал твёрже, но внутри всё сжалось в комок. — Я тебе перезвоню по видеосвязи при первой же возможности из покецентра. Обещаю.       — Эмили! От тебя год ни слуху, ни духу, а сейчас ты говоришь, что перезвонишь?! — голос её отца повысился, в нём зазвенела боль и испуг. — …Ладно, — он сдался, выдохнув. — Но у тебя должны быть очень, очень хорошие объяснения! Поняла?       — Да, — сдавленно, почти шёпотом, ответила она, чувствуя, как ком подкатывает к горлу.       — …Я рад, что ты вернулась, — его голос внезапно смягчился, стал тёплым и таким родным, что сердце сжалось от боли. — Береги себя…       — Постой! А как там ма-…       Щелчок. Монотонный гудок. Связь оборвалась. Монеты кончились.       Она замерла на секунду, не в силах пошевелиться. Потом левый кулак со всей силы, с глухим стуком ударил по аппарату. Стекло будки задрожало. Она тяжело дыша, почти рыдая, но без слёз, повесила трубку на крючок. Опираясь лбом о холодное стекло, она закрыла глаза, пытаясь загнать обратно всю боль, весь страх, всё это проклятое одиночество, которое снова накрывало её с головой.       Эш, услышав глухой удар о стекло, резко повернулся к будке. Его взгляд мгновенно сфокусировался на её фигуре, на ладонях, упёртых в грязное стекло, на опущенной голове. Он не раздумывая подошёл и открыл дверь. Не говоря ни слова, он осторожно приобнял её, его рука легла на её напряжённую спину. Она не отстранилась, не вздрогнула, лишь опустила взгляд ещё ниже, в пол будки, уставленный окурками.       — Всё нормально, — выдавила она, и её голос прозвучал плоским, выученным, мёртвым хладом, за которым ничего не было.       Эш медленно отстранился, но не отпустил полностью. Его руки остались на её плечах, слегка сжимая их, будто пытаясь влить в неё хоть каплю тепла. Он смотрел на неё, и в его глазах читался тот самый, уже заданный без слов вопрос: «Что случилось?» И понимание.       Понимание того, что она снова соврёт. Что за этой ледяной стеной «нормально» скрывается всё что угодно. Боль, ярость, отчаяние, но он видел и другое. Её абсолютную, отчаянную потребность в этой лжи прямо сейчас. Он лишь молча кивнул, принимая её ответ. Принимая правила её игры. Его большой палец непроизвольно провёл по грубой ткани её куртки на плече, короткое, почти незаметное движение, жест поддержки, который ничего не требовал взамен.       — Хочешь кому-то позвонить? — неожиданно спросила Эмили, в её голосе появилась едва уловимая нота заботы.       Эш перевёл взгляд на погнутый от её удара корпус телефонного аппарата. Перед его глазами пронеслась мгновенная, яркая вспышка воспоминаний: тёплая улыбка, синие глаза Серены. Сердце больно кольнуло, сжавшись от старой, но всё ещё живой раны. Словно кто-то снова провёл по ней лезвием.       — Нет… — ответил он, и его голос прозвучал чуть резче, чем он планировал. — Нет. Пойдём?       Эмили молча кивнула, уловив смену его настроения, но не стала комментировать. Они вышли из будки, и двинулись по улочке в сторону знакомого здания лаборатории профессора Рована.       — Ты часто пропадаешь, — констатировала факт Эмили, не глядя на него, её голос был ровным, без намёка на упрёк.       — В каком смысле? — Эш нервно пропустил шаг, его плечи слегка напряглись.       — Ну, вот как сейчас. В будке. В своих мыслях. — Она на секунду встретилась с ним взглядом, и в её серебряных глазах мелькнуло понимание. — Уходишь куда-то далеко.       — Кто бы говорил… — беззлобно ответил он. — Не только у тебя воспоминания постоянно проявляются в самый неподходящий момент.       Эмили ничего не ответила на это, лишь плотнее закуталась в свой бомбер, словно внезапно почувствовала холод.       Они дошли до лаборатории. Прежде чем зайти внутрь, Эмили на несколько секунд задержалась у своего мотоцикла. Её взгляд бегло, но тщательно осмотрел его, проверив застёжки на сумках, положение замков. Убедившись, что всё на месте и нет следов постороннего вмешательства, она кивнула сама себе и повернулась к двери. Эш уже ждал её на пороге, придерживая тяжёлую дверь. Они зашли внутрь, снова попадая в царство хаотичного порядка: стопки бумаг, мерцающие мониторы и запах старого переплёта.       — Вот и вы, я уже думал, что вы не появитесь, — встретил их профессор, отложив в сторону папку с бумагами. — Как спалось?       — Нормально, — коротко ответил Эш, снимая рюкзак.       — Более-менее… — Эмили непроизвольно потерла плечо, всё ещё чувствуя боль от неудобной ночи в кресле.       — Пика-Чу! — электрический покемон выглянул из рюкзака Эша, озираясь по сторонам.       — Проходите, — Рован отошел к своему столу, а Эмили с Эшем опустились на потертый диван. — Что же ты там в Хоэнне учудил, Кетчум? Весь мир напрягся от разрушения Небесного столба. Новости бьют тревогу, учёные ломают головы.       Эш тяжело вздохнул, сгорбившись и уставившись в пол. Эмили скучающе откинулась на спинку дивана, скрестив руки на груди, но внутри у неё всё сжалось в тугой, тревожный комок.       — Всё началось с того, что Команда R передала Команде Магма и Команде Аква мастерболл, — начал Эш, не поднимая глаз.       — Мастерболл? У Команды Ракета? — профессор Рован переложил папку с документами в сторону. — Скверно… Откуда у них такое?       — Украли из небоскрёба корпорации «Сильф», — ответил Эш, и его голос помрачнел. — Попутно перестреляв там кучу людей!       Эмили на секунду дернулась, но лицо её осталось каменным, а взгляд упёрся в противоположную стену. Это же именно она, по приказу, проникла в тот небоскрёб. Именно её пули нашли своих целей. Именно её рука забрала готовый мастерболл и диск с чертежами. Эш, сидя рядом, через свою ауру почувствовал короткую, резкую вспышку эмоций. Вина, ужас, боль, но списал это на общее напряжение и просто переждал, пока она не угаснет.       — А потом мне пришлось за… 26 дней, да? — Эш перевёл взгляд на Эмили, та молча кивнула, не глядя на него. — За 26 дней спасать регион от Магмы и Аквы. Не совсем похоже, что я его спас, но всё могло быть гораздо хуже…       — Пробуждение Кайогра и Граудона повредило не только Хоэнн, но и другие регионы… — начал Рован. — Вулкан на острове Синнабар выпустил огромное количество пепла, воздушное сообщение парализовано. Побережье Джото пострадало навсегда после поднятия уровня воды, целые посёлки просто смыло. Землетрясения обвалили шахты Оренборо-Сити, десятки шахтёров до сих пор под завалами. В Юнове, из-за большого количества новой воды, канализации переполнились, и нечистоты вырвались на улицы, забирая с собой покемонов из канализации. А в Калосе льдом покрылась вода возле гима Шалур-Сити, местные рыбаки разорены.       — Надеюсь, что никто не умер… — прошептал Эш, сжимая кулаки.       — Много кто пострадал, — безжалостно констатировал профессор. — А что же случилось со Столбом? Как этот памятник, стоявший тысячелетия, рухнул в воду?       — Они обстреляли столб… — тихо, почти шёпотом, произнёс Эш, глядя в пустоту перед собой, как будто до сих пор не веря в собственные слова.       — Они? Обстреляли? — профессор Рован сдвинул брови, его учёный ум сразу же потребовал конкретики. — …Чем?       — Команда Аква и Команда Магма использовали корабельные снаряды с подрывом в воздухе, — механически вмешалась Эмили, потому что Эш, погружённый в свои переживания, вряд ли бы смог объяснить это технически. — Их целью был захват Рейквазы. Снаряды с усиленным зарядом и системой дистанционного подрыва должны были создать ударную волну, чтобы оглушить её, но Рейкваза уворачивалась. Снаряды попадали по опорным конструкциям Небесного столба. Древний камень не был рассчитан на современные боеприпасы такого калибра. Конструкция не выдержала серии прямых попаданий и обрушилась в воду.       В лаборатории образовалась тишина, нарушаемая лишь тихим гудением компьютеров. Эш сидел, сгорбившись, его плечи были напряжены. Эмили смотрела на профессора. Даже Пикачу не решался нарушить молчание, лишь тихо перебирал лапками по плечу Эша.       — И что теперь? — наконец, тихо спросил профессор, обращаясь больше к самому себе, чем к ним. — Что теперь со всем этим делать?       — Минимизировать последующий… ущерб, — Эмили выдавила слова, подбирая их с видимым усилием.       Её лицо под баффом оставалось непроницаемым, но в глазах читалось напряжение. Год промывки мозгов в Команде R наложил свой отпечаток на её речь, превратив её в набор сухих, казённых формулировок. Теперь же она пыталась заново научиться говорить как человек, а не как инструмент.       — Есть ли данные о Команде Галактика и Синтии? — дополнила она.       — О Галактике ничего нового, — кратко ответил Рован, разводя руками. — А с Синтией есть возможность встретиться через три дня. В Джубилайф-Сити. В надёжном месте, как она сказала.       — И что за место? — уточнил Эш, подняв взгляд.       — Ночной клуб… «Электродром».       Повисла тишина, нарушённая лишь наигранным кашлем Эмили. Под тёмным баффом, скрывавшим нижнюю часть её лица, пряталась лёгкая, едва сдерживаемая ухмылка. Эш посмотрел на профессора с немым вопросом.       — Он принадлежит Волкнеру, — дополнил профессор.       — Волкнеру?! — брови Эша поползли наверх. — Он точно не тот человек, который будет заниматься… подобным!       — Бизнес есть бизнес, Эш, — Рован пожал плечами, и на его усах дрогнула тень улыбки. — Даже у лидера электрического гима есть счета за электричество, как бы это смешно не звучало. У них там вечером скоро встреча элитной четвёрки, некоторых гим-лидеров и чемпиона. Вас пропустят.       — За сколько твой мотоцикл доедет до Джубилайфа, Эм? — Эш повернулся к Эмили, уже составляя в голове маршрут.       — За шесть часов, это если без остановок, — ответила она без колебаний, её голос вновь приобрёл привычную оперативную чёткость.       — Кстати, — Рован достал из-под стола небольшой кейс и щёлкнул замками, внутри на мягком чёрном поролоне лежали шесть новеньких, отполированных до блеска покеболлов. — Вы так и не взяли вчера.       — Бери, Эми, у меня шесть с собой, и все с покемонами. Тебе свои нужны.       Эмили автоматически подошла ко столу. Она быстрыми движениями, как на загрузке боеприпасов, положила пять покеболов во внутренний карман бомбера. Но когда пальцы сомкнулись вокруг шестого, её рука дрогнула. Небольшая дрожь пробежала по запястью, и шар едва не выскользнул из неожиданно ослабевших пальцев.       Перед глазами, словно вспышка, встали они. Те, кого у неё забрали. Тайфлоужен, чье пламя грело её. Ноктаул, её верный ночной страж, чьё спокойное присутствие усыпляло все детские страхи. Фуррет, вечный непоседа, вечно норовивший стащить что-нибудь блестящее. Их судьбы были неизвестны. Распроданы, переданы другим оперативникам… или того хуже. А потом другие. Те, кого она оставила, уходя в то роковое путешествие, из которого не вернулась. Рампардос, упрямый и несгибаемый, как скала. Токсикроак, вечно ворчащий, но всегда прикрывающий её спину в бою. Зороарк, мастер иллюзий, чью истинную преданность знала только она. И теперь… теперь она даже не знала, живы ли они. Знают ли, что с ней случилось? Ждут ли?       Она резко развернулась, не в силах вынести тяжести этих мыслей, и почти выбежала на улицу, хлопнув дверью, оставив Эша и профессора в ошеломлённой тишине.       — Девушка с трагичной судьбой… — медленно проговорил Рован, глядя на захлопнувшуюся дверь. — И всё-таки кто она, Эш? Лицо монолитное, глаза собранные и постоянно оценивают ситуацию, голос холодный и ровный…       — Бывший оперативник Команды R, — тихо, но чётко произнёс Эш, не отрывая взгляда от двери.       — Команда R… — профессор выдохнул, и в его голосе прозвучало глубочайшее отвращение. — Промытые мозги, подавленная воля, идеальные солдаты без прошлого и будущего. И она… одна из них?       — Была, — жёстко подчеркнул Эш. — Теперь нет. Она… вырвалась. Но вытащить оттуда себя это одно. А вытащить оттуда всё, что они в тебя вложили, всё, что они заставили сделать…       — Аркеус… — прошептал профессор, качая головой. — И что же она теперь будет делать?       — Жить, — просто ответил Эш. — Учиться заново. День за днём. Мы ей поможем.       Он встал и накинул рюкзак. Пикачу молча запрыгнул к нему на плечо, всем видом показывая готовность к дороге.       — Спасибо, Рован, — произнёс Эш, натягивая капюшон и поднимая шарф, скрывая лицо.       — Берегите себя.       Эш кивнул и вышел на улицу. Дверь закрылась за ним с тихим щелчком.       — Герои… — тихо добавил профессор, глядя на груды бумаг, в которых тонули ответы на вопросы, не решавшие главного: как спасти тех, кто уже сломан?       Эш вышел на залитую солнцем улицу. Мотоцикл стоял на том же месте, заведённый, его двигатель ровно и нетерпеливо урчал. Но Эмили нигде не было видно.       — Эм? — тихо позвал он, озираясь.       Тишина. Лишь ветер гнал по дороге пыль и перекатывал пустую банку из-под содовой.       Эш беспокойно посмотрел по сторонам, но нигде не было ни намёка на её высокую фигуру. Тренер облокотился на низкий заборчик. Из покеболла на его поясе самостоятельно вышел Лукарио. Покемон тут же насторожился, его уши дрогнули, улавливая тревожные ноты в ауре тренера. Они простояли так минут десять в напряжённом молчании, лишь изредка переглядываясь.       Внезапно уши Лукарио дёрнулись. Он повернул голову и коротко ткнул лапой в сторону дороги, ведущей обратно к лаборатории. Эш выпрямился. По ней медленно, почти неуверенно, шла Эмили. Она несла на руках небольшой комок черно-серого меха, прижимая его к груди с непривычной нежностью, как маленький ребёнок. Четвероногий покемон с глуповато высунутым языком и большими глупыми глазами, с любопытством осматривался по сторонам, обнюхивая воздух.       — Пучиена? — тихо, с лёгким удивлением, произнёс Эш, осматривая покемона.       Эмили молча подошла к Эшу и Лукарио. Пучиена наклонила голову, изучая их своими красными глазками, и коротко, радостно тявкнула.       — Ты где её вообще нашла? — спросил Эш, всё ещё не веря увиденному.       — Недалеко. Я услышала её лай, — начала Эмили, её голос звучал приглушённо, но без привычной стальной хватки. — За придорожными мусорными баками. Она выла… И я поймала в покеболл.       Эш осторожно протянул руку и погладил покемона по голове. Пучиена радостно облизнула ему ладонь шершавым языком, виляя коротким хвостом.       — Обычно они не такие дружелюбные, — прокомментировал Эш, всё ещё удивлённый. — Похоже, ещё совсем молодая особь. Клыки и когти короткие, окрас шерсти в некоторых местах всё ещё недостаточно тёмный. Её, наверное, рано отлучили от матери.       — Она не хочет сидеть в покеболле… — тихо, почти извиняющимся тоном, произнесла Эмили, глядя на щенка, а не на Эша.       Пучиена уткнулась мордой в неё, тихо поскуливая. Эш усмехнулся, и на его лице появилось тёплое, понимающее выражение.       — Классика жанра, да, братец? — он перевёл взгляд на Пикачу, который с самого начала с интересом наблюдал за новым членом команды с своего поста на бензобаке.       Пикачу важно кивнул, явно одобряя бунтарский дух малышки. Эмили неловко погладила Пучиену по спине, чувствуя, как под пальцами дрожит тёплое тельце.       — Что же мне с ней делать? — в её голосе впервые прозвучала растерянность, а не холодная уверенность оперативника.       — Что делают все тренеры с непослушными покемонами, Эм? — Эш улыбнулся. — Носи на руках, пока не надоест, а там, глядишь, и привыкните друг к другу. Давай, садись, поедем. Ей тоже, наверное, страшно одной.       Эмили кивнула и, всё так же бережно прижимая к себе Пучиену, устроилась на мотоцикле. Щенок устроился у неё на коленях, уткнувшись мордой в её живот, и, кажется, уже начал потихоньку засыпать. Эш вернул Лукарио в покеболл, а Пикачу снова спрятался в рюкзаке. Тренер затем сел, немного обхватив Эмили чуть выше талии.       Мотоцикл покидал Санджем-таун тихо и медленно. Эмили не хотела ехать быстро в этот раз, инстинктивно боясь нарушить хрупкий сон покемона, пригревшегося у неё на коленях. Пучиена сопела, её маленькое тельце вздрагивало на каждом повороте, и Эмили невольно придерживала её свободной рукой.       Они проехали всего три часа. День ещё не спешил к вечеру, но в желудке у обоих настойчиво засверлило чувство голода. А точнее Пучиене явно хотелось есть. Она начала беспокойно повизгивать и облизывать пальцы Эмили. Та, не раздумывая, свернула с главной дороги в глубь осеннего леса, ориентируясь на шум бегущей воды. Эш и Эмили быстро и слаженно организовали лагерь на небольшой поляне между соснами, рядом с ручейком с кристально чистой водой. Эш выпустил своих покемонов привычными вспышками красного света. Появились Лукарио, Пикачу, Генгар и Гардевуар. Но Эмили, привыкшая к составу его команды, сразу обратила внимание на важную деталь: вместо Септайла был другой покемон. Материализовался Чаризард. Он потянулся, расправляя огромныее крылья, от которых по земле поползла тень. Его горящий хвост осветил лагерь оранжевым светом, а из ноздрей вырвалось облачко дыма. Он медленно повернул массивную голову, его пронзительный взгляд упал на Эмили, изучая новое лицо с надменным любопытством. Пучиена, почуяв исходящую от дракона мощь и жар, испуганно взвизгнула и мгновенно спряталась за правой ногой Эмили, прижав уши и поджав хвост.       — Спокойно, всё в порядке, — тихо сказала Эмили щенку, но её собственные мышцы были напряжены под пристальным взглядом огненного покемона.       Эш, заметив напряжение, быстро шагнул вперёд, заняв позицию между ними.       — Эй, большой парень, расслабься, — он повернулся к покемону. — Чаризард, это Эмили, мой хороший друг. Эмили, это Чаризард, один из первых моих покемонов. Он… немного ревнивый к новым людям, но душка, когда узнает получше.       Чаризард выпустив струйку огня в Эша, тренер стряхнул с лица сажу и вздохнул. Лукарио, стоявший чуть поодаль, коротко кивнул Чаризарду, передавая через ауру мгновенную вспышку информации: «Свой. Доверяй». Чаризард издал низкое, гортанное урчание, больше похожее на ворчание, и развернулся, чтобы устроиться поудобнее у будущего костра, явно давая понять, что пока не представляет угрозы, но и не намерен дружить. Пучиена, видя, что гигант отвернулся, осмелела и высунула из-за ноги Эмили любопытный нос.       Эш достал из рюкзака набор пластиковых мисок для покемонов и принялся заполнять их кормом. Одна за другой миски заняли свои места перед маленькой стаей. Покемоны принялись за еду с разной степенью энтузиазма: Лукарио и Гардевуар ели молча и сосредоточенно, Генгар чавкал, а Чаризард глотал пищу большими порциями, издавая довольное урчание. Изредка они перебрасывались короткими взглядами или тихими возгласами, создавая уютный фон лагерной жизни. Пучиена, всё ещё робкая, устроилась поодаль, но Пикачу, эта добрая душа, подсел к ней поближе. Он что-то оживлённо болтал на своём языке, тыкая лапкой то в свою миску, то в её, явно втягивая испуганного щенка в свой маленький коллектив покемонов по спасению мира. Эмили, тем временем, доставала из сумок консервы для их с Эшем ужина.       — А зачем ты Септайла заменил? — спросила она, разрывая упаковку с тушёнкой.       — Решил дать ему отдохнуть, — ответил Эш, подвешивая над разгоревшимся костром котелок с водой. — И так через весь Хоэнн прошёл со мной. Пусть побудет на ранчо профессора Оука, понежится на солнышке.       — Помню… — неуверенно начала Эмили, её пальцы замерли на банке. — Его по телевизору. В том матче Лиги Синно. Он тогда здорово выступил.       — Когда я дрался против Тобиаса? — в голосе Эша проскочила знакомая обида. — И откуда у него был Даркрай?.. А затем и Латиос… — Он покачал головой, отгоняя воспоминания о том сокрушительном поражении. — Ты все мои матчи что ли смотрела?       — Нууу… — немного протянула Эмили, и даже сквозь бафф было заметно, как её лицо заливает краска, она потупила взгляд, делая вид, что с невероятным интересом изучает этикетку на банке.       — «Фанатка, говорю же.» — послышался в голове Эша знакомый голос Тёмного.       — Да… — наконец выдохнула она, сдаваясь под его прямым взглядом. — Смотрела. Когда была возможность. Всё, что показывали.       Эш замолчал на секунду. Он видел её смущение, видел, как она пытается спрятаться, и давно забытая ему нежность шевельнулась где-то глубоко внутри. Он улыбнулся, улыбка была тёплой и абсолютно искренней, без намёка на издевку.       — Автограф оставить? — шуточно спросил он, делая вид, что ищет в карманах ручку. — Или на фото сняться? Только Пикачу тоже зови, он обожает внимание.       Эмили фыркнула, и из-под баффа вырвался сдавленный, но самый что ни на есть настоящий смешок.       — Дурак, — бросила она ему, но в её глазах, впервые за этот разговор, промелькнул не холод, а что-то похожее на веселье, она с силой дёрнула кольцо на банке с тушёнкой, чтобы скрыть смущение.       — «Что такое, Монарх? Наконец-то прошлое с Сереной решил забыть?» — шёпот Тёмного прокрался в сознание, холодный и насмешливый. — «Или твоё сердце дало слабину, открывшись для неё? Похоже, тебе нравятся опасные девчонки с промытыми мозгами.»       — «Отъебись.» — мысленно рявкнул Эш, и его глаза на мгновение вспыхнули коротким голубым свечением.       Эмили и несколько покемонов заметили это. Пикачу насторожился, а Лукарио повернул голову, его чувствительная аура уловила всплеск.       — Почему они у тебя иногда вспыхивают? — спросила Эмили, отложив банку и присаживаясь рядом с ним, её голос был лишён осуждения, лишь простое любопытство.       — Прогоняю того, кто вырвался тогда на заводе… — Эш тяжко вздохнул, уставившись на закипающую в котелке воду. — Он не хочет уходить. Цепляется за каждую слабину, за каждую плохую мысль. Иногда его получается загнать подальше только так.       — Он? — Эмили нахмурилась, перебирая в памяти заученные досье. — У тебя же из психических диагнозов в карточке только ПТСР, связ-…       — Да, он, — перебил её Эш. — Часть меня. Образ гнева, печали и всего самого дерьмового, что со мной случилось. С собственным разумом и постоянно хочет вырваться наружу. — Он медленно повернулся и посмотрел ей прямо в глаза. — Можешь пообещать кое-что?       — Конечно, — без колебаний ответила Эмили.       — Если будет такая ситуация, что он окончательно получит контроль надо мной… — мрачно, отчеканивая каждое слово, начал Эш, не отводя с неё взгляда. — …и я стану угрозой для других… для невинных… для тебя… то пристрели меня.       Покемоны замолчали, почуяв тяжесть момента. Пикачу замер с полной щёкой еды, его уши прижались к голове. Чаризард издал тихое, предупреждающее рычание, но неясно, кому оно было адресовано. Гардевуар и Лукарио обменялись взглядами. Ухмылка Генгара упала на его лице. Эмили замерла. Её дыхание на мгновение остановилось. Она смотрела на него, ища в его глазах хоть намёк на шутку, но находила лишь пугающую пустоту. Она, видевшая смерть и саму её причину, вдруг почувствовала ледяную дрожь по спине.       — Обещаю.       Они смотрели друг на друга несколько секунд. Потом Эш кивнул, коротко и ясно, и отвернулся к котелку, его плечи на мгновение расслабились. Он потянулся к маленькому сетчатому пакету с картошкой и принялся спокойно и методично чистить их ножом. Будто ничего и не произошло. Эмили поставила открытые консервы рядом на складной столик. Затем, заметив, что в лагере как-то уж слишком тихо, она подошла к мотоциклу, повернула ключ зажигания и включила радио. Из динамиков послышались ровные, безэмоциональные голоса дикторов, вещающих о прогнозе погоды и местных новостях       — А когда ты начала путешествовать? — тихо, под аккомпанемент радио, спросил Эш, не отрываясь от картошки.       — …Через несколько месяцев после твоего участия на Лиге Индиго, — после небольшой паузы ответила Эмили.       Чаризард, дремавший у костра, немного приподнял массивную голову и посмотрел на неё одним глазом.       — На год позже меня? — Эш на мгновение погрузился в воспоминания, его нож замер над картофелиной. — А как мы с тобой не пересеклись тогда на Серебряной Конференции?.. Или я пропустил одну Лигу во время моего путешествия по Оранжевым Островам?       — А я отборочные даже не прошла… — стыдливо призналась Эмили, отводя взгляд в сторону ручья. — Да и покемонов у меня с собой был не полный набор. Всего двое.       — Я видел результаты твоих последующих лиг, — мягко сказал Эш, пытаясь её подбодрить. — Не плохой результат на Лиге Юновы!       — Давай сменим тему… — сердце Эмили болезненно сжалось, и она резко отвернулась, делая вид, что поправляет шнурок на ботинке, воспоминания о её команде, о тех, кого она оставила, о тех, кого у неё забрали, ударили с новой силой.       — Ладно, прости, — тут же отступил Эш. — Не хотел.       — Не надо извиняться, всё нормально… просто… — она замолчала, не в силах подобрать слова.       Эш отложил нож и очищенную картошку, вытер ладони о брюки и, подойдя к ней, положил руку на её плечо. Эмили не отстранилась. Она лишь закрыла глаза на секунду, чувствуя, как ком в горле понемногу рассасывается. Сзади к её ноге прижалась Пучиена, тихо поскуливая, словно чувствуя её настроение. Эш легонько похлопал её по плечу и убрал руку, возвращаясь к готовке.       Наконец-то приготовив еду и поев, они начали заниматься своими привычными делами. Эш устроил небольшую тренировку с покемонами на окраине поляны, а Эмили тем временем перепроверяла своё снаряжение, её Пучиена немного мешала процессу, то и дело пытаясь утащить то носок, то запасной магазин. Эмили не сердилась, она просто методично кидала палку куда-то в сторону, чтобы отвлечь щенка на несколько драгоценных секунд. После снаряжения, Эмили перевела свой фокус на пистолет. Она разложила на складном столике Эша тёмно-серый коврик для чистки оружия с аккуратными кармашками для инструментов. С характерным чётким щелчком она извлекла из кобуры тяжёлый, массивный пистолет калибра .50 AE. Матовый чёрный металл холодно блеснул в свете костра.       Покемоны Эша, уловив движение и звук, привычно напряглись. Пикачу замер с поднятыми ушами, Генгар растворился в тени на секунду, а Чаризард приподнял голову, смотря на оружие с глубоким, животным недоверием.       — Спокойно, ребят, — произнёс Эш, прерывая свою тренировку. — Она просто приводит его в порядок. Всё под контролем.       Эмили поймала их настороженные взгляды, её пальцы на мгновение замерли, отсоединяя ствол от затвора. Её серебряные глаза скользнули по их напряжённым фигурам, оценивая, не является ли её действие угрозой в их глазах. Увидев, что Эш контролирует ситуацию, она почти незаметно кивнула и переключилась обратно на чистку.       Она погрузилась в ритуал: щётка, смоченная в чистящем растворе, прошлась по каналу ствола, потом сухая ветошь. Методично, тщательно, сконцентрированно. Это был её способ медитации, её способ привести в порядок не только оружие, но и собственные мысли. Скрип щётки и лёгкий лязг металла стали частью вечерних звуков леса, постепенно перестав тревожить покемонов. Они вернулись к своим занятиям, уже лишь изредка поглядывая на неё с любопытством, а не со страхом. Пучиена устроилась у её ног, грызя палку, и тихое поскуливание щенка смешалось со звуками чистки оружия и тренировки.       — Ладно, хватит на сегодня. Все свободны, — произнес Эш спустя несколько минут тренировки.       Покемоны медленно разошлись по лагерю, но теперь их внимание было разделено между отдыхом и девушкой с разобранным пистолетом. Эш вернулся к костру и встал рядом со столиком, наблюдая, как Эмили с хирургической точностью осматривает части пистолета. Она тихо, почти неслышно вздохнула.       — Всё нормально? — спросил Эш, не отводя взгляда от пламени костра, но чувствуя её напряжение.       — Возвратные пружины теряют жёсткость, — констатировала она без эмоций, проводя пальцем по виткам пружин. — На затворе остатки пороха, похоже, что плохие боеприпасы. Некачественные.       — Это хорошо или плохо? — уточнил он.       — Отвратительно, — её голос стал плоским и холодным. — Это риск осечки, задержки или, что хуже, преждевременной детонации прямо в стволе.       Эш в очередной раз с болезненной ясностью понял, насколько их миры отличаются. Для него «отвратительно» это потеряться в лесу или остаться без еды, а не вероятность взрыва оружия в руках.       — Откуда у тебя вообще эта… штука? — его глаза упали на тяжёлый, массивный магазин, набитый огромными, незнакомыми ему патронами.       — Выдали, — кратко ответила Эмили, не отрываясь от протирки затвора специальной салфеткой. — Это, конечно, не армейский стандарт, но я не жалу-… — она словестно споткнулась, поймав себя на слове, — ну, то есть, что выдали, то и было.       — Такую вещь не всем выдают? — поинтересовался Эш, пытаясь понять логику её прошлой жизни.       — Дорогое оружие, — пояснила она, — а с законами тут вообще тёмный лес. Уж молчу про автоматическое оружие или дробовики.       — Помню, как на меня пару раз оружие наводили… — задумчиво произнёс Эш, глядя на огонь.       — Да? И что это было? — её голос выдал профессиональный интерес.       — Точно не скажу, — честно признался Эш, потирая затылок. — Я в этом не разбираюсь и давно это было, ещё в первое моё путешествие, но это точно было в Зоне Сафари. Охранники там, видимо, нервные.       — Зона Сафари? — Эмили фыркнула, и в её голосе прозвучало лёгкое презрение. — Туда только послевоенное или гражданское оружие попадает. Шлак, чтобы браконьеров пугать.       — Личный опыт? — осторожно уточнил Эш.       — Да, — Эмили тяжело вздохнула и посмотрела на Пучиену, которая мирно спала у её ног, словно ища утешения в её простом присутствии.       — Не хочешь битву устроить? — неожиданно спросил Эш, желая отвлечь её от мрачных мыслей.       — Н-Нет… не сегодня, — она покачала головой, её пальцы сжали затвор пистолета чуть крепче.       — «Правильно, знай своё место! Это оскорбление драться Монарху с щенком Пучиены!» — крикнул Тёмный внутри сознания Эша, его голос был полон ядовитого высокомерия.       — «Эй, а как же спортивный интерес?» — мысленно парировал Эш, стараясь сохранить контроль.       — «С ней?!» — силуэт Тёмного материализовался в его сознании, встал рядом с Эмили и начал медленно обходить её, внимательно осматривая. — «Максимум только интимный.»       — «Что-то ты сегодня нарываешься!» — края глаз Эша стали немного красными, аура подступила к коже горячей волной.       — «Ты же сам на неё пялился, пока она в своём обтягивающем комбинезоне была. Смотрел на её фигуру, на её холодную кожу… ты же сам пустил ей кровь по спине…» — силуэт Тёмного встал прямо перед лицом Эмили в воображении Эша. — «С виду она такая холодная и мраморная, а внутри… хрупкая и слабая! Её так легко сломать. Стоит лишь надавить…»       Эш невольно бросил взгляд на Эмили. Его пальцы рефлекторно сжались, готовые ринуться к ножу на поясе. В его немного покрасневших глазах мелькнул образ: её шея под полумаской, бледная кожа, которая могла бы стать синеватой. Его мышцы напряглись для рывка, разум на мгновение захлестнула чужая, тёмная жажда…       — «Эш…» — раздалось эхо голоса Серены, тихое и далёкое.       — Ты как? Нормально? — Эмили обратила внимание на его внезапную напряжённость.       Она уже собрала пистолет с привычной скоростью и вкладывала его в кобуру, её взгляд был пристальным и аналитическим. В нём читалась не тревога, а оценка угрозы. Эш резко выдохнул, откидываясь назад. Краснота из глаз спала, сменившись усталостью и стыдом.       — Да… да, всё в порядке. Просто… устал. — Он не смог встретиться с ней взглядом.       Эмили ещё секунду изучала его, затем кивнула, приняв объяснение, и пристегнула кобуру.       — Понятно. Тогда я пойду проверю периметр. — она встала, её движения снова стали собранными и безличными, отгораживаясь от него невидимой стеной. — Перед сном это никогда не бывает лишним.       Эмили скрылась в темноте между деревьями. Эш же, с тяжестью на душе, направился в свою палатку. Он молча отсек себя от внешнего мира, и повалился на спальный мешок, закрыв глаза в надежде на забвение.       Он снова оказался на поле с высокой, мокрой от росы травой, которая цеплялась за ноги. Туман был густым, стирающим все границы. Эш осмотрелся, но был совершенно один. Он сделал несколько неуверенных шагов вперёд, трава шуршала под его ботинками. Он шёл, казалось, целую вечность, и в то же время одно мгновение, пока не почувствовал чьё-то присутствие за спиной. Он обернулся и увидел её. Девушку с медовыми волосами. Её голубые глаза прорезались сквозь пелену тумана, но в них не было ни тепла, ни узнавания, лишь ледяная отстранённость и глубокая боль. Она молча смотрела на него, а потом медленно отвернулась и стала уходить, растворяясь в белой пелене.       — Серена! — он попытался крикнуть, но голос застрял в горле.       Он ринулся за ней, ноги вязли в мокрой траве, туман затягивал её образ, пока от него не осталось ничего. Только пустота.       Эш проснулся с резким вздохом, с чувством леденящей жажды и тоски. В палатке было холодно. Он вылез наружу. Была глубокая ночь. Мотоцикл молча стоял на страже между их палатками, его бак тускло отсвечивал в лунном свете. Покемоны дремали: Пикачу свернулся калачиком у потухшего костра, Чаризард грел боком Лукарио. Лишь Гардевуар бодрствовала, сидя в медитативной позе. Её оранжевые глаза мягко светились в темноте, она несла молчаливый дозор. Она повернула голову и посмотрела на Эша, прочитав остатки кошмара в его взгляде.       — Плохой сон… — произнёс Эш и подошёл к своему рюкзаку, оставленному у остывших углей костра.       Он нашел флягу и сделал несколько долгих глотков холодной воды, пытаясь смыть ком в горле. Его взгляд скользнул к палатке Эмили. Он задался вопросом, нашла ли она хоть какой-то покой в своём сне, или её ночь была такой же беспокойной, как и его. Гардевуар мягко коснулась его сознания, предлагая утешение, но он мысленно отклонил его, кивнув ей с благодарностью. Ему нужно было побыть одному со своими мыслями, какими бы тяжёлыми они ни были. Он сел на бревно, упёршись локтями в колени, и уставился на пепелище, в ожидании рассвета.

