Холодные тени прошлого

Макс

       Я сплю, как пограничник.        Непрестанно дергаясь и постоянно думая, что я упущу тот момент, когда ты проснешься.        «Трис, ты только вернись.»        Кажется, именно это спасительное заклинание я и шепчу, абсолютно забывшись, когда целую твою руку и настойчиво ищу хоть какие-то признаки жизни в твоем бледном лице.        Я выучил наизусть их все..        Все до единой, Трис.        Все, мой любимый...        Все морщинки, каждую ямочку на щеке, любую твою примету.        Медсестра с неимоверными усилиями каждый день буквально выталкивает меня из палаты, чтобы я отдохнул, а она провела необходимые процедуры.        А я бесцельно болтаюсь по парку, как бомж, не зная, куда себя девать.        Пробродив минут двадцать и уже начиная замерзать в своем пальто, явно не приспособленному к минус десяти градусам, я, мысленно подгоняя спящую, как рыбина в аквариуме, стрелку, лечу обратно в больницу.        Сероглазая Эмма уходит, сочувственно погладив меня по плечу. Я снова сажусь рядом с твоей кроватью и вздыхаю.        Я готов ко всему, за это время многое передумав и осознав, как сильно обидел тебя.        Я знаю, что ты мне скажешь…        Но мне хватит силы выдержать твой гнев, твою боль и твою ненависть…        «Ненависть…» — печально выдыхаю я, опять вернувшись в наши светлые дни…        Господи боже, как же я скучаю по тебе, Трис.        По твоим глазам, по твоей улыбке, по твоим рукам у меня на плечах.        Я умираю каждый день, не видя твоего лица.        И снова возрождаюсь из пепла, держа твою руку в своей.        Дэн считает, что у нас все равно есть шанс, но я-то знаю…        Я знаю тебя, и понимаю, как никто, что даже если это и так, что он мизерный, равный шансу выиграть миллион в лотерею.        Все, что мне осталось — это ждать.        Это молить о прощении и мечтать, что ты хоть когда-нибудь сможешь разрешить мне еще один раз подержать твои руки в своих или обнять тебя.        Я так люблю тебя, что вчера видел странный сон…        Там мы были вдвоем.        Мы были вместе, гуляли по какому-то огромному, восхитительному саду, и ты смеялся…        Трис, ты был во сне настолько хрупким и красивым, что я задохнулся от чувств.        Я застыл, ловя твой взор и с восхищением и нежностью сказал тебе: «Трис, знаешь, кто самый красивый в этом прекрасном саду?..»        Ты повернул голову и улыбнулся мне.        Я подошел, переведя дыхание и обняв тебя за плечи, и твое лицо словно осветило солнце.        Ты так любяще и светло смотрел мне в глаза.        Серьезно, честно и любя.        — Макс, интересно, и кто же? — лукаво улыбнулся, целуя меня в губы, ты.        — Ты, Трис. Ты такой красивый, даже не представляешь себе, насколько ты хорош... — шепчу я, коварно уводя тебя с дорожки в манящую тень шепчущихся о любви розовых кустов.        И мы целуемся, и я позволяю себе шалости.        И ты отвечаешь мне, щедро даря свою любовь и счастье быть с тобой, чувствовать эту отдачу, видеть, как ты кусаешь губы, как невыносимо сладко тянешься ко мне.        Я пью твое дыхание, глажу спину и щекочу своими губами бьющуюся, как родник, жилку на твоей шее.        И закрываю от восторга и радости глаза.        А ты все смеешься, и твой смех эхом серебряных колокольчиков рассыпается по аллеям нашего сада..        Как жаль...        Мне бесконечно жаль, что это был всего лишь сон..        Несбыточный, невозможный, никогда не существовавший в реальности..        Подаренный мне небом, как напоминание.        Как откровение.        Как намек.        На все то, на что я больше не имею права..        Боль возвращается без предупреждения, пробив меня ржавыми, как старые спицы, пронзительно острыми уколами в сердце, ноющее от тоски, когда я, заполошенно выскользнув из грез сна, внезапно натыкаюсь на твое ледяное, застывшее лицо.        И слышу это неумолимое, безразличное: "Зачем ты здесь? Или пришел убедиться, что я еще жив?.."