Когда ты свалился с неба

Ренард просыпается от того, что солнце уже слепит глаза. У него болит голова и странное чувство тяжести в груди. Он не хочет думать об этом. Вольф сопит рядом, под боком. Он спрятался с головой под покрывало. Ренард аккуратно стянул его и увидел на удивление умиротворенное лицо, зарытое в свитер. Наверное, ночью было холодно? Ренард громко вздыхает, заправляя выбившиеся пряди волос за ухо и смотрит в окно. Светло, даже слишком. Уже, наверное, полдень, а хозяева дома их не разбудили. Он достаточно им заплатил за ночлег и за услугу «не беспокоить», так что все верно. Обоняние уловило трупный запах, отчего Ренард закрыл нос рукой. Пару секунд он сидел неподвижно, а затем провел рукой по лбу. Всего лишь игры разума. Нужно вставать. Он небрежно выдернул одеяло Вольфа и начал того тормошить. Вольф открыл глаза быстро и сразу сел. Его зеленые глаза смотрели на Ренарда пару секунд, пока тот не отвел взгляд. Ренард перепрыгнул через Вольфа, который лежал с краю кровати и начал искать свою накидку: — Нам нужно уже уходить. Вольф посмотрел на свой тонкий браслет на руке, который обычно был спрятан за свитером. Он мигал синим огоньком, а затем послышалась речь, похожая на голос робота. Когда все было переведено, он лишь молча кивнул и встал с кровати, натягивая попутно кофту и завязывая шнурки на ботинках. Ему потребовалось времени меньше, чем Ренарду. — Черт, куда я поставил сапоги… Сапоги стояли у входа, под стулом. Он сел на стул, взял ботинок и начал натягивать его на ногу, зевая. Он не был сонным, но выспавшимся и бодрым тоже не был. — Блять, они всегда были такие огромные? Пока Ренард мучался с ботинками, Вольф подошел сзади, держа завязку в руках. Он аккуратно провел пальцами по рыжим длинным волосам, а затем начал собирать их в тонкий хвост. Ренард замер и глухо выдохнул, но не сдвинулся с места. У него мурашки по шее пробежали от прикосновений теплых пальцев. Много прядей выбивались, Вольф хотел и их собрать до кучи, но они упорно не хотели присоединяться к остальному пучку. Тогда он решил оставить как вышло, по крайней мере он старался. Вышло как всегда небрежно. Ренард не мог признаться сам себе, что старался даже не дышать, пока Вольф так нежно и аккуратно возился с его не расчесанными и грязными волосами. Ренард встал, цокнув каблуком по деревянному полу, тем самым нарушая гробовую тишину. Он через плечо посмотрел на Вольфа, а затем опустил глаза в пол.  — Пошли. Вольф улыбнулся от мысли, что Ренард не попытался переделать хвост.