Кошмар на улице «Совёнок» (интерактивный рассказ)

-Э-э-э…там что там с таблеткой, доктор Хаус? – спросил я мужика в пакете, изображая мучительную боль на лице – Она…она вылечит меня от волчанки? -Нет, нет, поймите – таблетка слишком…рискованный вариант – мужик в пакете встал со своего места и пошёл куда в темноту – У меня есть…кое-какое снаряжение. Оно вам поможет в поиске духовных тоте…ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ, ИДИОТ? Мужик в пакете внезапно обернулся и увидел, как я, нагло высунув язык с лежащей на ней таблеткой, закидываю пилюлю внутрь себя. -НЕТ! ВЫПЛЮНЬ! ВЫПЛЮНЬ ЕЁ! – мужик в пакете подскочил ко мне и начал лесть пальцами в чёрных перчатках мне в рот – Она тебе не поможет, слышишь? НЕ ПОМОЖЕТ! ТЫ ДОЛЖЕН ЕЁ ВЫПЛЮНУТЬ! -Позняк метаться, дядя – снаряд уже в жерле вулкана! – ответил меня, потихоньку начиная терять сознание – Наружу вылезет только через задний проход! -ТЫ НЕ ДОЛЖЕН БЫЛ ЭТОГО ДЕЛАТЬ! – яростно кричал на меня мужик в пакете – ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ НАЙТИ ЧЁРТОВЫ ТОТЕМЫ, КУСОК ДЕБИОИДА! ЧТО МНЕ ТЕПЕРЬ ДЕЛ… -Но прежде чем мы продолжим, я хотел бы передать привет Aktivnomy gomecy – сказал я и помахал куда-то в объектив камеры – Чувак, ты просил у меня прощения за прошлую концовку – я и тебя услышал! Всё будет охуенно! Тепло одевайся, кушай горячий суп, уступай место бабушкам в морге, спи по восемь часов в день – и не тереби много писяндру! Будь здоров, не болей! Я всё сказал, можно продолжать. -ТЫ ПОЖАЛЕЕШЬ ОБ ЭТОМ! – продолжал кричать мужик в пакете – Ты ОЧЕНЬ сильно об этом пожалеешь! -Возможно, не спорю…Но сейчас то мне заебись… - сказал я, смотря, как перед глазами с молниеносной скоростью проносится вся моя жизнь – Оживление Семёна Персунова через три…две…одну-у-у-у-у…секундочку…ЧТО СО МНОЙ, БЛЯДЬ, ПРОИСХОДИТ?

***

Проснулся я там же, где и отрубался в прошлый раз – в домике Алисы. Трупы и кровь куда-то исчезли, и, возможно, это потому, что их никогда и не было? Может, таблетка сработала, и я всё-таки вышел из комы? -АЛИСА! – громко закричал я на весь домик – ДРАЧЕВСКАЯ! ПИЗДА РЫЖАЯ! Нет, даже на рыжую пизду не отозвалась, что случается с ней крайне редко. Может, вышла куда-то? С большим трудом поднявшись с пола, я медленно поплёлся на выход. Тело почему-то теперь ощущалось немного по-другому – более плотным, более массивным, более…э-э-э…громоздким, что ли. Может, пока я лежал в коме, меня кормили бургерами из «Макдака» и я отрастил себе большущую животяру? Выйдя на улицу, я ещё раз позвал Алису, но результат был примерно тем же. Куда её, блядь, свинтило? Я думал, она бы не пропустила момент, когда её благоверный соизволит вернуться с того света! Я продолжил неторопливо идти по лагерю, пытаясь насвистывать простенькую мелодию, но получалось не очень. Что-то во рту мне активно