***

      Они въехали в Джубилайф-Сити поздним утром, когда солнце уже стояло высоко и вовсю отражалось в стеклянных фасадах небоскрёбов. Всю дорогу, всё утро Эш молчал, погружённый в себя, в свои мысли, уставившись в спину Эмили. Он лишь автоматически, односложно отвечал на её редкие, осторожные вопросы. Она, в конце концов, схитрила, спросив что-то насчёт срочной необходимости заехать в покецентр и проверить Пучиену, пополнить аптечку. Эш, не вникая, просто кивнул, согласившись на остановку, хотя изначальный план был иным — переночевать два дня за городом и уже потом направиться на встречу.       Эмили аккуратно припарковалась у тротуара возле знакомого здания покецентра и заглушила двигатель. — Посиди с железным конём? — бросила она, снимая шлем. — Я быстро.       Эш лишь молча кивнул, так и не слезая с места, его взгляд был устремлён куда-то внутрь себя. Эмили, пристроив у подмышки сонную Пучиену, направилась к стеклянным дверям. Внутри царила привычная стерильная чистота и пахло антисептиком. За стойкой сидела улыбчивая медсестра Джой.       — Доброе утро, чем могу помочь? — поприветствовала она.       — Две одноместные комнаты. На два дня, — коротко сказала Эмили, ставя Пучиену на пол, та потянулась и зевнула.       Медсестра Джoy что-то проверила на мониторе, и её лицо стало немного сожалеть.       — К сожалению, у нас есть только одна комната для двух человек. У нас как раз сегодня конференция гим-лидеров в городе, все номера нарасхват.       Эмили на секунду задумалась, её взгляд метнулся к выходу, где был погружённый в себя Эш, а затем обратно к медсестре.       — Это не проблема, — сказала она решительно и протянула свой покедекс для регистрации.       — Хорошо, — медсестра Джой провела картой, записала комнату на имя «Эмили Торн» и выдала ей ключ-карту. — Что-нибудь ещё?       — Да, — Эмили снова взяла Пучиену на руки, щенок лизнул её руку. — Можете моего покемона осмотреть? Первый осмотр.       — Конечно! — Джой просияла ещё ярче. — Какая милая малышка! И такая спокойная для Пучиены. Обычно они такие хулиганы! Виглитафф!       К стойке подкатил розовый покемон с медицинской тележкой, на которой аккуратно лежала небольшая пластина с полостями под покеболлы. Эмили поставила Пучиену на тележку и оставила покеболл рядом, на всякий случай. Виглитафф укатила куда-то вглубь покецентра, а Эмили заняла место в зале ожидания.       Спустя пару минут Виглитафф вернулась. Пучиена сидела на той же тележке, счастливо разгрызая новую резиновую игрушку в форме кости. Явный подарок от доктора.       — Всё в полном порядке! — доложила медсестра Джoy, просматривая результаты на планшете. — Абсолютно здорова, немного недоедает, но это легко исправить правильной диетой. Также немного повышен уровень дофамина, но это вполне нормально для её раннего возраста, щенки всегда полны энергии! Рекомендую витаминный комплекс для поддержки.       — Спасибо, — коротко бросила Эмили, забирая Пучиену и игрушку.       Она сунула покеболл обратно в карман и, прижимая к себе довольного щенка, направилась к выходу. Она вышла на улицу. Эш всё так же стоял, прислонившись к мотоциклу, его взгляд был пустым и отсутствующим. Он не сразу заметил её приближение.       — Эй, — окликнула она его, показывая ключ-карту. — Комната на двоих. Других не было. Идём?       — Комната? — Эш будто выдернули из глубины его мрачных раздумий. — Эми, я вообще-то хотел переночевать за городом. Тут не безопасно, слишком много глаз. Слишком много вопросов.       — Ну, посидишь два дня в комнате, какая разница! — Эмили поставила Пучиену на землю, та сразу же принялась с интересом обнюхивать плитку тротуара, оперативница взяла в руки мотошлем и накинула через плечо свою спортивную сумку. — Там кровати нормальные и стены крепкие.       — Ладно! — сдался Эш, с тяжелым вздохом пожимая плечами.       Они проследовали в отведённую им комнату. Эмили провела ключ-картой, дверь щёлкнула, она открыла её и включила свет. Комната была небольшой, но чистой. И да, действительно для двух человек. Только вот кровать была одна. Двуспальная, но одна.       — «Да ты угораешь…» — пронеслась в голове Эмили мгновенная мысль без явного адресата, направленная то ли на медсестру Джой, то ли на ситуацию в целом.       — Я на кресле посплю, — тут же, почти рефлекторно, произнёс Эш, указывая на невзрачный пластиковый стул в углу.       — Не глупи, — холодно, без обиды, парировала она, переступая порог. — Ты и так всю прошлую ночь не спал, места хватит на двоих. Я не кусаюсь и ты, надеюсь, тоже.       Эмили поставила спортивную сумку рядом с тумбочкой с одной стороны кровати и положила на неё мотошлем. Эш вздохнул, поняв, что проиграл, и поставил свой потертый рюкзак у другой тумбочки. Из него тут же вылез Пикачу. Он осмотрелся, его взгляд скользнул с одной половины кровати на другую, а затем остановился на тренере. На его мордочке расплылась самая что ни на есть ехидная ухмылка. Эш в ответ беззлобно показал ему средний палец, пряча улыбку. Пучиена, тем временем, сразу заприметила уютное место на коврике возле обогревателя и устроилась там, свернувшись калачиком.       Неловкая пауза повисла в комнате. Эмили, чтобы разрядить обстановку, развернулась к Эшу.       — Не хочешь прогуляться? — предложила она. — Разведку провести? Оценить обстановку вокруг клуба.       Эш промолчал, его взгляд снова стал отсутствующим, он уставился в стену.       — «Ясень, проснись!» — силуэт Тёмного в его сознании пощелкал пальцами прямо перед его мысленным взором. — «Стоишь тут, тюфяк, а тут такая возможность! Двуспальная кровать, один номер… Не теряй шанс!»       Эш с силой потёр виски, стараясь прогнать навязчивый голос.       — Да… да, ладно, — наконец выдавил он. — Прогуляемся. Только… дай пять минут.       Эмили молча кивнула, её взгляд скользнул по его напряжённой фигуре. Она повернулась к своей спортивной сумке, быстрым, привычным движением убрала пистолет в специальный карман и достала кошелек, туго набитый деньгами, выданые Командой R. Эш тем временем опустился на край кровати, снова погружаясь в свои мысли, в образы медовых волос и голубых глаз, что не давали ему покоя. Пикачу запрыгнул ему на колени, тычась мордочкой в его ладонь, и смотрел на хозяина умоляющим, вопросительным взглядом.       — «Что же с тобой такое?» — пронеслось в голове у Эмили.       Она встала и направилась к двери. Пучиена тут же ринулась за ней, трясь о её ногу с тихим поскуливанием.       — Ты идешь? — спросила она, и из-под баффа, скрывавшего половину её лица, её взгляд стал твёрже и строже, она ждала действия, а не размышлений.       Эш молча поднялся, уже автоматически потянувшись за рюкзаком, но Пикачу решительно ткнул его лапкой в руку и запрыгнул обратно на подушку, давая понять, что остаётся. Тренер передумал, ограничившись лишь кошельком и телефоном, засунутыми в карманы.       Они вышли на улицу, в гул большого города. Красная вспышка сама по себе материализовалась рядом. Лукарио встал на свой бесшумный пост по правую руку от Эша. Из глубокой тени между зданиями за ними увязался Генгар, его светящиеся щёлочки глаз внимательно следили за резвящейся Пучиеной, не давая щенку потеряться.       Они шли молча, их взгляды, привыкшие к опасности, синхронно сканировали окружение. Эмили спокойно и методично, отмечая точки наблюдения на крышах, слепые зоны камер, возможные пути для быстрого отхода. Эш с лихорадочной, параноидальной интенсивностью, подмечая каждый случайный взгляд прохожего, каждый слишком громкий звук, каждую подозрительную тень. Его плечи были напряжены, пальцы время от времени сжимались в кулаки.       Вдруг Эмили замедлила шаг. Её нос уловил знакомый, тёплый, почти забытый запах свежей выпечки, исходивший из небольшой, уютной булочной. Запах, который пахнул домом. Который напомнил о недавнем разговоре с отцом и о данном ему обещании.       — Зайдем? — она кивнула в сторону заведения, и в её голосе впервые за весь день прозвучала робкая просьба.       — Нет, — тут же, почти резко, ответил Эш, не отрывая взгляда от толпы. — Там слишком много народа. Слишком много глаз.       — Я так давно не ела свежий хлеб… — тихо сказала Эмили, и её шаги окончательно замедлились. — Я зайду, подожди меня здесь.       — Эм! — тихо, но поздно окликнул её Эш, протянув руку, но она уже толкала дверь, и над её головой звякнул колокольчик.       Эш остался один на тротуаре, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Он инстинктивно прислонился к холодному металлу фонарного столба, стараясь сделать себя менее заметным. Его глаза, скрытые в тени капюшона, лихорадочно метались по улице, выискивая любую угрозу. Каждая секунда ожидания тянулась вечностью.       Внезапно чьи-то пальцы коснулись его плеча. Он дёрнулся, как от удара током, едва сдержав вспышку ауры. Он резко обернулся, готовый к атаке, но увидел лишь Эмили. Она стояла с двумя румяными, дымящимися булками в руках. Запах свежего хлеба был ошеломляюще сильным. Он гневно посмотрел на неё, но взгляд его почти сразу смягчился, уступив место растерянности и стыду за свою реакцию.       — Я и тебе взяла, — произнесла она просто, и в её глазах не было ни упрёка, ни насмешки. — Будешь? — она протянула ему одну из булок.       Он молча взял булку, не в силах вымолвить ни слова, и лишь кивнул, чувствуя, как какой-то затянутый узел внутри него понемногу ослабевает. Тепло свежей выпечки через бумажную салфетку обожгло его пальцы.       — Ты не против, если мы зайдём на рынок? — спросила Эмили, доедая свою половину булки. — Хочу себе пару б/у вещей взять, да и можем тебе что-нибудь посмотреть. Твой капюшон уже давно пора бы сменить.       — Ладно, — согласился Эш, быстро, почти нервно скинув с себя шарф, чтобы откусить очередной кусок булки, и тут же снова натянув его, скрывая нижнюю часть лица. — Только быстро.       — Расслабься, тут люди не сильно обращают внимание на окружающих, — заметила Эмили, наблюдая за его суетливыми движениями.       — С чего это ты взяла? — пробурчал он из-под ткани, его глаза продолжали сканировать толпу.       Эмили сделала шаг ближе к нему, наклонилась так, что её губы почти коснулись края его капюшона.       — Я уже у некоторых прохожих пошерстила в карманах, — прошептала она.       — Ты что?! Зачем?! — Эш отпрянул, его глаза расширились от недоверия и ужаса.       — Навыки поддерживать надо… — она пожала плечами, и в её серебряных глазах мелькнула озорная искорка, странно сочетавшаяся с её обычной холодностью. — И ради интереса… Веселья.       Она ловким движением, незаметным для посторонних, показала ему несколько проездных билетов на общественный транспорт, исчезнувших так же быстро, как и появились.       — Да и в полицию они не обратятся, мелкая сумма кражи. Карманники это часть городской экосистемы.       — Это не правильно, — его голос прозвучал твёрдо, с непривычным для него самом упрёком. — Не делай так.       — А тебе надо быть менее параноиком! — парировала Эмили, резко отвернувшись от него, её плечи напряглись. — Пошли.       Она тронулась с места, не оборачиваясь, с той уверенностью, что он последует за ней. Пучиена, до этого с интересом обнюхивавшая асфальт, бросилась за своей хозяйкой, весело виляя хвостом. Эш замер на мгновение, смотря ей в след. Он не хотел читать ей мораль. Это неприятно напоминало ему о Броке, о его бесконечных, добрых, но таких навязчивых советах. Теперь, после всего, эти воспоминания отпечатались в мозгу с особой, после его смерти, остротой. С тяжелым вздохом он швырнул недоеденную булку в ближайшую мусорную корзину, аппетит пропал окончательно, и поплёлся за ней, чувствуя себя последним, но правильным занудой. Лукарио шел позади него.       Они дошли до рынка, шумного и пёстрого, больше напоминавшего разросшуюся до невероятных размеров барахолку. Воздух гудел от голосов торгашей, смешивался с запахом жареной еды, пота и старого железа. Эмили прошлась вдоль рядов с электроникой, её пальцы скользили по карманам прохожих с лёгкостью призрака, выуживая проездные, дешёвые зажигалки, мелочь. Эш шёл за ней, и его взгляд, тяжёлый и осуждающий, буквально сверлил ей спину, вызывая мурашки и раздражение. Она купила себе старенький, но рабочий смартфон, пару сим-карт и потертый карманный аудиоплеер с наушниками. Эш в это время без особого энтузиазма разглядывал стеллажи с б/у одеждой и в итоге взял себе пару курток и простых майок. Эмили прикупила немного головных уборов: пару кепок и тёплую шапку-ушанку, чтобы лучше скрывать лицо.       Дело было сделано. Эмили уже направлялась к выходу с рынка, вставляя наушники в уши и включая плеер. И по старой, дурной привычке, почти на автомате, её рука метнулась в боковой карман мужчины, вынырнув оттуда с кожаным кошельком.       — Решила повысить ставки? — голос Эша прозвучал прямо у неё за ухом, тихий, но идеально слышный даже сквозь музыку, в нём не было злости, лишь холодное, густое разочарование.       Она не вздрогнула, лишь замедлила шаг.       — Ну да, а что? — бросила она через плечо, уже листая кошелёк и вытаскивая оттуда пару купюр, а остальное сбросила в ближайшую мусорную корзину.       — Это приведёт к проблемам, Эмили. К ненужным рискам, — его голос опустился ещё ниже, став почти опасным. — А я не хочу рисковать. Слишком многое поставлено на кон.       Она немного дёрнулась, услышав своё полное имя. Оно прозвучало как удар хлыста.       — И что ты сделаешь?! — она резко обернулась, готовая к спору, к конфронтации.       Но его уже не было. Толпа сомкнулась за её спиной. Эш и его тень, Лукарио, бесследно растворились в людском море. Даже Генгар, всегда маячивший где-то рядом, куда-то подевался. Пучиена грустно заскулила у её ног, чувствуя внезапное одиночество. На секунду Эмили застыла, растерянная и внезапно уязвимая. Её рука сжала плеер так, что костяшки побелели.       — Ну и пошёл ты! — тихо, сдавленно выдохнула она, чувствуя, как ком подкатывает к горлу.       Она с силой ткнула кнопку плеера, и на маленьком экране пробежало название следующей песни: I thought you liked me — The Blue Van.

