Magician

Что такое Магия? Магия — всего лишь Власть. И как всякая Власть, она сама по себе не злая и не добрая. Она существует и всё. Суть — не в Магии, суть в том, кто ею обладает. *** Гидеон смутно помнил своё детство, а то, что всплывало в памяти он старался забыть навсегда, желал всем сердцем вернуться в прошлые времена и не позволить произойти трагедии, лишившей его матери. В клетке его разума остались лишь обрывками образа обшарпанных стен, запертых дверей, суровый тон отца и его холодность в отношении к собственному сыну. Юный граф с каждым годом становился все более неуправляемым, жестоким и, казалось, безумным. Он мог с невинным выражением лица свернуть шею какой-нибудь крысе и подолгу разглядывать труп животного, словно искал в нем что-то, чего не увидел при жизни, истязал прислугу своими проказами и капризами, Это происходило столь внезапно, но многие просто не решались противостоять ребёнку их хозяина, и уж тем более — ругать его за шалости. Служанки все щебетали о маленьком графе, выдумывали истории о том, что покойная графиня родила своего отпрыска по воле древнего Бога, и по его же воле скончалась. Гидеон редко выходил из своей комнаты, лишь за тем, чтобы увидеться с отцом. Вергелес все больше становился похожим на свою мать. Большие светло-голубые, почти прозрачные глаза, кожа с аристократической бледностью, копна чёрных, как смоль волос, вечно непослушных, падающих на лицо крупными завитками кудрей, тонкие едва розоватые губы. И лишь тончайшие нити алых прожилок радужки в глазах делали Гидеона каким-то особенным в глазах прислуги и гостей родового замка. Гидеон подрос, и уже в двенадцать лет у мальчишки появился неконтролируемый интерес к миру природы. Юный граф научился держать в руках свои порывы и становился бережнее. Он вылавливал в саду бабочек, мелких грызунов и прочую находящуюся на территории замка живность, разглядывал сквозь стекло банок с жадным интересом свои находки и задавал бесконечное количество вопросов. Его магия никак не проявляла себя. До тех пор, пока… в тот день Гидеон стал другим. — Ваша светлость, Гидеон желает увидеться с вами, он ждёт вас, — юноша склонил голову перед графом, Тобиас даже не взглянул на него, продолжая делать выписки из старой книги в тонкую тетрадь из пергамента, перевязанную старым обрубком бечевки. — Приведи его сюда, — ответил Тобиас, махнув рукой. Слуга склонил голову, спиной отходя к двери. Тобиас прекратил делать записи, стеклянным взглядом рассматривая заковыристые буквы на бумаге. Граф махнул пальцами, рассеял по воздуху мутное облако сверкающей пыли, в сердцевине которого плавно вырисовывался лик его покойной жены. Он смотрел на ее улыбающееся лицо с тоской, чувствуя, как мокнут глаза. — Почему же ты не дала мне спасти тебя?.. Ты так нужна мне.и Гидеону тоже… — Вергелес очнулся от стука в дверь. Дым исчез по мановению его руки, а он выпрямился, протирая пальцами влажные глаза. Гидеон робко зашел в комнату отца, держа в руках очередную стеклянную колбу с каким-то непонятным мелким грызуном. — Зачем ты собираешь этих тварей, Гидеон? — Тобиас вскинул бровь, указывая на животное. — Они интересные, — ответил Гидеон, разглядывая свою очередную находку. — И они тоже умеют говорить. — Говорить? Животные не наделены такой способностью, — Тобиас нахмурился и подозвал сына жестом руки к себе. Гидеон неохотно подошел к нему и поставил колбу на край стола. Тобиас подхватил мальчишку и усадил на колени. — Ты еще многое не понимаешь. Ты посадил этого зверька в стеклянную тюрьму. А что ты будешь делать с ним дальше? Для чего он тебе? Гидеон задумался над вопросом отца. Он просто отлавливал мелкую живность, разглядывал, расспрашивал слуг о каждом и задавал много вопросов старому хранителю отцовских покоев. А затем. снова отпускал на волю. — Они удивительные