Его безумие

      Кира сидела со списком кружков и не знала, как лучше поступить. В Ракузан фотографией никто не занимался больше трёх лет, и клуб закрыли, а из предложенного ей ничего не подходило. Ей дали времени до пятницы определиться с внеклассовым интересом, но от всеобъемлющей несправедливости сводило скулы. Никогда она ещё не занималась тем, что не нравилось ей. Центр её жизни — фотография, и в новой школе никто не предложил альтернатив. Мир предлагал смириться заведомо, стать одной из тех, кто молча принимает удары и не пытается закрыться даже рукой.       Но сдаваться Кира не умела и меньше всего хотела тратить время на лишнее. Серая, обезличенная масса людей, окружавших её, не, будет диктовать, по какому пути следует идти. Если бы только существовала возможность выбрать любой кружок, который не будет сжирать свободное время, как голодный кот обед, то она бы не сомневалась. Но это оказалось невозможно. В Ракузан все кружки вели строгую отчётность, и каждый участник вовлекался по максимуму.       За неделю решения не нашлось, и Кира спокойно перед учёбой собиралась в папку все свои лучшие фотографии, и печатала на принтере список всех достижений и полученных наград. Мир щедрый, но немилостив и не будет подстраиваться под её желания, а потому следовало проложить собственный путь. План до безнадёжного прост, и она проявит настойчивость.       Завтрак выдался спокойным. Эми жарила панкейки и говорила, что не голодна, пока её уговаривали поесть, а Кичиро недовольно смотрел на жену и перебирал бумаги. Семейная идиллия, но Кира мысленно хмурилась от негодования на показуху. Не осталось больше той лёгкости, которая царила до переезда. Они будто все притворялись и надеялись привыкнуть к новым реалиям.       — Как новая школа? Освоилась? — спросила мама, садясь за стол. В руках она сжимала стакан тёплой воды. — Ты почти ничего не рассказываешь.       — Интересно.       — А как учителя? Не нудные?       — Нет, в этой школе даже история интересная.       — Это меня радует, хорошо позавтракай, вроде у вас в школе мероприятие будет.       — Мам, это баскетбол, я не пойду.       — В Ракузан строгая политика, придётся, — вклинился отец, откладывая папку. — Я знаю директора. Крупные спортивные мероприятия очень важны для школы. Капитан команды очень способный, занял своё место, как только поступил в старшую школу. Кстати, я знаком с ним.       — Супер! — Кира уже знала о ком речь, Киносита уже посвятила её. Это стало главной причиной нежелания посетить матч. — А если я буду занята в кружке, могу не идти?       — А ты определилась с кружком? — удивилась мама.       — Почти, — Кира побоялась напоминать им о своём хобби. После первого учебного дня она пришла домой расстроенная, и родители не поняли, зачем так расстраиваться из-за какого-то там кружка, когда она могла фотографировать в свободное от учёбы время. — Пора в школу.       — Милая, я вызвал тебе такси, не смогу отвезти тебя сегодня, много встреч.       — Ничего страшного, — Кира поцеловала родителей. — До вечера.       В школе на неё сразу накинулась Киносита. Подруга увела её в сторонку и напала голодным зверем, уговаривая пойти на баскетбольный матч. Один из игроков очень нравился ей, и Хидеко не хотела идти одна. Кира не успела ответить из-за звонка и даже была немного благодарна, ведь не увидит грустное лицо подруги после отказа так скоро. Урок литературы вела строгая учительница, которая не любила опоздания, и им пришлось поторопиться.       Монтонные рассуждения усыпляли, Кира зарисовывала на листочке композиции, когда увидела записку на своей парте с просьбой пойти на матч. Она специально проигнорировала её, намекая подруге на ответ. А спину снова прожигал взгляд Акаши, которому, видимо, тоже стало скучно.       С понедельника они больше не общались. Но в воздухе сразу висло напряжение, стоило им пересечься взглядам или оказаться в непосредственной близости друг к другу. Киру игнорировала это со стоическим безразличием, тем более он никогда не переходил границ. Они сидели в самом конце, в ряду у окна, и моментами, её хотелось оказаться за его спиной, позволить хребтом ощутить безысходность. Но не думала, что у неё выйдет.       Кира прекрасно осознавала, насколько он отличается от остальных; одноклассники никогда не преграждали ему путь и всегда расступались, как море перед ногами Моисея; учителя почтенным тоном давали ему задания, чуть ли не готовые немедленно отменить его из-за помутнённого разума. Во время тренировок у спортивного зала собиралось слишком много любопытных, а о нём самом говорили шёпотом. И всё из-за его гениальной натуры. Каждый считал долгом снисходительно закрыть глаза на высокомерие, спуская с рук, очевидно, скотское поведение. Девочки смотрели на него со смесью восхищения и готовности отдаться любой его волею, а парни отводили глаза и отступали. Создавалось ощущение, только команда могла смотреть на него, как на равного.       Уроки заканчивались, Кире не терпелось подойти к классному руководителю, и взгляд то и дело цеплялся за часы над доской или руке. Последний урок был историей, но она уже не могла воспринимать информацию, только таращилась на левое запястье, где стрелки не хотели поторапливаться. В середине занятия учитель раздал тест, и это только усугубило ситуацию.       Времени до конца оставалось добрых пятнадцать минут, Кира не могла ответить на последний вопрос. Сдавшись, она отметила один из вариантов и отложила тест. На её парту снова приземлился сложенный пополам листок:       «Пошли на матч, пожалуйста»       Киносита не сдавалась. От злости Кира смяла бумажку и сунула в сумку, надеясь, что это усмирит подругу.       