Пока я жива

Серебристая луна выглянула из-за облака. На Дели опустилась ночь. Сезон дождей прошёл, летние дни пошли на убыль. Раньше я думала, что ночь - время сна, но сейчас я ясно чувствую, что это не так. Ночные часы в большей мере отведены для размышлений или мечтаний. Мечтать мне не о чем, поэтому каждый день, как только на дворец опускается тьма, я погружаюсь в свои мысли. Прошёл месяц с тех пор, как похоронили Дарью. Целый месяц, но я всё равно не могу спокойно вспоминать о ней. Слишком нечестно то, что произошло. Моя вина здесь неумолима, и я всю жизнь буду страдать от этого. Моё сердце согревали письма от Михримах Султан. Луноликая госпожа каким-то неведомым мне образом узнала, где я, и теперь шлёт мне весточки. Она пишет мне обо всём: о том, как растут её братья, о своих успехах в учёбе, обо всём, что происходит во дворце Топкапы. Михримах с каждым днём становилась взрослее и распускалась подобно первому весеннему цветку, а я наблюдала за её цветением, хоть и находилась вдали. Я вышла на балкон. Ночь была тихой и тёплой, даже лёгкого ветерка не было, но эта благоговейная тишина успокаивала меня. Я ближе подошла к перилам и облокотилась на них руками. Вдохнув ночной воздух, я взглянула вверх. Звёзды словно маленькие огоньки освещали небо. Совсем недавно я обнаружила, что наши с Императором балконы разделяет одна дверь. Не стена, как думала я всегда, а всего лишь одна дверца, которая хорошо спрятана за занавесом разноцветных штор. Конечно же, это неудивительно, ведь я занимаю покои фаворитки, а значит доступ в эту комнату у Повелителя Хиндустана должен быть совершенно свободным. Если Виджай только пожелает, он может в любую секунду прийти сюда. Но когда я думаю об этом, мне не становится страшно. Весь месяц я вздрагивала, когда ко мне приходила Сурия, боялась, что Биллу вот-вот скажет мне готовиться. Но время шло, а Виджай так и не призывал меня к себе. Постепенно я стала привыкать к мысли, что рано или поздно мне придётся разделить ложе с Императором и я смирилась с этим. Теперь мне оставалось только ждать. Однако, я не спешила сама прыгнуть в его объятия. Когда-то, во дворце Эдирне я нашла старую книгу, изучив её от начала и до конца, я знала как нужно себя вести. Лишь со временем я поняла, что в этой книге нет ничего магического, там всего лишь простые истины, которые должна знать каждая женщина, чтобы завоевать внимание мужчины, а завоевав, удерживать возле себя. Но применить эти навыки мне никак не удавалось. А между тем Хюррем Султан каждый раз интересовалась моими взаимоотношениями с Императором. Лгать ей я не могла, но и порадовать тоже было нечем. Я перестала отправлять ей письма, отвечала лишь Михримах Султан. Но Хасеки всегда была терпелива, все знали об этом не понаслышке, она будет ждать и сейчас, прекрасно понимая, что я исполню её волю. Едва уронив голову на подушку, передо мной возникла картина: я стояла в саду, в том саду, где когда-то гуляла с детьми Хюррем Султан. Вокруг не было ни души, витал аромат роз и слышалось пение птиц. И в душе у меня был такой покой, я чувствовала себя самой счастливой на свете. Это был настоящий рай. Закрыв глаза, я пыталась раствориться в этом мире, остаться здесь навсегда. Неожиданно чьи-то ладони нежно накрыли мои плечи, обжигая их своим теплом. Мне не нужно было видеть, достаточно было чувствовать. Это дыхание на моей шее, прикосновение этих губ к моей щеке. Я без слов знала, кто рядом со мной. И ничего не нужно на этом свете, лишь бы он всегда был рядом. Но я всё же открыла глаза, открыла, чтобы увидеть его снова. Мустафа. Он был таким, каким я видела его в последний раз. Мы держались за руки и ничто на земле не могло разлучить нас. Мои глаза распахнулись сами собой. Я села в кровати и зажала рот рукой, безмолвно закричав от боли. Это был всего лишь сон, но я всё бы отдала, чтобы он стал явью. Снова опустившись на спину, я накрыла ладонями глаза. Они были мокрыми от слёз и мне вдруг стал очень обидно. Почему я должна быть здесь? Так сложилось, что я полюбила шехзаде и я могла бы быть с ним. Так почему я здесь? Почему я? Бог так несправедлив. Уронив руки вдоль туловища и снова закрыв глаза, я попросила Всевышнего лишь об одном: дать мне ещё хотя бы раз увидеть Мустафу... Чем меньше часов остаётся до рассвета, тем чаще я просыпаюсь. Совершенно не могу спать. Первые лучи утреннего солнца я встречаю сидя в кровати, полностью готовой к новому дню. Так случилось и сегодня. Ласковое солнце заглянуло в мою комнату, когда я уже заплела свою косу. Улыбнувшись ему, я встала и направилась в сад. Каждый день, как только Биллу будит девушек в гареме, я иду туда кормить павлинов. Это удивительные животные. Безумно красивые и гордые птицы. Они словно чувствуют людей, не каждому удается завоевать их доверие. Мне удалось. Сегодня день обещал быть солнечным. Павлины важно расхаживали взад-вперёд, ощущая себя полновластными хозяевами этого сада. Я зачерпнула ладошкой горсточку семян и наклонилась ближе к птицам. Одна из них, это была девочка, прихватила с собой парочку семян и побежала дальше. Следом, уже более взрослые павлины, медленно подошли ко мне. — Осторожнее, осторожнее! — воскликнул Биллу, подбегая ко мне. — В чем дело? — Они же могут вас клюнуть! — обеспокоенно произнёс евнух и покосился на птиц. — Они такие непредсказуемые. Я выпрямилась и возмущенно посмотрела на него: — Я кормлю их каждый день, ничего не случиться. А ты только под руку говоришь! — И все же нужно быть аккуратнее, — настаивал Биллу. Я не хотела слушать его нравоучения, которые обещали затянуться надолго и сменила тему, увидев ещё одного павлина. — А этот? Его ведь раньше здесь не было? — спросила