Маньячина

***

Чонгук проснулся рано утром от тревоги внутри его груди. Он просто открыл глаза от того, как сильно и громко стучит его сердце. Парень глубоко вздохнул и задержал воздух, пытаясь успокоиться, и поспать еще хотя бы полчаса. Но проворочавшись около десяти минут, Чонгук поднялся с кровати и пошел в душ. Небольшие часы на столе показывали 6:53. Он прошел в ванную даже не смотря в зеркало, ибо знал, что ничего хорошего там не увидит: опухшее лицо, покрасневшие глаза, серый тон кожи с желтоватым отливом и синюшными кругами под глазами. Он проспал всего три часа с копейками. Его мучили мысли о сегодняшней встрече и разрывающее изнутри счастье не давали сомкнуть глаза. За последние двенадцать часов Чонгук смог сделать лишь один вывод: любовь – это вечный недосып и куча нервов. Чонгук зашел в душевую кабинку и сразу врубил прохладную воду. Тоненький визг разрезал тишину ванной комнаты, но сцепив зубы он продолжил стоять под струями. Он очень-очень сильно верил, что это поможет ему согнать отёк и заставит его кожу выглядеть лучше. Парень сменил воду на теплую и стал намыливать волосы. Любимый запах кокосового шампуня немного поднял настроение, Чон было потянул руку к оттеночному бальзаму, чтобы придать своим волосам более насыщенный оттенок, но в последний момент отдернул себя. Сейчас его волосы имели приятный оттенок розовой сахарной ваты и это могло бы сыграть ему на руку, создав более мягкий образ. Черное полотенце было обернуто вокруг бедер, а сам Чонгук наносил средство после бритья и громко шипел, все же это было не очень приятно. Оставалось только высушить волосы и уложить их, дабы они не выглядели приплюснутым нечто. Одежду он приготовил еще со вчера. Выбор пал на серую рубашку в белую клетку с черными джинсами, добавив ремень, наручные часы и серьги-кольца в уши, он перешел к своему лицу. Душ согнал припухлость, но ненавистные круги под глазами все равно никуда не делись. Отыскав на туалетном столике консилер, Чонгук быстро нанес его под глаза, чтобы не выдать свою бессонную ночь перед Юнги.

***

Юнги же спокойно доспал до 9 утра и лишь позже разодрал свои глаза-щелочки благодаря громко орущему будильнику. Хронический недосып пагубно влиял на его организм и поэтому вчера, как только он добрался домой, сразу завалился спать. И, возможно, он бы посчитал вчерашнюю встречу выдумкой воспаленного мозга, если бы не телефон, что пиликнул на прикроватной тумбочке. «Хён! Надеюсь, что ты уже проснулся и готовишься к нашему свиданию!!!!» - Огосподибожемой, - провыл Юнги в подушку. Этот ребенок определенно был горяч, он определенно заставил Юнги вчера почувствовать себя лучше, но он все ещё думал об этой ситуации, как о провальной. Он не был уверен, что поступает правильно, написав Чонгуку то приглашение, ведь этим он давал надежду. Ну, как надежду - буквально зеленый свет. Прокричав еще разок в подушку он поднял голову и увидел, что если сейчас не побежит в душ со скоростью Усэйна Болта, то может опоздать. Прилично так опоздать, часа на полтора. Забегать в ванную на полной скорости было плохой идеей. Босые ступни сразу же разъехались в разные стороны по влажно скользкой плитке. Секунда - Юнги чувствует нежное соприкосновение его головы и твердой поверхности. Во рту неприятно отдало кровью, скорее всего он прикусил язык, а затылок тупой ноющей болью. Глаза были все ещё плотно зажмурены, но это не помешало ему увидеть яркое мерцание под веками. Мин понимал, что скорее всего разбил себе голову и было бы круто позвонить в скорую, но тело было будто ватное и управлять своими конечностями никак не выходило. Юнги не знал сколько пролежал на холодной плитке, но сквозь полудрему услышал дверной звонок. Кое-как он стал на четвереньки, в глазах все шло кругом, Юн подполз к двери, сейчас мужчина действительно готов благодарить кого угодно за то, что ванная находилось прямо возле входной двери. Он поднял туловище, становясь на колени и дернул за ручку, электронный звонок пиликнул, отворяя двери. - Хён, я прождал тебя пол-, - не успел Чонгук договорить, как увидел, что перед ним никого, а взглянув ниже, обнаружил Юнги, что медленно сполз по стеночке и никак не реагировал на слова Чонгука. - Твою мать, - выдохнул Чон и сразу же полез в карман, вызывая карету скорой помощи. Очнулся Юнги уже в больнице. В палате приятно пахло на удивление не медикаментами, а чем-то сладким. Голова неприятно гудела, а во рту было очень сухо. Он пошевелился и лишь тогда заметил, что его руку кто-то держит. - Хён, - раздался тихий шепот. Юнги наконец-то обратил взгляд на источник звука и увидел Чона, что крепко, но аккуратно держал его руку, чтобы во сне старший не смог вырвать капельницу. - Воды, - прохрипел Юнги и тут же получил желаемое. Чон приподнял его одной рукой, а второй держал пластиковый стаканчик с теплой водой. - Юнги-хён, у тебя сотрясение, а еще семь швов на затылке, но скоро ты будешь как новенький, - улыбнулся младший, обнажая верхний ряд ровных зубов. - Прости, я испортил наше первое свидание,- он с сожаление взглянул на Чонгука, что с нежностью смотрел на него. - Йа, не смотри на меня так, - тут же возмутился(читаем как смутился) Юн. - Как? - Ой, всё, - зафырчал старший и попытался отвернулся, но в его руку все ещё был всунут катетер. - Ты такой милашка. Это лучшее мое свидание, - теперь Юнги посмотрел на него, как на глубоко душевнобольного человека. На что Чонгук лишь сильнее сжал его руку. – А я принес кофе, как ты и говорил, - он немного отодвинулся, чтобы дотянуться до небольшого обеденного столика и взял два картонных стаканчика на подставке, поднося их к лицу Юнги. Бледное лицо Юна стало ещё бледнее, но это не помешало ему улыбнуться и глядя в глаза Чонгуку произнести: - Если ты их сейчас же не уберешь, то наш праздник станет чуточку краше после того, как меня стошнит на тебя. Вот так и прошло их первое свидание, которое стало определенно самым запоминающимся в жизнях парней.