Дивендариум

Камилла Жасмин Ролингс

Камилла Ролингс с интересом окинула взглядом вошедших в комнату Кастелла и Болейн, по выражению лица которых сложно было понять, что произошло за эти пятнадцать минут. Она считала, что Алиот принял совершенно глупое решение, пытаясь помирить этих двоих. Слишком уж сильно горела ненависть внутри Кристиана к семье Болейн. Пусть Кассия отличалась от них, но это не отменяло факт того, что она принадлежит к темному семейству, которое безжалостно прикончило родственников Кастелла. Как только Алиот снял с них наручники, они мгновенно разошлись по разным сторонам комнаты, предпочитая даже не смотреть друг на друга. Джеймс бездумно водил пальцем по ее бедру, вырисовывая незамысловатые узоры на ее темных джинсах. Портман был особенным человеком в ее жизни, иногда ей казалось, что ей просто суждено было встретить его именно в тот период жизни, когда он был ей так необходим. Когда она едва не стала такой же, как все ее окружение. Чопорной, высокомерной куклой, которую с детства только и учили заниматься банковскими делами и конвертировать валюту со скоростью света каждую минуту. Такой она и была со всеми своими знакомыми, но Джеймсу Портману удалось найти другую ее сторону. Ту небольшую хрупкую часть ее души, которая умела смеяться. Только с ним она превращалась из денежной печатной машинки в простую девушку, которой так приятно, когда за ней ухаживают, когда интересуются, как у нее дела, когда о ней элементарно заботятся. Конечно же, у нее были отношения и до Джеймса Портмана, но в основном они заканчивались тем, что она бросала их, потому что с ними ей было слишком скучно. Джеймс Портман ни на секунду не заставил ее пожалеть о том, что она обратила на него свое внимание. Несмотря на тот факт, что он сам был из одной из самой влиятельной семьи основателей, он был удивительно настоящим, живым. Следующая должна была крутить бутылочку Кассия Болейн, к которой Ками испытывала чувство, схожее с симпатией, так как этой девушке хватило сил показать семье, что ей не нравится то, что они делают. Ролингс даже ей завидовала. Возможно, когда-нибудь и Камилле удастся сказать родителям, что ее достали вся эта банковская бумажная волокита, что она хотела бы создать свою линию одежды, ее письменный стол ломился от количества эскизов, которые она никому не показывала, кроме Джеймса, который случайно наткнулся на них. Он сказал, что это очень талантливо. Кажется, это был лучший комплимент в ее жизни. Кассия Болейн изящным движением руки раскрутила бутылку, горлышко которой указало на Камиллу Ролингс. Ками бодро улыбнулась и, легко прищурившись, уверено ответила: — Правда. Она не очень любила выставлять себя в невыгодном положении, Камилла Ролингс не должна выглядеть глупо или смешно. Она не привыкла к этому, именно поэтому предпочла правдиво ответить на вопрос, нежели выполнить какое-нибудь действие, вроде того цирка, который устроили Кристиан и Анвиль. Хотя Кассия Болейн знала слишком много, поэтому вполне могла задать достаточно колючий вопрос, поэтому Ками слегка вывернулась в руках Джеймса, чтобы внимательным взглядом окинуть черноволосую бестию. Она хорошо знала родителей Кассии, чтобы примерно понимать, что должна представлять из себя их дочь. Но за прошедшие дни она сделала вывод, что Болейн младшая отличается от типичных представителей ее семьи. Кассия казалась ей живой, в отличие от стеклянных Болейнов, поэтому она охотно верила в то, что девушка сбежала из дома. Она вполне способна на это. — Камилла, — протянула Кассия, а потом резко выдохнула. — Правда ли то, что Колин Стар сделал тебе предложение? Ками могла спокойно выдохнуть, так как все могло быть гораздо хуже. Ролингс ответила Болейн благодарной короткой улыбкой, так как прекрасно понимала, что Кассия пошла ей навстречу, ее вопрос мог быть гораздо более болезненным, мог затронуть секреты семьи Ролингс, о которых она не хотела бы распространяться. О которых не знал даже Джеймс. И она не хотела бы, чтобы он узнал, не хотела бы, чтобы он разочаровался в ней. Джеймс и про Колина не знал, поэтому сейчас с любопытством смотрел на нее, как и все остальные. — Да, это абсолютная правда, — легко ответила Ками, разведя руки в стороны. — Я ему отказала. Он достаточно долго ухаживал за мной, но я не сочла его привлекательным. И поступила очень верно. Она наклонилась, чтобы оставить на губах Портмана легкий поцелуй, а затем решила проверить одну интересную ей теорию, которая носила имя Амалия Коллинз. Эта рыжеволосая