Back to home

Барти Крауч привык все делать на ходу. Вот и сейчас он допивал свой утренний кофе, попутно отвечая на срочные письма и терпеливо ждал, пока его жена наконец завяжет ему галстук. Она стала раздражающе медлительной, будучи на последнем месяце беременности, и к тому же часто приставала со своими глупостями. Вот и это утро не стало исключением. «Милый,»- осторожно начала она- «Правду говорят, что ты хочешь развязать войну с самыми влиятельными семьями Британии?» «Кто говорит?»- хмуро поинтересовался Барти. «В обществе говорят.» «В твоем положении не появляются в обществе.» «Августа приходила, и мы немного поболтали.» «Ах Августа. Это все объясняет. Леди Лонгботтом стоило бы заниматься своей собственной семьей и не влезать куда не следует, очень уж она любит повсюду совать свой нос. Но, по крайней мере, сын у нее достойный.» «Милый, но ведь я твоя жена. Я имею право знать, если…» «Запомни раз и навсегда, женщина,» - отчетливо проговорил Крауч, глядя на супругу властным и злым взглядом-« Права в этом доме имею только я. Но так уж и быть, я тебе отвечу. Я не хочу войны, я хочу навести порядок в этом несчастном государстве, в котором каждый делает то, что ему вздумается. А если кто-то с чем-то не согласен, то у них еще есть время подумать и покинуть эту страну.» «Ах, Барти, но ведь никуда они не поедут, я сердцем чувствую, все это плохо закончится, для всех нас…» «Ты смертельно надоела мне своим нытьем. Если будет так продолжаться и далее, я найду себе другую жену, ту, которая не станет докучать мне своими наиглупейшими предчувствиями!» С этими словами он поставил чашку с остатками кофе на стол и, громко хлопнув дверью, отбыл в министерство. Спустя час после ухода мужа на службу, к леди Крауч заглянула ее подруга Августа Лонгботтом. В отличие от робкой, хрупкой и бессловесной Эллен Крауч, леди Лонгботтом была подобна грому. Начиная с весьма экстравагантного внешнего вида и громкого голоса, и заканчивая требовательным, боевым нравом. Сунув свою широкополую зеленую шляпу с торчащими в разные стороны павлиньими перьями в руки домовику, она обняла подругу и, тут же потребовав от прислуги принести дамам коньяк, расположилась на хорошо знакомом ей диване в гостиной Краучей. «Плохо себя чувствуешь?» -участливо спросила она, заметив сильную бледность на лице подруги-« Может тебе лучше отправиться в постель? В твоем положении…» «Нет, нет,» - торопливо ответила миссис Крауч –«Просто я…мы поссорились с Барти. Я спросила его о его планах, ну, тех самых, и он разозлился.» «А, ну это немудрено, что разозлился.» -усмехнувшись, ответила Августа, наливая сама себе коньяк. Она не любила, когда прислуга находилась рядом во время ее разговоров с подругами. «Да не волнуйся ты так, Эллен, милая, я бы вот и рада была поссориться со своим мужем, да только он меня и вовсе не замечает. Мне иногда кажется, что он уже и забыл, что женат и что у него сын имеется…» «Зато нельзя сказать, что твой муж когда-либо был по-настоящему груб с тобой.» «Груб? Помилуй, дорогая, ну как может быть груб человек, который всю свою жизнь молчит! Знаешь, как он отреагировал, когда у нас родился сын? «Замечательно.»