Тиамаранта

      — Нет, никуда не годится. — вынес вердикт Торин, с минуту изучая пробное изделие, недавно сошедшее с конвейера. Многое почерпнув из рассказов Бэль, он часть из этого стал понемногу воплощать, хотя над выяснением всех деталей приходилось биться годами. Вот и сейчас что-то происходило не так, как должно, и на выходе получалось некачественное изделие.       Некачественное, по его мнению.       Он ещё раз сверился со строками описания предмета и посоветовался со своим артефактом.       — Нужно попробовать ещё на более горячем и холодном огне, — выдал Торин результат измышлений, протянув бутылку старшему по новому цеху. — И не давать им слишком быстро остывать. Почти половина треснула. Так быть не должно.       — Сделаем, — отозвался тот, уходя в свои размышления и отходя в сторону, открыв взгляду Торина вид на группу стремительно приближающейся к нему троицы.       Волосы на затылке гнома зашевелились, ожидая очередных неприятных новостей.       — Да вы издеваетесь, — прошипел он сквозь зубы и, шагнув им навстречу, повысил голос, первым начав разговор. — Бэль, что у тебя опять стрелялось?! И каким образом ты в это ввязалась, Дис?       — Брат, нам нужно срочно поговорить. Идём. — безапелляционно заявила последняя ледяным тоном. Не сбавляя хода, она направилась в караулку цеха, а за ней, словно утята, молча следовали подавленные на вид Двалин и Бэль, что особо насторожило Торина. Он хорошо знал свою родную сестру, и её нынешнее состояние, так похожее на манеры деда, не предвещало ему, как брату, ничего приятного.       Он тяжело вздохнул, понимая, что избежать разговора ему не удастся в любом случае. Отложив его, он только усугубит и без того острую ситуацию, ещё больше взбесив Дис.       — Проследите, чтобы нам не мешали. — бросил он работникам, направившись следом за своими родственниками, попутно гадая: что такого произошло с их участием за столь короткий срок, и как это связано с его персоной.       Зайдя в караулку Торин тут же оказался прижатым лопатками к стене.       — Сделаешь племяннице плохо, — вкрадчиво начала Дис, вдавливая свое предплечье ему в гортань, — и наш кузен наденет корону раньше положенного срока. — пообещала она совершенно спокойным тоном. Пронзив напоследок острым прищуром глаз, она опустила Торина, не забыв поправить брату одежду, приведя его в еще большее замешательство.       — Что происходит? — наконец нашелся он, вглядываясь в каждого из присутствующих. Дис медленно вышагивала от стены к входу и обратно, откровенно нервничая, Двалин привычно встал у правого плеча, откидывая угрюмые тени.       — Тебе лучше присесть. — тихо заговорила Бэль. Последовав своему собственному совету, она села на одну из скамеек у стены. — Разговор пойдет о птенцах. Точнее, о Ринур.       Торин нахмурился. Вопреки совету, он остался стоять, желая принять новость, как подобает мужчине.       — Сегодня, благодаря старанию Дис и стечению обстоятельств, мы выяснили причину ненависти Ринур ко мне. И, боюсь, причина эта тебя не обрадует. Никто, живущий в тейге, не будет рад этой новости. — Бэль поджала губы, сомневаясь, правильно ли поступает, но пройдясь пальцами по подбородку, решилась. — Я считаю, что Ринур — это перерожденная искра Смауг.       Возникшая тишина показалась Торину оглушительной. Он переглянулся с сестрой, Дис оказалась такой же ошеломленной внезапной новостью, как и он сам. А вот его товарищ был более осведомлен, и высказанное Бэль погрузило его в еще большую печаль.       — Девочка призналась, — продолжила она смотря сквозь предметы, — что с моим появлением к ней стали приходить страшные сны. Сны, где мы бьемся, и она погибает в огне, пытаясь убить меня им. Все происходит на золотом фоне. Тебе знакома эта ситуация? — спросила Бэль, сфокусировавшись на Торине.       — Но как? — выдавил он из себя вопрос, пропуская собственный ответ. Он помнил весь тот день до последнего момента ясного сознания.       — Близнецы. Когда я упала с шеи Смауга, они все еще оставались в ее теле. Наша связь стала тем якорем, давшим ей вторую жизнь. Иначе её дух просто бы развеялся когда погибло тело.       — Так почему ты не сказала нам об этом раньше? — продолжал выяснять Торин.       — О чем? — всплеснула Бэль руками. — О десятках догадок, не имевших доказательств, озвучив которые я сделаю только хуже, причем не только себе, но и ребенку? Только Бурый маг мог точно ответить на мои вопросы. Меня же сбивали с толку многие неувязки: Почему всего три яйца из всей кладки? Как они были связаны с нами, если мы пришли позже? Чем они были отложены, и так далее… Я пришла к тебе, брат, — насупилась она, — и рассказала всё, как только появилась хоть что-то твёрдое. А с претензиями наезжай на Радагаста. Думаю, он, в отличие от меня, точно знал об истинной сущности девочки.       — Не говорил… — зло выплюнул Торин.       — Наверно, потому что ты не ставил точного вопроса. — отмахнулась Бэль. — Все волшебники мастаки обходить неудобные вопросы. Мог бы и догадаться об этой загвоздке, общаясь с Гендальфом.       — Если это правда, то… — задалась вопросом Дис, опасливо поглядывая на мужчин.       — Я не стану казнить ее. — категорично отрезал Торин глядя на сестру. И видя в е глазах облегчение, продолжил: — Бэль, я знаю что в твоей голове есть варианты разрешения этого вопроса. Озвучь их нам.       — Ринур врожденный оборотень. В отличие от предыдущего воплощения, у нее есть два варианта развития: либо она останется оборотнем, либо станет обычной девочкой.       Дис подняла голову.       — Обычной?       — Беорн. — так же коротко ответила Бэль. — Полагаю, он может изменить или вовсе забрать дар «менять шкуры». Суть души это не изменит, но при должном отношении поможет скорректировать поведение и мораль её нынешнего воплощения. Безумный рамалок растворится, став новой личностью. Таким образом очищаются души эльфов от искажения.       — Хочешь сказать, она эльф? — продолжал по обыкновению свои расспросы Торин.       — Нет. Полагаю изначально она была духом стихии огня. Они также бессмертны, пока существует мир. Её изъяли из начальной стихи, извратили суть, сделав чудовищем, и дали форму, способную выдержать то, что получилось. Обратный процесс будет не из легких, один неверный шаг — и мы вернем того яростного зверя, что сеял только смерть. Поэтому я и спрашиваю тебя, Торин, какой путь ты выберешь? Не для Ринур, для твоих подданных. Оба они не из легких, а прибегнуть к обнулению возможно всегда, хотя и нежелательно.       Не найдя в себе еще вопросов, Торин обратился к родной сестре:       — Дис?       — Не знаю. — качнула та головой. Впервые за последние сто лет Дис была немногословна и совершенно растеряна, как при рождении своего первенца. Многое из услышанного она не совсем поняла, но старалась не подавать виду, беря пример с брата, который, очевидно, отлично понимал всё сказанное Хранительницей. Друга Торин спрашивать не стал, и без того было понятно, что, как отец, Двалин будет защищать свое дитя до последнего вздоха. А так как смерть девочке не грозила, побратим примет любой выбор своего короля.       — Что ж. Я вынесу решение только после разговора с самой Ринур. Ведь это решается ее судьба. — озвучил Торин свои мысли. И найдя новый ворох вопросов, вновь обратился к сидящей Бэль. — Если прошлую жизнь твоей наследницы мы выяснили, то кто тогда мальчики, по твоему мнению? Ведь не может же с ними быть все так просто?       Двалин и Дис вскинулись, глянув сначала на Торина задавшего вопрос, а затем и на Бэль, ожидая от нее ответа.       Девушка молчала. Расфокусированный взгляд подсказывал Торину, что она опять ушла в недры своей памяти, ища ответ там, и не торопил её, пытаясь отыскать его самостоятельно.       Но тихие слова прозвучали раньше, чем он смог хоть что-то предположить.       — Левый и Правый.       Ни сестра, ни товарищ не поняли слов Бэль, но понял Торин. Под непонимающие взгляды он вцепился в плечо Двалина, чтобы не рухнуть на пол, потому как ноги и твердый пол внезапно отказались держать его. Только однажды он слышал эти имена от Бэль, тогда, когда он создал для нее пару кинжалов из удивительного материала.       — Ты… Ты уверена?       — Догадка вытекает из ситуации с Ринур. Можно провести последнюю проверку. — подняла она на него глаза, заблестевшие от влаги и перевела взгляд на Двалина. — Как мальчики реагируют на носки?       — Носки? — спросила Дис, остановившись от резкой смены темы. — Причем тут носки?       — Просто ответь, — стараясь говорить спокойно, попросила Бэль. — Как они относятся к этому предмету одежды? Они их случаем не отмечают, какой на левую ногу, какой на правую?       — Я бы сказал, что «трепетно». — впервые за время беседы подал голос Двалин. — Всегда обращались с ними аккуратнее, чем с любимой игрушкой. И да, отмечают. Мне казалось это странной причудой.       — Ну вот и ответ. — шмыгнула носом Бэль.       — Близнецы… Сыновья… — На ватных ногах сделав несколько шагов, Торин рухнул рядом с ней на скамью. Двалин также устало опустился на скамью рядом с другом, закрыл глаза, откинулся на стену, желая почувствовать холод камня.       — Мне кто-нибудь объяснит, что за чушь вы тут несете?! И причем тут носки?! — взорвалась Дис, глядя на окончательно раскисших в кашу родственников.       — Близнецы или Когти — так Бэль всегда называла свои кинжалы, созданные мной в Ривенделле во время нашего похода. Они были потеряны после битвы со Смаугом. — пояснил он глядя на свои руки. — Это было не просто стальные клинки, они… Они, как големы. Были с живыми душами, хоть и заключенные в неживую оболочку. В этом я убедился на собственном опыте. Возможно, это какая-то форма наказания для провинившихся перед Творцом. — озвучил мысли Торин, сложив предположение из полученных знаний.       — Значит, дети были твоим даром от Творца нашего. Ты их создатель и должен был стать их отцом. Ты признаешь их? — не открывая глаз, с обреченностью в голосе спросил у Торина Двалин. Старому другу, как и его старшему брату, история создания черных клинков, за исключением некоторых деталей, была известна.       — Нет. — коротко ответил Торин. — Я не поставлю на них клеймо, пускай и на словах. Совет не даст им и шанса на венец, заменив его вечным изгнанием из рода, а то и врагами. — Повернувшись, сжал плечо старого друга. — Ты их отец. Стал им с того момента, как они впервые сделали настоящий вздох. И другого родителя у них не будет.       Двалин, открыв глаза, посмотрел на побратима.       — Похоже, чтобы разобраться в происходящем, мне необходимо знать всю историю вашего путешествия целиком. Желательно, со всеми подробностями. — потребовала Дис.       — Я расскажу тебе их, сестра, — вызвался Торин, — но давай найдем для этого другое место. Да и история будет не из коротких. — предупредил он, беря руку Дис в свою, повел ее на выход из караулки, оставляя вторую сестру с ее мужем.              Бэль молчала, смотря на мокрые пятна, что оставляли на полу капли ее, бесконтрольно льющихся слез. В ее голове, как и в душе царствовала холодная пустота: ни мыслей, ни желаний, ни чувств. Нет жгучей боли…       Внезапно ее окутало теплом: чьи-то руки крепко обняли обещая защиту и побежку, и во мраке зажглось маленькое пламя.       Двалин мысленно содрогнулся оказавшись в безмолвной пустоте где царил только холод, и крепче прижал девушку к беспокойной груди, давая понять, что он с ней, что он рядом… всегда…       В безмолвной пустоте что-то слабо колыхнулось выдав себя быстро истаявшим эхом. И Двалин сделал новую попытку расжечь потухшее пламя своей возлюбленной.       «Рой… понимаю, твое сердце не выбирало меня. Мне совестно за то что я силой сделал тебя своей. Но я обещаю тебе — моего сердца и любви в нем хватит на нас двоих.» — произнес он открывшись ей щедро делясь своим теплом. Делясь вспоминаниями, что лелеял в своей памяти, как все начиналось; неожиданность знакомства, удивление в пути, обычные житейские радости, внезапное смущение, тоску и боль по утраченному, злость и ярость от отсутствия возможности все исправить, чужую и свою.       Двалин вспоминал щедро делясь теплом, девушка постепенно оттаивала, обмякнув в объятиях.       — Прости… — вдруг обронила она. — Я так виновата перед всеми вами…       — Оставь тяжелые мысли. — ответил ей Двалин, погладив по щеке, убирая оттуда часть влаги. — Тебе еще рано отправляться в усыпальницу, когда ты обрела хотя бы часть от того потерянного кусочка сердца.       — Наставник, не думала, что вы такой романтик, — начала проявлять Бэль возвращавшиеся к ней эмоции.       — Опять ты за свое? — устало фыркнул Двалин. Подтянув, усадил свою женщину к себе на колени, в завершении не больно щелкнув ее по носу. — Как тебя отучить называть меня наставником? Мы уже не в том статусе. Ты моя жена, а не ученица.       — Быстро вряд ли получаться. — вымучено Улыбнулась Бэль. — Привычка вшита в мою матрицу, и отделаться от нее будет сложнее, чем заядлому слабовольному курильщику бросить курить. Если вообще пропадет. Я постараюсь одергивать себя и не делать этого.       — Постарайся. — подкрепил указанье Двалин, продолжая утирать наконец остановившиеся слезы с лица девушки. Она, как и ее берег вновь стали приветливо теплыми, со сладкой манящей песенней. Песней зовущей его сильнее если она была рядом. Такая прекрасная. Такая сильная…       Такая нежная…       Его поцелуй увлек их намного дальше чем он планировал.                     

