Пока я жива

Утро встретило меня неприветливой прохладой. Сквозь дрему я поежилась, пытаясь согреться и снова уснуть, но это была пустая попытка остаться в прекрасных снах. Я уже проснулась, и сон остался в темноте ночи. Я перевернулась на спину и открыла глаза. Мне действительно снился приятный сон. За долгое время я впервые видела что-то хорошее. Сегодня вместо Хюррем Султан мой сон посетила Михримах. Моя маленькая госпожа. Увидев малышку во сне, я поняла, как сильно скучаю по ней. Я была с детьми Хюррем не так долго, но за то время, что мне довелось провести с ними, я сильно привязалась к сыновьям и дочери Султана. Мы проводили много времени вместе, мы играли, гуляли в саду, я растила этих детей, хоть и недолго, но я всё же попыталась вложить в них всё самое хорошее, что знаю сама. Надеюсь, у меня это получилось. Но Михримах... После того как я спасла эту милую девочку, я ощутила какую-то связь с ней. Возможно, я преувеличиваю, но Михримах стала мне больше, чем просто госпожа. Она и Хюррем Султан, они словно моя семья, близкие мне люди. Я скучаю по ним. В дверь постучали. Я поднялась с кровати и поправила сари. Сложив руки, стала ждать, но снова раздался стук. Я растерянно и неуверенно произнесла: — Войдите. В покои заглянул, не менее растерянный, Биллу. — Вы здесь? — Он был удивлён этому. — Да. — А что вы здесь делаете? — Биллу вошёл в покои и закрыл за собой дверь. Ничего лучше правды придумать я не смогла: — Я спала. Евнух на секунду замер, а затем многозначительно улыбнулся: — Ну, разумеется. Простите меня, я такой неуместный вопрос задал. — А где Император? — спросила я, пытаясь побороть смущение, вызванное намёками слуги. Биллу странно взглянул на меня: — Я тоже самое хотел спросить у вас. — Но я не знаю. — Мой ответ был совершенно честным, но увидев смятение евнуха, мне пришлось всё объяснить. — Биллу, я просто спала здесь. Повелитель позволил мне после случившегося. Глаза слуги расширились от испуга: — Простите, я подумал лишнего. — Ничего. — Я улыбнулась и развернулась, чтобы поправить покрывало на кровати. — Что вы делаете? — Биллу поспешил ко мне. — Не нужно. — Но почему? — удивлённо спросила я. — Потому что, — начал объяснять евнух, аккуратно отодвинув меня, — Вы фаворитка. Негоже вам самой застилать постель. — Хорошо. — согласилась я, а про себя подумала, что всё равно буду делать всё сама. Иначе просто не смогу. Из служанки в фаворитки. Слишком быстро, наверное, раз не могу отвыкнуть от чёрной работы. — Вам завтрак куда принести? — неожиданно спросил Биллу, поправив паллу на голове. — Сюда? — Нет, — я покачала головой, — Я завтракать не буду. — Вы со вчерашнего дня ничего не ели. — Евнух ближе подошёл ко мне. — Нужно поесть. Я взглянула на него и подумала, что ни один, даже самый маленький, кусочек пищи не будет для меня сейчас в радость. Биллу всё понял и не стал настаивать, однако, когда я собралась выйти из покоев он окликнул меня. Я остановилась, взявшись за ручку двери, но поворачиваться не стала. Было у меня предчувствие, что евнух скажет что-то плохое и я не ошиблась. — Сегодня тело Дарьи будет погребено. — осторожно произнёс Биллу. — Сейчас её готовят, а вечером... — Поняла. — Не дав договорить ему, я вышла. Меня обучили индийским традициям, я потратила на это целый год. Разумеется, я прекрасно знала, как хоронят людей в Хиндустане. Дойдя до своих покоев, я услышала странный шум. В коридоре было тихо и, прислонившись к двери, я прислушалась. Определённо, в комнате была какая-то возня. Не было у меня уверенности, что это Мария, а потому я резко распахнула дверь. Передо мной предстала высокая светловолосая девушка. Она выпрямилась и испуганно уставилась на меня. Нежданная гостя стояла возле сундука с моими вещами. Сундук был раскрыт. — Что ты здесь делаешь?! — воскликнула я, вихрем врываясь в свои же покои. — Я...