девушка не давала Камилле покоя, потому что Джеймс уделял ей слишком много своего внимания. Конечно, она прекрасно знала всю их историю, однако, она практически уверена была, что у Портмана не осталось к ней никаких чувств, помимо дружеских, что он только ее. Да и в Мие она, кажется, не видела никаких романтических порывов по отношению к Джиму. Да и смысл столько лет отшивать, чтобы потом проявить к нему симпатию? Все логические доводы говорили, что между ними ничего нет, да и быть не может, но едкий червяк подозрения поселился в ее душе, поэтому она аккуратным незаметным движением пальцев помогла бутылке указать на рыжеволосую девушку, которую мозг все равно без ее желания воспринимал, как соперницу. Хотя здравый смысл и кричал ей о том, что Коллинз проигрывает ей по всем параметрам. Да, бесспорно, она довольно миловидная, но Ками не могла назвать ее красавицей. Возможно, она просто предвзята. План основывался на том, что Мия выпила уже достаточно вина, чтобы выбрать действие. А пока она будет его выполнять, Ками хотела понаблюдать за реакцией Джеймса. Горлышко бутылки послушно указало на Коллинз. Ками встретилась глазами с ярким немного испуганным зеленым взглядом Амалии, но только лишь тепло ей улыбнулась. Она не хотела воспринимать ее, как врага. В конце концов, девушка не виновата в том, что когда-то нравилась Портману. Но только пусть попробует хотя бы пальцем к нему прикоснуться. — Действие, — уверенно проговорила Коллинз, вызвав всеобщий гул одобрения. Умница. Видимо, вино сделало свое дело, раз уж спокойная и рассудительная Амалия Коллинз решила выбрать действие. Ками бросила беглый взгляд на Портмана, но тот спокойно пил свой излюбленный ром, глядя куда-то в сторону, словно совершенно не обращал внимание на происходящее. Оставалось надеяться, что он настолько расслаблен и не сконцентрировал, что не заметит ее легкого дуновения для раскрутки бутылочки в нужную сторону. Из-за своих девяноста девяти единиц, Джеймс очень тонко чувствует любое изменение в материи. Но она практически ничего не сделала, а Портман и виду не подал, что обратил на это внимание. Хвала Богам. Ками задумчиво прикусила губу, глядя на девушку, делая вид, что раздумывает над тем, какое задание для нее выбрать. На самом деле, Ролингс банально тянула время, чтобы не вызвать подозрения Джеймса. Но Портман продолжал бездумно водить рукой по ее бедру, когда она произнесла, слегка улыбнувшись: — Поцелуй Алиота. Рука на бедре замерла всего на мгновение, но она заметила это, когда вся гостиная утонула в свисте и улюлюканье. Она почувствовала, как Джеймс напрягся всем телом. Это было всего мгновение, но она уловила. Хотя всем своим видом Портман не показывал, что это его хоть как-то волнует. Может, она ошиблась? Она хотела бы списать это на простое удивление, но червяк сомнения внутри Камиллы Ролингс буквально кричал ей о том, что парню не все равно. Он просто мастерски делает вид. Что ж, она понаблюдает, как он продолжит строить равнодушную мину, когда его рыжеволосую красавицу поцелует другой. Если у него что-то все еще к ней осталось, то этот поцелуй должен окончательно расставить все точки. Джеймс ненавидит делиться, поэтому он точно после этого и смотреть на нее не сможет. Ками склонила голову набок, наблюдая, как щеки Амалии Коллинз украсил смущенный румянец. Ролингс подумала о том, что она совсем еще ребенок. Чем только она так привлекает Портмана? — Я не могу отказаться? — спросила она, окинув ее взглядом светло-зеленых глаз, но Ками только лишь покачала головой. Если проверять, то до конца. Она бросила беглый взгляд на Джеймса, который опрокинул целый стакан рома, скинув с себя ее ноги, чтобы налить себе еще. Он не разделял всеобщего веселья по поводу образования будущей парочки. Ками была бы даже счастлива, чтобы Анвиль и Коллинз начали встречаться, потому что так она избавилась бы сразу от нескольких проблем. От возможных чувств Джеймса к этой девушке и от подозрения в том, что сама Коллинз что-то чувствует к нему. Она не хочет отдавать его никому. — Не бойся, от моих поцелуев еще никто не умирал, — улыбнулся Алиот, когда Мия немного неуверенно подошла к нему. Ками пыталась считать реакцию Джеймса, поэтому, как только Анвиль перехватил Коллинз за руку и потянул на себя, она мгновенно посмотрела на Портмана. Джеймс смотрел на них всего несколько секунд, но как только парень зарылся рукой в рыжие волосы на затылке и накрыл губами губы девушки, Портман отвернулся. Черт. Ками едва ли не выругалась от