Ты в моей власти

— Закрой глаза, — ласково шепчет Тэхён на ухо Хосоку, одаривая его поцелуем в шею. Тот озадаченно склоняет голову, но просьбу выполняет. Поудобнее устраивается на краю разложенного дивана, широко раздвинув ноги, и закрывает глаза, предвкушая что-нибудь интересное. Последнее время Тэхён его прямо балует: чулки, ошейник, игры в бдсм (хотя это больше инициатива Хосока, но Тэхён как-никак подхватил её). С ним точно не соскучишься, каждый раз что-нибудь новое, поэтому Хосок уже с нетерпением ездил к нему поздним вечером, а в течение дня мысли были только о своём тигрёнке, который ждёт его в салоне, наверняка, тоже дожидаясь окончания работы, когда они смогут вместе расслабиться и забыть обо всём. Хосок вдруг чувствует прикосновение к своей шее, как Тэхён нежно ведёт пальцем вдоль неё к подбородку и шумно выдыхает: — Можешь открыть глаза. Наверное, Хосок не перестанет удивляться своему тату-мастеру. Пожалуй, он самый необычный партнёр за всё время жизни Чона, самый сексуальный, самый притягательный и блядски развратный. Поэтому в горле пересыхает, когда он оглядывает его с ног до головы. Скользит взглядом по чёртовому ошейнику с крестом, спускается ниже к чёрному топу с алой надписью «Sinner», из-под рукавов которого выглядывают длинные сетчатые перчатки, тонкой резинкой те крепятся к указательному пальцу каждой руки. Хосок закусывает губу, останавливаясь на новой татуировке Тэхёна на его подтянутом животе. Огромный череп оленя распластался вдоль его бронзовой, словно само солнце, коже, массивными рогами устремляясь к груди. А дальше только интереснее. На талии — пояс, от которого свисают цепи и тёмная, как смоль, расклешённая юбка. Она, кажется, едва ягодицы прикрывает. Хосок смачивает горло, цепляясь и за колготки в сеточку на стройных ногах Тэхёна и, наверное, это окончательно добивает. — Можешь закрыть рот, — раздаётся слегка хрипловатый смех, в котором Хосок не может не уследить издёвку. Тэхён точно измывается над ним, чертяга. — Я носил это в студенческие годы. Не в институт, конечно, — усмехается он иронично. — На вечеринки, да и в клубы тоже. Скажем, я был весьма раскрепощённым в этом плане. Мне нравилось выглядеть так, нравилось ловить взгляды и увлекать за собой. Знаешь, как это бывает, восемнадцатилетие, гормоны ни к чёрту, чуть ли не каждый день хочется секса. Тэхён облизывает пошло свои губы, и Хосок замечает штангу в его языке, серебристые шарик блестит при свете лампы, приковывая к себе. — И ты добивался своего? — спрашивает он томно с лёгкой хрипотцой в голосе. Тэхён расплывается в блаженной улыбке и подходит к Хосоку, поднимает его подбородок и усаживается к нему на колени, приподнимаясь слегка. Оглаживает его широкие плечи и проходится горячим языком по его губам. — А как ты думаешь, Хосок? — лукавая усмешка появляется на лице Тэхёна, а взгляд его опьяняет получше любого алкоголя. В глазах пляшут черти, и те утаскивают в свой омут разврата. Тягучая, вязкая жидкость обволакивает тело, подобно греху. Ядовитому, запретному, но слишком сладкому и манящему. Тэхён будто демон-искуситель, который вовлекает в свой танец Смерти, не испытывая угрызения совести, он ломает все принципы и морали, стирая всё к чертям собачьим. Хосок проходится руками по его бёдрам и ногтями задевает сетку, наслаждаясь этим звонким звуком. Он будоражит и ласкает слух аж до блядского трепета в груди и мурашек по коже. Хосоку определённо нравится такой Тэхён. До дури. — Будь мне снова восемнадцать, и будь мы в клубе, я бы определённо затащил бы тебя в постель, — Тэхён оглаживает щёку Хосоку, не отводя взгляда от него. — Меня заводят байкеры, особенно такие, как ты. Обожаю твои массивные сапоги, твои чёртовы кольца, тату черепа на мускулистой спине и твои сильные руки, — он касается их, слегка запрокидывая голову и вздыхая судорожно. — Как ты сжимаешь мои бёдра ими, шлёпаешь меня, а потом жёстко трахаешь, как последнюю суку. М… Тэхён закусывает губу, когда Хосок пробирается к его ягодицам, касается чёртовых женских трусиков, которые почти что врезаются в промежность, оголяя ягодицы. — Завёл бы тебя в