Ведьмак. Разные судьбы

Грациозно потянувшись, словно сытая кошка, Йеннифэр сладко зевнула и поднялась с постели, тряхнув копной иссиня-чёрных вьющихся волос. Подойдя к зеркалу, чародейка придирчиво посмотрела на своё отражение. Приподнявшись на локте, ведьмак жадно пожирал глазами её обнажённую фигуру. - Если ты сейчас же не оденешься, я снова на тебя наброшусь, - предупредил он. Йен медленно обернулась, кокетливо глядя на своего любовника из-под полуопущенных ресниц. - Это угроза или обещание? - игриво промурлыкала она, и тотчас же недовольно наморщила нос: - Как нас вообще занесло в эту убогую дыру, Геральт? Ведьмак усмехнулся: - Неужели ты ничего не помнишь? Вчера, после третьей бутылки вина, мою прекрасную даму интересовало лишь одно: где можно найти комнату с удобной кроватью. Благо, эта корчма оказалась поблизости. Не ворчи, Йен. С милым рай и в шалаше. - Ага. Если шалаш в раю, - брезгливо фыркнула она. - А Велен - отнюдь не рай. - Смею напомнить о том, что ты сама приняла решение навестить меня здесь. Чародейка одарила Белого Волка печальной улыбкой: - Мы не так часто можем позволить себе побыть вдвоём. Приходится использовать каждую возможность. - Так чего же ты медлишь? Иди ко мне. Йеннифэр отрицательно покачала головой: - Давай сделаем небольшую передышку. Восемь раз за ночь для меня вполне достаточно. - А для меня это вовсе не предел, - самодовольно ухмыльнулся ведьмак. - Хвастун.... - добродушно отозвалась чародейка. Геральт тяжело вздохнул, поднимаясь с кровати: - Ну что ж, если моя возлюбленная более не желает предаваться безудержной страсти в моих объятиях, тогда, быть может, спустимся вниз и выпьем чего-нибудь? У меня после вчерашнего голова раскалывается. - С удовольствием. Только надену что-нибудь чёрное и белое, - ослепительно улыбнулась Йеннифэр. * * * При виде гостей пожилой корчмарь приветливо раззявил беззубый рот: - Чего желают милсдарь ведьмак и сударыня чародейка? Сынуля мой с утреца порося забил, а жинка жаркое сварганила. Вкуснющее - пальчики оближешь! - Благодарю, Михал. Принеси-ка нам пару порций, а ещё достань водочки холодной из погребка, - распорядился Геральт. - Будет сделано в лучшем виде! - Корчмарь тотчас же бросился выполнять заказ. Геральт и Йеннифэр заняли места за столиком возле окна. - Чем собираешься заняться сегодня? - осведомилась чародейка. Белый Волк неопределённо пожал плечами: - Моя мошна стремительно пустеет, так что, по всей видимости, придётся искать себе работу. Оседлаю Плотву, поезжу по окрестностям, изучу доски объявлений. Авось, чего-нибудь дельное подвернётся. А ты? - Ума не приложу, как можно скрасить время в этом забытом Богами краю... - раздражённо отозвалась она. - Ты ведь останешься ещё хотя бы на пару дней? - с надеждой глядя на любимую, спросил Геральт. Йеннифэр одарила его обворожительной улыбкой: - Следующей ночью я точно буду согревать твою холодную постель. А потом... Не будем загадывать заранее. Их руки соприкоснулись, пальцы переплелись, взгляды встретились. Влюблённые ощущали себя абсолютно счастливыми. Прелесть момента была бесцеремонно нарушена женой корчмаря. Женщина приветливо поклонилась посетителям и поставила на стол еду и выпивку. Оценить её кулинарные таланты ведьмак и чародейка не успели, ибо в следующий миг дверь корчмы с грохотом распахнулась, и на пороге возник взъерошенный белобрысый мальчишка лет восьми. В руке малец держал листок бумаги, исписанный мелким почерком. Мальчик уставился на ведьмака, выпучив глазёнки и открыв рот. - Эй, крысёныш, пшёл вон отсюда! - грубо