Холодные тени прошлого

Трис

       — Привет, Трис! — голос в трубке точно Макса. Я не сплю?        — Привет, Макс! Рад тебя слышать! — выпаливаю я, прежде чем соображаю, что несу.        — Трис, слушай, у меня к тебе дело, даже два. — продолжает вводить меня в ступор альфа.        — Конечно, в чем проблема? — уточняю я, изо всех сил стараясь не взлететь к потолку от счастья.        И так голос дрожит, перекатываясь радостью, как стекляшки в калейдоскопе.        — Трис, во-первых, у меня затык в нашей эпической игрушке на тридцатом уровне, ну знаешь, там, где два подвала и подземелья с заданиями? Так вот, я конкретно подвис в одном непроходимом месте. — объясняет альфа.        — Макс, а ты случайно не в лабиринте у седого гоблина завис? — ехидно спрашиваю я, сразу догадываясь, в чем дело.        — Трис, ты прямо в самую точку попал, именно там! Так что без тебя мне оттуда не выбраться. И еще, ты у меня дома фенечку свою забыл. Вот заодно и заберешь. —  подытоживает Макс.        — Трис, ау! Чего молчишь? Как насчет этой субботы, ты как, не занят? Сможешь заехать ко мне ненадолго, обещаю угостить кофе с шоколадным печеньем. — прибавляет Макс, недоумевая, почему нет ответа.        Да просто я стою, зажав телефон в руке и пытаясь вернуть сбитое напрочь дыхание.        Слишком много эмоций.        Особенно для меня.        Для человека, так давно и небезуспешно выстраивающего стену между собой и окружающим миром, для человека, чурающегося практически любых близких контактов.        Для человека, избегающего даже намека на роман, бегущего от альф семимильными шагами, как черт от ладана.        Я не знаю, что мне делать со всем этим, правда.        Я выдыхаю, прижимаю трубку к уху и говорю, стараясь не глотать окончания слов, потому что дыхание все равно еще неровное, пульс сбоит, как у сердечника: «Отлично, я свободен, во сколько ты меня будешь ждать?».        — Супер, Трис, давай где-нибудь часикам к семи, ладно? Ну, ладно, давай, побегу на работу, до встречи! — весело прощается Макс, вешая трубку, а я все слушаю гудки, совершенно ошарашенный.        Пораженный.        Потрясенный даже не столько предложением альфы, а своей собственной реакцией на происходящее.        Я чувствую себя, как улитка, впервые вылезшая из-под хитинового панциря и обнаружившая, что снаружи тоже неплохо.        Что оставшись одна, без спасительной тени своего дома, она внезапно нашла человека, от которого ей не хочется бежать.        Человека, от которого не тянет прятаться, скорее наоборот, тянет к нему.        Я, похоже, совсем двинулся от одиночества, которое сам же себе и создал.        Я кладу телефон на стол и вижу в зеркале свое лицо.        Удивленное, бледное, но все же улыбающееся.        Я поеду, и будь, что будет.        Главное, что я в любом случае не буду жалеть…