туалет и отсосал твой горячий член, стоя на коленях, пока ты держишь меня за волосы, а потом позволил бы тебе грубо поиметь меня. Хосок сжимает его упругую задницу, и Тэхён выгибает спину, усмехаясь на это. Впивается в губы Хосока и грязно целует его, проходясь языком своей штангой, выцеловывает губы, прикусывая. Мычит в поцелуй и сжимает плечи Хосока, позволяя ему гладить его бёдра, вновь ногтями проходится по сетке, а в завершении сжимать ягодицы. Он запускает пальцы в вороньи волосы Тэхёна и подаётся вперёд, беря инициативу на себя, нагло вторгается в его рот и ловит язык, наслаждаясь этой охрененной штангой, которую с удовольствием бы почувствовал на своём члене. Все эти речи слишком его заводят. Если бы они и правда встретились тогда, Хосок точно не задумываясь взял бы Тэхёна всего, ещё бы оттрахал прямо на своей поддержанной машине, которую купил для перевозки оружия. Прижал бы к капоту, раздвинул ноги и смачно поимел бы, вбиваясь с жадностью. Жаль, что сейчас перед ними сплошные преграды, хотелось бы даже в прошлое вернуться и испытать всё это. Но что мешает отыметь Тэхёна сейчас? В его охуенном наряде? Даже представить, что он отхватил сексуального парня в клубе и привёл в салон, ведь тот сам дал обещание сделать минет. С этим макияжем: чёрными стрелками и смоки айсом в придачу, он точно выглядит лет так на восемнадцать. Хосок в его возрасте был не менее падок на секс. И почему Тэхён не попадался ему в клубах? Между тем тот тянется к пульту на кровати и включает колонки. Тягучая, пленяющая песня Tsar B — Rattlesnake заполняет салон, подливая масла в их котёл похоти. Похоже на то, как змея подбирается к своей жертве, обвивает её и подчиняет себе. Тэхён похож на эту коварную рептилию. — Эта песня часто играла в клубе, я отчётливо её помню, — улыбается довольно он, когда Хосок отстраняется от него. Тонкая нить слюны отходит от их губ, и Чон обрывает её языком. — Будто вернулся в прошлое, — смеётся Тэхён и высовывает язык. Хосок не упускает возможность и обхватывает его губами, начиная посасывать. У Тэхёна аж внизу живота всё сводит, он впивается в плечи Хосока и хмурится, наслаждаясь жаром в груди, как всё тело начинает гореть от каждого причмокивания. Хосок втягивает щёки, продолжая играться с языком Тэхёна и жадно его сосать. У того уже слюни текут по подбородку, и он чувствует, как у него встаёт. Член реагирует почти молниеносно. Тэхён оттягивает вниз бельё, и тот даже край юбки приподнимает, представая во всей красе с сочащейся нежно-вишнёвой головкой. — Мф, — Тэхён ёрзает и тянется к своему члену, но Хосок берёт его за запястье и отодвигает руку, не разрешая себя сейчас трогать. Ким выстанывает в поцелуй и хмурится от недовольства. Хосок же усмехается, напоследок целуя Тэхён, и опускает взгляд вниз, любуясь его вставшим членом после такого мокрого поцелуя. Тот ещё так сексуально из-под юбки выглядывает, что просто загляденье. Тэхён учащённо дышит, поглядывая на до безумия горячего Хосока, у которого он сидит на коленях. Выдыхает протяжно, после чего поднимается и садится вновь на его ноги, только спиной, упираясь коленями в край кровати. Придерживает себя руками и прижимается своими ягодицами к его паху, начиная эротично двигать бёдрами, тереться и постанывать дразняще. — Хосок м, можешь шлёпнуть меня? — просит он, без какой-либо доли стеснения. И как от такого отказаться, когда на твоём члене пусть и через ткань так ведут бёдрами, жмутся и сладко постанывают. Тэхён специально наклоняется, чуть ли не грудью прижимаясь к полу. Хосок приподнимает юбку, оглаживает ягодицы, проводит вновь по сетке и оттягивает чёрные трусики, которые весьма легко поддеть, они и так идут полоской вдоль промежности. Он отпускает ткань, и та звонко ударяется о кожу, заставляя Тэхёна дёрнуться. Хосок мнёт его задницу, блаженствуя от этой упругости и вида, прелесть, да и только. Он прижимает Тэхёна ближе и смачно шлёпает его ягодицы, довольствуясь будоражащим слух звуком удара. Тот закусывает губу, но вертит задом, явно прося ещё. И Хосок одаривает его ещё одним шлепком, от которого будто тысяча электрических