Steady, As She Goes

— Надави и держи! — уже в который раз прикрикнул Санджи со своего водительского сиденья — он умело маневрировал среди ночного потока машин в центре города. Народу на дороге было гораздо больше, чем можно было ожидать, но, похоже, годы вождения скорой привили ему склонность уклоняться от других машин в самый последний момент. — Я и давлю! — из-за резкого поворота Зоро с болезненным воем дернулся на сидении, меняя положение руки в попытке посильнее прижать рану, которая уже успела залить кровью всю его рубашку. Он зашипел от боли — ощущения от свинца, застрявшего в плече, были далеко не самыми приятными. — Лучше смотри на дорогу, Завитушка, — прорычал он, стараясь скрыть свой дискомфорт. — Нет, ты не давишь! — раздраженно отозвался Санджи, вновь агрессивно поворачивая машину, предельно сконцентрированный на том, чтобы как можно скорее доставить Зоро в гостиницу, где они будут вне опасности. — Ты не обливался бы кровью, если бы зажимал как надо! — воскликнул он, бросая в сторону Зоро недовольный взгляд. — В кого из нас раньше стреляли?! — вскричал Зоро, задыхаясь: дорога впереди поплыла перед его глазами, и он изо всех сил постарался не отключиться. От потери крови у него начала кружиться голова, и единственным, что помогало ему оставаться в сознании, был невыносимый блондин, сидящий справа от него и настойчиво продолжающий этот обмен любезностями. — А кто раньше имел дело с пострадавшими от огнестрельных ранений?! — упрекнул его Санджи. Зоро попытался сильнее надавить на рану, но с беспокойством осознал, что руки стали слишком тяжелыми. Боль исчезла, сменяясь онемением, которое поползло по его ногам, и покалыванием в кончиках пальцев. Старое, но хорошо знакомое ощущение. Это объясняло темноту, которая медленно затуманивала его зрение, отчего он нервно повернулся к Санджи с неохотой. — Ты знаешь, что ты идиот? — разглагольствовал тот, разочарованно качнув головой. Он не отводил глаз от дороги, огибая другие автомобили с довольно опасной скоростью. — Вот так кидаться под выстрел. Поверить не могу, что ты вообще… Ну кто так делает?.. — Эй… — слабо выдохнул Зоро, слово буквально выскользнуло изо рта, настолько тяжело ему сейчас было ворочать языком. Он медленно моргнул: уличные фонари, проносящиеся позади Санджи, мерцали и покачивались перед его угасающим взором. — Сан… джи? — пробормотал он на выдохе. Услышав, как Зоро покромсал его имя, Санджи снизил скорость, чтобы посмотреть на него и удивленно вскрикнул: — Чт… Зоро! По выражению чистой паники на лице блондина Зоро понял, что выглядит так же хорошо, как и ощущает себя. Он сильнее откинулся на сидении, отдаленно ощущая, как машина резко останавливается; потеря сознания уже маячила на горизонте, делая его тело неимоверно тяжелым, темнота с пугающей быстротой наводняла его зрение, и все, что в конце концов осталось, — это размытое лицо Санджи, который навис над ним. — Зоро! — сурово произнес блондин, одной рукой сжимая плечо Зоро, а другой поворачивая его безвольную голову к себе. — Зоро, останься со мной. Ну же. Тьма полностью заволокла его взгляд, и слова Санджи превратились в приглушенные, неразборчивые звуки панического беспокойства. Его тело становилось все тяжелее, и он обнаружил, что никак не может отмахнуться от руки, болезненно сжимающей его плечо. Его последним осознанным ощущением было ласковое прикосновение ладони к его лицу и тихие, невнятные слова, которые нырнули в беспамятство вслед за ним. ~X~ Поднять веки было почти невыполнимой задачей: все его тело словно свинцом налилось, и единственной наименее утомленной частью был его разум. Он уже много лет не отключался из-за потери крови, но тяжесть в конечностях была хорошо знакома. Однако сноровки он не растерял. Он не только не был мертв, но и когнитивные функции вернулись к нему довольно быстро, что означало, что пострадал он, похоже, не так и сильно. Или, по крайней мере, его тело сохранило способность быстро восстанавливаться, несмотря на три года, проведенных в отставке. Зоро увидел расплывчатые очертания потолка над собой и смутно припомнил, как потерял сознание в машине рядом с паникующим Санджи. Он тут же почувствовал себя виноватым за то, что дал блондину лишний повод для волнений, и заставил себя оглядеться вокруг, убеждаясь, что он на самом деле был в гостинице, в которую они тогда и направлялись. Хотя как он вообще оказался здесь, а не помер от потери крови где-нибудь в пути, оставалось загадкой. Стараясь двигаться не слишком резко, он повернул голову вбок и увидел Санджи, сидящего рядом с ним с закрытыми глазами и нахмуренными в беспокойстве бровями. Какое-то движение внизу привлекло внимание Зоро: правая рука блондина, покоившаяся на подлокотнике кресла, держала скомканный носок, сжимая и разжимая его в ровном ритме. Зоро нахмурился, чувствуя растущее замешательство, а затем заметил трубку с яркой гранатовой жидкостью, торчащую из запястья Санджи. Он проследил за ней от кресла до кровати и, наконец, заметил иглу, которая удерживала трубку в изгибе его собственного локтя*. Прошло несколько секунд, прежде чем он понял, что Санджи делает, и чуть ли не свалился с кровати в паническом порыве сесть. Из-за того, как дернулась трубка, Санджи тут же вскинул голову и уронил носок, как только увидел, что Зоро проснулся. Стараясь не дернуть рукой, он вскочил с кресла в попытке уложить Зоро обратно. — Эй, расслабс… — Что ты делаешь? — взревел от ужаса Зоро, голос звучал не так громко, как он ожидал, а тело реагировало не так быстро как предполагалось. Собственный скрипучий голос резал ухо. Его попытка выскочить из кровати была больше похожа на потуги хотя бы просто приподняться, и у Санджи было более чем достаточно времени, чтобы остановить его. — Расслабься! — приказал Санджи чуть тверже, положив свободную руку на здоровое плечо Зоро и довольно сильно толкнув его обратно на кровать. Зоро даже не ожидал от него такой настойчивости. — Я универсальный донор. Зоро подчинился не сразу, но через мгновение смысл слов Санджи полностью дошел до него, и он прекратил попытку отбиться от блондина и вытащить иглу. Вместо этого Зоро