Но нет.       — Пошли на матч после уроков, — прошептала Хидеко, склонившись к её парте.       И Икэдо впервые пожалела, что их парты стоят рядышком.       — Я не люблю баскетбол.       — Но я тебя прошу пойти не ради баскетбола.       — Нет.       — Чего тебе стоит?       — Я буду занята. Разве у тебя нет тренировки?       — Её отменили.       — Отстань. Не пойду на матч.       — Тебя заставят, для школы важен спорт.       — Ты за меня не волнуйся, я выкручусь.       — Я помолюсь Аматэрасу, чтобы у тебя ничего не вышло.       Кира ничего не ответила и с благодарностью выдохнула, когда прозвенел звонок. Историю, как раз вёл их классный руководитель, и она быстро скинула все пишущие принадлежности в сумку и подошла к учительскому столу.       — Накадзима-сенсей, я хотела поговорить насчёт кружка.       — О, ты определилась?       — Не совсем, у меня есть пару вопросов и предложение.       — Икэдо, давай обсудим всё после баскетбольного матча? Мне нужно срочно встретиться с директором, а после игры я тебя выслушаю. Хорошо?       — Хорошо.       Кира смиренно следила, как учитель торопился, принимая листы с тестами и собирая все свои заметки. От злости она сжала кулак, а вот Киносита, посмеиваясь, встала рядом.       — Удивительно, ками меня услышала, даже молиться не пришлось, но в храм всё же на выходных зайду. Пошли, тебе уже не отвертеться.       Кира сидела на трибуне и не понимала всеобщего восторга. Десять потных парней бегают с мячом. Вначале она и правда старалась втянуться, засмотреться, как это было недавно. Но стоило вспомнить то воскресенье, и вдоль позвоночника проползла склизкая змея, оставляя после себя саднящее чувство ловушки. Да, есть очарование в высоких парнях, чьи жилистые мышцы так и секутся при каждом движении, но всё же баскетбол — «не её спорт».       Она достала папку со своими фотографиями и принялась рассматривать. Отобрала пятьдесят лучших работ, чтобы, хоть одна точно заинтересовала учителя, и он выслушал её идею. Каждый снимок Кира рассматривала долго, что не заметила, как прозвучала финальная сирена. Вместе с Киноситой они сидели на своих местах, ожидая, когда большая часть толпы покинет зал.       — Так и знала, что наша школа победит! — радовалась она.       — Ты не сказала, кто тебе нравится.       — Я хочу, чтобы ты угадала.       — Не буду этого делать, — Кира засмеялась.       — Почему?       — Я пойму, на кого ты засматриваешься влюблёнными глазами всего за пару недель.       — Тогда я принимаю вызов, и, если ты не догадаешься в течение двух недель с тебя желание.       — Идёт!       Подруги хлопнули в ладоши и покинули зал. Киносита сразу пошла домой, а Икэдо повернула в сторону учительской, чтобы переговорить с учителем. К груди она прижимала папку со своими работами и уже представила воплощение своей новой маленькой мечты. Кира собрала все аргументы, которые позволили бы открыть клуб фотографии незамедлительно и существовать ему долгие годы и после её ухода. Предусмотрительно она позаботилась и о плане на пять лет вперёд, а дальше должен был появиться такой же одержимый фотографией и продолжить дело.       Замечтавшись, она не смотрела вперёд и по сторонам. На полном ходу повернула за угол и врезалась в человека. Папка вывалилась из рук.       — Ой, извините, — Кира немного склонила голову, а после увидела Акаши.       — Ничего страшного, — произнёс он и поднял папку с пола.       Он уже переоделся в спортивный костюм, волосы ещё были влажными после душа, а на плече висела спортивная сумка. Акаши бесстыдно залез на её территорию и разглядывал с такой живостью в глазах фотографии, что Кира не сразу потянулась за папкой.       — Это ты сфотографировала или украла работы у другого фотографа?       Неверие смешалось с возмущением, и злость закипела в венах. Она потянулась за портфолио, но Акаши сделал шаг в сторону и повернулся вокруг оси, оставляя с носом.       — Совести совсем нет? — продолжал он.       Кира подошла к нему, снова потянулась за папкой, но парень играл с ней. Попытки наступить на ногу или сделать выпад были пресечены, и она оказалась в его объятьях. Акаши прижимал её спиной к себе, предплечьем давя на горло, пока дразнил фотографией осеннего леса.       Он насмехался над ней. Специально или нет, но она не хотела в этом участвовать. Ногтями впилась в его руку, но Акаши только сильнее надавил ей на горло. В глазах на секунду потемнело, он будто не прикладывал никаких усилий, а дыхание всё равно спёрло. Единственное, чего она хотела — отстраниться. Кира пнула его по голени и укусила за запястье. Баскетболист опешил и расслабился, а Кира выхватила папку и отошла на безопасное расстояние.       — Всё же придётся научить тебя манерам.       — Мудак.       — Как ты меня назвала?       Он хищно склонил голову, глаза утонули в тенях, и она могла только различить зарождающийся гнев в его радужках. Кира инстинктивно сделала шаг назад, надеясь отодвинуться от свирепого взгляда, задушить расцветший страх, а Акаши только улыбнулся.       — Икэдо, вот ты где, — голос учителя поумерил пыл спортсмена, готового вот-вот ринуться к ней. — Пойдём скорее, а то времени мало.       — Да, сесней, — она посмотрела на парня ещё раз.       Акаши вдруг стал другим, но в его разных глазах отчётливо читалось предупреждение. Что-то удерживало её несколько долгих секунд на месте. Ноги почему-то ослабли, но через силу сделала шаг и пошла за учителем.

