От любви до...

Уже третий раз я пытался очистить голову, чтобы сосредоточиться на тестировании. Помогла бы музыка, но, увы, на уроке такое невозможно. Я тупо разглядывал функции, графики, уравнения, не понимая, на кой чёрт они мне нужны. Совсем скоро выпускные экзамены, а я не могу собрать себя в кучу из-за грёбаной влюблённости!  — Ну же, соберись! — прошептал я самому себе, сжимая руки в кулаки.  — Мистер Бейкер, Вы в порядке? Голос учителя раздался так внезапно, что я вздрогнул. Видимо, шепот оказался громче, чем я думал.  — Да, в полном, извините. Ага, как же, в порядке… но если я хочу выйти отсюда, тест нужно завершить. Сделав пару глубоких вдохов, я снял с ручки колпачок и вчитался в первое задание. Лишние мысли запер в самый дальний ящик и спряьтал его под кучей хлама в моей голове. Сейчас — учёба. Я прочитал задание еще раз и отметил правильный ответ. Я вылетел из класса одним из первых. Повезло, что это последний урок. Ноги сами понесли меня на стоянку, к машине, где я смогу дать волю мыслям. Наконец, я плюхнулся на сиденье, откинул спинку и открыл тот самый ящик. Прошло две недели с того дня, когда я оттолкнул Дженни. С тех пор мы обмолвились лишь десятком фраз типа «привет-пока». Она отказалась ездить со мной в школу, не откликается, когда зову, короче, шарахается от меня, как от динамита. Я пытался поговорить с ней, наладить то хрупкое равновесие, что было между нами, но наткнулся на железобетонную стену. С колючей проволокой. Под напряжением. Вишенкой на торте стало то, что Дженнифер сообщила родителям о моей «девушке», требуя знакомства. Отец и Одри, конечно, лезть в это не стали, приняв заявление сестрёнки как шутку, но нервишки она мне подпортила. Еще и заявила, что тоже будет скрывать своего парня. При мысли о том, что какой-то дятел лапает мою Дженни, я готов взорваться. Хотя, вполне вероятно, она блефует, чтобы позлить меня. А если нет? С улицы раздались голоса и заливистый смех. Я нехотя приподнялся и посмотрел в лобовое стекло. То, что я увидел, заставило меня остолбенеть и одновременно трястись от злости. Дженнифер стояла возле машины Марка, его рука хозяйски лежала на её талии, а лицо было в опасной близости от личика моей сестры. Я выскочил из машины.  — Дженни! Марк поднял на меня раздражённый взгляд. Уф, кажется я прервал его похотливые мечты.  — Чего тебе, Бейкер? — он сверлил меня взглядом, не лишенным самодовольства.  — Я не тебя звал, — моё спокойствие держалось на волоске. — Дженни, сегодня ты едешь со мной. Девушка посмотрела на меня, на Марка и снова на меня. Нахмурилась, черные глаза прожигали меня насквозь, вызывая мурашки на спине и бёдрах.  — Я поеду с Марком. Она положила руку на шею Марка, прикрыла глаза и потянулась к его губам. Он не заставил себя уговаривать, резко прижал её к себе и со стоном впился в губы девушки, поглядывая на меня. В его глазах читалась усмешка, злорадность и что-то еще…то, чего я не мог разглядеть или не хотел. Руки этого засранца бесстыже мяли попку моей Дженни. Во мне клокотала ярость. В пару шагов я преодолел расстояние между нами, оторвал этого поганца от Джени и дал ему в морду. Мой кулак приятно прошелся по его скуле, удар отозвался болью в костяшках, но мне было наплевать. Я взял девушку за руку, оттащил от Марка и заслонил своей спиной.  — Не прикасайся к моей сестре, мудила!  — Дженсен, отвали, он мой парень! — сестрица треснула меня кулаком по спине и попыталась рвануть к своему ухажеру, но я был слишком зол.  — Быстро в машину! — я впился взглядом в её чёрные глаза и, на этот раз, победа была за моими, зелёными. Дженнифер не стала сопротивляться. Думаю, на моем лице было написано, что лучше не спорить. Её испуганный взгляд метался между мной и Марком, девушка шлепала губами, пытаясь что-то сказать, но не могла издать ни звука. Я зыркнул на неё еще раз. Сестрица поспешно села в мою машину.  — Урод! У меня синяк будет! — Марк ощупывал лицо и уже замахнулся, чтобы нанести свой удар. Я перехватил его руку. Думаю, физически соперник был сильнее, но меня подпитывал гнев, бушующий и требующий выхода.  — Не приближайся к ней, — прошипел я сквозь стиснутые зубы, испепеляя его взглядом.  — Ты ей никто… жалкий сводный братец, — Марк усмехнулся все ещё пытаясь вырвать руку. — Дженнифер — свободный человек и будет с тем, с кем хочет. Но, знаешь что? Точно не с тобой. Я же говорил, Чешир, я доберусь до тебя, — он хрипло засмеялся. На мгновение воображение вывело меня из реальности, но блокировать удар Марка я успел. Он целился мне в нос, но я оказался быстрее. Рука машинально отвела его кулак, а вторая врезалась ему под рёбра. Парень захрипел.  — Братан, оставь его в покое! Давай, уезжай, я прикрою, — у меня над ухом раздался голос Криса, а плечи обхватили руки друга. Он оттаскивал меня от Марка, стиснув в объятиях. Я рычал, пытаясь вырваться и навалять этому уроду.  — Уезжай, дятел! — Крис рявкнул прямо мне в ухо. Крик отрезвил меня. Или нет. Но я точно его услышал, быстро сел в машину и завел мотор. Друг показал мне большой палец и приложил его и мизинец к уху. Конечно, он позвонит чуть позже. Наша стычка с Марком точно не останется незамеченной. Что ж, на этот раз у меня была веская причина. Она сидела на пассажирском сидении тише воды, ниже травы. Я выехал со школьной парковки и помчал прямо к дому. Стараясь не смотреть на неё, прибавил музыку и следил за дорогой. Дженни тоже молчала, казалось, она даже не дышит. Только пальцы нервно теребили лямку рюкзака. Заехав в гараж, я заглушил мотор, откинулся на спинку сидения. Сестрица хотела выпорхнуть из машины, но я заблокировал двери. Девушка подергала ручку и обреченно вздохнула. Я закрыл глаза и набрал полные лёгкие воздуха. Орать на неё не хотелось, но и оставить все как есть я не мог.  — Я же просил тебя не связываться с ним…  — Это не твоё дело, — её голос был тихим, спокойным, но я чувствовал, как она напряжена. — Он нравится мне, а я — ему.  — Дженни… Он использует тебя, чтобы выбесить меня, понимаешь?  — Марк предупреждал, что ты так скажешь, он… Я был взбешён. Внутри меня бушевал самый настоящий торнадо, руки дрожали от злости при одной мысли, что это критин пудрит мозги моей сестре только для того, чтобы с ней переспать, отомстить мне!  — Он мудак! — не получилось сказать это спокойно, и голос сорвался на крик. — Дженни, он хочет отомстить мне за свою бывшую через тебя. Ты моя сестра и совершенно тут не при чем, не поддавайся его провокации!  — Что ты сделал с его бывшей? — она пристально смотрела на меня.  — Она сбежала от него ко мне.  — Я не твоя девушка, и Марку нет смысла обижать меня. Я свободна, Дженсен, и ты не имеешь права указывать мне, — её тон был безапелляционным. Я вздохнул. В принципе, она права. Я не имею на неё никаких прав.  — Прошу, будь с ним осторожна. Если что, сразу скажи мне, ладно? — я открыл дверцы машины.  — Я ни черта больше тебе не скажу, — девушка опустила глаза и вышла из машины. Я хотел проскользнуть в комнату незамеченным, но, увы, не удалось. Голос Греты раздался, когда я уже был на лестнице. — Дженсен, а ну-ка, загляни на кухню! Я обреченно вздохнул, бросил рюкзак там где стоял, и поплёлся на зов. Грета сидела за столиком и пила ароматный чай. Увидев меня, женщина улыбнулась. — Присаживайся! Чай будешь? — Нет, Гретушка… — Ты же знаешь, я очень не люблю это твоё прозвище! — няня состроила рожицу. — Зна-а-ю, — я лукаво усмехнулся, сверкнув зубами. Женщина снова расплылась в улыбке. — Ну, рассказывай. Я пожалел, что оказался от чая: можно было набрать жидкость в рот и молчать. Грета пристально смотрела на меня, наблюдая за реакцией на вопрос. Кажется, пауза затянулась. Собрав последние крохи самообладания, я приподнял бровь и равнодушно спросил: — Что рассказывать? — Кто она? — Грета просто сияла от предвкушения. Она? Я нахмурился, но уже через секунду дошло: няня имела ввиду девушку, о наличии которой недавно