импульсов расходятся по телу. Член дёргается, и предсемя капает на пол. Хосок растирает покрасневшую кожу и вновь ударяет, затем ещё и ещё, пока Тэхёна дрожь не пробьёт. Он вытягивает руку и проходится ногтями по дереву с протяжным стоном. — Боже, да, ах, ещё, Хосок, отшлёпай меня ещё, — чуть ли не умоляет Тэхён и вновь ведёт бёдрами, выпячивая зад и подставляясь. — Ну ты и развратная сучка, Тэхён. Нравится, когда тебя бьют по твоей похотливой заднице, да? — ухмыляется ядовито Хосок и шлёпает вновь, только сильнее, пока у самого руку жечь не начнёт. Видеть, как при каждом ударе подрагивает кожа ягодиц до охренения возбуждает, ещё мять её после, впиваясь пальцами почти что до боли от стальной хватки. Тэхён же теперь вспоминает, что все его предыдущие секс-партнёры, которых он находил в клубах и на вечеринках, всё же не были такими опытными, пару раз шлёпнут во время секса и всё. А тут он фактически отдаётся в руки преступнику, который наверняка немало шлюх перетрахал, причём грубо. Поэтому лёгким ударом он не обойдётся. Хосок привык жёстко, а когда ему ещё это позволяют, так он расходится так, что у Тэхёна аж искры из глаз. — Ах! Блять, м. Да, нравится, ударь меня ещё. — М, сначала скажи, чья ты сучка, Тэхён? — Хосок раздвигает его ягодицы и с силой сжимает их так, что Тэхён шипит и даже скулит, упираясь лбом в пол. — Твоя, ах. Я твоя сучка, Хосок. Предсемя всё стекает на деревянный пол, и Тэхён даже чувствует себя какой-то шлюхой, которая течёт от того, как её задницу так дерут. Но, чёрт подери, это слишком приятно и горячо. Тэхён аж язык высовывает и довольствуется мелкой дрожью от возбуждения, выгибает спину и раздвигает шире ноги. Член и так пульсирует, изнемогая от ласк, но Хосок каждый раз ударяет по рукам, чтобы Тэхён себя не трогал. И это мучительно тяжело, даже невыносимо. Поэтому он старается получить максимальное удовольствие от властной руки Хосока, которой он наказывает его. Ещё один удар, и новый фейерверк перед глазами, Тэхёна уже дурманит, он теряется в боли и наслаждении, растворяясь в этой безумной смеси. — Блять, ах, Хосок, я, — внизу сладко тянет, и Тэхён понимает, что не выдержит так долго. Он даже не касался себя, а уже чувствует, что его вот-вот накроет. Тэхён закрывает себя руками и стонет в голос, глотая в перерывах воздух. — Что? Настолько тащишься от этого, что готов кончить? — Хосок расплывается в какой-то дьявольской улыбке с привкусом похоти и продолжает шлёпать, даже не думая жалеть. — Кто бы мог подумать, что за дерзким парнем скрывается такая развратная сучка, которая любит вертеть задом, изнемогая от желания быть жёстко оттраханной. Будь мы в то время, когда тебе было восемнадцать, я бы определённо поимел бы твой зад. Ещё бы усадил на свой член, трахая, пока сам бы сидел на своём мотоцикле. — Новый шлепок и стон, сорвавшийся с влажных губ Тэхёна. — М, готов поспорить так тебя ещё никто не драл. — Только ты, мф, — подаёт тот голос, прижимаясь щекой к полу, Тэхёну сейчас и так дурно, даже штормит, но при этом до чёртиков хорошо. — Что же, кончай, сучка, раз тебе так хорошо, — усмехается Хосок, проходится по сеткам пальцами и ударяет поалевшие ягодицы. Этот шлепок, похоже, становится роковым для Тэхёна. Он упирается руками в пол, раскрывает рот в хриплом стоне и густо кончает. Брызги спермы попадают на пол, а Тэхёна потряхивает после такой сильной разрядки. Хосок гладит его бёдра, пока тот не придёт в себя. Опускается ниже, оглаживая икры, а с ними и стопы, сжимая их. Тэхён тяжело вздыхает и встаёт кое-как на ноги, поворачивается к Хосоку лицом и надавливает ему на грудь руками. — Садись на кровать, хочу кое-что сделать для тебя, — улыбается он вдруг. — Тебе должно понравиться. Хосок вскидывает бровь, но ему уж очень любопытно. Поэтому он снимает сапоги и забирается на кровать, усаживаясь. Опирается на руки и поглядывает на Тэхёна, который забирается следом. Подползает на четвереньках и утыкается носом в пах Хосока, чувствуя его стояк. Тот кусает губу, а Тэхён расстёгивает ширинку, высвобождая уже ноющий член. Набирает в рот побольше слюны и размашисто проходится своим