существа. — наконец отозвался Гидеон. — А если и тебя кто-то посадит в такую тюрьму и будет всячески докучать тебе? Трогать, дергать за уши, и трясти — тебе понравится? — Строго спросил Тобиас, глядя на сына. — Нет! — возразил Гидеон и, сложив руки на груди, отвернулся от отца. — Тогда отпусти всех, кого поймал обратно в их мир. И больше никого не приноси в замок. У них свой мир, а у нас — свой. Ты понял? — Да, отец. — Гидеон зарылся подбородком в своем пышном кружевном воротнике. — Иди к себе. Вечером поедешь со мной в лес. Там и отпустишь всех, кого собрал. — Тобиас потрепал волосы сына и спустил его с колен. Гидеон недолго разглядывал зверька, а затем выбежал в просторный коридор. Граф еще долго смотрел ему вслед. Порой ему казалось, что проклятье обошло стороной Гидеона, а от древней магии в нем остались лишь необычного цвета глаза. Тобиас очнулся от мыслей, захлопнул тетрадь и поднялся со своего места, направившись к библиотеке. Он проходил опустевшие коридоры и залы, в которых когда-то почти каждый вечер проходили пышные приемы с огромным количеством гостей. Музыка давно утихла в родовом замке, а её отголоски хранились лишь в холодных каменных стенах. Тобиас остановился у высоких резных дверей, обшарпанных и покрытых слоем пыли. Комната его жены. — Лилиан. … — граф коснулся запертой двери кончиками пальцем, обводя рельеф вырезанных на дереве крошечных изваяний птиц. Она любила синиц и канареек с их звонкими песнями. И по её воле мастера создали на дереве целые стаи этих птиц с распростертыми крыльями. Тобиас встряхнул головой и прошел дальше, пока не свернул в сторону темного закоулка, ведущего к винтовой лестнице. Мужчина подхватил горящий факел и начал спускаться в темноту, пока перед ним не предстала еще одна дверь. Граф легко толкнул дверь, и она с омерзительно-громким скрипом открылась, позволяя увидеть полумрак необъятного помещения, чьи стены были заставлены гигантскими стеллажами книг, некоторые из которых были накрыты полотнами знамен древних правящих династий. — Граф. что-то серьёзное случилось, раз вы здесь? — голос позади него заставил Тобиаса обернуться. Перед ним словно из ниоткуда возник хранитель этого места. Высокий и статный, с густой белоснежной бородой, облаченный в темно-бирюзовую мантию, подобранную золотым поясом, хранитель прошёл мимо Тобиаса и осторожно закрыл за ним дверь. При своём возрасте он выглядел не как дряхлый старик, а как волшебник из детских сказок и легенд. И лишь помутневшие изумрудные глаза выдавали возраст. — Ваш сын, такой юный, а за ним уже шагает тень. Вы хотите знать, почему не проявляются его силы? Верно? — Меня это беспокоит. Ведь. — Магия — это энергия души. Энергия, которая оберегает своего носителя, или же. убивает, — старик перебил графа на середине фразы и прошел вперёд, жестом призывая к себе. — Значит, в душе вашего сына, Тобиас, не проснулась энергия. Ребёнок с алыми глазами. я и не вспомню уж, скольких наследников вашей семьи уничтожили столетия назад. — хранитель хмыкнул и поджал губы, почесывая пальцами бороду. — Во всяком случае, мальчик жив. Не задавайтесь вопросами, когда придет время — его силы проснутся. Тобиас слушал молча, его взгляд становился все более хмурым и задумчивым, а рука, державшая факел, медленно опускалась к каменному полу. — Я лишь хочу знать. — Обойдет ли его проклятье? — закончил вопрос графа хранитель, взглянув в его сторону. — Да. — коротко ответил Вергелес. — А этого я, увы, не знаю. Как говорится, никто не знает, на какую сторону упадёт подкинутая монета. Стоит только ждать, — с этими словами он растворился во мраке, и только шорох его шагов разбежался по залу библиотеки едва слышным эхом. Тобиас бросил взгляд на угасающий факел. Огонь становился все меньше с каждой секундой, пока не угас совсем и не оставил мужчину в