упомянула Дженни. Ох, Дженни… стоило вспомнить о ней, как меня обуревал шквал эмоций от ярости до всеобъемлющей любви. — Ах, ты об этом, — я старался говорить как можно безразличнее. — Она потрясающая! Её зовут Люси, ей десять или одиннадцать лет… — Чего?! — Грета едва не поперхнулась чаем. Я с трудом подавил хихиканье. Женщина прищурилась, глядя на меня. — Ну ты и сорванец! Я же серьёзно спрашиваю! Мне безумно хотелось всё ей рассказать. С самого детства я был очень близок с Гретой, доверял ей безоговорочно и любил как маму. Она часто прикрывала меня перед отцом, лечила разбитые коленки и давала жизненные советы. Вот только в такой ситуации я не оказывался ни разу. Как рассказать, что я влюблён в свою сестру? Да, не родную, но сестру же… наши родители вместе, а это делает нас семьёй. Я поднял взгляд от столешницы и посмотрел на няню. Грета впилась в меня выжидающим взглядом. — Да нечего рассказывать. Мы расстались. — Уже?! — глаза женщины округлились. — Да. Я пойду, много уроков. А ты не кисни, садовник от тебя в восторге! — я поцеловал Грету в щеку и направился к себе. Дверь в комнату Дженни была приоткрыта, доносилась негромкая музыка. На пару секунд я в нерешительности замер у её двери, а потом окликнул девушку. Услышав мой голос, Дженни выкрутила звук погромче. Из комнаты с мяуканьем ретировалась Плюшка. Она застыла у двери моей комнаты и повернула голову ко мне. Я не мог не улыбнуться. — Пошли, Плюш, разговаривать с нами не хотят… Войдя в комнату, я положил кошку на постель, разделся и грохнулся рядом. Плюшка приятно мурчала, подставляя голову под мою ладонь. Я почти расслабился, но мысли о Дженни и Марке не давали покоя. Как мне объяснить ей, что она не права, что этот мудак опасен? Меня трясло от одной мысли, что он прикоснется к Дженни так, как прикасался я. Марк хочет одного: проучить меня, вот только почему оружием он выбрал мою сестру?! Она вообще тут не при чем! Нужно было что-то делать. Из размышлений меня вырвала трель мобильника. Роб. — Привет, Дженсен! — Здаров, — я был рад его слышать. — Что за стычка у школы? Ты и Марк. Я закрыл глаза и стиснул зубы. — Он мутит голову моей сестре. Лапал её при всех… — Дженсен, он — парень, она — девушка. И при симпатии такое случается, нахрена ты лезешь в драку?! Тебя так вообще пожизненно лишат тренировок, гонок, свободы! Он, в принципе, был прав, но… — Ты бы поступил иначе? — Конечно! Я бы надрал ему задницу в другом месте, но никак не на школьной парковке! Мне звонил Крис, сказал, что усыпил бдительность администрации школы, но до конца ему не поверили, что драка не ваших рук дело. — А что сказал Марк? — Ничего. Молчал. Думаю, он понимает, что раскрывать рот ему не на пользу, и хочет добраться до тебя так же, как и ты — до него. Я задумался. Роб прав: хочу отмудохать Марка, чтобы решить наши распри раз и навсегда. Я должен доказать, что ему не стоит лезть ко мне и моей семье. Вот только как? Я всё еще на коротком поводке отца, а единственное место, где мы встречаемся вне школы — гоночная трасса… — Роб, мне нужно слинять из дома. И мотоцикл. — А одежда моя тебе не нужна, Арни? — друг хохотнул. — С этим разберусь как-нибудь, но имей ввиду, — я улыбнулся. Мы с Робом решили участвовать в следующей гонке. Она состоится через неделю: палка о двух концах. С одной стороны, возможно, за это время мне удастся умаслить отца отпустить меня на трассу. А с другой… неделя — достаточно большой срок, чтобы уложить девчонку в постель. Дженнифер не похожа на большинство девушек, она достаточно благоразумна, чтобы отказать ему, но что если она влюблена? Безумно, слепо, отчаянно влюблена? В такой ситуации мозги отключаются напрочь и, увы, я сам тому пример… Вечером я не спустился к ужину. Аппетита совсем не было, зато была куча домашки и переживаний, из-за которых я не мог сосредоточиться. Мой мозг усердно работал, придумывая, как уговорить отца, решая задачу по химии и отрабатывая план по усмирению Марка. Я