мешало, а поковыряться в зубах мне почему-то не хотелось… Внезапно вдалеке я увидел какое-то активное мельтешение, которое с каждой секундой приближалось ко мне всё быстрее и быстрее! Прищурившись, я присмотрелся повнимательнее, и… -ЁБ ТВОЮ МАТЬ! ГИГАНТСКАЯ МУХА! – испуганно заорал я. -ЁБ ТВОЮ МАТЬ! ГИГАНТСКИЙ ПАУК! – испуганно заорала муха. -СЕМЁН!?! – в один голос закричали друг на друга ганская муха и гигантский паук. -Братан, это правда ты? – спросила у меня муха голосом другого Семёна – Блядь, я щас так пересрал, если честно! Думал, всё, пизда, сожрёт и не подавится… -КАКОГО ХУЯ ПРОИСХОДИТ? – закричал я на свою муху, то есть брата – С каких пор ты выглядишь, как ёбаный любитель поковыряться в навозе? -Ну, чувак, на себя бы поглядел! С таким ебалом только в фильмах ужасов сниматься! – муха подлетела ко мне ближе, и я заглянул в её отзеркаливающие изумрудные глаза – Сам, блядь, полюбуйся! Из отражения в «глазах» другого Семён на меня смотрел…огромный, мохнатый и явно хищный тарантул, с выпирающим круглым брюшком, длинными тонкими лапами и кучей ядовитых жвал во рту. -ЁБАНЫЙ ТЫ НАХУЙ! – невольно вырвалось из меня – ЭТО ЧЁ, БЛЯДЬ, ТАКОЕ? Когда я в детстве мечтал стать Человеком-Пауком – я имел виду СОВСЕМ другое! -Мужик, ну у тебя хотя бы восемь рук – заметил другой Семён – А у меня всего четыре, да и те постоянно в говне. -Как…как это, сука, произошло? – я хотел было схватить за голову, но потом вспомнил, что нихуя не получится – Я же…я же выпил таблетку, и она должна была меня ВОСКРЕСИТЬ, вывести из ёбаной комы! А вместо воскрешения…вот…ВОТ ЭТО ВОТ, БЛЯДЬ! -Добрый доктор АйХулит нас всех наебал! – развёл маленькими лапками другой Семён – Хотя он и предупреждал о побочных эффектах, но я то думал, что речь идёт о каком-нибудь «зверском» поносе! -Что значит «нас»? – с подозрением спросил я – Ну я то понятно, сам заглотил эту ебаторину…А ТЫ как превратился в фекального бомбардировщика? -Ну, знаешь, я подумал – может, я тоже в коме лежу, надо таблеточку выпить, и тогда мы оба проснёмся. А таблеточка оказалась ничего, и я выпил целую жменю… - виновато говорил другой Семён – И, ты, это, братан, не обижайся, но я…я один таблетос Толяну дал. -ТЫ ЧЁ, БЛЯДЬ, СДЕ… -Семён Семёнович! – из ближайших кустов к нам чрезвычайно медленно выползла…огромная, жирная, яркого салатно-зелёного цвета гусеница – Я вас слазу узнал! У вас палфюм совсем не изменился! -ЕБАТЬ. МЕНЯ. В ЖОПУ! Если она у меня есть, конечно! – сказал я и от злости поклацал ядовитыми жвалами – Это просто…блядь, да у меня слов не хватает описать, какой это пиздец! Хуже уже, по-моему, быть просто не может! -ВОТ ОНИ! – услышали мы внезапно громкий и противный голос Мику – Я же вам говорила, что ОНИ придут уничтожить нашу планету! Три ВсаднЕка АпокалипСиСи в образе гадов ползущих да летающих! Голод, Чума…и