я... — девушка не знала, что сказать. — Как ты посмела рыться в моих вещах?! — подойдя, я схватила её за руку. — Кто ты такая?! Зачем делаешь это?! Рабыня молча смотрела на меня, пытаясь вырваться. — Ты что язык проглотила?! — крикнула я и взглянула в раскрытый сундук. Там, наверху, лежало кольцо Хюррем Султан, которое я так тщательно прятала. Это по-настоящему разозлило меня. Я толкнула девушку в сторону и она упала на пол. В этот момент в покои зашла Сурия. — Что здесь происходит? — спросила она, помогая подняться белокурой девушке. — Она рылась в моих вещах, — ответила я. — Никто не смеет рыться в моих вещах! — Успокойся, — строго сказала Сурия, — Не кричи так. Я глубоко вздохнула и произнесла более спокойно: — Простите меня, просто я устала от этого. — Ничего. — Черты её лица смягчились. — Держи себя в руках, а я со всем разберусь. Я кивнула и Сурия увела испуганную рабыню. Моя злость была не на эту бедную девушку, которая стала очередным орудием в руках моего врага, а на саму себя. Да, я злилась на себя. Слишком часто Синх нападает на меня, а я ничего не делаю в ответ. У меня нет возможности бороться с таким сильным противником. Он снова и снова наносит удары, пытаясь избавиться от меня. У Синха есть все шансы отправиться меня обратно в Стамбул. Особенно, учитывая, что письмо, предназначенное для Хасеки Султан, находится сейчас у него в руках. Как знать, может он уже отдал его Императору. Что же мне делать? Я встала на колени и стала убирать разбросанные вещи обратно в сундук. Никто не может мне помочь, некому дать мне совет. Я ни с кем не могу поделиться своими печалями. Взяв в руки перстень с изумрудом, я замерла. В памяти всплыл момент, когда Хюррем Султан впервые объявила о своём решении. "У меня для тебя есть, куда более, важное дело." - так она сказала тогда. И на следующее утро она объяснила, что от меня требуется. Обрывки фраз эхом откликались во мне: "От тебя требуется поддерживать хорошее отношение императора к Османской империи.", "Этим двум государствам нельзя враждовать, мы должны быть союзниками.", "Ты будешь принадлежать ему...". Я отвела взгляд и убрала кольцо в дальний угол сундука. Нет мне покоя ни здесь, ни там. Видно такова моя судьба. Захлопнув сундук, я поднялась и в ту же секунду в комнату вбежала Мария: — Госпожа, госпожа! — Что случилось? — спросила я, видя взволнованный вид девушки. — Вот. — Маша протянула мне сложенный листок бумаги. Я отшатнулась от него, точно она протягивала мне кобру: — Что это такое? — Это письмо, госпожа. — тихо произнесла Мария. — Я увидела как один из евнухов несёт его куда-то. Проследила за ним, видела, куда он спрятал письмо, а затем забрала его. Я не была уверенна, что это то письмо, но это оно. Это наше письмо, госпожа. Вы спасены! Я забрала листок и быстро пробежалась по нему глазами. — Слава Тебе, Господи! — От радости я обняла девушку. — Спасибо, Маша! — Я рада, что помогла вам. — сказала Мария. — Я немедленно отправлю письмо Хюррем Султан. — Нет. — я остановила её и порвала письмо. — Зачем вы делали это? — удивлённо спросила девушка, когда я протянула ей кусочки бумаги. — Сожги это, — строго произнесла я, — а госпоже отправишь другое письмо. Я позже напишу его. — Хорошо. — Маша кивнула и хотела сказать что-то ещё, но промолчала. — Что такое? Говори. — Вас звала принцесса Анджали, хотела, чтобы вы немедленно пришли к ней. — Так что же ты молчишь?! — Я немедленно вышла из комнаты. Покои принцессы находились в другой части гарема. Я шла по коридорам дворца, одновременно заплетая косу. Вот наконец я зашла в комнату, где находились наложницы. Мои шаги были быстрыми, я не хотела заставлять принцессу ждать. Однако, одна из рабынь остановила меня, взяв за предплечье. — Ты не бойся. — сказала она. — Мы с тобой. — О чём ты? — Мы ведь все знаем, что случилось. Твою служанку убили и тебя пытались. Как я могла забыть, что от наложниц ничего нельзя скрыть. Хорошо это или плохо? — Вы не думайте об этом. — сказала я. — Вам ничего не угрожает. — И тебе тоже. — произнесла девушка и добавила уже шёпотом, чтобы слышала только я. — Если что, непременно обращайся ко мне за помощью. Я Ванда, что означает бесстрашная. — Она гордо вздёрнула подбородок. Я оглядела её с головы до ног. Невысокая, коренастая и рыжеволосая. Явно не местная. Всем своим видом показывала, что готова защитить любого и ещё она напомнила мне Хюррем Султан. Это сходство вызвало на моём лице улыбку. — Спасибо, непременно. — сказала я и проследовала