Слезы обреченного

      Прошло много темных дней, перед тем как юношей спасли. Больного забрали домой в Юнь Мэн. Лань Чжань отправился в Гусу. Точнее на пепелище, оставшееся на месте дома. Там, пытаясь собрать остатки клана. Постоянно мучаясь тревогой за судьбу брата, Лань Чжань узнал о нападении на Юнь Мэн. Его детскую сказку война между кланами уничтожила, также походя, как разрушала все остальное.       После нападения на Юнь Мэн Вэй Ин пропал. Ходили слухи, что Вэнь Чжао сбросил его в полете в темный город, из которого никто не выбирался. Вероятно, его любовь погибла. Но горевать было некогда, а в сердце не осталось места для боли, слишком много потерь, но в одном отдаленном уголке все же жила надежда.

***

      Узнав о случившемся в пещере, заклинатели единодушно решили дать отпор Ци Шань Вэнь. Вэнь Чжао перешел все границы, когда подверг наследников кланов смертельной опасности. Такие преступления прощать нельзя. Начался поход, которому дали громкое название «Аннигиляция Солнца». Он был обречен на провал. Но выбора ни у кого не было. Стало ясно, что клан Вэнь не остановится, пока не уничтожит всех.       В стороне не остался даже клан Цзинь. Цзинь Гуаньшань всегда старался сохранять нейтралитет, но когда чуть не погиб его драгоценный сыночек Цзыcюань, он решил действовать. Во многом под давлением жены. Женщина слишком любила единственного сына. Цзинь Гуаньшань прислал войска. Ими руководил его сын Цзысюань. Парень, которого называли не иначе, как павлином, сам рвался в бой.

***

      Минуло почти три месяца после разорения Юнь Мэна. По стране поползли слухи о темном заклинателе, убивающем представителей Ци Шань Вэнь. Он делал это с особой жесткостью. В книгах было описано много страшных пыток, но никто не истязал своих жертв, как темный заклинатель. Он вызывал у них страшные видения. Жертвы собственными ногтями сдирали кожу со своего тела, ломали себе пальцы, отрезали конечности. Они пытались убежать, но темный заклинатель нагонял их, как злой рок.       Участникам похода против Ци Шань Вэнь было не до него. Темный заклинатель выступал на их стороне против более страшного зла.       Однажды Ванцзи и Цзян Чен узнали о логове, в котором скрывался Вэнь Чжао. Войдя, в полуразрушенный дом, они нашли парня в жутком состоянии. У него почти не кожи на лице, руках и ногах. Заносчивый некогда юноша, мог только плакать, забившись в угол. Но и это нельзя было сделать. Слезы разъедали раны над щеками. Верный Вень Чжулю пытался помочь сыну хозяина, понимая напрасность своих стараний. Каждый день темный заклинатель возвращался. Он заставлял Вэнь Чжао обдирать до мяса, едва зажившие раны.       Тем вечером Ванцзи, Цзян Чен узнали, имя мучителя клана Вэнь. Это был Вэй Ин. Светлый, добрый мальчик превратился в страшнейшего палача. Он молча вошел в дом, где находились жертвы, достал новую флейту черного цвета и начал играть. Темные духи окружили Вэнь Чжулю и Вень Чжао. Мужчины начали кричать от боли, но это не останавливало Вэй Ина. Цзян Чен злорадно наблюдал за происходящим.       Ванцзи выбежал из комнаты. Он понимал, что твориться в душах друзей — братьев, потерявших родных и получивших шанс отомстить, но принять и оправдать их поступки не мог.       «Воин должен с уважением относиться к своим противникам».       Ванцзи стоял рядом с домом, и слушал доносившиеся из него крики жертв, радостные возгласы палачей. Его сердце разбивалось на части. Он сожалел, сожалел о боли Вэнь Чжао, никто не заслуживает такого, сожалел о тьме, пробравшейся в сердца Вэй Ина и Цзян Чена. Последнего еще можно было спасти. У Вэй Ина такого шанса не было. Темное ци, пробираясь в душу, начинает ее разрушать, вместе с золотым ядром.       Комок подступил к горлу, но глаза так и остались сухими. Когда в душе пепел, нечего поливать слезами. Но делать было нечего. Ванцзи не просто любил У Сяня, он поклялся ему в верности. Он сдержит клятву. Пусть даже У Сянь о ней не знает.       «Мужчина должен быть верен своим обещаниям».       Когда жертвы затихли Цзян Чен и Вэй Ин вышли из дома. В их глазах еще не потух злорадный, хищный огонек. Втроем друзья отправились в лагерь.