разочарования. Он словно не хотел видеть это. Разве ему не должно быть все равно? Плевать. Плевать на Мию Коллинз, плевать на его оставшиеся к ней чувства. Рядом с ним она, Камилла, поэтому она хотела сделать все, чтобы раздавить тот небольшой росток, который все еще продолжал жить в сердце Джеймса Портмана, как бы упорно он не пытался скрыть это от нее. Она никогда не была идиоткой, она видела, как он смотрит на нее. Просто до последнего надеялась, что ошибается. Нет. Она придумает, что сделать с этой проблемой. Возможно, Алиот ей в этом поможет. Они даже подошли бы друг другу. Ей нужно будет придумать план. Кто-то громко засвистел, а Мия уже отстранилась от Анвиля, присаживаясь на свое место, чтобы покрутить бутылочку. Ками видела, как пылали ее щеки от смущения. Это же ведь поцелуй. Просто поцелуй, а она ведет себя так, будто бы Ролингс заставила ее переспать с ним. Ками отследила ее взгляд, направленный на Джеймса, но тот не смотрел на нее. Ролингс хотела бы, чтобы ему просто-напросто было противно. Наклонилась, оставив на его щеке легкий поцелуй, надеясь, что Коллинз заметила это. Он полностью ее. Она не намерена ни с кем делиться. Мия закрутила бутылочку, горлышко которой указало, как назло, на Джеймса. Вот тебе и эффект бумеранга, Камилла Ролингс. Она едва ли не выругалась вслух, но сдержалась, ни одной эмоцией на лице не показывая, что ее это хоть как-то задело. Но жгучая ревность уже проникала в сознание, отравляя его. Ками никогда никого не ревновала, потому что всегда была до ужаса уверена в себе, но сейчас у нее не было никаких сомнений, что то, что она сейчас ощущает, именуется именно ревностью. Это было ново для нее. И определенно не нравилось. — Правда, — выдохнул Джеймс отстраненно, даже не взглянув на нее. Ками улыбнулась своей маленькой победе. Все-таки хорошо она придумала с этим поцелуем. Она вновь удобно устроила свои ноги на коленях Джеймса, но он больше не водил руками по ее бедрам, а только лишь упрямо смотрел, как Алиот разливает девочкам вино. Он думал о чем-то, а Ками и предположить не могла, что творится сейчас в его голове. Меньше всего ей хотелось, чтобы он думал о Мие. Взгляд непроизвольно опустился на ее запястье, на котором сверкали самые дорогие камни из поместья Портманов. Наследие семьи идеально село на запястье Амалии Коллинз. Конечно, Ками узнала его, ведь она просто не могла не узнать одно из фамильных украшений. Ей он такое не дарил, но Ками успокаивала себя тем, что все еще впереди. Он обязательно наденет на ее безымянный палец помолвочное кольцо семейства Портманов. Ей не нужен был какой-то браслет. Пускай и очень красивый. — Шрам, — произнесла Коллинз, глядя куда-то в область шеи Портмана. — На шее, с левой стороны две полоски, откуда? Ками, конечно же, знала о наличие этого шрама, но никогда не интересовалась, где Джеймс их получил. Ведь они с парнями часто участвовали в драках и дуэлях, вполне возможно, что Портман заработал его именно там. Только вот Ролингс не учла, что на теле Джеймса нет ни одного шрама, кроме этого, потому что обычно целители или же Лу все затягивают ему. Такие шрамы оставляют только темные заклинания. Или же Джеймс целенаправленно не стал залечивать какую-то рану. Ками с интересом посмотрела на парня, ожидая его ответа. Только тот смотрел на Коллинз так, словно она сама знала ответ на этот вопрос. Ролингс не понравился этот его взгляд, хотя вполне естественно, что Мия может знать о происхождении этого шрама, ведь они учились в одном классе. Возможно, она просто присутствовала, когда Джеймс заработал его. Но Ками уже раздражало все личное между этими двумя, поэтому она в нетерпении легонько коснулась плеча Джеймса, подталкивая его к ответу. — Это детский шрам, — хмыкнул Портман. — Мы с Крисом играли перед моим домом, а мимо проезжал велосипедист с огромным букетом роз. Он наехал на камень и упал со своего велосипеда, почему-то решив, что это мы поставили ему подножку, он съездил мне этим букетом по лицу. На лице раны мама затянула, а вот на шее я попросил оставить. Шрамы же ведь украшают мужчину, так ведь? Коллинз коротко кивнула головой на его ответ, но почему-то быстро спрятала глаза. Ничего необычного в этой истории Ками не нашла, поэтому решила вообще не обращать на это никакого внимания. Ее достало постоянное напряжение. Пора бы уже расслабится. Она пригубила вино, глядя, как Джеймс ловко раскручивает бутылочку. Она указывает на Алию Анвиль. Ками испускает выдох облегчения. Этот вечер порядком ей надоел.