я у Биллу, смотря на птицу, которая стояла поодаль от остальных. — Это Сурадж, любимый павлин Падишаха, — объяснял евнух, — Он был болен, а сейчас поправился и его снова выпустили сюда. — Ясно, — кивнула я и направилась прямо к Сураджу, но Биллу остановил меня. — Вот это точно плохая идея. Я приподняла бровь, дожидаясь объяснений. — Этот несносный павлин слушает только Императора. — Евнух покачал головой. — Меня он каждый раз клюёт. — Но ведь его тоже нужно покормить. — обеспокоенно сказала я и вздохнула. — Я всё же попробую. — О, великий Шива, ну что за непослушная девчонка! — Хватит причитать, — сказала я Биллу, — Лучше успокойся, животные чувствуют страх. Я стала медленно подходить к павлину, евнух шёл а мной, зачем-то взяв длинную бамбуковую палку и выставив её перед собой. Вытянув руку с зерном, я на мысочках двигалась к птице. Он заинтересовался и посмотрел в нашу сторону, перешагивая с ноги на ногу, Сурадж был готов удрать в любую секунду. Но вот наконец я подошла прямо к нему и стала опускаться на траву, чтобы не спугнуть птицу. Я поднесла ладошку прямо к его клюву, но он всё равно колебался. — Ну же, Сурадж, давай, покушай. — тихо говорила я, пытаясь задобрить павлина. И тут в момент, когда павлин уже наклонился к моей ладони, Биллу громко чихнул. Птица встрепенулась и резко побежала в сторону. Евнух, видимо желая каким-то образом поймать его, побежал за ним, но Биллу запутался в сари и рухнул на траву. Я не знала, что делать. Просто сидела и смотрела как слуга поднимается, при этом что-то бормоча себе под нос, а павлин бегает по кругу. Вдруг послышался звонкий смех. Этот смех я узнаю везде. Принцесса. Я повернулась и увидела Анджали, но она была не одна. Рядом с ней, улыбаясь, стоял Император. — Повелитель! — воскликнул Биллу так громко, что я вздрогнула. Госпожа не переставая смеяться, сделала мне знак рукой, который по всей видимости означал, что мы здорово повеселили их. Как же долго они здесь стоят? Я опомнилась и быстро поднялась, чтобы поклониться. Анджали, весело улыбаясь, подошла ко мне: — Я верила, что ты сможешь покормить этого павлина, ещё бы чуть-чуть, это Биллу всё испортил! — Простите, — виновато сказал евнух, — Я действительно помешал. — Не прощай его, Анастасия, не прощай. — с наигранной серьёзностью сказала принцесса. Я улыбнулась, взглянув на Императора: — Сурадж всё равно не стал бы есть из моих рук, он ведь слушает только вас, не так ли? — Да, это правда. — ответил Виджай. — Но любого можно приручить. Я выдержала взгляд Императора, прекрасно поняв его намёк. Мне больше не было страшно смотреть ему в глаза. Порой я смущалась, но страха не было. — Биллу! — взмахнула руками Анджали. — Пойдём-ка проведаем мою павлиниху! — Какую павлиниху, госпожа? — не понял евнух, но принцесса слегка толкнула его плечом и слуга широко улыбнулся. — А, павлиниху! Конечно, идёмте, госпожа. Уходя, Анджали подмигнула мне. Я не сдержалась и засмеялась, госпожа очень весёлый и светлый человек. — Удивительно, — произнёс Виджай, ближе подойдя ко мне, — Я впервые слышу твой смех. Я не нашла, что ответить и от смущения опустила взгляд вниз, слегка качнув головой. Когда Повелитель дотронулся до моего плеча, я непроизвольно дёрнулась, непонимающе посмотрев на него. — У тебя дупатта съехала, — объяснил Виджай, осторожно поправляя мою накидку. Он так аккуратно обращался со мной, словно одно неловкое движение и я просто исчезну. Но в этом действительно есть доля истины. Сейчас вокруг нас разлилась такая сладкая нега, что не хочется снова оказаться в обычном мире. Повинуясь чувствам, я взяла его руку в свою. Мы смотрели друг на друга. Виджай изучал моё лицо, а я смотрела в его глаза. Наши пальцы медленно переплелись. Император наклонился ко мне ещё ближе. Теперь я ощущала дыхание Виджая, совсем как тогда в его покоях. У меня почему-то кружилась голова, я не могла отвести от него взгляд. Моё сердце словно остановилось, когда я почувствовала его поцелуй на своей щеке. Мне пришлось очень постараться, чтобы отступить от Императора, а он с трудом отпустил мою руку. В саду располагался большой фонтан. Круглый, из белого мрамора, он был поистине великолепен, как впрочем, и всё в этом дворце. Вокруг фонтана раскинулись деревья с плодами манго и щебетание невидимых птиц делало это место сказочным. Я подошла к воде, пытаясь прийти в себя. Моё лицо пылало, сердце бешено колотилось. Но вернуться на землю я не успела. Виджай подошёл ко мне сзади и накрыл своими сильными ладонями мои плечи. Холодная дрожь пробежала по моей спине. Я вспоминал сегодняшний сон. Шехзаде тоже обнимал меня, но как будто совсем иначе. И мои чувства были иными. Я ни в чем не сомневалась, а с Императором сомнения просто не успевали проникнуть в мою голову. Виджай поймал меня в капкан своих объятий, но я не хотела вырываться. Он завладевал мной, медленно проникая в мою душу. Император крепче сжал мои плечи, его дыхание жгло мою кожу точно настоящий огонь. Повелитель дотронулся губами до мочки моего уха. Что-то больно кольнуло в моём сердце, снова. — Я что-то чувствую, — тихо произнесла я. — Я тоже, — в ответ прошептал Виджай, опуская руки на мою талию. Медленно развернувшись к нему, я провела рукой по его лицу. Он смотрел на меня ласково и нежно, но в тоже время в его взгляде было что-то хищное, так тигр смотрит на свою жертву. И этот взгляд сводил меня с ума. — Сколько мне ещё ждать тебя? — едва слышно произнёс Император. — Но ведь стоит только приказать... — Я не хочу приказывать тебе. Вместе с этими словами в моё сердце влился поток нежности, словно потеряв рассудок, не чувствовав своего сердца, не ощущая землю под своими ногами, не слыша ничего