не заметил, как в комнату вошел отец. — Пропускаешь ужин… Он подошел ко мне и сел в кресло рядом со столом. Карие глаза внимательно за мной наблюдали. Я оторвался от тетради и откинулся на спинку стула. — Последний год… учителя с цепи сорвались. Папа усмехнулся. — Я сомневаюсь, что происходящее с тобой — заслуга школы. — Ты о чем? — Кто эта девушка? — лицо отца приняло выражение ребенка, которому сейчас вручат долгожданный подарок. От этого зрелища я расплылся в улыбке. — Не понимаю, о чем ты! — Да брось! Последнее время ты прямо сам не свой! И Дженнифер тебя сдала! Расскажи о ней! Я вздохнул и закинул руки за голову, прикрыл глаза. Отец ждал от меня подробного описания моей дамы сердца, врать ему не хотелось, но ведь… можно и не говорить всей правды… — Она потрясающая! Эта девушка, в каком-то смысле, перевернула мой мир, — конечно, я ж и не думал, что можно физически хотеть члена своей семьи! — У неё прекрасные глаза, волосы, когда она смотрит на меня, по коже бегут мурашки. Она очень милая, воспитанная, умная. Я бы даже сказал, остроумная… слегка язвительна, но в этом есть особый шарм, — я улыбнулся, вспоминая наши с Дженни перепалки. — Я хочу оберегать её, радовать, окружить любовью со всех сторон, вот только… — я запнулся на полуслове. — Нууу? — отец ликовал. — Она закрывается от меня. Не даёт узнать себя до конца, помогать и заботиться. И, вообще… она выбрала другого, — я вернулся в прежнюю позу, делая вид, что крайне занят заданиями. Отец молчал пару минут. Я, не смея нарушать его раздумий, выводил в тетради незамысловатые фигуры. Наконец, папа вдохнул, а я обратился в слух. — Твоя мама тоже непросто мне досталась, — он печально улыбнулся. — Она казалась мне такой неземной, недоступной, что я жутко боялся рассказать ей о своих чувствах. Да и она ни одним движением не выдавала своих чувств ко мне. А потом трудности в отношениях с её родителями… Дженсен, в этой жизни самое лучшее всегда даётся непросто. Зато, когда получаешь то, что хотел, становишься самым счастливым. — Пап… ты же знаешь Марка? Сына мистера Олдмана. — Да, но при чем тут он? — отец удивленно поднял бровь. — Он мне не нравится. Мы же учимся в одной школе, есть пара предметов, на которых пересекаемся в классе… он неподобающе ведет себя с Дженнифер. Хочу преподать ему урок. — Оу… — отец задумался. — И на что я должен дать добро? — Отпусти меня на гонку, — я поднял на него решительный взгляд. Отец молчал. Я знал, что за внешним спокойствием скрывается буря. Он думает, взвешивает, оценивает риски. Понимает моё желание вступиться за сестру, одобряет его, но не одобряет мою просьбу. Наверняка, подыскивает альтернативные предложения. — Почему гонки? Есть же… — Это страсть Марка. Как и моя. До моего появления, он всегда был первым. Я уже обгонял его, но через неделю финал сезона. Марк никогда не уступал первенства. Я хочу скинуть его с пьедестала и дать понять, что не стоит лезть ко мне и моей семье. — Будет драка? — Всё может быть. Пап, это единственное, о чем я прошу. Он молчал. Всегда молчит перед тем, как отказать, потому что знает, что я огорчусь, а этого отец не любит. Я тяжело вздохнул и, не дожидаясь ответа, вернулся к задаче. Так, соединение углерода и… — Послезавтра я уезжаю по делам, беру с собой Одри. Меня не будет неделю или около того. Будем считать, что я ничего не знаю, этого разговора не было, а ключи от мотоцикла я оставил в гараже случайно. А еще я намерен думать, что ты достаточно благоразумен, чтобы не брать их для участия в финальной гонке. Я не успел выразить восторга, как отец молча поднялся, положил руку мне на плечо, чуть сжал его и тихо сказал: — Покажи этому засранцу, кто тут босс. Он мне никогда не нравился. Береги себя. Папа быстро вышел из комнаты. — Да! — я вскочил со стула, залез на кровать и сделал с неё сальто. Он дал добро! Схватив телефон, я набросал сообщения друзьям, чтобы ждали меня в финале, и одно послание врагу: «ТЫ. Я. ФИНАЛ.»