Back to home

В этот день Фрэнк явился на работу как никогда рано. А точнее, как никогда вовремя. Кажется, последний раз он приходил на службу вовремя в тот день, что устроился в аврорат - черт знает, сколько лет назад. Не пришел бы он в такую рань и сегодня, но зануда Прюэтт уже не первый день выносил ему мозг, вторя о необходимости подготовки к рейду. Тяжелый лифт реагировал на вызов раздражающе медленно, так что аврор позволил себе на секунду прислониться к стене и прикрыть глаза, в надежде силой мысли изгнать безжалостно пульсирующую в висках головную боль. Однако уже через пару секунд он услышал грохот прибывающего лифта и бодрый голос одного из своих верных подчиненных, Гаррисона. "Доброе утро, господин Лонгботтом!" - поздоровался тот. "Оно доброе, Гаррисон?" - с трудом открывая глаза, поинтересовался Лонгботтом. "Да вроде как..." Гаррисон задумался. "Как там этот пленный, Эстерман, кажется?" - внезапно вспомнив, спросил Фрэнк -"Приведи его сегодня после обеда ко мне. Я согласовал его обмен на одного из наших бойцов." Гаррисон вдруг замялся. "Он...эмм...я не смогу его привести." "Это еще почему?" "Он не сможет идти, господин Лонгботтом." Медленно переварив услышанное, Лонгботтом побагровел от ярости. "Вы что, совсем идиоты?" - прошипел он -"Вы хоть понимаете, что натворили?" "А я-то что? Я ни при чем, это все те, кто его задерживал, они перестарались..." "Перестарались?" Фрэнк оглянулся по сторонам. "Ты понимаешь, что теперь наших людей нам вернут в таком же состоянии?" "Я не..." "Сколько раз мне повторить, чтобы до вас, бездарей, дошло? Реальных Пожирателей Смерти и пальцем не трогать без моего личного приказа." "Но, сэр, я ведь не могу кричать о таких вещах на весь аврорат! Вашу политику обмена пленными не все поддерживают." "Мне плевать, кто там и что не поддерживает! Этот Эстерман," - Лонгботтом вновь понизил тон -"Он важен для Розье. Я договорился обменять его на Ариосто. И если Розье увидит своего человека едва живым, он будет чертовски зол." Гаррисон опустил взгляд. "И что нам теперь делать?" "Ищи целителя. Хорошего, самого лучшего из тех, кого сумеешь найти. Пленник нужен мне в добром здравии к завтрашнему утру." Тот покачал головой. "Не получится, сэр. К утру не получится. Там...там совсем все плохо." Сдержав порыв гнева, Фрэнк процедил, стиснув зубы: "Подлатайте его, насколько это возможно. И будем надеяться, что следующий наш боец войдет в министерство, а не вползет." Попрощавшись с Гаррисоном и попутно обругав пару бездарных министерских служащих, которых, по-хорошему, стоило бы вышвырнуть из офиса вон, к восьми утра аврор уже стоял у двери своего кабинета. Вот только картину, открывшуюся его глазам в этом самом кабинете, увидеть он ожидал меньше всего. На широком кожаном диване, вытянув свои длинные смуглые ноги, сидела, в одном нижнем белье и томно куря тонкую сигарету, вставленную в стильный мундштук, его бывшая любовница, итальянка Беатрис. Сказать, что Фрэнк растерялся, значило бы ничего не сказать. "Ты..." - начал было Лонгботтом, но, пока мозг его судорожно пытался сформировать связное предложение, итальянка как ни в чем не бывало подняла голову и прощебетала: "Привет, милый." "Какого черта ты здесь делаешь?" - наконец выпалил Фрэнк -"Ты больная, да?" Беатрис закатила глаза. "Мы не виделись больше трех лет." "И еще тысячу не увидимся. Проваливай отсюда, сейчас же." "Не притворяйся, будто не скучал." "Проваливай по-хорошему." "Как же я уйду?" "А как ты здесь оказалась?" Итальянка улыбнулась. "У меня свои секреты." "Я все равно его найду. Найду и подвешу за яйца." "Кого?" "Барана, который провел тебя в аврорат." Глубоко вздохнув, Беатрис плавно поднялась с дивана, и, выпустив густой клуб дыма, подошла ближе. "Что мне оставалось делать?" - понизив голос, спросила она -"Ты меня избегаешь. Я писала, звонила..." "Зачем?" "Нам нужно поговорить." Последовав примеру бывшей подруги, Фрэнк приманил из кармана сигарету и, расположившись вместо нее на диване, неспеша затянулся. "И ты хочешь поговорить здесь?" - поинтересовался он, окинув женщину раздраженным взглядом. "Ты не оставил мне выбора." - повторила Беатрис и, взобравшись на заваленный бумагами письменный стол, лениво отбросила назад свои густые темные волосы. "Ты очень нужен мне, Фрэнк Лонгботтом. Очень." "Тебя, наверное, в детстве о бетонный пол уронили? Я женатый человек." "Почти женатый." "Однако отец моей "почти жены" также работает в министерстве." Итальянка отмахнулась. "Только не делай вид, будто тебе есть до них какое-то дело." Лонгботтом не успел ничего возразить. В дверь постучали и в ту же секунду, не дожидаясь ответа, в кабинет ворвался Фабиан Прюэтт. Быстро окинув взглядом нарисовавшуюся его взору картину, он на мгновение потерял дар речи, но уже через пару секунд возмущенно произнес: "Лонгботтом! Чтоб тебя черти взяли! У нас шесть трупов за утро." Фрэнк с досадой посмотрел на незваного гостя. "Значит, рейд отменяется?" "Отменяется. Но не для того, чтобы ты сидел здесь и развлекался. Работы за глаза." "Слушай, Прюэтт, а ты у нас теперь большой босс, я что-то пропустил?" "Большой босс у всех нас один- господин Крауч. И он на тебя чудовищно зол." "Опять?" "А ты уже забыл свой вчерашний перфоманс в Визенгамоте?" "А," Лонгботтом усмехнулся. "Так я за справедливость. Народу магической Британии нужна справедливость, Прюэтт. Как в концлагере живем, не замечал?" "Что еще за "кунцлагерь"? "На маггловедение ты, видимо, тоже не ходил. Кофе будешь?" Фабиан кивнул. "Беатрис," - обратился Фрэнк к скучающей на его столе итальянке -"Раз уж ты здесь - сделай нам кофе, будь добра." Беатрис неспеша спустилась на покрытый жестким ковром пол, и, набросив на плечи легкую струящуюся мантию, молча занялась напитком. "Насколько я помню," - заметил Пруэтт -"У тебя есть секретарша." "Есть." - согласился Лонгботтом -"Но разве Беатрис не прекраснее любой секретарши?" Фабиан поднял на него тяжелый взгляд. "Кончай свой балаган, Фрэнк. Еще одна такая выходка, и Крауч всем нам устроит настоящий "кунцлагерь", что бы там ни означало это слово." Фрэнк с трудом сдержал очередную ухмылку. Вспоминая вчерашнее заседание Визенгамота, он никак не мог унять злорадное хихиканье в голове. Судили очередного слабого умом мальчишку-журналиста. Тот в некоей газетенке умудрился накатать абсолютно безвкусный пасквиль на первого заместителя министра. И все бы ничего, но прихлебатели Крауча, как оказалось, читают в том числе и подобную макулатуру. Парнишку решили примерно наказать, ради чего созвали почти полный состав Визенгамота, планируя вменить несчастному придурку связи с Пожирателями Смерти. Разумеется, признание из него выбили буквально за пару часов. "Порой мне кажется, будто у тебя палочка вместо мозгов, Прюэтт." - весело произнес Лонгботтом. "Ну да. "Все мы знаем, как в нашем министерстве добываются признания..." - передразнил Фабиан -"Что это было, Фрэнк? С каких таких пор ты вдруг адвокатом заделался?" В глазах Фрэнка заплясали чертики. Чудно, но недоумку кто-то даже откопал адвоката. Именно откопал. От защитника там было одно лишь слово. До Эвана Розье этому щуплому лысеющему волшебнику, что нервно грыз свои грязные неровные ногти прямо в зале суда, было, мягко говоря, далековато. Да, при всей своей неприязни к Розье, аврор не мог не признать - работал тот эффектно. Второго такого адвоката в магической Британии больше было не найти. Всех запугали, разогнали по углам. Но только не Розье. Министерство его ненавидит, и за эту ненависть он берет со своих клиентов безумные тысячи галеонов. Однако никаких галеонов, не говоря уже о тысячах, у безмозглого писаки в карманах явно не водилось. И, глядя на сжавшегося в кресле, тихо всхлипывающего подсудимого, в душе Фрэнка вдруг поселилось непреодолимое желание сыграть небольшую шутку над Барти Краучем. А заодно и напомнить первому заместителю министра, насколько тот уязвим в Визенгамоте, если Лонгботтом и его люди внезапно решат проголосовать против него. "Бумагомаратель-то вышел сухим из воды..." - протянул Прюэтт, принимая из рук итальянки чашку с крепким кофе -"Благодаря тебе. А вот выберешься ли теперь ты? Крауч вне себя." "Беспокоишься обо мне?" Фрэнк незаметно подмигнул бывшей любовнице. "А я, честно говоря, думал, что не нравлюсь тебе, Прюэтт." "Ты никому не нравишься. По крайней мере, тем, кто в здравом уме. Однако я тебе должен. Признаю, никогда бы не подумал, что Скримджер под меня копает." "Расслабься, он под всех копает. Нюхлер, не меньше. Хочет взорвать в министерстве большую навозную бомбу и под шумок стать главой аврората." "Но..." "Ждет подходящего случая. И он дождется, вот увидишь." "На меня у него больше ничего нет." "Больше нет." Лонгботтом окинул собеседника бесстрастным взглядом. "Мы ведь теперь с тобой и твоим братцем в одной лодке. И лодка наша крайне ненадежная. Поэтому...