Макс

       «Макс, ты полный придурок!» — именно эту фразу любит повторять мой приятель Дэн, совсем не понимая, почему я воздвигаю из своей жизни непроходимые джунгли и необъятные баррикады.        Ему легко так говорить, имея в тылу по уши влюбленного в него Марика. Посмотрели бы вы на эту психоделическую парочку!        Дэн высоченный, под два метра, альфа с русыми волосами и голубыми глазами и маленький, всего-то метр семьдесят, омега Марик с его очками и карими глазами, худющий, как весло.        Так Марик порвет за Дэна любого, он серьезно занимался боксом и то, что этот хлипкий парень, смахивающий на Гарри Поттера, уложит вас в хуке, вы поймете, только уже будучи в горизонтальном положении.        Если еще будете в сознании к тому моменту.        Дэн искренне считает меня дураком, создающим себе проблемы на пустом месте.        Но так считает только он.        Учитывая три неудачных романа за последние два года, я с точностью бумеранга иду на дно.        Меня не хватит на четвертый.        Бесспорно.        Я признаю, что Дэн прав, когда говорит, что если человека любят, то принимают полностью, со всеми его достоинствами и недостатками, но у меня так идеально не выходит.        И я боюсь, что не выйдет никогда.        Однако, давайте вернемся к нашей вялотекущей шизофрении.        Сегодня я точно сдвинулся с оси.        Первым в списке потерь за прошедшие сутки с большим отрывом лидирует мой мозг.        Но обо всем по порядку…        Ты звонишь в дверь, и я, непонятно почему ощущая, как будоражащее кровь волнение, как пузырьки от шампанского, играет во мне, лечу открывать.        Мне нравится, что ты снова будешь сидеть у меня на кухне и петь дифирамбы моему кофе.        Черт знает почему, но мне тепло от того, что я опять увижу твой удивленный взгляд.        Ты входишь, и я теряюсь.        Потому что ты так радостно улыбаешься мне, так волшебно, так пристально глядя в глаза.        Что-то внутри меня щелкает, и такой знакомый, горьковато-мшистый аромат окутывает меня, победоносно забирая меня в плен твоих необыкновенных глаз.        Трис, что ты делаешь?        Ты снимаешь куртку и проходишь в комнату, еще раз уточнив у меня, в каком именно месте в игре я застрял.        А я так и остаюсь в прихожей.        Потому что теперь завис я.        Нелепо замереть в собственной прихожей, знаю.        Но мне все равно.        Я вхожу в комнату, уже понимая, что меня накрыло.        И твой взгляд, когда ты поворачиваешь голову, отрываясь от экрана и утыкаясь в меня, ни разу не прибавляет мне разума.        Ты что-то говоришь, показывая на мониторе последовательность действий, но я не слышу.        Потому что, как одурманенный, дышу тобой.        И не могу надышаться.        Я подхожу к тебе и опускаю руки на твои плечи.        Ты застываешь, но только на секунду, а потом решительно хватаешь меня, притягивая к себе, и я вижу твои губы в одном миллиметре от моих.        И целую.        И мы уходим в космос.        Синхронно.        Я не новичок, но целоваться с тобой так невыносимо сладко, так невыразимо пленительно, так обжигающе легко, что ты не поймешь, что влип, пока не почувствуешь это.        Эту страстную, растекающуюся по венам субстанцию, отключающую рассудок и приводящую тебя в состояние желе необъяснимую эйфорию.        Мы целуемся, как два сумасшедших.        И я с ужасом понимаю, переводя дух, что хочу еще.        И вижу, что ты там же.        На орбите.        И хватаю тебя, жадно вжимаясь всем своим телом, и целуя так, как будто это наш последний день.        И мы тонем вместе.        Я не могу признать ничего, кроме одного.        Меня тянет к тебе.        Тащит.        Безумно.        Нелогично.        Так раскаленно, что у меня нет сил сопротивляться.        Твои глаза горят таким огнем, что у меня кругом идет голова.        — Трис, ты уверен? Если ты не хочешь, мы можем остановиться в любой момент. Только скажи! — я задаю вопрос, осознавая, насколько быстро остатки приличий в моем разуме стремительно размываются светящимся в твоем взоре жгучим желанием.        — Макс, я…— ты смущенно опускаешь на секунду глаза, но тут же вновь возвращаешь меня в огонь.        И тут до меня доходит.        — Трис, уж не хочешь ли ты сказать, что у тебя никого не было? — пораженно роняю я, не выпуская твои плечи из своих рук.        — Макс, это мой первый раз. Я хочу… — не договариваешь ты, сводя меня с ума, одновременно кусая губы и скользя руками по моей спине.        — Трис, я понял, я не причиню тебе боли! — шепчу я, целуя тебя в мягкие, податливые губы и чувствуя, как ты вцепляешься еще больше в мои плечи, отвечая на поцелуй.        Сладкий, нежный и многообещающий.        И мы падаем на кровать, не размыкая объятий…