"Спасти сержанта Барнса" или как искупить вину

Теплое июньское солнце сияло в окно, заливая экран компьютера. Работать не хотелось совсем. Настроение с самого утра было на высоте: проснувшись, я обнаружила очередную упаковку сливовой пастилы ручной работы у себя возле кровати. С каждым разом она получалась у Барнса все лучше и лучше. А еще это значило, что у него все в порядке. — Доброе утро, коллеги, — я прошла мимо сияющих администраторов медицинского центра в сторону своего кабинета, озарив улыбкой холл клиники. Бумажная волокита затягивала несусветно, но жаркие утренние лучи отвлекали от работы. — Мэм, вам нужно это увидеть! — дверь в кабинет распахнулась одним из сотрудников. Молодой человек бесцеремонно включил мой телевизор и перевел на новостной канал. Картина горящего здания и выбитых стекол не сулила ничего хорошего. Я привстала, чтобы лучше рассмотреть новостной ролик. — …Причиной взрыва венской штаб-квартиры ООН явилась бомба, спрятанная в машине. Число жертв превысило 70 человек, по меньшей мере 12 погибших, включая короля Ваканды. Подозреваемый теракта уже опознан как Джеймс Бьюкенен Барнс, он же Зимний Солдат и агент Гидры, причастный ко множеству терактов и заказных убийств с политической подоплекой. Все, кто располагает какой-либо информацией о местонахождении Джеймса Бьюкенена Барнса, просьба сообщить по номеру горячей линии, указанному на экране…, — звучал голос диктора. Улыбка сползла с моего лица. — Не может быть, — прошептала я, опускаясь в кресло. — Но ведь это неправда, — заискивающе оглядела я своего сотрудника. Паренек медленно вышел из моего кабинета, беззвучно прикрыв за собой дверь. Нет, нет, нет. Нет! НЕТ! Так не должно быть! Он ведь здесь, в Бухаресте, я же знаю! Первой мыслью было набрать номер, указанный на экране телевизора. Но какие я приведу аргументы? Пастилу ручной работы? Чтобы меня обсмеяли и выставили дурой? Нет, нужно что-то другое. Фьюри? Он не реагировал ни на один вариант связи. Хилл работала под Старком и у нее также связаны руки. Как связаться с Романовой или Бартоном, я не представляла. Хотя… Я достала навороченный смартфон, который передал Фьюри, когда видел меня в последний раз. В нем было всего несколько контактов, предназначенных только для экстренных ситуаций, а это определенно была она. — Хилл, — послышалось на том конце провода. — Мария, это док, — я не знала, в каком состоянии эта связующая нить. Есть ли кто-то, кто прослушивает нас? Как я могу разговаривать? — Слушаю, — кратко бросила она. — Смотрите ТВ? — мое дыхание напоминала одышку после бега. Я до сих пор не знала, как объяснить ей, что нужно и кому. — Да кто ж этого не видел, — со вздохом проговорила она. — Не думаю, что это правда, Мария. Он был у меня. — Есть какие-то доказательства? — моментально среагировала она. — Адекватных — никаких. — Но вы уверены на сто процентов? — деловито спросила Хилл. — Абсолютно, — отрезала я. В мгновение мне пришла в голову абсолютно идиотская мысль. — Может, Пенсионер поможет Мэри Поппинс? Хилл выдержала паузу. И положила трубку. Пожалуйста, лишь бы она поняла. Под Мэри Поппинс подразумевался Капитан, который не поверит в эту новость. Он обязательно бросится на помощь своему Баки. Мэри Поппинс ведь Леди Совершенство. Кто как не Роджерс подходит на эту роль? Ну, а Пенсионером Фьюри в шутку назвал однажды Бартона, который после Альтрона пожелал уйти в долгосрочный отпуск. Хилл присутствовала в этот момент, она обязана понять. Мне оставалось только ждать. Ждать и молиться, что Барнс выйдет из этой заварушки живым. День тянулся словно желе — долго и мучительно. Сидеть как на иголках и не знать, что происходит с Джеймсом, то еще издевательство. Буквально через несколько часов в сети появился ролик поимки Капитана Америки, Зимнего Солдата, Сокола и какой-то Черной Пантеры. Роджерс, Уилсон, Барнс и принц Ваканды — Т’Чалла. Последний, очевидно, решил отомстить за отца самостоятельно. Понимая, что на работе буду бесполезна, я вернулась в квартиру. Сбросив одежду как попало, я рухнула на постель. Господи, что же происходит? За что это Джеймсу? Примерно с такими мыслями я провалилась в тяжелый тревожный сон. Дни шли, как в тумане. Я слонялась с кухни на балкон, с балкона в свою комнату. Затем вставала напротив дверей Барнса и застывала. Сколько я так стояла? Минуты? Часы? Не известно. Наверное, так выглядит состояние «сходить с ума от беспокойства». Из этого застоя меня вывел звонок. — Доктор Уайт? — голос отчаянно напоминал Стива Роджерса, но я не могла доверять себе сейчас. Черт знает, кто это может быть. Я не стала ничего отвечать, но и трубку класть не решилась. — Сегодня вечером за вами прилетит вакандский самолет. Баки просил, чтобы вы приехали, — по моим щекам покатились слезы. Если это чья-то шутка, то она вовсе не смешная. — Он просил передать, что, — Стив замялся, — что апельсиновые корочки понравились ему больше сливовой пастилы, — я вздрогнула. — А шоколадный кекс с холодным молоком вкуснее, — сдержать истеричный всхлип не удалось. — Да, — выдохнула я. — Я буду готова.