просто моргал с озадаченным выражением лица, постепенно начиная осознавать, что Санджи для него сделал: если он отключился в машине и теперь был здесь, значит, тому также удалось и притащить сюда его бесчувственное тело… — У тебя была сильная кровопотеря, — немного раздраженно указал Санджи, хотя, похоже, причиной его недовольства было скорее то, что ему пришлось силой укладывать Зоро в постель. — И я подумал, что мы не можем просто заявиться в больницу… учитывая нашу ситуацию. — Ты… — вымучил Зоро, и прозвучало это слегка возмущенно, несмотря на его благодарность. — Спасибо… — пробормотал он с изумлением. — С этого в следующий раз и начинай, — проворчал Санджи с кривой усмешкой, наконец убедившись, что Зоро не будет делать ничего неосмотрительного, и отодвинулся, откинувшись на спинку кресла, стоящего возле кровати. Хоть лицо Санджи и выражало облегчение из-за того, что они прекратили пререкаться, Зоро видел, как напряжение, волнами исходившее блондина, начало отступать, только когда тот откинулся на спинку кресла. — Ты… — снова начал Зоро тихим голосом, все еще восхищенный поступком блондина. Он пронаблюдал за тем, как Санджи, порывшись в аптечке, вытащил тампоны и бинты, — ты спас мне жизнь… — Не надо так удивляться, — усмехнулся Санджи гораздо слабее, чем, вероятно, намеревался. Пальцем прижимая ватный тампон к ране, он осторожно вытащил иглу из своего запястья. Закончив, он взглянул на Зоро, улыбаясь от уха до уха. — Я к тебе очень привязался; так что я не могу позволить тебе сейчас умереть у меня на руках. Зоро ошеломленно молчал, пока Санджи закончил промывать свое запястье и залепил его кусочком лейкопластыря, а потом проделал то же самое с локтем Зоро. Он вытащил трубку и как мог промыл ранку, несмотря на то, почти половина тела Зоро была залита кровью из-за открытой раны в плече. Пока Санджи убирал все медицинские принадлежности, у Зоро наконец-то появилась возможность взглянуть на рану, ответственную за весь беспорядок. Его брови поднялись, когда он обнаружил, что рана аккуратно зашита в тонкую линию безупречным швом. Зоро очень осторожно коснулся раны, он все еще был потрясен тем объемом работы, который сумел сделать Санджи, пока сам Зоро валялся в отключке. Действительно лицезреть работу блондина ему довелось впервые — если не считать того раза в скорой, — и он не мог не признать, что был невероятно впечатлен. — Я промыл и зашил ее, но у меня не было времени вытащить пулю, — объяснил Санджи, застыв в довольно неловком положении на кресле возле кровати Зоро. Его профессионализм казался неуместным, но явно маскировал гораздо более глубокое беспокойство по поводу произошедшего ранее. — Твое состояние ухудшалось… — Можешь достать ее сейчас? — прямо спросил Зоро, не отрывая взгляда от швов. — В этом нет особой необходимости, — нерешительно отозвался Санджи. Зоро опустил руку и поднял голову, встречаясь с ним взглядом. — Ты скорее умрешь от потери крови или инфекции, чем от застрявшей пули. Не то чтобы Зоро не ценил медицинские познания Санджи — он точно знал, что блондин прав, — но в нем побывало достаточно металла, чтобы он усвоил: чем больше он сможет вынуть сейчас, тем лучше. К тому же, он был почти уверен, что кусок его рубашки застрял в ране наряду с осколками от пули. — Либо это делаешь ты, — предложил Зоро так спокойно, как мог, учитывая свое нынешнее положение, — либо это делаю я. Санджи скривил губы в неодобрении: упрямство Зоро явно не впечатляло его в данный момент, — но ничего не ответил, и это говорило о многом. Он не отвел взгляда от Зоро — и Зоро выдержал этот зрительный контакт только из-за предобморочного состояния, — пока наконец не уступил с сердитым вздохом, вскидывая руки в знак поражения. Не проронив более ни единого слова, — за исключением недовольного ворчания, — Санджи принялся рыться в аптечке в поисках всего, что ему может понадобиться, чтобы не только подготовить рану, но и извлечь пулю, зашив края заново. Вскоре все было готово; все инструменты продезинфицированы, рана на плече Зоро снова открыта, а очень скептически настроенный — но все же полный решимости — блондин склонился над Зоро. Они оба напряженно молчали: Зоро лежал на залитой кровью постели, и Санджи, нависнув над ним, извлекал из раны осколки пули и кусочки ткани. Едва процесс дошел до середины, как Зоро начал припоминать, почему ему не особо нравилось, когда его оперировали другие люди. — Не двигайся! — яростно шикнул Санджи, отнимая руки: в одной он держал щипцы, которые только что использовал, а в другой — пинцет. Зоро хмуро посмотрел на него. От усилий, которые он прилагал, чтобы не застонать от боли, на лбу выступила испарина. — Больно! — негодовал в ответ Зоро, сжимая челюсти. Он заставил себя оторвать голову от подушки и волком посмотрел на блондина, который утверждал, что знает, что делает. Рана пылала, но больше не заливала белые простыни литрами крови. Он сжал ладонями одеяло под собой, чтобы не оцарапаться. — Знаешь, будет не так больно, если ты прекратишь дергаться! — прорычал Санджи, прищурившись, и махнул пинцетом в сторону Зоро, словно бы держал в руках что-то гораздо более устрашающее. Зоро так же вызывающе уставился на него в ответ, уже всерьез начиная жалеть, что уговорил блондина вытащить пулю. — Давай пристрелим тебя, а я поиграю в операцию на твоей груди, — огрызнулся Зоро, но тем не менее, лег обратно, вновь давая Санджи доступ к ранению. — Посмотрим как ты у меня запляшешь! — Давай, давай, — раздраженно фыркнул тот в ответ, поудобнее перехватывая инструменты, и смерил Зоро острым взглядом, — только если это остановит твое чертово нытье! — Шутишь?! — взвился Зоро. Санджи снова навис над ним, скользнув щипцами в рану, и умело открыл ее одной рукой, другой перехватив пинцет. — Это ты у нас только и делаешь, что ноешь. — Ты притащил меня из мирного сельского округа Ист Блю практически на войну, — ядовито отозвался Санджи, не отрывая взгляда от раны, пока он твердой рукой направлял пинцет в поисках оставшихся осколков. — Так что у меня есть все права жаловаться. — А у меня тогда есть все права сказать тебе заткну… АУЧ! — Зоро оборвал себя