Сердце окрылённое свободой

«Жизнь пронеслась перед газами». Я слышал эту фразу лишь однажды, не смотря на это почему-то, место в моей памяти она заняла далеко не последние. Но если подумать, проносится особо было нечему. Детство, как и большинство я не помнил его от слова совсем. Родители у меня само собой были, хотя говорить о них как о семе никогда не получалось, не могу сказать что мы ненавидели друг друга но и любовью тут не пахло. От чего так сказать трудно, отец как-то раз сказал: «Я хочу, чтобы после смерти твоей матери меня хоть кто-то помнил». И я ведь помню его. Странная позиция, воспоминание в виде пустого факта, насколько оно ценно? Демократическая Республика Воля так в официальных документах именовалась стана где мне довелось родиться. Воля – способность делать выбор. С государственного языка это переводилось как «свобода». Ироничное название для государства 95% истории которого это борьба за независимость. Около века тому назад Воля получила независимость в ходе «революционного круговорота». Период переворотов и контр переворотов, в котором мир перекраивался, а тысячелетние империи рушились. Но год спустя страна стала объектом территориальных претензий, в итоге она была захвачена. Следующее 50 лет оккупации, постепенно, недовольство и национально освободительное движения, несмотря на репрессии всё нарастало и нарастало. Союз Каурионских Государств хоть и не допускал отделения Д.Р.В., но и не думал как-то пресекать подобные движения. Кода срок совместного существования дошёл до семидесяти пяти лет к власти в Каурионе пришёл пацифист и сторонник деколонизации он призвал к роспуску союза который и так уже трещал по швам. Мешаный состав власти позволял находится в партии одновременно представителям совершенно разных идеологий от националистов до радикалов. Милитаристская ячейка бывшая в большинстве и в бешенстве от такого предложения, попытавшись свергнуть действующие правительство в ходе одномесячной гражданской войны, развернувшейся на улицах столицы, однако официальные власти одержали победу. В итоге этих действий главнокомандующий сил воздушного контроля подписал официальное прошение на предоставлении полной автономии ряду держав. Как оказалось отделение было временным. Федерация София – одна из сил что появилась после падения «Империи неопределённости» как СКГ называли в северных странах. Практически от момента своего появления она вела изоляционизм во всех политических сферах. 19 лет назад в кризис финансов вынудил Волю и ряд мелких королевств на границе с Софией серьёзно снизить расходы на свои вооружённые силы. Это стало началом конца, в начале лета без каких либо объяснений войска федерации нарушив границу отковали Волю превосходство было ошеломительным: 1 к 29 по пехоте, 1 к 90 по танкам, 1 к 100 по самолётам. Столица пала через 2 месяца боёв. Неделю спустя королевство Босати подверглось интервенции, оно пало за неделю. Затем были страны О.Ц.Р.Р. (Объединённые Царства Репионского Региона), они сдались за сутки каждое. К началу зимы весь континент находился во власти федератов. Мировое сообщество было шокировано подобными актами агрессии, но разрыв отношений, требования и санкции не к чему так и не привели. Оставалось ждать следующего шага. Первый месяц оккупанты себя никак не проявляли, ограничившись заменой высших эшелонов власти и посчитав, что пока этого достаточно. Позже по окончанию боевых действий остальные чиновники прошли проверку на лояльность и продолжили службу. Протесты начались почти сразу. Сначала их просто игнорировали. К концу зимы митинги переросли в погромы, наконец первый день весны стал днём кровавой бойни. 