***

Если описывать Ваканду одним словом, то я бы назвала ее «несочетаемая». Аграрные традиции и высокие технологии, племенное общество и монархия, африканские узоры и минималистичные технологии будущего. — Доктор Уайт! — позвал меня голос снаружи, когда я спускалась по трапу вакандского самолета на открытую, похожую на площадь территорию, откуда открывался потрясающий вид на город. — Ваше Величество, — я склонила голову в коротком поклоне. Мне навстречу шел нынешний король Ваканды — Т’Чалла. — Слышал о вас много хорошего, доктор. Приятно наконец познакомиться лично, — он уверенно протянул мне руку, чтобы пожать. — Только хорошее? — с сомнением в глазах я улыбнулась королю, следуя за ним внутрь здания. Он уверенно двигался по коридорам, держа руки за спиной, будто айсберг раздвигает лед. — А, что, есть и плохое? — мужчина кратко обернулся на меня и оценивающе оглядел. Я уже видела этот взгляд. Так иногда рассматривали меня агенты Щ.И.Т.а, будто считывали что-то. От некоторых взглядов пробегали мурашки между лопаток, но не в этот раз. Несмотря на то, что Т'Чалла был королем, мог причинить мне какой-то вред, он лучился светом. — Кажется, вам рассказали лишь крупицы, — я пожала плечами и решила, что пора закрыть рот. Он вел меня по хорошо освещенным замкнутым коридорам здания. С каждым поворотом я понимала, что если решу сбежать, то просто потеряюсь в этих коридорах. А если заблужусь, то так и проведу тут остаток дней. Вот это да… В жизни бы не подумала, что где-то на африканском континенте может быть нечто подобное. — Добро пожаловать в царство науки и моей сестры, — Т’Чалла пропустил меня вперед, указывая на вход в просторное помещение. Первое, что я увидела — огромные окна вместо стен напротив входа. Спиральный спуск вниз сиял белым. Несколько манекенов с костюмами, похожими на Черную Пантеру стояли, глядя вправо. Изо всех сил сдержалась, чтобы не присвистнуть при виде передового научного оборудования. — Привет, — из-за угла высунулась девушка с чем-то восхитительным на голове, слегка напоминающим мне плетеный хлеб. Она легко протянула мне руку и твердо ее сжала. — Я Шури, его сестра, — ее высочество шутливо ударила Т’Чаллу локтем в бок. — Вы доктор сержанта Барнса, да? — Доктор Кэролайн Уайт, — не могла подтвердить ее догадку, но и опровергнуть не получится. — Можно просто Кэролайн, — я действительно здесь ради Баки. Но назвать себя его доктором не рискнула бы. Думаю, мне больше подошло бы "человек-из-за-которого-произошла-вся-дрянь". — Я покажу вам, где что находится, — Шури продолжала солнечно улыбаться. — Но для начала, — она протянула мне несколько крупных бусин. — Наденьте, пожалуйста, это. С вопросом на лице я забрала у нее нитку и обернула вокруг запястья. — Эти бусины — способ общения, — она кратко показала мне, что может мой браслет. — Неплохо, — выдала я после выступления Шури и ее технологий связи. — Пойдемте, док, вас ждут, — ее высочество поманила меня за собой на другой этаж. Спустя еще несколько показавшихся мне бесконечными переходов мы попали в зону, которая однозначно является медицинской. Люди в белых костюмах сидели за уже более привычными мне прозрачными экранами, сияющими золотом. Барнс с перевязанным обрубком вместо металлической руки стоял возле больничной койки. По медотсеку бродил капитан Роджерс. Джеймс поднял взгляд и заметил меня. — Эй, док, — меня окликнул капитан. — Рад вас видеть! Я с трудом отвела взгляд от потерянных глаз Баки и повернулась к Стиву. — Привет, — ответила я. Неожиданно Роджерс обнял меня, и с абсолютно искренней улыбкой оглядел с ног до головы. — Бак рассказал, что вы для него сделали, — Стив с теплотой обернулся на друга. — Спасибо, Кэролайн. Не