Когда ты свалился с неба

— Возьми вот, мы переночуем у вас. Ренард небрежно кинул пару монет в руки женщине, отчего она их чуть не растеряла. Для нее это явно был неожиданный визит среди позднего вечера. — У меня всего три комнаты, я могу выделить одну… — Кроватей? — Там одна… Он вздыхает и кидает еще одну монету в ладонь. — Нас двое, если не повылазило. Нужно ДВЕ кровати, мадам. Глаза женщины округлились, она заглянула за плечо мужчины и увидела недалеко рыжую макушку, заглядывающую в хлев со скотом. Он будто свиней никогда не видел, ей-богу. — А-а, вы с братом, х-хорошо, я его правда не заметила. Он такой маленький и весь в черном, ха-ха, слился с… Ренард натянуто усмехнулся — ага, с братом, как же, — подошел к Вольфу, хватая его за воротник, и молча зашел в дом. Их комнаты были рядом, небольшие, с обшарпанными стенами, маленькими койками. Оба не жаловались, слишком привыкли ночевать там, где придется. Разошлись по комнатам молча, не попрощавшись, уставшие и сразу легли по кроватям. И оба не могли уснуть. Ренард прекрасно знал, что его ожидает во сне и не стал слишком сильно оттягивать неизбежное. Он устал, поэтому провалился в сон гораздо раньше Вольфа, который последние пару дней вообще не спал. Голова трещала весь день, он старался не подавать виду, но порой вместо коричнево-желтых тонов посёлков и полей ему виднелись высоченные стены с колоннами. Он будто был не здесь, а где-то далеко. Однако он не помнил таких мест, словно воображение слишком разыгралось и вырисовывало эти чудные картины. Ренард странно на него смотрел, когда Вольф жмурился от малейшего прямого луча солнца, падающего ему на лицо. Ему резало глаза, было так ярко и тошнотворно. А шумный поселок вызывал приступ паники, он не мог спрятаться от этого звука. Тишины негде не было… И почему все люди были будто ему знакомы? Вольф держался как мог, лишь изредка, в углу, вдали от посторонних глаз и Ренарда, в тени он неистово тер виски, глаза и старался подавить приступы рвоты. А затем снова, оказываясь в людном месте, лишь морщил лоб и жмурился. Руки вспотели, капли пота выступили и на шее. Ему стало невыносимо жарко, он стянул с себя свитер и остался в одной лишь футболке. Резкие движения вызывали жгучую боль в висках и головокружение. Он лег очень медленно обратно на подушку, поджимая ноги под себя, чтобы и приступ тошноты ушел. Вольф хотел окунуться сейчас в ледяную воду. По крайней мере там нет звуков, света и просто хорошо. Он стиснул зубы, чтобы никто не услышал, как он всхлипывает. Спать хотелось, даже очень, но как только Вольф закрывал глаза, то пронзающая боль его будила. Шевелиться вообще не хотелось. Вольф вспомнил холодные руки. Он медленно поднялся с кровати и вышел из комнаты. Дверь соседней комнаты слегла скрипнула, а половицы под ногами постукивали. Вольф подошел к кровати и сел на самый край. Он смотрел на скривленное лицо, на прилипшие волосы ко лбу, на подрагивающие скулы и кадык. Он правда не хотел его будить, потому лишь аккуратно взял Ренарда за руку и положил его ладонь себе на лоб, тихо ложась на край кровати, свесив с нее ноги. Ему стало немного легче. И он бы наругал себя за то, что не одному ему плохо, ведь Ренарда в данный момент мучают кошмары, а Вольф нагло пользуется им. Его холодными руками. Вольф судорожно выдохнул и закрыл глаза. Их все еще щипало от слез, которые так и наровились вытечь. Он не хотел плакать. Стало легче. Он почти уснул, пока вторая холодная рука не притянула его поближе, за талию, а затем поднялась к шее, слегла поглаживая ее, перебирая волосы на затылке. Вольф вздрогнул, распахнул глаза. Его взгляд встретился с уставшими голубыми глазами, смотрящими прям на него. — Спи. Тонкие пальцы потянулись с векам Вольфа, но он провел лишь по бровям, а затем вернул руку на затылок, водя шершавыми подушечками пальцев туда сюда. Вторую руку держал Вольф, она была у него на виске, щеке. Он уткнулся носом в большой палец Ренарда и шмыгнул. Тот устало выдохнул, почти со скрипом в горле, и улыбнулся уголком губ. — Спи, — повторил Ренард. И Вольф уснул, когда сам Ренард спать не смог всю ночь, продолжая успокаивающе перебирать рыжие волосы свободной рукой.