вокруг, я медленно теряла сознание, находясь в руках Виджая. Его губы оказались мягкими, бархатными, кожа - тёплой, тело - сильным. Он пробуждал во мне неистовую страсть. Словно безумная, я хотела слиться с ним прямо сейчас, стать одним целым. Не слыша голоса разума, лишь ощущая его руки и губы. А когда Император отпустил меня, я не поверила, что всё так быстро закончилось. Мои губы просили продолжения и он знал это. Я вцепилась в него, не желая отпускать. — Не уходи, — настойчиво выдохнула я. — Я бы пробыл здесь, с тобой, целую вечность, но не могу. — Виджай провёл рукой по моим волосам. — Ты помнишь, что сегодня праздник? — Да, — кивнула я, — Вечером. — Ты будешь главным украшением этого праздника. — Он улыбнулся, проскользив по мне взглядом сверху вниз. — Я помню как ты танцевала для меня. — Я станцую снова, — быстро сказала я. — В любое время, только пожелай. Император наклонился ко мне и слегка дотронулся губами до уголка моего рта, а затем прошептал: Желаю, увидеть твой танец сегодня. Виджай ушёл так быстро, что я успела лишь поклониться. Смотря ему в след я поняла: пусть у меня нет любви к Императору Хиндустана, но я что-то чувствую к нему, есть нечто такое, что заставляет моё сердце то замирать, то выпрыгивать из груди. Я пока не знаю, что это, но со временем ответ придёт сам. А пока я буду готовиться. Сегодня праздник Наг Панчами. Весь день обитатели Сурадж-махала* хлопотали, готовясь к торжеству. Приготовления начались после полудня. На царских кухнях, в больших котлах, во всю готовились различные блюда, наложницы приводили в порядок помещения дворца, украшая их по случаю. Наг Панчами — один из главных праздников Хиндустана. Вера, страх, преданность — всем этим окутан Наг Панчами, особой мистикой окутан этот вечер, ведь это праздник змей. Поэтому перед каждым порогом поставили миску с молоком, возле каждого окна поместили чаши с топленым маслом и медом, на каждую дверь прикрепили золотую цепочку с изображением кобры, вокруг которой развесили серебряные колечки в знак почтения и уважения. Кобра - царица всех змей, ей в этот праздник особенно поклоняются. Евнухи еще с утра отправились в лес за змеями. Виновницы торжества непременно должны присутствовать на празднике. Змея — это мудрость и знания. Этот день ознаменован, как победа Кришны над Калийей. Биллу поведал мне одну историю, связанную с этим праздником. В далёкие времена, когда Кришна ещё не считался богом, а был обычным ребёнком, он играл на поляне с другими мальчишками-пастухами. Дети перебрасывали друг другу мяч, сплетённый из овечьей шерсти. Но в какой-то момент мяч застрял в ветвях высокого дерева, стоявшего у обрыва над рекой Ямуной. Охотников лезть на дерево не находилось. В этом месте Ямуна отличается быстрым течением и значительной глубиной, а кроме того, именно там живёт беспощадное чудовище — огромная кобра Калийя. Неудивительно, что никто не хотел карабкаться за мячом, рискуя упасть в реку. Кришна вызвался достать мяч, но сук, на который он встал, сломался, и мальчик полетел в реку. Его друзья в ужасе застыли на берегу. Вскоре на поверхности показался перепуганный Кришна, а за ним разъярённый змей Калийя. Чудовище намеревалось проглотить мальчишку, но тот извернулся и крепко вцепился в капюшон змея. Битва продолжалась несколько часов. Калийя понял, что имеет дело не с простым смертным, а с особенным человеком. Вскоре измождённый змей-великан взмолился о пощаде. Взамен он пообещал мальчику никогда более не трогать людей и охранять их урожаи от крыс и других грызунов. И тогда Кришна отпустил Калийя обратно в реку. Я слушала, затаив дыхание, пока Мария хлопотала над моей прической. — Но Калийя до сих пор держит своё слово, — продолжал Биллу, — В сезон дождей не только змеи покидают свои норы, но и грызуны. Они пытаются уничтожить наши посевы, а змеи ловко ловят их, тем самым, помогая людям. — Я слышала, что есть змеиные божества. — Маша присела возле меня, с любопытством смотря на евнуха. — Это полу божества, они называются Наги, — ответил Биллу, слегка понизив голос, — У них змеиное тело и человеческая голова, они обитают в подземном царстве. Они стражи сокровищ и тайных знаний, хранители природных сил. — Евнух прищурился и внимательно посмотрел сначала на Марию, затем на меня. — Наги часто живут среди людей, а Нагини - женщины - змеи очень красивы и они нередко становятся женами смертных царей. Мы с Марией переглянулись. Уже стемнело и огонь в светильниках слабо потрескивал, создавая в комнате ещё более магическую атмосферу. В тишине послышалось шипение, так близко, что я вскочила с места и огляделась. Возле одной из напольных подушек промелькнула кобра. Самая настоящая черная кобра. Она ползла прямо ко мне и я застыла не в силах пошевелиться. — Не беспокойтесь, — сказал Биллу, спокойно подходя к змее и хватая её за шею, — Они безопасны в этот вечер. Я с недоверием взглянула на него. Евнух погладил кобру по голове: — К тому же в целях безопасности у них удалили яд. — И они никого не убьют? — осторожно спросила Мария. — Они не могут убить нас. — Биллу сделала паузу. — По крайней мере сегодня. — Они ползают по дворцу? — спросила я, оглядевшись по сторонам еще раз. Вдруг ещё какая-то змея решила заглянуть ко мне в гости. — Пока нет. Эта кобра, наверное, просто ускользнула из-под присмотра. — Нам так везёт, — с досадой проговорила Мария, — из всего огромного дворца, она приползла именно сюда. Биллу загадочно улыбнулся: — Возможно она приползла к своей королеве. Кто из вас Нагини? А ну признавайтесь. В который раз я и Маша взглянули друг на друга. — Никто, — резко ответила Мария. — И вообще-то нам пора собираться. — Разумеется, — кивнул