***

      Суббота порадовала солнцем. Апрель выдался жарким, чрезмерно жарким, и Кира кривилась, застёгивая молнию у платья сбоку. Малиновый цвет ей шёл, и она выбрала именно его, вырез прикрывал бант, который был продолжением воротника, и завязывался под горлом. Выходные она собиралась провести за фотографиями, но отец хотел познакомить со своим партнёром и его семьёй.       Сначала появилась мысль придумать отговорку, но отец за ужином так увлечённо рассказывал о планах на будущее и о возможностях, которое подарит новое сотрудничество, что она не могла отказать. Мама несколько раз спрашивала, с кем именно он работает, но Кичиро отмахивался и обещал познакомить лично.       Кира натянуто улыбнулась своему отражению, когда накрасила губы блеском и помолилась о скорейшем завершении грядущего вечера. Опыт подсказывал ей — посиделки с семьи никогда не заканчивались рано, в простая беседа внутри семейных посиделок переливалась в разговоры о работе. Поправив подол платья, она немного расстроилась, её бы воля, надела бы джинс и футболку.       Всю дорогу до дома партнёра отца Кира рассматривала фотографии в телефоне и только поддакивала родителями, которые планировали вместе поехать на УЗИ на будущей неделе. Машина вскоре остановилась у большого дома с коваными воротами. Всего на мгновение она удивилась, но отбросила лишние мысли. Главное, чтобы всё прошло гладко. Удивительно, но дверь им открыл хозяин дома, а не слуга, мелькнувший за его спиной. Кира обрадовалась, что дом не в японском стиле, но её поразило пространство и колонны, подпирающие потолок холла.       «Насколько же богат этот человек?» — Кира считала их семью всегда выше среднего класса, но не мультимиллиардерами, но в этом доме читался невиданный ей доселе размах. Следовало проявить себя с наилучшей стороны, чтобы не опозорить отца.       — Познакомься Тэкеши, — Кичиро улыбнулся. — Это моя жена — Эми, и моя дочь — Кира Икэдо. Девочки, а это мой партнёр по бизнесу — Тэкеши Акаши.       Кира перестала дышать, вымучивая приветливую улыбку. Язык мгновенно прилип к сухому нёбу, и она сжала кулаки и раскрыла, пытаясь унять неизвестно откуда взявшуюся дрожь.       — Приятно познакомиться, а это мой сын и наследник — Акаши Сейджуро.       Только сейчас она заметила, как к ним подошёл разноглазый парень. Его очаровательная, но жестокая улыбка была адресована только ей, но никто не заметил ожесточённой личины за маской. Она шагнула в дом и вытянулась струной, когда их плечи с Акаши поравнялись.       Злиться на Судьбу бессмысленно, всё уже случилось, но Кира уже думала, как быстрее вернуться домой. Их повели через длинный коридор, где пригласили в столовую. Хозяин дома сел во главе, по правую руку от него сели её родители, а они с Акаши, напротив.       Знакомство началось небольших закусок и аперитива. Кира теперь понимала такое восхищения отца в сторону нового партнёра: лучшие друзья и одноклассники. Играли в школе и университете в баскетбол. Кто бы сомневался… А теперь готовились проложить самые большие сухопутные транспортные маршруты.       Вместе. На подкорке засветилась красная лампочка, но Кира закрылась от неё, думая о том, как вернётся домой и будет просматривать сделанные последние фото.       Обед, где взрослые общаются на темы бизнеса, оказался на редкость скучным. Кира даже успела позабыть, где она, пока ковырялась в овощах. К обществу надменного одноклассника привыкла быстро. Акаши не пытался вести себя вызывающе или выпячивать свои достоинства, о которых вещал его отец. И она почти научилась не слышать масленые речи, но некстати тема разговора повернулась совсем по иной траектории.       — У тебя красивая дочь, Кичиро, они вместе с Сейджуро недурно смотрятся вместе, — подметил Тэкеши.       Взгляд Киры непроизвольно зацепился за отца в поисках понимания ситуации, но хозяин дома, всё продолжал:       — Если они поженятся, то у нас будут очень красивые внуки.       — Рано ещё об этом думать, — вмешалась Эми, и Кира выдохнула.       — Понимаю, впереди ещё финальные экзамены и университет, но всё же, Кичиро, ты думал над моим предложением?       Кира услышала усмешку от парня, которую он попытался скрыть за стаканом воды. Ей показалось, что он был уже в курсе всего и посмотрела на него, но Акаши её проигнорировал.       — Да, думал, но они ещё дети.       — Сейджуро на год старше Киры, в этом году ему исполнится девятнадцать. Мне было столько же, когда я встретил его мать.       — Ты торопишь события, — сказал Кичиро, кладя ладонь на руку жены. Эми принялась ритмично стучать пальцами по столу. — Они только неделю знакомы, они могут не найти общий язык.       — Время покажет, — улыбнулся Тэкеши. — Сейджуро, покажи сад Кире, ей понравится. А мы пока поговорим о бизнесе, вам явно скучно сидеть с нами.       — Да, отец, — сухо произнёс Акаши и встал.       