горячим языком вдоль него. Хосок отчётливо ощущает эту штангу, которая касается его разгорячённой плоти, и от этого крышу сносит. Тэхён вылизывает его член, обильно смачивая слюной, а этот чёртов шарик только обостряет ощущения. Он обхватывает головку губами и штангой толкается в уретру, посасывает и двигает рукой, размазывая свою же слюну. Хосок рычит и запрокидывает голову, понимая, как же это приятно. Тэхён ещё играется языком с его головкой, лижет её, явно наслаждаясь солоноватым привкусом смазки, вытекающей из неё. И это блядски заводит, Хосок не может сдержать сдавленный стон. Он сжимает волосы Тэхёна, как только тот заглатывает его твёрдый член до упора, пока головка не упрётся в стенку горла. В его рту, пиздец, как горячо и хорошо. Хосок запрокидывает голову, не ослабляя хватку и томно дышит, наслаждаясь этими будоражащими ощущениями. Тэхён потрясающе делает минет, так жадно заглатывает, ведёт языком. Хосок просто забывается. А затем это всё резко прекращается, Тэхён высвобождает член и лишь пару раз рвано надрачивает, облизываясь. Хосок недоумённо на него смотрит, а тот ухмыляется и усаживается напротив. Вытягивает ноги и касается большим пальцем головки члена, размазывает смазку, затем ведёт подушечкой стопы вдоль, прижимая ствол к низу живота Хосока. — Тебе же нравятся мои ноги, да? Так что сделаю тебе приятно ими, м, — улыбается Тэхён и начинает проходится подушечками по члену, поглаживая его так, трётся и слегка надавливает на мошонку пальцами другой ноги, наслаждаясь тем, как Хосок начинает всё чаще дышать. Ему определённо хорошо. Тэхён обхватывает ствол стопами и начинает двигать ими, надрачивая. Хосок гладит его ноги и невольно поднимает взгляд выше. Тэхён ловит его, и Чон запрокидывает голову, излишне пошло облизывая свои губы. Тэхёна аж дрожь в груди пробивает от этого горячего взгляда. Хосок смотрит на него, подобного хищнику, который готов опробовать Тэхёна на вкус. От этого внизу уже теплеет. — Кто моя сучка? — насмехательски бросает вдруг он, и Тэхёна конкретно прошибает. У него чуть ли не по сигналу встаёт, член приподнимает юбку, на которой теперь видна нехилая выпуклость. — Блять, Хосок, — недовольно мычит Тэхён и в отместку начинает быстрее двигать ногами, сжимая член между подушечек своих стоп. Хосок стонет в голос, но ухмылку с лица это не стирает. — Подними юбку, хочу видеть, как ты возбуждён, — он пытается промурлыкать, но выходит рычание низком тоне. Тэхён поджимает губы, мешкает немного, затем всё же убирает юбку со своего члена. Хосок мычит сдавленно и склоняет голову на бок. Ему определённо нравится видеть такую картину, как Тэхён дрочит ему своими ногами, при том, что сам его член изнемогает от ласк и то и дело дёргается, да сочится смазкой. — Можно я… — с осторожностью начинает Тэхён, Хосок же не позволял ему до этого себя трогать. — Да, можешь прикоснуться. Лишь только ему дают разрешение, как Тэхён обхватывает свой член своими длинными, изящными пальцами и начинает двигать рукой, надрачивая с особым усердием. — Ах, чёрт, м, — стонет он и запрокидывает голову, не забывая и Хосоку делать приятно. — Ты так и не ответил на мой вопрос. — Мф, да, — выдыхает Тэхён. — Я твоя сучка, ах! — Чёрт, — цокает языком Хосок, понимая, что эти слова в голову конкретно так ударяют. — Повернись ко мне спиной, хочу кончить на твои стопы. У Хосока точно на это особый фетиш, но Тэхёну это безумно нравится, поэтому он встаёт на четвереньки и прижимается к кровати грудью, виляя задом, то сжимает, то разжимает пальцы ног, так и приглашая. Хосок сглатывает и пристраивается напротив них, поглаживает. Просовывает свой член между тэхёновых стоп и сжимает, начинает тереться, двигать бёдрами, наслаждаясь. Тэхён чувствует член Хосока, как тот проходится по изгибам стоп, что несколько щекотно, но в то же время так сладко. Он всё двигает пальцами, раззадоривая Хосока, которого это распаляет, сам же продолжает дрочить себе. — Блять, — ругается тот и теперь буквально насилует стопы Тэхёна, довольствуясь лёгким скольжением за счёт слюны того. Он с этим постарался. Хосок высвобождает свой член и надрачивает