болезненным воем, когда Санджи сомкнул пинцет на самом большом осколке пули и потянул его, заставляя плоть вокруг гореть. Зоро издал гортанный стон, его лицо исказилось от боли. Ему потребовалась вся сила воли, чтобы не дернуться — следующие несколько секунд были решающими. Руки Санджи совершенно не тряслись: одна держала рану широко открытой, а другая медленно вытягивала кусочек деформированного металла, пока наконец не вытащила его полностью. Лишь тогда Зоро смог хоть как-то расслабиться, чтобы открыть глаза и увидеть пинцет, который Санджи держал прямо над раной, сжимая пулю, покрытую багровой кровью. — Очень ласково, — пробормотал Зоро, испуская долгий, головокружительный вздох, который превратился в слабый смешок. — С хорошими пациентами и обращаются хорошо, — хмыкнул Санджи, отворачиваясь, чтобы бросить пулю в маленькое блюдце с краю, а затем через плечо посмотрел на Зоро с ухмылкой. — А вот ты заслуживаешь пинка под зад. — Только попробуй, ты… — Зоро снова оборвал себя страдальческим вздохом — мышцы вокруг раны судорожно сжались, — и обнаружил, что падает на постель со стоном. Прошли годы с тех пор, как в него последний раз стреляли, и, хоть было и не так больно, как он это запомнил, ранение горело адским пламенем. — Черт, — с раздражением выдохнул Санджи, откладывая инструменты на тумбочку, и подтащил к себе аптечку. — Позволь-ка мне зашить ее, пока ты окончательно не истек кровью. — Ты у меня истечешь кровью… — задыхаясь, отозвался Зоро. — Ну вот, ты уже бредишь, — Санджи закатил глаза, снова протирая кожу вокруг раны проспиртованным тампоном, а затем вытащил большую загнутую иглу и моток медицинской нити. Будто в сотый раз повторяя движения — хотя, предположил Зоро, так оно и есть, — он с легкостью вставил нить в ушко и вновь наклонился над Зоро. Первый прокол иглы через кожу буквально ужалил, но вскоре боль от него сменилась ноющей, пульсирующей болью от самой раны, и Зоро позволил себе откинуться головой на подушку и расслабиться впервые за несколько минут. Он почувствовал, как теплые пальцы Санджи надавили на его кожу, чтобы вытащить иглу, затем отстранились, чтобы затянуть нить и снова опустились на него, чтобы повторить движения. — Трудно поверить, что в тебя так много стреляли, — заметил Санджи, продолжая аккуратно сшивать рану, и вытер образовавшуюся кровь проспиртованным тампоном. — Ты сейчас ведешь себя как ребенок, — добавил он. — Это было давно, — тихо хмыкнул Зоро и задержал дыхание, когда Санджи снова воткнул иглу ему в кожу. Теперь, когда кусок металла был извлечен из его ключицы, он мог и поудобнее растянуться на кровати. Его пиджак уже давно был отброшен в сторону, а разорванные остатки еще одной окровавленной рубашки свисали с его ослабевшего тела. — К тому же, обычно я делаю все сам. — Обвиняешь меня в недобросовестной работе? — Санджи приподнял бровь, притворяясь оскорбленным, но легкая улыбка выдала его с головой. Зоро с усилием отвел от него взгляд и уставился в потолок — ему совсем не хотелось, чтобы его застали за пристальным разглядыванием блондина. — Нет, — признал Зоро. Несмотря на все свои жалобы и недовольства, Санджи вынул пулю гораздо быстрее, чем он сам. Половина его шрамов от пуль выглядела так неаккуратно только потому, что он долго копался там, чтобы вытащить металл. — Просто на себе работать проще. — Это объясняет твои шрамы, — язвительно пробормотал Санджи себе под нос. — Хм? — протянул Зоро, отлично его услышав, но все равно желая слегка пораздражать его. — Ты все и так слышал, — проворчал парамедик. Зоро, несмотря на боль, выдохнул тихий смешок. Санджи зашивал его рану ловкими, уверенными руками. Их пререкания закончились только тогда, когда он, закончив последние стежки шва, который его заставили переделывать, отвел руку почти за голову, затягивая финальный узел. Он обрезал нить, в десятый раз продезинфицировал рану и, наконец, отстранился от Зоро со вздохом облегчения. — Теперь можно встать? — пробурчал Зоро, слегка морщась — вопрос вышел несколько резче, чем хотелось бы. Пытаясь выдать это за гримасу боли, он двинулся, чтобы свесить ноги с кровати с надеждой выбраться из лужи собственной крови, в которой еще лежал. — Нам надо убираться отсюда. — Совершенно точно нет, — взвился Санджи, снова дернувшись, чтобы прижать Зоро к кровати и не дать ему встать. — У тебя чуть ли не вскрыто бедро и дырка размером с четвертак в плече — это еще не говоря о серьезной потере крови. Тебе нужно отдыхать. — Нас здесь точно найдут, — серьезно возразил Зоро. Такое беспокойство со стороны Санджи, конечно, заставляло его сердце биться чаще, но одновременно с этим было невероятно неудобным в ситуации, где они уже потеряли кучу времени впустую. Если судить по времени на маленьких цифровых часах, стоявших на тумбочке, он валялся без сознания в течение почти трех часов. — Мы и так уже потратили достаточно времени. — Ну… — нерешительно протянул Санджи, недовольно пожав плечами и несчастно вздохнув, — сколько у нас еще осталось? — Восемь, — подсчитал Зоро и неодобрительно покачал головой, взвешивая свои возможности. Учитывая то, что случилось у Боа, и слежку, которая была за ними в Японии, еще пара часов — и их будут искать на камерах слежения всего Шанхая, — может, десять часов. — Ладно, — тут же снизошел Санджи. — Столько и поспи. Зоро твердо покачал головой. — С каждым потерянным часом становится все опаснее. — Реальная опасность здесь в том, что ты не даешь себе отдохнуть! — раздраженно осадил его Санджи, вскидывая руки и в явном отчаянии закрывая ими лицо. — Знай Чоппер, какие вольности я тебе позволяю, у него бы случилась аневризма, — простонал он себе под нос. — Чоппера тут нет, — тихо пробормотал Зоро голосом, смягчившимся при упоминании о тревожном молодом враче, и наконец смог подняться на ноги и встать на одном уровне с блондином без того, чтобы его толкнули обратно на кровать. — Теперь мы можем поторопиться? Указательный палец Санджи дернулся в сторону, открывая правый глаз, и он несколько минут сверлил Зоро взглядом, пока в конце концов не опустил руки с усталым вздохом. Его руки, покрытые засохшей кровью, упали на