-сказал он-«Теперь нам не придется больше выполнять этот ужасный супружеский долг». И как всегда удалился в свой кабинет. Иногда мне кажется, что он ненавидит меня. А ведь я чувствовала! Как же я не хотела выходить за него замуж. Так не хотела, что даже совершила самый стыдный поступок в моей жизни.» «Это какой?» -заинтересовалась Эллен. После пары бокалов коньяка язык у Августы немного развязался и она призналась подруге: «Я предлагала пожениться Абраксасу Малфою.» «Как?» -ахнула та-«Он предлагал тебе выйти замуж за него?» «Нет, дорогая, ты все правильно услышала. Это я предложила. А он отказался.» «Боже! Но ведь он младше тебя.» «Верно. Я была довольно старой уже девицей двадцати с лишним лет, не будем уточнять, сколько там было лишних лет, и черта с два я желала выходить замуж за угрюмого кузена, который вечно смотрел исподлобья и не говорил ни слова. А Абраксасу было восемнадцать, и на одном из светских приемов, который устраивали мои родители, он пригласил меня на танец и был столь галантен, обходителен, что моя дурацкая голова с чего-то решила, что я ему нравлюсь. Конечно же, мне это польстило, как же, я нравлюсь такому молодому красавчику, богатому к тому же, наследнику известного древнего рода! В общем, через пару дней я написала ему письмо и предложила встретиться вечером в парке.» «И что дальше?» «А что дальше?»- пожав плечами, проговорила миссис Лонгботтом- «Мы встретились. И это был самый ужасный день в моей жизни. Но я до сих пор рада, что никто не узнал об этом. Какой бы это был позор! Моим родителям пришлось бы убить меня, дабы очистить честь нашей семьи. А он был в замешательстве, конечно. Поначалу. А затем рассмеялся.» «Какой ужас!» «Не то слово. Правда, потом он поклялся, что никому об этом не расскажет. Сказал, что я замечательная девушка, но слишком уж напориста и мужественна. Дескать, женщина, на которой он женится, не должна напоминать ему министра магии. Ну ничего,» - неожиданно ехидно добавила она- «Видела я эту английскую розу, что стала его женой.» «Августа, мой муж хочет прижать их всех к ногтю. Малфоев, Блэков, Лестрейнджей и остальных.» «Вот что я тебе скажу, Эллен, дорогая,»- проговорила Августа неожиданно серьезно, с довольно громким стуком поставив коньячный бокал на стол.- «Ничего у твоего Бартемиуса не выйдет. Малфои те еще слизни, это да, они подстроятся под какую угодно власть, лишь бы сохранить свои денежки, но в том то и дело, дорогуша, что твой муженек на их денежки и покушается. Блэки, с этими лучше не иметь дел в принципе. С придурью семейка, скелетов у них больше, чем может в себя вместить самый огромный шкаф в мире. Не зря символ их семьи-Грим-предзнаменование смерти. А что до Лестрейнджа, он же араб наполовину, если с ним воевать, то вести бои придется с половиной ближнего востока заодно, помяни мои слова.» «Не знала. Я думала француз.» «Ничего-то ты не знаешь!» - не удержавшись, фыркнула миссис Лонгботтом –«И француз и араб. А на днях как объявил себя истинным британцем, на пресс-конференции. А недавно у него еще и брат родился. И на воспитание его взял его дядя Али, глава БСМГ.» «Глава чего?» «Ну ты даешь, Эллен! Ты вообще в Хогвартсе училась? Ближневосточного Союза Магических Государств. Туда входит Саудовская Аравия, ОАЭ, Катар, Бахрейн, Оман, Сирия. Так вот этот самый дядя Рудольфа Лестрейнджа там вроде бы как главный шейх и живет в Абу-Даби.» «Ах Августа, ну какое мне дело до чьих-то дядюшек и братьев в Абу-Даби, когда мой муж, кажется, совсем не любит меня! И к тому же собирается начать войну здесь, в Англии! Как же мне надоели все эти политические интриги, неужели нельзя научиться мирно договариваться друг с другом!» Леди Лонгботтом лишь с жалостью посмотрела на подругу и ничего не ответила. Краучи не были богатой семьей, у них было всего одно поместье, которое приносило кой-какой доход, да неплохая городская квартира, в которой они в данный момент и находились. В этом плане они были абсолютной ровней с