ты мне-я тебе. Мир, дружба, любовь." "Что же не так с лодкой, а?" "Лодочник мутный. Не внушает доверия." Сделав последний глоток из своей чашки, Фабиан Пруэтт решительно встал и направился к двери. "Дело, Лонгботтом, само себя не раскроет." - заявил он напоследок, и, бросив в сторону хозяина кабинета сухое "благодарю за кофе", стремительно удалился. "Серьезный парень." - с задумчивым видом протянула Беатрис, как только за Прюеттом закрылась дверь. - "Но не в моем вкусе. Слишком правильный." "Кажется, ты уже уходишь." - не глядя на бывшую любовницу, отрезал Фрэнк. "Ухожу." Взмахнув палочкой, итальянка приманила свое платье. "Вот только мне некуда идти." "Туда, откуда ты и пришла, например." "Брось, Фрэнк, если бы ты знал, в каком клоповнике мне пришлось остановиться..." "Неужели не хватило денег на приличную гостиницу?" "Я на нуле." "А как же твой бутик?" "Его...Мерлин, Фрэнк!" - в отчаянии воскликнула женщина -"Я обязательно все расскажу, если мы увидимся." Он снова прикрыл глаза. Головная боль никак не отступала. "Хорошо, мы увидимся. Сегодня вечером. И после этого ты прекратишь меня преследовать раз и навсегда." Затем, вынув из кармана горсть золотых галеонов, он протянул их итальянке. "И сними номер в нормальном отеле." Беатрис снова улыбнулась. "Я знала, что ты не оставишь нас." "Вас?" "До вечера, милый." Захлопнув дверь за бывшей любовницей, Лонгботтом рухнул на диван и закурил очередную сигарету. Зная Беатрис, ее появление наверняка сулило ему неприятности. Но в глубине души аврор обрадовался возвращению итальянки. Страстная, дерзкая Беатрис - полная противоположность вялой и глупой Алис. Да, итальянская сучка умела вдохновлять. Вот только спать с ней стоило, держа глаза широко открытыми и, желательно, с остро наточенным клинком под подушкой. Словно окрыленный мыслями о бывшей любовнице, в этот день Фрэнк блистал на службе как никогда. Фактически раскрыв одно старое, ненавидимое всеми дело за полдня, он, ко всеобщему изумлению, заставил самого Барти Крауча на какое-то время забыть о своем гневе. Даже яростное письмо от матери, содержащее, помимо отборных ругательств, требование немедленно явиться в поместье, которое в иное время могло сильно подпортить Лонгботтому настроение, сегодня не возымело на него ни малейшего эффекта. Швырнув письмо в камин, аврор надел новую вечернюю мантию и направился к "Логову Дракона" - любимому отелю Беатрис. Он знал, что из всех фешенебельных отелей она снова выберет именно этот, находящийся в двух шагах от министерства магии. И женщина не подвела - она встретила его в лучшем люксе "Логова Дракона", одетая в наиболее сексуальное из своих платьев. Однако итальянка была не одна. В роскошно обставленной гостиной люкса, с громким чавканьем поедая виноград, на диване восседал темноволосый мальчишка на вид лет трех отроду. "Знакомься," - указала на мальчишку Беатрис -"Мой сын. Фрэнк-младший." Фрэнк замер. Казалось, он вовсе утратил способность говорить. Машинально схватив предложенный бывшей любовницей бокал с шампанским, он осушил его до дна и прохрипел: "Он...что...?" "Да." Итальянка последовала примеру мужчины и залпом проглотила свою порцию игристого. "Он твой." "Как?" "Ну как? Помнишь рок-фестиваль, мы зажигали на нем четыре года назад? А что потом было, помнишь?" "А что потом?" "А потом мы поехали на вечеринку к твоему приятелю из министерства, такому нахальному типу в очках, похожему на престарелого девственника, и, уже под конец вечера, я тебя спрашиваю: "Милый, а ты зелье взял?" А ты мне в ответ: "Да хрен с ним, с зельем, нам и без него хорошо." Гляди теперь, мальчишка - точно твоя копия." Мальчик, не считая темных волос и чуть более смуглой кожи, и правда казался маленьким двойником Фрэнка. "Фрэнки," - Беатрис позвала сына. Тот обернулся, отложил виноград, и, соскочив с дивана, подошел ко взрослым. -"Познакомься, Фрэнки, этот чистокровный господин - твой родной отец." Мальчик быстро поклонился, и, выпалив звонкое "Здравствуйте!", с любопытством оглядел незнакомца с головы до ног. Лонгботтом растерянно провел рукой по взлохмаченным волосам ребенка и разлил по бокалам еще шампанского. Мозг его отчаянно пытался найти причины, по которым этот дикаренок никак не может быть его сыном. Однако, тщетно. "И что ты теперь хочешь?" - постепенно приходя в себя, поинтересовался он у бывшей любовницы, в то время как мальчишка вернулся на диван. -"Признать его я не смогу, сама знаешь." "Знаю." Итальянка скривилась. "Это твоя мать подсунула тебе эту серую мышь в качестве невесты?" "Ты приходила ко мне домой?" "Она, да? На нее похоже..." Внезапно Беатрис умолкла. Схватившись руками за горло, она, задыхаясь, подняла умоляющий взгляд на Фрэнка. "Еще хоть раз побеспокоишь мою невесту - шею сверну." - холодно проговорил он, и, одной рукой подливая себе игристого, постепенно разжал вторую, пальцы которой прежде были сложены в замысловатый знак. Судорожно хватая ртом воздух, женщина рухнула на дорогой узорчатый ковер. "Я сказала ей, что мы работаем вместе." - слабым голосом проговорила она, как только вновь обрела дар речи. "Думаешь, она поверила?" Итальянка пожала плечами. "Кажется, да." Окинув бывшую любовницу взглядом, полным сомнения, Лонгботтом подал ей руку, помогая подняться. "Я сам ее выбрал." - сказал он, протягивая дрожащей Беатрис сигарету. Затем, медленно затянувшись вместе с итальянкой, Фрэнк добавил: "На сей раз мать ни при чем. Алис ей не нравится." "Но..." "Знаешь, не так-то часто встретишь женщину, готовую с благоговением смотреть тебе в рот, что бы ты ни делал. Не за деньги, не за привилегии...просто так." "Такие существуют?" "Прикажи я ей переселиться в собачью будку и грызть кости, она скажет: "Конечно, любимый." С блаженной такой улыбочкой." "О..." "Поначалу мне льстило такое слепое обожание. Даже домовой эльф может предать - из Алис же лепи себе, что захочешь..." Итальянка понимающе улыбнулась. "Ты использовал бедную влюбленную девочку..." - протянула она -"А леди Августа как всегда недовольна?" "Ей пришлось смириться. Алис - моя кузина. Не уличная девка." "Да, не то, что я." "Причем тут ты?" "А ты не знал? Твоя мать предрекла мне печальное будущее на дне Темзы, посмей я, цитирую: "Пусть даже на один день объявиться в Лондоне со своим вшивым щенком." "Ты и с матерью моей встречалась?" Беатрис невесело усмехнулась. "Куда там. Кто я такая, чтобы леди Августа лично назначала мне аудиенцию? Подослала пару своих мордоворотов...поговорить со мной по душам." Вне себя от злости, Фрэнк затушил сигарету прямо о ладонь. При одной лишь мысли о матери ему безумно хотелось громить все вокруг. Безусловно, она следит за ним. И наверняка уже в курсе прибытия в Британию Беатрис с его незаконнорожденным сыном. Одним только своим существованием мать умела превратить жизнь окружающих ее людей в ад - это Лонгботтом знал слишком хорошо. От лишения наследства Фрэнка до сих пор спасало отсутствие родного брата, но посмей он признать бастарда, и леди Августа сделает все, чтобы оставить своенравного сына без единого кната. "Так что ты от меня хочешь?" - вновь спросил он, глядя на притихшую итальянку. "Крышу над головой." - тут же прямо заявила женщина. -"Мой дорогой братец вышвырнул нас с Фрэнки из родительского дома прямо на улицу в чем мать родила, под предлогом моей распутности и бесчестия. И с тех пор мы сменяем один клоповник на другой. Сам понимаешь - не мой образ жизни." "Я куплю тебе дом." "Не мне," - поправила его Беатрис -"Нам." "Вам." Фрэнк бросил быстрый взгляд в сторону дивана, где ребенок увлеченно играл с игрушечным драконом. "Здесь или в Италии?" "В Италии конечно. Подальше от твоей матери." "И я найму ему учителей." - Лонгботтом кивком указал на Фрэнки. -"Мальчишка абсолютно дикий." Итальянка подошла ближе и нежно обхватила его шею руками. "Хочешь сделать из него чистокровного?" - прошептала она Фрэнку на ухо. По телу его пробежали мурашки от вибрации ее голоса. "Он уже чистокровный." - так же тихо ответил он. "Без твоего признания - нет." "Самое главное - кровь." "Не для леди Августы." - возразила женщина, целуя бывшего любовника в шею. "Не переживай. У матери свои козыри - у меня свои. А что с твоим бутиком? Неужели и тут маман постаралась?" "А," - Беатрис нахмурилась -"Нет, торговцы шкурами." "Шкурами?" "На самом деле они торгуют рабами, конечно. Но официально - шкурами." "А для чего им понадобился твой бутик?" "Он стоит на их территории. Хотят посадить туда своих людей, все просто." Фрэнк окинул бывшую любовницу насмешливым взглядом. "И ты, конечно же, хочешь, чтобы я их оттуда вышвырнул?" "Ну..." Итальянка хитро скосила глаза. "Вообще-то их действия незаконны. А ты представитель закона, не так ли?" "Вообще-то," - передразнил ее Лонгботтом -"Беготня за работорговцами не входит в мои служебные обязанности." "Все ради Фрэнка-младшего, не забывай. Кроме того, я наслышана о ваших разногласиях с господином Краучем. И у меня есть идея, как немного...затруднить ему жизнь." "Говори." "Есть у меня один знакомый..." "Знакомый, ага." "Фрэнк, пожалуйста..." Руки женщины спустились ниже, вызывая невольную дрожь по всему его телу. "У меня есть знакомый...он американец. Плотно сотрудничает с Банком Америки." "И как это нам поможет?" "Можно вовлечь господина Крауча в одну нехорошую историю...но нужен доступ к счету Краучей." Фрэнк рассмеялся. "Как просто!" "Но ведь у Крауча есть сын." "Хочешь соблазнить сына Крауча?" "Не я -ты." Ярко накрашенные губы Беатрис растянулись в плотоядной улыбке.