себе. Тяжело дыша смотрит на ноги Тэхёна и густо кончает на его стопы. Сперма сгустками оседает на них, и это блядски эротично. Тэхён садится на колени и собирает семя пальцами, поворачивает голову в сторону и косится на Хосока, пока обхватывает свои липкие пальцы губами и облизывает их, не греша толкнуться ими в свой рот. Даже причмокивает, посасывая. От этого у Хосока, кажется, снова может встать. Он сглатывает, после чего косится на телефон Тэхёна на тумбочке, на котором он выбирал музыку. Берёт его и протягивает. — Разблокируешь? Хочу кое-что поставить. Тэхён несколько озадаченно кивает, но выполняет просьбу. Хосок набирает в поиске название группы и запускает их альбом. Музыка из динамиков заполняет вновь кабинет, только теперь в голову врезается жёсткий немецкий рок группы Eisbrecher. — Слушал её в свои студенческие годы, — усмехается мимолётом Хосок и кладёт телефон обратно, вслушиваясь в биты, которые на удивление расслабляют тело, будто напряжение уходит с каждым тяжёлым ударом по барабану и разрезающим воздух звуком электро-гитары. Это всегда снимало стресс, ровно, как и сейчас. Если у Тэхёна всё прошло в ядовитом разврате, то у Хосока всё намного грубее. Посещение тренажёрного зала, обучение ремонту мотоциклов от отца ровно, как и самообороне. Порой они устраивали драки с членами клуба, которые пускали адреналин в кровь и укрепляли как тело, так и дух. Хосок вырос среди преступников, пил и курил с ними, учился стрелять из самого разного оружия и управляться с ножом, а если ничего из этого нет под рукой, то в ход шли кулаки. Хосок слушал немецкий рок не потому, что это круто, а потому, что только такая тяжёлая музыка расслабляла мышцы, высасывая стресс и забирая его с каждым хрипом певца. Это словно освобождение души, всей накопившейся ярости. А под такую музыку хочется чего-то пожёстче, поэтому Хосок снимает ремень и складывает его вдвое, ударяя им по руке. — Ложись на живот, Тэхён, и задери юбку, — стальным голосом командует он. Тэхёна парализует этот властный взгляд, и в горле пересыхает. Как же он обожает, когда Хосок так на него смотрит. От этого Тэхён млеет и даже готов потечь, как какая-то девка. Поджав губы, он выполняет приказ. Ложится так, как ему велели, и выпячивает зад, понимая, что сейчас будет. Только вот мелкая дрожь всё же охватывает тело, когда Хосок проходится ремнём по ягодицам, всего лишь оглаживая. Это не рукой бить, а кожаным материалом прямо по нежной коже. — Хосок, а ты уверен…? Блять! — Тэхён выгибает спину, вскрикивая от внезапного удара по ягодицам. Он стискивает зубы, чувствуя жжение на коже и сжимает одеяло, стискивая зубы. Это и правда больнее. Хосок растирает появившуюся покрасневшую полосу от ремня и вновь наносит удар по развратной заднице Тэхёна, которую он так любезно выпячивает. Тот дёргается и скулит, тянет руку к своей страдающей коже и гладит её, надеясь облегчить боль, но это слабо помогает. После очередного жгучего хлеста, Тэхён даже пытается отползти, но Хосок тянет его обратно за ноги. — Ещё не всё, — поясняет он, замахивается, чтобы затем полоснуть вновь ремнём по ягодицам и услышать крик, смешанный со стоном. Тэхён сжимает пальцы и терпит боль, пока в какой-то момент не расслабляется. Немецкий рок въедается в кожу, в мозг, заполняя полностью. Он словно погружается в мир Хосока, в то, чем он жил. Становится частью и позволяет ему обращаться так с его телом, ощущая его безграничную власть сейчас. И такой Хосок до безумия горяч, поэтому так хорошо находится в его подчинении. — М, — Тэхён виляет бёдрами после очередного удара и чувствует, как сознание его плывёт. — Чья ты сучка, Тэхён? — слова будто сигнал для того. Тэхён выгибает спину и шумно выдыхает: — Твоя… Пожалуйста, ударь свою сучку, Хосок, мф, — Тэхён трёт свои ягодицы и мнёт, даже шлёпает по ним сам, соблазняя. Хосок закусывает губу, похоже, у него встаёт. Он ударяет Тэхёна снова, наслаждаясь новым вскриком, новым всхлипом. Наказывать его так заводит. Шлёпать, драть, как какую-то блядь, до чёртиков охуенно. И он только его сучка, с которой он может так обращаться. Устраивать