СМЕРТЬ! Мику стояла перед толпой пионеров с вилками и факелами в руках и просто фонтаном извивала на них нескончаемый поток своего бредово-религиозного экстаза. -Слушай, ну я точно Чума, потому что всякую хуету повсюду разношу! – сказал мне другой Семён - Толик – это Голод, потому что его не то что жрать, а просто трогать пиздец как противно! А ты, братан, получается…Смерть? -Ясен хуй! – кивнул я – Знаешь, какие в Австралии водятся пауки? Укусит один такой за писос – и даже сэлфи разбухших яичек не успеешь сделать! -ОНИ ЯВИЛИСЬ ЗАБРАТЬ НАШИ ГРЕШНЫЕ ДУШИ! – закричала Мику и с горла приложилась к початой бутылке палёной водяры – Они…э-э-э…хотят…ОНИ ДОХУЯ ВСЕГО ХОТЯТ! -Братан, да она в сиську бухая! – угрожающе зажужжал другой Семён – Давай я подлечу к этой пьяной пизде и отложу на неё парочку личинок! -Нет, никому, блядь, не двигаться! – приказал я – Толян, тебя это особенно касается, а то как стартанёшь с места – хуй тебя потом догонишь! - Да страшатся и да трепещут вас все звери земные, и весь скот земной, и все птицы небесные, всё, что движется на земле, и все рыбы морские: в ваши руки отданы они! – громогласно объявила Мику собравшейся толпе – Вот, что гласит Библия, братья и сёстры! Библия гласит, что мы должны смиренно опустить головы пред захватчиками нашими, и дать им ограбить наши дома, опустошить наши амбары, изнасиловать наших…домашних…покемонов…НО НА ХУЮ ВЕРТЕЛА Я ЭТУ БИБЛИЮ, БРАТЬЯ И СЁСТРЫ! Не позволим поганым ВсаднЕкам устроить Хаос на нашей праведной земле! ПИЗДИ ИХ, БРАТЬЯ И СЁСТРЫ! ПИЗДИ НОГАМИ, ВИЛАМИ ДА ЛОПАТАМИ! -А вот ТЕПЕРЬ нам точно пиздец – спокойно констатировал другой Семён, наблюдая за тем, как разгорячённая после речи Мику толпа линчевателей с воинственными криками прёт прямо на нас троих – На всех у меня личинок не хватит, но половину точно говном забросаю. -Ты чё, пизданулся? Драться с ними хочешь? – я отвесил ему подзатыльник всеми восемью лапами – СЪЁБЫВАТЬ ОТСЮДА НАДО, И ПОСКОРЕЕ! Я опустился на четвереньки (восьмиреньки?) и быстро-быстро засеменил по дороге в сторону домика Алисы. -Давайте, давайте, не тормозите, блядь! – кричал я отстающим от меня сзади – Толя, сука, шевели своими ёбаными…ЧТО ТАМ У ТЕБЯ ВМЕСТО НОГ? -Я быстлее не могу! – недовольно отозвался Толик, передвигая себя со скоростью один метр длинною в жизнь. -Такси до Марселя, блядь, заказывали? – другой Семён подлетел к Толику, схватил его всеми лапами и натужно поднял вместе с собой в воздух – Ебать, Толян, ну ты и жиробасина! Меньше жрать не пробовал? -Всё моё тело – один большой желудок! – ответил ему Толик, смотря на беснующую толпу сверху-вниз. -Тогда я даже знать не хочу, как именно ты срёшь, чувак! -Так, вы оба! Меньше пиздим – больше бежим! – обронил я, лихо забегая за очередной угол – Потом обменяетесь уникальным, блядь, жизненным опытом! Если выживите!