I thought you like me…

      Она осталась одна посреди шумного и чужого города, с ворованными вещами в карманах, щенком у ног и холодным чувством, что только что потеряла что-то гораздо более важное, чем все эти побрякушки. Сжав зубы, она двинулась дальше по улицам, куда глаза глядят, пытаясь заглушить музыкой тяжёлое чувство пустоты в груди.

…Whipped and bruised, chewed was the teasest,

The deepest cut drains like the seasons…

      Эш шёл в противоположную сторону, не видя ничего вокруг. Он был полностью заплетён в клубок своих мыслей о Серене, о несправедливости, о бремени, которое тащил на своих плечах. Лукарио шёл рядом, его аура мягко ограждала тренера от случайных столкновений с прохожими, а Генгар растворялся в тенях, следя за обстановкой.

…It's an infection, when your howl falls down…

      Эмили вышла в небольшой, почти безлюдный сквер. Пучиена радостно перескакивала из куста в куст, заставляя её постоянно оборачиваться и следить, чтобы та не потерялась. Её глаза то и дело дорисовывали в периферии знакомый силуэт. Высокий, в капюшоне, с тёмным шарфом, прикрывающим нижнюю часть лица, и парой карих глаз, выглядывающих из-под кромки ткани. Но его не было, и всё же его взгляд, полный осуждения и разочарования, словнопродолжал сверлить её спину.

…Every time you're near

I thought you like me…

      Эш, бредя по улице, наткнулся взглядом на большой рекламный постер. На нём сияла улыбкой Доун — Топ-координатор Синно. На мгновение его лицо озарила искренняя, тёплая улыбка. Он был по-настоящему рад за неё. Затем он снова надвинул капюшон и пошёл дальше, глубже уходя в себя.

…And my head is clear

I thought you like me…

      Эмили прошла рядом с магазином электроники. За его огромной витриной горели десятки телевизоров, показывающих одни и те же новости. «Монарх — террорист!», «Безумный тренер Эш Кетчум!», «Угроза вашему региону — брюнет с Пикачу на плече» и «Розыскивается Эш Кетчум за многочисленные преступления». Она замерла, рассматривая каждый кадр, каждый смонтированный образ его лица, искажённого злобой, которого в нём не было.

…And I clear it yours

I thought you like me…

      Эш пришёл к простому, горькому выводу: «Несмотря на все его действия, решения, попытки помочь… люди — это всё ещё люди. Они видят мир не с точки зрения будущего и суровой реальности, а через розовые очки блаженного настоящего и вымышленного прошлого».       Хоть это и прозвучало глупо и цинично даже в его собственной голове, тихий голос отозвался внутри.       — «Согласен…» — Тёмный неожиданно, без сарказма, согласился с ним.

…'cause it's unlike yours

I thought you like me…

      Внезапно Генгар резко дёрнул его за штанину. Эш тут же остановился и развернулся, готовый к опасности. Взгляд призрачного покемона был направлен в переулок. И там, в глубине, парил знакомый силуэт. Призрачно-сиреневый, с огромной фиолетовой шляпой и пронзительным взглядом.       — Мисмагиус? — удивлённо произнёс Эш. — В Джубилайфе?       Призрачный покемон плавно подлетел к Эшу, не проявляя агрессии.       — Погоди! Ты же покем-… — начал Эш, но его перебил знакомый, полный энергии женский голос.       — Надо же! Это действительно ты!       Тренер повернул голову на звук. Из переулка вышла рыжеволосая девушка. Её тёмно-красные глаза сияли от возбуждения, а солнцезащитные очки болтались на макушке, запутавшись в волосах.       — Зои? — радостно, почти не веря, переспросил Эш.       Она подбежала к нему и крепко, но всё ещё по-дружески, обняла его, похлопав по спине. Эш, немного ошарашенный, но тронутый, ответил взаимностью, чувствуя знакомую энергию, исходящую от неё.       — Как у тебя дела? — отстранилась она, и её взгляд стал серьёзнее. — Вряд ли хорошо, судя по всему…       — Нормально, — ответил он с горькой иронией и закатил глаза. — У тебя как? Как Доун?       — У меня отлично, у Доун тоже! — Зои снова засияла. — Мы усердно готовимся к будущим выступлениям! У нас тут целая программа новая! — Она осмотрела его с ног до головы, и её брови поползли вверх. — А почему бы тебе у неё самой не спросить? Мы как раз остановились в городе, снимаем милую квартирку в доме за углом. Чай с печеньем прилагается!       — Честно, я бы с радостью, — он вздохнул, и его взгляд снова стал отстранённым, — но я немного не в настроении для светских визитов…       — Понятно… — энтузиазм Зои немного поугас, и она развела руками. — Что случилось-то? Выглядишь так, будто тебя только что ограбили и бросили в канаве.       — Да с подругой поссорился… — пробормотал он неохотно.       — Хм, да, — Зои кивнула, словно это было самым ожидаемым объяснением в мире. — Это похоже на тебя. Вечно ты в какие-то драмы влипаешь. Совет нужен? Я хоть и не эксперт, но послушать могу.       Эш на секунду задумался, его взгляд блуждал по шумным улицам города, словно он пытался найти в них ответ.       — Пока не знаю, — честно признался он, наконец посмотрев на неё. — Мне нужно… разобраться. Со всем этим. Спасибо, что предложила.       — Ну, ладно, — она похлопала его по плечу. — Предложение насчёт чая и душевных разговоров остаётся в силе! Если передумаешь, то ты знаешь, где меня искать. Удачи тебе, Эш. И… береги себя, ладно?       Она улыбнулась ему напоследок, повернулась и скрылась в переулке, уводя за собой парящего Мисмагиуса. Эш остался стоять на месте, чувствуя себя одновременно немного менее одиноким и ещё более запутавшимся.