Кира плотно стиснула зубы, стоило Акаши встать ей за спину и помочь отодвинуть стул, и пошла за ним нехотя, обеспокоенная темой разговора. Конечно, она знала, как делаются дела в большом бизнесе, и как именно закрепляются договоры и безопасность такой сделки. Но никогда не представляла себя в роли разменной монеты. До этого жизнь представлялась немного иной, и она осознала, что всё это время жила в розовых очках.       Парень вывел её во двор, где уже цвела сакура и слива. Красивый ландшафт поразил: много кустарников, все тропинки ухожены белым камнем, а клумбы, выстроенные в идеальный рисунок, полнились обилием цветов. Кира даже пожалела, что не взяла телефон. Композиции дарили вдохновение, а деревья сплетались в неведомый прежде рисунок. Акация ещё не расцвела, но уже готовилась. Немного полюбовавшись, она осмотрелась и пошла следом за Акаши.       Он шёл впереди, гордо расправив плечи, которые плотно обтягивала белая рубашка. Нельзя отрицать его безупречное телосложение. Баскетбол благоприятно повлиял на его фигуру. Кира подумала, что такая увлечённая собственным эгоцентризмом тварь привлекала много девушек. Богат, как говорят — гений, с идеалом мужской фигуры и уникальными глазами. Можно было делать ставки, но, очевидно, — он этим только пользовался. Сколько девушек добровольно отдали ему себя? Сколькими он воспользовался, чтобы заткнуть бушующие гормоны. Вряд ли хоть одна из них захотела бы заявить на него, перейди он черту.       Акаши отвёл её к пруду, где плавали карпы — кои. Красивые, большие, цветные рыбы завладели вниманием. Чешуя заигрывала с солнцем сквозь толщу воды и сверкала, красуясь ещё больше. И рассматривать их успокаивало взбудораженные нервы. Кира давно не видела подобной красоты. Широкий искусственный пруд был обложен невысоким бортиком. Кувшинки плавали на поверхности, и вода рябила, стоило рыбе сильнее вильнуть туловищем.       Вместе они смотрели на карпов. Молчали и не торопились прерывать идиллию. Каждый думал о своём и не отводил взгляд от пруда, где прозрачная вода показывала красоты кои, скопившихся в одном месте.       — Красивое платье.       Он сделал комплимент в тот момент, когда Кира повернулась спиной к воде и собиралась сделать шаг к дому. Она замерла, потому что не ждала от него ни слова. Последняя встреча плохо кончилась, и ей совершенно не хотелось усугублять ситуацию ещё больше.       «Будь милой, не провоцируй, пусть подавится своей желчью!» — подумала Кира и немного повернулась к нему.       — Спасибо.       Любезностей было предостаточно, норма выполнена, Кира сделала всего два шага по тропинке. Акаши оказался перед ней так быстро, что она отшатнулась, немного поглядывая за спину, поражаясь его молниеносной реакции.       — Складывается забавная ситуация, не находишь? — Акаши протянул руку, но коснуться её не посмел. Расслабленно повёл плечом и спрятал руки в карманы брюк.       — Да, разочарования случаются.       Провокация в чистом виде, но она не хотела вестись. Кира прекрасно понимала, что он из тех типов людей, кто всегда хочет быть на коне. Кому мало просто возвышаться над людьми. Кому важно контролировать всех, кто находится рядом. Акаши был кукловодом и хотел, чтобы куклы, появляющиеся рядом, всегда играли по его сценарию.       Ему нравилось происходящее и, сделав шаг к ней, Акаши хищно улыбнулся. Казалось, он начал партию в сёги и загонял противника в патовую ситуацию. Кира оказалась в ловушке. Он вынудил сделать её шаг назад, к пруду.       — Мне кажется, мы не закончили вчера.       — Как по мне — закончили. Хочу вернуться в дом, — она сделала шаг в сторону и попыталась обойти парня, но он снова лишил её пути к отступлению. — Дай мне пройти.       — Ты будешь делать то, что я скажу.       — Размечтался.       — Видишь ли, теперь нам придётся часто видеться помимо школы. Будем посещать одни и те же мероприятия, ходить друг к другу на ужины. Поэтому давай сведём все проблемы к нулю, а для этого тебе следует слушаться меня. Только тогда мы будем жить в мире и согласии.       Кира прикусила нижнюю губу и покачала, не веря, что это всё происходит на самом деле. Уши закладывало от ярости, хотелось ответить тем же, но Акаши продолжил:       — Кира, будь послушной девочкой, — он наклонился ближе к ней, и ей пришлось отклониться, избегая его навязанной близости. Парень практически дышал в шею. — Это ведь так просто.       — Может, тогда ты будешь послушным мальчиком и не будешь лезть ко мне? Тогда мы будем жить в мире и согласии, — она ответила ему тем же тоном и упёрлась в грудь двумя руками, но не сдвинула его ни на сантиметр. — Это ведь так просто.       — Передразниваешь? — он схватил её за предплечье, толкнул в плечо, что она буквально повисла над прудом с чудо-рыбами. — Не играй со мной.       