22000 протестующих штурмом взяли мэрию, через 4 часа прибыла регулярная армия, в тот день погибло 6000 человек с обеих сторон. Лидеров этой акции впоследствии публично расстреляют. После этих событий на оккупированной территории начало действовать специальное постановление, если опустить пафос, ненужное усложнение и заумные термины то текст гласил: Никакого инакомыслия, инакомыслие и приводит к подобному, отныне здесь так не будет! Все обязаны трудится и славить нашего бога, лидера и государство! Мне было 5, в тот день началась очередная волна арестов, шестая за три года. Рано утром раздался стук в дверь, в проёме стоял солдат в шинели и пыльных сапогах, он выдал конверт, затем ушёл. Это была повестка, они небыли редкостью, разного рода службы вызывали разного рода граждан к себе с целью получения информации. Они так и не вернулись… Потом в почтовом ящике нашёл листовку с призывами находить “предателей”. А если их нет? Ну, всегда можно устроить провокацию. Следующий год хватало денег с продажи мебели и техники. Когда остались только обои и паркет пришлось продать уже саму квартиру, какой-то шулер искал помещение для подпольного казино, на удивление дал много. Искать новое жильё не пришлось, на третьем этаже когда-то жил поет, но он уехал перед войной, суть была в том, что он оставил ключи в плафоне который располагался в коридоре, этого никто не заметил, а я тогда это видел. Решив что разграблять и его квартиру не буду просто поселился, в зале на ковре, ни кровати, ни дивана у него не было. Этих денег хватило ещё на год тотальной экономии, даже по моим меркам. Потом пришлось пустится во все тяжки, чем только я не занимался… К моим десяти годам ситуация начала манятся, кода процент арестованных дошёл до 1/15 содержать эти миллионы заключённых проблематично, тогда министерство обороны требовало рабочей силы, решив прибить одним камнем двух птиц заключённых направили на добычу сырья освобождая специалистов для более технологичного производства. Это запустило каток репрессий с новой силой. Ввели трудовую повинность, при этом рабочие места не уклонно сокращались в своём количестве, человека не имевшего официальной роботы арестовывали и отправляли на юг континента. Хуже всего, было тем, кто работал не официально. Не редко их объявляли машинками и вешали. Тогда того шулера, накрыли, начали копать и вышли на мня. Путь до места моей “роботы” запомнился смертью пенсионера, его труп так и проехал с нами всю дорогу. Безымянный алюминиевый рудник рядом с южным побережем. Жуткое зрелище. Освободившиеся вагоны загружают рудой. Нас разбили на 4 группы. Тем кому было за 60 отрядили на “второстепенные” роботы: захоронение трупов, передача поручений, объявления и подобное. Людей от семнадцати до пятидесяти девяти разделили. Погрузочные и добавочные работы, раз в неделю состав менялся. Наконец все кто младше семнадцати попали в «вспомогательную группу», нам приходилось занимается не типичными случаями. Например, пролизать туда, куда взрослые не пролизали. Приносить мелочёвку рабочим. Реже офицеры поручали подсушивать или обновлять плакаты, нас не воспринимали в серьёз потому позволяли ходить и слушать многое. Но за подобные “курортные” условия приходилось расплачивается. Кормёжка заключённых шла по жетонам. Они были пластиковыми у нас был доступ лишь к металлолому, следовал вывод - подделать их мы не могли. У первых трёх групп был минимум, который они получали в любом случаи. 2-3, паёк стоял 10, а больше тратить и не было на что их тратить. Загвоздка была в том, что у дутей/подростков его (минимума) не было. Работа была единственным способом их получить жетоны. Благо платили столько же, отбилось поручений впрочем, компенсировала. Доходило до ползанья по загазованных каналах вентиляции, зашита нам при этом не полагалось. Неудивительно что дохли мы как мухи. Как минимум 50% всего состава не доживала до своего третьего задания. Полонения приходили регулярно, потому общие количество держалось в районе шестидесяти. Наступление зимы принесло с собой беды. Григорий - самый опытный из нас вляпался в ледяную воду и умер от воспаления лёгких через неделю. Затем полное обрушение одного из туннелей погребло под собой 48 человек. Массовые обморожения вынудили надзирателей открыть «ШВАШ» (чтобы это не значило), место, где за те самые пласмаски можно было приобрести средства обогрева. Так администрация смогла отсеять наименее активных из нас. Очередной год не привнёс особых изменений. Разве что шахта заметно углубилась. Работа внизу не особо отличалась от таковой на теперь уже средних уровнях. Акклиматизация происходила медленней, вот и все отличия. Прадо среди новичков много маргиналов из банд, неважно, если не будут нас