***

      Говорят война, наполнена событиями. В ней есть место приключениям, подвигам и поступкам. На самом деле это сплошная рутина и однообразие. Кровавая рутина, воняющее трупами однообразие. В бою нет мыслей, тебе остается страх и реакция тренированного тела, действующего почти бессознательно.

***

      Утро. Бой.       Противник упал со вспоротым животом. Ванцзы разворачивается и находит нового. Парирование. Выпад. Удар. Отрубленная голова отлетает на несколько метров. Из шеи фонтаном брызжет кровь, обильно омывая лицо и одежду. Наскоро стирая кровь с глаз рукавом, он бегло осматривается по сторонам. Оценивает все происходящее. Замечает, как медленно, с огромным трудом дядя заставляет свое тело двигаться. Он еще не полностью готов сражаться после ранения.       Ванцзи видит под ногами застывшее в агонии, покрытое грязью лицо, различает красные одежды врагов. Кажется, он видел этого парнишку, на одном из сборов кланов. У него был задорный смех. До следующего противника еще несколько метров. В бесконечной схватке Ванцзи не замечает, как рука ноет от перенапряжения.       Ситуация не оставляет выбора. Останавливаться нельзя. Остановка смерть. Кто-то упал на землю, собирая руками кишки, выпавшие из дыры оставленной мечом.       Ванцзи замер, на мгновение, осознав ужас и мерзость происходящего вокруг. Это чуть не стоило ему жизни. Атакующий противник владеет оружием намного хуже, он, поскользнувшись в грязи, не смог ударить в полную силу. Его меч лишь слегка оцарапал щеку. От резкой боли Ванцзи пришел в себя. Он не дал противнику ударить второй раз.       Парирование. Выпад. Удар. Ванцзи разрубает череп врага. Еще удар. Меч по нисходящей линии с легкостью вонзается в живот второго противника. Ванцзы ищет глазами заклинателя в черном. В неразберихе, среди груды валяющихся тел, конечностей и сражающихся фигур он уже с трудом распознает, кто свой, а кто чужой. Цвета одежд стали едва различимыми, серо-коричневыми под слоем крови и грязи, но символы кланов еще можно разобрать.       Теплые ручейки крови струятся по телу и неприятно щекочут. Ванцзи даже не пытается понять, чья это кровь. Да это и не нужно, это его кровь и еще десятков погибших с обеих сторон. Еще один враг падает, пытаясь сделать вздох рассеченной грудью. Убитые мертвецы встают. Значит Вэй Ин все еще жив. Ванцзи пытается услышать зов флейты, сквозь лязг мечей, крики и стоны.       Туловище очередного противника рассечено напополам. Ванцзи снова и снова наносит удары. Он пытается прорубить себе дорогу, непреклонно двигаясь на едва различимый звук тоскливой мелодии.       Передвигаясь по полю боя Ванцзи, увидел как, мальчишка, которого он как-то раз наказал пару лет назад, лежит на земле и старается приподняться, отказываясь осознать, что у него больше нет кистей рук, на которые можно опереться.       Противников становиться все меньше и меньше. Возможно, он переживет этот бой. Есть шанс не умереть после от ран.       Жертва стоит напротив, не падая. Ее удерживает меч. Ванцзи выдергивает оружие из туловища противника.       Раздается звук горна, оповещающий об окончании сражения. Нужно вытереть меч, прежде, чем убрать его в ножны. Все остальное подождет. Об оружии нужно позаботиться в первую очередь. Иначе меч затупится, будет больше погибших союзников.       Ванцзи осматривается по сторонам. Он видит мальчишку, пытавшегося встать на отсутствующие руки, и бежит к нему, чтобы перевязать раны.       Когда перевязка закончена, он оборачивается на стон и понимает, что один из воинов Ци Шань Вэнь. Не стоит ему помогать. Выживших противников ждет более страшная участь, чем смерть на поле боя. Ванцзи, смотрит в молящие глаза того, кто еще несколько минут назад был врагом. Он понимает беззвучную просьбу, поэтому с болью в сердце, вынимает кинжал, не отрывая взгляд от лица раненого, дарит ему покой.       Ванцзи снова оглядывается. Глаза останавливаются на уставшей фигуре с флейтой за поясом. Он перевязывает кого-то из Цинхе Не. Ванцзи даже некогда кивнуть в знак приветствия. Вокруг лежат те, кого еще можно спасти.