крикнула на него хозяйка. - Это заведение для взрослых. - У меня это... Значится, дело к сударю ведьмаку, - заикаясь, пролепетал мальчонка, дрожащей рукой протягивая Геральту записку. - Какой-то господин приказали передать лично в руки... Удивлённо глядя на юного посыльного, Белый Волк взял листок и, развернув его, быстро пробежал глазами написанное. Мальчик не сдвинулся с места. - Держи, малой. Это тебе за труды. - Ведьмак бросил ему монетку в пять крон. Паренёк ловко поймал её на лету и вихрем вылетел из корчмы. - Что там написано? - полюбопытствовала Йеннифэр. - Сама посмотри. - Он подал письмо ей. "Ты не знаешь меня, ведьмак. Зато я знаю тебя очень хорошо. Буду ждать сегодня вечером в священном круге, неподалёку от деревни Доброво. То, что я намерен сообщить, тебя весьма заинтересует. Если не явишься, будешь жалеть об этом до конца своих дней." - Какая таинственность... Здесь даже подписи нет. Не нравится мне всё это, - нахмурилась Йен. - Ты пойдёшь? - Разумеется, - кивнул ведьмак. - Кто знает, что этот неизвестный собирается мне поведать. Я ужасно заинтригован. - Я иду с тобой, - решительно заявила чародейка. - Не надо, Йен... - Это не просьба, - отрезала она. - У меня возникло нехорошее предчувствие. Я могу тебе понадобиться. Не существует такой проблемы, с которой не справились бы ведьмак и чародейка, если они действуют сообща. Белый Волк покорно вздохнул: - Хорошо, твоя взяла. Всё равно ты поступишь по-своему. * * * В Доброве не осталось ни единой живой души. Теперь там хозяйничали трупоеды, с аппетитом пожирая полусгнившие останки людей и животных. Йеннифэр молча наблюдала, как Геральт ловко расправляется с гулями. Когда башка последнего чудовища улетела в ближайшие кусты, чародейка приблизилась к ведьмаку и сказала: - Какой кошмар... Что тут произошло? Кто убил всех этих людей? - Представь себе - ведьмак. Один ебанутый хер из Школы Кота, - cквозь зубы процедил Белый Волк. - Я с ним уже разобрался. В глазах Йен застыл немой вопрос. - Когда-нибудь я расскажу тебе об этом поподробнее, - пообещал ей ведьмак. - Мне кажется, что тот, с кем мне предстоит встретиться, имеет какое-то отношение к этой истории. - Ступай на место встречи. А я буду ждать неподалёку. - Йеннифэр ласково погладила по крупу свою вороную кобылу. - Если потребуется моя помощь, я немедленно её окажу. - Надеюсь, что не потребуется. Я пошёл. Поцеловав чародейку в губы на прощание, ведьмак оседлал Плотву. * * * Незнакомец уже ожидал его на условленном месте. Молодой темноволосый парень, с виду - обычный крестьянин, облачённый в поношенную, залатанную одежду. Геральт спешился и подошёл к нему. - Приветствую, таинственный незнакомец. Говоришь, что знаешь меня? А мне даже имя твоё неизвестно. - Я Вальтер, - представился парень. - Но руки тебе не подам. - Как-нибудь переживу, - хмыкнул ведьмак. - Ну что ж, я здесь, излагай. Зачем звал меня? Глаза молодого человека наполнились слезами. Когда он заговорил, голос его ощутимо дрожал. - Ты помнишь Гаэтана, убийца? Ведьмака из Школы Кота? - Прекрасно помню, - утвердительно кивнул Геральт. - Ты хоть жалеешь о том, что лишил его жизни? Белый Волк устремил на своего визави тяжёлый взгляд: - Я жалею лишь о том, что эту мразь можно было убить только единожды. Будь моя воля, я бы каждый день вспарывал ему брюхо, выпуская кишки. Взор Вальтера пылал жгучей ненавистью. Он стиснул зубы и сжал руки в кулаки. - Гаэтан был для меня больше чем другом. Я любил его, а он любил меня. Ты зарезал его, как собаку. За что?.. - За то, что он безжалостно перебил всех