Угрожающий тон и тяжёлый взгляд дотянулись до укромных уголков её души. Она была бы полной дурой, если бы подумала, что он так шутит. Нет. Акаши не шутил и его угроза куда красноречивее слов. Он находился на своей территории и имел явное преимущество по знанию истинных отношений между их семьями. Он нагло пользовался её неосведомлённостью, и Кира постаралась проглотить ком злобы, застрявший в глотке, лишь бы успокоить его и не допустить конфликта.       Но эти проклятые глаза смотрели будто бы сквозь неё, а их обладатель глумился над её беспомощностью.       — Бросишь меня в воду? — Кира посмотрела вниз, а он ещё ниже наклонил её, и кончики длинных волос коснулись водной глади. Ей пришлось схватиться свободной рукой за его руку, которая удерживала над прудом.       — Что насчёт послушания?       — Мудак!       Кира разозлилась, позволила эмоциями взять вверх и только дала ему повод. Он отпустил её руку, и она упала. Холодная вода обожгла, залилась в нос и рот, дрожь достигла костей. Икэдо вынырнула на поверхность тяжело дыша, отплёвываясь от жалящего чувства в носоглотке. Смотрела на его злорадство и хотела завизжать, но на этот раз сдержала свои порывы. Пруд был не сильно глубоким. Сидя на заднице, её плечи возвышались над водой. Карпы уплыли.       — Урок номер один: говори со мной вежливо, — Акаши смотрел на неё свысока и чувствовал себя победителем. Девушка поднялась на ноги, не сводя с него глаз. — Красивое платье, — повторил он, и она посмотрела на себя, — и шикарная фигура.       Тонкая ткань облепила стройное тело, стала просвечивать, показывая нижнее бельё и формы. Злость окончательно захватила девичий разум. Челюсть плясала не то от холода, не то от гнева. Кира резко схватила его под колено. Не ожидавший такого выпада, он грохнулся в пруд следом. Теперь она смотрела на него сверху вниз. Конечно, она радовалась, но ждала следующий подлости, которая не заставила себя ждать. Акаши дёрнул её за руку, схватил за щиколотку, и она вновь оказалась под водой. Вынырнув, Икэдо не стала себя сдерживать, закричала и, схватив грязь со дна пруда, кинула в его лицо.       Ох, надо видеть этот взгляд, и почему-то именно это доставило ей удовольствие. Грязь попала на волосы, белую рубашку и оказалась вокруг его янтарного глаза. Ткань прилипла к телу, обнажая кожу, Кира видела, как его плечи поднимаются от тяжёлого дыхания.       — Кира! — позвала мама Кипы, и мокрая парочка повернулась к ней. Эми шла к ним быстрым шагом, отцы чуть позади. — Как вы там оказались?       Отец Акаши оказался рядом быстрее, чем её, — он внимательно посмотрел на сына, и Кира поняла — он догадывался, что конкретно здесь произошло.       — Вылезай, не хватает того, чтобы ты заболела, — мужчина протянул ей руку и помог выбраться из воды. Кира ощутила прохладу. Подол слегка задрался, и она заметила, что Сейджуро, ещё сидящий в воде, нагло смотрел на её ноги. Девушка быстро поправила платье. — Вот возьми мой пиджак, — его отец накинул ей на плечи свой предмет гардероба и стало в разы теплее.       — Девочка моя, ты как? — мать обняла её, а отец серьёзно посмотрел.       — Как вы оказались в воде? — Акаши-старший строго посмотрел на сына, который самостоятельно вылез из пруда.       Кира планировала сказать правду и ничего, кроме правды, но посмотрела в обеспокоенные глаза матери и заметила, как её рука метнулась к животу. Ужас пробрался из пищевода и осел во рту. Губы разомкнулись, и как бы Кира ни хотела наказать ублюдка, произнесла совсем иное:       — Я хотела посмотреть на рыб поближе и наклонилась слишком сильно, Сейджуро пытался удержать меня, но в итоге мы оказались в воде, — Кира понимала, что оправдывать виновника — неправильно, но очень боялась разволновать маму сильнее, которой последнюю неделю было плохо, поэтому решила, что проще прикрыть. — Простите меня, — она посмотрела на родителей и поняла, что не все поверили в рассказ.       — Ничего страшного, — Тэкеши продолжил испепелять сына взглядом. — Пойдёмте, вам нужно срочно переодеться.       Для Киры выделили комнату с ванной, чтобы она могла привести себя в порядок. Приняв душ и высушив волосы, она прошла в большую спальню, где висело новое платье и обувь. Оперативно. Мысли всё крутились о возможных последствиях. Всё это могло плохо для неё кончиться вне зависимости от того, что будет происходить дальше. Глубоко вздохнув, она постаралась заглушить негатив и снова посмотрела на платье. Изящно. Нужно быстрее переодеться и бежать отсюда, а то разгневанный Акаши, мог рискнуть утопить её и в раковине.       Платье, красивого персикового цвета, длиной миди, слегка воздушное, с длинным рукавом и под горло, застёгивалось на пуговку сзади и молнию сбоку. Пояс, полностью подчёркивая фигуру, делая более женственной. Ей также подарили новые туфли. Лодочки, бежевые. Волосы она оставила распущенным. От природы кончики немного завивались и к удаче в излишней укладке не нуждались.       