дальше. Возле покоев принцессы я остановилась. Никогда раньше не бывала здесь. Двери были позолоченными как и двери в покои Императора. На них были причудливые узоры, а в самом верху надпись на санскрите. Наверное, какая-то защитная молитва. Я не успела прочесть, меня пригласили войти. — Здравствуйте, госпожа. — Я поклонилась. — Здравствуй, Анастасия. — Поприветствовала меня принцесса в ответ. Она сидела на квадратном пуфике и на лице её я заметила смятение. Анджали указала мне на второй пуфик. Я присела рядом и с тревогой взглянула на принцессу. Сейчас её настроение не было таким весёлым как всегда, на губах не было улыбки, глаза не светились радостью. — Убийцу Дарьи нашли. — произнесла госпожа, не глядя на меня. — Одна из рабынь призналась. Она также призналась в том, что столкнула тебя со скалы тогда. — Это хорошая новость. — сказала я, но голос мой не выражал восторга. — Я уверенна, — продолжила Анджали, — что она сделала это по чьему-то приказу. Я изумлённо взглянула на неё: — Вы действительно так думаете? Она оставила мой вопрос без ответа. Минуту мы сидели молча. А затем принцесса взглянула на меня. — Есть ещё кое-что. — Я слушаю вас. — Джелал Синх сказал, что ты шпионка турецкого Султана. — Анджали произнесла эти слова на одном дыхании, словно сама не хотела слышать их. — Как же так, госпожа? Зачем он наговаривает на меня? — Я умоляюще посмотрела на принцессу. — Он сказал, что у него есть доказательство. Вначале я испугалась. А потом поняла, какое именно доказательство хотел предоставить Синх. Ничего у него не выйдет, не в этот раз. — Вы верите ему, госпожа? — спросила я принцессу, желая задать совершенно другой вопрос, который бы касался Императора. — Не верю. — Анджали покачала головой. — Но я боюсь, что советник может оказаться прав. — Нет! — Я поднялась с пуфика. — Я не шпионка! Верьте мне, госпожа. — Я верю тебе. — Она тоже встала. — Мой брат во всём разберётся. Я хотела сказать, что Синх обманывает Повелителя, что у него нет никаких доказательств, но двери вновь открылись и в покои зашёл Виджай. Мы склонили головы. Те секунды, что он приближался к нам, я совсем не дышала. Мне внезапно стало страшно. А что если доказательства всё же нашлись, самые нелепые, но всё же доказательства, следствия моих ошибок? — Какие новости, брат? — спросила Анджали, прерывая мои тревожные размышления. — Советник предоставил своё доказательство? — Нет, сестра. — ответил Император. — Нет никаких доказательств. — Я же говорила! — воскликнула принцесса и громко засмеялась. — Вот видишь! Сестру надо слушать! Я немного растерялась, увидев такую реакцию госпожи. Только что она была совершенно безэмоциональна, а вот теперь хохочет вовсю. Анджали есть Анджали. Кажется, мне стоит привыкнуть к этому. Я улыбнулась и украдкой взглянула на Императора. Он выглядел спокойным. Надеюсь, Виджай не поверил Синху. — Анастасия, — принцесса повернулась ко мне, — не хочешь прогуляться в саду вечером? Улыбка сошла с моего лица, я опустила глаза и покачала головой. — Анджали, — вмешался Виджай, — вы погуляете в другой раз. — Ну, хорошо. — немного расстроенно согласилась Анджали. — Идём, Анастасия. — Император протянул мне руку. Принцесса прищурилась, ожидая моей реакции. Это выглядело забавно, но я ни секунды не колебалась. Вложила свою руку в руку Виджая и мы вышли из покоев принцессы. Молча, держась за руки мы сделали несколько шагов, но я отпустила ладонь Императора и остановилась. — Вы поверили своему советнику? — внезапно спросила я, смотря в лицо Императора. Виджай снисходительно улыбнулся: — Я вижу, тебя это задело. — Да, потому что это ложь. — Но ведь, — он посмотрела куда-то в сторону, а затем снова на меня, — не бывает дыма без огня. Эти слова больно ударили по мне. Где-то в глубине души я знала, что будет именно так. Недоверие, вызванное тем, что я прибыла из дворца противника, оно щемило моё сердце больше всего. Я не могла подобрать нужных слов, а потому сказала, что думала: — Значит я виновата. Но только в том, что из всех девушек османского гарема в качестве подарка выбрали именно меня. Я поклонилась и ушла, оставив Императора. Я не видела как он посмотрел мне в след, не