***

Вот уже который час Барти Крауч-младший ломал голову над сложным домашним заданием по зельеварению, сидя в просторной гостиной своего дома. Впрочем, своим он отчий дом называть не любил, чувствовал в этом словосочетании как будто что-то неестественное, неправильное. Дом отца- так было вернее. Все в доме подчеркнуто принадлежало его отцу - начиная с жены и сына, и заканчивая пылью на старинных шкафах. Каждая вещь словно несла в себе фамильную печать господина Крауча, первого заместителя министра и главы отдела магического правопорядка. Окинув комнату пустым взглядом, Барти, полный досады, отложил домашнее задание. Благодаря стараниям неизвестного недоумка, открывшего сезон охоты на грязнокровок, Хогвартс закрыли на время следственных мероприятий. Внеплановые семидневные каникулы, ага. И если однокурсники Крауча-младшего были на седьмом небе от счастья, получив лишнюю неделю свободы перед экзаменами, да еще и в столь теплое время года, то сам он вовсе не горел желанием проводить и дня у родного очага. Жаль, конечно, что очередной психопат не потрудился узнать его мнение, прежде чем убивать троих грязнокровок прямо на территории школы. Барти готов был биться о заклад, что безумец не мог похвастаться чистой кровью, несмотря на общественное мнение, во всю уже смакующее различные теории о заговоре чистокровных. Вот только какой резон чистокровным строить заговоры против грязнокровок? Даже если новый закон о правах маглокровных волшебников и вступит в силу, он крайне мало что изменит в положении священных двадцати восьми. Крауч-младший невесело усмехнулся. Когда-то отец обещал вытащить страну из тяжелого кризиса, однако теперь все они живут в постоянном страхе не увидеть завтрашний день. Мать горстями глотает успокоительные, и наверняка сошла бы уже с ума давным-давно, не будь рядом с ней лучшей подруги - железной леди Августы. Мадам Лонгботтом и сегодня пришла поддержать подругу - Барти слышал их шаги и приглушенную беседу в саду. "...Я так больше не выдержу, Августа." - говорила мать своим обычным, тихим голосом -"Защита нашего дома держится на волоске, я много раз говорила об этом Барти, но он так занят..." "Ну разумеется." Августа презрительно фыркнула. "Разве может великий господин Крауч быть свободен?" "Милая Августа, на его плечах и правда столько всего...я не смею ему надоедать." "Ничего, Элен, когда вас с Барти-младшим прикончат, у дражайшего твоего супруга наконец-таки появится побольше свободного времени." "Не говори так." "Мерлин, дорогая, даже мой сын, уж насколько занятой человек, сделал все для укрепления нашего поместья." На мгновение обе женщины умолкли, затем мать осторожно произнесла: "Августа...я должна тебе кое-что сказать. Я попросила Фрэнка обновить защиту нашей территории. " "Фрэнка?" Леди Лонгботтом резко остановилась. "Элен, милая, ты шутишь?" "Не шучу. Барти ему доверяет. А я доверяю тебе." "Твоему мужу это не понравится." "Я знаю, но он такой увлеченный человек. И у него столько работы." "Ох, Элен." Августа глубоко вздохнула. "Он обещал подойти к нам сегодня." - как ни в чем ни бывало проговорила мать -"Твой сын так любезен, Августа, так мил." "О да." - протянула в ответ леди Лонгботтом -"Милейший человек. А мы сейчас точно о моем сыне говорим?" В голосе ее Барти различил явный сарказм. Мать, однако, ничего не заметила. Немного собрав сил, он вновь взялся за злополучное домашнее задание, стараясь не обращать внимание на рой беспорядочных мыслей в голове. Фрэнка Лонгботтома Крауч-младший знал плохо. Видел несколько раз на приемах, и лишь каждый раз удивлялся, насколько они с отцом непохожи. Если Барти Крауч-старший всегда был серьезен и собран, то самый его близкий соратник казался человеком полным хаоса. Вот и теперь о прибытии Фрэнка возвестил резкий визг тормозов и громкая музыка, тогда как отец ненавидел музыку, особенно современную, шум и спортивные автомобили. Погрузившись в размышления об отце и спортивных автомобилях, Барти вздрогнул от неожиданности, когда двери гостиной распахнулись и мать, Фрэнк и леди Августа оказались рядом с ним. "О, Барти, сынок." - с легким удивлением в голосе обратилась к нему мама -"Ты здесь?" Нехотя поднявшись с дивана и поприветствовав гостей, Крауч-младший ответил: "Делаю домашнее задание по зельям, мам." "Наверняка сложное?" Барти пожал плечами. "На самом деле, очень." Мать отмахнулась. "Ничего не понимаю в зельях. Но уверена, ты справишься, милый." Крауч-младший бросил на лежащий на столе пергамент взгляд, полный ненависти. "Хочешь, помогу тебе с домашкой, парень?" - перехватив его взгляд, неожиданно предложил Фрэнк. Барти изумленно посмотрел на гостя. "Если вы не шутите..." Тот едва заметно подмигнул ему. "У меня в школе был высший балл по зельям." Мать и леди Августа быстро переглянулись. "А это отличная идея." - сказала мать. В голосе ее звучала легкая дрожь. "Мы пока прикажем накрыть чай. С моими любимыми пирожными." И она одарила Фрэнка благодарной улыбкой. Судя по лицу мадам Лонгботтом, она вовсе не считала идею отличной, но, как ни странно, решила промолчать. "Спасибо вам." - тихо проговорил Крауч-младший, как только женщины покинули гостиную. "А, ерунда." Лонгботтом улыбнулся и, отбросив в сторону солнцезащитные очки, взял со стола злополучный пергамент. Барти бросил беглый взгляд на очки аврора, а вернее, на выгравированные на дужках изящные буквы. Он хорошо знал этот бренд. Не так давно он и сам мечтал о подобном аксессуаре, но отец ни за что не позволил бы ему потратить целое состояние на такую, по его мнению, ерунду. "Твое задание решается за пару минут." "А вы, наверное, были одним из лучших учеников в Хогвартсе?" "Я?" Фрэнк на мгновение задумался. "Смотря чье мнение мы рассматриваем." "Как это?" "Ну, если мое собственное - то да, безусловно. Если же чье-то еще..." Крауч-младший улыбнулся. "Но, скажу тебе, над зельями на каникулах я точно не корпел."- подытожил Лонгботтом. "У вас просто не было моего отца." Гость усмехнулся. "У меня была моя мать, парень. И мистер Гаррет, гувернер. Последний ненавидел меня больше, чем твой отец Пожирателей Смерти." "За что?" Лонгботтом пожал плечами. "За все, кажется. А что твой отец? Поколачивает тебя?" Барти покачал головой. "Нет, он...он никогда не поднимал руку на нас с матерью, но...я не знаю, один его взгляд и меня будто парализует, понимаете?" Фрэнк кивнул. "Понимаю. Не забывай, я с ним работаю." "Поэтому я должен быть лучшим, я должен...стать достойным отца, я..." Крауч-младший осекся. Он только что осознал, что открыл душу едва знакомому человеку, и, более того, близкому соратнику отца. Этот Лонгботтом, кажется, умел находить подход к людям как никто другой. Матери принес ее любимые пирожные, сделал пару комплиментов, а та и растаяла, словно восковая кукла. А Барти...да сам он точно сыворотку правды проглотил! Регулус неоднократно призывал его к осторожности, особенно в отношении Фрэнка Лонгботтома. Правда, Рег, как и все Блэки, тот еще параноик, а потому, если слушать все его предостережения, то лучшим выходом для них обоих окажется скорейший побег из магической Британии. Фрэнк мягко положил руку на плечо Крауча-младшего. "Мне все это очень знакомо, приятель." - сказал он -"Стать достойным...