Лонгботтомами, те тоже имели лишь одно поместье и небольшой коттедж, в котором планировал поселиться сын Августы Фрэнк, после того как женится. Но никто из них, кроме, возможно, Бартемиуса, и не желал большего. На дворе гулял нешуточный финансовый кризис, и если богатые стремительно богатели еще пуще, то многие из тех, кто до кризиса как-то умудрялся сводить концы с концами, не менее стремительно катились в пропасть. Пруетты, Уизли, Боунсы, даже Лавгуды-все эти известные чистокровные семьи оказались на пороге самой настоящей нищеты и распродавали остатки своих земель за копейки, чтобы выжить. "Наш старый добрый мир ждут нешуточные потрясения, милая,"-с печалью в голосе проговорила Августа-"Нам всем нужно быть к этому готовыми." "Итак, господа,"-бодро обратился Барти Крауч к своим заместителям, пружинисто расхаживая взад-вперед в своем кабинете.-"С этого дня мы с вами строим новый Порядок. Вместе мы изменим это бестолковое государство. Но для этого вам придется призвать все свое бесстрашие и всю свою непримиримость в борьбе с врагами нашего Порядка. И начнем мы эту борьбу прямо сейчас...". Тут его речь прервал робкий стук дверь, после чего в кабинет вошел молодой министерский работник Артур Уизли и передал заместителю министра папку с документа. Тот сухо кивнул и уже собрался было закрыть за ним дверь, как внезапно передумал. "Послушайте, Уизли,"-неожиданно ласково обратился тот к Артуру-"Вы ведь работаете в очень незначительном отделе, как я понимаю?" "Э..." Тот полностью растерялся от такого вопроса. "Да, но я совсем недавно в министерстве и..." "И если я не ошибаюсь, платят там сущие кнаты". "Господин заместитель министра, у меня еще мало опыта, но я..." "Не хотели бы вы перейти ко мне в отдел?"-вкрадчиво спросил Крауч, сделав особый акцент на последних трех словах. "Мистер Крауч, это большая честь для меня, но я не понимаю, почему вы удостаиваете ею именно меня." "Вы выглядите как человек, которому можно доверять, мистер Уизли. А для небольшого подтверждения вашей компетентности и лояльности нашему общему делу я предлагаю вам возглавить сегодняшний рейд на одно казино, налог за которое ни разу за все время существования данного игорного дома не был уплачен в казну нашего министерства. Это действительно большая честь." Артур уже готов был согласиться, но все же поинтересовался: "А что это за казино, господин заместитель министра?". И тот назвал адрес. Молодой Уизли тут же покачал головой. "Мистер Крауч, не поймите меня неправильно, но я вынужден отказаться. Это казино принадлежит лорду Блэку, а у меня молодая жена и я только окончил школу и..." "То есть вы трус, Уизли?" "Я обязан сохранять благоразумие, мистер Крауч."-твердо возразил парень. "Пошел вон."-прошипел Барти Крауч-"Убирайся. И не надейся, что сможешь сделать хоть мало-мальскую карьеру в министерстве и во всей магической Британии пока я жив!" И он громко захлопнул дверь за Артуром. "Мистер Крауч,"-решительно обратился к нему один из его собственных заместителей, Септимус Дейн.-"Зачем нам нужен этот идиот Уизли, я сам возглавлю этот рейд." "Разумеется."