знаю, что было бы, если не вы. Думаю, ничего бы этого просто не было, если бы не я. Но эту мысль я, пожалуй, попридержу. — Меня не за что благодарить, Стив. Я делала, что должна, — я стараюсь удержать вежливую улыбку на лице. Мы снова встретились взглядами с Барнсом, но я не выдержала и отвела глаза. — С чем мы имеем дело? Я решила сразу перейти к делу, если вдруг Баки позвал меня больше из нужды, чем из желания видеть. Не хотелось мозолить ему глаза. — Со мной, — Джеймс подошел ко мне, слегка склонившись в правую сторону, будто ему не хватало чего-то слева для равновесия. — Я тоже рад тебя видеть, — он положил руку мне на спину, слегка приобнял и положил подбородок на макушку. Барнс отстранился, но руку на спине оставил. Мы какое-то время еще смотрели друг на друга. Я не верила, что снова вижу его. Живой, здоровый, целый и невредимый, несмотря на абсолютно непонятную мне ситуацию с левой рукой. Он так выглядел, будто пешком дошел от острова Теодора Рузвельта до моей клиники в Бухаресте. Думаю, мое лицо тоже не отвечало мировым стандартам красоты. Маску я сняла еще по пути в Ваканду — плевать на все, а растрепанные волосы и синяки под глазами отражали последние дни лучше чего-либо. — Не расскажете, что случилось? — я указала глазами на барнсово левое плечо и выжидающе оглядела всех присутствующих. — Последнее, что я о вас слышала, это арест венским спецназом на территории Румынии. Стив кратко пересказал мне все, что произошло с ними после этого события. — Значит, код все же произнесли, — я тяжело вздохнула и мысленно обратилась ко всем существующим богам. — Да, никогда активация не проходила с такими ощущениями, — едва слышно уведомил меня Баки. — Сначала я думал, у меня получится бороться, но потом… К последнему слову я уже просто хотел сдохнуть. — Ох, Джеймс, — я чуть сжала его плечо, и Барнс вздрогнул. Стив вопросительно посмотрел сначала на своего друга, а потом на меня. Какие-то подозрения, капитан? Я просто проверила, как Баки среагирует на физическое программирование. И он среагировал, а это действительно плохо. — Думаю, мне стоит прилечь в криокамеру, пока вы не найдете решение проблем с рукой, — Джеймс неровной походкой двинулся в сторону койки. — Судя по введенным тебе успокоительным, ты не собираешься это обсуждать? — я прислонилась к вертикальной вакандской криокамере. Она выглядела куда приятнее, чем те, что в Гидре. — Хорошо подумал? — Стив с неприязнью оглядел агрегат. Он наверняка не хотел бы этого. Все-таки они только встретились. Я отошла к экрану состояния камеры. Интересное строение — она усыпляла намного мягче. От этой мысли мне даже дышалось легче. — Я сам себе не хозяин, — с горечью усмехнулся Барнс, слегка поджав губы. — Пока кто-нибудь не придумает, как вычистить эту дрянь из моей головы, я лучше подзаморожусь, — Стив понимающе кивал. — Лучше для всех, — Баки бросил на меня опустошенный взгляд, наполненный виной. Не понимаю, о чем он думает. Думаю, вместе с Шури мы решим эту головоломку за достаточно короткий срок. Но раз он так решил, пусть. С поддержкой Роджерса Джеймс забрался в капсулу. Это непременно должно вызвать у него воспоминания о грубой заморозке в Гидре: когда тело уже готово, а мозг еще активен. Инженеры не посчитали нужным переделывать что-то в своем изобретении ради одного Солдата. Барнс закрыл глаза и старался вдохнуть поглубже. Я видела, он нервничал — достаточно взглянуть на пульс. Но всячески это скрывал. Вероятно, чтобы в первую очередь успокоить Стива. Холодный белый воздух едва окутал тело Баки, а я уже начала чувствовать тоску. Снежный узор на стекле криокамеры напоминал мне зимние окна в московской базе. Все это вместе отдалось