жителей деревни Доброво, не пощадив даже маленьких детей. - Наверняка у него были на то причины... - Не существует таких причин, которые могли бы оправдать массовое уничтожение ни в чём не повинных людей. Ты всё сказал? И что теперь? Если собираешься вызвать меня на поединок, намереваясь отомстить за своего ёбаря, то я всегда готов. Но должен предупредить, что я, вероятнее всего, отправлю тебя следом за ним. Вальтер горько усмехнулся: - Я не дурак. Знаю, что не под силу мне победить ведьмака. - Тогда зачем ты отнимаешь моё время? Парень закрыл лицо руками. Из его груди вырвались приглушённые рыдания. - Послушай, - смягчился Геральт. - Ты вроде неплохой человек. Как же тебя угораздило связаться с таким подонком? - Я полюбил его с первого взгляда. Гаэтан был для меня всем, - всхлипывая, произнёс Вальтер, вытирая рукавом рубахи залитое слезами лицо. - Когда он отправился в Доброво, чтобы узнать у местных подробности заказа, я увязался следом за ним. Он не хотел брать меня с собой, ругался очень. Однако вскоре сменил гнев на милость, велел раскинуть палатку в лесу неподалёку от священного круга и дожидаться его возвращения. Он отсутствовал в течение нескольких часов, а потом вернулся с башкой лешего в руках, такой радостный. Сказал, мол, сейчас деревенские ему деньжат отсыплют за убийство бестии, и мы гульнём на славу. После Гаэтан поцеловал меня и ушёл за наградой. Кабы я знал, что это был наш последний поцелуй... У меня при себе имелся бурдюк с вином и, дабы скрасить томительное ожидание, я его оприходовал. Захмелел изрядно и уснул крепким сном. Меня разбудил звук боя. Я видел, как вы сражались. Видел, как ты нанёс ему смертельный удар... - Почему же ты даже не попытался вступиться за своего любовника? - осведомился Геральт. Вальтер стыдливо потупил взор: - Я испугался. Едва в штаны не наделал. В тот момент моя жалкая жизнь была для меня куда важнее, чем жизнь Гаэтана. Ты бы и меня зарубил тоже. Я вышел из укрытия, когда ты закончил своё чёрное дело и зашагал прочь. Я следил за тобой... - Врёшь. Я бы тебя услышал или заметил. Вальтер нервно хихикнул в ответ: - Гаэтан научил меня двигаться бесшумно, как тень. К тому же, ты был занят, спасал девчонку. Она сидела у тебя на плечах и всю дорогу верещала без умолку. Немудрено, что твоё ведьмачье чутьё малость притупилось. Белый Волк насторожился: - К чему ты клонишь? Вальтер зловеще оскалился: - В тот момент мне некогда было оплакивать Гаэтана. Я пошёл следом за тобой. Ты отвёл малявку в деревню Рудник к тётке. Я запомнил местонахождение этой прогнившей хибары и вернулся назад, к любимому, чтобы похоронить его. А спустя несколько дней снова наведался в Рудник и похитил девчонку. Это оказалось проще пареной репы. Достаточно было предложить ей пару леденцов, и она побежала за мной, как собачонка. Глаза ведьмака налились яростью. Он выхватил из ножен стальной меч. Вальтер поспешно отступил назад и, в свою очередь, вытащил из кармана нож, приставив лезвие к собственному горлу. - Советую не делать резких движений, - предупредил парень. - Ещё один шаг, и я перережу себе глотку. А ты никогда не узнаешь, где спрятана мелкая сучка, к которой ты, как вижу, успел привязаться. Да и жива ли она? Прошло два дня. Или три. Признаюсь, после смерти Гаэтана я потерял счёт времени. Кровожадные чудовища уже вполне могли до неё добраться... - Ты блефуешь, ублюдок! - прорычал Геральт. - У тебя кишка тонка лишить себя жизни. - Ты точно хочешь это проверить? - На ведьмака смотрели глаза безумца. - Просто скажи мне, где девочка, и тогда