***

      Дверь в спальню распахнулась и внутрь комнаты стремительно вошла Дис, неся в руках сверток серой ткани в руках сверху которого покоилась простая на вид металлическая шкатулка. Заметив, что хозяйка комнаты уже не спит, а сонно смотрит на нее сидя за зеркалом, она остановилась, так же оглядев девушку, но более внимательно, и с новой точки зрения.       Мерзости, как вначале подумала Дис, Торин и Бэль не придавались, ни до, ни после принятия в семью. Но и без этого, количество вещей, подробности о которых поведал брат превышали все мыслимые пределы. Дис с трудом верилось, что эти двое уподобившись Творцу приблизились к его совершенству дав искрам потерянных душ новую жизнь, а другим их не потерять.       Хоть она давно узнала всю историю жизни названой младшей сестры которую та вела до того как упрямый брат заявился к ней в дом в компании своих не менее упертых соратников. Суна, жена Глоина, как подруга хорошо исполнила просьбу и вытрясла информацию из Ширских болтушек все что было в их короткой памяти, дополнив сплетни копией бумаг с не особо длинной родословной Бэль Бэггинс Тук.       И теперь, вызванные тогда вопросы о странностях связанные с девушкой, внезапно нашли себе ответы.       — Доброго утра, — начала первой диалог Дис удовлетворившись наконец осмотром сонной девушки. Та ответила вялым приветствием. — Торин вчера разговаривал с Ринур. Но решение примет в ближайшие дни. — ответила Дис на немой вопрос, и задала свой: — Ты действительно уверена в своих измышлениях?       — Точно может ответить только Лесной Мудрец. — хрипло отозвалась Бэль отвернувшись и продолжив расчесывать волосы. — Но где его искать я не знаю.       — Ты поэтому отказывалась от нее?       — Я ни от кого не отказывалась. — Отложив гребень Бэль вгляделась в свое отражение. — Я изначально не считала никого из них своими. И я постоянно твердила об этом. Но меня, как обычно, все гордо игнорировали навязывая свое укоренившееся мнение. Даже мысли о возвращении моих близнецов я намеренно отбрасывала. Шанс был слишком мал… — речь скатившаяся в шепот стихла окончательно перейдя в неслышные мысли.       Сгрузив свою ношу на край незаплавленной постели и, подойдя к погрузившуюся в себя Хранительницы, Дис привычно, за последние недели, развернула ту так как ей удобно. Взяв гребень приступила к разбору спуташейся за ночь гривы.       — Брат не только упорен, но и упрям, как дикий горный тур. — начала ворчать Дис. — Двалин не лучше его. Пока судьба не врежет им хорошенько по особо чувствительным местам, до них не дойдет, что что-то идет не так. О! — удивилась она нащупав одну единственную косу заплетенную на загривке.       Остановилась с перебором локонов, Дис выудила из них косичку, чтобы убедиться в своем предположении.       — Ну наконец-то. — удовлетворенно буркнула она, взвесив на ладони венчавшую косу с серебряной нитью и старой потрепанной временем заколку-бусину со знаками дома Борина. — А я уж думала, что этот голыш придорожный будет ждать подходящего момента вплоть до полного иссыхания мира. — Дис на мгновение задумалась, и подняв глаза глянула на отражение Бэль. — Или это ты его приперла вчера к стенке?       — Скорее братец поспособствовал, — съязвила юная сестрица мотнув рукой по кругу, — Надавал кучу советов, а остальное, наставник проделал сам.       — Хорошо. — одобрила действия Дис. Отбросив на плечо косу, продолжила свое занятие, ворчливо заметив. — Но Двалину стоило сделать это еще в первый же день твоего прибытия в тейг. А не тянуть едва ли не до последнего. Сохранил бы часть нервов.       — Он пытался все это время меня отговорить. Пытался настоять на том чтобы я воспользовалась правом выбора. А потом… — она смолкла. Тяжело вздохнув подалась вперед подперев кулаком щеку стала ковырять когтем столешницу. — Мда… Теперь уже поздно что-либо менять. И остается лишь разыграть партию до конца.       Дис опять остановилась, заметив недосказанность в словах названой сестры, и немедленно потребовала у нее ответа:       — Что опять натворил этот болван?       — Ничего что можно и нужно было исправлять. — отмахнулась Бэль от вопроса.       — Сестра… — надавила Дис, сверлившая отражение девушки, придав своему голосу вес в виде упокоенных рук на хрупких плечах.       Встретившись с женщиной взглядом, Бэль вновь вздохнула.       — Если коротко и без подробностей — то мы обменялись именами. — призналась она. И мгновенно вцепилась в подол платья Дис тормозя ее. — Торин уже знает. Они выяснили отношение еще вчера.       — Замечательно. Теперь пусть выяснит отношения со мной. Не беспокойся сестрица, мужское достоинство не пострадает, я просто подровняю этой лысой кочерыжке второе ухо, для полной симметрии. Был достойным кхазад станет остроухим, как эльфы. — зло выпалила Дис. — Попереть традиции…       — Не злись. — попросила Бэль. Поведя плечом, продолжила. — Так получилось. Это ведь все равно должно было произойти… Ведь так? Тогда чего суетиться? Фарш обратно не прокрутишь превратив в кусок мяса.       Дис недовольно поджала губы, мысленно решая: проявилась ли в сестре мягкость с хоббитов, или есть иные причины заставляющие ее так говорить.       — Ладно. Оставлю ему ухо в подарок. В крайнем случае, сама подрежешь и будешь в своем праве. — решила она миловать провинившегося родственника, выпустив раздражение в ворчании. — Но этот поступок не делает ему чести. Вывернуть традиции наизнанку! Да где это видано! А куда Балин смотрел? Не мог за столько лет мозгов младшему добавить? Или вместе с Торином остатки выбили в своих игрищях?!       Умоляющий взгляд Бэль и брови горкой остановил излитие очередной порции возмущения Дис, и она, подумав, не научилась ли та этому трюку у Фили с Кили, встала обратно за спину сестры, решительно взялась за спутанные пряди.       — Ваши с детьми утренние занятия отменяются, как впрочем и все остальные на сегодня дела и в ближайшую седмицу. Время поджимает, а ты так и не изволила озаботиться даже поиском наряда для церемонии, не говоря уже об остальном. Не забывай, праздник будет не только для наших домов, но и для остальных домов тоже. Для всего народа. — напутствуя Дис видела в зеркале, как не без того веселая Бэль кисла с каждым сказанным словом. — Ты хотя бы представляешь себе, как именно будет проходить вся церемония?       — В общих чертах. В самых общих… — пробубнила Бэль. — Румиль немного рассказывала. Ори кое-что такое упоминал. А так, мне никогда эта тема не была особо интересна.       — Знаю. Тебя, в тот период больше интересовали железки и книги. Впрочем, за пройденное время ничего не изменилось: пыль в хранилище и на площадке ты по-прежнему рьяно собираешь на свои одежды. — недовольно фыркнула Дис.       С бедовой головой было покончено: прибранные волосы змеями уходили к затылку, оставляя свободной только одну косу с бусиной. Теперь следовало прибрать полоску гривы чтобы не мешала будущей работе. — Но, теперь у тебя есть старшая сестра которая напомнит тебе, что ты все же девушка, а не мужчина. Причем, у которой за дверью стоит, ожидая, вторая часть жизни. Нужно встретить ее достойно дочери Творца и Матери.       Бэль вновь тяжело вдохнула.              