слушать всё равно помрут. Зима в тот раз кончилась особенно рано. Однажды в одном из каналов вентиляции появилась вода, она начала стекать внутрь. Дальние каналы не любили, ибо из них мало выходов и туда часто просачивается метан или вода, например. Потому руки подняли не многие. Из них 90% были отчаянные новички пытавшиеся не умереть от голода. В итоге выбрали меня. Фонарик кое-как удалось выпросить. Ползя, в какой-то момент мне удалось уловить странное движение воздуха. «Сквозняк?» казалось логично, однако тот сектор предназначен для забора воздуха его разгоняет вентилятор оставшийся далеко позади. Доползя до поворота повернув голову мне показалось что я видел отблеск. Решив удостоверится отключил фонарик. Вдалеке виднелся тусклый синий лучик. Как оказалось мене вполне по силе пробежать по степи в оттепель 40 километров без остановки. Тот рукав выходил к поверхности, причём за пределами ограды. Так что теперь я бежал, просто бежал и бежал, и бежал… Мой побег с материка был единственным выходом, так или иначе. «Я туда не вернусь!» аки мантру повторял я эту мысль. Раз за разом, раз за разом, раз за разом… Мой побег иначе как чудом и не назовёшь, куча случайностей переплетённых между собой сделали его возможным. Так или иначе, мне удалось забраться на авиа-сухогруз, шедший в нейтральную страну. Обнаружили меня при разгрузке, на тот момент я был в голодном обмороке. Когда я очнулся меня отправили в службу миграционного контроля. Скрывать мне было нечего, сказал всё как есть. Выслушав всё это меня посадили в огромное, но при этом пустое помещение с остальными мигрантами. Четыре часа ожидания спустя меня и ещё нескольких забрала комиссия по репатриации. Моя родословная меня никогда не интересовала, а зря, оказывается мой дед был гражданином Касеона. На основании этого мне дали статус условного гражданина. Юния была военным союзом между государствами расположенном на северном материке. Этот альянс был образован в противовес Софийской агрессии, за время своего существования в него вошли 4 материковые державы и островное королевство Касеон. Накануне эта страна пережила то, что сейчас принято называть «революцией раскаянья». Конституционно-монархическая система контролируемая аристократией превратилась в бюрократическую стену, вставшую между народом и королевской семьёй. Жалобы первых не доходят до вторых, а реформы не проходили в обратную сторону. При этом дворяне составлявшие парламентское большинство умудрялись перенаправлять народное недовольство в сторону монархов. В итоге разозлённое общество перешло от слов к действию. Радость от свержения “тирана” быстро сменилась ужасом от осознания содеянного. Правда вскрылась почти мгновенно, но этого «мгновенно» хватило, чтобы революция успела вспыхнуть и погаснуть, в процессе это пламя спалило всю династию Шайнингов. Из них выжила лишь Ш. Лайт, на момент этих событий она была младенцем потому её не убили тогда, а после произошло то, что и дало название революции. Раскаянье – время переоценок и осознание содеянного, принятие так и не случилось. Вся нация перешла от траурного шока к неизмеримому чувству вины. Парламент, возникший после, являл собой временное объединение политических структур постреволюционного образца призонное закрыть собою брешь, образованную в системе государственного управления. Входившие туда фракции единогласно проголосовали за восстановление династии в качестве исторического и культурного достояния, при подобном статусе не имея фактической власти королевская семя сохраняла свой статус и часть обязанностей. Отсюда и зародилась народное прозвище. В течении последующих семнадцати лет оставшаяся в живых Шайнинг Лайт стала де-факто послом с громоздким титулом закреплённым за её родом. В какой-то момент она подала прошение, парламент согласился присвоить ей обязанности посла. Посол и историческое наследие в одном лице, довольно экзотично. Не могу быть уверенным, но возможно на её решение повлияла геополитическая обстановка. После того как мирное урегулирование конфликта стало маловероятным началась гонка вооружений, обе стороны предвидели крупномасштабное военное соприкосновение. Однако это столкновение отличалось