сможешь уйти отсюда живым. Однако Вальтер его уже не слышал. Зажмурив глаза, парень еле слышно прошептал: - Я иду к тебе, любимый. Встречай меня, Гаэтан... Всё произошло в мгновение ока. Геральт не успел среагировать вовремя. Лезвие полоснуло по горлу. Неудержимым потоком хлынула кровь. Ведьмак подхватил оседающее на землю тело. - Говори, тварь! Где она? Где Милка? Ответом ему послужили лишь булькающие звуки и хрипы, доносящиеся из перерезанной глотки. Через несколько секунд они прекратились. Бездыханный труп обмяк в его руках. - Блядь! Сука! - От того, что ты будешь материться на весь лес, он не оживёт, - донёсся до слуха Белого Волка спокойный голос Йеннифэр. Он обернулся. Чародейка стояла за его спиной, скрестив руки на груди. Её лошадь гуляла неподалёку. - Йен, пожалуйста, сделай что-нибудь! Оживи его! - взмолился ведьмак. - Речь идёт о жизни ребёнка. Пусть он скажет, где девочка. - Ты имеешь в виду некромантию? - Ну конечно. Как тогда, со Скьяллем. Она отрицательно покачала головой: - Не будь дураком, Геральт. Скьялль хоть и был изрядно подгнившим, но его голосовые связки были вполне работоспособны. А этот парень перерезал себе горло до кости, и никакая магия в мире не заставит его заговорить. - Неужели ничего нельзя сделать? Йеннифэр ненадолго задумалась: - Его тело мертво, но мозг будет жить ещё какое-то время. Я могу использовать некромантию, а ты применишь на него Аксий, и заставишь привести нас туда, где он спрятал ребёнка. - Йен, ты спятила? - Геральт уставился на свою возлюбленную со смесью изумления и недоверия во взгляде. Уперев руки в бока, чародейка выпрямилась во весь рост и дерзко посмотрела на него снизу вверх: - У тебя есть идея получше? Излагай, я вся внимание. Только поторопись, ибо драгоценное время уходит. - Ладно. Была-не была... - Ведьмак обречённо вздохнул. - Если имеется хоть какой-нибудь способ отыскать бедную Милку, нужно его использовать. - Тогда не будем мешкать. Отойди, - распорядилась Йеннифэр. Чародейка произнесла необходимые заклинания. Лежащий на земле труп зашевелился, и вновь начал издавать тошнотворные булькающие звуки. - Встань! - приказала Йен, взмахнув руками. Мертвец послушно поднялся на ноги, пошатываясь из стороны в сторону, как пьяный. Пустые остекленевшие глаза уставились на ведьмака. Геральт сделал незамысловатый жест пальцами и приказал: - Веди нас туда, где спрятал девочку. Быстро! - Боюсь, быстро не получится, - ехидно хмыкнула Йеннифэр. - Не хочу тебя огорчать, но покойники не умеют бегать, а ездить верхом - тем более. Продолжая покачиваться, мертвец сделал неуверенный шаг вперёд. Потом ещё один. - А пошустрее нельзя? - раздражённо бросил ведьмак. - Он тебе не ответит. Можешь дать ему волшебного пинка для ускорения, но не уверена, что это подействует, - отозвалась чародейка. - Мне сейчас не до шуток, Йен. Блядь, я ещё никогда не применял ведьмачьи знаки на мёртвых... - Всё когда-нибудь случается впервые. Труп шагал очень медленно. Геральт беспрестанно матерился. Йеннифэр брезгливо поморщилась: - Пощади мои уши. - Извини, - покаянно промолвил он. - Я просто вне себя от злости и беспокойства. Где-то томится в плену маленькая девочка, плачет и зовёт на помощь... А я чувствую себя совершенно бессильным. Йен, что случится, когда его мозг окончательно прекратит работать? Он просто упадёт и больше уже не встанет, да? Она сочувственно посмотрела на него: - Ты сам ответил на свой вопрос. Внезапно до их слуха донеслись громкие мужские голоса. - Ёбаный в рот... - сквозь зубы выругался Белый Волк. - Ни раньше, ни