***

      — Вы только посмотрите на него! Сияет, как начищенный золотой. — возгласил возмущенно Торин выходя на террасу дома.       Сидевший скамейке Двалин приоткрыв скосил на друга глаза, продолжив лениво наслаждаться свободным временем заслуженного отдыха. Выпущенное им дымное кольцо снесло не порывом ветра в сторону от террасы.       — Где дети? — поинтересовался Торин, опускаясь рядом с побратимом, и достал свой кисет.       — С Бомбуром. Питаются. — Двалин был, как всегда, немногословен, что говорило о его спокойствии. — Что решил?       — Ничего не решил. — Признался Торин. — Запечатать — решение вроде верное. Девочке не нужно будет о многом волноваться. Да и нам во многом станет спокойнее. Но вдруг Бэль станет первой и последней в своем роду.       Побратим сведя угрожающе брови, глухо рыча спросил:       — Хочешь сказать не способен одарить ее детьми? Или сомневаешься в ее способности даровать жизнь?       — Нисколько не сомневаюсь. — отгородился раскрытой рукой от давления друга Торин. — Глоин говорил, что хоббитов любит сама Мать, подарив им взамен долгим годам и крепости тела, обильную плодовитость. Так что боюсь спиногрызов у вас будет достаточно. Ширский рекорд за последние пять десятков лет: двадцать два отпрыска. — огорошил знаниями собеседника Торин, начав размышлять вслух. — Интересно, Бэль будет как обычная женщина рожать, или сразу кладкой…       Его размышления прервал поперхнувшийся дымом Двалин.       — Лучше обычно, — откашлявшись пожелал он. — Я с трудом пережил взросление и этих троих, а ты мне почти две дюжины пророчишь! У меня большая часть шрамов на теле следы от их когтей! — возмутился он. — Нет, уж лучше я пойду в проигрышный бой в первых рядах чем вновь стану подушкой для такого выводка.       — Ну, не зря же ты трепал свою шкуру. Они не только признали тебя, но и глубоко уважают. К ним в пасть даже я не могу заглянуть без опаски.       — Это ты про то случай со старым мечом в зубах? — уточнил побратим. Торин кивнул в знак согласия. — Там же ничего особенного не было, — Двалин вновь расслабился. — Я сказал, они сделали. За то тащить в рот всякую гадость перестали. И жевать все подряд.       — Вот об этом я тебе и говорю. — Последовал примеру товарища Торин так же подперев спиной стену и устремив взгляд в небо, где полуденное светило весело играло в прятки. — Я не знаю будет ли передан дар будущим детям, не будут ли обделены наследники. Но главное опасаюсь последствий потери неба для Ринур. Даже во мне, сыну тверди, поселилась эта тоска по воздушным просторам. Мир становится другим если смотреть на него с той недосягаемой для нас бескрылых высоты.       — Беорн. Спроси у оборотня. — предложил Двалин. — Он эту глину замесил и ему ее разгребать.       — Разумно. — согласился Торин, и опять стал размышлять вслух:. — Послать к нему ворона?.. Так быстрее выйдет чем самим топать. Птица нужна только поопытнее. Молодые все непоседливые и разболтать могут. Хорошо, поручу найти вестника Балину, он с ними чаще общается. — заключил Торин и повернулся к жмурящемуся на солнце собеседнику. — Ты то сделал, что от тебя требовалось? Хотя, что это я. По тебе и видно, что сделал. И даже перевыполнил. Странно, что ни одна из моих сестер до сих пор тебя не выпотрошила за дерзость. У тебя, как у кота, будто девять жизней Творцом отмерено.       — Видать не желает видеть еще Он меня в своих чертогах. — ответил Двалин поскребя тыльной стороной пальцев горло. — Значит я ему здесь для чего-то нужен.       — Ага, укротить одну неугомонную особу например.       Двалин промолчал неопределенно поведя плечами. Торин так и не смог прочесть по жесту, что же творилось у друга в голове.       — Приготовил ответный дар?       — Приготовил. — согласно качнул головой Двалин — Уже давно. Да только он ей без надобности, с ее силой и возможностями. А заменить не знаю чем. Я ж не мастер как ты. И времени уже нет делать что-то иное. И нужно ли ей все это… — он описал концом трубки дугу остановившись на себе.       Серое облако скрыло яркое светило, отразив хмурость собеседников.       — Могло ли Белое пламя перекалить ее душу тем днем? Выжечь часть ее до темной непроглядной бездны. — спросил тихо Двалин. Не ожидая ответа он изложил все нахлынувшие мысли. — Я видел эту черноту вчера, и во время покушения и… И тогда… Торин, она просила убить ее тогда. Искренне просила. И смиренно ушла бы в чертоги в тот момент. Но я не стал слушать ее волю. — признался он. Взглянул на побратима прося о честности. — Почему она говорит о других мирах? О другой себе? Я должен знать, брат.       Торин некоторое время размышлял, вспоминая и обдумывая прошлое, стоит ли открывать не его тайну. А потом решился приоткрыть немного завесу перед побратимом.       — Бэль она… Она лишь осколок себя реальной. Она должна была умереть вместе со своим миром, но ей не дали, отправив в наш. Так что да — тогда и правда могла сгореть часть ее души.       — Как считаешь можно ли излечить ее душу? Убрать эту бездну из ее глаз?       — Не знаю. — нахмурился Торин. — Бездна прячет ее худшие воспоминания и чувства. Только иногда они все же вырываются. То что ты видел лишь малая толика всего того что там похоронено. — он посмотрел на свои руки видя в них того чего больше нет. — Для Бэль момент ее смерти повторялся каждый раз в языках пламени. Не в том пламени что видят глазами, а в том что к ней приходило во время отдыха. Она не помнила их проснувшись. Но помню я. Помню каждое движение и звук пока успокаивал ее метания. — Отбросив воспоминания Торин глянул в причальное лицо товарища. — Но это было тогда. Сейчас, я не знаю, что с ней происходит. Женщины не дадут мне и четверть арна пробыть в ее комнате во время сна.       — Творец,.. — протянул Двалин, глянув на потухшую трубку. — Выходит я тут бесполезен. Сражения с бесплотными тенями не по моим силам.       — С тенями Бэль справляется сама. — уверенно отсек Торин. — Только ей необходимо как-то восполнять силы. Стань ее источником сил, брат. Укрытием, где она хоть недолго позволит себе отдыхать, становиться женщиной, перестав быть лезвием топора или драконом. Думаю так ты ей поможешь забыть прошлое.       Из дома донесся шум и звуки голосов: Бомбур закончив почивать (хозяйских и своих) детей новыми блюдами, отпустил их с кухни, и те разбежались по дому в поисках развлечений. Двалин поднялся, время праздности закончилось и каждого из них ждали свои заботы.                     

***

      — Госпожа Дис, — заговорил, отдышавшись, молодой парень. — Государь желает видеть Хранительницу. Ему нужна ее помощь.       — Какого рода ему нужна помощь? — осведомилась вышедшая в коридор Дис.       — Проблема с восточным окном. — ответил бегун. — Нужно ее личное подтверждение по поводу гостей.       — Восточное окно? — с удивлением в голосе уточнила она. — Может быть «врата»?       — Нет, именно «окно». — Еще раз уверенно подтвердил свою весть бегун.       Бэль прислушиваются к разговору услышав еще первый ответ тут же встрепенулась начав аккуратно высвобождаться из того наряда в которое ее одела Дис, и мучала почти целый день, желая привести платье в подобающий вид. Ткань отчаянно сопротивлялась не желая отпускать свою пленницу, цепляясь многочисленными булавками за нижнее белье, кожу и волосы.       На возню Бэль немедленно отреагировала Дис. Войдя в спальню, она захлопнула за собой дверь отрезая путь к отступлению, и скрестив руки на груди, спросила:       — Что за «восточное окно»? Это то над чем ты работала?       — Да, — подтвердила Бэль. — Наверно Варрик прибыл. А весь переполох из-за Маргаритки. — предположила она, и устав трепыхаться в складках ткани, взмолилась: — Дис, помоги это снять. Там действительно необходимо мое присутствие.       Дис же не спешила помогать.       — Варрик… — повторила она медленно проверяя память. — Ты упоминала его. Но в твоей родне из Шира нет никого с таким именем. А восточнее Железных холмов хоббиты не живут.       — Варрик мне не родня. Он друг. Очень хороший друг. И сейчас ему и Маргаритке нужна моя помощь. Дис, помоги. Иначе я порву это платье. — применила Бэль последний аргумент.       — Не смей этого делать! — моментально взъярилась Дис. — Это платье моей матери, доставшееся от ее матери! Стой спокойно! — приказала она, и подойдя выдернула пару булавок, прихваченная в складки ткань тут же разошлась выпуская на свободу свою пленницу.       Бэль перескочив через упавшее на пол платье скрылась в гардеробе. Выскочив из него через пару минут уже полностью одетой обнаружила, что платье и швейные принадлежности были убраны Дис, а сама она ожидала у двери прикрыв собой единственный выход к спасению от женских радостей.       — Я иду с тобой. — твердо заявила она. — Я не намерена терять время ища потом тебя по всему тейгу. Решим возникшую проблему, и сразу же вернемся.       Бэль, подгоняемая событьями, возражать не стала.              Коридор оказался пустым. Юный бегун, принесший весть, выполнив задачу отправился в обратный путь. Бэль немного огорчилась. Хотя в сопровождении она не нуждалась, и так прекрасно зная, где находится портал, но хотела заранее убедиться в своей догадке, узнав у вестника еще какие-нибудь подробности. А так пришлось целый час мучиться догадками. Даже Дис, шедшая рядом была задумчива и молчалива, не донимала вопросами и только морщила лоб посматривая по сторонам будто ожидала нападения.       