порку, заставлять сосать лишь свой член и вставлять его глубоко, имея во всех возможных позах. Эта мысль только душу греет. — М, блять, ах, я с ума схожу, — Тэхён чуть ли не хнычет и зарывается носом в одеяло. — Пожалуйста, трахни меня, Хосок, я больше не могу. Хочу твой член в себе. Он двигает бедрами, но, всё, что получает, так это удар ремнём, будто наказание. — Как сильно ты его хочешь? — воздух вдруг тяжелеет от излишне низкого и томного голоса Хосока, а может, у Тэхёна уже сознание плывёт, что каждое слово его эхом раздаётся в голове. Тот даже кажется внутренним голосом, которому следует подчиняться. — Безумно, — тянет Тэхён и раздвигает свои ягодицы, массирует их и выпячивает, уговаривает так Хосока, надеясь на его снисходительность. Он уже весь сочится смазкой из члена, тяжело дышит, пребывая в каком-то дурмане. Дрожь пробивает тело, которое уже невыносимо ноет. Внутри словно пустота, и Тэхён чертовски хочет, чтобы Хосок заполнил её своим членом. Вошёл в него и выебал, как суку. Чон снимает с Тэхёна трусики и бросает на кровать. Колготки в крупную сетку, поэтому можно без особого труда вставить, не снимая их. Тэхён шире ноги расставляет и всё мнёт свои ягодицы. Хосок тянется к шкафу и достаёт лубрикант, выдавливает немного на свои пальцы. Ведёт ими вокруг сжавшегося колечка мышц. Тэхён хорошо свой зад поднимает и раздвигает руками, облегчая задачу. Хосок надавливает подушечками двух пальцев и проталкивается ими внутрь. Трёт тёплые стенки, смазывая их обильно. Давит и скользит вдоль, погружая свои пальцы всё глубже, пока резко не набирает темп, принимаясь трахать ими Тэхёна. — Ах, мф, — тот прижимается щекой к одеялу и только больше раздвигает ягодицы, получая просто незабываемое удовольствие от пальцев Хосока. Это словно награда после жёсткой порки. Хосок прокручивает пальцы, большим другой руки трёт мошонку члена Тэхёна и распределяет смазку по стволу, вызывая у того мурашки по коже и протяжный, развратный стон. Ему сейчас чертовски хорошо. Именно в такой момент Хосок вынимает пальцы и заменяет их на что-то побольше, а именно на свой член. Приставляет его к проходу и резко входит, сжав ягодицы. У Тэхёна аж дыхание перехватывает, и он выгибается, будто змея, и вытягивает руки, сжимая пальцы. — Кха, твой член… м, так горячо, — дрожащим голосом стонет Тэхён, прикрывая глаза. — Что, нравится, сучка? Ты же его хотел, — усмехается издевательски Хосок, упирается лобком в ягодицы Тэхёна, ставит его на четвереньки и давит на лопатки, другой придерживает за бёдра, впиваясь в них пальцами. Делает первый глубокий толчок, и Тэхён просто тает от ощущения, как его заполняет хосоков член, проходится вдоль стенок, разгоняя приятное тепло по всему телу. Пару неспешных толчков, чтобы усыпить бдительность, после чего Хосок срывается на бешеный темп, Тэхён едва воздух ртом успевает глотать. Его шлёпают по ягодицам, вбиваются членом глубоко, давя на простату, а он с криком стонет и только подмахивает навстречу настолько, насколько это возможно. Так приятно чувствовать хватку Хосока и его жар. Тот хватает Тэхёна за волосы и натягивает, продолжая трахать и даже не думая жалеть. Толкается в него с силой, прижимается к ягодицам с каждым глубоким толчком и смачно шлёпает по ним, вновь возвращаясь к сбивающему дыхание темпу. — Как тебе? Нравится? — Тэхён готов поспорить, что на губах Хосока появляется усмешка. — Да, мне блядски хорошо, Хосок. Прошу, выеби свою сучку своим членом, — он высовывает язык, и слюна течёт по подбородку, но Тэхёну всё равно, он хочет почувствовать себя сукой Хосока, которую он может так сладко, горячо и грубо трахать. Вставлять свой мокрый, горячий член и иметь так, как он хочет, показывая Тэхёну его место. И оно на коленях, чтобы отсосать, а затем подставить свой зад, умоляя взять без остатка. Хосок сжимает бок Тэхёна, отпускает его волосы и другой рукой сжимает ягодицу, ещё грубее вбиваясь. Но тому нравится. Он идёт навстречу, забываясь в наслаждении и разврате. — Ты блядская сука, которой нравится, когда её берут жёстко и ебут, как шлюху. М, — Хосок ударяет по ягодицам, впиваясь чуть ли не