***

Толпа преследовала нас до домика Алисы, затем до главной площади лагеря и практически до самого пляжа у прилегающей к лагерю реки. На самом деле, мы свернули куда-то в сторону леса, но пусть эти ебанутые фанатики думают, что мы пошли искупаться и утонули ко все всем хуям. -Ну что, братан? «Хуже уже, по-моему, быть просто не может»? – недовольно прожужжал у меня над головой другой Семён – Ебать накаркал, хоть ты и не ёбаная ворона! -Не пизди под руку, а то опутаю паутиной и засуну в дупло к белочкам – беззлобно огрызнулся я – Короче, пацаны…В каком-то смысле – я во всём этом виноват. Не стоило мне жрать эту блядскую таблетку. -Ну хоть одна дельная мысль за всю сегодняшнюю ночь! – хмыкнул другой Семён – Мы уже в курсе, что ты виноват и прощенья тебе нет, но хули нам теперь делать? -Я подозреваю, что тот, кто дал нам эти таблетки, также знает, как снять их эффект – прикинул я – Надо снова найти этого пидораса в бумажном пакете вместо ебала и сделать ему предложные, от которого он не сможет отказаться! -Луки и селдца? – удивлено спросил Толик. -Нет, блядь, печени и селезёнки! – чавкнул я жвалами – Хотя сначала я отгрызу его мелкий волосатый хуй! -Дело говоришь, братан – довольно зажужжал другой Семён – Но что, если он нихуя не знает? Или, что ещё хуже, давно съебался из лагеря? На твоём месте я бы так не рисковал и воспользовался бы местными экспертами в области прославленной народной медицины! -Нет, блядь, я ни за что не пойду к Ольге Дмитриевне! – закачал я головой – Даже, сука, не проси! Она уже давно конкретно ебанулась на теме своих отваров из всего, что валяется под её блядскими ногами! -Братан, я бы попросил уважительнее относится к моей бывшей любимой женщине! – уточнил другой Семён – Всё-таки, мы с ней встречались целых полтора часа, если не считать тех двадцати минут, когда я её уламывал на секс в стиральной машинке. -Хочешь из мухи превратиться в ёбаный андронный коллайдер – лети к своей ебанутой Малышевой на минималках! – огрызнулся я – А я пойду к нашему блядскому Амаяку Акопяну! -Может быть, мы плосто оставим всё как есть? – безобидно предложил Толик – Всё ведь не так уж и плохо… -Толя, может тебе и заебись иметь вместо туловища один большой калоприёмник, а мне вот совсем не улыбается перспектива до конца своих дней вызывать у людей острое желание ёбнуть меня тапком! – раздражённо ответил я – Это проблема, Толя, и её надо решать! Без вариантов! -А может, Толян прав? – неуверенно сказал другой Семён – Я вот уже как-то привык! Вообще не представлю, как меня раньше не тянуло по говну ползать…А-а-а, нет, тянуло. От старых привычек так просто не избавишься! -Ой, и ты, блядь, туда же! Два ёбаных конформиста на мою голову! – я вздохнул и развёл в стороны восемью лапами – Короче, отдохните немного, пожрите чё-нибудь и через полчаса выдвигаемся. -А куда хоть идём то? – в один голос спросили меня другой Семён и Толик. Хороший, блядь, вопрос… №1. Итак, есть три мелких долбоёба, которые сожрали неизвестные таблетки, не думая о последствиях, и один большой мудак, который им эти таблетки дал. Если сложить два на два – получится четыре, а если оторвать человеку обе руки, обе ноги и впиться ему ядовитыми жвалами в жопу – получишь противоядие, даже если его не существует в природе. Так мы и сделаем. №2. Несмотря на всю мою отчаянную нелюбовь к Ольге Дмитриевне, стоит признать – её отвары из цветов, фруктов, ягод и собственного поноса иногда действительно творят чудеса и заставляют безголосых петь, безногих танцевать, а бесплодных – рожать детей со скоростью пулемёта «Максим». Может, и нам троим она сможет помочь? №3. Если хорошо подумать, быть пауком – не так уж и плохо. Восемь рук, бесконечная паутина и халявное тёплое местечко в любом завалящем террариуме. Возможно, что Толик не так уж и далеко уполз от истины, намекая нам на то, что не важно, каким ты кажешься людям снаружи, важно – как много у тебя говна внутри. А мы, членистоногие, совсем не говнистые ребята. Ну, разве что только чуть-чуть. Часики тикают, жопами дрыгают! Думай, Семён, думай!