***

      Эмили вернулась в покецентр, когда солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в густые лиловые тона. В левой руке она сжимала пакет с продуктами, из которого торчали две банки джина с тоником. Она не знала отношения Эша к алкоголю, поэтому взяла только на себя. Пучиена устало плелась позади, поскуливая и периодически садясь, чтобы отдохнуть. Подойдя к двери их комнаты, она с трудом достала ключ-карту и провела ей. Светодиод мигнул красным. Дверь не открылась. Она провела ещё раз, сильнее. Снова отказ. По её спине пробежали мурашки. Она нервно, почти отчаянно, постучала костяшками пальцев в дерево.       Спустя несколько томительных секунд дверь бесшумно открылась. На пороге стояла Гардевуар. Психический покемон молча осмотрела её своими пронзительными оранжевыми глазами, пропуская внутрь. Эмили переступила порог. В комнате царил полумрак, лишь один торшер у кровати отбрасывал тёплый жёлтый свет. Эш сидел на краю кровати, склонившись над старым, потрёпанным дневником. В руке он сжимал ручку, быстро что-то записывая. На стук он поднял голову. Его карий взгляд встретился с её серебряным. В нём не было ни злобы, ни упрёка, лишь усталая глубина и тихое ожидание.       Повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов на стене. Пикачу, сидевший у подушки, грустно переводил взгляд с одного на другого, его уши были прижаты.       — Ну, долго стоять будешь? — наконец произнёс Эш, его голос был спокойным, без обиды или раздражения.       Эмили молча поставила пакет на прикроватный столик, грубо стянула ботинки и с характерным шипением открыла банку. Эш мельком взглянул на неё и приподнял бровь не из-за самого факта алкоголя, а из-за его вида. Это была жалкая пародия на напиток, сильноразбавленная газировка с привкусом джина. Уголок его губ дрогнул в лёгкой усмешке, и он снова погрузился в свой дневник, выводя на бумаге резкие, угловатые строки. Эмили плюхнулась на свою половину кровати и сделала пару глотков.       — Говно какое-то… — прошептала она себе под нос, с отвращением разглядывая состав на банке.       — И не удивительно, — не отрываясь от записей, прокомментировал Эш. — Ты купила газировку с намёком на спирт. Тебе придётся выпить четыре или пять таких банок, чтобы хоть как-то почувствовать эффект.       Эмили бросила на его спину колкий взгляд. Он сидел к ней полуоборотом, всё что-то усердно строча в дневнике, иногда замирая, обдумывая следующую фразу.       — …Если хочешь чего-то покрепче, то у меня есть кое-что получше… — он обернулся к ней, подмигнув одним глазом, и в его взгляде заплясали озорные искорки.       Пикачу насторожился и неодобрительно хмыкнул. Эмили же молча уставилась на него, её лицо оставалось каменным, но в глазах мелькнул проблеск интереса. Эш хитро ухмыльнулся.       — И что же это?.. — наконец спросила она, не в силах побороть любопытство.       Эш тихо и немного зловеще рассмеялся, прямо как Генгар в свои лучшие минуты, и отложил дневник в сторону. Он порылся в потайном кармане своего рюкзака и извлёк оттуда приплюснутую металлическую флягу. Он показательно потряс ею, и жидкость внутри густо забулькала.       — Это Околехао, более известный в широких кругах как Алолский самогон. Вот этот конкретный шедевр был собственноручно приготовлен Профессором Кукуи, — Эш сделал драматическую паузу. — Сносит башню, будь здоров! Пару глотков и ты либо будешь целоваться с Гарбодором, либо вызовишь на бой местного чемпиона, либо и то, и другое сразу…       — Давай чуть позже, — Эмили отрезала и отставила банку. — Мне надо ещё один звонок сделать.       — Здравая мысль, — Эш с пониманием кивнул и убрал флягу обратно. — «Тоже матери, что ли, позвонить…» — с тоской промелькнуло у него в голове.       Эмили встала и, не говоря больше ни слова, вышла из комнаты, направляясь к таксофонам на первом этаже. Дверь закрылась за ней с тихим щелчком. Эш вздохнул, взял свой дневник и снова уткнулся в него, но теперь его мысли были далеко от записей. Пикачу грустно взглянул на закрытую дверь, а потом перевёл взгляд на тренера, тихо вздохнув.       Эмили нашла свободный таксофон в самом углу этажа, подальше от чужих глаз и ушей. Она приложила покедекс к считывателю, набрала знакомый номер и, затаив дыхание, ждала. Спустя пару томительных секунд, показавшихся вечностью, на маленьком экране появилось лицо отца. Год разлуки врезался в его черты как нож: глаза, обычно такие живые, теперь были красноваты и обведены тёмными мешками, щетина росла неаккуратно, кое-где седая.       — Эми… О, Аркеус, это и правда ты… — его голос прозвучал хрипло, и он инстинктивно наклонился ближе к экрану, словно боясь, что образ исчезнет.       — Рада тебя видеть, — честно, но без сил ответила Эмили. — Как там мать? Покемоны?       Отец молча отвел взгляд в пол. Этот жест был красноречивее любых слов и подтвердил её самые страшные догадки. По щекам Эмили бесшумно покатились тонкие, холодные слёзы.       — После атаки на Нью-Барк-Таун… мало кто выжил… — он с трудом выговорил, глотая ком в горле. — Рампардос и Токсикроак… они дали нам время убежать, но… а потом… — его голос сорвался, и он замолчал, бессильно опустив голову.       Его плечи слегка вздрагивали. Эмили закрыла глаза, сжимая трубку так, что костяшки пальцев побелели.       — Я… я так долго тебя искал… — прошептал он, наконец подняв на неё заплаканные глаза. — Все эти месяцы… Мы думали, что и ты…       — Я знаю, — резко перебила она, не в силах вынести это. — Я знаю. Я теперь… я теперь здесь, и я всё исправлю. Обещаю.       Её голос стал твёрдым, металлическим. Во взгляде вспыхнул ледяной, почти безумный огонь нерациональной ярости и жажда мести. Отец на секунду замер, испуганно всматриваясь в её черты. Он видел этот взгляд раньше, в глазах своих бывших товарищей, сломленных солдат.       — Где… где ты была всё это время? — тихо спросил он, почти боясь ответа.       — Если и скажу, то не поверишь… — её губы искривились в безрадостной ухмылке. — И опасно это. Для тебя.       — Ты издеваешься надо мной?! — его голос впервые сорвался на крик, в нём смешались боль, отчаяние и гнев. — Ты пропадаешь на год! Я хороню всю семью, думая, что и тебя нет в живых! А ты приходишь и говоришь «опасно»?!       Эмили не моргнув глазом выдержала его взгляд. В её жилах стыла не кровь, а лёд.       — Да, — холодно подтвердила она. — Именно так. И если ты хочешь выжить и хоть когда-нибудь ещё меня увидеть, то забудь свои вопросы. Поверь мне, пап. Это самое лучшее, что ты можешь сейчас сделать.       — Ты не в себе… — он сгорбился над экраном, смотря на неё одним глазом. — …и что ты будешь делать?! Бегать по лесам Синно?! Эми возвращайся в Джото! Домой!       — Нет, я заставлю их заплатить, — её голос стал низким, она оскалилась, и в этом оскале не было ничего от той девушки, которую он знал. — За всё. За каждый день. За каждого, кого они у нас отняли.       — Ты себя хоть слышишь, Эми? — его голос дрогнул, в нём звучали неподдельный ужас и боль. — Это же не ты говоришь!       Эмили на мгновение замерла. Её собственное отражение в тёмном экране таксофона мелькнуло. Бледное, искажённое холодной яростью лицо незнакомки. Чужая маска на её чертах. И в этот миг она почувствовала на себе чей-то взгляд. Резко, почти инстинктивно, она перевела глаза в сторону.       Там, в нескольких метрах от неё, стоял Эш. Он был всё в той же маскировке, но в руках у него были несколько пустых пластиковых стаканчиков и фляга, которую он наполнил водой из кулера. Он не подходил ближе, не вмешивался, но его карие глаза, видимые даже из-под капюшона, были полны глубокой тревогой. Он видел её напряжение, её сжатые кулаки, слёзы на щеках и молча наблюдал, давая ей пространство, но оставаясь настороже.       — Да, прекрасно слышу, — произнесла Эмили, с усилием отрывая взгляд от Эша и возвращаясь к экрану.       — Ты либо сошла с ума, либо потеряла слух… — почти рыдая, прошептал отец. — Просто вернись домой, ради всего святого! Домой, к тому, что осталось! Мы сможем всё начать сначала…       — Мой дом теперь там, где я смогу найти тех, кто это сделал, — безжалостно отрезала она. — И моя дорога ведёт не в Джото. Прощай, папа. Береги себя.       Она не стала ждать его ответа, не стала смотреть на его искажённое болью лицо. Её палец резко нажал на кнопку отбоя. Связь прервалась. Экран погас, отразив её собственное, заплаканное и ожесточённое лицо. Она ещё несколько секунд стояла, уставившись в тёмное стекло, чувствуя, как ярость и горе сжигают её изнутри. Потом резко выдохнула, с силой провела рукой по лицу, смахивая предательские слёзы. Она повернулась, чтобы уйти, и её взгляд снова встретился с взглядом Эша. Он по-прежнему молчал, но в его молчании теперь не было осуждения.       Она медленно подошла к нему, остановившись в сантиметре от него, она просто уставилась на него, и Эш почувствовал, как его собственная спина непроизвольно напряглась под этим тяжёлым взглядом. Резко она шагнула вперёд и крепко обняла его, вжавшись лицом в грубую ткань его куртки, в тень, отбрасываемую капюшоном. Она вся сжалась в комок, словно пытаясь спрятаться от всего мира в этом единственном островке безопасности. Эш на мгновение застыл, застигнутый врасплох, но затем его мышцы расслабились. Он не стал говорить, не стал задавать вопросов. Он просто обнял её в ответ, свободной рукой осторожно притянув её ближе, приглушив её дрожь.       — Спасибо… — её шёпот был едва слышен, приглушён тканью его куртки, в нём слышалась не только благодарность, но и стыд, и смущение, от которых её щёки горели. — Просто… что ты здесь.       Он не ответил. Просто немного сильнее сжал её в объятиях, давая понять, что слышит. Что понимает. Что она не одна.       — Пойдем. Сегодня был тяжелый день, — тихо произнес Эш, его голос прозвучал приглушенно где-то у неё над головой.       Эмили ещё на мгновение сильнее вжалась в него, впитывая остатки его тепла и этой хрупкой безопасности, а затем, нехотя, отпустила. Они молча вернулись в свою комнату. Эмили, не раздеваясь, плюхнулась на свою половину кровати и прикрыла глаза, пытаясь прогнать прочь образ отца и звук его голоса. Эш прилёг на свою, подложив под спину подушку, и снова взялся за дневник, принявшись выводить на бумаге беспокойные мысли.       — Эш… — её голос прозвучал тихо, почти призрачно в тишине комнаты.       — Да, Эм? — он на секунду оторвался от страницы, переводя на неё вопросительный взгляд.       — А что ты будешь делать после? Ну, всего этого…       — Буду репутацию себе возвращать в обществе. Возможно, и титул Монарха. Если, конечно, его ещё не разобрали на сувениры. Посмотрим… — он вздохнул, отложив ручку. — А ты?       — Не знаю… — тихо, почти беззвучно протянула Эмили, уставившись в потолок.       — Не переживай сильно по этому поводу, — мягко сказал он. — Всё наладится. Как-нибудь.       Она не ответила. Просто посмотрела на него, слабая, усталая улыбка тронула её губы, и она кивнула. Повисла тишина, нарушаемая лишь мерным сопением Пучиены, посапыванием Пикачу и скрипом ручки Эша.       — Ну? — снова нарушил молчание Эш, не поднимая глаз от дневника. — Как ты себя чувствуешь после снятия гипноза? По-честному.       — Потерянно, — кратко ответила Эмили. — И отстранённо. Как будто смотришь на всё через толстое стекло.       — Если тебе что-то понадо—…       — Знаю-знаю, — не со зла, а скорее с лёгким раздражением от собственной беспомощности, перебила она его.       Она снова перевела на него взгляд и, сделав решительное движение, подвинулась к нему ближе, через воображаемую разделительную линию на кровати. Эш инстинктивно немного подвинул дневник, прикрывая его ладонью, чтобы она не увидела его сокровенные мысли.       — И всё-таки… — она приподнялась на локте, её серебряные глаза пристально изучали его лицо. — Ты весь день был хмурым. Даже больше обычного.       — Начинается… — тихо, с лёгким стоном, прошептал Эш, отводя взгляд.       — То есть, тебе можно спрашивать меня обо всём, — её голос приобрёл едва уловимые нотки её стальной, но с юмором интонации. — а как тебе вопрос, то сразу: «Ой, блять, начинается»! Это не честно. — Эмили подвинулась к нему ещё ближе, теперь их плечи почти соприкасались. — Давай рассказывай. Я не кусаюсь. Обычно.       Пикачу с любопытством приподнял голову, наблюдая за ними. Эш вздохнул, понимая, что отступать некуда. Он закрыл дневник и отложил его в сторону.       — Ладно, ладно, — он сдался, проводя рукой по лицу. — Просто… старые демоны напомнили о себе. Воспоминания. Ошибки. Обычное дело.       — Какие ошибки? — не отступала она, её взгляд был непреклонен.       — Ошибка, — поправил себя Эш, его голос стал тише. — Одна. Но довольно серьёзная.       — И давно она была? — Эмили спросила мягче, её пальцы осторожно коснулись его руки, лежащей на одеяле.       — В Калосе, — он выдохнул, и его взгляд ушёл куда-то вдаль, словно он снова видел те события перед собой. — Он тогда… получил контроль. Почти полный. И напал на моих друзей… — он замолчал, сглотнув ком в горле. Его пальцы сжались в кулак. — …и чуть не добрался до неё.       Он потянулся к своему потрёпанному кошельку, лежавшему на тумбочке, и медленно, почти нехотя, достал оттуда фотографию. На ней была запечатлена Серена. С сияющими голубыми глазами и беззаботной улыбкой, какой он запомнил её до всего этого кошмара. Он не протянул фото Эмили, просто держал его в руках, глядя на снимок с таким выражением боли и вины, что воздух в комнате словно сгустился. Пикачу тихо вздохнул и прижался к его ноге.       — Красивая… — тихо произнесла Эмили, её голос прозвучал искренне, без намёка на ревность или сравнение.       — Да, очень, — мечтательно, с горькой ноткой, ответил Эш, его пальцы слегка сжали уголок фотографии. — Но нам пришлось расстаться… Она стала бояться меня. Боялась, что я снова потеряю контроль…       — Ты пытался ей объяснить… ситуацию? — осторожно спросила Эмили.       — Она не поверила мне. Как и многие, — он горько усмехнулся. — Единственный, кто верил и понимал мою ситуацию, был Брок… — голос Эша дрогнул. — И то… он умер месяц назад. Правая рука Эмили мягко скользнула за его плечо, обнимая его чуть крепче в безмолвном жесте сочувствия. Эш молчаливо кивнул, принимая это утешение, и убрал фотографию обратно в кошелёк, словно пряча самую болезненную рану.       — Я не смог её отпустить… — прошептал он, уставившись в стену. — и никогда не смогу…       — Всё наладится. Как-нибудь, — тихо повторила Эмили его же слова.       — Знаю, — Эш посмотрел в её серебряные глаза, и в его взгляде читалась благодарность за эту попытку утешить.       — Я, конечно, не эксперт в отношениях, но… — она начала, слегка запинаясь, ища нужные слова.       — «Ну! Сделай это, Ясень! Идеальный шанс!» — ядовитый шёпот Тёмного прокрался в его сознание, подталкивая к необдуманному поступку. — «Она сама напрашивается! Утешает! Обнимает! Твоя Серена тебя бросила, а эта… вот она, тут!»       Эш резко зажмурился, внутренне отталкивая навязчивый голос. Он мягко, но твёрдо убрал её руку со своего плеча, хотя и не отодвинулся сам.       — Спасибо, Эм, — сказал он тихо, но чётко. — Но… не сейчас. Ладно?       В его голосе не было отказа или отвержения, лишь понимание того, что они оба слишком изранены, чтобы бросаться в новые связи, и что некоторые раны нужно залечивать, а не прикрывать другими чувствами. Он лёг обратно на спину, уставившись в потолок, давая ей понять, что разговор окончен, но не оставляя её в неловкости. Тишина снова наполнила комнату, на этот раз менее напряжённая, более примиренная.       Эмили просто пару раз кивнула, сама не понимая зачем. Она молча передвинулась на свою половину кровати, ощущая прохладу простыни под собой. Её движения были немного скованными. Она скинула потертый красный бомбер, бросила его на спинку кресла, где он повис бесформенным пятном. Затем, повернувшись набок, легла спиной к Эшу, словно пытаясь создать хоть какую-то физическую границу в пространстве, где их границы были так размыты. Глубокий, почти физический выдох вырвался из её груди, и почти мгновенно сон поглотил её, унося прочь от сегодняшнего дня.       Эш ещё некоторое время лежал неподвижно, прислушиваясь к её дыханию. Потом тихо повернулся на бок. В полумраке комнаты силуэт её плеч казался хрупким. Он натянул одеяло повыше, его взгляд блуждал между спящей Эмили и тенью Пикачу на кресле. Сон не шёл. Он лишь лежал и сторожил её покой.