Биллу, — Анастасия ведь танцует сегодня. — Вот именно. — Моя помощница была настроена решительно и была готова выпихнуть евнуха за дверь вместе с этой коброй. — Ухожу, ухожу. — сказал Биллу. — Удачи, вам. Он улыбнулся мне и ушёл. А я опустилась на пуфик, стоявший возле зеркала. Весь гарем знает, что я буду танцевать сегодня. Это пугало меня. Все будут смотреть на меня, а если я снова упаду в обморок? — О чём вы думаете? — спросила Мария, доставая краски для лица из сундучка. — Мне страшно. — честно призналась я. — Там будет столько людей, гораздо больше, чем в прошлый раз и на этот раз там будут не только женщины и Император, но и другие мужчины тоже. — Ну и что? — Маша опустилась на пол возле меня. — Вы ведь такая красивая. И пусть там будет много людей, но танцевать-то вы будете только для одного человека. Я кивнула, но сомнения не оставили меня. Скоро начнётся праздник и я почти готова внешне, но внутренне вся трясусь от страха. Еще днём, когда меня водили в купальню, я решила танцевать не индийский танец, а турецкий - танец живота, который гораздо больше подходит для такого праздника. Мария причесала меня, нанесла на глаза сурьму, надела на меня кулон с чёрным камнем и серьги. Все делала она, я была безучастна к этому. Я думала о том, где взять подходящее одеяние. Возле меня уже лежала ленга-чоли черного цвета, но это не самый лучший наряд для этого танца. — Готово, — сказала Мария, — Теперь можно одеваться. — Нет, — я перехватила руку служанки, потянувшуюся за чоли. — Пожалуйста, оставь меня. — Но... — Я сама оденусь, — я доброжелательно улыбнулась, изо всех сил стараясь скрыть свой страх, — А ты иди и тоже приготовься к торжеству. — Ну хорошо, — сдалась Маша, — Как пожелаете. Она уже вышла за дверь, как я окликнула её. — Пожалуйста, позови сюда Ванду, — произнесла я, — Это рыжеволосая девушка. Мария кивнула и ушла. Через несколько минут в дверях уже стояла низенькая девушка с копной рыжих волос. — Здравствуй, — она сложила руки в знак приветствия и прикрыла за собой дверь. — Здравствуй, Ванда. — Меня успокаивало то, что мы можем общаться с ней на равных, словно простые подруги. — Что-то случилось? — спросила она. — Помнишь ты сказала, что если мне понадобиться помощь, я могу обратиться к тебе? — Конечно, помню. — И вот этот день настал. — сказала я и показала рукой на наряд, приготовленный для сегодняшнего вечера. — Для танца, который я буду исполнять это не годится. Нужно что-то другое. — Но почему? — удивилась Ванда. — Ведь ленга-чоли подходит для любых танцев. — Я буду исполнять турецкий танец. — произнесла я, опустив глаза вниз. — Правда? Это же здорово! — воскликнула Ванда так громко, что мне пришлось остановить её. — Тише, об этом никто не должен знать до начала праздника, я сказала только тебе. — Я все поняла. — кивнула девушка. — Дай мне полчаса и твой наряд будет готов. Не дав мне высказать сомнения, Ванда подхватила ленгу-чоли и выбежала из моей комнаты словно её и не было тут вовсе. Она оставила меня одну и я снова опустилась на пуфик. Сегодня очень важный вечер. Если бы Хюррем Султан знала, как я близка к цели. Порой я задумываюсь: а так ли важно было посылать меня сюда? Но потом понимаю, что Хиндустан и Османская империя - два самых сильных государства и если они пойдут войной друг против друга на мир опустится мрак. Хасеки Султан поступила очень мудро, отправив меня сюда. Если я смогу стать самой любимой женщиной Императора, он никогда не пойдёт войной на османов ведь будет помнить, благодаря кому я здесь. Из размышлений меня вывел перезвон множества ножных браслетов. Девушки из гарема спешили в зал торжества. Времени до начала праздника оставалось совсем немного, а Ванда все не приходила. И вот уже ударили в барабаны, оповещая всех, что празднование вот-вот начнётся. Я встала и заметалась по комнате, пытаясь что-нибудь придумать. Но вот наконец дверь открылась и зашла Ванда. — Успела, — улыбаясь сказала она, протягивая мне сложенную одежду. — Спасибо, — наспех бросила я, уже начав одеваться. Девушка помогла мне застегнуть чоли сзади на два крючка. Теперь это была даже не чоли, а что-то другое. Раньше эта блуза доходила до живота, а теперь она заканчивалась прямо под грудью и рукава, прежде закрывавшие плечи, превратились в тоненькие полоски. Но и с ленгой произошли большие изменения. Я даже уставилась на юбку, не понимая как её можно было так переделать. — Это не ленга, — видя моё смятение, произнесла Ванда, — это сальвары, я разрезала их и сшила по обе стороны, чтобы получилась узкая юбка. Я снова взглянула на нижнюю часть наряда и обратила внимание на две золотые полоски спереди и сзади. Если бы Ванда не сказала мне, что таким образом сшила ткань, я бы подумала, что это сделано просто для красоты, к тому же так прекрасно сочеталось с золотыми вставками на чоли. — Очень красиво, — честно сказала я, натягивая юбку, которая получилась довольно узкой. Ванда словно прочитав мои мысли цокнула языком и произнесла: — В самый раз для танца живота, обтягивает всё, что нужно. Я улыбнулась и посмотрела на себя в зеркало. Мой наряд был довольно смелым: верх подчеркивал мою грудь, а низ обтягивал бедра, волосы струились по плечам и спине, а кулон и серьги, надетые ранее, так превосходно дополняли мой образ. Повинуясь порыву, я надела на каждую руку по браслету с кольцом, соединённой цепочкой. Также я добавила сурьмы на глаза и мои коли** стали более выразительными. — Ну, а для полноты образа не хватает этого. — Ванда протянула мне кусок чёрной полупрозрачной материи. — Для чего это? — спросила я, беря вуаль. — Закрой нижнюю часть лица, пусть будут видны только глаза. — ответила девушка, видя, что эта идея