позже... - Сделай что-нибудь, и побыстрее! - шикнула на него Йеннифэр. - Представляешь, что случится, если люди увидят ходячего мертвеца? Меня могут отправить на костёр за занятия некромантией! Дабы скрыть неприглядное зрелище от любопытных взоров, ведьмак крепко обнял окровавленного покойника, загораживая его своим телом, и тут же содрогнулся от отвращения. К ним приближались четверо деревенских мужиков. - Ты только погляди! - похабно хохотнул один из них. - Эти два пидора, поди, прям щас любиться начнут! - А баба им зачем тогда? - недоумённо почесал затылок другой. - Может, ей нравится глядеть, как мужики ебутся? - предположил третий. - А ну проваливайте отсюда на хер! - рявкнула Йен. - Не ваше собачье дело, чем мы здесь занимаемся. - Я её знаю. Это ж ведьма из Венгерберга, - испуганно пробормотал один из крестьян. - Тикаем отсюдова, мужичьё, а то вдруг ещё какое-нить заклятие наложит. - Ещё как наложу, - заверила его чародейка. - Такое, что у тебя стоять больше никогда не будет. Мужики врассыпную кинулись наутёк. Геральт не выдержал и расхохотался: - Ну ты даёшь... Она улыбнулась одними уголками губ: - Иногда обстоятельства вынуждают импровизировать. Всё, идём дальше. Путь свободен. * * * Они продвигались вперёд поистине черепашьим шагом. Нервы ведьмака были на пределе. Почувствовав его состояние, Йеннифэр взяла ладонь возлюбленного в свою и ободряюще сжала. - Мы успеем, Геральт. Должны успеть, - сказала она. Саван тьмы уже окутал окружающее пространство непроницаемой пеленой, когда мертвец, шатаясь и хрипя, остановился возле какой-то пещеры. Вытянув руку вперёд, он указал в сторону входа. А потом навзничь рухнул на землю и больше не шевелился. - Какой послушный экземпляр, - хмыкнула Йеннифэр. - Мне даже не пришлось говорить "изыди". Ведьмак и чародейка стремглав ринулись в пещеру. Милка сидела на высоком уступе и громко плакала. Внизу резвились четверо накеров. Издавая свои привычные звуки, они прыгали, тщетно пытаясь добраться до лакомой добычи. Быстро расправившись с чудищами, Геральт помог девочке спуститься вниз. Кинувшись к нему на шею, малышка крепко обняла своего спасителя: - Я знала, что ты придёшь и освободишь меня, - всхлипнула она, и недоверчиво посмотрела на Йен: - А кто эта тётя? - Меня зовут Йеннифэр, - приветливо улыбнулась ей чародейка. - Я рада, что с тобой всё в порядке. - Ты красивая. Я тебя тоже нарисую, как нарисовала Геральта, - пообещала Милка. - Я до сих пор храню твой рисунок. - Ведьмак опустил девочку на землю и ласково погладил по голове. - Он замечательный. Ты голодна? Может, пить хочешь? Милка отрицательно помотала головой: - Тот злой дядька, который меня украл, оставил мне бурдюк с водой, а ещё хлеб, вяленое мясо и оладьи. Я только недавно всё доела. Так вкусно меня даже дома не кормили. Ведьмак и чародейка переглянулись: - Возможно, он не был таким уж плохим человеком, этот Вальтер? - предположил Геральт. - Он явно не собирался её убивать. - Наверное, он ждал, пока за него это сделают чудовища, - возразила Йеннифэр. - Хорошие люди не похищают детей. - Отчаяние после смерти Гаэтана толкнуло его на этот шаг. Но ты права. Вальтеру нет оправдания. К тому же, сейчас это уже не имеет значения. Он повернулся к Милке: - Сейчас мы отвезём тебя домой, к тёте. Девочка грустно вздохнула и отвела глаза: - Тётя Лютка, наверное, и не заметила, что я пропала. Они всё время пьют: она, дядя Влас и наши соседи. Я и мои двоюродные братишки и сестрёнки всё время голодные и без присмотра. Им нет до нас дела. - Я это исправлю, - пообещал