***

В понедельник весь Кордейл обсуждал только одну-единственную новость. Шепот раздавался со всех сторон. Нет, совсем не поцелуй Мии и Алиота на импровизированной вечеринке. Нападение темных магов на центральный банк Кристалла. Камилла теперь не могла отделаться от постоянных вопросов, которые считали нужным задать все, кому не лень. Благо, Джеймс отгонял от нее всех любопытствующих одним лишь только взглядом. Все говорили одно и то же. Центральный банк ограбили, хотя ее отец кричал со всех сторон, что это самое безопасное место во всем мире. Нигде не говорилось о том, что похитили темные маги, но Кассия была абсолютно уверена в том, что это была шкатулка Дивендариума. Грабители не вынесли деньги, камни, золото, а, значит, они пришли за самым дорогим артефактом, который хранился в банке с незапамятных времен. Только эта шкатулка могла удержать вместе четыре части этого темного артефакта. Ками знала, к чему это рано или поздно привезет. Она, Джеймс, Кристиан и Лу. Кажется, только они во всем Кордейле точно знали, что происходит в остальном мире, не огороженным защитным куполом. Она могла соврать, что не боится, но это было совсем не так. Она очень сильно боялась, боялась того, что может ждать их за защитным куполом Кордейла. Боялась за родителей, на которых сейчас обрушилась общественная облава из-за того, что они допустили, чтобы банк ограбили. Камилла нужна была им сейчас, она должна была поддержать их, какими бы они ни были. Это ее родители, она любит их больше жизни. — Чего вылупился? — рыкнул Джим на прошедшего второкурсника в кафе. — Иди своей дорогой и не оборачивайся, если все еще хочешь что-то видеть обоими глазами. Джеймс был просто ее спасением во всей этой ситуации. Ками не знала, как она смогла бы отбиться от всех этих прилипал, если бы не Портман. Один только лишь его вид заставлял некоторых засунуть язык поглубже в задницу. А те, которые были посмелее и пытались подойти и спросить что-то, разворачивались практически мгновенно после его злобного рыка. Кассия даже забыла о том, что произошло на вечеринке, потому что сейчас Джеймс всецело и полностью принадлежал ей. Мии Коллинз даже и видно не было на горизонте. Они сели своей привычной четверкой за свой стол за завтрак, Ками чувствовала, как Лу и Крис внимательно смотрели на нее, поэтому ей пришлось тяжело выдохнуть: — Я не разговаривала с родителями еще, уверена, что им сейчас не до меня. Но я практически уверена в том, что украли шкатулку Дивендариума, потому что ничего больше не взяли. Они пришли в банк именно за ней. Джеймс доверял этим ребятам, а она всецело доверяла Джеймсу, поэтому никаких сомнений не было в том, чтобы поделиться мыслями. Они никому и никогда не выдадут ее тайны, потому что рассказать это означало предать Джеймса, а ребята слишком дорожили своей дружбой. Ками даже им завидовала, ведь у нее никогда не было таких друзей, которым можно было доверить даже свою жизнь, но она хотела бы, чтобы друзья Джеймса стали для нее таковыми. Поэтому решила начать с доверия.  — Джеймс, ты со своими родителями не разговаривал? — коротко спросил Лу, посмотрев на Портмана, но тот лишь покачал головой. Вопрос был вполне закономерный, потому что одна из частей Дивендариума хранилась именно в поместье Портманов. И теперь, когда стало ясно, что Аркуры собираются продолжить дело своего знаменитого предка, родители Джеймса оказывались под прицелом этой темной четверки. Наверняка, они уже знают о том, что первая часть находится у них. А если теперь у них есть шкатулка, значит, они могут начинать собирать Дивендариум, так как им есть, где хранить столь мощный артефакт. Дрожь невольно пробежалась по всему ее телу. Она перехватила руку Джеймса, крепко сжимая ее. Его теплая ладонь странным образом успокаивала. Портман тоже нервничал, это было видно по его напряженному лицу. Она знала, что он пытался связаться с родными с самого утра по зеркалу, однако, никто так и не ответил. Ками хотелось верить в то, что с ними все в порядке. Иначе просто и быть не может. — Джим, все в порядке, я еще попытаюсь после занятий написать отцу, — проговорил Крис с нетипичной ему серьезностью, а затем резко ударил по столу рукой, обращая на себя всеобщее внимание. — Как же дерьмово сидеть на этом клочке земли. Глядя на ребят, она понимала, почему