-спокойно ответил тому Крауч-"Но ведь нужно привлекать сторонников. Я крайне удивлен, что этот молодой человек не оценил оказанной ему чести, но он сделал свой выбор." Септимус Дейн был из тех людей про кого говорят "он сделал себя сам". Выходец из трущоб, он был из тех, кого называют "Чистокровной швалью". Человек без репутации, без родословной, он предпочел бы чтобы его считали полукровкой. Собственно, возможно, так оно уже и было, так как точной генеалогии в его семье никто не знал. Барти Крауча весьма смущало это обстоятельство и в будущем он планировал заменить столь компрометирующего его помощника на молодого Фрэнка Лонгботтома, но пока его устраивала беззаветная преданность Дейна и его неумолимая жестокость к любым врагам министерства. О свирепости и безжалостности Септимуса ходили легенды, и именно такие люди были нужно первому заместителю министра в нынешние времена. Ну а со временем, когда потребность в достойной репутации совсем уже нельзя будет дальше откладывать на второй план, он тихонечко уберет своего подручного. И хотя Крауч глубоко сомневался, что тот же Лонгботтом способен на такую же преданность и бескорыстие которой обладал его нынешний помощник, происхождение человека не в силах изменить никакой министр магии. "Тогда я немедленно мобилизую отряд."-сказал Дейн, набрасывая на плечи пиджак.-"И я бы хотел взять с собой Фрэнка." "Нет, Септимус,"-возразил Крауч-"Фрэнк нужен мне в министерстве". Тот лишь пожал плечами и вышел. Артур Уизли и его жена жили в такой жалкой хибаре, что назвать ее домом можно было лишь с большой натяжкой, но они были счастливы, так как искренне любили друг друга и к тому же были из той породы людей, которые считают, что с милым рай и в шалаше. В этот вечер Артур рассказал своей жене об их беседе с Барти Краучем. "И в конце он заявил, что перекроет мне всю карьеру"-закончил он-"Молли, любимая, боюсь, ты вышла замуж за неудачника." "Не говори так."-строго ответила ему его жена Молли-"Ты вовсе не неудачник, Артур. Ты благоразумный человек. Дамблдор вот тоже заходил, пока тебя не было. Думал ты дома. Знаю я, о чем он хотел побеседовать. Не надо тебе ни к кому сейчас присоединяться, не до того нам. Детки вот пойдут скоро.". И она положила свою обрамленную густой рыжей шевелюрой голову мужу на плечи. "Ох, Молли, нынче такие времена настают страшные, что сложно держать нейтралитет. Ты бы знала, что в министерстве творится. Нас ждет гражданская война, причем очень страшная гражданская война. А дети, которые родятся в эти годы? Или которые сейчас малыши? Наши дети, их дети. Они ведь ничего помимо этой бойни в жизни то не увидят. Пугает это. Очень пугает." "Не думай об этом сейчас, Артур. Не наше это дело. Богачи поубивают друг друга, Господь с ними. Это все их интересы, не наши. Нам бы выжить." Семья Уизли как никто пострадали от длительного кризиса. Сначала истощились все сбережения, следом пришлось продать свои земли, имущество. Все, что хоть чего-то стоило, ушло с молотка. Не лучше дела обстояли и в семье Прюэттов, к которой принадлежала Молли. Ее отец и братья возлагали большие надежды на ее удачное замужество и, после того как девушка сбежала с нищим и бесперспективным Артуром Уизли, совершенно перестали поддерживать со своей дочерью и сестрой какую-либо связь. Но несмотря на все это Молли горячо любила своего супруга и надеялась, что рано или поздно ее семья прекратит "дуться", как она называла это. К тому же девушка была не особо популярна у противоположного пола и никто кроме Артура, в общем-то, и не звал ее замуж никогда. Маленького роста, пухленькая, довольно неуклюжая, веснушчатая, она совсем не умела кокетничать и флиртовать с противоположным полом. Другие молодые леди смеялись над ней и между собой называли вместо "Молли" "Мул Прюетт" за несуразность и полное отсутствие стиля, а джентльмены попросту не замечали, словно она была привидением. Поэтому когда не менее несуразный и забавный в глазах общества Артур Уизли предложил ей руку и сердце, она согласилась не раздумывая. Согласилась пойти против воли своей семьи, поселиться в хлипкой жалкой хибаре и носить еще большие обноски чем ей приходилось носить в доме своего чуть более зажиточного отца. Муж стал всем для нее.