мёртвой хваткой в кожу, пока не услышит скуление Тэхёна. Переворачивает его лицом к себе, раздвигает широко ноги и трахает его размашисто. Тот грудь выпячивает, извивается и всё сжимает одеяло. Тянется к своему ноющему члену. — Не смей, блять, себя трогать, сучка, — рычит Хосок и тут же сжимает горло Тэхёна, частично перекрывая ему кислород. Тот начинает горстками воздух глотать, скользит пальцами по руке Хосока, даже ногтями проходится, но яростный, властный взгляд Чона его приструняет. Он смотрит в его суровые глаза, и те подавляют его, раз за разом указывают на его положение. У него нет права сопротивляться, он должен покорно слушаться Хосока. Поэтому гладит его сильную руку, проходясь подушечками пальцем по проступившим венам. Запрокидывает слегка голову и прикрывает глаза, чувствуя, как Хосок сильнее сжимает его горло. И от недостатка кислорода внизу ощущения острее, он чувствует каждый толчок отчётливей, ещё сильней. Это заполняет голову и впивается в мозг, Тэхён не может думать о чём-то другом, кроме как о Хосоке и его охрененном члене, которым он его трахает. — Кончи в меня, Хосок, хочу, чтобы ты заполнил меня всего, — на хриплом выдохе скулит Тэхён. Хосок рычит на эти слова, понимая, что его член пульсирует только больше от таких возбуждающих фраз Тэхёна. Он и так на пределе. Внутри слишком жарко, и уже пот стекает по вискам. Тэхён ему крышу сносит в этом блядском наряде, в этой чёртовой юбке, из-под которой выглядывает его колом стоящий член. Ещё эти колготки в сеточку. Кажется, Хосок их уже рвёт внизу от своих резких толчков. Тэхён высовывает свой язык с охуенной штангой, и Хосок впивается в него, обхватывает губами и посасывает, сводя Тэхёна с ума. Внизу всё сладко тянет, опаляющие губы Хосока заводят до сумасшествия. И хочется лишь от того, как он посасывает его язык, кончить. Хосок видит туман в глазах Тэхёна и ловит его пошлый взгляд. Руку поднимает выше почти к самому подбородку и сжимает горло того, начиная выцеловывать его губы с жадностью и страстью, а тому и так воздуха не хватает. Тэхён пытается глотнуть его через поцелуй, но Хосок толкается в его рот языком, играется с его и рычит, прикусывая тэхёновы губы. — Хо… сок, я сейчас, ах! — Хосок впивается в его губы, прижимаясь к ним, и это окончательно затмевает сознание. Оно словно уплывает, и внизу всё сводит. Тэхёна будто цунами накрывает, и он захлёбывается от сладостных ощущений, обильно кончая себе на живот, не в силах выдержать такого напора. Хосок ослабляет хватку и слизывает слюну с подбородка Тэхёна. Того пробирает послеоргазменная дрожь, и он учащённо дышит, пытаясь прийти в себя. Перед глазами всё плывёт после того, как его душили, ещё и экстаз разгоняет кровь по всему телу. Хосок ведёт рукой по своему прекрасному Тэхёну и сжимает его бёдра. Кончить в свою сучку — это хорошая идея, но есть кое-что получше. Хосок вынимает свой член и садится на колени так, что лицо Тэхёна оказывается между его ног. Облизывает и без того влажные губы и головкой члена толкается в рот Тэхёну. Тот уже по инерции послушно открывает его и принимает Хосока. Позволяет ему оттянуть его щёку и протолкнуться своим членом за неё, а там и в рот. Только вот скольжение вдоль глотки отрезвляет. Тэхён жмурится, пытаясь подавить рвотный рефлекс, дышит через нос и старается расслабить горло. — Вот так, — мычит сдавленно Хосок, впивается пальцами в волосы Тэхёна и начинает трахать его рот. — Ах, блять, твой пирсинг это нечто, просто охуенно с ним, м. Тэхён жмурится, чувствуя, как слёзы текут по щекам от горлового, но он мужественно терпит, даже старается щёки втягивать, чтобы сделать Хосоку как можно приятнее и язык прижимает к его члену, задевая ствол шариком. Тэхён сжимает его крепкие бёдра и сгибает свои ноги в колени, периодически посасывает и жмурится. Хосок всё кусает губу и вбивается в податливый рот Тэхёна, насилуя его, заставляя принимать свой член целиком, а у того вновь стояк от таких усиленных движений Хосока. Кима до чёртиков заводит, когда тот так с ним властен, заставляет заглатывать свой член и вбивается им. Он даже готов его звать своим