Смотри только на меня

      Тэмин не появлялся в школе три дня. На репетициях его тоже не было. Телефонные звонки так и оставались без ответа, сообщения не прочитаны.       Чонин каждый день заходил в класс своего парня, но его одноклассники постоянно говорили, что Тэмин так и не пришёл в школу и ни с кем не связывался, молчит. Сонбэ и хубэ из танцевального клуба также были в недоумении от пропусков друга без объяснений.       Сначала Чонин думал, что Ли заболел, слёг с температурой, раз не может прочитать кучу сообщений в KakaoTalk и ответить на звонки. Но на третий день, когда телефон Тэмина оказался выключенным, внутри подростка в истерике начала биться тревога. Он в очередной раз зашёл в класс выпускников, теперь чтобы спросить адрес проживания старшего у старосты, не замечая на себе недовольный взгляд их классного руководителя.       – Я пойду с тобой, – сказал Сехун во время одной из перемен.       – Я сам справлюсь, – ответил Чонин, не переставая названивать своему парню.       – Это не обсуждается. На тебе лица нет. А так, и ты успокоишься, и я.       – Ты разве не собирался на свидание с Бэкхёном сонбэ? – спросил Ким, смотря на друга, а затем снова услышал гудки: – Чёрт возьми!       – Бэкхён сонбэ понимает, что мне важно состояние моего лучшего друга тоже. И я сам хочу убедиться, что с Тэмином сонбэ всё в порядке.       Чонин лишь слабо кивнул, опуская голову на парту. Мысли так и путались. Неизвестность выдвигала теории исчезновения, и одна была хуже другой.       «Лишь бы был жив. Лишь бы был жив. Лишь бы был жив».       Крутилось в голове у второкурсника, потому что о плохом не думать не получалось, как бы он ни старался.       Время текло слишком медленно. Школьный день так и не спешил закончиться. Чонин с Сехуном стояли возле тренировочного зала и ждали остальных. Все собрались, но самого главного участника так и не было. Ханбин, Тэён и Ёнхо сразу же обратили свои взгляды на Чонина, тот переглянулся с Сехуном и достал из кармана пиджака смартфон. Не понимая, зачем, но молодой человек решил включить динамик, чтобы все присутствующие в зале слышали долгие гудки, а затем уже знакомое «Абонент находится не зоны доступа сети».       Сехун, понимая, что его близкий друг сейчас не в состоянии адекватно выражать свои мысли, подошел к президенту клуба и сказал, что лучше они вдвоем пойдут к Тэмину домой и выяснят всё на месте. Видно было каждому, как сильно переживает Чонин за своего парня, что он снова и снова пишет сообщения, хотя предыдущие так и не были прочитаны в течение всех трех дней.       Ханбин еще раз посмотрел на Кима и без лишних слов дал свое согласие. Лишь только когда они почти вышли из зала, пожелал удачи и сил Чонину, даже если силы не пригодятся в буквальном смысле.       – Я переживаю за него, – сказал Ким другу, когда они встали возле светофора.       – Я знаю, – ответил Сехун.       – Раньше, когда мы еще не встречались, он предупреждал, если не придет в клуб, если занят или болеет, или еще что-нибудь, но он всегда ставил меня в известность.       О мельком взглянул на лучшего друга: взгляд поникший, телефон крепко сжат в правой руке. Декабрьский ветер всячески дул, заставляя кожу покрываться мурашками даже с теплым пальто и толстым шарфом. Однако казалось, что Чонин никакого холода не чувствует, лишь смотрит на бордюр пустым взглядом, совершенно не обращая внимания на красные от мороза руки и растрепанные из-за ветра волосы. Сехун надеется, что всё скорее станет ясным и встанет на свои места. Такого подавленного родного человека ему видеть непросто.       До нужной станции двое школьников ехали молча. Чонин только смотрел в сторону, где раздавался голос, объявляющий названия каждой станции, и сверялся с картой метро в мобильном приложении. Как только двери вагона закрылись, подросток тут же встал и направился к ним, так как следующая станция как раз-таки та самая.       Возле нужного выхода из метро Ким открыл KakaoMaps, сверился с нынешним местонахождением и, указав на нужную сторону, повел друга за собой. Сехун огляделся: район не такой уж и густонаселенный, людей почему-то ходит мало, хотя учебный день во многих школах закончился. Интересно, есть ли здесь какие-нибудь учебные заведения, потому что видны только круглосуточные магазины, аптеки, пятиэтажные здания, обустроенные квартирами и караоке или мелкими кафешками на первых или цокольных этажах. Сехун здесь никогда не был и по остановкам и постоянными сверенными с картой поворотами догадывается, что Чонин тоже. Странно, они же с Тэмном встречаются месяц. Неужели никто никого не провожал до дома?       – У меня такое ощущение, будто ты здесь ни разу не был, – всё же озвучил свои мысли О, когда они снова остановились, чтобы Ким сверился с картой.       – Не был, – ответил тот, ища табличку с названием улицы. – Тэмин как-то не звал ни разу, а на предложения проводить его давал отказы.       – Вы как будто не встречаетесь вовсе, – удивился Сехун.       – Ну, мы, конечно, не как вы с Бэкхён-хёном, но за месяц Тэмин успел побывать у меня дома пару раз, когда папа и Исин-хён были на смене, – сказал Чонин, показывая на нужную сторону.       Они еще пару раз заворачивали куда-то, не обращая внимания на тетушек, которые подзывали купить фруктов или овощей. Сехун уже порядком подустал, но молчал и не ныл – его другу сейчас это совершенно не нужно.       – Пришли, – резко остановился Чонин, из-за чего сопровождающий его О чуть в него не врезался.       Школьники посмотрели на трехэтажное узкое здание, на входе которого висела табличка с названием и номером улицы. В таких зданиях, как всем известно, встроены однокомнатные квартиры, которые обычно снимают студенты или люди без семей. Да такие жилплощади и квартирой-то не назвать, так, комната примерно в двадцать квадратов.       Чонин еще раз сверился с адресом, который ему скинул одноклассник Тэмина, с написанным белым на синей табличке адресом. Всё верно. Подростки поднялись по лестнице на второй этаж, нашли дверь с нужным номером и нажали на звонок.       Несколько минут дверь никто не открывал, и Чонин снова начинал нервничать, заглядывая в телефон и проверяя на наличие вдруг пропущенных звонков от своего парня. Сехун снова нажал на звонок, затем пару раз постучал в металлическую дверь. Через время были слышны шуршание и чьи-то громкие шаги. Дверь открылась, но цепь не дала ей распахнуться. Был заметен женский силуэт, придерживающий крепко ручку двери.       – Вы кто? – спросила женщина как-то холодно, с каплей недовольства.       – З… Здравствуйте! – начал было Чонин, пару раз легонько кланяясь. – Мы из школы, хубэ Тэмин-хёна. Он сейчас дома? Его уже нет три дня, а скоро флэш-моб и…       – Он болеет и не в состоянии посещать школу, – перебила женщина, ни на миллиметр не приоткрывая дверь.       – Передайте ему, пожалуйста, пусть поправляется и включит телефон. Наш клуб переживает.       – Всё?       Сехун чуть сузил глаза, пытаясь что-то разглядеть. Ему показалось, или он услышал некий стук, будто стучали по двери из другой комнаты?       – Скажите, что приходил Ким Чонин с другом, прошу вас.       Услышав имя, женщина резко закрыла дверь перед носами подростков. От такого неожиданного действия со стороны взрослого человека двое парней встали в ступор. Однако пришли в себя фактически через пару секунд, когда услышали страшный шум изнутри, но разобрать ничего не получалось, всё было перемешано звуками катившихся стеклянных бутылок, руганью и хлопками.       Возвращались обратно на станцию парни еще более задумчивыми над произошедшим. Чонин всё пытался дозвониться, но телефон сонбэ был выключен. Ещё немного, и Ким побежит обратно к той маленькой жилплощади, выбьет дверь и потребует разъяснений здесь и сейчас. Однако, как бы он ни хотел, как бы ни чесались руки, Чонин – сын полицейского, нарушать закон он не имеет никакого права, у него в крови не заложено.       Его лучший друг шел впереди и через каждые пятнадцать секунд оборачивался. На самом деле, Сехун волновался за сонбэ не меньше, но всё же за Чонина немного больше. О знает его, как облупленного, еще со средней школы в курсе всех слабых и сильных сторон, иногда может предсказать дальнейшее действие, зависимо от ситуации. И сейчас подросток лишь желает, чтобы всё поскорее встало на свои места, и близкий человек не совершил никаких действий, за которыми последуют неприятности.       В поезде они так же ехали молча. Чонин заметно нервничал, его ноги тряслись. Сехун сидел рядом и каждый раз, как начиналась тряска, прикладывал свою ладонь на бедро друга, успокаивая. После нескольких таких раз Чонин попытался расслабиться и положил голову на плечо одноклассника. Дрожали не только ноги, но и все внутренности, а голова готова была взорваться от множества различных мыслей. Страшно, очень страшно, когда не можешь понять, что происходит и как помочь любимому парню, который за месяц отношений стал слишком дорог.       – Мы приехали, – заметил О. Подростки встали и вышли их нелюдного вагона. Лишь только на лестнице, ведущей на улицу, Чонин понял, что приехали они вдвоем на его станцию.       – А ты чего домой не поехал? – спросил Ким, следуя за другом.       – Мы с хёном тебя проводим, – ответил Сехун, на что собеседник приподнял бровь, прибывая в недоумении.       Однако знакомый голос дал всё понять.       – Привет, ребятишки, – Бэкхён махал рукой в знак приветствия у самого входа к станции. – Давно не виделись, Чонин-а.       – Сонбэним! – чуть поклонился младший, приветствуя. – Что ты здесь делаешь?       – Мой парень попросил меня приехать сюда, – Сехун моментально закрыл лицо большими ладонями, скрывая свое смущение, с чего Бён умилился. – Мы проводим тебя до дома и пойдем дальше. Сехун-и, – студент подошел к своему высокому парню, убирая его ладони с лица, и это удалось почти с первого раза, – ты голоден, радость моя?       – Хён, не на людях же! – О всё еще сильно смущался из-за непривычки, но сердце так быстро билось от радости.       Тогда Бэкхён еще ближе подошел да обнял младшего, показывая своими действиями, что действительно соскучился. Сехун прижался в ответ, пряча лицо в капюшоне куртки сонбэ. Он иногда до сих пор не может поверить, что Бён после своего же предложения стать парой сам чаще тянется за поцелуями, всегда первым заключает в объятья и называет своим.       – Вы такие сладкие, что меня сейчас вырвет, – прервал идиллию двоих Чонин, которого вроде бы собирались провожать до дома.       – Замолчи, – ответил из-под капюшона лучший друг, чем рассмешил всех присутствующих.       Они втроем дошли до нужного здания, где находилась квартира семейства Кимов. На прощание Сехун попросил не волноваться много и как-нибудь отвлечься. Как же легко это сказать, подумал про себя подросток, махая на прощание покидающей его счастливой паре.       Закрыв за собой входную дверь, молодой человек почувствовал запах готовящейся еды. Желудок дал о себе знать, и Чонин лишь виновато его погладил. Из-за всех этих нервов он совершенно забыл поесть. Чондэ в фартуке вышел встретить сына:       – Привет. Ты чего так поздно?       – Ездил кое-куда, – ответил младший Ким, разуваясь. Отец помог ему снять тяжелое пальто и забрал большой рюкзак. – Мы сегодня ужинаем без Исин-хёна?       – Он у себя дома. Сказал, что нужно привести всё внутри в порядок. Нет, чтобы к нам с тобой переехать, – проворчал Чондэ, направляясь обратно на кухню. – Умойся, переоденься и спускайся. Я сейчас накрою на стол.       – Да, сэр, – услышал в ответ родитель, на что тепло улыбнулся.       Ужин двух людей сначала проходил в тишине. Уже несколько дней старший Ким оставался на ночные дежурства в участке, никак не имея возможности провести уютные семейные вечера со своим единственным ребенком и возлюбленным. Чондэ надеялся, что хотя бы сегодня уснет с Исином под боком, ведь даже на работе взрослые редко пересекались, еле как получалось украсть хотя бы мимолетный поцелуй. Мужчина настолько задумался, что пропустил заданным Чонином вопрос.       – Извини, сына, ты что-то спросил?       – Ты только ничего такого не подумай, ладно? Но, – смутился школьник, делая глоток воды, – как ты понял, что Исин-хён для тебя тот самый? Ну, именно тот человек, без которого ты не видишь себя?       – Это… как бы сказать… – задумался Чондэ. – Я постоянно нуждался в нем. Каждый раз, когда я не видел его на работе, мне становилось грустно, и хотелось как можно скорее встретиться. А еще, с Исином я всегда чувствовал, будто заново молодею, да и сейчас так же. Этот потрясающий человек мое второе дыхание, без которого уже никак, – произнес свой ответ мужчина, влюбленно улыбаясь, так как вспомнил своего любимого человека. Однако затем поинтересовался у сына. – Ты что, чувствуешь схожее к Тэмину? Не рановато?       – Не знаю, пап, – честно ответил Чонин, опуская взгляд. – Мы вместе только месяц, но знаем друг друга больше двух лет. Тэмин пробуждает во мне такие чувства, которые я раньше не испытывал, хотя нам всего по семнадцать и восемнадцать лет.       – Что-то произошло? – забеспокоился старший член семьи, немного нахмурившись.       – Мне кажется, у Тэмина в семье какие-то проблемы. Его не было в школе три дня, а сегодня мы с Сехуном ходили к нему домой. Всё было так странно и произошло слишком быстро, – подросток посмотрел на родителя с долей тревоги. – Я за него ужасно волнуюсь.       Чондэ не знал, что посоветовать своему ребенку, поэтому решил продолжить разговор после ужина или на следующий день. Чонин согласился на второй вариант, так как эмоционально очень устал за весь прошедший день. Да и обоим нужно было выспаться.       Правда, никто не смог нормально уснуть.       Потому что поздно ночью, когда свет в доме был погашен, а его жители мирно спали каждый в своей комнате, хозяина дома разбудил звонок в дверь. Чондэ резко встал, посмотрел на время и удивился, ведь в три часа ночи они с сыном не ждали гостей. Полицейский спустился вниз так, чтобы не разбудить Чонина, который всё еще спал, посмотрел на экран видеодомофона и не поверил своим глазам.       Снаружи стоял трясущийся от холода Ли Тэмин.