Кира вышла из комнаты и осмотрелась. Вправо и влево — длинный коридор, и куда идти? Она плохо запомнила дорогу и решила идти наугад. Дом Акаши был в разы больше их, и почему-то это злило, потому что понимала, насколько может оказаться беспомощна перед его властью, случись непоправимое. Слишком богат и с огромным количеством обслуживающего персонала, которые все делали незаметно. Также незаметно могли и закопать её тело, если у него сорвёт предохранитель.       На своём пути она заметила приоткрытую дверь. Желание остановиться возникло внезапно, Кира послушала чутьё, приблизилась к косяку и стала прислушиваться. Стыд не поможет ей, если не будет знать планов парня.       — Ты специально уронил её в воду? — голос отца Акаши пугал. Понятно в кого он такой.       — Нет, она сама. Кира вроде всё объяснила.       — И ты думаешь, я поведусь на эти детские сказки? Девочка не умеет врать. На лице всё написано. И тебя я слишком хорошо знаю.       — Тогда зачем этот фарс? — он разговаривал со своим отцом, будто не боялся, но всё равно в голосе сквозило много уважения и некого трепета.       — Не надо над ней издеваться. Ты понял меня? — Кира не видела их лиц, но могла поклясться, Сейджуро взбесился. — Она дочь моего друга, прояви уважение. Оставь свои маниакальные замашки. Она непростая девчонка с улицы, над которой тебе захотелось поиздеваться.       — Она ему неродная дочь, ты сам говорил.       Простая реплика, и Кира зажмурилась, прогоняя подступившие слёзы. Акаши жесток, беспощаден и не боялся бить по больным местам.       — Так иди и скажи ему в лицо, Кичиро убьёт тебя за свою дочь, и я не смогу помочь. У них крепкие узы. Он заменил девочке умершего отца.       — Ясно, — голос Акаши изменился. Ей послышалось сожаление в интонации.       Кира вдруг вспомнила, как за обедом говорили, что его мать умерла от болезни, когда мальчику исполнилось пять лет.       — Сейджуро, он мой партнёр, ты понимаешь? И, возможно, в будущем вы с Кирой можете пожениться, так что умерь гонор и веди себя соответствующе.       — Не надо повторять мне дважды.       — Дело в ней? Она тебе не понравилась?       — Кто сказал? Симпатичная мордашка. Просто меня гнетёт, что у меня нет права голоса насчёт избранницы, ты прям грезишь, чтобы только подсунуть её под меня.       — Это было бы выгодно для бизнеса.       — Не сомневаюсь.       — Сейджуро, пообещай мне, что будешь милым с ней и не будешь показывать все прелести своего характера. Если ты сделаешь глупость, то она может пожаловаться своему отцу, и тогда у меня будут проблемы.       — Не пожалуется.       — Мальчишка!       Кира услышала крик и стало жутко. В гневе Тэкеши казался всеведущим чудовищем, готовым разорвать любого врага, а она даже его не видела. Стояла трусливо за дверью и слушала. Надо было уходить, но не могла ног сдвинуть с места, словно ей в вены пустили свинец.       — Знай своё место! — продолжил мужчина, и она осознала, что её проблемы только начинались. Одно радует, Сейджуро на коротком поводке у папочки и будет делать всё, что тот скажет. Осталось только убедиться в этом. — Ты будешь сама любезность с ней, терпеть все её заскоки, истерики и радовать. Кичиро сказал, что подумает насчёт свадьбы и мне надо его убедить. Тогда ты унаследуешь две компании, и тебе не будет равных, а красавица жена будет твоим трофеем.       — Обязательно удовлетворять все её прихоти?       — Сейджуро! — ярость пела в голосе его отца. — Что ты задумал?       — Я сделаю так, как считаю нужным.       — Ты меня не услышал? Хватит обрывать крылья бабочкам!       — Я тебя услышал, отец. Нужно, чтобы она была моей? Значит, будет. Не волнуйся, я не подведу. Даже если я её нагну и трахну, она не побежит к отцу. Только смиренно попросит ещё.       Лучше бы она этого не слышала. Сердце стучало так, будто ей удалось вбежать на Эверест, а после скатиться на санках всего за час. Слова Сейджуро засели в голове и отбивали неприятным пульсом. И она собиралась держать дистанцию, что он никогда не протянул к ней руки.       Кира быстро пошла в противоположную сторону, чтобы остаться незамеченной. Пока она блуждала по дому в своих мыслях, не заметила, как и вправду заблудилась. Ей помогла одна из горничных и провела в просторную гостиную, где все сидели на диванчиках и пили чай.       — Милая, выпей горячего чая, чтобы лучше согреться, — отец смотрел на неё и явно заметил, что с дочерью что-то не так. — Ты бледная.       Конечно, бледная, когда знаешь, что твой одноклассник — твой враг, а его отец сват, который ради выгоды сделает всё, что необходимо. Кира спокойно прошла ко всем и села на диван, где было пустое место. Рядом с разноглазым. Все продолжили беседу, а она посмотрела на парня, который пил чай и оставался абсолютно нейтральным к беседе, а его выражение лица непринуждённым.       Сейджуро под пристальным взглядом посмотрел на неё. На его лице отразился вопрос, но Кира лишь улыбнулась, готовясь сражаться за свою свободу.