бедра, а губы сжались в тонкую линию. — Шесть часов, и ты проспишь все это время, — резко приказал он. — Четыре. И мы собираемся в дорогу, — возразил Зоро, не разрывая зрительного контакта. — Пять, — уперся Санджи. — Ты идешь в душ и спишь. Я сам все соберу. В течение нескольких секунд Зоро продолжал раздраженно сжимать губы, вперившись пристальным взглядом во вспыльчивого блондина, который отказывался отступать. Он смотрел на Зоро так же вызывающе, и в его глазах не было ни капли страха. Зоро начал осознавать, что Санджи, наверное, навсегда останется его ахиллесовой пятой. Он отвернулся первым и прошипел: — Хорошо. Игнорируя ликующую улыбку на лице Санджи, Зоро поплелся в ванную, чтобы смыть с себя всю кровь, пока тот занялся кровавым беспорядком, в который Зоро превратил постельное белье. Он, конечно, испытывал вину за то, что оставил блондина разбираться с этим, но, впрочем, подозревал, что, предложи он помощь, Санджи оттащил бы его за ухо и заставил сидеть в углу. Так что вместо этого он, последовав приказам ворчливого блондина, разделся и залез в душ. Стоя под плохо отрегулированной струей душа, он опустил голову, чтобы вода не растравляла раны. Его мысли вертелись вокруг событий этого вечера. Каким-то чудесным образом он был гораздо более поражен способностями Санджи, чем тем фактом, что Боа чуть не снесла ему голову за вознаграждение. Их совместное прошлое, конечно, было тяжелым, но он и подумать не мог, что она в самом деле попытается покончить с ним таким наглым образом. Прокол от иглы катетера на его левой руке слегка пульсировал, и мысли Зоро снова вернулись к нему самому и к тому, что только что произошло. Подняв руку, он тупо уставился на нее в тусклом свечение пробивающейся через шторку лампы. Стареющая кожа в отметинах и шрамах — испещренная рубцами порезов и старых ран; ладонь — сухая, мозолистая, все обветренные линии да трещины. Рука загрубела и зачахла от издевательств, которым он ее подвергал. И несмотря на все это, маленькая красная точка на сгибе его локтя зудела гораздо сильнее, чем пулевое отверстие в его плече. Он осторожно прижал пальцы другой руки к отметине, чтобы облегчить хотя бы часть боли и попытаться избавиться от еще более глубокой боли, которая засела намного дальше кожи. Вдавливая пальцы до тех пор, пока не почувствовал сухожилий, он резко нажал на них, а затем убрал руки, в последний раз почесав точку, которая, наверное, станет его самым памятным шрамом. Вновь опустив руку, он попытался игнорировать спутанную смесь чувств в груди и вместо этого сосредоточился на том, чтобы отскрести кровь со своего тела. Он постарался думать о своей задаче, а не о светловолосом, голубоглазом мужчине в соседней комнате — и о своих чувствах к нему, чувствах, которые с каждым днем становилось все труднее подавить. ~X~ С испуганным воем вскочив на кровати, Зоро рванулся вперед и свернулся калачиком, сжимая в руках мокрые простыни: холодный пот струями стекал по его лицу и капал на одеяло, съехавшее до коленей. Темные разводы то и дело расплывались перед глазами, пока он привыкал к окружающей темноте. Его тяжелое, затрудненное дыхание наконец выровнялось, и он начал успокаиваться после тревожного ужаса ночного кошмара, который уже исчезал из его памяти. Старые воспоминания и давние события, которые произошли уже давно, но все еще преследовали и мучили его, хотя он и мог полностью понять отчего. — Черт… — устало простонал Зоро, с разочарованием прижимая руку ко лбу, а затем провел ей по лицу, пытаясь смахнуть пот. Уронив руку на одеяло и стянув его с себя, он вылез из кровати и молча пересек комнату. Как можно тише приоткрыв балконную дверь, Зоро вышел на маленькую веранду, подошел к перилам и с тихим стоном облокотился на них, чувствуя, как старый металл впивается в кожу. Зоро посмотрел на пустынную улицу внизу, и реальность того, что только что произошло, накрыла его со всех сторон. С тех пор, как он в последний раз видел мало-мальски неприятный сон, прошли буквально месяцы, а сейчас у него был настолько сильный ночной кошмар, что он проснулся с криком. Он не мог не разбудить Санджи, и сейчас, видимо, избежал большего позора только благодаря этой странной сдержанной вежливости, которую блондин подчас проявлял к нему. Держать свой гнев в узде было задачей не из легких — настолько велико было желание сбросить декоративный стол с веранды, — но он сумел сохранить спокойствие и попытался логически объяснить эту ситуацию. В целом, вот так все и начиналось в первый раз, и он вынужденно задался вопросом, не из-за высокого ли уровня стресса этой ситуации ПТСР проявлялось единственным возможным бессознательным способом. Им вообще невероятно повезло, что до этого момента у Зоро не было эпизода похуже, но он уже давно пришел к выводу, что причиной этому был Санджи. Он ненавидел свои кошмары, но если они были необходимы для поддержания его равновесия в состоянии бодрствования, то пусть… Хлипкая балконная дверь открылась с резким скрипом, заставляя плечи Зоро нервно напрячься, и звук шагов босых ног по дереву возвестил о прибытии Санджи. Держась на расстоянии от Зоро, он подошел и прильнул к перилам на пару футов подальше, с небрежным безразличием зажигая сигарету. Беспокойство медленно спадало: похоже, Санджи и не собирался говорить о том, что произошло, но из-за повисшего неловкого молчания Зоро все же почувствовал себя полным идиотом. Единственная причина, по которой Санджи вообще проснулся, — это потому что Зоро разбудил его. Осторожно повернувшись, чтобы посмотреть на блондина в первый раз с тех пор, как тот вышел на веранду, в холодный ночной воздух, Зоро обнаружил, что его плечи сокрушенно поникли в каком-то благоговении. Санджи выдохнул струю дыма. Его волосы были распущены, взъерошены после сна, а вьющаяся челка закрыла половину лица, наверняка загораживая ему обзор. Он сгорбился над перилами, обнажая маленькие золотистые завитки на затылке, и изнеможение буквально читалось в его позе. Свободная футболка обрамляла его стройную фигуру, трепеща от ночного бриза. Он смотрел на очертания города, горящего всеми огнями перед ними. Большая часть