Геральт, зловеще нахмурив брови. - Твоя тётя перестанет водить в дом пьяниц, и сама больше капли спиртного в рот не возьмёт... * * * Когда они прибыли в деревню Рудник, ведьмак оставил Милку на попечении Йеннифэр, а сам отправился в дом нерадивой тётки. Звон стаканов и пьяные голоса разносились на всю округу. На лавочке возле хаты горько плакали четверо маленьких ребятишек. Не церемонясь, Геральт выбил дверь с ноги. Изрядно захмелевшая компания численностью в семь человек ошалело уставилась на незваного гостя. Все как один. На несколько мгновений в помещении воцарилась звенящая тишина. Ведьмак смерил каждого из присутствующих свирепым взором. - А это ещё что за хуй? - едва ворочая заплетающимся языком, промолвил один из мужиков. И тотчас же получил мощный удар кулаком в нос. Хлынула кровь. - А-ай, блядь... Он мне нос сломал, сука... - завыл пострадавший и, схватившись рукой за раненую конечность, поспешно уполз под стол от греха подальше. Незавидная участь собутыльника напрочь отбила у остальных участников банкета желание высказаться. Геральт медленно приблизился к хозяйке хаты и злобно взглянул на неё сверху вниз. Женщина была в стельку пьяна. Её затуманенный взор был направлен куда-то в пустоту. - Твоё счастье, что я не поднимаю руку на женщин, - негромко произнёс Белый Волк и, схватив со стола большую бутыль крепкого пойла, вдребезги разбил её об пол. Выпивохи дружно ахнули. Сие ужасающее зрелище нанесло каждому из них непоправимую душевную травму. - А в чём, собственно, дело? - еле внятно пробормотала Лютка, обдав непрошеного гостя стойким ароматом перегара. Разъярённый ведьмак со всей силы ударил кулаком по столу, отчего предмет мебели едва устоял на ногах. - На твоём попечении пятеро малолетних детей, а ты устроила здесь кабак. Когда ты в последний раз их кормила? Я дал тебе денег на еду, а не на водку. Несколько дней назад у тебя из-под носа похитили маленькую племянницу, а ты этого даже не заметила. Женщина протёрла глаза, недоумённо уставившись на Геральта, и как будто немного протрезвела: - Святая Мелитэле... Милка? Она хоть живая? - Я здесь, тётя Лютка! Девочка вбежала в дом и бросилась к ней. Женщина расплакалась, обняв племянницу: - Родная, прости меня, дуру старую... И ты, ведьмак, тоже прости. Виновата я. Не буду больше пить, всеми Богами клянусь. А вы все убирайтесь вон отседова! - прикрикнула она на своих собутыльников. Покачиваясь и матерясь, пропойцы покидали избу. Геральт положил на стол пятьдесят крон. - Сейчас же купи детям еды. И учти: мне похер на все твои клятвы. Я теперь буду частенько сюда наведываться и проверять, как обстоят дела. Поняла? Лютка покорно закивала. Милка печально посмотрела на него: - Жалко, что ты уже уходишь. Я буду тебя ждать. И Йеннифэр тоже. Поддавшись сиюминутному порыву, ведьмак нежно обнял девочку и поцеловал её в щёчку. - До встречи, Милка. Береги себя... * * * Йен ждала его на улице, задумчиво глядя куда-то вдаль. - Она напомнила мне Цири в детстве, - задумчиво произнесла чародейка. - Как жаль, что наша малышка уже выросла... Геральт положил руку ей на плечо и ласково чмокнул в висок. Йеннифэр доверчиво прильнула к нему всем телом, и какое-то время они стояли не шевелясь, любуясь звёздным полотном на иссиня-чёрном небе. - Вернёмся в корчму, - предложил Геральт. - У нас выдался тяжёлый день. Необходимо как следует отдохнуть. - Даже не мечтай, что я позволю тебе выспаться сегодня ночью, - томно прошептала чародейка, обвивая его шею руками. - Это угроза или обещание? - хмыкнул он. - Это любовь, Геральт...