his bitch

намджун медленно разлепил глаза, рукой шаря по тумбочке в поисках телефона, чтобы ответить на входящий звонок. он произнёс тихое «алло», мельком взглянув на время, а затем убрал со своего пояса руку младшего и встал с кровати, уходя на балкон. — знаете, намджун, я всё думал над вашим отделом, — начинает начальник кима. — и решил послать вам в помощники моего племянника. ну, вы с ним как-то пересекались. парень глубоко вздохнул и потянулся к сигарете, лежащей на подоконнике. как же это надоело. — у него отличное образование, думаю, вы сработаетесь, — констатирует мистер чха и кладёт трубку. — три часа ночи. серьёзно, блять? — на выдохе произносит джун и затягивается никотином, прикрывая глаза и смотря в окно. племянник этот так себе специалист. сам ничего не знает, но работать не даёт. и намджуну это известно как никому другому. очередная обязанность на его плечах да сплошные мороки с великовозрастным ребёнком нисколько его не ободряют… *** — мм, — чонгук лениво потягивается, поднимая взгляд на старшего, и немного озадаченно подвисает. — давно проснулся? у него на лице след от подушки и лёгкий румянец на щеках, взъерошенные волосы и не до конца открытые глаза. мило. намджун улыбнулся, зарывшись пятерней в чужие волосы, и притянул к себе, укладывая головой на грудь. — нет, минут 10 назад. выспался? чон довольно улыбается и сам жмётся сильнее, обнимая поперёк живота. ему нравится нежиться с кимом по утрам в кровати или смотреть в обнимку фильмы, он его вообще обнимать очень любит, оттого восторг всегда детский в глазах играет. — угу, — мычит в ответ младший и оставляет поцелуй у основания чужой шеи. — мне нужно уехать сегодня пораньше, мама попросила приехать. — хорошо. — поехали со мной? — нет, гукки, прости, у меня очень много работы. это, конечно, правда, но ким отчего-то ловит себя на мысли о том, что с чимином бы поехал в любом случае. снова начинает об этом думать. снова себя одёргивает, требуя не сравнивать двух абсолютно разных людей. но чимин бы сразу понял, что у меня проблемы. что я устал. достал бы вопросами, но выпытал правду. чонгук был не таким. он знал, насколько старший не переносит все эти допросы, потому даже не лезет. хотя, возможно, просто ничего не замечает… *** они сидят на кухне и пьют кофе, когда заходит чимин, произнося «доброе утро». рука намджуна, покоившаяся на талии младшего, резко пропадает, и чонгук пялится на того, не понимая. — прости, — шепчет ким на чужое ухо и снова обнимает, опуская взгляд в кофе. пак лишь делает себе чай и пропадает так же неожиданно, как появился, не сказав больше ни слова. да и что ему говорить? у него сердце бьётся дико. у него перед глазами только его руки и уставший взгляд. дикое волнение и эти странные джуновские привычки никого при нём не трогать. чимин ревнивый. от слова «очень». и это очень сейчас давит трёхтонным грузом своим колющим «не твоё». *** — люблю тебя, — произносит гук, оставляя едва заметный поцелуй на уголке чужих губ. — я тебя тоже, — отвечает старший и тянет к себе, целуя по-настоящему. очерчивает контур чужих губ языком и вжимает сильнее в собственное тело. да только не те это губы. — ну всё, отпускай, а то я опоздаю, — отстраняется немного чон, и джун хмыкает, смотря на порозовевшие щёки младшего. — иди уже, — по-доброму смеётся он и закрывает за парнем дверь. стоит недолго, смотря на дверь в паковскую спальню, а затем плетётся в гостиную, садясь на диван и беря в руки ноутбук… сейчас бы небольшие ладони на плечах и пару одобряющих слов. думает ким и дёргается, потому что действительно ощущает чиминовские пальцы на плечах, что начинают легонько массировать. — что-то случилось? — спрашивает младший. а намджун знал, что так и будет… — не надо, — произносит тот, мягко касаясь тыльной стороны чужой ладони, задерживаясь лишь на пару секунд, чтобы в итоге смахнуть. — правда, не надо. — это же просто… — я, по-моему, всё сказал, — перебивает ким, повышая голос. чимин опускает взгляд, произносит тихое «ладно, захочешь поделиться — приходи» и снова скрывается за дверью в свою спальню. намджун трёт переносицу, громко вздыхая, а затем проводит рукой по плечу, будто стараясь ощутить чужое тепло, ещё недавно так сильно гревшее… — чёрт, — ругается он и всё-таки встаёт с дивана спустя минут тридцать. идёт к чимину. не стучится. открывает дверь. пак полулежит на кровати, пялясь в телефон, и замечает его не сразу. — джун… — прости, — тихо произносит тот, садясь на пол меж чужих ног. — я был слишком груб, и я не хотел тебя обидеть. просто устал. чимин смотрит понимающе и садится, двигаясь ближе к краю. — можешь просто помассировать мне плечи, пожалуйста, — выдыхает парень. пак оглаживает чужую кожу сквозь ткань и начинает легонько двигать пальцами. — мне так нравится твоё тепло, — произносит джун, выдавая в голове «чёрт, я сказал это вслух», но не оправдывается. — проблемы на работе? — интересуется младший, решив не смущать кима. — нет, просто устал. — я же вижу, что да. зачем ты так? — шепчет чимин. — я понимаю, что прокололся, сильно прокололся, но не надо так со мной. в конце концов, ну я же правда хочу помочь. намджун слышит едва слышный всхлип и выдаёт «блять», поворачиваясь в сторону парня и вставая с пола. он проводит пальцами по чужим щекам, стирая слёзы. он бы руку одёрнул, да только сердце сжимается так, что совсем не получается. — я не буду так, не буду, — повторяет он, понимая, что уже присел рядом, обнимая парня. — это просто уже привычка. никому и ничего. не бери на свой счёт, чимин, умоляю. у меня действительно есть проблемы, и я уже заебался их решать. не становись ещё одной, пожалуйста. он понимает, что разошёлся. понимает, но отчего-то не останавливается… — ты всегда меня чувствовал, и я до сих пор готов тебе выложить всё. просто я устал. правда, очень устал… пак успокаивается, сам убирает от себя руки кима и садится позади него на колени, вновь начиная делать массаж. — тогда рассказывай. я же знаю, тебе это нужно, ты просто строишь из себя дофига сильного, но мы это проходили, ты не сможешь тащить на себе всё, — произносит чимин. — да, мы уже далеко не так близки, и ты можешь меня больше не любить, как раньше, но расскажи мне всё как приятелю или как человеку, который очень хорошо тебя знает. намджун расслабляется, выдыхает и начинает говорить что-то о работе. почему всё именно так? почему, чёрт возьми, он рядом? почему намджуну нравится это? его не было так давно, не было его поддержки, тепла, любви, которую ким до сих пор чувствует всем телом, хоть и боится признать. не было его ребячества, восторженных взглядов, полных гордости и чего-то непонятного, чего-то дико интимного. того, что только для него.