его тела была погружена в темноту, но из-за нескольких уличных фонарей его волосы приобрели золотисто-рыжеватый оттенок. — Так красиво… — Ага… — выдохнул Зоро в знак согласия даже до того, как понял, о чем Санджи говорит. Его глаза расширились, когда он осознал свою глупость и перевел взгляд на город и горизонт, на который блондин и намекал. Холодный пот тут же вернулся назад, и Зоро изо всех сил вцепился в перила перед собой. — Конечно, — заколебался Санджи, не обращая никакого внимания на комментарий Зоро, — ничто и никогда не сравнится с сельским антуражем Мерривилля, но… есть что-то волшебное в мерцании городских огней. Мир, который никогда не спит… Руки и тело теперь были в напряжении по совершенно другой причине, и сердце забилось с облегчением от того, что Санджи не заметил, что Зоро откровенно пялится. Демонстративно глядя куда-то в сторону, когда блондин повернулся и бросил на него косой взгляд, Зоро несколько неловко выпалил: — Прости, что разбудил. — А, — Санджи вяло пожал плечом, лениво поднес ко рту сигарету и задумчиво сделал еще одну затяжку, — сон не то чтобы добровольно шел. Зоро твердо молчал в раскаянии. — К тому же, — беспечно продолжил Санджи, махнув рукой в его сторону, — ты выполнил свою часть сделки и, по крайней мере, немного поспал. Зоро не был особенно уверен, был ли это вежливый способ сказать спасибо за хотя бы попытку слегка отдохнуть или Санджи намекал на то, что теперь им можно уезжать. — Ты устал? — нерешительно спросил Зоро, прикусив губу. — Не особо, — Санджи покачал головой. — Нам надо уходить, — твердо заключил Зоро, ожидая одобрения от блондина. — О’кей… — неуверенно согласился Санджи, затушив сигарету. — Что дальше? — Нужно найти того, кто назначил вознаграждение, — объяснил Зоро, осторожно проходя обратно в номер. Санджи последовал за ним после того, как оставил докуренный фильтр в пепельнице на столе. Так как Зоро спал в одежде, все, что ему потребовалось, — это взять ботинки и куртку. — У меня в Индии есть приятель, который сможет помочь, — добавил он. — В Индии? — переспросил Санджи, звуча уже не так удивленно, как в последний раз, когда Зоро объявил, что им нужно бежать на другой конец мира. Он тоже обулся, следуя примеру Зоро, пока тот закончил завязывать шнурки и встал, перекинув сумку через здоровое плечо. — Это примерно четыре дня езды отсюда, — рассчитал Зоро. — Но, учитывая мое состояние, нам придется останавливаться ночью, так что выйдет где-то с неделю. Зоро потянулся к ключам, но Санджи в последний момент выхватил их у него чуть ли не из пальцев. Крутанув их на кольце прямо себе в ладонь и сжав, он нахально ухмыльнулся: — Я за рулем. На чистом инстинкте Зоро открыл рот, чтобы протестовать, но очень быстро понял, что если речь шла о его здоровье, Санджи, похоже, решил быть настоящей занозой в заднице. Закрыв рот и подавив жалобы, он принял свою участь со спокойным достоинством и кивком, а затем последовал за Санджи на улицу к машине. ~X~ Первые дни в поездке прошли без всяких затруднений, как Зоро и ожидал: всех преследователей они сбросили со своего следа еще в Японии. Мили отделяли их от берега, который они оставили позади, большие и маленькие города сливались друг с другом, становясь не отличимыми друг от друга. Они ехали так долго как могли, а, выдохшись, искали места для отдыха. Цивилизация все отдалялась: виды становились все живописней, и на какое-то время можно было легко забыть, зачем они вообще тут. Дорога лежала через горные долины, вилась сквозь густые леса, зеленым морем раскинувшиеся между нависающими скалами, и пересекала обширные равнины, где у далекого горизонта этого бесконечного неба клубились темные массы облаков. Были и участки дороги, на которых они словно оказывались посреди какой-то Богом забытой глуши, пока наконец не выезжали из-под полога леса в широкую долину. Однако из-за вернувшихся ночных кошмаров Зоро — да и Санджи тоже, — прекрасно понимал, что все было далеко не в порядке. На четвертый день стало ясно, что вне больших городов выследить их гораздо проще, а новость о вознаграждении за его голову разлетелась слишком быстро. Его дрема была прервана взволнованным голосом блондина — видимо, опасность наконец дала о себе знать впервые за несколько дней. — Эй… — тихо пробормотал Санджи, одной рукой потряхивая Зоро за здоровое плечо в попытке осторожно разбудить того, пока другой он держал руль, — Голова-трава. — Хм? — устало отозвался Зоро, поднимая голову с ее места на ремне безопасности и игнорируя обидное прозвище. Потерев глаза, чтобы избавиться от остатков сна, он повернулся к светловолосому водителю, вопросительно поднимая брови, но все еще жмуря глаза от полуденного света. — У меня, возможно, паранойя, — заметил Санджи, — но та машина уже некоторое время преследует нас. Не меняя положения, Зоро осторожно бросил взгляд в зеркало заднего вида и увидел в отдалении серебристую машину, которая и в самом деле ехала за ними; внутри нее были видны две головы, но на таком расстоянии он чисто физически не мог рассмотреть ничего подозрительного. Машина явно была из проката и, учитывая, сколько вещей обычно паковали с собой туристы, которые часто заглядывали на эту живописную часть дороги, выглядела подозрительно пусто… — О Боже, ты что, опять заснул? — возмущенно пробурчал Санджи. — Когда ты их заметил? — пробормотал Зоро, не обращая внимания на вопрос, и продолжил наблюдать за машиной. Постоянная дистанция, которую поддерживал автомобиль, была слегка странным штрихом, особенно если они преследовали их достаточно долго, чтобы у Санджи возникли подозрения. Казалось логичным, что оставаться незамеченными они долго и не смогли бы, кто-нибудь да и опознал бы его. — Ну, недавно, — задумался блондин. — Город точно не помню. — И они поддерживали ту же дистанцию? — Ага, — опасливо протянул Санджи, видимо придя к тому же выводу, что и Зоро, и нервно перехватил руль. — В какой-то момент я подумал, что они, может, проедут мимо, и замедлил ход, но нет же. Мне это показалось странным. — Остановись на следующей заправке, — спокойно приказал Зоро, снова повернул голову к лобовому стеклу и чуть