***

Следующий день пролетел быстро, в томительном ожидании встречи с Синтией.       Эмили снова ушла на прогулку с Пучиеной, к которой на этот раз присоединился Генгар, с любопытством растворяясь в тенях за ними. Эш остался в комнате, бесцельно перебирая в руках покеболлы и бессмысленно обдумывая следующий шаг. Мысль о том, что Синтия могла сказать что угодно и одним словом разнести его хрупкие, едва намеченные планы в дребезги не давала ему покоя. Эмили вернулась под вечер, её лицо было привычно непроницаемым, но в глазах читалась усталость от вынужденного бездействия.       Когда стемнело, они направились в «Электродром», оставив Пикачу и Пучиену под присмотром Гардевуар в номере. Подойдя к клубу, они увидели длинную, шумную очередь, но опытные глаза охранников сразу выхватили Эмили, её осанку, собранный взгляд, и её спутника, который, несмотря на попытку затеряться, был хорошо виден. Их пропустили без лишних слов, лишь кивнув.       Зайдя внутрь, их сразу оглушила мощная стена звука из битов электронной музыки, врезающиеся в грудь. Яркие лучи прожекторов и неоновые вспышки слепили глаза, заставляя щуриться.       — Не хочешь потанцевать, пока время есть? — почти крикнула Эмили ему в ухо, её голос едва пробивался сквозь грохот.       — Эми, мы тут по делу! — так же громко, но с упрёком, отрезал Эш.       А вот Лукарио, стоящий чуть поодаль, наклонил голову, его острые уши уловили ритм, и в его красных глазах мелькнуло мимолётное любопытство.       — И почему я тебя спросила?.. — пробормотала себе под нос Эмили, пожав плечами.       Она развернулась и направилась на край танцпола, растворяясь в толпе и пульсирующих огнях, оставив Эша одного с его тревогой и ожиданием. Лукарио, после секундного раздумья, направился следом за ней, его сине-чёрная фигура резко контрастировала с разгорячённой танцующей толпой.       Эмили встала на самом краю пульсирующего марева тел и света и… просто начала танцевать. Её движения были далеки от грации или синхронности с ритмом. Она глупо перебирала ногами, немного неуклюже махала руками, но в этой странной, угловатой пластике читался искренний порыв. Это были её эмоции, хоть и сжатые, спутанные, но нашедшие наконец какой-то выход. Лукарио встал рядом с ней и, склонив голову набок, с серьёзным видом попытался повторить её движения. Получалось у него ещё более нелепо: его лапы плохо слушались, а хвост хаотично дёргался в такт невидимому ему ритму. Эш наблюдал за этой странной парой из тени у стены, и уголки его губ непроизвольно дрогнули.       — «Ну и хули ты тут встал?» — появился силуэт Тёмного, который в насмешку подтанцовывал рядом с ним, гримасничая. — «Зануда! Смотри, твой верный пёс веселится больше тебя!»       — «Тебя ещё не хватало…» — мысленно огрызнулся Эш.       — «Расслабься, Монарх! Пока у тебя есть на это время!» — Тёмный сделал пару преувеличенных движений, растворяясь в такт музыке. — «Завтра опять начнётся ад, а сегодня — танцуй!»       Эш с силой выдохнул, прогнав навязчивый образ, но его слова засели в голове. Он посмотрел на Эмили, которая, закрыв глаза, полностью отдалась неловкому, но искреннему танцу. Посмотрел на Лукарио, который старался изо всех сил. И что-то в нём дрогнуло. Сделав шаг из тени, он подошёл к танцполу и встал рядом с Лукарио и Эмили. Его собственные движения были скованными, сдержанными. Он не попадал в ритм, его тело, привыкшее к боям, а не к танцам, двигалось неуверенно.       Эмили заметила его. В её серебряных глазах мелькнуло удивление, а затем одобрительная искорка. Она немного растолкала его локтем в бок, подталкивая к более активным, раскрепощённым движениям, и крикнула что-то, что потерялось в грохоте музыки, но было понятно без слов.       — «Расслабься».       И он попытался. Неловко, поначалу почти механически, но он позволил музыке хоть на немного унести прочь тяжёлые мысли. В этот миг он был не Монархом, не изгоем, не спасителем мира, а просто молодым человеком на танцполе, пытающимся поймать ритм рядом с девушкой, которая, казалось, начала учиться жить заново.       Они протанцевали так всю песню, пока музыка не сменилась на более медленную, и им пришлось остановиться, слегка запыхавшись. Почти сразу к ним подошёл один из охранников и жестом пригласил следовать за ним. Двое направились в ВИП-зону, куда их пропустили без лишних слов, поднявшись на второй этаж в отдельную комнату с затемнёнными стёклами, сквозь которые танцпол был виден как немое кино. Внутри царила другая атмосфера. Приглушённый свет неоновых трубок, дорогие чёрные кожаные диваны, низкий стол и мини-бар в углу.       — А мы уже вас заждались!       Несколько взглядов сразу устремились на Эша и Эмили. Флинт и Волкнер развалились на диване у самого окна. На противоположном сидели Гардения, Мейлин и Кэндис. А в центре, заняв край пустого дивана восседала Синтия. Её пронзительный взгляд был направлен прямо на них.       — Как потанцевали? Понравилось? — с лёгкой усмешкой спросил Волкнер, с явным интересом оглядывая слегка растрёпанного Эша и его спутницу.       — Интересное местечко у тебя, Волкнер! — Эш скинул капюшон и опустил шарф, позволяя всем увидеть своё лицо. — Но от тебя я такого не ожидал!       Эмили тем временем быстрым, оценивающим взглядом скользнула по всем присутствующим. Она вспомнила свои победы над ними, над гимами: Волкнер, Гардения, Мейлин, Кэндис… и тех, кого здесь не было. Её поза оставалась собранной, но пальцы непроизвольно сжались.       — Не только ты полон сюрпризов, Эш! — Флинт встал с дивана и тепло, по-товарищески, пожал ему руку. — Рады тебя видеть!       — И в полном здравии! — мягко дополнила Кэндис, кивая ему.       — Взаимно! — Эш ответил на рукопожатие и окинул комнату взглядом, ища свободное место.       — Не представишь нам своего друга? — Синтия повернула голову, её холодный, аналитический взгляд упал на Эмили.       — Эмили, — кратко, без лишних эмоций, произнесла она сама, прежде чем Эш успел что-то сказать. — Эмили Торн. Из Нью-Барк-Тауна.       — А я думаю, почему она кажется мне знакомой! — воскликнула Гардения, пристально разглядывая её. — Ты же участвовала в Лиге Синно… на год позже Эша! Дошла до четвертьфинала, если не ошибаюсь.       — Не против устроить реванш? — неожиданно оживилась Мейлин, её глаза блеснули азартом. — Мой Лукарио всё ещё помнит Огнемёт твоего Тайфлоужена! Неплохой был бой!       Эш немного обеспокоено посмотрел на Эмили. Та лишь молча поправила бафф, подняв его ещё выше, почти до самых глаз.       — К сожалению, против, — её голос прозвучал ровно, но окончательно, не оставляя пространства для дискуссий. — Слишком много лет прошло и… другие обстоятельства.       В комнате на секунду повисло неловкое молчание. Синтия, не меняя выражения лица, внимательно наблюдала за Эмили, словно пытаясь разгадать её загадку.       — Что ж, жаль, — развёл руками Волкнер, разряжая обстановку. — Тогда, может, к делу? Думаю, вы пришли не просто так, чтобы оценить мой музыкальный вкус.       — Присаживайтесь, — Синтия взмахом руки указала на свободное место рядом с собой на диване.       Эмили автоматически опустилась на противоположный край, оставив между ними пространство. Эшу не оставалось выбора, кроме как сесть в этот промежуток, оказавшись зажатым между чемпионом и своей молчаливой напарницей.       — Как у вас дела? Как добрались? — по-дружески спросил Флинт, снова разваливаясь на диване рядом с Волкнером.       — Доехали быстро, — Эш мотнул головой в сторону Эмили, — а дела… дела как обычно.       — В твоём случае, «как обычно» это либо внеочередная битва за звание чемпиона, либо региональная катастрофа! — Кэндис мягко рассмеялась, пытаясь снять напряжение.       — Я же магнит для проблем, забыла? — Эш ответил с улыбкой, но в его глазах не было веселья.       Эмили, тем временем, закинула ногу на ногу, скрестила руки на груди и начала ритмично, почти неосознанно, постукивать пальцем по собственному локтю. Её нетерпение было ощутимым.       — Ладно, к делу, — произнёс Эш, ловя её сигнал. — Говорят, Команда Галактика активизировалась.       — Да, так говорят, — подтвердила Синтия, отодвигая в сторону свой стакан с водой, её взгляд стал острым, как бритва. — А откуда, собственно, ты об этом слышал? Слухи на улицах или что-то… весомее?       — Хуже, — взгляд Эша стал тяжёлым, в нём читалась усталость от знаний, которыми он обладал. — Видел. На Небесном столбе. Они создали устройство для попытки контроля над Рейквазой.       — А потом столб упал, и Рейквазу больше никто не видел… — мрачно констатировал Волкнер. — Команда Галактика отлично скрывается. Мы до сих пор не уверены, что они вообще действуют в Синно. Следы есть, но самих их нет.       — В основном у нас проблемы с браконьерами и контрабандистами, — дополнила Гардения, с неодобрением хмурясь. — Их деятельность участилась, и это отвлекает ресурсы.       — Паттерн их работы отличим? — холодно, не отрывая взгляда от одной точки на полу, спросила Эмили.       — Работают быстро и грязно, — ответила Кэндис, опершись подбородком на руку. — Появляются, наносят удар и растворяются. Минимальные свидетели, минимальные улики.       — Значит, малые, мобильные группы… — тихо, обдумывая, произнёс Эш.       — Либо у них наличие транспорта в хороших количествах, — немедленно дополнила Эмили, её аналитический ум уже складывал пазл. — А для этого им нужны значительные средства… и много. Постоянное финансирование.       — А что насчёт миротворцев из Калоса? — Эш перевёл взгляд на Синтию. — Они тут не просто так, верно? Связано это с Галактикой?       — Официально нет. Они здесь как наблюдатели после… инцидентов в Хоэнне. Но их присутствие создаёт дополнительное давление и ограничивает наши манёвры. Неофициально… — она сделала многозначительную паузу, — я подозреваю, что они могут быть заинтересованы в том, что ищет Галактика или в том, что они могут создать. Нам нужно действовать точечно и быстро, пока все эти игроки не столкнулись здесь, в Синно, в открытом противостоянии. Ваши догадки о мобильных группах и финансировании — ключевая. Начнём с этого.       — Стоп, — резко сказал Эш, поднимая взгляд. — У вас вообще ничего нет? Никаких зацепок, никаких данных?!       — Ничего конкретного, Эш, — развёл руками Флинт, его обычно жизнерастное лицо стало серьёзным. — Мы хоть и сильные тренеры, но бегать по лесам в поисках бандитов это не наша специализация. У нас нет ни сетей осведомителей, ни ресурсов для масштабных поисков.       — Блять… — сдавленно выругался Эш, сжимая кулаки. — Отлично! Значит, у нас вообще ничего нет!       — Мы начнём с северной части региона, — ровно, без единой эмоции, произнесла Эмили.       Её слова повисли в воздухе, и все присутствующие удивлённо перевели взгляды на неё. Даже Эш замолчал, уставившись на неё.       — С чего бы? — нахмурилась Кэндис, чей гим как раз располагался на севере. — Что такого особенного на севере?       — Сейчас сезон подростания Мамосвайнов, — объяснила Эмили, её голос был чёток и деловым. — Их бивни, шкуры и мех скоро взлетят в цене на чёрном рынке. Много богатых клиентов захотят себе трофей. А где спрос, там и нелегальные охотники. А где нелегальные охотники с крупными суммами, там могут вербоваться или подрабатывать наёмники из тех же мобильных групп. Это логичная точка для начала. Ищем браконьеров и находим следы финансирования.       В комнате наступила тишина, нарушаемая лишь приглушённым гулом музыки снизу. Гардения и Мейлин переглянулись, впечатлённые холодной логикой. Волкнер одобрительно хмыкнул. Синтия медленно перевела взгляд с Эмили на Эша. Её пронзительные глаза задавали безмолвный, но совершенно ясный вопрос: «Откуда у тебя эта девушка, Кетчум? И что она такое?». Эш не выдержал её взгляда и отвернулся, снова уставившись в пол. Он не мог, да и не хотел сейчас объяснять, кем была Эмили и через что ей пришлось пройти, чтобы научиться мыслить такими категориями.       — А вы попробуйте узнать что-нибудь через свои каналы, — продолжила Эмили. — Может, грузовики подозрительные видели или странные личности в покецентрах останавливались. Любая мелочь.       — «Жалко, что Лукер сейчас в Канто…» — прошлась раздраженная мысль в голове Эша.       — Мы поспрашиваем, — кивнула Гардения, но в её голосе слышалась неуверенность. — Но, честно говоря, вряд ли что-то стоящее найдём. Мы не детективы.       — Стражи Озёр не появлялись? — с новой надеждой спросил Эш, обращаясь ко всем. — Месприт, Укси, Азелф? Они обычно чувствуют подобные угрозы.       — Нет, — покачал головой Волкнер. — Пока тихо. Слишком тихо, если честно.       Эш тяжело вздохнул, ощущая полную беспомощность ситуации.       — У тебя есть ещё вопросы? — Эш повернулся к Эмили, понизив голос до почти шёпота.       — Никак нет, — она встретила его взгляд своими холодными серебряными глазами.       В комнате вновь повисла тяжёлая тишина. План действий, казалось, был исчерпан так же быстро, как и появился. Эш молча встал.       — Тогда мы сразу отправляемся, — Эш решительно поднялся с дивана, его взгляд был устремлён на дверь.       — Нет, — так же твёрдо заявила Эмили, поднимаясь следом. — Я не выспалась, а мотоцикл ты водить не умеешь. Поэтому мы отправимся утром. На свежую голову.       — Ты всегда будешь ломать мои планы? — шутливо, но с лёгкой долей раздражения спросил Эш, натягивая капюшон.       — А ты их продумай сначала, Монарх! — Эмили легко ударила его в плечо, и в её глазах на мгновение мелькнуло веселье.       — Эй! Я их всегда продумываю! — возразил Эш, фальшиво возмущаясь, но не скрывая ответной ухмылки.       — Мы оба знаем, что это неправда, — парировала она.       — А что насчёт твоего плана в Метеори-…       Эмили резко, почти рефлекторно, закрыла ему рот ладонью. Эш фыркнул смешком прямо в её ладонь, его глаза смеялись. Они замерли на секунду в этой нелепой позе, забыв о присутствии других.       Остальные обитатели комнаты с нескрываемым интересом наблюдали за их дуэтом. Флинт и Волкнер переглянулись с понимающими ухмылками. Гардения прикрыла рот рукой, скрывая улыбку. Но самый пристальный взгляд принадлежал Синтии. Она не улыбалась. Её пронзительные глаза изучали Эмили с холодной, аналитической остротой, будто пытаясь разгадать каждый её жест, каждую интонацию, каждый скрытый смысл в этом коротком, но таком красноречивом взаимодействии. Эмили, почувствовав этот тяжёлый взгляд, тут же убрала руку ото рта Эша и отступила на шаг, её лицо снова стало маской безразличия. Но было поздно, Синтия уже заметила эту мгновенную смену настроения, эту вспышку чего-то настоящего, спрятанного под слоями холодной стали.       — Ладно, ладно, — Эш поднял руки сдаваясь, но его улыбка не угасла. — Утром так утром. Ты главная по транспорту.       — Так и запомни, — кивнула Эмили, уже поворачиваясь к выходу, стараясь не встречаться взглядом с Синтией.       — До встречи, — бросил Эш на прощание гим-лидерам и чемпиону, и они вдвоём вышли из комнаты.       Они вышли из клуба, и ночной воздух ударил в лицо прохладой после душной, наполненной музыкой и неоном атмосферы «Электродрома». Они молча шли сначала, но постепенно напряжение встречи начало спадать, и тишину нарушил спокойный разговор.       Эш, глядя на звёзды, вдруг оживился, вспомнив своё участие в Кубке Уоллиса: не столько результат, сколько абсурдную ситуацию, в которую он попал из-за уговоров Доун. Эмили, слушая, неожиданно для себя рассмеялась тихим смехом, когда он описал свой наряд, в котором выступал. В ответ она, запинаясь и немного краснея, призналась, что в детстве тайком от родителей вырезала картинки из журналов о моде и мечтала когда-нибудь попасть на настоящий показ. Эш, в свою очередь, с гордостью рассказал о дорогущей электрогитаре, купленной в Калосе за бесценок на блошином рынке и до сих пор хранит дома. А Эмили, опустив взгляд, добавила, что в подростковом возрасте красила ногти в чёрный цвет, показывая всем свой «бунтарский дух», о котором теперь вспоминала с лёгким стыдом.       Дойдя до покецентра, они поднялись в свою комнату. Пучиена и Пикачу встретили их радостным возней: щенок вилял хвостом, а Пикачу запрыгнул на плечо Эша, тычась в его щёку. Эмили скинула с себя потертый красный бомбер и аккуратно повесила его на спинку кресла. Эш, не глядя, накинул свою потрёпанную ветровку прямо поверх её куртки. Он тяжело опустился на край кровати.       — Слушай, а это твоё Око-ле-хао, — Эмили чётко, по слогам, произнесла сложное название, разворачиваясь к нему. — Недалеко?       — Решила попробовать? — он хитро и весело посмотрел на неё.       — Ну, почему бы и нет, — пожала плечами Эмили, подходя к мини-холодильнику и доставая оттуда нераспечатанную банку дешёвого джин-тоника. — Как раз есть чем разбавить. Если, конечно, твой алолский нектар не сожжёт мне горло до тла.       — О, это он запросто может, — рассмеялся Эш, уже доставая из рюкзака приплюснутую флягу. — Но с твоим разбавителем, пожалуй, выживешь. Может, даже понравится.       Он открутил крышку, и резкий, сладковато-травяной запах тут же заполнил комнату. Пучиена, сидевшая на полу, фыркнула и громко чихнула, отскакивая от внезапной атаки на свои рецепторы. Пикачу с любопытством принюхался, но благоразумно отполз подальше. Эш налил немного золотистой жидкости из фляги в два пластиковых стаканчика, а затем разбавил её дешёвым джин-тоником, который зашипел и помутнел.       Эмили взяла свой стаканчик, на секунду задумалась, а потом решительно опрокинула в себя изрядный глоток. От ядрёности вкуса у неё непроизвольно заслезились глаза, а сама она скривилась и начала немного кашлять, хватая ртом воздух. Тепло медленно и уверенно разлилось по её глотке, спускаясь глубоко внутрь.       — Ох, ебать… — выдавила она наконец, с силой выдыхая. — Крепко!       — Предупреждал, — усмехнулся Эш, сделав небольшой глоток из своего стаканчика и с трудом сдерживая гримасу.       — И ты это часто пьёшь? — хрипло спросила Эмили, вытирая тыльной стороной ладони слезу, скатившуюся по щеке.       — Нет, конечно! — с шутливым ужасом воскликнул Эш. — Я что, похож на самоубийцу? Эту штуку я пил всего пару раз, и то в лютый холод, и то по большим праздникам! Оно за пару лет, походу, ещё и закрепчало.       — Кошмар… — прошептала она, смахивая капельки пота, выступившие на лбу.       — Ну что? — спросил Эш, с улыбкой наблюдая за её реакцией. — Готова целоваться с Гарбодором?       — Пока что только с этой подушкой, но… — Эмили сделала ещё один, на этот раз совсем маленький глоток. — …чертовски интересный вкус.       Эш убрал флягу обратно в потайной карман рюкзака. Затем он откинулся на подушки, уперевшись спиной в стену. Эмили устроилась на своей половине кровати, скрестив ноги, и уставилась в экран простенького смартфона.       — Ты успела себе телефон купить? — Эш посмотрел на неё краем глаза, его голос прозвучал нейтрально, без упрёка.       — Да, ещё на рынке… — Эмили немного виновато отвела взгляд, её пальцы замерли на стекле.       Вспомнилась вчерашняя ссора, его исчезновение и её одинокая прогулка по городу. Она быстро стряхнула с себя это чувство и снова уткнулась в телефон, пытаясь настроить его.       — Надо же как-то быть на связи, — добавила она уже более твёрдо, как бы оправдываясь не перед ним, а перед самой собой. — На случай, если… если что.       Эш, от подступающей скуки, достал свой телефон и начал листать новости. Он тихо фыркнул, а потом рассмеялся коротким и горьким смехом, который сразу привлёк внимание Эмили. Пучиена, почувствовав смену атмосферы, запрыгнула на кровать и устроилась рядом с ней, положив морду ей на колени.       — Ты только послушай: «Мировой преступник Эш Кетчум», «Безумный Монарх скрывается. Официальные комментарии Лиги Покемонов», «Множественные преступления тренера из Канто», — начал зачитывать заголовки Эш. — Уёбки…       — И это всё из каждого телевизора, — констатировала она, глядя на экран его телефона. — Но с чего они решили тебя с грязью смешать? Что им вообще с этого?       — Деньги, — со странной, почти отстранённой спокойностью ответил он, откладывая телефон. — И указания свыше от Команды R. Они вбрасывают дезинформацию, платят за «нужные» мнения.       — Не думал свою смерть сфабриковать? — спросила Эмили, в глазах читался острый интерес.       — Думал, но… — Эш медленно перевёл на неё взгляд. — …я боюсь, что если я исчезну по-настоящему, они переключатся на моих друзей… или близких. Легче объявить меня сумасшедшим монстром, на которого можно списать все беды, чем искать призрака.       Эмили молча кивнула, но не отвела взгляд. В этот миг за её спиной, в тени, отбрасываемой торшером, бесшумно материализовался Тёмный. Его размытый силуэт склонился над ней, будто вдыхая запах её волос, его невидимый взгляд скользил по линии её плеч, шеи.       — «Благородный идиот.» — прозвучало в голове у Эша его беззвучный, ядовитый шепот. — «Думаешь, что своим самопожертвованием всех спасёт. А кончится всё тем, что вас обоих найдут в канаве. Её лицо будет на следующей первой полосе. Рядом с твоим.»       Эш сильнее сжал стаканчик в руке. Он отвёл взгляд от Эмили, глотая комок ярости и бессилия, который подкатил к горлу. Он не смог ответить. Потому что в этом чёртовом шёпоте была доля правды, которую он не был готов признать.       — Ладно, — резко сказал он, больше самому себе. — Хватит на сегодня. Завтра рано вставать, — он допил остатки своей адской смеси и швырнул пустой стаканчик в мусорное ведро в углу.       Эмили ничего не сказала. Она отложила телефон на тумбочку и легла на подушку, повернувшись к Эшу спиной. Её Пучиена устроилась в ногах. Эш погасил свет и лёг на спину, уставившись в потолок. Тёмный растворился, оставив после себя лишь туманное эхо. Эш чувствовал, как по другую сторону кровати Эмили ворочается, пытаясь найти удобную позу. Они лежали в десятке сантиметров друг от друга. Близко, но все ещё далеко.       Эш закрыл глаза, но тут же открыл их, увидев в темноте кадры пережитых бед. Ему хоть и прописывали лекарства, но он их редко пил. Из-за глупой уверенности, что справится сам. Из-за забывчивости в те редкие дни, когда кошмары отступали. Из-за страха, что друзья решат, будто он придумывает новую драму. Внезапно Эмили резко дёрнулась, затем перевернулась на спину, схватившись за голову. Её рука инстинктивно, бессильно отбросилась в сторону, случайно задев Эша по плечу. Она снова вздрогнула, уловив в темноте его взгляд.       — Прости! — шёпотом, произнесла она, голос сорвался от смущения.       — Тоже кошмары? — он повернул голову на подушке, разглядывая её силуэт.       Девушка лишь кивнула, сжимая край одеяла побелевшими пальцами.       — Бывает, — просто сказал Эш.       Он медленно повернулся набок, лицом к ней, сократив расстояние между ними всего до нескольких сантиметров.       — Я тут, — тихо произнёс он, прикрывая глаза.       Эмили не ответила, лишь глубже ушла в подушку, натянув одеяло до подбородка. Но её дыхание постепенно выровнялось, а плечи расслабились. Пучиена во сне подрагивала лапой, а Пикачу, свернувшийся калачиком в ногах у Эша, шевельнул ухом. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь их синхронизировавшимся дыханием.