пришлась мне по вкусу, она помогла мне закрепить материю на больших сережках. Девушка с одобрением оглядела меня: — Гипнотический взгляд как у кобры, ты всех покоришь. Я знала как использовать это преимущество. Набросив на голову чёрную накидку, которая закрыла при этом не только волосы, но и тело, я наконец вышла из своих покоев и двинулась в зал торжества. Ванда следовала за мной, кажется я нашла себе ещё одну помощницу. Эта мысль порадовала меня. Торжественный зал находился чуть поодаль от остальных помещений дворца, нужно было выйти из юго-западных дверей и пройти немного вдоль сада. Там и находился этот зал, вокруг которого была лестница. Я ещё издалека заметила место празднества, все там светилось и выглядело просто волшебно. Мы поднялись и оказались внутри. Зал был огромным. Вокруг не было стен, выход был сразу на улицу, а крышу держали огромные колонны, расставленные в хаотичном порядке по краям, расчищая тем самым большое пространство в середине зала. Всё вокруг было украшено, множество светильников и факелов освещали помещение. На всех колоннах висели гирлянды из цветов, вместе с изображениями кобр и серебряными украшениями. Здесь по краям, ближе к лестницам и возле каждой колонны были расставлены мисочки с молоком и топлёным маслом, больше чем где-либо во дворце. Весь пол покрывали лепестки лотоса, которые источали невероятно приятный аромат. А с восточной стороны стояла большая статуя Наги, украшенная цветами. У её подножия стояли чаши с подношениями: еда, питьё, монеты, украшения и даже драгоценные камни. Множество людей находилось здесь, я даже растерялась. Евнухи бегали между гостями, предлагая им угощения, наложницы щебетали, хихикали и пританцовывали под ситары***, Сурия стояла возле одной из колонн и следила за всем этим, надеясь, что никто ничего не натворит. В толпе я заметила и принцессу Анджали. Она разговаривала с какими-то женщинами. На ней был тёмно-синий сальвар-камиз, расшитый золотом. Даже издалека я поняла, что это было настоящее золото, а не позолоченные нити. А какие прекрасные украшения были на принцессе: широкое золотое ожерелье с синими камнями в тон к наряду, множество браслетов на руках, а на длинных прямых чёрных волосах госпожи красовалась мангтика с огромным сапфиром. Я была поражена и не сразу обратила внимание как перестали играть музыканты. Откуда-то выскочил Биллу, одетый в праздничное ярко-жёлтое сари. — Зиндабад Падишах! — воскликнул евнух. — Да здравствует Падишах! Все разом склонили головы и множество голосов разом стали выкрикивать: — Да здравствует Падишах! Виджай поднялся по лестнице. На нём был белый шервани****, также расшитый золотом. Никогда раньше я не видела Императора в таком виде. Он выглядел таким строгим. Виджай высокий мужчина и на нём шервани сидит очень хорошо, придавая ему еще более благородный вид. По правую руку от Повелителя шёл Рохан в чёрном шервани, а слева - Синх в сером. Увидев последнего, я испытала такой гнев, что мои руки сами собой сжались в кулаки. Я давно не видела его, а увидев теперь, вспомнила, кто является причиной моих бед. Если бы я могла, я бы собственными руками придушила его. Вздрогнув от собственных мыслей, я огляделась по сторонам, будто кто-то мог прочесть их. — Анастасия, — ко мне подошла Сурия, — Что ты стоишь здесь чёрным пятном? — А как вы узнали, что это я? — Ванда сказала. — ответила женщина. — Ты скоро будешь танцевать. — Помню, — кивнула я, взглянув на Императора, который подошёл к божеству и сложив руки поклонился ему. К нему подошли Рохан и Анджали, принцесса протянула братьям золотые монетки и они втроём бросили их к подножию статуи Наги. Застучали барабаны и в центр вышли евнухи, неся в руках большие глиняные горшки. Они образовали между собой небольшой круг и опустились на колени, поставив перед собой глиняные сосуды. Все девушки и женщины накинули на головы паллы и дупатты. Все люди встали в круг, Сурия потянула меня за руку, чтобы и я тоже встала вместе со всеми. Некоторые молодые девушки, не из числа наложниц, подошли ближе к евнухам и встали в ещё один круг, среди них была и принцесса Анджали. Это был круг незамужних женщин. Есть поверье, что если кобра коснётся кого-то, то она выйдет замуж в этом году. Под торжественные удары барабанов евнухи опрокинули горшки и из них выползли змеи. Сначала они не хотели никуда уползать, всё вертелись вокруг себя, но затем расползлись повсюду, словно почувствовав себя здесь как дома. Под радостные возгласы гостей, восхваляющих мудрость и хитрость змей, Императорская семья опустилась на большие напольные подушки. Синх сел чуть поодаль от них, а рядом с ним присели его дочери. Акира и Нейна, разумеется, тоже были здесь. Но не только они сели возле советника. К ним присоединился высокий черноволосый мужчина, с орлиным взглядом и острыми чертами лица. — А кто это? — спросила я у Сурии. — Это сын советника, — ответила женщина, — его зовут Ракеш, он главный стражник Сурадж-махала. — У Синха ещё и сын есть, — сказала я вслух, — наверняка такой же мерзкий как и отец. Сурия удивлённо посмотрела на меня, но ничего не сказала. Она кивнула Биллу и евнух хлопнул в ладоши, показывая другим слугам, чтобы рассаживали гостей. — Сейчас будешь танцевать. — сказала Сурия. — Уже? — я испуганно взглянула на неё. — Да, — кивнула женщина. — Настал нужный момент. Люди быстро заняли свои места, наложницы встали возле колонн, а Биллу объявил, что одна из наложниц приготовила танец. Я посмотрела на Сурию, ища поддержки. — Иди, иди, — она похлопала меня по плечу, — Не бойся. Я повернулась и пошла вперёд. — Да поможет тебе Бог, — услышала я вслед голос Сурии. Я по-прежнему была в чёрной накидке, этим