кромешной темноте. *** — А вот и он. родовой замок нашего отца. Тобиас живет здесь уже много лет, — Ванесса опустила с головы капюшон и нахмурилась. — Здесь все изменилось. — Не драматизируй. Эта развалина какой была, такой и осталась. — Дэниэл огляделся по сторонам. — Блаженная тишина. Наш дорогой родственник разогнал весь люд с этих земель, надо же. — Он жалкий бастард. Не ровня нам. — прорычала Ванесса. — Но в его жилах течет наша сила, как ни крути, он часть нашего рода. Пусть и грязная, — отмахнулся Дэниэл, не обратив внимание на раздражение сестры. — Так для чего мы здесь? — Его сын. Мальчишка выжил. — И что нам с этого? — Он родился в тени Повелителя Тьмы. И его не убили. Он должен был умереть еще в младенчестве. Иначе всем придет конец. — Без меча он не представляет опасности. Тем более, он еще ребенок. — успокоил её Дэниэл и почесал указательным пальцем переносицу. — Ты раздражаешь меня своим спокойствием. Дэниэл тяжело вздохнул и выпрямился. — Ладно, какой у нас план? — безучастно спросил Дэниэл, хмуря брови. — Подождем до тех пор, когда они покинут замок. А там и перехватим его. — И что потом? — Дэниэл! — Да-да, убьем этого мальчишку. — Прошло двенадцать лет, как Тобиас столько времени сохранял ему жизнь? — Может именно поэтому он разогнал людей, живущих около замка? Чтобы лишний слух по миру не пошел. — предположил Дэниэл, указывая пальцем на башни замка. — А может и другая причина. — Ванесса присела на корягу и сложила руки в замок. — Я даже не могу предположить. — Да пес с этими причинами, хочешь убить отпрыска Тобиаса — я не буду мешать тебе, — вспыхнул вдруг Дэниэл и махнул рукой, уходя в заросли кустарников неподалеку. — Куда это ты? — Подальше от тебя и твоих безумных теорий. Прошло несколько часов. Ванесса неотрывно смотрела в сторону ворот замка в ожидании их открытия. И прежде чем заскрипели толстые цепи, у ворот выстроились в ряд несколько стражников, двое из которых держали на привязи небольшую стаю собак, отчаянно срывающихся с поводков. -— Дэниэл… — Ванесса одернула дремавшего рядом с ней на земле брата, потянув его за рукав плаща. — Что? — он неохотно разлепил глаза, поднялся, отряхнул плащ и встал рядом с Ванессой. — О, наш дорогой родственник на охоту собрался? — Я не вижу ни его, ни мальчишку. — Подожди немного. Ванесса нахмурилась и снова взглянула в сторону ворот. Рядом со стражей вскоре появился черный жеребец, в седле которого находился Тобиас. Граф натянул поводья и обернулся назад. Гидеон не столь уверенно держался в седле, как отец. Рядом с ним находился солдат, придерживающий коня юного наследника за края поводий. Ванесса прищурилась в попытке разглядеть Гидеона получше. Запоминающимся элементом его одеяний оказался только ярко-синий кафтан с меховым воротником и поблескивающей золотом на солнце вышивкой. — Дэниэл, видишь этого мальчишку? Это сын Тобиаса. — Ванесса указала рукой на Гидеона и Дэниэл повернулся. — А ему точно только двенадцать? Он мелковат для своего возраста, — задумчиво заметил Дэниэл, нахмурив густые брови. — Он должно быть болезненный, такие дети в нашем роду никогда не доживали и до года. Здесь что-то не так, — Ванесса шагнула назад и проскользнула в заросли, следуя в глубь леса. — Мы перехватим его там. Нужно только заманить мальчишку в нужное место, а там дело за малым. — Как же ты любишь торопить события, — Дэниэл последовал за сестрой, накинув капюшон плаща на голову так, что его края полностью перекрыли своей тенью глаза мага. Ванесса вышла на просторную поляну с разветвлением нескольких узких троп, каждая из которых уходила во мрак, созданный стволами деревьев. Они просидели в абсолютной тишине около получаса, прежде чем где-то неподалеку раздался хруст ломающихся веток. — Быстрее, Гидеон! Не задерживайся! — громогласный голос Тобиаса оборвал тишину, и