выпрямился. — Сохраняй спокойствие и веди себя так, словно ты ничего не подозреваешь. Вскоре они уже подъезжали к месту, которое, по всей видимости, служило ориентиром конечной черты окраин города. И похоже оно было скорее на свалку, чем на заправку: само здание позади колонок было окружено старыми автомобилями и прочим хламом. Цены на бензин были указаны на ветхой вывеске, прикрепленной к потускневшему навесу, бензоколонки проржавели внутри и покрылись вмятинами от многих лет неправильного и халатного использования. — Тут как-то пустовато… — нервно заметил Санджи. — Ты точно уверен? — Так даже лучше. — Что… — Санджи на мгновение остановился, но все же продолжил: — Что ты собираешься делать? — Поболтать с ними по-дружески. — Ясно… Врешь, конечно, но я и не уверен, что хочу слышать правду… — полушутя ответил блондин. — Будет опасно? — внезапно серьезно спросил он. — Возможно. Санджи начал тормозить машину, чтобы свернуть с дороги, и краем глаза посмотрел на Зоро, неловко улыбаясь. Несколько секунд он примерялся к словам одними губами, а затем, повернув машину, наконец задал свой вопрос, не отрывая взгляда от заправки: — С тобой все будет хорошо? Зоро тут же понял, о чем идет речь, и инстинктивно почувствовал необходимость отрицать любой намек, который блондин мог вложить в свои слова. Однако Зоро не мог винить его за то, что тот волновался о том же, о чем Зоро переживал с того самого момента, когда внезапно вернулся к своей прошлой жизни. Но ничего из того, с чем он имел дело до этого момента, рецидива не вызвало, и когда он взглянул на свои руки, то обнаружил, что они не трясутся. Его охватило невероятное спокойствие: он был в считанных днях от того, чтобы доставить Санджи в безопасное место, и спотыкаться почти на самом финише он не собирался. Решительно сжав руки в кулаки, он поднял голову и уверенно подтвердил: — Да. Санджи, явно не до конца убежденный, все равно доверился Зоро. Он остановился напротив заправки и заглушил двигатель. Они оба остались в салоне, молча глядя на дорогу: машина продолжила свой путь по шоссе без малейшего намерения сбавить скорость. — Ложная тревога? — прошептал Санджи. — Сомневаюсь, — ответил Зоро, открывая дверь и с небольшим трудом вылезая наружу. — Они, скорее всего, развернутся, — добавил он. Санджи тоже вышел из машины и смотрел за тем, как Зоро обходит автомобиль, вытаскивая из кармана местные деньги. Подходя к блондину, Зоро уже заслышал шум мотора знакомой машины, которая ехала в обратном направлении в их сторону. — Иди внутрь и заплати, — тихо объяснил Зоро, протягивая Санджи несколько купюр. — Они пойдут за мной. И когда они уйдут, возвращайся в машину, заправь полный бак и жди меня. — Но… — Что бы ни случилось. Что бы ты ни услышал, — Зоро пристально посмотрел в эти сосредоточенные голубые глаза и сурово приказал: — Не отходи от машины. — О’кей… — блондин, очевидно, не был в восторге от этого плана, но все-таки кивнул и взял деньги. Оставаясь на месте, Зоро пронаблюдал, как Санджи обошел его и пошел внутрь здания в тот же самый момент, когда звук приближающегося двигателя стих возле съезда. Зоро развернулся спиной к дороге и направился к туалету сбоку от здания заправки, уже слыша, как хрустит гравий под шинами останавливающейся машины. Шагая медленно, так, чтобы охотники за его головой точно увидели, куда он направляется, он завернул за угол и скрылся из виду. Зоро не нравилось разделяться с Санджи, но внутри здания заправки — где слонялся без дела владелец — у блондина был гораздо больший шанс выбраться из этой передряги без лишних царапин. Это уже не говоря о том, что особенно высококлассными киллерами эти люди не выглядели, так что вполне вероятно, что они воспользуются возможностью поймать Зоро буквально со спущенными штанами. Толкнув грязную дверь немытой ванной, Зоро подошел к раковине и плеснул на разгоряченное лицо пригоршню воды сомнительной чистоты, а затем уставился на свое отражение. В попытке собраться с духом он встретил взгляд собственных темно-карих глаз, казалось, впервые за много недель и постарался избавиться от чувства, что из зеркала на него смотрит незнакомец. С раздраженным фырком он вернул внимание ко все еще включенному крану и, зачерпнув пригоршню воды, с отсутствующим видом плеснул ее на пол возле двери, а затем выключил кран и потряс руками, чтобы по возможности высушить их. Подойдя к кабинке, он сорвал с бачка унитаза тяжелую фарфоровую крышку и приподнял в руках, оценивая вес. Затем он вернулся к двери. Крепко сжимая керамическую деталь в руках, он развернулся и прижался спиной к кафельной стене возле двери. Внимательно прислушавшись, он разобрал торопливые шаги, приближающиеся к нему, и отчетливое, ожесточенное бормотание между теми, кто подходил. Судя по голосам, это были те два мужчины из автомобиля — какой удачный поворот событий. Дверь резко распахнулась — один из мужчин почти что ступил внутрь, но Зоро, выставив ногу, носком зацепил его за пятку и дернул его вперед, неприятно увеличивая ширину его шага. Пятка мужчины приземлилась прямо в воду, которую Зоро недавно разлил на половую плитку, и проехалась по ней, подставляя его голову прямо на уровень бедер. Зоро, воспользовавшись инерцией его падения, врезал ему в лицо крышкой унитаза. Тот упал на скользкий мокрый пол, кровь засочилась из ран на его лице, смешиваясь с цементом между плитками, а Зоро бросился на второго мужчину, застывшего в дверях с пистолетом в вытянутых руках. Так же быстро приподняв керамическую крышку, Зоро обрушил ее на руки противника и напрочь выбил из них пистолет. Вслед за этим он быстро рванул вперед и краем плиты ударил мужчину в нос. Раздался абсурдно громкий хруст — из носа мужчины хлынул фонтан крови, и он тоже упал на пол. Зоро, стоя между двумя побитыми телами, бегло осмотрел их, чтобы убедиться, что они действительно мертвы, а затем небрежно бросил крышку на обмякший труп первого и переступил через второго, направляясь к выходу из грязной уборной. Он даже не вспотел и был счастлив, что драка оказалась гораздо легче, чем он ожидал. Завернув за угол обратно к бензоколонкам, он почувствовал, что