я сразу привлекла внимание всех присутствовавших. Я встала на место Биллу, в самом центре, напротив самого Императора. Виджай с любопытством взглянул на меня. Я глубоко вздохнула, так глубоко, что даже голова закружилась, прикрыла глаза и скинула с себя накидку. Она с лёгким шелестом упала к моим ногам. Распахнув глаза, я увидела лицо Виджая, его взгляд скользил по мне, разглядывая каждый миллиметр моего тела, насколько это позволяла одежда, а принцесса, сидевшая возле него так и застыла, она даже рот открыла от увиденного. Принц Рохан с прищуром оглядел меня и усмехнулся с какой-то злобой и презрением. Я вытянула руки в стороны и очертила небольшой круг запястьями, показывая музыкантам, чтобы начали играть. Они поняли меня, потому что в следующую секунду я услышала звуки бансури*****и начала свой танец. Первые звуки музыки медленные и пронизывающие, словно проникали в самые глубины души, а мои движения под стать мелодии были плавными и неторопливыми. Сначала я сложила руки перед лицом, так, чтобы его не было видно совсем и стала неспешно двигать бёдрами, делая волны. Я знала, что в этот момент я была похожа на змею, извивающуюся под звуки индийской флейты. Затем я медленно раздвинула руки в стороны, делая ими такие же плавные волны. Вскоре музыка сменила свой темп, она ускорилась, к бансури присоединились барабаны и под ритмичные удары я стала двигать бедрами чаще. Взмахнув руками, я повернулась боком и прогнулась в спине, потянувшись руками вверх. Затем я встала прямо и, приподняв волосы, начала двигать животом. При этом я посмотрела на Виджая и встретила его взгляд. Он смотрел на меня оценивающе и жадно. Я стояла напротив него и ему открывался самый лучший вид. Моя кожа горела огнём под пристальным взглядом Императора, он ни на секунду не отводил от меня глаз. Я чувствовала его желание и оно придавало мне сил. Несмотря на то, что вокруг было много людей, я не видела никого, кроме Виджая. Мой танец принадлежал только ему, как вскоре ему будет принадлежать и моё тело. Я взмахнула волосами и описала бёдрами большой круг, музыка всё ускорялась и мои движения становились быстрыми и резкими. Будто стряхивая с себя всё лишнее, я шагала из стороны в сторону, но ни к кому не приближаясь. Анджали прищёлкивала пальцами в такт, наложницы хлопали в ладоши под музыку и когда все уже были готовы пуститься со мной в пляс, мелодия снова стала неторопливой и тягучей. Я плавно опустилась на колени, делая медленные волнообразные движения бёдрами, а затем с последними звуками музыки сложила руки перед лицом и закончила свой танец. — Молодец! — выкрикнула Анджали. — Какая молодец! — Умница! — вторили её девушки из гарема. — Вы похитили наши сердца! — воскликнул Биллу. — Нагини! Настоящая Нагини! Кажется все были довольны тем, какое прозвище дал мне Биллу. Я улыбалась, но моей улыбки никто не мог видеть, ведь моё лицо по-прежнему оставалось закрытым. Подняв свою накидку, я поклонилась правящей семье, задержав взгляд на Императоре и отошла в сторону, где стояла Сурия. — Я догадываюсь, где ты этому научилась, — начала женщина, — И не знаю, что на это сказать, скажу лишь одно: твой танец привлёк массу внимания. — А Император? Ему понравилось? — спросила я, отдавая накидку Марии, которая уже стояла рядом. — Ты же сама знаешь ответ. — улыбнувшись, сказала Сурия. — Все видели, что он не сводил с тебя глаз. — Да, — кивнула Мария, — Всё так, а если не веришь нам, спроси у него сама. Тебе как раз сейчас предоставится такая возможность. Маша лукаво улыбнулась, показывая в сторону. Я обернулась и увидела как ко мне идёт один из слуг, что стояли возле Виджая. Это был евнух Аш, он в отличие от Биллу не был одет в сари, но тем не менее, на нём была женская одежда, а именно белый сальвар-камиз. Он подошёл ко мне и опустив голову заговорил: — Его Величество просит вас подойди к нему. Я не раздумывая пошла следом за слугой. Музыканты уже играли праздничную музыку и один из них, видимо самый голосистый, даже запел весёлую песню. Когда я подошла к правящей семье, я ещё раз поклонилась. Виджай указал мне на место между ним и Роханом. Я опустилась на колени подле него. — Ты очень красиво танцевала, — весело сказала Анджали. — Спасибо, госпожа. — Рохан! — так неожиданно воскликнула Анджали, что принц вздрогнул. — Пойдём танцевать! — Я не хочу танцевать. — сказать молодой человек, но принцесса уже поднялась со своего места. — А я хочу и это значит, что мы идём танцевать. Она взяла за руку брата и потащила за собой. Я улыбнулась, это было забавно и мило одновременно. С принцессой явно нельзя соскучиться. Смотря на них, я почувствовала руку Виджая под своими волосами. Он снимал с меня вуаль, закрывающую лицо. Дрожь пробежала по телу, хотя его пальцы едва касались меня. — Не надо прятать такую красоту. — сказал Император, открыв моё лицо. Нас разделяло всего несколько сантиметров, но мне хотелось быть к нему ещё ближе. Я взяла Виджая за руку и спросила: — Вам понравился мой танец? — О, это был восхитительны танец, — он улыбнулся и ближе наклонился ко мне, — Ты словно кобра всех нас заворожила. Его дыхание на моих губах пьянило меня, прикрыв глаза, я слегка повернула голову, чувствуя как дыхание щекочет мою кожу. Наши пальцы переплелись и Виджай крепче сжал мою ладонь. — О чём вы сейчас думаете? — спросила я, смотря на наши руки. — О тебе. — тихо ответил Император. Я слышала, что сказал Виджай, я слышала с какой нежностью он это сказал и на мгновение мне показалось, что передо мной не Правитель Хиндустана, а обычный молодой мужчина, которого я могла бы полюбить. — Нагини, ты станешь моей сегодня? — прошептал Виджай мне на ухо. Я взглянула ему в глаза и ещё