от тех, что София вела на прежде. Если в континентальной компании упор делался на сухопутные войска то теперь противоборствующих разделяло от нескольких сотен до нескольких тысяч километров водных массивов. Причём пересечь их стандартами методами было нереально – морское соединение по геологическим и подобным причинам была невозможна. Из этого тупика был только один выход, началось накопление воздушных флотилий. Аэропланы и аэростаты был единственными способами перемещаться межу континентами, потому ещё с момента их изобретения все поспешили обзавестись флотом этих транспортных средств. Но это всё были торговые и транспортные самолёты и классические дирижабли. Воевать в таких условиях никто не хотел, потому началось соперничество технологий. Крупные суда просто становились, бронирование, вооружались всё более и более мощными орудиями. Миноносцы – 75 миллиметров, Эсминцы – 150 миллиметров, Крейсера – 210 миллиметров, Линкоры - 320 миллиметров и больше. Малые самолёты пошли куда менее простым путём. На начальном периоде в приоритете были средства разведки, Юнией был создан высотный разведчик U-2. В свою очередь Софией был создано семейство высотных ракет, некоторое время удавалось избегать районов их базирования, но через 2 года после потерь нескольких машин программу разведки свернули. Несмотря на то, что подобные методы оказалось действенны они также показали что их нельзя применять в пределах доктрины массированного наступления которой придерживалась командование. В теории, применяя ракетно-бомбовое вооружение самолёты моги нанести линейному флоту значительный урон. После этого началась разработка техники способной наносить удары по группировкам врага и противодействовать его ударам. Истребители выбелись в приоритет ведь возможность удержания воздушного пространства было тем что и позволит одержать победу в этой войне. Первое поколения экспериментальных прототипов сменилось вторым. Вторе поколение получило стреловидное крыло место прямого, пушечное вооружение сменило пулемётное, появилась система свой-чужой. МИГ-15 и F-86 Sabre стали основными на 3 года. Во втором поколении был достигнут паритет сил. Поле того как это стало очевидно началась разработка третьего, причём теперь конкуренция велась не только между противостоявшими но и союзниками, к семейству истребителей МИГ пристроились специализированые машины Яковлева. В свою очередь союзники отказались от идеи общего для всего альянса самолёта и начали разработку собственных самолётов для своих ВВС. Поколение 3 выделялось переходом на сверхзвук и появлением управляемых бомб и ракет, в какой-то момент популярным было мнение что ракеты воздух-воздух это идеальная замена “бесполезным” авиапушкам. Поэтому больная часть тогдашних моделей, таких как: F-102 Delta Dagger, СОКО J-22 Орао, Mirage 4000 и Т.д. ими не оснащалась. Исключением был F-8 Crusader, за сей факт его окрестили «Последним стрелком». МИГ-21 был унифицирован, потому нёс как пушки, так и ракеты. Однако машины дошли до предела возможностей классических технологий проектирования. Чтобы повысить скорость требовался более мощный и тяжёлый двигатель, чтобы нести его требовались крылья большей пощади, но большая площадь это большое сопротивление компенсируя это постоянно увеличивали стреловидность. 35 градусов на МИГ-15, 55 градусов на МИГ 19, 61 градус на F-102, 80 градусов на Saab 35. Большая стекловидность создавала проблемы при приземлении, увеличивая посадочною скорость до неприемлемо большой. Золотой середины не было, меньшая стекловидность подходит для малых скоростей большая для больших, но не наоборот. Решение пришло одновременно всем и сразу. Крыло с изменяемой стреловидностью. Изначально крыло будет иметь небольшую стекловидность, 15-20 градусов, но с ростом скорости угол будет увеличиваться, уменьшая сопротивление. Идея была революционной, но реализовать её в рамках показателей третьей ступени было невозможно. Тогда появилось поколение 3+, чьи возможности вышли за пределы третьего, но не достигали четвёртого. Реализация концепции переменной стреловидности проходила с трудом, Mirage G и F-111 получились медленными и не поворотливыми, в тоже время МИГ-23 