знала, о чём он думал в этот момент, не знала я и того, какой сюрприз готовилась преподнести мне жизнь в ближайшее время. А вернувшись в свою комнату, я немедленно принялась диктовать Марие новое письмо для Хюррем Султан. В нём я больше не жаловалась, я просила совета и помощи. Рассказала как обстоят дела с Правителем Хиндустана и также рассказала о Синхе, который теперь, уже точно, стал моим врагом. Когда с письмом было закончено и Маша унесла его, в мою комнату зашла принцесса Анджали. За ней следовал Биллу, держа в руках свёрнутую белую ткань. — Госпожа? — Я поклонилась как полагается, однако я была очень удивлена, увидев её. — Биллу, положи это здесь и иди. — сказала принцесса. Евнух выполнил приказ и удалился. — Это белое сари. — объяснила Анджали. — Для похорон. — Ясно. — кивнула я. — Спасибо. — Я днём забыла, что сегодня мы прощаемся с твоей служанкой. — грустно сказала принцесса. — Ничего, госпожа. Разве вам нужно помнить об этом. — Ты не права. — тут же ответила Анджали. — Я должна думать об этом. Это ведь очень важно. Я взглянула на принцессу. Она действительно была обеспокоена случившимся, кажется не меньше меня и ещё я ясно видела, что ей стыдно за свою невнимательность. — Нужно идти. — сказала принцесса. — Переодевайся и иди в главную комнату гарема. Я поклонилась, когда она выходила, хотя мысли мои уже были заняты другим. Прийдя в гарем, я увидела, что все девушки были одеты в белые сари, голову каждой прикрывал белый платок. Я и Мария встали недалеко от входа. Наложницы молчали, искренне скорбя по убитой. — Надо же, — заметила Маша, — они совсем не знали Дарью, но всё равно прощаются с ней. — Просто девушек здесь воспитывают иначе. Они помогают друг другу, а не пытаются убить. — сказала я. В комнату вошла принцесса. Она тоже была вся в белом. Все разом склонили головы перед госпожой, а она сама подошла ко мне и встала рядом. Затем в комнату на деревянных носилках внесли умершую. Евнухи несли её на своих плечах, устремив свои взоры под ноги. Дарью обернули в красную ткань, украсили шею цветочными гирляндами, а изголовье посыпали сухим рисом. Евнухи остановились возле меня и поставили носилки на пол. Я совершенно растерялась, взглянула на Марию, она лишь пожала плечами. Тогда я склонилась над Дарьей и не нашла ничего лучше, чем прочитать простую молитву. Закончив, я провела по её лбу пальцами, поставив невидимый крест. Всё же она была христианкой. Когда я выпрямилась, слуги немедля снова подняли носилки и понесли вперёд по коридору. Все девушки последовали за ними и принцесса тоже. Маша взяла меня за руку и повела следом. Мы вышли на улицу, шёл дождь, было грязно и холодно. Пройдя вдоль западной части дворца, вся похоронная процессия свернула в сторону реки. Когда мы дошли, я увидела прямо возле берега маленький храм, возле которого на земле лежали каменный плиты. На этих плитах мы и разместились. Большая часть девушек опустилась на колени и стала молиться. Они все были индуистками и читали молитвы своей веры. Я никогда не забуду как вместе со всеми колени перед умершей преклонила и принцесса. Не смотря на дождь, пронизывающий ветер, Анджали вмести со всеми молилась о возвышении Дашиной души. Тело служанки поместили на гхат*. На этом моменты я отвела взгляд и отошла в сторону. Я присела возле храма, облокотившись спиной о священную стену. Я старалась глубоко дышать, чтобы не заплакать вновь. У меня не было никакого желания смотреть как поджигают тело убитой девушки. Несчастная. Почему это случилось именно с ней? Подняв глаза к небу, я почувствовала как по лицу бьют капли дождя, но стихия не помешала погребальному костру сделать своё дело. Хоть он и разгорался очень долго, но всё же пламя смогло подняться вверх и охватить тело покойной. Я лишь раз взглянула на огонь, чтобы снова прочесть молитву. А затем я снова устремила свой взор к небу. Я увидела там маленькую птичку. Бедняжка, дождь будто не касался её. Старательно взмахивая своими крыльями эта птичка будто поскорее хотела улететь отсюда. Она летела куда-то ввысь. Всё выше и выше, пока совсем не скрылась за тучами. — Прощай... — едва слышно прошептала я, последний раз попрощавшись с Дашей.