родители не позволили им остаться дома и помогать сражаться с темными магами. Несмотря на весь свой энтузиазм, на весь свой талант, они все еще слишком молоды и импульсивны, чтобы выпускать их на поле боя. Кастелл и Портман первые лягут под темные заклинания, поэтому Ками даже немного рада была, что они сейчас находятся здесь, но мысль свою высказывать не стала. Парни определенно не согласятся с ней. Пусть только пока будут в безопасности. — Пойдемте, — проговорила Ками, прерывая их оживленную дискуссию о том, как они смогли бы помочь своим родителям, если бы находились в Кристалле. — Для Труа не будет оправданием ваша обида на весь мир. Крис возмущенно открыл рот, но затем захлопнул, предпочитая не спорить, потому что заранее знал, что она права. Жуя на ходу, Крис что-то говорил о том, что расписание составляли изверги, потому что после выходных первым занятием ставить военную подготовку самым настоящим издевательством. Для Ками же это было глотком свежего воздуха, потому что студенты не разговаривают на занятиях у Труа. А у Ками уже от этого постоянного шепота раскалывалась голова. У них просто не будет сил на разговоры, а Ками занятия спортом к тому помогают отвлечься от гнетущих мыслей, поэтому она практически бежала в тренажерный зал. Ей это как раз сейчас необходимо. Теренс Труа был в своем привычном репертуаре. Глыбой возвышаясь над всему студентами, он сообщил о том, что сегодня они работают на износ. А раньше, простите, это как называлось? А, разогрев. Понятно. Круги по стадиону казались манной небесной по сравнению с теми адскими упражнениями на выносливость, которые подготовил преподаватель на сегодня. Ками чувствовала, как ее тело ноет, уже представляла, как завтра утром будут болеть все мышцы. Это было даже приятно. Приятная боль, которая помогала забыться. Труа отлучился на пятнадцать минут по поручению ректора, оставив всем задание выполнить по пять подходов упражнения с полным переворотом туловища и предупредил, что он все равно узнает, если кто-то будет халтурить. И тому счастливчику придется выполнять то же задание, только раз в пять больше. Ками знала, что случится, как только Труа покинет тренировочный зал. Так и произошло. Никаких сюрпризов. — Эй, Ролингс, а как же лучшая система защиты во всем мире? — рявкнул кто-то ей в спину, а Ками поняла, что нервы определенно сдают. — Папаша даже с кучкой любителей справиться не смог. Джеймс не успел так быстро среагировать, как среагировала Камилла. Достали. Уже никаких нервов не хватает. Фирменный темно-красный хлыст мгновенно уложил парня на лопатки, а массивный кроссовок уперся ему прямо в горло. Ролингс знала, что Джеймс все равно встал бы на ее защиту, но она хотела показать, что совершенно не боится всех этих злых языков. А пока не проявишь физическую силу, они ни черта не понимают. Довели. — Зато я с тобой легко сейчас справилась, не находишь? — прорычала она, наклонившись так, чтобы он хорошо ее услышала. — Если еще хоть слово о моей семье вылетит из твоего грязного рта, хлыстом ты не отделаешься, кивни, если понял. Паренек из красного сектора коротко кивнул головой, а она отпустила хлыст, убрав ногу с ее шеи. Конечно, он отделался малым, но Ками сейчас была не в настроении воспитывать идиотов. Взгляд вдруг наткнулся на рыжую копну волос и большие зеленые глаза Амалии Коллинз, которая смотрела на нее так, словно впервые увидела. Конечно, Ролингс не была комнатным растением, как она. На то она и Ролингс. Камилла всегда умела за себя постоять и не нуждалась в помощи других. Джеймс прекрасно это знал, именно поэтому позволил ей сейчас разобраться самой. — Бешеная сука, — выплюнул парень ей в спину, но она предпочла больше не тратить на него свое время, он итак был достаточно опозорен. — Следи за языком, Говард, если не хочешь добавки уже от меня, — Ками почувствовала, как руки Джеймса обхватывают ее талию, а губы запечатывают успокаивающий поцелуй на виске. Сработало. Она успокоилась. Его запах, его руки и поцелуи действовали на нее, как самое лучшее успокоительное, которое только можно найти. Она должна была благодарить всех богов за то, что свели ее с Джеймсом Портманом. Ками и представлять не хотела, как она справилась бы с этим всем, если бы не он. Именно этот широкоплечий парень сейчас держал ее