ближе придвинулась к Императору. Наши лица уже почти касались друг друга. Я провела пальцами по его шее и улыбнувшись произнесла: — Нет. Я попыталась быстро встать, но Виджай взял меня за запястье и снова опустил меня на место рядом с собой: — Нет?! — Нет. — повторила я. — Не сегодня. Император непонимающе смотрел на меня и наверное уже начинал злиться, потому что его глаза стали приобретать более темный оттенок как бывает, когда он зол. — А когда? — резко спросил он и я увидела перед собой настоящего Повелителя. На секунду я замешкалась, но под испытующим карим взглядом, всё же заставила себя улыбнуться. — Когда на небе появится луна, наступит завтра. — произнесла я, проведя рукой по его лицу. Виджай невольно расплылся в улыбке: — И что это значит? — Когда взойдёт луна, я буду в саду у фонтана. Он убрал прядь волос с моего лица: — Но до этого момента осталось мало времени. — Да, — я кивнула, освобождая своё запястье из ладони Императора, — Поэтому вам нужно придумать, как покинуть этот праздник незаметно. Я встала и, поклонившись, последовала к лестнице. Я спешила и не заметила, что на меня обращены две пары серых глаз. Дочери Синха внимательно следили за мной, однако сейчас меня это совсем не волновало. Сурия поймала меня за руку, когда я спускалась: — Пойдём со мной. — Но я... — Знаю, — она потянула меня за собой, — Идём, я подготовлю тебя. По дороге нам встретилась одна из рабынь, Сурия велела ей принести для меня сари. На улице было уже темно, я поглядывала на небо, надеясь, что не ошиблась в подсчётах и луна не взойдёт раньше положенного срока. Мы пришли в баню. Скинув с себя одежду, я опустилась в воду, пахнущую жасмином. Сурия принялась втирать в мои волосы различные масла, одновременно расчёсывая их деревянным гребнем. Я прикрыла глаза и расслабилась. От сладкого аромата и горячей воды я задремала, но голос Сурии заставил меня сбросить все оковы сна. — Анастасия, — начала она, — ты, конечно, знаешь, что должна делать? — Да, — ответила я, — меня научили всему ещё в Топкапы. — Хорошо. Я думаю ты понравишься ему. Я развернулась и положила голову на руки: — А если нет? — Перестань. — Сурия махнула рукой. — Акт любви должен быть всегда актом удовольствия, а мужчины так любят удовольствия и уж с этим у тебя проблем не будет. — Женщина подмигнула мне и засмеялась. — А если в нём нет настоящего чувства? — тихо спросила я, задавая этот вопрос в пустоту. — Настоящие чувства это совсем другое. Женщина и без них может доставить удовольствие себе и своему мужчине. Так что всё в твоих руках. Просто открой свою душу и следуй за своим сердцем. Я улыбнулась, вспомнив свои ощущения от прикосновений Виджая. Сейчас во мне говорит наложница индийского Императора, которая всем сердцем хочет принадлежать ему. Кажется я уже следую совету Сурии. Осторожно постучав, в баню вошла девушка с чёрными как смоль глазами, она принесла сари небесного цвета и помогла мне одеться. Мои волосы остались распущенными и не было на мне никаких украшений. Я смыла с лица всю краску, оставив только коли на глазах. Сурия нанесла на меня эфирные масла с ароматом розы и провела меня в сад. Она взяла меня за руки и что-то прошептала. Я не смогла разобрать её слов, после этого она отпустила меня и ушла, оставив одну. Было темно и немного страшно, я ступала босыми ногами по земле и холод медленно окутывал меня. Подойдя к фонтану, я увидела там Императора. Он уже был там и ждал меня. Я откинула волосы за спину и накинула на голову паллу. Виджай смотрела на воду и не заметил меня. Я бесшумно приблизилась к нему и когда в отражении воды появилась луна, я дотронулась до его плеча. — Я думал, ты не придёшь. — сказал он, притягивая меня к себе. — Я же сказала: когда взойдёт луна, я буду здесь. Император потянулся ко мне, чтобы поцеловать, но я увернулась и захотела вырваться из его объятий, но Виджай поймал мою паллу и потянул на себя. — Хочешь убежать от меня? — прошептал он, проведя руками по моим плечам. — Нет, — я развернулась к нему. — Ведь ты всё равно поймаешь меня. Я засмеялась и, вырвавшись из его рук, присела на край фонтана. Протянув руку к Виджаю, я попросила его присесть рядом. — Нагини, ты заманила меня сюда, чтобы отравить своим ядом? — насмешливо произнёс он, садясь возле меня. Я покачала головой и осторожно дотронулась до его лица: — Боюсь, ты уже напился этого яда. Император взял меня за руку и поцеловал ладонь: — Нет, ещё нет. Обхватив руками лицо Правителя, я поцеловала его в уголок губ и отпустила. Виджай потянулся ко мне, но я снова увернулась. Император положил руку мне на плечо и медленно стал стягивать с меня верхнюю часть сари, следя за моей реакцией. Всё во мне разгоралось под его пламенным взглядом. Я не могла возразить да и не хотела. — Повелитель, что будет, если в полный бокал воды налить ещё немного? — я повернулась к нему в ожидании ответа. — Вода прольётся. — ответил Виджай, внимательно смотря на меня. — Этот бокал вы, а я та вода. — Я улыбнулась, подаваясь вперёд, к нему. — Бокал наполнен водой почти до краёв, если добавить ещё, то она прольётся, утянув его за собой. — Но ведь увидев как пролилась вода, — сказал Император, проведя рукой по моим волосам, — Люди скажут, что она коснулась бокала. Прижавшись к Виджаю, я положила руки ему на плечи и едва слышно прошептала: — Тогда я готова пролиться. Этих слов было достаточно, чтобы Император взял меня за руку и повел за собой. То ли я думала о своём, то ли дорога и впрямь была короткой, но до императорских покоев мы дошли очень быстро. Войдя внутрь, я поняла, что здесь всё подготовили заранее. Мягкий свет от двух светильников не давал комнате погрузиться во мрак, но и не освещал