правда, не отца, а фамилии. Отцу моему на все, кроме его драгоценных растений, плевать с самой высокой колокольни. Но я никогда не был пай-мальчиком. И ты перестань им быть." "Как это?" "Для начала прекращай в свои законные каникулы корпеть над домашкой." "Но отец..." "Черт с ним, с твоим отцом. Думаешь, он сидит сейчас там, в своем офисе, весь в мыслях о тебе? Нихрена подобного. Его заботит лишь Темный Лорд, карьера и...кое-кто из министерства." "Возможно, сумей я дать ему повод мной гордиться, все изменится." "Вот только не жди признания своих заслуг. Ты можешь хорошо учиться, а в выходные помогать бабушке варить зелья, вот только всем будет наплевать. Ни твой отец, ни моя мать - никто из них никогда не хотел, чтобы все менялось. Им и так хорошо, пойми." "Но почему?" "Потому что в нашем мире, парень, каждый думает исключительно о своей выгоде." "Даже вы?" Лонгботтом усмехнулся и посмотрел Барти прямо в глаза. "Я - в первую очередь." Крауч-младший глубоко вдохнул. "Мне страшно." Гость снова кивнул. "Мне тоже было страшно в твои годы. Но ты же знаешь как справиться с боггартом? Превратить страх в смех." "В моем отце при всем желании сложно найти хоть что-нибудь смешное." "В моей родне тоже. Однако хорошо смеется тот, кто смеется последним. Не забывай." Мысли в голове Барти скакали галопом. "Я так не смогу." - выдавил он. Фрэнк протянул пергамент ему обратно. "Сможешь. Задание решено, оформил ответ в твоем стиле. Захочешь подробного объяснения решения - обращайся." Барти неверящим взглядом уставился на свое домашнее задание, после чего рассыпался в благодарностях. "Ерунда, парень." - повторил Лонгботтом -"Главное, не просиди все каникулы над учебой." "А вы поможете?" -внезапно поинтересовался Крауч-младший с ухмылкой на лице. "Не просидеть над учебой?" "Ага." "Так поехали." "К-куда?" От неожиданности Барти начал заикаться. "В Италию." "Отец не разрешит." "А мы его не спросим." Фрэнк хитро подмигнул ему. -"Не забывай - я знаю его расписание. Домой он вернется нескоро." Идею о том, как можно подобраться к старшему Краучу, использовав младшего, подкинула Фрэнку Беатрис. Определенно, во всем, что касается подстав, котелок у сучки варил лучше некуда. Афера, с легкостью родившаяся в хорошенькой головке итальянки, едва ли пришла бы в голову ему самому. Если все пойдет по плану, страну ожидает оглушительный коррупционный скандал с первым заместителем министра в главной роли. А карманы Лонгботтома пополнятся значительной суммой галеонов. Оставалось лишь найти предлог для встречи с Барти-младшим, но и тут им чертовски повезло. Казалось, с появлением Беатрис сама судьба начала благоволить Фрэнку. Леди Элен как никогда вовремя обратилась к нему с просьбой об обновлении защиты дома. Впервые фанатичный трудоголизм старины Барти сыграл его соратнику на руку. Сладить же с робкими, забитыми домочадцами господина Крауча оказалось легче, чем отобрать у ребенка сахарное перо. И теперь ум Лонгботтома занимала намного более сложная задача. Сладить с матерью. С этим дьяволом в юбке. Впрочем, как там говорится? Едва помянешь дьявола, он и явится. Не успел Фрэнк, покинув гостиную, пройти и пару шагов, как его окликнула леди Августа. "Фрэнк!" Он резко обернулся. Голос матери не предвещал ничего хорошего. "Добрый день, мама." - протянул Лонгботтом, медленно вынимая из кармана сигарету. "Не ожидала увидеть тебя сегодня, особенно здесь." "Мне следовало доложить вам о своих планах?" "Предупредить." "А как же ваши шпионы? Неужто задаром едят свой хлеб?" "Не паясничай. А не то, знаешь ведь, я вполне могу поинтересоваться, сколько хлеба из наших амбаров съела твоя шлюха." "А," - Фрэнк улыбнулся. "Моя шлюха." "Насколько мне известно, она снова в Британии." "Видно, все же не совсем задаром едят ваши шпионы. Что еще вам известно, мама?" Августа быстро оглянулась по сторонам. "Может, все же выйдем в сад, Фрэнк?" Тот пожал плечами. "Если вам будет так угодно." Оказавшись в саду, мать прошла молча несколько шагов, вдохнула полной грудью запах сирени, и продолжила, сердито поджав губы: "Я устала от твоих выходок, Фрэнк. Наркотики, шлюхи, бесконечные скандалы...и эта твоя женитьба на блаженной Алис, Мерлин ее храни. Хоть убей, не пойму, на кой черт ты залез девочке в трусы?" "Я восхищен вашей осведомленностью о том, к кому и как я лазил в трусы, мама." "Я устала. Мы все устали." "Все?" "Вся наша семья. Даже твой отец." "Правда? Даже отец? Вот это новости!" "Да, Фрэнк. И я знаю, что ты задумал. Притащить в дом бастарда от своей итальянской шлюхи. И если ты..." "Кажется, мне известно продолжение." - перебил ее Лонгботтом -"Там дальше что-то про дно Темзы, да?" Леди Августа скрестила руки на груди. "Дно Темзы - это в лучшем случае." Тонкие губы Фрэнка растянулись в неприятной ухмылке. "Знаете, что меня удивляет в вас, мама?" - поинтересовался он -"Ваше ханжество." "Ханжество?" "Именно. Любопытно, сколь нетерпимы вы к простым шлюхам. А ведь сами...скажем так, не без греха." "О чем ты?" "Неужели вы так скоро позабыли вашего возлюбленного, мистера Гаррета?" Мать глубоко вздохнула. "Ты все никак не можешь его забыть?" "Сложно забыть того, кто...впрочем, вы и сами знаете." "Не знаю." "Бросьте, мама. Отцу и не снилось все то, что вытворял с вами мистер Гаррет." "Это всего лишь твои домыслы, Фрэнк. Ничем не подкрепленные домыслы." Лонгботтом с видом фокусника достал из внутреннего кармана мантии невзрачный конверт. "Я долго думал, как мне это использовать." - проговорил он, протягивая конверт матери -"Кажется, сегодня настал торжественный момент." Грубо разорвав конверт, леди Августа заглянула внутрь и сильно побледнела. "Как...откуда..." - бессвязно пробормотала она. "У меня были, и есть," - Фрэнк особо подчеркнул слово "есть" -"Свои преданные грязнокровки среди слуг." "Но как?" "Как им удалось запечатлеть ваши с мистером Гарретом страстные кульбиты? Хороший вопрос. Но куда более хороший вопрос - как думаете, чем вся эта история закончится для вас? Лишением головы, или же, вероятно, сожжением?" "Фрэнк..." "Участь неверной женщины незавидна, правда?" "Убьешь родную мать?" "Убьете родного внука?" "Он бастард." "Лучше ли быть неверной женой, чем бастардом?" "Крепко же ты ненавидишь меня." Лонгботтом закурил очередную сигарету. "А вы любили меня, мама?" Он сделал длинную затяжку и внезапно рассмеялся. "Ваш разлюбезный мистер Гаррет обращался со мной так, будто купил меня на восточном базаре за три кната." "Ты был ужасным ребенком, Фрэнк. Никогда и никого не слушал." "А вы были ужасной матерью." "Я многого не знала." "Вам было наплевать." "Гаррета больше нет." "О да, ведь он свалил с нашим золотом как только запахло жареным. И, к вашему сведению, мама, я даже не пытался его искать." "Что ты хочешь?" Фрэнк посмотрел матери прямо глаза. "Вам известно." "Отец не допустит бастарда в доме. И родители Алис...подумай, пожалуйста." Последнее слово далось леди Августе с заметным трудом. Выдержав минутную паузу, Лонгботтом произнес: "Темза. Я очень надеюсь забыть это слово вместе со всеми его производными." "Я тоже очень надеюсь забыть одно слово - шлюха." "Шлюха будет жить там, где захочет." "Что ж..." Мать махнула рукой. "Видимо, она действительно хорошая шлюха" - она сделала паузу. "Когда-нибудь ты доиграешься, Фрэнк." "Когда-нибудь..." В глазах Фрэнка промелькнул безумный блеск. "Рано или поздно мы все доиграемся. Не так ли? Когда танцуешь на костях, главное не останавливаться. Господин Крауч знает это как никто другой. Вам тоже пора узнать." Августа в ответ лишь нервно щелкнула пальцами.