***

      — Эш, просыпайся, — Эмили сильно толкнула его в плечо. — Заебал…       Тренер немного дёрнулся, затем осмотрелся, протирая глаза. Рядом с кроватью стоял его складной столик, на котором аккуратно были расставлены две тарелки с простым, но съедобным завтраком. Омлет и тосты. Пикачу и Пучиена тихо уплетали свои порции корма из мисок в углу комнаты.       — И тебе доброе утро, — Эш привстал на локте и посмотрел на неё затуманенным взглядом.       — Я тебя еле разбудила! — немного раздражённо произнесла она, садясь на край кровати и принимаясь за еду.       Эш молча присел рядом с ней и присоединился к завтраку. Еда была простой, но, после вчерашнего алкоголя и тревог, желанной. Эмили, прожевав первый кусок, на секунду отвлеклась, полезла в свою спортивную сумку и достала оттуда потрёпанную, местами затертую карту Синно, которую она нашла в гараже Команды R ещё в Хоэнне       — Есть небольшое предложение, — сказала она.       — Попить кофе, сходить в парк, а затем поехать к Озеру Истины на пикник? — Эш с шутливой, наигранной надеждой посмотрел на неё, пряча улыбку за кружкой.       — Что?... — она на секунду замерла, пару раз хлопнув глазами. — Нет!       — Жаль, — ответил Эш, делая глоток чая. — Ладно. Что за предложение?       Эмили развернула карту перед ним, указывая на несколько аккуратных пометок.       — Есть несколько точек-схронов Команды R в Синно. Парочка прямо по нашему пути. Предлагаю заехать, проверить.       — А это точно схроны, а не ловушки? — настороженно спросил Эш, прищурившись.       — В Хоэнне это были схроны, — парировала она, не отрывая взгляда от карты.       — Ну, а где Синно, а где Хоэнн? — риторически спросил Эш. — Ладно, посмотрим по ситуации… — Его взгляд зацепился за одну из отметок. — А это что? «Логистический пункт»? Звучит интересно.       — Он не особо по дороге, — тут же отрезала Эмили, сверяясь с мысленным маршрутом. — А у нас каждая минута на счету. Синтия ждёт действий, а не наших боковых вылазок. Проедем мимо.       — Как скажешь, — Эш развёл руками, вставая и забирая свою тарелку. — Ты же водитель и главный по кривым тропинкам. Я всего лишь пассажир с дурной репутацией.       Он унёс посуду к раковине, оставив Эмили изучать карту. На её лице мелькнула тень сомнения. Не ошибалась ли она, отвергая его интерес к тому «логистическому пункту», но время поджимало, и выбирать не приходилось.       После завтрака они собрали все свои вещи и покинули покецентр, отдав ключ-карту медсестре Джой. Эмили встала на пару минут покурить возле мотоцикла, уткнувшись в экран нового телефона. Пучиена елозила между её ног, с азартом гоняясь за шуршащими осенними листьями. Генгар, растворившись в тени колеса, с тихим хихиканьем наблюдал за этой вознёй. Эш стоял чуть поодаль, закутанный в свою маскировку, и неотрывно смотрел на Эмили. Его поза была расслабленной, но внутри всё закипало.       — «Эй, Ясень, пялиться на дам невежливо…» — низкий голос Тёмного прозвучал прямо у него в ушах. — «…особенно на таких! Смотри-ка, вся в себе, а сколько под этой холодной оболочкой скрывается огня.»       — «Кто бы говорил!» — Эш стиснул зубы под шарфом, чувствуя, как по спине бегут мурашки. — «Сам её всю облепил своими глазами! Тебе повезло, что она не видит тебя!»       — «И никогда не увидит, я же часть тебя и твоего воображения.» — Тёмный материализовался в его сознании, подходя к Эмили сзади так близко, что казалось, вот-вот коснётся. — «Все эти грязные мыслишки… они твои, а я лишь озвучиваю. Признайся, тебе хочется до неё дотронуться. Так же, как тогда, когда она оголила тебе спину, а ты в руках держал скальпель.»       Силуэт Тёмного обнял Эмили со спины, прижавшись к ней вплотную. Его воображаемый взгляд скользнул по экрану её телефона через плечо. Лицо галлюцинации почти касалось её щеки. Кровь Эша начала закипать.       — «И ведь ей понравилось… она так тогда… красиво выпрямилась, когда ты использовал ауру!» — Правая рука Тёмного медленно поползла вниз по её боку.       — «Прекрати…» — мысленно прошипел Эш, сжимая кулаки.       — «А что? Она же ничего не чувствует.» — язвительно продолжил Тёмный. — «Стоит себе, курит, в телефоне тырится. Настоящая железная леди.» — Левая рука Тёмного начала медленно опускаться по её спине. — «Интересно, что нужно, чтобы она по-настоящему дрогнула? Чтобы закричала? Чтобы она-…»       — «ЗАТКНИСЬ!» — громко крикнул Эш в мыслях.       В этот самый момент Эмили подняла взгляд от телефона. Её серебряные глаза, холодные и ясные, встретились с его взглядом. Она увидела гневный, красный блеск в его карих глазах. Она не испугалась, не насторожилась. Лишь медленно выдохнула струйку дыма в холодный воздух.       — Ты как? — коротко спросила она, её голос был ровным, но в нём читалась лёгкая озабоченность.       — Всё нормально. Просто… мысли, — Эш сглотнул ком в горле и резко кивнул, отводя взгляд.       — Тогда поехали. Север не ждёт, — она бросила окурок на асфальт и раздавила его       Она надела шлем, скрывая своё лицо, и завела мотоцикл. Рев двигателя заглушил тревожные мысли Эша, и навязчивый шёпот в его голове. Но образ Тёмного, обнимающего её сзади, ещё долго маячил у него перед глазами. Эмили, словно чувствуя его напряжение, взяла Пучиену на руки и устроила щенка перед собой, прижав к груди. Эш сел на мотоцикл и, как обычно, обнял Эмили за талию, но на этот раз его пальцы впились в ткань её куртки чуть крепче. По её спине пробежала лёгкая дрожь. Что-то было не так в этом касании.       — Ты прикинула, сколько нам ехать? — спросил Эш, наклонясь вперёд, чтобы его слова не унёс ветер.       — Несколько дней, — кратко, без эмоций, ответила она.       Эш лишь кивнул в ответ. Эмили тронулась с места, и мотоцикл с низким рокотом понёс их по улицам, которые постепенно сменялись шоссе, а затем и просёлочными дорогами. Они покидали Джубилайф-сити, оставляя за спиной городскую суету, и устремлялись в северную часть региона, где воздух становился холоднее, а пейзажи всё более суровыми. Туда, где, казалось, снег лежал вечными пластами, а вековые сосны стояли в гробовом молчании.

Несколько дней спустя.

