Мой глупый и смешной редактор

      Ваше утро может быть добрым, если вы выспались, проснулись с любимым человеком или вам не надо на работу. Однако про пробуждение в одной кровати с начальником, нос к носу и голым торсом, там ничего не сказано.       Шокированный вышеописанным, Эльдар вскочил с кровати, громко завизжав, но тут же хватаясь за голову и падая на пол. Похмелье тоже не входило в список доброго утра. Чай не пятнадцать в паспорте, часики тикают, дал Бог алкашку, даст и проблевашку… Ну и всё в таком духе. — Что ты орёшь? — Однако до полного пробуждения Дане оставалось лишь взглянуть на полуголого Эльдара, а затем понять, что рыжий тоже не особо одет. — Твою мать, — испуганно выругался парень, осматривая комнату. — Мы вызывали проституток? — Да! Одна такая рыжая, высокая, другая шатенка, низенькая! Звали Диана и Эля! Ну не тупи, блять, мы были не в том состоянии. Я помню только… — он притормозил. — Я нихуя не помню! — Эл медленно поднялся с пола. Данила перевёл на него взгляд и застыл. Джарахов часто заморгал, смотря на начальника. — Скажи мне, что я не один вижу эти засосы. — У тебя зрение минус четыре. — А у тебя-то нет! — Тоже верно. А где они у меня? — парни вели диалог, не отрывая взглядов от пятен. — Ну на животе… — Почему на животе? — Ну докуда достал… — Блять, фу! Эльдар! Даже думать не смей о том, что это было сделано нами самостоятельно. — Ну да, ты же видишь тут кого-то ещё, — со стороны послышался смешок. Молодые люди повернулись и увидели в дверном проеме Лизу. — Ребят, простите, что мешаю вашим гейским игрищам. Но я таблетки вам принесла. — Лиз, это не то, о чём ты подумала! — Конечно, я ведь сама рисовала вам эти засосы, — ребята непонимающе посмотрели на неё и принялись тереть части тела. На руках отпечатались стертые с кожи тени. Эльдар выдохнул с облегчением. — Абрамова, я сейчас подам документ о твоём увольнении, и пойдешь работать визажистом! Я смотрю, тебе нравится рисовать людям то, чего нет!

***

      Спустя полчаса ребята уже пили чай на кухне, Лиза в качестве извинений готовила завтрак. — Ну так вот, вы же тупые куски говна, звонили мне бог весть когда. Конечно же, я прям сразу не смогла оставить дела и приехать, но сразу после понеслась к вам. Захожу я, значит, в квартиру, и тут мне открывается картина маслом: лежишь ты, Эльдар, сверху лежит наш великолепный и всевластный Данила Алексеевич, не знаю, как ты его не раздавил… — Уволю. — Ага, больше ежа голой жопой пугай. Ну так вот, лежите вы оба в обнимку, счастливо посапываете. Рядом сидит недоумевающий Ракета. Ты, кстати, ужас, а не хозяин. Забыл покормить его. Ну, а потом, я еле-еле перетащила вас двоих на кровать. А в наказание, как вы уже поняли, раздела вас и подрисовала засосы. Кстати, в течение ночи заглядывала, в обнимку спали. Такие милашки. — Лиз, давай без подробностей. Меня только отпустило, — с отвращением ко всему происходящему произнёс Эльдар. На кухне повисла тишина. Ребята пребывали в смешанном состоянии чувств и эмоций. Обычное утро вылилось в то, что хотелось бы поскорее забыть. Но, к сожалению, отпечаток в памяти останется надолго. — Ты один не стёр, — указав на шею Джарахова, заметил Данила. Эл, взяв влажные салфетки, попробовал оттереть, но почувствовал лишь боль. — Вообще когда я рисовала вам их, он уже был, — обратила внимание девушка. — И, похоже, что вы по-пьяне подцепили кого-то вчера. Потому что, Дань, у тебя рубашка измята. Кое-где даже следы рук со спины. — Это не больше чем совпадение. — Согласен, — поддержал Эл, надеясь абстрагироваться от ситуации.       А дальше… Всё пошло своим чередом. Ведь жизнь не стоит на месте.