***

Над древним лондонским кладбищем волшебников стоял густой туман. Ночной воздух, влажный после дождя, насквозь пронизывал стоящих у небольшой могилы юношу и девушку. Несмотря на риск, Элджи и Беллатрикс решили похоронить Фокс там же, где похоронены все члены семьи Руквудов. И теперь, опустив в сырую землю хрупкое тельце девочки, они молча стояли у небольшого аккуратного памятника, взявшись за руки, и не зная, что сказать. Возможно, сумей они пролить хоть немного слез, им стало бы чуть легче, но оба давно уже разучились плакать. С громким карканьем мимо пролетел ворон. "Это моя вина." - наконец еле слышно выдавила из себя Белла. "Это не твоя вина." - тут же возразил ей Руквуд таким же тихим голосом. Блэк покачала головой. "Я должна была ее защитить." "Невозможно защитить всех, Белль." "Она доверяла мне. А я ее подвела." Элджи лишь крепче сжал руку подруги. "Я ждала, что ты возненавидишь меня." "Белль," - Руквуд уставился невидящим взглядом на могилу сестры -"Фокс всегда была такой...стремилась помогать людям, зверям, спасать всех. И она заражала этим других. Пробуждала лучшее в людях. Поэтому...ты проявила доброту. Фокс была рождена не для этого мира." "К черту доброту. От нее мрут быстрее, чем от драконьей оспы." "Говорят, лучшие уходят первыми." Еще некоторое время они провели в молчании, а затем, все так же держась за руки, медленно побрели прочь с кладбища. В ту ночь, когда погибла Фоксли, Элджи спасся благодаря паре хитрых штуковин из отдела тайн, доставшихся ему от отца. Сколь ни жаль было ему столь откровенно раскрывать свою личность, используя секретное министерское оружие в личных целях - выбора не оставалось. Иного способа прорваться сквозь стену вражеских бойцов на тот момент не было. Впрочем, если квартал, где прежде жили они с сестрой, превратился в руины в силу недавней резни, то улицы, вдоль которых юные волшебники шли сейчас, явно пережили нечто куда более страшное. Потрепанные витрины полузаброшенных магазинов еще хранили в себе следы былого благополучия, но горькая нищета и окружающая безысходность разъели его не хуже самого ядовитого зелья. Не обращая внимания на жалобные всхлипы и крики, сопровождавшие их всю дорогу, Элджи и Белла осторожно продвигались по скользким тротуарам. И если Руквуд, давно живущий в городе, ко многому уже привык, то Белла, большую часть времени проводящая в Хогвартсе или же на земле Блэков, все еще не могла воспринимать царящую в магической Британии разруху как должное. "Ты никак им не поможешь." - заметив мрачное выражение лица подруги, сказал Элджи -"Это работа министерства. Не твоя." Между дешевым грязным пабом и наглухо заколоченным магазином недорогой одежды, прислонившись спиной к мокрой стене, лежала девочка лет десяти в разорванном платье, подол которого весь пропитался кровавыми пятнами. Неподалеку от девочки тощий мальчишка пытался поймать за хвост не менее костлявого голубя. Все с тем же хмурым видом, Беллатрикс нехотя отвела взгляд в сторону и приманила из кармана мантии сигарету. "На днях моя мать выбросила свои новые французские туфли в озеро. Они показались ей недостаточно изящными." - медленно проговорила она, вдыхая в легкие густой дым -"Знаешь, сколько они стоили?" Руквуд пожал плечами. "Я тоже точно не знаю, но где-то около двух тысяч галеонов." "В этом нет никакого смысла, Белль." "Вот именно." Блэк сделала очередную затяжку. "В этом нет никакого смысла. Наша страна стремительно катится в полное дерьмо, в то время как мы покупаем очередную сотню туфель и выбираем на ужин что-то между коньяком и кокаином." "Зачем выбирать? И то, и другое годится. В любом случае," - повторил Элджи -"Это работа министерства." "Нет. Мы все в ответе за происходящее. " "Что ты хочешь? Баллотироваться в министры магии и победить нищету?" "Не нужно баллотироваться в министры, чтобы понимать, что экономика - основа всего в стране. Посмотри на Соединенные Штаты." "Возлюбленная твоя Америка." "Да. Не так-то просто жить среди разрухи, и, глядя на всеобщее разложение, спокойно распивать шампанское." "Справедливости ради, если глядеть с балконов вашего замка, то разруху легко не заметить." "О да." Беллатрикс бросила на друга насмешливый взгляд. "Наш управляющий, кажется, тоже так думал. Вот только я привыкла смотреть на цифры. А цифры не лгут." "О Боги, ты уже добралась и до бедняги управляющего." "А, он привык к...скажем так, к хаосу в нашем доме. К Элле и ее стилю ведения дел, проще говоря. Ну, а я - не Элла." "Не Элла." - согласился Руквуд -"С каждым годом ты все больше и больше становишься похожа на своего дядю. Даже внешне - у вас взгляд один в один." "Чепуха." Элджи пожал плечами и, взмахнув палочкой, осушил пару глубоких луж, преграждающих им путь. "Ты ведь помнишь, Фокс всегда хотела стать такой, как ты?" - не глядя на подругу, проговорил он -"Пыталась брать с тебя пример." "Да, помню." "А я чертовски этого не хотел." "Это комплимент?" "Я просто хотел, чтобы она была счастливой." Белла оглянулась по сторонам и, снова вынув палочку, зажгла еще одну сигарету. "Никто не может быть счастлив, живя в дерьме, Элджи." - резко сказала она. Голос ее дрогнул, как и всегда при упоминании Фокс. -"А мы все в нем живем. Только сорта разные." Тут, едва повернув за угол, Элджи и Беллатрикс столкнулись с тремя явно нетрезвыми головорезами, что с косыми улыбками на немытых лицах наставили на них свои палочки. Чего те явно не ожидали, так это заместо обычных жителей обшарпанного квартала наткнуться в переулке на двух ожесточенных горем чистокровных молодых магов. Впрочем, стоило Руквуду расправиться с самым смелым из троицы, как остальные мгновенно сбежали, очевидно позабыв нехитрые мечты о владении стильными мантиями чужаков. "Наш многострадальный народ, между прочим." - отметил Элджи, указав палочкой в сторону скрывшихся за углом неудавшихся грабителей. "О да." Белла усмехнулась. "Будь они чистокровными, добились бы успеха." Руквуд тоже улыбнулся. "Наоборот, Белль. Добейся они успеха - были бы чистокровными." "Перегибаешь." "Не моя семья удалила почти всю свою историю из учебников, заметь." "Твоя тоже ее подчистила." "Ты лучше скажи, а в Блэках и правда течет кровь первых магов, или..." "Я не знаю." "Я никогда не верил в эти россказни." "Главное, чтобы...черт." "Что?" "Комендантский час, Элджи. Мы в ловушке." Капкан захлопнулся. Будучи глубоко поглощенными похоронами Фоксли, они совершенно забыли о такой банальной вещи, как установленный Краучем паршивый комендантский час. И если в бедном, Богом забытом квартале, что они прошли, никакими аврорами и не пахло, то едва стоило им высунуться в более благополучный район магического Лондона, как немедленно взвыла сирена. "У нас есть где-то тридцать секунд." - немедленно сориентировался Элджи -"Нужно разойтись в разные стороны. Лучше им не видеть нас вместе." "Но..." "Прощай, Белль." "Тебя посадят, Элджи." "Скорее всего." "В Азкабане умирают." "Правда?" Друг нервно одернул полы своего модного пальто. "А я и не знал. Да не дрейфь, Белль. Я выживу. Обещаю. Я ведь еще не отдал им должок за Фокс." Белла лишь в отчаянии оглянулась по сторонам. Руквуд взмахнул зажатой меж пальцев золотой монетой. "Попробую от них откупиться. Если попадутся обычные гвардейцы, может сработать. Ну, а ежели авроры...что ж, чему быть, того не миновать, правда?" И с этими словами он молниеносно скрылся за углом. Самой же Беллатрикс едва ли что-то грозило. Настолько далеко министерство еще не зашло - отправлять дочь Блэков в Азкабан за нарушение комендантского часа они не посмеют. Если только, конечно, из всех министерских авроров ей не повезет натолкнуться на Лонгботтома, что маловероятно. С тех пор, как за ним стали присматривать и обрубили возможность косить галеоны направо и налево, в ночных рейдах ему стало делать, по всей видимости, нечего. И верно, когда спустя несколько секунд путь ей преградила группа вооруженных до зубов волшебников, Лонгботтома среди не было. Вот только был кое-кто другой, и, признаться, ничем не лучше. Удивленно вскинув голову, увенчанную гривой густых рыжих волос, возглавляющий боевую группу аврор пронзил Беллатрикс острым взглядом своих желтых глаз, и протянул: "Надо же...