сердце уходит в пятки — он никак не ожидал увидеть сцену, которая открылась перед ним. У въезда стояли совершенно другая машина и еще три человека, которые держали Санджи на мушке. — Я не отходил от машины, — гордо ухмыльнулся Санджи, хотя вышло слегка натянуто из-за нескольких стволов, направленных на него. Он стоял, подняв руки за голову, и смотрел на Зоро с гораздо менее паническим выражением, чем тот от него ожидал. Зоро медленно пошел к нему, оценивая опасность, в которой блондин оказался, и стараясь скрыть свой страх — и как он мог не заметить, да даже не подозревать о наличии второй машины?! Это была чистая, слепая удача, что они не пристрелили Санджи на месте и сразу не побежали вслед за ним. Еще неясно, сколько эти люди нарыли информации о нем и знали ли они (как и те, кто приходил до них), какую роль играл здесь Санджи. — Эй! Эй! — раздраженно предупредил ближайший к Зоро мужчина. — Не двигайся. Последний шаг — и Зоро остановился в нескольких футах от них, молча наблюдая за разыгравшейся сценой: в его голове вертелось множество сценариев, а перед глазами разыгрывались тысячи исходов. Он сфокусировался на тех, где первым делом он обеспечивал безопасность Санджи. Тем временем бандит оглядел его с ног до головы и нахмурился, заметив на нем кровь. — Иди проверь их! — грозно гаркнул мужчина, резко отвернувшись в сторону одного из своих менее самоуверенных подчиненных, а затем повернулся обратно к Зоро. — А ты — руки вверх! — прорычал он. Нахмурившись, Зоро медленно поднял руки, подражая Санджи, но не разрывал зрительного контакта с мужчиной, который явно был тут за главного. Прилизанные угольно-черные волосы, омерзительная гримаса неудовольствия на крысином лице — одним словом, не самый приятный тип. И сейчас он перевел пистолет на Зоро, целясь тому прямо в голову, пока его коллега промчался мимо Зоро, чтобы проверить, что сталось с их сообщниками. — Не шевелись, Ророноа, — оскалился бандит. Зоро с ленцой положил ладони на затылок, урывая взгляд на Санджи — блондин наблюдал за ним с напряженным любопытством. Голубые глаза с застывшим в них вопросом смотрели на него через заправку. Сухой, горячий воздух обдавал всех собравшихся клубящимися облаками пыли. Зоро, стараясь поддерживать свою позу максимально непринужденной, медленно опустил взгляд на пространство между колесами их машины, а затем снова на Санджи и слегка расширил глаза, недвусмысленно подчеркивая намек. Тот скованно наблюдал за ним, стоя совершенно неподвижно, но вот в его глазах сверкнуло понимание, и в ответ он слегка улыбнулся, приподняв уголок рта. Затем его лицо снова приобрело невозмутимое выражение. С облегчением от того, что Санджи знал, что нужно делать, Зоро медленно перевел взгляд обратно к главарю, чей пистолет все еще был направлен на него. Зоро не покидало чувство беспокойства: что, если прямо посреди драки разум решит сыграть с ним злую шутку или, того хуже, он сам безвылазно рухнет в бездну собственных воспоминаний? Однако допустить такого исхода он точно не может, малейшая ошибка с его стороны может стоить Санджи жизни. Ветер вновь прошелестел мимо них, и Зоро воспользовался передышкой, делая долгий, успокаивающий вздох, и начал мысленно перебирать детали следующих нескольких сценариев. Их количество скорее всего указывало, что эта шайка не слишком хороша в ближнем бою, так что если он выберет правильное время, он будет в состоянии обезоружить обоих мужчин без особых проблем. Ему было нужно только лишь, чтобы ближайший к нему бандит на мгновение потерял бдительность… Секунды шли, и наконец Зоро выпал шанс: Крысиная Морда на мгновение отвел свои черные глаза-бусинки в сторону Санджи. Зоро, не теряя ни секунды, бросился на него с полным намерением заставить их обоих пожалеть, что вообще осмелились целить в него из пистолета. Низко пригнувшись, он кинулся к лидеру и одновременно нырнул за машину, чтобы у другого бандита не было возможности попасть в цель. В тот же миг Санджи упал на землю и заполз под машину, пока его конвоир был отвлечен деятельностью Зоро. Одной рукой умело выкрутив оружие из рук главаря, другой Зоро зарядил ничего не подозревающему человеку прямо в горло. Зоро усмехнулся, понимая, что все пройдет проще, чем он думал. Отбросив пистолет, он скользнул рукой вверх, цепляясь за манжету длинного рукава мужчины, и с внезапным рывком потянул ее вперед. Освободив максимальное количество ткани — и успешно заключив руку противника в этой импровизированной ловушке, — он натянул ткань на голову крысомордого. Обернув рукав вокруг шеи все еще не пришедшего в себя главаря, Зоро потащил его за собой, встречаясь лицом с другим противником, который выстрелил уже два раза; и одна пуля едва не задела ногу Зоро, если судить по отдаче в воздухе, которую он почувствовал, когда обходил машину, закрываясь боссом шайки, как щитом. Мимо них просвистела пара пуль, и одна из них попала живому щиту в ногу, но его крик боли был приглушен рукавом рубашки, все еще обернутым вокруг его горла, перекрывая доступ кислорода. Противник тут же прекратил огонь. Зоро воспользовался этой возможностью и, бросив раненного, оказался прямо перед вооруженным бандитом еще до того, как тот осознал, что происходит. Он оказался довольно уродливым парнем, который взревел от ярости, когда просек, что творится, и теперь, когда коллега больше не мешал ему, он вновь поднял пистолет. Оружие отклонилось в сторону, и Зоро выкинул руку, с легкостью нажимая на разрядник, что заставило магазин выскользнуть из пистолета. Пока бандит не опомнился, Зоро ударил снова и в этот раз попал ему по носу. Тот отшатнулся назад, крича от боли. А в это время Зоро уже услышал, как раненый позади него встал и похромал в его сторону. Подцепив ногой заправочный пистолет, который ранее выпал у Санджи из рук, Зоро подбросил его, поймал в воздухе и, развернувшись, ударил стоящего позади тупой металлической стороной прямо по носу. Развернувшись ко второму, Зоро предотвратил опасный удар, направленный на собственное колено, с помощью шланга газопровода, зацепив противника за пятку и потянув, пока тот не грохнулся на спину. Но вскоре