Первым их встретил вооруженный отряд прикрывавший доступ к мосту через пустоту в тверди, на другом конце которого располагалась зала портала. Войны, расступились давая проход, стоило знакам различия первого рода блеснуть в волосах женщин.       Противоположном конце моста, где народу оказалась не меньше.       Построив защитников Бэль вышла за распахнутые двери портальной залы увидев все причины беспокойства гномов: Торин вполне мирно беседовал с Варриком, а тот в свою очередь прикрывал тонкую фигуру присевший у стены эльфийки, которая общалась со своей сумкой подвешенной спереди.       — Маргаритка! — на общем оповестила Бэль всех о своем прибытии. Раскрывшись для объятий она зашагала к эльфийке огибая по кривой дуге мужчин. — Прости за холодный прием. Я думала у меня будут как минимум еще сутки.       — Это я должна извиняться, Бэль. Мне стоило остаться дома и не утруждать ни тебя ни Варрика. — Обняв Бэль, Мерриль тихо шепнула ей на ухо. — Из-за меня и Пернатика поднялось столько шума. Они, что никогда эльфов не видели? Или им Пернатик не нравится?       — Эльфы действительно редкие гости в тейге. Но скорее весь шум из-за этой пернатой морды. Тут с питомцами строго. — пояснила она щелкнув по показавшемуся из сумки клюву. Клюв спрятался обратно в недры, а оттуда донеслось негодующее шипение. — Я совсем забыла о нем предупредить.       — Малышка, — с наигранной обидой возвестил Варрик. — А со мной поздороваться! И не забудь обнимашки для любимого дядюшки!       — А тапочком в лицо не хочешь? Дядюшка… — спросила Бэль помогая эльфийке встать.       — Только если он будет пушистым, — с улыбкой согласился гном, — и желательно пущен не из твоих рук.       Торин подняв бровь покосился на гостя.       — Знаком с ее скрытыми талантами?       — Боюсь перечислять при всех этот длинный список. Если сложить все его пункты в том, он будет толще любой моей книги. Никому такого врага не пожелаю.       — Торин, Это моя подруга Мерриль, — представила Бэль эльфийку, а потом указала на ее сумку из которой вновь показался клюв и немного серого пуха. — А это ее питомец, Пернатик. Он еще птенец много вреда не принесет. Только пальцами советую не тыкать — откусит.       — Да мы тут уже и без тебя познакомились. — Кивнул Торин смущенной эльфийке и снова обратился к Бэль. — Ты не могла сразу нас предупредить, что твоя подруга является эльфом, а при ней будет еще птенец орла?!       — Это не орел. Пернатик — грифон. — пояснила она, и смакуя удивление на лице брата, продолжила. — А предупредить не смогла потому как ты меня тут же отправил вернуть наставника. Уже забыл?       Торин ответил молчанием. События этих двух суток бежали стремительным потоком бурной реки, в которой слишком часто встречались пороги.       — Ну так что… Ситуация улажена? Личности подтверждены, как и их приглашения. Я знаю этих разумных. Они знают меня. Думаю обсуждать больше нечего. — вывела итог Бэль. Но секундой позже ее посетила мысль, которую она сразу озвучила. — Хотя, погоди. Комнаты для гостей готовы?       — На сколько мне сообщили — да. — продолжая хмуриться ответил Торин. — Еще тем же днем.       — Замечательно. Если комнаты в тейге, то они не понадобятся. Варрик и Мерриль погостят у Кили. Места в его доме достаточно, уж пару комнат для моих друзей он точно найдет.       — Приемлемо. Вот и займись этим…       — Брат мой, — прервала его Дис выходя из-за спин охраны, — у нашей сестры есть заботы куда важнее чем бегать по мелким поручениям которые могли решиться и без нее.       Пока женщина шествовала, Бэль заметила, как Торин несколько раз успел поменяться в лице.       — Дис?! Ты что тут делаешь? — тихо осведомился он у сестры, когда та подошла достаточно близко.       — Приглядываю за Бэль. Мы занимались ее платьем, а тут гости нагрянули. — с едва заметной улыбкой ответила Дис. Торин внезапно смутился услышав ответ.       — Прекрасная госпожа, — привлек к себе внимания Варрик, найдя наступившую тишину идеальным для себя моментом. — Пожалуй я возьму на себя дерзость и представлюсь сам. Варрик сын Андвара из шестого дома Гарен. Всегда к вашим услугам, госпожа Дис. — широко улыбнувшись, он склонился в глубоком поклоне перед женщиной.       — Рады принимать в наших чертогах сына благородного рода. — благосклонно отозвалась Дис, отмеряя почтительный поклон головой. — Не представите ли вы и вашу спутницу раз уж взялись за эту дерзость.       — Мою спутницу зовут Мерриль. Замечательная подруга и верный товарищ в бою. — представил он смущенно мнущуюся с ноги на ноги эльфийку. — А этот шипящий серый комок, у нас Лохматик.       — Пернатик. — обиженно поправила Мерриль прижав к себе теснее сумку с питомцем.       — Я так и говорю, Лохматик. — согласно кивнул Варрик, и пояснил. — Потому как перьями этот комок шерсти еще не обзавелся. Один лохматый пух.       — Мне конечно радостно видеть, что вы нашли общий язык, — начала ворчать Бэль, про которую все ненадолго забыли, — но не стоит ли нам начать движение в одну из сторон, а то мальчики застоялись. — завершила она тираду покосившись на застывших в дверях воинов.       — Хм. Действительно… — встрепенулся Торин. — И раз уж Бэль не может вас сопровождать, я сам стану вам провожатым. Спокойная прогулка с хорошей беседой мне сейчас не помешает. Надеюсь вы не будете против моей кандидатуры?       — Отказать вам! Ни за что! — вновь взял слово Варрик легко подхватив вещи, свои и спутницы. — Этим вы окажете нам большую честь. А мне, лично, будет чем потом утереть этим напыщенным зазнавшимся благородным из Орзаммара.       — Раз так, тогда идемте. — подтвердил готовность Торин, и первым шагнул в сторону выхода побуждая остальных начать движение. — Фалох, больше приглашенных гостей не предвидится. Будет что-то подозрительное, сразу сообщай. Только уже не мне, а Двалину.       Ответ десятника утонул в нестройном лязге железа его десятка разошедшегося в две шеренги прилипнув к стенам. Эльфийка, испугавшись резкого шума спряталась за широкую спину своего невысокого товарища.       — Ну-ну, — успокаивающе похлопал Варрик тонкую руку на своем плече, — ничего страшного, Маргаритка, мы с тобой. А эти дяди ни тебя ни Лохматика не тронут. Они просто пугают. Есть у гномов такая привычка.       — Это обычные меры предосторожности, леди Мерриль. — обратился Торин к эльфийке.       — Извините. Я не хотела никого обременять. И, я не леди. Я простая долийка. У меня нет высоких титулов, как у Варрика. Да и «долийкой» я уже вряд ли могу называться.       — «Леди» у нас используется как вежливое обращение, а не как титул. В основном. — пояснил Торин, и задав встречный вопрос. — «Долийка» это титул? Или название того места откуда ты родом?       — На западе не знают о долийцах? — широко распахнув глаза эльфийка обвела спутников удивленными взглядом.       — Нет Маргаритка. Тут никогда не существовало ни одного долийского клана. — ответила Бэль. — Здешние эльфы никогда не знали того, что пережил оставшийся у колыбели род Авари. Это эльфы с которыми в свое время воевал твой народ.       Теперь на Бэль, удивленно смотрели уже все в процессии.       — Что?! Вот такая история сложилась. Все великие эльфийские кланы когда-то воевали друг-с-другом. Это они сейчас спокойные и пушистые так как их совсем мало осталось. А пару десятков тысячелетий назад весело резали друг-другу глотки по разным причинам: кто-то из-за редких камушков, кто-то за своего господина и клятву, а кто-то и вовсе упивался временем сражений и кровью противника.       — Вот как так получилось? Я ведь вроде задал совсем невинный вопрос. — подумал вслух Торин с укоризной глянув на Бэль. — А получил очередное немыслимое откровение, но не ответ на заданный вопрос.       Бэль обидевшись, отвернулась. Наступило неловкое молчание. Вскоре мерные звуки шагов разбил смущенный голос Мерриль:       — Вы верно поняли мессир Торин. Долы — это родина откуда начали путь наши кланы, и эльфы рожденные в них называется долийцем. И не важно куда ветер гнал наши аравели, и в какие земли потом не попадали кланы, мы всегда оставались долийцами.       — Благодарю за ответ, леди Мерриль. Это именно то что я хотел узнать. Буду рад услышать о долийцах по подробнее. — поблагодарил Торин эльфийку, и обратился ко второму гостю. — Варрик, Бэль рассказывала, что ты стал ее покровителем, на время пребывания ее в восточных землях. Поведаете нам, какими же были те годы?       — Торин лучше бы ты у меня спросил. — закатив глаза проворчала Бэль. — Дядя сейчас наплетет тебе с три короба, замучаешься лапшу стягивать.       — Угомонись сестра. — отдернула девушку Дис. — Послушать рассказ от стороннего участника событий, весьма любопытно. Тем более из уст хроника.       — Вы очень добры госпожа, — отозвался Варрик с улыбкой не забыв добавить к ней немного личного очарования. — Но я не хроник. Я торговец. Хроником была матушка. Она научила своего непутевого сына некоторой премудрости со словами.       — А вы хорошо усвоили ее уроки. Это делает честь вашей матушке. — одобрила Дис. — Прошу, расскажите какими были те годы пока Бэль донимала вас.       — О, они были… интересными. — начал Тетрас завладев вниманием слушателей. — Кажется есть такое проклятие, когда тебе желают прожить в «интересное время». Я думал с Хоук было не соскучится, а потом появилась эта зеленая жо... хм… прореха в небесах, и приключения продолжились. Но поистине «интересное» время началось, когда я познакомился с Бэль.