развивал полтора маха, оставаясь маломаневренным, однако это позволило вести активный бой. Юния утратила техническое превосходство… Обо всём этом я узнал после. Мне как эмигранту, без чего быто за плечами, предложили без проигрышный, по их мнению, вариант. Воздушные силы испытывали чрезвычайною нехватку кадетов, среди общества царила апатия по отношению к войне, потому добровольцев практически не было. Меня ведь не принуждают, а делать мне больше всё равно нечего. Отсидев оставшиеся мне до шестнадцатилетия 2 с половиной года в интернате согласился на данное предложение. Бытие кадетом оказалось более чем приемлемым, маргиналов, криминалов и просто идиотов сюда не брали принципиально. А главное воздушные силы Касеона были лишены идиотских классовых разделений, конечно командный состав имелся, но подчинённые и руководители фактически не имели преимущества друг над другом. В академии нас учили основам: тактика, механика, пробные полёты, взаимодействие друг с другом и так 4 года. К концу академии нас осталось 40 человек, из нас сформировали третью эскадрилью оперативного реагирования, приписав к прибрежному аэродрому выдав полноценное обмундирование. Состояло оно из парадно-повседневной рубашки с нашивками плюс брюки и лётной униформы - высотно-компенсирующего костюма, на который надевалась куртка с меховым воротником плюс гарнитура с дополнительными обвесами по ситуации. Эскадрильи имели в качестве позывных названия драгоценных металлов: платина-1, золото-2, серебро-3, бронза-4. Работа была не сложной, а главное престижной - нас уважали все без исключений, платили много. В основном мы занимались патрульными полётами вдоль границ. Но обстановка становилась не благоприятней с каждым днём, не редко мы встречались с патрулями двадцать третьих. …после неудач с программой TFX породившей F-111 в цепи развития возник провал, который компенсировать было нечем. А к моменту, когда это станет возможно противник уйдёт дальше и это уже перестанет иметь смысл. Стремясь реверсировать отставание, инженеры взялись сразу за следующую градацию, при этом концепция нового самолёта претерпела значительные изменения и переработки, неизменным осталось только возможность менять угол отклонения. Конечный результат поражал. F-14A Tomcat стал первым истребителем четвёртого поколения. Машина получилась в 2-3 раза тяжелее предшественников и запредельно дорогой, однако характеристики машины восхищали, 2650 километров в час (2.5М) максимальная скорость, 19900 метров практический потолок, превосходная манёвренность на всех высотах и скоростях, мощнейшее вооружение и новейшая Авионика. Поставки совпали с очередным скачком напряжения, достигшим своего пика. Южный материк последние 40 лет делят Югория и Сибарест, с начала конфликта оба соблюдали нейтралитет. Однако последний через 17 лет всё-таки выбрал сторону федератов. Первые продолжали настаивать на своём нейтралитете. Опасность что он будет проигнорирован, оставалось, хотя бы по тому что, это рассматривали и члены Юнии. Югорский президент запросил альянс как гарантов соглашения между ним и представителем федеративного обеднения. Подставлять союзников отправилась наш миловидный посол. Переговоры предложили провести в нейтральных водах, каждая из сторон прибыв на своём судне, встретились в океане на удалении в две сотни километров от своих берегов авианосец «Работяга» и миноносец «Leveret». Его экипаж был в 10 раз меньше… Перестрелка толком и не началась, как только все три дипломата оказались на борту их туже схватили, повернув обратно. HMS Leveret попытался остановить похитителя но его расстреляли штурмовики находившиеся в ангарах. Теперь начиналась гонка со временем, если авианесущий крейсер успеет встретиться с основными силами раньше, чем мы сможем его перехватить, то авантюра удалась. Видимо наше соединение подвернулось под руку, нам провели краткий инструктаж, заправили и вооружили до отказа, а затем подняли на перехват все 20 команд. В полёте мы встретились с А.О.К. шедший под эскортом. Потом было сражение, неудача группы Знаменосец, моя без башенная посадка, перестрелка на палубе, взлёт на грани возможностей и многое подобное этому. И вот мы здесь…