добрый вечер, мисс Блэк." Рот его растянулся в хищной улыбке. "Не буду лгать - я давно искал встречи с вами." Белла вопросительно посмотрела на стоящего перед ней мужчину. Зрачки ее глаз резко сузились. "И зачем же вы искали со мной встречи, господин Скримджер?" - мягким, приглушенным голосом поинтересовалась она. "Нам есть о чем поговорить, мисс Блэк." "Я так не думаю." Тот тяжело вздохнул. "А вы не больно-то любезны." "Вы тоже." - парировала Блэк, обведя рукой окружившую ее группу авроров. Скримджер вновь улыбнулся. "Вас непросто поймать. Особенно голыми руками." "И с каких же пор, господин аврор, для того, чтобы подойти к одинокой юной особе, требуется целая боевая группа?" Аврор нетерпеливо отмахнулся. "Мы оба прекрасно понимаем, кто вы, мисс Блэк. Давайте вы не станете разыгрывать роль нежной леди, и мы просто...пройдемся." "В министерство?" "Нет." Скримджер кашлянул. "Пока что по улице." Заинтригованная, Беллатрикс не стала спорить. Она и раньше знала, что Руфус Скримджер умеет быть непредсказуемым, но сегодня он, казалось, превзошел все слухи о себе. Остановившись у небольшой грязноватой речки, что протекала между двумя одинаковыми одноэтажными домиками, аврор остановил свой взгляд на ее течении, и задумчиво протянул: "А ведь у этого места огромный потенциал...как думаете, мисс Блэк?" Та пожала плечами. "Возможно." "Я уверен, что вы понимаете в красоте. Говорят, территория вашего поместья впечатляет даже самые искушенные взоры. А ведь вся магическая Британия могла бы стать прекрасной, не находите?" "Неужто вы спутали меня с архитектором, господин Скримджер? А может, с ландшафтным дизайнером? Или же хотите одолжить того, кто проектировал наше поместье?" "С удовольствием одолжил бы. Вот только, боюсь, министерство не станет финансировать такие проекты. Им это неинтересно." "А вам интересно?" "Мне интересно." Скримджер резко повернулся в сторону собеседницы, а затем, пошарив в карманах своей длинной мантии, достал фляжку и наколдовал два стакана. "Я слышал, вы любите чистый виски, мисс Блэк?" "У вас удивительный слух." Аврор встряхнул содержимое фляжки и разлил по стаканам. "Профессия обязывает." Он отсалютовал Беллатрикс. "Признаюсь, нечасто встретишь леди, почитающую неразбавленный виски." "Нечасто встретишь джентльмена, жаждущего распивать виски с леди, глядя на речку-вонючку. Вы заметно подготовились." Блэк с легкой улыбкой приняла свою порцию напитка из рук Скримджера. Тот пожал плечами. "Знаете, я ведь, так сказать, человек из народа. Я вырос на этих улицах, а не за крепкими стенами родовых поместий. И хочу, как ни странно, строить, а не разрушать." Белла понимающе кивнула. "Итак, вы метите в министры магии. А мне для чего эта информация?" Глаза аврора сверкнули. "Я предлагаю вам сотрудничество." "Приглашаете меня в аврорат?" - изо всех сил стараясь не рассмеяться, спросила Блэк. "А если приглашаю?" На сей раз она не смогла сдержать смех. "Женщина-аврор? Что вы употребляете, господин Скримджер?" "Я абсолютно серьезен. Порой женщины владеют боевой магией не хуже мужчин. Вам ли не знать?" Беллатрикс ничего не ответила, с любопытством ожидая последующих шагов собеседника. Скримджер играл редкими картами. Кроме того, внутри него бурлила необузданная, природная энергия, крайне редкая для министерского чиновника. Не будь он аврором, она бы даже призналась себе, что он весьма интересный мужчина. "Карьера всяко лучше замужества, не так ли?" - продолжил он, прерывая тишину -"Возможно, вам даже не придется никуда бежать." Последние слова аврора прозвенели в ночном безмолвии как набат. Не придется никуда бежать? Мозг Беллы заработал с бешеной скоростью. Откуда этот человек мог узнать о ее планах покинуть Британию? Если только... Ну да. Младшая сестра, пронырливая, вездесущая киска-крыска. Цисси. Вполне в ее стиле засунуть свой нос куда не следует, а затем сболтнуть лишнее какому-нибудь симпатичному пареньку. Единственная из сестер Блэк, Нарцисса изумительным образом сочетала в себе черты характеров обоих родителей - отцовскую способность раскрывать секреты и дорываться до истины, и материнское легкомыслие. Поистине гремучая смесь. Так или иначе, плевать на то, откуда Скримджер узнал о замыслах одной из сестер Блэк, главное, что теперь с этим делать. "Вы, наверное, гадаете, откуда у меня такая информация?" - вкрадчиво поинтересовался аврор, внимательно глядя на собеседницу. На лице Беллатрикс появилось насмешливое выражение. "Я не Кассандра Трелони, господин Скримджер." -ответила она -"Гадать - не мой профиль. Предпочитаю переходить сразу к делу." Скримджер забарабанил пальцами своему стакану. "Что ж...к делу, так к делу." Он снова тяжело вздохнул. "Я хочу от вас информации." "О ком?" "О ваших отце и дяде." Признаться, Блэк едва не поперхнулась виски. "Вы предлагаете мне доносить на собственную семью?" - неверяще переспросила она. Аврор пожал плечами. "Вас все равно убьют. Либо запрут в темнице, а после выдадут замуж за какого-нибудь ублюдка, навроде несчастного Криспиана Селвина, земля ему пухом. А так...мне кажется, что карьера в министерстве звучит заманчивее могилы." "Чистокровные не предают свой род, господин аврор. Пора бы вам уже это осознать." "Чистокровные..." Скримджер закашлялся. "Чистокровные бывают разные, мисс Блэк." Затем, быстро оглянувшись по сторонам, он добавил: "Я дам вам немного времени, подумать." "Сколько?" "Пару недель. Думаю, в начале следующего месяца мы снова встретимся. И я очень надеюсь в вас не разочароваться."

***

Этой субботней ночью небо над Хогвартсом было необычайной красоты. Усыпанное яркими звездами, оно словно манило в свои неизведанные глубины каждого, кто окажется достаточно смелым, чтобы оторваться от земли. Андромеда умела ценить красоту небесных тел как никто другой, ведь не зря Блэки давали своим детям звездные имена. Но сегодня, несмотря на страстную увлеченность небом, старшей Блэк все же пришлось обратить взор на землю. Истошный вопль одного из полукровок, раздавшийся неподалеку, заставил ее прервать меланхолию. В иной раз Анди едва ли обратила бы внимание на чей-то крик, но голос этого полукровки она знала слишком хорошо. Близкий друг Тонкса, Дэннис - с Андромедой они встречались всего пару раз, но он сумел вывести ее из себя так, как за все годы не смогли Сириус и Белла вместе взятые. А эти двое, между прочим, мэтры своего дела. Поэтому, задержав дыхание и сосчитав про себя несколько овец, она достала волшебную палочку и направилась в сторону голоса, готовая, в случае ложной тревоги, вытряхнуть из головы полукровки-идиота последние мозги. Если каким-то чудом они в ней окажутся, конечно. Увидев сидящего на земле у Запретного Леса Дэнниса, Анди взмахом палочки заставила рывком его подняться, и тут же резко спросила: "И что ты разорался, идиот? Повстречал очередного питомца Хагрида?" Дэннис в панике замотал головой. "Он...там..." Полукровка указал пальцем в сторону ближайшего дерева. Прошептав "Люмос", Блэк осветила поляну и наконец заметила лежащее на траве в объятиях покрытых густыми листьями ветвей чье-то бесформенное тело, завернутое в черную студенческую мантию. Андромеда похолодела. Осторожно приблизившись к безжизненной фигуре, в которой она без труда узнала Тонкса, Блэк аккуратно развернула мантию и, нежно проведя рукой по шее кажущегося мертвым студента, нащупала пульс. Дэннис нервно топтался у нее за спиной. Анди слышала его прерывистое дыхание, но, подавив в себе страстное желание придушить полукровку, она стремительно обернулась и сказала: "Он живой." Дэннис остановился. "Живой?" "Сейчас же беги в школу и приведи помощь. Сейчас же, Дэннис!" Как только полукровка исчез, Андромеда опустилась на землю рядом с Тедом и нежно взяла того за руку. Сейчас больше всего на свете она боялась, что юноша умрет. Ведь чувство вины станет терзать ее до конца дней, покинь грязнокровка этот жестокий мир. В дни душевной боли, после того, как нежеланный жених Анди пал от руки ее родной сестры, она смогла найти утешение в объятиях влюбленного в нее Тонкса, понимая, что узнай о том кто-угодно из Блэков, им обоим не жить - и в первую очередь Теду. Впервые в жизни Андромеда пошла на риск. В конце концов, сестра делает это постоянно. И вот теперь...