на плаву. Ками была уверена в том, что он не оставит ее одну. Несмотря на тот росток чувств к Амалии Коллинз, который есть внутри него. Она избавится от него. Рано или поздно. Она поможет ему вытравить образ рыжеволосой девушки. Пусть он даже и не подозревает об этом, но Ками придумает, как избавить его от бремени этих чувств. Ради их общего счастливого будущего, в котором она была уверена, как в самой себе. Она никуда не отпустит Джеймса Портмана от себя. Демонология прошла относительно спокойно, так как Уинстон Флеминг предпочел провести это занятие теоретически, поэтому они просто монотонно записывали лекцию за ним. Это было хорошим отдыхом после занятия у Труа, но Камилла не могла отделаться от мысли, что ей нужно быть в другом месте. Франциск был еще слишком мал, чтобы хоть как-то помочь родителям. Младшему брату, которому достанется все наследство семьи Ролингс, было всего двенадцать. Если останется какое-то наследство после вчерашней облавы. — Лекция окончена, на следующем занятии я не буду спрашивать теорию, я посмотрю, как вы примените ее на практике, все свободны, — хлопнул в ладоши Флеминг, завершая свое занятие. Ками, собрав все свои вещи в небольшой рюкзачок, пошла на следующее занятие, на котором она собиралась выпустить пар. Она уже знала, что Тим Такер сегодня попадет под горячую руку, хотя ничего плохого не совершил. За те несколько занятий Ками сделала вывод, что он неплохой парень, хотя и немного замкнутый. В отличие от Дастина Блэра, с которым он сдружился. Полигон, на котором традиционно проводились занятия по боевой и защитной магии, встретил их холодным ветром, но Ками редко чувствовала холод из-за своей огненной стихии. Линь и Риате уже привычно ждали их в центре полигона. Ками восхищалась ими. Сильвия Риате и вовсе была ее кумиром, потому что победить столько темных магов и остаться в живых многого стоит. Некоторые сомневались в том, что такие молодые преподаватели много чему могли научить, но Ками не была согласна с этой точкой зрения. Наоборот, только молодые и могут, потому что у них свежий нестандартный взгляд на магию. — Ты в порядке? — прошептал Джеймс ей на ухо, когда все выстраивались по секторам. — В порядке, — шепнула в ответ девушка, благодарно клюнув его в щеку быстрым поцелуем. Она так отчетливо чувствовала его поддержку, что перестала даже думать о Мие Коллинз. Но только сейчас ее длинная густая шевелюра вновь мелькнула перед глазами. Ками не понимала, почему Амалия с ее целительским талантом и абсолютной безалаберностью в боевой магии поступила в Кордейл. В академии имени Кауша она определенно принесла бы больше пользы. Ролингс отказывалась думать о том, что Мия специально поехала следом за Джеймсом. Она не может быть настолько глупой. — Сегодняшнее занятие будет проходить не по обычному распорядку, — проговорил Линь, внимательно оглядывая ряды студентов. — Будем учиться работать в команде, теперь ваши вчерашние противники станут вашими напарниками. Для начала отработаем по парам, затем начнем подключать еще больше человек, пока не сделаем из каждого сектора целостный организм. Ками скептически посмотрела на Тима Такера, подумав о том, что все бремя придется нести на своих плечах. Нет, не то чтобы Тим был совсем плох, но у него нет абсолютно никаких шансов против Криса и Джеймса, Луи и Болейн. Единственные, с кем он мог бы побороться в боевой магии, были Мия и Дастин. По крайней мере, из черного сектора, хотя он и обладал самым малым количеством единиц в этой тройке. Все начали активно перешептываться, а Ками услышала, как Крис что-то фыркнул о том, что он лучше сам справится с двумя противниками, чем будет тратить время на прикрытие задницы Кассии Болейн. Но насколько Ками могла заметить, Болейн сама была в состоянии позаботиться о своей заднице. — В качестве показательной дуэли я попрошу пройти в центр ребят из черного сектора, — Риате осмотрела их ряды, выбирая жертву. — Ролингс и Такер, Анвиль и Коллинз, выходите. На их примере мы разберем ошибки. Разрешается использовать все заклинания, которые только имеются в вашем арсенале. Дуэль закончится тогда, когда один из противников окажется на земле. Просто прекрасно. Ками уверенно вышла в центр полигона, рядом шел слегка побледневший Тим Такер, и Ролингс понимала почему. Потому что