***

      Суббота до сих пор будоражила его разум. Уже среда, а в голове всё равно взрывались фейерверки от эмоционального возбуждения. Акаши уже переоделся и вышел из спортзала, завершив тренировку. После семейного обеда он стал больше присматриваться к Кире. Он не ожидал, что она окажется настолько смелой. Никто прежде не рисковал кидать в него грязь. Тем более в лицо. Он знал, кто она такая в ту минуту, когда впервые вошла в класс. К тому моменту отец уже сказал ему о своих планах и не спрашивал его мнения насчёт потенциальной невесты.       Сейджуро не спорил, и откровенно — ему было наплевать, кого отец собирался подложить под него. Всё делалось только ради бизнеса и власти. Он всегда знал, что нет смысла в любви. Рядом должна быть соответствующая его статусу девушка, с покорностью в сердце и беспрекословным подчинением. И Акаши совсем не радовал современный мир, где продвигали равенство полов и феминизм. Женщина должна исполнять простые роли: быть послушной женой, рожать детей и не открывать рта лишний раз.       Но Акаши был и благодарен современному миру, ведь, как выразился отец: обрывать крылья бабочкам — весьма интересное занятие. У него появилась цель, и за год он выдрессирует Киру и спокойно займётся обучением в университете и будет лишь изредка напоминать о её месте, когда забудется. После свадьба и дальше у неё не останется выбора.       Только многое уже шло не так, как он представлял.       Кира Икэдо оказалась очень настойчивой. Из-за неё в Ракузан готовился открыться кружок фотографии, школа даже отдала на чистку всю фототехнику и начала ремонт помещения. Акаши не подал виду, когда услышал об этом, но опешил от шока. Кира станет президентом клуба, будет вести занятия.       И интерес проявился сам собой. Насколько долго она способна продержаться под давлением и выдерживать напряжение?       Сначала он полез в интернет, нашёл её профиль в социальных сетях, даже подписался, но она заблокировала его. Тогда Акаши создал новые аккаунты, сделал пару фото сакуры и архитектуры Киото, и подписался заново.       Он очень удивился, просматривая фотографии в её профиле. Узнал, что она выиграла два фотоконкурса Японии и заняла второе место в мировом конкурсе. Она училась у лучших фотографов, постигала азы и совершенствовалась. Акаши изучил все фото, даже автопортреты и портреты чужих людей. Искусство, сотворённое её рукой, увлекло его. Он хотел смотреть ещё, тонуть в нём. Смотря на её работы, Акаши получал странную дозу полного расслабления и избавления от всех мыслей. Всего час лицезрения, и он полон сил.       Он видел, как классный руководитель убирал в подсобку папку с её работами и хотел одолжить портфолио. В школе почти никого не было, и он направился в класс.       Дверь в подсобку оказалась открыта. Акаши удивился, когда заметил Киру, ставящую коробку на полку. Кажется, она убиралась в классе. Она его не сразу заметила и подскочила, стоило обернуться.       В полумраке девушка казалась ещё красивее. Он не мог отрицать того, как сильно ему нравилось наблюдать за ней со стороны. И жадное любопытство подстёгивало узнать о ней чуть больше. В классе послышались голоса, Кира спокойно закончила свою миссию и пошла к двери, но Акаши резко дёрнул её за руку, прижал к себе спиной и закрыл рот ладонью.       От страха всё тело девушки содрогнулось, она попыталась брыкаться, но только забавляла отчаянными попытками. Он толкнул её в угол, где близко стояли два шкафа, поудобнее перехватил за талию и вжал в стену, вдыхая запах волос. Ему нравилось пугать маленькую пташку. Чем сильнее она брыкалась, тем сильнее сводило мышцы от удовольствия.       — Я же говорил, что ты убрал коробку! Зачем только возвращались? — в классе звонко прозвучал голос одноклассника. — Всё, Итари, пойдём! Нам пора на тренировку! Тренер будет в ярости, мы и так опоздали.       — Не кричи ты так. Я иду уже, — Кира сильнее забилась в руках, надеясь на помощь одноклассника, но Акашм сильнее вдавил её в стену. — Но, я точно помню, что не убирал. Подожди, я проверю.       Итари зашёл, но никого так и не увидел, только проверил коробку с тряпками и моющими средствами. Акаши улыбнулся удаче, оказывается, Кира решила просто проявить уважение. Он наклонил голову ниже, вдохнул цветочный запах шампуня. Дрожь девичьего тела передалась ему, забралась под кожу, и Акаши вожделенно прикрыл глаза. Она попыталась его пнуть, и он надавил под её колено своим, полностью обездвиживая и погладив большим пальцем прямо под грудью, оскалился, чувствуя её страх. Кира заёрзала сильнее, вызывая реакцию.       — Ты специально вертишься? Представляешь последствия?       До неё не сразу дошло, но, когда озарение снизошло, замерла, будто пыталась не дышать. Одноклассник покинул подсобку, а Акаши не торопился и сначала убрал руку, позволив вновь говорить.       — Может, отпустишь? — она старалась держать голос на спокойных нотах, не провоцировать его, но было поздно — он завёлся. — Мне неудобно.       — А мне так очень, — его голос наполнился хрипотцой и снизился на октаву. — Тебе кто-нибудь говорил, что ты красивая, Кира Икэдо?       — Что тебе от меня нужно? — она упёрлась ладонями в стену и слегка оттолкнулась.       Акаши позволил только для того, чтобы прижать её спиной к стене и заглянуть в карамельные глаза. Она явно смешанных кровей и очень привлекательна. Отец прав — Кира будет прекрасным трофеем его достижений. Он склонился над ней и издевательски ухмыльнулся.       — Не знал, что мне так повезёт, и я застану тебя здесь. Понравилось подслушивать?       Кира отвела трусливый взгляд и сильнее задрожала. Конечно, он видел её. Заметил в отражении зеркала, пока застёгивал рубашку. Она ничего так и не поняла, а Акаши мог лицезреть все эмоции, отчего защекотало воображение.       — Отвечай, когда я с тобой разговариваю, — он насильно вцепился в её скулы и заставил посмотреть на него. — Слышала, что я собираюсь с тобой сделать?       — Что? — Если бы не его рука, свалилась бы к его ногам. Кира сжалась, ладони пытались оттолкнуть его в грудь, но всё бессмысленно. — Отпусти!       Конечно, Акаши не планировал ничего подобного в школе, но ему захотелось напугать её. Заставить больше озираться по сторонам и пытаться от него убежать. Он бы сыграл в догонялки, прежде чем исполнить угрозу.       — Неужели так страшно, потому что я новенький в твоей жизни? — его руки спустились ниже по талии, умиляясь тщетным попыткам остановить. Зажмурившись, она вжалась в стену и буквально старалась выползти из его хватки. А пальцами уже касались её бёдер, задирая подол форменной юбки. — Или потому что я первый, кто касается тебя так? — резко распахнувшиеся глаза дали ему ответ, и он снова растянул губы в хищном изгибе. — Так вот, оно что.       — Отпусти! — Кира говорила твёрдо, давая понять свои намерения. Акаши всё забавлялся.       — Уже целовалась с кем-нибудь? — его губы вдруг оказались рядом с её, но он держал дистанцию. Специально продолжая издеваться, прощупывая границы. — Отлично.       — Я хочу уйти.       — Конечно, ты свободна.       Он просто отпустил её и отошёл, от неожиданности девушка чуть не свалилась ему в ноги. Кира казалась разбитой, опустошённой. Даже в полумраке он заметил страх в её глазах. Но это, не помешало ей вольно расправить плечи, поправить юбку. Гордо задрав подбородок, она прошла мимо, хоть ноги и дрожали.       Но Акаши показалось мало. Он снова дёрнул её за руку, Кира развернулась и с размаху влепила ему пощёчину. Рука всё ещё удерживала девичье запястье, на мгновение он решил, что ему показалось. Но нет. Щека горела от удара. Пульсировала раскаляющимися углями в камине, и он приложил ладонь, не до конца поверив. Парень посмотрел на неё, пытаясь отыскать крапинки паники в карамельных радужках, но ничего, только чистый гнев.       — Маленькая дрянь, — он не повышал голоса, ему и не нужно; и так прекрасно знал, что все её внутренности сжались до невозможных размеров, вызвав тошноту и головокружение. — Ты ещё не знаешь, с кем связалась.       Смелость в маленькой девчонке испарилась, плечи затряслись, хоть ярость и не покинула её милое личико. Хотелось взять скальпель и точечно вырезать сопротивление ему из её мозга.       — Никогда не прикасайся ко мне и не подходи.       — Ты угрожаешь мне?       — Предупреждаю.       — А силёнок хватит? — он притянул её ближе к себе, буквально прошептав эти слова в губы.       — Хватит.       — Сколько прыти, — он мягко положил ладонь на её шею и немного надавил, замечая желанную панику на дне глаз. — На первый раз я прощу тебя, но если ударишь меня ещё раз — сломаю запястье.       — Ты сумасшедший, — Кира выглядела отчаявшейся, готовой плюнуть ему в лицо. — Меня ты не получишь.       Акаши ничего не сказал. Только огладил большим пальцем её нижнюю губу и резко отпустил, наблюдая, как она отшатнулась от него. Он показательно взял папку с её фотографиями и покинул подсобку.