либо Белла, либо Сириус. Кто-то из них расправился с Тедом, больше некому. Регулус слишком миролюбив, а прознай о грехе Анди отец или дядя - на этом свете она бы не задержалась. В последнюю их встречу с Тонксом Андромеда будто что-то интуитивно почувствовала, и неожиданно для самой себя протянула грязнокровке один из сильнейших амулетов, созданных ее семьей. Амулет-то и спас его от неминуемой смерти. Вот только помощь запаздывала. Дэннис как всегда не смог выполнить простейшее поручение как следует. Однако, стоило ей лишь осыпать полукровку мысленными проклятиями, как у опушки леса наконец появились декан Хаффлпаффа и школьная медсестра. Забросав Анди множеством вопросов, на которые у нее не было ответов, они все же забрали Теда в больничное крыло, а Блэк поспешила в гостиную родного факультета, в надежде найти там Беллатрикс и любой ценой добиться от нее правды. Для Регулуса выходной день тоже начался, точно кошмарный сон. С утра его отшила симпатичная ему девушка, решив, очевидно, что он хочет сделать ее своей шлюхой. По всей видимости, она перепутала Регулуса с его старшим братом, Сириусом, который менял девиц как перчатки, совершенно не переживая об их чувствах. И пусть даже младший из Блэков знал о себе, что он абсолютно другой человек - легче ему от этого знания не становилось. Желая немного развеяться, парень отправился в Хогсмид, дабы выпить кружечку-другую сливочного пива, но и там его поджидал неприятный сюрприз. Кто-то подбросил на дорогу, ведущую к Трем Метлам, изуродованное тело Мэг, одной из служанок их дома, наверняка зная, что Регулус решит посетить в этот дождливый день заведение мадам Розмерты и увидит предназначенный для него подарок. Кроме самого Блэка, мало кто обратил внимание на мертвую женщину, лежащую в весенней грязи, смешанной с ее собственной кровью. За последние несколько лет люди настолько привыкли к повсеместным смертям и исчезновениям, что ни трупы, ни листки с фотографиями пропавших волшебников отныне не вызывали у них особого интереса. А грязнокровке же, помимо всего прочего, вспороли живот и страшно искромсали ножом лицо. Все это напоминало ему деяние ревнивого любовника, если бы не одно но - неудавшемуся кавалеру вовсе незачем подбрасывать тело своей жертвы Блэку-младшему. Смысла подобного хода он, хоть убей, не видел. Бросить вызов? Но волшебники, что бросают вызов, как правило, не таятся. Конечно, этой весной по школе прокатилась волна расправ с грязнокровками, из-за чего ученики даже получили дополнительные каникулы, но ведь Мэг-то не была школьницей. Как только забрали тело Мэг, Блэк-младший вернулся с темных промозглых улиц обратно в теплую, мягко освещенную гостиную своего факультета, и, столкнувшись с сидящей у камина кузиной, немедленно рассказал ей о произошедшем. "Брось, Рег, все знают, какой ты сентиментальный." - чуть поморщившись, ответила Белла, внимательно выслушав его сбивчивую речь. "Причем здесь сентиментальность?" - тут же пришел в раздражение Регулус. "Ну как," - Белла зажгла сигарету -"Птички, мышки, домовики...кажется, вся магическая Британия знает о твоем мягком сердце. Знают, и хотят довести тебя до белого каления." "Но зачем?" Парень взял пример с кузины и тоже закурил. "И нет у меня никакого мягкого сердца!" "Хороший вопрос - зачем." - протянула Беллатрикс, проигнорировав его последнюю фразу -"Возможно, они еще попытаются выманить тебя куда-нибудь. Все-таки Мэг - наша собственность. Это открытое оскорбление." "А возможно, дело вовсе и не в тебе, Рег." - услышали они знакомый голос у себя за спиной. Обогнув диван, Грей Мальсибер, однокурсник кузины, уселся в кресло напротив них и вытянул ноги. "Мой слуга тоже не так давно пропал." "И ты его искал?" "Неа." Регулус удивленно воззрился на собеседника. "Я знаю, это мой долг, но Джеф тот еще придурок." - пояснил тот -"Честно говоря, я по нему не скучаю ни на йоту. Думаю, он связался с дурной компанией и сгинул. Знаешь же, ходят нынче такие типы, вербуют грязнокровок для темных дел." "И ты думаешь, нашу Мэг тоже завербовали?" Мальсибер пожал плечами. "Все может быть." "Исключено." - отрезал Блэк-младший. "Мэг - не юноша, у которого ветер в голове. И в темных делах она вряд ли что-то понимает." "Понимала." - поправила его Белла - "По-хорошему, нужно найти шутника." "Нужно, но..." Тут в гостиную вошел Лестранж-младший, а за ним Эйвери с совой на плече. "Этан, Рабастан," - окликнул их Мальсибер -"У нас тут важный вопрос." Оба подошли ближе. "Какой вопрос?" "У вас за последнее время, случайно, грязнокровки не пропадали?" Эйвери рассмеялся. "Какие еще грязнокровки, Мальсибер? Я нищета деревенская, у нас полторы грязнокровки было, да и тех отдали." "Да иди ты" - отмахнулся тот -"Блэку кто-то труп их служанки подбросил прям под двери Трех Метел. А у вас?" - обратился он к Рабастану. Лестранж посмотрел на однокурсника как на ненормального. "Мы в горах живем." "А причем тут горы?" "Мальсибер, в горах всегда кто-нибудь пропадает, понимаешь?" "Не понимаю." "А ежели никто не пропадает - мы сами их крадем." "Все равно не понимаю." "У Мальсибера же слуга пропал, Джеф его вроде как звали, да?" - поинтересовался Эйвери -"Только не говори, что ты решил его поискать? Отец заставил?" "Да упаси меня все святые!" Мальсибер замахал руками. "Искать Джефа! Да из этого болвана только чучело набить, и то, больно страшное выйдет. Сколько я из него дурь не выбивал - проще самому башкой об стену убиться три раза." "Избиение бесправных не делает тебе чести, Мальсибер." - заметил Лестранж. Мальсибер скорчил насмешливую рожицу. "Кто бы говорил, а? Сколько грязнокровок у твоей семьи, Лестранж? Всех по головке гладите?" "Мы их не избиваем." "Не верю!" "Только дурной хозяин управляет людьми с помощью палки." "Ага, так значит, по твоему, я дурной?" "Хватит, прошу!" - увидев, что ситуация накаляется, вмешался Регулус -"Это нашу грязнокровку убили." Рабастан, вздохнув, расположился на диване рядом с Беллой. "Вино все будут?" - обратился он к присутствующим. Все, кроме Регулуса, кивнули. Блэку не больно-то пришлась по душе идея распития алкоголя прямо в гостиной факультета, но он счёл разумным промолчать. Махнув рукой, Лестранж подозвал к себе какого-то щуплого мальчишку, и, сунув тому монетку, приказал принести всем бургундского. "Ну и барчук же ты, Лестрейндж!" - не удержался примостившийся на другом конце дивана Эйвери -"Уже и в Хогвартсе слугами обзавелся." "А куда ты его отправил?" - поинтересовался Мальсибер. "В спальню к себе, конечно, куда еще я мог его отправить? К декану в закрома?" "А откуда у тебя в спальне целая винная коллекция?" "Руди прислал." "Твой брат тебе в школу вино присылает? Серьезно?" "Ну," - Лестранж усмехнулся. "У него свои взгляды на то, как поддержать мой моральный дух в этой холодной неуютной стране, понимаешь?" "А..." - протянул Мальсибер понимающе -"Ну разумеется. Моральный дух. А женщин он тебе, так, случайно, не присылает? Для согрева?" "В школу не присылает." "Дамблдор бы такое не одобрил." - весело отметил Регулус. Тут мальчик принес несколько бутылок бургундского и легкие закуски, а Рабастан тем временем наколдовал пять симпатичных, изумрудного оттенка кубков. "Так..." - начал было Мальсибер, но резко умолк, увидев Андромеду. Внезапное появление в гостиной старосты застало всю компанию врасплох. К удивлению Андромеды, сестру не пришлось долго искать. Расположившись у камина, та распивала вино в компании своих однокурсников и Регулуса. Анди закатила глаза. Лестранж и Белла давно уже вели себя будто чертовы король и королева факультета, но сегодня староста не чувствовала в себе ни сил, ни желания им противостоять. "Нам нужно поговорить." - без предисловий обратилась она к сестре. Окинув Андромеду слегка изумленным взглядом, Белла медленно поставила свой кубок на столик. "Конечно, Анди." - странно мягким тоном ответила она и, оставив компанию, подошла к старшей сестре. Они отступили в дальний угол. "Это ты сделала?" - тут же без предисловий поинтересовалась Андромеда. "Что сделала?" "Просто скажи - да или нет." "Анди..." Снова этот странный тон и будто жалеющий взгляд. "Я не понимаю, о чем ты." "Тед. Он при смерти." "Кто такой Тед?" Карие глаза старшей Блэк гневно сверкнули. "Только не делай вид, будто бы не знаешь, кто такой Тед! Тот самый грязнокровка. Ты наверняка уже знаешь про нас все." "А," Белла понимающе усмехнулась. "Ты нашла себе мальчика для удовольствий. Ну а я-то тут причем?" "Не притворяйся, ладно..." Беллатрикс взмахом руки прервала сестру. "Анди, последнее время...