Крысиная Морда напал на него снова. В этот раз Зоро пришлось уклоняться от серии умелых ударов, которые явно предназначались для того, чтобы вывести его из строя. Наконец ему удалось поймать запястье мужчины шлангом, и Зоро швырнул его в бок машины, а затем легким движением шланга отправил его прямо на его дружка, который уже умудрился встать. Главарь камнем рухнул на землю, и другой бандит позволил своему боссу упасть: он кинулся на Зоро с яростным криком. Уклонившись от удара, нацеленного ему в шею, Зоро зацепил шлангом затылок нападавшего и со всей силы дернул вниз. Лицо мужчины встретилось с его быстро поднятым коленом с неприятным хрустом — впрочем, удар его не вырубил, а только заставил с болезненным воем отскочить в сторону. Обернув шланг вокруг шеи отвлекшегося бандита, он сжал ее так крепко, как мог, в попытке заставить того потерять сознание, но в одно мгновение второй ублюдок уже бросился на него; весь покрытый кровью, но полный решимости, он кинулся на Зоро, пока тот был занят. Зоро поднял ногу и ударил его прямо в кадык, и бандит упал к ногам Зоро, схватившись за шею и болезненно хрипя. Не снимая шланга с шеи Крысиной Морды, Зоро опустился на колени и максимально крепко сжал горло Урода. Он потянул заправочный пистолет вниз, насколько тот дотягивался, учитывая, что шланг все еще был обвит вокруг второго противника, который от недостатки воздуха уже начал корчиться. Зоро, не обращая внимание на извивания главаря, сунул пистолет в рот Уроду, а затем нажал на ручку — оттуда полил густой бензин, заливая тому рот и пачкая лицо. Перед глазами мелькали воспоминания о тонущих людях, стук крови в ушах заглушал бульканье бензина, льющегося на землю. Тело Зоро дрожало почти так же, как и двое его противников, которые в данный момент были обернуты шлангом, но ярость сделала его хватку твердой. Несмотря на все ужасные, не желающие исчезать видения и воспоминания, которые грозили ему флэшбэком, образ Санджи, окруженного тремя бандитами, был намного ярче. Когда дерганье вконец прекратилось, Зоро отпустил обоих ублюдков — они упали на землю обмякшими, безжизненными кучами — и бросил пистолет на асфальт, с которым тот встретился лязгнув. Его руки болели от того, что он так долго сжимал их с такой силой, и он медленно поднялся на ноги, сжимая и разжимая кулаки. Зоро бросил взгляд вокруг себя, замечая еще одного бандита, который только что вернулся от своих побитых дружков. То, как боязливо он дернулся в сторону Зоро и своих товарищей, ясно дало понять, насколько он был потрясен состоянием, в котором их обнаружил. И, видимо, самолично узрев, что Зоро сделал с ними, он не сильно желал оставаться последним. Обойдя машину вокруг, Зоро лениво потянулся за куском трубы, прислоненным к одной из колонок, а затем с мрачным взглядом направился к бандиту. Пока Зоро огибал автомобиль и приближался к пятому (и последнему) бандиту, он уже видел по дрожащей руке, сжимающей пистолет, что тот растерял все остатки той самоуверенности, с которой прибыл сюда. Подойдя достаточно близко, чтобы рассмотреть белки глаз противника, Зоро быстро сделал шаг в сторону, прежде чем палец мужчины испуганно опустился на спусковой крючок. Выстрел с треском прокатился по безмолвному пространству — но шаг Зоро даже не замедлился. В ушах стоял резкий звон, но не больше. Он шел вперед с яростной целеустремленностью. Зоро низко пригнулся и быстрым дуговым движением ударил того по рукам, с легкостью выбивая из его хватки пистолет. Не прошло и секунды, как Зоро вновь выпрямился и поднял трубу, попадая противнику прямо в голову. Тот, крутанувшись, полетел на пол, издав едва слышный стон боли, а затем вырубился без задних ног. Кровь, сочащаяся из его разбитой челюсти, впитывалась золотистую землю под ним, оставляя на ней темные пятна. Внезапно в тишине пыльной и пустынной заправки Зоро услышал, как тяжко выходят его собственные вздохи. С выступившим на лбу потом он медленно повернулся на пятках, чтобы удостовериться, что никого рядом больше нет, и, выронив забрызганный кровью кусок трубы, который упал на землю прямо у его ног, поплелся к машине. Его шаги замерли на самом краю тени, отбрасываемой навесом заправки, и он поднял взгляд, замечая, что Санджи уже стоит у машины. От того, что он лежал под ее дном, грязь покрыла его грудь, но он не делал попыток стряхнуть ее, вместо этого глазея на Зоро с искрой оживления во взгляде и слегка отвисшей челюстью. На лице Зоро застыла гримаса боли: он все еще тяжело дышал восстанавливаясь, и боль от полученных ран наконец дала о себе знать. По выражению лица Санджи он, конечно, не мог точно понять, что происходит, но также он не мог не почувствовать облегчения от того, что блондин больше не смотрел на него в ужасе из-за того, что он делал. По заправке пронесся еще один поток ветра, только в этот раз тишина была гораздо более давящей из-за нескольких тел, разбросанных по земле, и напряжения, которым искрил воздух между двумя стоящими. Его расстегнутая желтая рубашка трепетала на ветру, и воротник хлестнул его по лицу. В конце концов ветер стих, и рубашка вновь спокойно повисла на его плечах, давно переставших ходить ходуном из-за тяжелого дыхания. Санджи и Зоро оба смотрели друг на друга какое-то время, пока блондин наконец не нарушил тишину: — Твою ж мать… Виновато нахмурившись, Зоро медленно шагнул вперед и тяжело оперся на машину. Затем он сполз вниз, спиной прислоняясь к закрытой двери. Прижав руку к воспаленному плечу, Зоро пробормотал единственное, что пришло ему в голову в тот момент: — Я порвал швы. На мгновение Санджи застыл в пугающем молчании, а затем разразился хриплым истерическим смехом, от которого в уголках его глаз собирались слезы. Он тоже прильнул к автомобилю спиной и сел рядом с Зоро, схватившись за бока. Зоро недоверчиво смотрел на него, пока блондин задыхался смехом и только через минуту, когда приступ начал стихать, пришел в себя. Откинув голову на машину, он уставился вверх на навес заправки со вздохом облегчения, а затем повернул голову на бок. С широкой улыбкой и явственной безуминкой в глазах Санджи сказал: — Ты, блять, ебнутый на голову…