где-то у крон деревьев зашуршали крыльями взлетевшие с ветвей птицы. Ванесса насторожилась и пригнулась. Из кустов показалась морда вороного жеребца, конь шагал медленно, а его всадник. Гидеон хмурился, держался за поводья стальной хваткой, соскальзывал со своего седла. Лишь когда животное остановилось, Гидеон замер в седле, осматриваясь. Ванесса выставила в сторону руку, по её ладони пробежелись яркие белые искры, преображаясь в тонкую длинную иглу, застывшую в воздухе. Она сжала ладонь в кулак, и игла стремительно направилась в сторону коня, пронзив морду насквозь. Жеребец встал на дыбы с оглушительным болезненным ржанием, скинув с седла и Гидеона, а через секунду рухнул на землю. Гидеон от внезапности вскрикнул, ударившись спиной о ствол дерева и упав лицом в копну жухлых листьев. Ванесса ухмыльнулась, переглянулась с братом и плавно вышла из тени, опустив с головы капюшон. — В этом лесу опасно ходить маленьким детям без присмотра, — голос Ванессы пробудил Гидеона от замешательства, он поднялся на ноги и попятился от неё назад, не сводя взгляда с женщины. — Я не один, — голос мальчика дрогнул испугом, Гидеон нахмурился, когда уперся спиной в чьи-то руки. Он обернулся и встретился взглядом с Дэниэлем, который схватил его за ворот кафтана и приподнял над землёй. Гидеон начал вырываться, дергать руками и ногами, стараясь выскользнуть из рук мужчины, кричал изо всех сил. Ванесса сделала шаг в их сторону, и перед её лицом в считанные секунды вознеслась высокая полупрозрачная стена, отделяя от Гидеона и Дэниэла. А Дэниэл оказался в каменной ловушке, которая сужалась над ним до тех пор, пока он не оттолкнул от себя Гидеона и не рухнул на колени, чтобы не оказаться придавленным. Девушка обернулась. Тобиас удерживал ладонь сжатой в кулак, пронзительно глядя на Ванессу. — Довольно. — Тобиас. Бастард моего дядюшки собственной персоной, надо же. Не ожидала увидеть тебя, — прошипела Ванесса, сложив пальцы рук в замок. — Что тебе нужно от моего сына? — Не делай вид, будто не знаешь, Тобиас. Твой сын опасен. Он опасен для всех нас, — Ванесса обошла Тобиаса по кругу и вновь встала перед ним, указывая взглядом на Гидеона. — Он должен умереть. — Этого не будет. Я не позволю. — прорычал Тобиас. Ванесса хмыкнула и поджала губы. — Тогда ты умрешь вместе с ним! — Ванесса взмахнула рукой, и огонь, круживший искрами вокруг неё, обратился десятками тончайших, словно нити, игл. Тобиас сделал несколько шагов назад, обернулся на Гидеона и прошептал несколько слов. Мальчика окутал густой туман, плавно обретающий формы купола. Гидеон подбежал к сияющей стене перед ним, уперся руками в её поверхность, с испугом в глазах смотря на отца. — Этим ты не защитишь его, Тобиас, — Ванесса шагнула вперёд и направила мерцающие иглы в сторону графа. Тобиас не ответил ей, концентрируясь на иглах, взмахнул рукой в сторону, и вслед за его движением, словно по немому приказу, иглы остановились в жалких сантиметрах от него, плавно разворачиваясь острыми концами к Ванессе. Она нахмурилась и пригнулась. — Не будь так уверена в своих силах, — Тобиас расправил ладонь. Иглы обратились широкими лезвиями кинжалов, увеличившись в размере и становясь обсидиановыми. — Если не знаешь своего противника, — граф шагнул назад и выставил перед собой левую руку. Кинжалы сорвались со своих мест, цепляя одежду Ванессы, разрывая тонкий плащ на лоскуты, задевая кожу и оставляя глубокие порезы. — Куда бы ты не побежала, они последуют за тобой до тех пор, пока не пронзят твое сердце, — Тобиас нахмурился сильнее, наблюдая за жалкими попытками Ванессы уворачиваться от кинжалов, останавливать их или уничтожать прямо в воздухе. Граф приподнял вторую руку и расправил пальцы в стороны, почва вздыбилась, а корни деревьев, выползающие наверх, оплетали ноги Ванессы. Она рухнула на