хозяином, лишь бы он продолжал трахать свою сучку в рот. Как было бы охрененно стать его послушным псом, стоять на четвереньках и сосать его член, пока он бьёт по щекам и плетью ударяет по ягодицам. При одной только мысли об этом у Тэхёна член сочится. Смазка стекает по стволу и проходится по промежности. Ким вытягивает носки и сдавленно мычит, ёрзая. — Блять, м, — Хосок вынимает свой член и надрачивает себе, кончая сгустками на лицо Тэхёна, а тот язык высовывает, успевая поймать капельку горячей спермы кончиком. Облизывается и поглядывает на Хосока, который ложится полубоком рядом и учащённо дышит, зачёсывая свои волосы назад. — Я твоя сучка, — на выдохе произносит Тэхён. — Хозяин. Хосок вдруг замирает, явно не ожидав услышать такое прозвище. Опускает взгляд на него, понимая, что Тэхён всё больше погружается в омут с чертями. Ему хочется больше, сильней, обычного секса явно мало, хочется унижений, подчинения, чтобы имели грубо, пороли его и обзывали как можно чаще. Хосок поддевает колечко на ошейнике Тэхёна и тянет на себя, приподнимая его голову. — Только посмотри на себя, ты окончательно потерялся в разврате. Хосок вытирает сперму с его лица пальцами, которые после толкает в рот Тэхёна. Тот любезно вылизывает их, наслаждаясь солоноватым привкусом хосоковой спермы. Проходится по каждому языком, под конец берёт в рот большой палец и посасывает его, с искушением глядя на Хосока. Тот склоняет голову, вынимает палец и проходится рукой по груди Тэхёна, по его впалому животу, под конец обхватывая его член. Тот шумно выдыхает, сглатывая. — Назови меня так ещё, Тэхён, — довольно улыбается Хосок и не спешит пока двигать рукой. Тот смотрит на него тяжело дыша, гладит его щёку и выдыхает в губы: — Пожалуйста, хозяин, сделайте мне приятно, — уже с дрожью шепчет Тэхён. Хосок лукаво улыбается и начинает двигать рукой, наслаждаясь каждым стоном своей сучки. — Да, хозяин, ах, мне так хорошо от вашей руки, — его определённо возбуждают такие речи, Хосока же заводят не меньше. Ему нравится смотреть на полностью подчинившегося ему Тэхёна, который просит его коснуться, осознаёт власть Хосока и готов отдаться ему полностью и сделать всё, чего бы он ни захотел. Он большим пальцем массирует чувствительную головку члена Тэхёна, и тот поворачивает голову в сторону, подаваясь бёдрами навстречу руке. Хосок несильно сжимает ствол и проходится языком вдоль шеи Тэхёна, втягивает кожу, оставляя на нём череду засосов, помечая свою сучку. Прикусывает кожу на ключицах, получая в ответ шипение. С усмешкой зализывает и целует. — Угх, я хочу кончить, ах. Прошу… Хосок вдруг зажимает ствол у мошонки, и из головки капает смазка прямо на юбку. Тэхён начинает извиваться, изнемогая. — Сначала ты должен спросить разрешения у своего хозяина, — Хосок щурится, показывая своё недовольство, и Тэхён понимает, что не должен его злить. — Умоляю, хозяин… Дайте мне кончить, мне чертовски приятны ваши прикосновения, и я больше не могу. Пожалуйста, хозяин, — Тэхён гладит заботливо щёку Хосока и языком проходится по его нижней губе, надеясь задобрить. Целует сладко и гладит его плечо, сжимает несильно, массируя. Прекрасно знает, как Хосоку нравится массаж. Это его и правда расслабляет, и он продолжает дрочить Тэхёну, берёт быстрый темп, доводя этим до оргазма. — Ах! М, — Ким закусывает губу и жмурится, запрокидывая голову. Сперма попадает на юбку, пачкая её, но ему всё равно на это, ведь это так приятно. Хосок ещё продолжает вести рукой, пока всё семя не выйдет. — Хорошая сучка, — улыбается он и целует измождённого Тэхёна в губы, щёки, лоб, завершая поцелуями в шею. — Сегодня ты был охуенно сексуален, малыш. М, в следующий раз я определённо поставлю тебя на колени и сделаю своим послушным псом. Тэхён улыбается в ответ и целует Хосока, запуская пальцы в его волосы. — Да, хозяин, я стану твоим хорошим псом. Надеюсь, мне будет положена награда после, — мурлычет он и ласково гладит руку Хосока. — Определённо, — ухмыляется он, — я щедро награжу тебя. Хосок сжимает ягодицы Тэхёна, и тот понимает, о каком вознаграждении пойдёт речь. И это его более, чем устраивает.