И она страшно боялась его потерять во всей этой начинающейся смуте. "Не надо, Артур."-тихо повторила Молли-"Наша семья будет держать нейтралитет насколько это возможно." "Может, ты и права."-вздохнув, ответил тот.-"Время покажет." В отличие от Прюеттов и Уизли, Блэки с начала кризиса стали еще богаче, чем были, суммарно достигнув на своих банковских счетах той суммы, о которой говорить уже даже неприлично. И в этот день глава семьи, Орион Блэк, беззастенчиво сорил золотом в честь приезда из Испании своего старого друга, арендовав один из самых модных ночных клубов целиком для себя и своего приятеля. "Давно мы с тобой не виделись, Орион"-весело проговорил испанец, с трудом оторвав взгляд от шикарного эротического шоу перед собой-"Слышал, у тебя на днях второй сын родился." "Ага. Регулусом назвали." "Поздравляю. Хотя от сыновей одни неприятности, скажу я тебе. Меня вот мой сын прям-таки бесит, никакого толка от него, дурак и бездельник. И чего все так расстраиваются, когда рождаются дочери? Дочь, особенно красивую, можно выгодно замуж отдать. Она доход в семью принесет. А от сына дурака какой толк? Никакого! Только семейное золото промотает." "Ну сыновья у меня малы еще, чтобы золото проматывать."-с усмешкой ответил ему Блэк-"Кто меня бесит, так это моя жена. Извечно чем-то недовольная женщина. Что ни день, то скандал." "А что за повод?" "А ей много повода не надо. Духами чужими пахнет от меня видите ли, дома не ночую и так далее." Тут мужчина на какое-то время отвлекся, приобнял забравшуюся ему на колени полуголую девицу и втянул в себя небольшую дорожку кокаина. "А недавно пронюхала, что у меня есть бастард в Ливерпуле."-продолжил он.-"Целый вечер блажила, Лео. Целый вечер." Лео засмеялся. Орион Блэк, как, впрочем, и все в его семье, был по-настоящему красивым и привлекательным мужчиной. Не удивительно, что жена его так ревновала. Хотя Вальбурга тоже была красавицей, испанец помнил ее с их с Орионом свадьбы. Все представители богатых и знатных семей волшебников женились только на самых красивых женщинах, чтобы рождались красивые дети. "Моя жена со мной не скандалит."-с улыбкой проговорил Лео-"Мне кажется ей вообще на меня все равно. Но в целом нам так комфортно еще с тех пор как родители нас поженили." "Элла, жена моего брата Сигнуса, тоже никогда с ним не скандалит. Но она рожает одних дочерей. Хотя их с Сигнусом вторая дочь, Беллатрикс, мне даже нравится, если честно. Она мне чем-то напоминает меня самого в детстве. Волевая, умная девочка. Была бы мальчиком, думаю, я бы даже ее любил. Хотя братец ее терпеть не может. Ненавидит даже сильнее, чем старшую, Андромеду." "За что?" "Она себе на уме. Ни с кем не разговаривает, хотя ей уже три года, до сих пор ни слова не произнесла. Сидит вечно что-то мастерит в углу своей комнаты. Сама себе игрушку смастерила, в которую играет. Целителя приводили, тот сказал у нее аутизм в какой-то там степени. А по мне так она просто вредничает. Я на днях к ней подошел, взял за руки, и сказал: "Белла, ты же понимаешь, что если не начнешь вести себя должным образом, я разрешу твоим родителям от тебя избавиться. Никому не нужен ненормальный ребенок". Кажется, она поняла. Посмотрела мне в глаза так серьезно и кивнула." "Ну и характер." "Поласковее с ней надо. Родители обеим дочерям ни единого слова доброго ни разу не сказали, даже Элла. Та