землю, раскинув в стороны руки. — Это невозможно. Ты не должен был унаследовать нашу магию. — прохрипела Ванесса, глядя на подошедшего к ней Тобиаса. Над его ладонью парил один из кинжалов, а другие находились по обе стороны от него, образуя собой узкий круг. — Жизнь непредсказуема, — ответил Тобиас, медленно сжимая ладонь в кулак. Он не успел понять, как его грудь пронзило насквозь лезвие меча. Кровь хлынула изо рта, и граф, опустив руки, рухнул на колени. — Верно подмечено: жизнь непредсказуема, — Дэниэл оскалился в усмешке, сделав один поворот мечом в груди графа. Тобиас поперхнулся от собственной крови во рту, закашлял и тяжело вздохнул, когда Дэниэл вырвал резким движением меч из его груди. Граф рухнул на землю, а следом за ним опали и кинжалы, обращаясь сверкающей пылью. Гидеон отчетливо видел, как его отец рухнул замертво, как поднялась на ноги женщина, оправляя свой плащ и улыбаясь, глядя на тело графа. Он отчаянно забил руками по своей защите, кричал и звал отца. Стена вокруг него начинала давать тысячи мелких трещин, осыпаться и опускаться все ниже, пока Гидеон не смог перешагнуть через края барьера и побежать в сторону своего отца. — Куда это ты собрался? — Дэниэл схватил Гидеона за кафтан, и тот, вырвавшись из рук мужчины, закричал. Мальчика окутало черное облако дыма, а его детский звонкий голос обратился скрипом металла. Облако преображалось в гигантскую крылатую тень, чьи когтистые руки схватили мага за голову и сдавили с невероятной силой. Огонь прожигал тело Дэниэла изнутри, заставив его биться в болезненных конвульсиях и кричать, срывая голос. Существо отпустило мага лишь тогда, когда его крики затихли, а тело не начало обращаться в прах. Ванесса в ужасе попыталась убежать, но её ноги отказывались ее слушать. Она увидела перед собой невероятных размеров существо с пастью зверя и алыми, как два рубина глазами. Оно раскрыло пасть, оголяя кривые длинные клыки, и стоило ей шевельнуться, вцепилось в её шею, раздирая кожу, выгрызая мышцы и позвонки. Наконец настала оглушительная тишина. Тень, отделившись от Гидеона, предстала перед мальчиком в полный рост, и склонила свою звериную морду в поклоне. — Маленький принц нуждался в помощи, — скрипучий голос существа оборвал звенящую тишину. Гидеон смотрел на тело своего отца глазами, полными горячих слез, словно и не видя монстра перед собой. Он был еще ребёнок. Ребёнок, с расколотой душой. — Ты. я видел тебя в старых книгах. Ты оберегаешь таких как я, верно? — Гидеон наконец посмотрел в сторону существа. — Верно. Маленький принц должен выжить, чтобы исполнить своё предназначение. — Предназначение? — Переспросил Гидеон. — Верно. Если принц позволит, я научу его пользоваться своей силой, — острые серповидные когти легли на хрупкие плечи Гидеона. Мальчик нахмурился. Радужку его глаз медленно затягивала рубиновая пелена, пока полностью не перекрыла прозрачность голубого цвета. — Как мне называть тебя? — Гарт, мой принц. — тень сложила за своей спиной громоздкие крылья и тяжесть его рук спала с плеч Гидеона, а он остался в полном одиночестве. Гарт словно растворился в нем. Гидеон почувствовал жжение в груди, а затем подошел к телу отца и присел рядом с ним, взяв холодеющую ладонь Тобиаса обеими руками. Он просидел так до тех пор, пока не послышался лай собак и крик солдат. Стражники наконец нашли его. Гидеон уже не слышал суматохи вокруг себя. Мир перекосился. Он смутно видел облики людей, круживших вокруг него. Не чувствовал как его кто-то взял на руки, и унёс от отца. Мальчик обмяк в руках одного из солдат, опустил голову на плечо, укрытое стальной пластиной доспехов. По его лицу продолжали течь горячие слезы, обжигая бледную кожу и оставляя краснеющие разводы на щеках. А Гидеон, прикрыв глаза, погрузился в глубокий и тяжёлый полумрак собственного сознания.