всё пространство. В покоях витал аромат сандалового дерева, а кровать была устлана лепестками белой орхидеи. Виджай обнял меня сзади и поцеловал в шею, стягивая моё сари. Он спешил раздеть меня, но я и сама хотела этого. Дыхание Императора обжигало мочку уха, мои колени подогнулись и я упала бы на пол, если бы Виджай не держал меня так крепко. Наши губы наконец встретились, он развернул меня к себе и стал целовать жадно и настойчиво, пылко покусывая мои губы. Это был не просто поцелуй, а сама страсть. Во мне нарастало острое желание, я чувствовала, что таю в объятиях Повелителя. Когда я осталась только в коротенькой чоли и нижней юбке, Виджай провёл рукой по моей спине. Я расстёгивала его одежду, а он покрывал всё моё лицо поцелуями. Когда я сбросила его шервани на пол и провела руками по обнажённому торсу, к моим щекам прилила кровь, я почувствовала себя неловко, но Император подхватил меня на руки и опустил на кровать. Укладывая меня на мягкие подушки, он стал более медлительным. Виджай склонился надо мной и провёл пальцами по моим губам. Я закрыла глаза и почувствовала как он изучает меня. Сначала рука Императора коснулась моей шеи, потом медленно опустилась по горлу к ключице, он дотронулся до моего плеча, одновременно стягивая с него ткань, провёл пальцами по предплечью, затем рука Виджая коснулась талии и живота. Моё тело само выгибалось ему навстречу, мне казалось, что пальцы Повелителя оставляют на мне ожоги, вся моя кожа пылала огнём, но это была такая сладкая мука. Никогда не испытывающая ничего подобного, я не понимала, чего ждать от себя в следующее мгновение. Я прикусила губу, когда горячие пальцы Виджая коснулись моей щиколотки. Он начал снизу и медленно поднимался наверх. Император дошёл до моего колена, когда я схватила его за руку. Открыв глаза, я потянулась к Виджаю и сама поцеловала его. Моя рука сама вела его руку вверх по колену. Когда пальцы Повелителя коснулись моего бедра, я поняла как велико моё желание, мне хотелось, чтобы его рука пошла дальше. Виджай взял меня за волосы и мягко потянул, наклоняя мою голову назад, чтобы поцеловать в шею. С моих губ сорвался стон, когда его язык коснулся моей кожи. Император касался губами тех мест, которых только что касалась его рука. Виджай спустился к моему животу, я запустила руку в его волосы, такие мягкие и густые, приятные на ощупь. Он снова поднялся к моим губам. Перевернувшись на спину, Виджай уложил меня на себя. Я поцеловала мочку его уха, спускаясь к шее. Внезапно мои руки нащупали золотую цепь. Она всегда была на шее Императора, но только сейчас я заметила, что на цепочке висит амулет. — Что это? — Это клык тигра, которого я когда-то поймал, — ответил Виджай, целуя меня в щёку. — И что это означает? — упрямо продолжала я. — Храбрость и непобедимость. — горячо дыша, прошептал Император и перевернул меня на спину. Он скользнул губами по моему лицу, а затем коснулся зубами шеи, словно укусил. Я схватила его за волосы и отдёрнула голову назад. В глазах Виджая я увидела нестерпимое желание, которое он не мог больше сдерживать. Император резко рванул на себя ткань и моя чоли распахнулась. Не успев смутиться, я ощутила как Повелитель целует моё горло, медленно опускаясь ниже. Я гладила горячую кожу Виджая, касаясь крепких мускул, чувствую что он стягивает с меня юбку. Я вдыхала запах Императора, повинуясь нежным, но повелительным движениям. Я дрожала от возбуждения, извиваясь в руках Виджая словно кобра. Вдруг я ощутила в себе что-то твёрдое. Это был Император, он соединился со мной. Низ моего живота пронзила жгучая боль, боясь издать хоть малейший звук, я стиснула зубы. Нащупав одной рукой простынь, я сжала её, надеясь, что станет легче. Виджай ласково поцеловал меня в губы, мягко покусывая их. Он погладил меня по голове, проведя рукой вниз, к моей ладони, сжимающей простынь. Император взял мою руку в свою. Постепенно боль сменилась тёплой волной, которая подхватила и закружила меня в водовороте страсти и нежности. Почувствовав, что я расслабилась Виджай стал двигаться быстрее, отчаянно пытаясь найти выход желанию, которое я видела в его глазах. Крепко сжимая мои бёдра, он двигался во мне резкими толчками. Нас захлестнуло первобытная и неуправляемая страсть. Я не сдерживала себя, вскрикивая при каждом толчке. И чем громче я кричала, тем сильнее тело Императора сливалось с моим. Я словно оказалась в раю, пелена страсти накрыла нас с головой и я не хотела, чтобы это заканчивалось. Виджай проводил меня на вершину блаженства, показал мне, что такое страсть и желание, открыл для меня моё тело. И в этот момент я была почти счастлива. Когда всё закончилось, Виджай упал на спину возле меня, тяжело дыша. Я не могла прийти в себя, всё ещё ощущая его ласки на своём теле. Взглянув на меня, Император взял мою руку и поцеловал, а затем притянул меня к себе. Я положила голову ему на плечо и почувствовала как Виджай гладит меня по затылку, пропуская сквозь пальцы пряди волос. Я сильнее прижалась к нему, взяв его ладонь в свою. Мою голову внезапно посетили незваные мысли. Я подумала, что стала простой игрушкой в руках Императора. Теперь он может сделать со мной всё, что угодно: вырвать мой язык, растерзать моё тело или же может посадить меня на трон рядом с собой, сделав Правительницей Хиндустана. Эта мысль заставила меня улыбнуться. Сейчас я здесь, в постели Правителя и у меня есть все шансы стать той женщиной, без которой он не сможет даже дышать. Я уже на пути к этому. Почувствовав, размеренное дыхание Виджая, я поняла, что он уснул и осторожно поцеловала его в плечо. Император навсегда забрал у меня невинность, но взамен он может дать мне гораздо больше.