только и делает, что топит в вине свою несостоятельность от того, что так и не смогла родить сына." "Возможно третий ребенок у них будет мальчик." Орион пожал плечами и потянулся было за сигаретой, как в клуб вбежал взволнованный рыжеволосый парень, который, насколько он помнил, был помощником управляющего его Лондонского казино. "Милорд,"-проговорил он, по ходу пытаясь отдышаться-"Там министерство, Крауч, в нашем казино..." Блэк оттолкнул от себя пару прилипших к нему девиц, взял со стола графин, наполненный выдержанным шотландским виски, наполнил наполовину ближайший стакан и протянул парню. "На, выпей,"-сдержанно проговорил он-"И поясни спокойно, что сделал Крауч в моем казино? Проиграл наше родное министерство в рулетку?" Тот залпом осушил стакан и покачал головой. "Нет, милорд. Он направил своих шестерок к нам, дескать вы налоги не платите ну и всякое такое. Они арестовали нашего управляющего и еще пару человек и..." Орион прервал его взмахом руки. "Кажется, настала пора немного поразмяться."-обратился он к своему другу Лео-"Пора показать Краучу кто есть кто." Вальбурга Блэк с упоением распекала няньку, когда хлопнула входная дверь и в дом вошел ее муж. "Добрый вечер, Вал."- с легкой усмешкой на лице поздоровался он с женой-"Все ругаешься." Та откинула назад свои роскошные угольно-черные волосы, достающие ей до талии, и уже была готова достойно ответить на эту реплику, но поняла, что супруг явился не один и тут же сменила выражение лица на улыбку. "Добрый вечер, Орион, Леонардо". И она отвесила легкий поклон в сторону испанца. "Bonjour, Madame".-ответил тот и тоже склонил голову. Неожиданно из гостиной послышался странный шум, а следом за ним веселый детский смех. Женщина обернулась в его сторону и закричала, попутно вынимая из кармана волшебную палочку:"Сириус, черт бы тебя побрал, немедленно прекрати!" "Не смей орать на сына!"-тотчас рявкнул Орион. "Отлично!"-неожиданно послушно согласилась его жена, убирая свою палочку обратно в складки платья-"Я не стану. Прямо сейчас он швыряет в камин твои рабочие документы, векселя там, договоры разные, но ты прав, дорогой, я не стану кричать и ему препятствовать..." Недослушав, Блэк метнулся в гостиную, а Лео согнулся пополам от смеха. "А сын у вас тот еще фрукт."-весело отметил испанец. "Сплошная головная боль, а не ребенок."-раздраженно махнув рукой, ответила ему Вальбурга-"На днях довел служанку до сердечного приступа- стащил мою палочку и наколдовал бабайку. Ну, это он так назвал то, что получилось. Жуткая рожа, между прочим, я сама немного испугалась. Служанку пришлось везти в Мунго, а Сириус сказал, что он просто хотел пошутить. А до этого выкрасил домовика в зеленый цвет...В общем, вы понимаете." Внезапно она спохватилась и воскликнула:"Что же мы в холле стоим, проходите, сейчас скажу, чтобы на стол накрывали..." "Нет, нет, благодарю."-быстро ответил мужчина-"Честно говоря, я очень устал, вы уж простите меня." "Тогда пойду прикажу постелить вам на втором этаже." Проследив за тем, чтобы гостя поселили должным образом, хозяйка спустилась в гостиную, где, помимо ее мужа и старшего сына, уже находилась жена брата Ориона Друэлла в своем обычном подвыпившем состоянии в обнимку с бутылкой вина. Рядом с ней под столом шуршала ее трехлетняя дочь Белла, которой мать втихаря подливала вино в небольшой бокальчик. "Элла!"-с осуждением произнесла Вальбурга-"Ты могла бы и проследить за Сириусом. И прекрати спаивать ребенка!" "Меня здесь не было, когда он устраивал небольшой беспорядок."