Алиот Анвиль, который был напарником Коллинз, обладал довольно большим запасом единиц, хотя и немного меньше, чем у его сестры. Ролингс понимала, что это будет скорее дуэль между ней и Анвилем с балластами за спиной. Но Коллинз совершенно не выглядела напуганной, словно думала, что у нее есть шанс на победу. Хм, было бы неплохо слегка потрепать подружку Джеймса в легальных рамках. Может быть, это даже успокоит ее нервы. Она нашла глазами Портмана, который недовольно сложив руки на груди, смотрел на Алиота Анвиля так, словно тот был виноват во всех проблемах. Этот взгляд словно кричал ему о том, что если Анвиль позволит Коллинз пострадать, то ему не поздоровится. Переживаешь, а, Джейми? Злость мгновенно заполнила все сознание. Может быть, Коллинз была совершенно не виновата в том, что Портман так волнуется, но Ками уже не могла сдержать свое раздражение. Она не могла быть справедливой, как должна была быть. Ее просто чертовски выводило из себя, что он уделяет столько внимания этой рыжеволосой девчонке. Ролингс почувствовала, как магия заискрилась на кончиках пальцев. Прекрасно, главное, чтобы Такер не помешал ей слегка припугнуть Мию. — Тим, послушай, я, скорее всего, не смогу положить Алиота, — прошептала Ролингс, наклонившись к его уху. — Поэтому нужно бить по слабому звену, в их паре — это Коллинз. — А что делать с Анвилем? — с опаской поглядывая на парня, поинтересовался он. — Попытайся отвлечь его, швыряй в него все, что только сможешь, а я займусь Мией, — ответила Ролингс, полностью закрывая себя защитным щитом. — Только смотри не попади под сферу. Линь посчитал до трех, а затем громко свистнул, начиная дуэль. Камилла улыбнулась. Ей всегда нравилось это легкое покалывание от бушующей магии внутри, которая искала выход на кончиках пальцев. Такер ударил первым небольшим залпом из маленьких вертящихся сфер, которые были направлены больше на отвлечение, нежели на причинение сильного вреда. Ролингс тем временем нашла взглядом Мию, которая тоже полностью закрылась щитом и что-то шептала про себя. Что она пытается сделать? Впрочем, плевать, потому что болевое заклинание попало точно в цель, только ее щит выдержал, только слегка треснул в области удара. Она чувствовала, как разрывается защитная материя. Давай, рыжик, покажи, что ты можешь. Ками играючи увернулась от двух сфер Алиота, бросив недовольный взгляд на Такера, который должен был заняться им. Но у Тима самого были проблемы, так как Коллинз целилась совсем не в нее. Она поразила Такера замораживающим заклинанием, от которого он пытался сейчас избавиться. Детский сад. Камилла недовольно рыкнула, бросив в его сторону нейтрализующее. Идиот. Два хлыста обогнули ее руки. Придется идти по классическому пути. Первый хлыст пробил ее потрепанный щит, а второй только лишь зацепил левую руку, разорвав черную форму. Ей чудом удалось увернуться от него, а в следующую секунду Ками почувствовала, как болевое Алиота пытается пробить ее щит, но она чувствовала только лишь легкое покалывание. Встретились глазами. Ками видела эту непонятную уверенность в ее глазах. Она ее раздражала. Хотелось стереть ее с лица Коллинз. Ну, давай, малышка, побегай немного для нее. Несколько темно-красных стрел полетело в сторону Амалии Коллинз, только вот Анвиль в последнюю секунду прикрыл ее своим щитом. Как бы ей хотелось посмотреть на Джеймса, чтобы отследить его реакцию на все происходящее, но у нее сейчас не было возможности отвлечься. Сферы полетели в разные стороны с невероятной скоростью. Ками начинала злиться еще сильнее, потому что Алиот не давал ей даже и близко подобраться к Коллинз, а сама Мия тем временем пыталась задеть Такера своими слабенькими, но довольно меткими боевыми сферами. Несколько раз ей удалось прорваться к ней, она видела, как Амалия морщилась от боли, но продолжала стойко стоять на ногах. Руку все-таки Ками зацепила хорошо, потому что левую руку Мия даже не поднимала, а Ролингс заметила, как форма пропитывается кровью. Перебор. Ками испугалась того, что натворила. Она собиралась просто сбить ее с ног какой-то подножкой, а вышло так, что ей придется обратиться к целителю, чтобы ей затянули эту царапину. Сознание слегка помутилось. Это не ты, Камилла, ты не такая. В тебе не должно быть столько жестокости. Просто возьми и сделай эту