тупой болью в груди. Я вдохнула и начала обдумывать идеи, как быть с рукой. Роджерс не смотрел, как иней покрывает тело его друга. Он разглядывал пейзаж за окном: огромная статуя черной пантеры и туман, скрывающий каскады скал. — Спасибо за помощь, — обратился капитан к подошедшему к нему королю после недолгого молчания. — Твой друг, как мой отец, — поделился Т’Чалла. — Они оба жертвы. Если можно помочь им обрести мир… — его величество не закончил. — Если откроется, что он здесь, за ним придут, — рассуждал Роджерс о Гидре. — Пусть попытаются, — уверенно заверил капитана король. — Ты уверен в докторе? — Бак в ней уверен, — сообщил Стив. — Хотя их история очень запутана. Мужчины повернулись в мою сторону. Я оторвала взгляд от криокапсулы и присоединилась к ним. Постояв в молчании какое-то время, Т’Чалла покинул наше общество, кратко поклонившись. — Что он рассказал обо мне? — поинтересовалась я у Роджерса, вспоминая его недоверие. Стив с хитрой, но печальной улыбкой повернулся ко мне. — Немного. Например, что ты не любишь готовить, что ты трудоголик и сладкоежка. Что спишь на красных простынях и обнимаешь подушку. Ты владеешь огнестрельным оружием и профессионально оказываешь экстренную психологическую помощь, — Роджерс с грустным смехом наблюдал за реакцией. Мое лицо вытягивалось с каждой фразой. — Что у тебя милая улыбка, непослушные волосы и вышколенный персонал в клинике. Ты любишь однотонную одежду и цветочные украшения. Ты романтичная и хочешь заниматься благотворительностью. И когда читаешь бумажные книги, всегда аккуратно перелистываешь страницы за верхний уголок. Твоя обувь стоит по высоте каблука, а на Рождество всегда делаешь подарки пациентам. Ты обожаешь сливовую пастилу, — он запнулся. — Кстати, именно, когда покупал для тебя сливы, он узнал, что на него объявлена охота, — мне не хватило воздуха. — Ты идешь в ногу со временем и открыта новому, несмотря на весь твой багаж. У тебя мягкие руки и шампунь с запахом ягод. Несколько раз в год ты отправляешь переполненные машины с помощью в детские дома. У тебя аллергия на лилии и мед, — я стерла слезинку. — И это только то, что я запомнил из общего потока. — Я не понимаю, — голос свалился в шепот. Неужели это правда возможно? — Почему он столько времени не показывался? Он же точно был недалеко. Эти коробочки с пастилой… —Да, Кэролайн, — Стив приобнял меня за плечи. — Он все время был рядом. Наблюдал за тобой и по возможности делал что-то приятное. — Но что заставило его уйти? — я уже не могла сдержать слез. — Две вещи, — обозначил Капитан. — Первая, — Стив сделал вид, что старается припомнить какую-то вещь, приложил указательный палец к лицу, посмотрел куда-то вверх. Затем сделал жест, будто бы вспомнил. — «…почему он вообще держится со мной так мило и заботливо, когда я испоганила ему жизнь? Я бы от себя избавилась при первой возможности…», — я закрыла рот ладонями. — А вторая — это Гидра. Возможно, ты не услышала, но, как видишь, слух у Бака что надо. Твой давний знакомый теннисист умер от выстрела с лозунгом «Хайль Гидра» на губах. Я осела на пол. — Он никуда не уходил, Кэролайн, Бак постоянно был где-то поблизости, — Стив опустился рядом со мной. — Я думаю, ты ему очень нравишься, — Роджерс усмехнулся и взглянул на меня. — Не неси весь груз вины на своих плечах. Ты захотела стать лучше, Гидра — нет. Это Гидра вела твои исследования по насильственному руслу. Я вижу, что ты добрый человек. Я утопила лицо в ладонях. Господи, неужели Баки действительно так ко мне относился? Слишком тепло, слишком заботливо, слишком внимательно для того, кто считает меня врагом с мыслями об искуплении. Потому что это не так. Я для него совсем не враг.