-невозмутимо ответила ей Друэлла и подлила себе и дочери еще вина. Услышав слово "спаивать", Орион отвлекся от разборок с собственным сыном, вырвал из рук младшей племянницы бокал с вином и со словами "А ну пошла вон отсюда!" со всей силы залепил той звонкую пощечину и выставил за дверь. "Ты,"-холодно обратился он к ее матери-"Только посмей еще хоть раз предложить любой из своих дочерей алкоголь, и ты глубоко пожалеешь об этом, женщина! Я не позволю, чтобы мои племянницы выросли такими же пьяницами как их мать". Та в ответ покорно кивнула. Урожденная Розье, Друэлла отличалась от Блэков своей холодной нордической красотой. Стройная голубоглазая блондинка с тонкими чертами лица, по сравнению с живыми и пылкими родственниками мужа она казалась скорее античной статуей, чем настоящей женщиной. "Когда Сигнус вернется?"-уже спокойнее поинтересовался глава семьи. "Думаю, я последний человек в этом мире, которому он бы об этом доложился." "У меня к нему дело есть. Если вдруг он придет домой, пускай сразу зайдет ко мне." Братья Блэк с женами и детьми жили в одной огромной резиденции, разделенной на два окруженных роскошными садами и колоннами замка. В одном замке жил Орион, во втором Сигнус, поэтому фактически они легко могли посещать друг друга в любое время. "Собирайся, Вал."-неожиданно обратился мужчина к своей жене-"Мы отправляемся на небольшую прогулку." "Да ты никак совсем спятил?"-опешив, вымолвила она-"Какая еще прогулка, мы ведь..." "Собирайся, живо!"-резко оборвал он ее. И, глянув на часы у себя на запястье, добавил: "15 минут тебе." "А мне можно с вами?"-подал голос Сириус с другого конца гостиной. "А тебе нельзя."-спокойно ответил ему отец-"Ты плохо себя ведешь и всем мешаешь." "Я буду хорошо себя вести." "Врешь." "Я никогда не вру!"-возмущенно воскликнул мальчик и демонстративно поджал губы, всем своим видом выражая оскорбленное достоинство. Тут засмеялась даже Друэлла. "Ну хорошо."-улыбаясь, согласился Орион-"Пойдешь с нами. Но имей в виду-выкинешь какой-нибудь фокус, пеняй на себя." Издав победный клич, ребенок унесся наверх тормошить няньку, чтобы та его одела. Уже в холле родители Сириуса наткнулись на недовольную няньку. "Совсем у вас, чистокровок, ума нет, вот что!"-возмущенно проговорила она, завидев главу семейства-"Эдак можно и всю психику детям поломать, не говоря уже о моей собственной!" "Что такое, Мадлен?" "Опять эта бабайка господина Сириуса, вот что! Теперь кузину свою напугал, она за шкаф спряталась и не выходит!" "Какую кузину? Старшую?" "Да уж не младшую! Младшая сама любое чудище напугает. Мисс Андромеду." Поднявшись наверх, они в впрямь обнаружили пятилетнюю Андромеду, сжавшуюся в комочек за большим старым шкафом. "Ну, мисс Анди, покажите-ка нам эту бабайку."-ободряюще обратилась к ней няня Сириуса. Та указала пальцем в сторону портьер и пролепетала:"Там, прячется." Бросив быстрый взгляд в указанном направлении, Орион магией выволок племянницу из-за шкафа и взял за руку. "Анди."-успокаивающе обратился он к девочке-"Ты ведешь себя, словно глупая грязнокровка. Это всего лишь боггарт. Тебя еще не учили, как избавиться от боггарта?" Та помотала головой. "Значит сегодня сделаешь это впервые." И он протянул ребенку свою палочку. Та осторожно взяла ее в свою маленькую ручку, для которой волшебная палочка явно была на данный момент велика. "А ведь всего через два года у нее будет уже своя."-с легкой завистью подумала Мадлен. Сама она получила свою первую палочку в 12 лет. "Посмотри своему страху в лицо, представь что-нибудь забавное и скажи "Ридикулус". Только твердо и уверенно. В нашей семье трусов нет."