поверь, мне не до твоих мальчиков. Поэтому повторю вопрос: кто нахрен такой этот твой Тед?" Андромеда густо покраснела. "Он...я с ним...понимаешь, когда Криспиан исчез..." "Ага. Понимаю." "Теперь он при смерти. Кто-то пытался его убить." "И что же им помешало?" "Наш фамильный амулет." "Ты отдала наш фамильный амулет грязнокровке?" Щеки Анди вновь залились краской. "Я хотела его защитить." "И ты решила, что, посети вдруг мою голову светлая мысль об убийстве твоего ручного питомца, я не смогу справиться с нашим же фамильным амулетом, Анди?" Теперь Андромеда почувствовала себя полной дурой. "Я тебе больше скажу, сестренка, твой мальчик - не единственная жертва. Если ты вдруг не заметила - школу закрывали на неделю из-за убийств, а виновного так и не нашли. Вот только..." "Что?" "Раз уж ты развлекаешься с грязнокровками, надеюсь, ты подумала о предосторожности?" "Нас никто не видел." Белла закатила глаза. "Анди, я о другом." - вкрадчиво сказала она. "О чем?" Сестра на мгновение отвела взгляд в сторону. "Понимаешь, сестренка, от этого бывают дети." Анди замерла. "Белла...что ты такое говоришь?" "Не я говорю - природа." "Я чистокровная, он грязнокровка...какие дети?" "А как, ты думаешь, рождаются бастарды?" "Я не думаю о бастардах." "А тебе стоило бы о них задуматься." - отрезала Беллатрикс. "К слову об убийствах...Регулус сегодня обнаружил труп Мэг. Надеюсь, ты не считаешь, что ее тоже я убила?" "Мэг...это наша служанка?" "Ага. Кто-то открыл охоту на грязнокровок. И не только в школе." Сделав скромный глоток из своего кубка, Регулус окинул кузин хмурым взглядом. Кажется, Анди и Белла вновь ссорились. Последнее время они спорили все чаще. Годы взяли свое, проявив в неразлучных ранее сестрах черты характера, что ныне разводили их по разным полюсам. Черты характера, приправленные родовой горячностью Блэков. Правда, горячность Андромеды сочеталась с наивностью и даже некоей беспомощностью, несмотря на всю ее браваду. Тут кузина схожа была с Барти. Бедняга разбирался в людях примерно так же, как Хагрид в тонкостях международной политики. Как ни отговаривал друга Рег, все тщетно - тот все же отправился в Италию с Фрэнком Лонгботтомом. Регулус едва ли лоб не расшиб в попытках отговорить этого болвана от сей очевидно вредной затеи, но совершенно впустую. Барти точно приворотное зелье выпил. И теперь Блэк-младший боялся, что, узнай обо всем господин Крауч, он попросту убьет своего сына. В одном Регулус был уверен - прощать первый заместитель министра не умеет. Даже родных людей. "Рег," - внезапно услышал он громкий голос Мальсибера -"Ты ведь не собираешься играть в детектива, правда?" Блэк нахмурился. "Нужно понять, что происходит." - медленно проговорил он. В голосе его слышалась явная напряженность. "Грязнокровок всегда убивали." - отмахнулся Грей - "В том числе и в школе. Сейчас грубо, раньше изящнее. Тайная комната, монстр Слизерина...помнишь историю Хогвартса?" "Да, но в те годы их активно стали принимать в школу, и..." "А сейчас Дамблдор предлагает дать им права. Это еще хуже." "В любом случае, Мэг - наша собственность, а не школьница и не уличная девица. Никто не имеет права влезать к нам в карман." "Тогда ищи среди состоятельных полукровок." - посоветовал Рабастан. -"Сколько лет министерство безуспешно борется с Движением за чистую магию?" "Больше, чем я помню." "Значит - кто-то в самом министерстве их и покрывает." "Точно не Крауч." "Крауч- чистокровный. Ему это не нужно. Говорю же - ищи полукровку." "Но почему полукровку?" "Оглянись вокруг, в стране страшный кризис." - ответил Лестранж, дождавшись, пока мальчик подольет им всем вина. - "Народ буквально зубами выгрызает себе место под солнцем, а тут новые конкуренты на и без того редкие рабочие места. И это только одна из сотен причин для убийств. Не ходи далеко- посмотри на Снейпа." "А что Снейп?" "Он Малфою зад лизал, только бы немного подняться. Люси Малфою, Блэк! А теперь давай, поставь его наравне с какой-нибудь грязнокровкой и посмотри на реакцию. И кстати, Тайную комнату тоже открывал полукровка." "Откуда ты знаешь?" "Брат говорил. И не спрашивай, кто открывал - все равно не скажу." "Да Снейп мечтает о том, чтобы трахнуть рыжую грязнокровку с Гриффиндора." - вставил Эйвери -"Красотку Эванс." "Эванс? Ту самую, на которую Поттер глаз положил?" "Ага. Самую красивую девушку Гриффиндора." "Снейп совсем ума лишился." "Думаешь, почему Поттер к нему вечно вяжется?" "И что Снейп хочет противопоставить Поттеру? Подарит девчонке старое платье своей матери?" "Не подарит, оно ему самому нужно." Парни дружно рассмеялись. "Тихо!" - внезапно шикнул на них Эйвери -"Кажется, он нас слышит." И он осторожно указал на притаившегося в углу неподалеку Северуса Снейпа, который настолько зарылся в учебники, что был виден лишь кусочек его болезненно-бледного лба. "Этан," - с насмешкой проговорил Лестранж -"Это ты у него домашку списываешь - не мы." Эйвери нахмурился. "Я с ним общаюсь не только для того, чтобы домашку списывать." "Ну да. Расскажи нам нянькины сказки." "А почему он не учится как все, в библиотеке?" - поинтересовался Регулус -"Он вечно торчит в гостиной." "О, в библиотеке может быть Поттер. Или Блэк. Или еще кто-нибудь." - закатив глаза, ответил ему Мальсибер. "Слушай, а отличный аргумент для того, чтобы куда-то не ходить - там может быть Поттер. Надо будет попробовать с травологией." - отметил Рабастан. "Не прокатит. Поттер на нее тоже через раз ходит." "Тогда просто повесим портрет Поттера над входом в школу." "Лучше портрет Лонгботтома." - весело заметила вернувшаяся к ним вместе с Андромедой Белла. "Пока чокнутая Алис будет на него молиться - никто не войдет. А там и семестр закончится." Анди посуровела, но, как ни странно, промолчала. "Между прочим, она шарахается от тебя как от чумного.-" - со смехом обратился Мальсибер к Лестранжу -"А знаешь почему?" "Потому что ее нянька в детстве уронила?" "Профессор Криспин увидела ворона в ее хрустальном шаре. Ворона на вершине замка. А это, между прочим, очень плохой знак. Вороны погубят Алис Лонгботтом. Заберут у нее самое дорогое." "Ее драгоценного Фрэнки, что ли?" Рабастан тоже начал смеяться. "Еще и на вершине замка. Никак мы и замок у Лонгботтомов отобьем? Знаешь, а запишусь-ка я, наверное, на прорицания. Чудесный предмет." "В замке сидит леди Августа." - возразила Белла -"А она прорицания не шибко уважает." "Беда." "Иногда предсказания сбываются." - сказал Эйвери. "Да." - согласился Лестранж -"Моя тетушка как-то увидела в кофейной гуще смерть господина Адиля - одного из наших врагов. На следующий день он умер." "Да ладно?" "Она ему яд в письме отправила. Ведь кто мы, презренные, дабы спорить с самим провидением?" Андромеда закатила глаза. "Лестранж, ты хоть иногда способен быть серьезным?" "Я стараюсь, честно. Каждый раз, когда вижу нашу любимую старосту." - он отсалютовал в сторону Анди -"Я даже почти изобрел заклинание серьезного лица. Остались лишь кое-какие доработки." "Ты все больше становишься похож на своего брата." "Протестую." "Перестаньте." - вмешался Регулус и кивнул в сторону входа в гостиную -"Сова моего отца здесь." Белла вздрогнула. "Зачем ему тебе писать?" - спросила она, бросая резкий взгляд на подлетевшую к ним птицу. Рег покачал головой. "Не мне." Словно в подтверждение его слов, сова протянула лапку Беллатрикс. Та побледнела. Поколебавшись пару секунд, она все же отвязала письмо и, и поблагодарив сову, решительно вскрыла конверт. В гостиной Слизерина воцарилась звенящая тишина. Умолкли даже первокурсники, игравшие во взрыв-кусачку. "Что такое?" - не выдержал Регулус -"Что пишет отец?" "Да, Белла, не молчи." - поддержала его Андромеда. Голос ее слегка дрогнул. Свернув письмо, Белла медленно подняла взгляд на кузена и сестру. "Элла умерла." - наконец сказала она.