чертову подножку и закончи это. Ты сходишь с ума, ты не можешь себя контролировать. Она сама не поняла, как раздался свист, означающий, что дуэль закончена. Она резко обернулась, с легким облегчением обнаружив Тима Такера, лежащего на земле. Хвала Богам, это закончилось, у нее явно не то состояние, чтобы участвовать в дуэлях. Еще немного — и она просто покалечила бы ее. Все вокруг захлопали в ладоши, привычно аплодируя дуэлянтам. — Итак, кто скажет, в чем была проблема Тима и Камиллы? — проговорила Риате, кивком головы разрешая им встать к своему сектору, но никто не поднял руку для ответа. — Проблема заключается в том, что они не работали совместно, а каждый отвечал сам за себя, в то время, как Амалия и Алиот защищали и помогали друг другу. Ками нашла взглядом Джеймса, боясь увидеть неодобрение на его лице. Но Портман даже и не смотрел на нее. Он не сказал ей ни слова, когда она подошла, продолжая делать вид, что внимательно случает преподавателей. Ее такой расклад не устраивал. Она хотела, чтобы он сказал хоть что-то, чтобы сказал, что он не осуждает ее, что он понимает. Что понимает ее так, как понимал всегда. Но как только она открыла рот, чтобы спросить его, в чем проблема, Линь дал команду всем тренироваться в парах, и Джеймс ушел в другую сторону полигона, так и не сказав ей ни слова. Ками хотела найти Мию, чтобы сказать ей, что она сожалеет, что так получилось, что она не хотела, но Коллинз уже не было на полигоне, потому что Анвиль повел ее в сторону медицинского пункта. С другой стороны, они ведь будущие защитники, как им еще научится себя защищать, если не так? Она, когда встретит на своем пути темного мага, явно не будет думать о том, чтобы не навредить ему. Ты оправдываешь себя. Задание было совсем другое. Чертова совесть. Как всегда не вовремя. Ками зажмурилась, пытаясь избавиться от картинки разодранной руки Мии Коллинз в голове. Она потеряла контроль, давно с ней такого не было, все навалилось, как снег на голову. Ограбление банка, переживания за семью, мысли о темных магах, которые задумали разрушить весь мир, и, конечно же, боязнь потерять Портмана из-за его детской влюбленности. Как только Линь объявил конец занятия, Камилла перехватила Портмана за руку, заставляя того посмотреть на себя, но не увидела в его глазах ровным счетом ничего. Пустота. Ни единой эмоции. Наверное, лучше бы он злился. Так ей было бы проще, а теперь все слова застряли в горле. — Ты же понимаешь, что я не хотела, — проговорила она, пропуская студентов, которые шли в свои корпуса. — Нет, Ками, ты хотела, я прекрасно видел твой взгляд, — хмыкнул Джеймс, пожав плечами. — Только я понять не могу почему. Что тебе сделала Коллинз, что ты решила сорвать свою злость на ней? Потому что она может забрать у нее тебя. Ками не знала, что ему ответить, потому что если она скажет ему правду, то он подумает, что она действительно сошла с ума, потому что Джеймс ни разу не давал повода, чтобы думать о том, что он не верен ей. А ее догадки о том, что он все еще любит Амалию Коллинз, она могла доказать только взглядами, которые наблюдает между ними и браслетом на руке девушки. Это было смешно. Совершенно несерьезно. Она понимала, что Портман найдет оправдание на каждое из этих обвинений. Ками почувствовала, как нос начало опасно щипать. Нет, только не слезы. Весь день держала себя в руках, а здесь расклеилась. Но она видела, он смотрел на нее, как на монстра, не с той привычной теплотой и заботой во взгляде. Но Камилла Ролингс не была монстром. Она просто запуталась, и она чертовски сильно напугана. Боится потерять его. Больше всего на свете она боится потерять единственного человека, который знает ее настоящую. Если он оставит ее, то она просто не будет знать, что ей делать. — Я не знаю, что на меня нашло, — прошептала она, опустив глаза, чувствуя, как к горлу подкатывает опасный всхлип. — Я сама испугалась, когда поняла, что сделала. Джеймс шумно выдохнул, а она боялась поднять на него свои глаза, боясь увидеть все то же равнодушие в его взгляде. Его она боялась больше всего на свете. Но тут она почувствовала, как руки Портмана притягивают ее к себе, а горячие губы оставляют на лбу целомудренный поцелуй. Ками едва сдержалась, чтобы не улыбнуться в его форму. Все в порядке. Он не считает ее монстром.