-продолжил Блэк. Андромеда вздохнула и решительно произнесла:"Рид-дикулус!". Но с первого раза у нее ничего не вышло. "Давай еще!"-подбодрил ее дядя. Где-то раза с пятого у девочки наконец получилось. Страшная физиономия превратилась в мультяшного розового зайца и тут же поспешила скрыться с людских глаз. "Молодец, Анди."-похвалил он племянницу, но она лишь бросила испуганный взгляд и вся съежилась. Девочка явно не привыкла к похвале и не понимала как она нее реагировать. Посмотрев еще раз на часы, Орион спешно позвал жену и сына и они трансгрессировали. Оказавшись на высоком продуваемом сильным ветром холме, Вальбурга вцепилась в руку своего мужа и прошептала: "Зачем мы здесь, Орион? Не пугай меня." Тот тихо рассмеялся и ответил: "Не волнуйся, дорогая. Я не стану сбрасывать тебя вниз на глазах у нашего сына. Посмотри туда. Видишь эти огни?" И он указал на танцующие внизу языки пламени. "Мне не видно!"-тут же громко заявил Сириус. Отец посадил его к себе на плечи. "Господи, Орион, неужели это то, о чем я думаю?"-выдохнула женщина. Ее муж лишь странно улыбнулся и произнес, обращаясь к своему сыну: "Смотри, Сириус, вот так будет с каждым, кто переходит дорогу нашей семье." "Что это значит?"-слегка нахмурившись, спросил мальчик. "Твой отец объявил войну Барти Краучу. Это значит, что сегодня был последний день мирной жизни в этой стране, Сириус."-ответила ему мать. "Это он объявил войну, а не я."-возразил Блэк-старший и добавил уже другим тоном: "Я подумал, что все-таки ты должна знать такие вещи." "Так им и надо!"-воскликнул ребенок-"Бей гадов!" "Ладно, дорогая, думаю мне пора."-решительно проговорила Августа, громко хлопнув бокал о стол-"А не то скоро придет твой Бартемиус и испортит нам окружающую среду." Неожиданно в окно постучала огромная сова. Эллен Крауч и ее подруга обменялись удивленными взглядами и хозяйка квартиры осторожно раздвинула створки, пропуская сову внутрь. Та бросила на стол довольно увесистый сверток и тут же вылетела назад, оглашая округу оглушительным уханьем. "Что за..."-пробормотала себе под нос Эллен-"На свертке написано передать Барти лично в руки." "Тогда лучше не открывай."-посоветовала ей Августа. Но та не послушала и разорвала посылку, хотя это было абсолютно не в ее характере. Позже женщина и сама не могла понять, что двигало ею в тот момент. Из растерзанного свертка выкатилась окровавленная голова мужчины. Леди Лонгботтом ахнула и прижала руку ко рту. "Нет, ну какая невоспитанность!"-гневно воскликнула она-"Присылать подобные вещи таким образом, что их могут увидеть женщины...Эллен, милая, с тобой все в порядке?"-внезапно обеспокоенно поинтересовалась она, увидев как подруга сползла вниз по стенке. "Это Дейн"-слабым голосом проговорила леди Крауч-"А еще, там...записка. Они сожгли наше поместье. Боже, Барти...зачем он в это ввязался". И она горько зарыдала. Ее подруга совершенно не знала, что делать в подобной ситуации, поэтому послала домовика за водой, а сама пыталась успокоить Эллен, неуклюже поглаживая ее по голове. "Не переживай ты так, милая, подумаешь, Дейн, да кому он нужен, эта чистокровная шваль..." "Августа,"-неожиданно твердо произнесла эта хрупкая женщина-"Кажется, у меня воды отошли." Тут все засуетились и совершенно позабыли про Дейна и его голову. А через несколько часов у четы Краучей родился наследник, которого назвали так же как и отца - Барти. Узнав об этом от своих слуг, глава семьи лишь буркнул "Прекрасно!" и продолжил заниматься своими делами, словно это была крайне малозначительная новость для него.