Новая роль

Рубашка, ряса... Было бы иронично выдать крест Алукарду. Плащ и пиджак были аккуратно сложены самим вампиром и бережно уложены в гроб. Который Андерсон, в прямом смысле, кинул в пыльный подвал, ибо: "нечего своими нечестивыми вещами мою комнату осквернять". Гроб издал жалостливый скрип, а Алукард невольно зажмурился, представляя потёртый лак крышки, порванную обивку и высыпаную к чертям землю. Жуткое зрелище. Первым днём Алукард скитался по пустым корпусам. Убивать, охотиться и устраивать мордабои нельзя. Не так уж и сложно. Но пункт с мелким хулиганством не упоминался, поэтому Алукард принялся к преображению этого дня. Путём мелкого садизма. Итак, маленькие и не очень камушки уже задорно звенят в карманах, осталось только найти предполагаемых жертв. Мужчина, обращённый в тень, проскользнул в ближайшую церковь. Подальше от слепящего солнца, поближе к несчастным. Сказать честно, Носферату никогда не думал, что будет заниматься подобным. Но он руководствовался "лучше, чем ничего". К слову, в помещении проходила утренняя молитва, которую вёл Андерсон. Сама судьба велела. Посмеявшись про себя, Алукард спрятался в тени священника и принялся к своей аморальной деятельности. Легко. Он умело отщёлкивал камни, которые потоками летели в затылок Святоши будто пули. А тот и виду не подавал, вампир начал думать, кто там настоящий камень. Под конец молитвы камни в карманах иссякли. Но самое страшное, что Алукард не терял надежды. Конец молитвы. Ученики начали покидать скамьи, Андерсон, потерев затылок, захлопнул святую книгу, а вампир приняв свой обычный облик, со злостью потянул Андерсона за локоть. Паладин с не меньшей яростью вцепился в рукав рясы Носферату, увлекая его за собой. Казалось, этот грохот стены пошатнул. Лежать на груди тяжело дышащего Александра Алукард посчитал достаточно романтичным, но поспешил встать. Вот только так просто уйти Андерсон попросту не дал. Он снова дёрнул вампира, который опять звучно грохнулся на пол рядом. Ещё немного, и вопреки правилам на полу бы разразилась битва. Но заботливые ученики поспешили на грохот. Носферату обеспокоенно обратился в тень, поэтому на полу увидели только священника... Если убрать все вопли вкупе с невероятными домыслами, воспитанников, до ушей Максвелла дошло следующее: "Бедный учитель Александр Андерсон упал в обморок посреди утренней молитвы!". В общем, не слушая вариант развития событий Андерсона, бедняге дали пару выходных. Паладин медленно ковылял до своей двери. Всем была известна его безудержная тяга к работе. С другой стороны, можно наконец отоспаться. Предлог не самый весомый, но всё же. Но сейчас это было последнее, что его интересовало. Андерсон был на пределе, чтобы не устроить вампиру взбучку. А ведь это только первый день. Алукард сидел на кровати в уже знакомой ему комнате. Плотносведённые шторы комфорта этому месту не добавляли. Скука его сейчас просто сожрёт. Перестав царапать колышки кровати, мужчина вскочил на ноги и пошёл к двери. В этот момент она шумно распахнулась встретившись с стеной, а священник встретился лбом с вампиром. Как-то многовато телесных контактов за день. Андерсон опешил, хотя краем души был рад, что не придётся искать эту тварь. Носферату снова с грохотом полетел на пол. На этот раз не на тёплую грудь священника, а на холодный дощатый пол. Этот факт не сильно опечалил вампира, тот уже с радостным оскалом занёс кулак, впрочем, Андерсон тоже не отставал. Алукард нарочито не вставал, поэтому когда паладин был готов набить красивую вампирскую морду, Носферату применил уже полюбившиеся им обоим тактику. Да, Александр тоже оказался на дощатом. Ухмыльнувшись, Алукард извернулся, схватил запястья Андерсона и тут же оказался сверху. *** — Что? — переспросил вампир, — я не оглох? Александр недовольно сложил руки. — Не забывай, что по твоей вине приют лишился учителя. — Подумаешь, пару дней... А если я перегрызу им глотки? — Тебе не в выгоду, — Андерсон закатил глаза. — То есть, я... — вампир запнулся. — Аминь, падаль. — Несчастные души, — прищурившись промямлил Носферату, — и за что только ты их так ненавидишь.