***

      Сегодня на ужин рис.       «Нельзя есть больше трех чашек риса за один раз»       Вчера они ничего не ели.

***

      После ужина Ванцзи устало бродит по лагерю, заглядывая во все уголки. Это не прихоть, не задание, не любопытство. Просто важно знать, кто выжил. Он находит того, кого жаждал увидеть больше всего.       — Вэй Ин?       — Ты снова хочешь начать этот бесполезный разговор?       — Почему ты не остановишься, темная энергия разрушает твою душу.       — У меня нет выбора.       — Выбор есть всегда.       — Возможно, но он мне не подходит.       Этот диалог повторяется почти каждый день. Лань Чжань знает, как важна победа, но он не готов принять ее такой ценой. Ценой души Вэй Ина. Это странно. Только этот темный заклинатель помогает удерживаться ему на свету, не давая пропасть в омуте войны. Проклятая душа, защищает его душу от проклятия.       Вэй Ин был мечтой Лань Чжаня, божеством, напарником в сражении, пациентом, ребенком, нуждавшимся в заботе. Сейчас Вэй Ин стал его маяком и якорем. Он не давал потерять Лань Чжаню себя в зловонном, мрачном однообразии войны. И этот якорь сам тонул в бездонной пучине тьмы.

***

      Говорят, в последнем бою с войсками клана Ци Шань Вэнь Лань Ванцзи и Вэй У Сянь стояли спиной друг к другу и отбивались от врагов. В перерывах они спорили и сражались друг с другом.       Они действительно все время были рядом. Вэй У Сянь играл на черной флейте, поднимая мертвецов. Периодически он прерывался и активировал стигийскую печать. Она тоже поднимала мертвецов, но для заклятия не требовалось отдавать духовную энергию. Правда, мертвецами поднятыми силами артефакта невозможно управлять. Они выполняли только один приказ, отданный при активации печати. Сейчас мертвецы сражались против воинов Ци Шань Вэнь.       Ванцзи не стоял за спиной У Сяня. Он метался вокруг молнией, убивая стремящихся к Вэй Ину вражеских заклинателей и, отбивая несущиеся в друга стрелы. Они не разговаривали. Дыхание слишком ценный ресурс в бою. Стоит ему сбиться, и ты — покойник, а вместе с тобой те, кого ты обязался защищать. Парирование. Выпад. Удар. Раз за разом. Этот бой тоже когда-нибудь закончится. Так или иначе...

***

      Удар гонга оповестил о конце сражения. Участники компании «Аннигиляция Солнца» победили. На поле боя воцарилась необычная тишина, изредка разрываемая стонами раненных. Победа — это тишина, в ней нет места для радости, только усталость и боль. Время для празднования наступит позже.       — Вэй Ин?       — Ты снова хочешь начать этот бесполезный разговор?

***