Регион Синно, где-то между Этерна-Сити и Сноупоинт-Сити. День.       Путь выдался не из лёгких. Проблемы возникали одна за другой, правда, не боевого, а технического и организационного характера. То подвеска модифицированного под бездорожье спортбайка неожиданно подкидывала Эша из седла, заставляя его кубарем лететь на промёрзшую землю и отряхивать с куртки налипший снег. То ледяной ветер, дующий с покрытых вечными снегами вершин, становился таким сильным и пронизывающим, что Эмили приходилось сбавлять скорость почти до нуля, а Эш прижимался к её спине, пытаясь хоть как-то согреться. Но главной проблемой стал поиск места для ночлега. Им нужно было что-то надёжное, укрытое от посторонних глаз, но при этом не в глухой чащи, где можно было легко попасть в засаду. Идеального варианта просто не существовало, что заставляло их останавливаться на скорую руку в полуразрушенных хижинах или под нависающими скалами, где они по очереди несли караул, прислушиваясь к каждому шороху в ночи.       По дороге они осмотрели две точки-схрона Команды R, отмеченные на карте. Они оказались скуднее тех, что Эмили помнила по Хоэнну. Она забирала лишь самое необходимое: медикаменты, пачки валюты и несколько банок консервов. Но патронов для её тяжёлого пистолета не было ни в одном из тайников. Эмили не сказала ни слова, но Эш видел, как её пальцы чуть сильнее сжали рукоять оружия, когда она проверяла магазин, и как тень беспокойства скользнула по её лицу. Без патронов она чувствовала себя уязвимой.       Чёткого плана действий у них по-прежнему не было. Эмили, с её опытом, понимала, что найти браконьеров с ходу не получится и придётся вести методичную разведку, выслеживать, вычислять маршруты. Эш же с тревогой осознавал, что из-за близости Озера Остроты, священного места возле Сноупоинт-Сити, в этих краях будет полно туристов и паломников. Любое неосторожное движение, любая вспышка ауры или случайно замеченный Пикачу могли привлечь ненужное внимание. Это был риск.       — Может, до Сноупоинта просто доедем? — прокричал Эш, сильнее прижимаясь к спине Эмили, пытаясь найти хоть каплю тепла в ледяном ветру.       — Мы их там не найдем, — её голос был почти снесён порывом. — Это крупное поселение, а браконьеры так близко к цивилизации не подходят. Слишком много глаз.       Эмили бросила резкий взгляд по сторонам, её пальцы, несмотря на перчатки, почти примёрзли к ледяным ручкам мотоцикла.       — Вот почему все Злодейские Команды решили активизироваться именно осенью?! — сквозь гул ветра и рёв мотора крикнул Эш в её ухо, и в его голосе слышалось отчаяние. — Холодно, сыро, видимость никакая!       В этот момент Пучиена, сидевшая у живота Эмили под курткой, беспокойно заворочалась. Она высунула морду и, повернув голову в сторону тёмного леса, тихо заскулила, учуяв знакомый запах. Эмили мгновенно среагировала, сбросив скорость.       — Что такое? — тихо спросила она, наклонив голову к щенку и погладив его по голове сквозь ткань куртки.       Пучиена не отводила взгляд от чащи, её нос поводил, улавливая что-то невидимое для них. Эш посмотрел через плечо Эмили на пустынную дорогу, пытаясь понять причину остановки. Ничего подозрительного.       Эмили, не раздумывая, свернула с дороги и повела мотоцикл вглубь леса. Они проехали несколько десятков метров между вековыми соснами и нашли то, что искали: небольшое углубление под огромным, нависшим камнем. Рядом росли кусты с ярко-зелёными Танга-ягодами, а из трещины в самом камне разливался тонкий ручей, от которого исходило ощутимое тепло. Пучиена тут же спрыгнула на землю и принялась безуспешно подпрыгивать, пытаясь достать до ягод. Из тени камня материализовался Генгар и с лёгким хихиканьем сорвал несколько ягод, протянув их щенку.       — Тихое место, — констатировала Эмили, заглушая двигатель и закатывая мотоцикл под скалу. — Спасибо, Пучиена.       — Защита от ветра так себе… — произнёс Эш, осматривая импровизированное укрытие. — Но она учуяла Танга-ягоды. Они помогают от атак Жучьего типа. — Он посмотрел на Эмили. — Тёмный тип слаб перед Жучиным. Может, она почуяла не просто ягоды, а… потенциальную угрозу? Или, наоборот, помощь?       Эмили кивнула, её взгляд стал более сосредоточенным. Она достала карту.       — Значит, где-то рядом может быть гнездо или тропа сильных покемонов Жучьего типа. Браконьеры наверняка будут охотиться и на них. Мы на правильном пути.       — Ты, вроде, говорила, что они будут за Мамосвайнами охотиться.       — Мамосвайн это желанная добыча, но редкая, — Эмили расстилала на земле палатку. — Есть много и других покемонов, на которых они могут вести охоту… Например, на Комбии или Веспиквин, которые адаптировались к северу Синно и могут делать мёд даже зимой. Или за Сноверами, которые выращивают вкусные ягоды и производят Не тающий Лёд.       — Не тающий Лёд? Который увеличивает силу атак Ледяного типа? — уточнил Эш.       — Да, он самый, — она подняла на него взгляд. — Сможешь костёр разжечь? Руки совсем замёрзли.       Эш подкинул покеболл. Чаризард материализовался за его спиной с низким рыком, расправив крылья. Огненный покемон опустил массивную голову, чтобы встретить взгляд тренера.       — Здоровяк, поможешь? А то у меня пальцы не гнутся, — попросил Эш, доставая из рюкзака спящего Пикачу и запасённый трут.       Чаризард кивнул и, аккуратно пыхнув контролируемым пламенем, мгновенно разжёг сухие ветки. Эш присел у огня, осматривая лес вокруг. Ему вспомнился похожий, заснеженный лес возле Сноубелл-Сити в Калосе. И Грениндзя, который остался там охранять регион вместе с Зайгардом.       — «Интересно, как он там?» — подумал Эш.       — «Так позвони ему!» — Тёмный появился рядом, облокотившись на воздух. — «Может, даже до Серены дозвонишься! Проведаешь, как поживает твоя бывшая.»       — «У Грениндзи нет телефона,» — парировал Эш, игнорируя вторую фразу.       — «А у твоей любимицы Сереночки есть!» — язвительно протянул Тёмный.       — «Трубку не возьмёт. Сейчас там ночь.» — пробурчал Эш, подбрасывая в костёр сухую ветку.       Тёмный приподнял бровь, и Эш, к собственному удивлению, не стал его прогонять. Силуэт призрака облокотился на него, уставившись в тёмный лес. Эмили, ставив палатку, бросила взгляд на напряжённую спину Эша и лишь пожала плечами, привыкнув к его странностям.       — «А когда тебе это мешало?» — продолжил Тёмный, его голос стал тише и немного задумчивым.       — «Это мне не мешало.» — Эш повернул голову в его сторону. — «Это ты мне мешаешь.»       — «Ясень, сколько раз повторять?» — его силуэт отошёл на шаг. — «Я — часть тебя! Значит, ты сам себе мешаешь! Постоянно!»       — «Да, это так, но есть один нюанс…» — Эш усмехнулся.       — «И какой же?» — Тёмный скрестил руки.       — «Контроль-то у меня.» — Эш демонстративно, поднял руку и показал ему средний палец.       — «ХА!» — Тёмный рассмеялся громко и неестественно, но тут же его собственная рука дернулась и против его воли показала Эшу точно такой же жест, смех резко прекратился. — «Не понял…» — он с недоумением уставился на свой непослушный палец.       В этот момент Эмили, Чаризард, Пикачу, Пучиена и Генгар уставились на Эша, который с совершенно серьёзным видом показывал средний палец пустоте перед собой.       — Это… это я… Бидрилла отпугивал, — пробубнил он, избегая взглядов и опуская руку.       Чаризард фыркнул дымом, Пикачу фейспалмнул лапкой, а Генгар начал истерично хохотать, катаясь по снегу. Пучиена вопросительно наклонила голову. Эмили просто покачала головой, но, под её баффом, в уголках её губ дрогнула улыбка.       — Ладно, сумасшедший, — сказала она, указав на мотоцикл. — Помоги мне с лагерем, пока я не замёрзла. И свои… жесты… прибереги для более подходящего случая.       Эш кивнул и принялся помогать ей обустраивать лагерь. Они работали молча и слаженно: растянули тент между скалой и мотоциклом, создав подобие укрытия от ветра, поставили палатки поближе к костру. Вскоре они уже сидели на брёвнах у огня, слегка подрагивая от холода, в ожидании, когда закипит вода в котелке. Пикачу и Пучиена резвились в снегу неподалёку, а Чаризард, как живая печка, лениво грел бок, наблюдая за их вознёй сквозь прищуренные веки.       Эмили, которой наскучило молчание, подняла на Эша взгляд. Её серебряные глаза отражали языки пламени.       — Значится, — начала она своим ровным голосом, идеально подходящим для такого рода рассказов. — Идет новичок-тренер по лесу. Замечтался, оврага не заметил ииии… как покатится под откос! А внизу — Райпериор. Ну, тренер думает: «Все… Прощай, мама!». И тут его кто-то. Цап!.. Он смотрит… а это Слоупок его схватил и тянет-тянет теперь куда-то. Тренер его и спрашивает: «С-Слоупок, эта… с-сп-спасибо, что от Райпериора спас… А к-куда ты меня тащишь?» А Слоупок ему отвечает: «Маламар свежее мясо любит. Ф-фарш — не любит. А еде разговаривать нельзя.»       Эш фыркнул, а затем рассмеялся тихим смехом, который превратился в маленькое облачко пара на холодном воздухе.       — Неплохо, слушай, — произнёс он, улыбка не сходила с его лица. — Даже жизненно, немного! Почти как та история с мной приключилась в Калосе. Только тогда Маламар хотел исказить мир с помощью каких-то кристаллов…       — Жуть, — Эмили немного потянулась, её поза стала чуть более расслабленной.       — Ну-с, — начал Эш, немного заровняв голос. — сидят двое из Юновы. Курят. Тут вбегает Лилипап одного из них. Другой спрашивает: «Шо-то у твоего покемона ноги какие-то короткие…» Тот посмотрел внимательно: «Да неее. До земли вроде доставают…»       — Блин, так не смешно же, — парировала Эмили, но она явно цитировала чью-то частую реплику.       — Да ну тебя, ничего тебе рассказывать не буду! — фальшиво обиделся Эш, разводя руками. — Совсем!       — Не обижайся, — она сделала паузу, глядя на огонь, а потом тихо добавила. — Мне понравилось, — и хотя её покраснение не было видно под баффом, по тому, как она опустила голову, было понятно, что она немного смущена.       — «Ну давай, ещё чуть-чуть, Ясень!» — Тёмный опять материализовался перед ним, его ядовитый шёпот прокрался в сознание. — «И она уже буде—»       — «Да отстань, а!» — резко, мысленно перебил его Эш, с силой отталкивая навязчивый образ.       На этот раз это получилось почти легко, словно смех и эта глупая болтовня создали какой-то защитный барьер. Эш посмотрел на Эмили, которая уже вовсю помешивала что-то в котелке. Пикачу пристроился у её ног, выпрашивая вкуснятину. Пучиена мирно спала, прижавшись к тёплому боку Чаризарда. И Эш понял, что прямо сейчас, в этом ледяном аду, ему было… почти хорошо. Вспышки красного света нарушили умиротворённую картину. Лукарио и Гардевуар материализовались за спиной тренера, словно почувствовав смену его настроения.       — О, доброе! — поприветствовал их Эш, и в его голосе звучала неподдельная радость.       Два покемона почтительно кивнули в ответ и осмотрелись. Лукарио, следуя своей стойкой привычке, немедленно занял позицию на небольшом возвышении, его острый взгляд сканировал окрестности, а уши улавливали малейшие звуки. Гардевуар же грациозно присела на свободное бревно и, к удивлению всех, тонкими пальцами принялась лепить из снега аккуратного маленького снеговика. Генгар, тем временем, с тихим хихиканьем строил рожицы за спиной Чаризарда, который лишь фыркал дымом, слишком гордый, чтобы реагировать на проказника.       — Эш? — тихо позвала Эмили, не отрываясь от котелка.       — Да, Эми? — он повернулся к ней.       — Не против устройть битву? — она подняла на него взгляд. — После обеда.       Воздух словно замер. Все покемоны разом повернули головы в их сторону. Даже Лукарио на мгновение отвлёкся от наблюдения. Пикачу встрепенулся. Проснувшаяся Пучиена заинтересованно подбежала к костру и села, внимательно глядя на Эмили и виляя коротким хвостом. Генгар замер с высунутым языком, а Гардевуар оставила своего снеговика без носа.       Эш на секунду задумался, а затем на его лице расплылась широкая улыбка.       — Против? — он рассмеялся. — Эмили, ты только что сделала мне лучший подарок за последнюю неделю! Конечно, не против!       Он посмотрел на своих покемонов, которые уже насторожились, почуяв предстоящее действие.       — Только учти, — добавил он. — без фанатизма. Мороз, да и Пучиена ещё щенок.       — Без фанатизма, — кивнула Эмили. — Просто чтобы согреться.       Чаризард громко фыркнул, выпустив клуб пара, будто говоря: «Наконец-то что-то интересное!». Гардевуар отложила своего снеговика в сторону, её оранжевые глаза загорелись сосредоточенным светом. Генгар перестал кривляться и с любопытством вынырнул из тени. Атмосфера в лагере мгновенно преобразилась. Ледяная пустота отступила, уступив место знакомому, бодрящему предвкушению битвы.       После обеда, состоявшего из бодрящего горячего супа и кратких, почти молчаливых посиделок у огня, Эмили встала и отошла на несколько метров вперед от лагеря, на расчищенный от снега пятачок. Её Пучиена тут же сорвалась с места и побежала за ней, виляя хвостом и оставляя цепочку следов на снегу. Эш поднялся следом, отряхивая колени. Он скинул капюшон и расстегнул куртку, адреналин, начинавший разливаться по жилам, грел изнутри куда лучше любого костра. Он встал напротив Эмили. Его тёмный шарф, по-прежнему прикрывавший нижнюю часть лица, развевался на ветру. Покемоны замерли в напряжённом ожидании, наблюдая за тренерами.       — Пикачу, иди сюда!       Жёлтый покемон стрелой пробился сквозь небольшие сугробы и в один прыжок очутился на привычном месте на плече тренера. Лукарио, Гардевуар, даже обычно ленивый Чаризард подошли ближе, образуя живой круг. Генгар устроился на ветке сосны поудобнее, как на лучшем месте в амфитеатре.       — Так, слушай сюда. Будь аккуратным, Пучиена ещё молодая, опыта мало! — начал он шепотом. — Бей в половину силы, но бдительность не теряй ни на секунду. Понял?       — Пи! — покемон уверенно кивнул и он спрыгнул на утоптанный снег перед тренером, приняв боевую стойку.       На противоположной стороне Эмили присела на корточки перед Пучиеной, которая смотрела на неё преданными глазами.       — Всё просто, — тихо сказала она, положив руку на голову щенка. — Действуй по инстинктам. Уворачивайся, используй скорость. И главное… получай удовольствие!       Пучиена тявкнула в ответ и выпрямилась, её маленькое тело напряглось в готовности к бою. Эмили отошла на несколько шагов назад, скрестив руки на груди. Её взгляд встретился со взглядом Эша через поле битвы.       — Готов? — крикнула Эмили, её голос немного терялся на ветру.       — Всегда! — ответил Эш. — Начинаем!       Воздух на мгновение застыл, а затем Пикачу рванул вперёд, оставляя за собой облачко снежной пыли. Пучиена, немного растерявшись, отпрыгнула в сторону, но её движения были резкими и полными неукротимой энергии. Битва началась.       — Пучиена, используй Толчок! — скомандовала Эмили, её голос прозвучал чётко, хоть и без привычной стальной хватки.       — Прими удар! — крикнул Эш в ответ.       Пучиена рванула вперёд и налетела на Пикачу, ударив его своим телом с неожиданной для щенка силой. Электрического покемона немного снесло назад по снегу. Пикачу ухмыльнулся и издал крик, явно поддразнивая молодого противника.       Генгар захихикал с своей ветки, Гардевуар и Лукарио молчаливо наблюдали с серьёзными лицами, а Чаризард фыркнул, и в его пасти мелькнуло подобие улыбки.       — Продолжай в том же духе, Пучиена! — поддержала Эмили.       — Пикачу, в сторону! Уворачивайся! — скомандовал Эш.       Пикачу начал отскакивать от атак Пучиены ловкими зигзагами, в то время как щенок, не сбавляя темпа, яростно преследовала его. «Зрительный зал» начал понемногу скучать, ибо исход казался предрешённым, но Эш улыбнулся под шарфом.       — Пикачу, метни снег ей в лицо, а затем спрячься!       Пикачу молниеносно отскочил от очередного Толчка Пучиены, использовал инерцию, чтобы развернуться, и резким взмахом Стального Хвоста запустил в морду противницы плотную порцию снега. Затем он ловко нырнул в ближайший глубокий сугроб и исчез. Пучиена остановилась как вкопанная, сгребая лапами снег с морды и фыркая от неожиданности. Она беспокойно завертела головой, вглядываясь в снег, пытаясь найти хоть малейшее движение. Её уши напряжённо подрагивали.       — Ищи его по запаху! — крикнула Эмили.       Пучиена опустила нос к снегу и начала интенсивно принюхиваться, её ноздри трепетали. Эш стоял неподвижно, лишь слегка улыбаясь под шарфом. Он выжидал. Атмосфера среди покемонов-зрителей снова накалилась.       Вдруг Пучиена взвизгнула и рванула к одному из сугробов. Она начала яростно рыть лапами, разбрасывая снежные комья во все стороны.       — Давай! — тихо скомандовал Эш.       В тот же миг из-под толщи снега, прямо под лапами Пучиены, во все стороны брызнули ослепительные электрические разряды. Ярко-жёлтый свет вырвался наружу, и Пикачу, как электрическая комета, вылетел из сугроба, используя Вольт-Толчок. Удар был точен и мощен. Пучиену отбросило, её мех вздыбился от статического электричества. Она встала на лапы, пошатываясь, и тихо зарычала — её переиграли.       Глаза Эмили загорелись таким знакомым, яростным огнём. Адреналин ударил в голову. Мышечная память сработала быстрее мысли, рука сама вскинулась в фирменном жесте, перед глазами мелькнули трибуны, шум толпы, её верный Тайфлоужен…       — Грозовой кулак! — её крик прозвучал громко и властно, разрезая морозный воздух.       Приказ, отданный покемону, которого она потеряла год назад.       Пучиена удивлённо развернулась, не понимая. Пикачу и Лукарио уставились на Эмили в полном недоумении. Гардевуар обеспокоенно поднялась с бревна. Чаризард перестал ухмыляться и в недоумении почесал подбородок когтем. Эш лишь немного наклонил голову, но тут же всё понял по её широко открытым, пустым глазам и резко побледневшему лицу.       — Ой!.. — Эмили опомнилась, её рука медленно опустилась. — Блять-блять-блять… — и, не в силах вынести взглядов, опустилась на корточки, закрыв лицо руками и начиная легонько, отчаянно бить себя по лбу костяшками пальцев.       — Всё в порядке, Эм, — Эш медленно подошёл к ней и присел прямо перед ней, не касаясь. — Всё нормально. Ошибиться может каждый. Мысли просто опередили тебя.       — Это… это Тайфлоужен, — выдохнула Эмили, не поднимая головы. — Его коронная атака. Я… я забыла, что его нет.       — Я знаю, — тихо сказал Эш. — Но ведь Пучиена здесь. И она сражалась за тебя как настоящая чемпионка. Взгляни на неё.       Эмили медленно подняла голову. Пучиена подошла к ней и ткнулась мокрым носом в её ногу, скуля от беспокойства. В её преданных глазах не было ни упрёка, ни разочарования, только искренняя тревога за свою тренера. Эмили глубоко вздохнула, её дыхание вырвалось белым облаком. Она провела рукой по меху Пучиены, и её пальцы перестали дрожать.       — Прости, — прошептала она, обращаясь то ли к щенку, то ли к Эшу, то ли к самой себе.       — Не за что извиняться, — Эш наконец встал и протянул ей руку. — Битва окончена. Ничья. Вы обе молодцы.       Она посмотрела на его протянутую руку, затем на его открытое, без тени осуждения лицо и после секунды колебания взяла его руку. Его ладонь была холодной, но хватка твёрдой.       — Спасибо, — сказала она, поднимаясь.       — Не за что, — улыбнулся Эш. — А теперь давай греться, а то Чаризард сейчас сам замёрзнет, пока за нами наблюдает.       Огненный дракон фыркнул дымом в ответ, явно не соглашаясь, но тронутый заботой. Пикачу запрыгнул на плечо Эша, а Пучиена побежала рядом с Эмили, когда они направились обратно к костру. Лукарио продолжил нести дозор. Гардевуар вернулась доделывать снеговика, иногда поглядывая на Эмили. Генгар же присел возле костра.       — Чай будешь? — произнёс Эш, присаживаясь на бревно рядом с костром.       — Давай, — тихо ответила Эмили, в её голосе висела грусть.       Эш быстро подогрел воду и заварил чай, насыпав в две походные кружки заварку. Аромат трав разлился по холодному воздуху. Эмили взяла свою кружку, но не пила, а уставилась на тлеющие угли, обхватив её руками, чтобы согреть пальцы.       — А ты терял своих покемонов? — спросила она, не отводя взгляда от пламени.       — Только отпускал, — с глубокой тоской ответил Эш, делая небольшой глоток горячего чая. — Баттерфри, Лапрас, Ларвитар, Грениндзя, Гудра, Наганадел… Каждого по своей причине. Иногда это было правильно. Иногда… до сих пор не уверен.       — Ты отпустил Грениндзю?.. — Эмили наконец подняла на него взгляд, и в её серебряных глазах мелькнуло неподдельное разочарование. — Я так хотела с ним сразиться…       — При первой же возможности организуем, — твёрдо пообещал Эш, и на его лице появилась слабая улыбка. — Он сейчас в Калосе, но я уверен, он не против будет сразиться с сильным тренером. Обещаю.       Эмили кивнула, и в этом кивке была тень надежды. Она чуть сдвинулась по бревну ближе к Эшу, почти неосознанно. В этот момент Пикачу, словно почувствовав её потребность в тепле, спрыгнул с плеча Эша и устроился у неё на ногах, свернувшись тёплым жёлтым клубком. Пучиена тут же легла у её ступней, положив морду на лапы.       — «Какая красота…» — протянул голос Тёмного, но на этот раз без привычной язвительности, в нём слышалась почти ностальгическая нотка. — «Прямо открытка: «У костра. Бывший убийца и её жертва. С покемонами».»       — «Ну что ты ко мне прицепился?» — Эш мысленно вздохнул, делая очередной глоток чая, он уже не злился, а скорее устал от этого внутреннего диалога. — «Что на этот раз?»       — «Да так… просто наблюдаю.» — Тёмный возник в воображении, развалившись на соседнем бревне. — «Интересно, сколько ещё таких тёплых вечеров у вас осталось, а? Пока вас не нашли. Пока её бывшие хозяева не постучались в дверь или пока ты снова не облажался.»       Эш не стал отвечать. Он просто сидел, чувствуя лёгкое давление её плеча о своё, слушая ровное дыхание Пикачу и наблюдая, как отражение огня играет в её задумчивых глазах. И в этой тишине, под аккомпанемент потрескивающих углей, было что-то настолько хрупкое и ценное, что даже тёмный голос снова умолк, не желая разрушать этот миг.