I never asked to be a loved one

Ни единое облачко не закрывало яркое послеполуденное солнце. От летнего зноя не спасали ни сочные зеленые листья деревьев, ни слабый ленивый ветерок. Люди прятались от жары под крышами и навесами, старались выбрать самую открытую одежду, а по возможности – выбраться куда-нибудь за город на выходные. За городом зной не ощущался так сильно, расползаясь по зелени газончиков. Это был просто рай для растительности: и кустарники, и деревья, и клумбы – все радовало глаз. Атмосфера любви согревала и успокаивала, одаривая хорошим настроением. Азирафель сидел за столиком на кухне Жасминового коттеджа и пил чай. Он улыбался, наблюдая, как Анафема деловито моет посуду, а затем вновь садится рядом с ним, придвинув к себе свою кружку. Она не сильно изменилась за прошедший год, насколько Азирафель мог судить, и ангел мог прогнать из головы слова Кроули про смертных. Сквозь приоткрытое окно доносились детские крики и собачий лай. Адам вместе с друзьями ждали их приезда с самого утра, и Азирафель был счастлив их всех видеть и обнять – это было отличным способом ощутить себя в безопасности вдали от Бентли и ее бешеной скорости, на которой Кроули гнал в Тэдфилд. Стоило об этом вспомнить, как у Азирафеля дрогнули коленки. Он искренне не понимал, как можно так бешено водить, и корил себя, что посмел сказать Кроули утром, что их уже ждут и им следовало бы поторопиться. Он даже не закончил предложение, а демон уже широко ухмыльнулся и рванул с места так, что Азирафель, едва успевший захлопнуть дверцу, чуть не улетел на задние сидения. Но слава богу, это все было позади. Кроули, конечно, стал часто лихачить в последнее время, но они договорились остаться в Тэдфилде на какое-то время – Азирафель, если признаться, был готов здесь поселиться, лишь бы не повторять сумасшедшую гонку на Бентли уже в направлении Лондона. Улыбнувшись своим мыслям, он отпил чай и умиротворенно прикрыл глаза. - Налить еще? – предложила Анафема, и он покачал головой. - Нет, спасибо, я еще не допил. Очень вкусный чай. - Адам подарил нам на Рождество огромный набор. Я хотела бы дать тебе попробовать каждый. - О, с превеликим удовольствием! Сладкая нега заполняла комнату. Позвякивание чашек о блюдце, негромкий разговор ни о чем, безмятежность и приятная истома от осознания, что не нужно никуда спешить. Тэдфилд поражал Азирафеля своей аурой любви, и он мог позволить себе купаться в ней и ничего, абсолютно ничего не делать. На улице детские голоса взорвались хохотом, в который вплеталось сердитое шипение. Азирафель лениво покосился на окно. Кто бы мог подумать, что дети не захотят отпускать Кроули в коттедж и завлекут его поиграть. Нет, не это самое удивительное. Самое удивительное – как Кроули так легко согласился и остался во дворе подурачиться с ними. Конечно, Азирафель знал, что демону будет скучно вот так бездельничать на маленькой кухоньке с чашкой чая. Он сразу начнет какие-нибудь разговоры на темы, которые совсем не располагают к расслаблению, они будут спорить, ругаться, и… Ох, как же хорошо, что Кроули не смог отказать Адаму и сейчас, судя по крикам с улицы, гонялся за ними по саду. На самом деле так оно и было – демон согласился на салки, на свою беду, и постоянно становился целью абсолютно каждого из ребят. Разумеется, он был проворным и быстрым, и от него было не так просто спрятаться за скамейкой, он просто перепрыгивал через нее. Брайан постоянно попадался на эту ловушку, а сейчас вскрикнул, когда Кроули, покружив для приличия с ним вокруг дерева, вынырнул прямо перед ним, шлепнув его по плечу. Они боятся. Он осекся, вернувшись за дерево. Брайан горестно вздохнул и улыбнулся, разворачиваясь к пробежавшей сзади него Пеппер, чтобы броситься за ней. От сердца отлегло. Кроули ухмыльнулся и вышел из-за дерева, заправив за ухо выбившуюся прядь рыжих волос. Его тело не знало усталости, поэтому он следил за ребятами, чтобы поймать момент, когда стоило бы передохнуть. Но пока что они были полны сил – дети поистине удивительные создания. Заметив, что Пеппер несется теперь уже к нему, Кроули плавно отпрыгнул обратно за дерево, хищно прищурившись. Мальчишки же были недалеко, держась на расстоянии, но конечно, преследовать Кроули всем было интереснее – не каждый день взрослый демон веселится и играет с ними. - Эй! – окликнул их Адам, до этого копающийся в своем рюкзаке, и выпрямился с довольной улыбкой. – Смотрите, что у меня есть! Кроули оглянулся на него, уже мысленно перебирая в голове возможные остроумные варианты ответов, и оцепенел, даже не заметив, что Пеппер осалила его по локтю. Мир за какую-то секунду сократился до ярко-красного водяного пистолета в руках Антихриста. Кроули не мог пошевелиться, не мог отвести глаз, а в ушах стоял дикий предсмертный крик Лигура, руки ощущали гладкую поверхность термоса в клеточку, и… Тонкая струя воды вырвалась из пистолета, и Кроули отпрянул, чудом не упав в траву. Антихрист смеялся. От этого смеха застыла кровь в жилах. На кухне Азирафель оглянулся на окно, слабо нахмурившись, и поднялся, повинуясь странному ощущению тревоги. Но на улице все было хорошо, дети смеялись, и когда ангел выглянул, то увидел, как Кроули яростно, но совсем не страшно зашипел и кинулся вперед, и Адам с Уэнслидейлом рассыпались в разные стороны, довольно хохоча. О, что это? Водяной пистолет? Азирафель обеспокоенно насупился, сразу выцепив взглядом Кроули. Но тревога была ложной – демон щелчком пальцев материализовал себе такое же грозное оружие и с цензурными угрозами принялся мстить. Его пистолет явно был больше, и Пеппер кричала, что это нечестно, но уже через несколько минут у них у всех были новые большие водяные пистолеты, и чудесным образом вода в них не заканчивалась. Вода. Обычная вода. Все в порядке. Паника отступила. Кроули кинул последний созданный пистолет прямо в руки Адама, надеясь, что тот примет, ведь эти пистолеты были куда больше и объемнее. Так и вышло. Наколдовать святую воду Кроули не мог, значит, все его опасения беспочвенны. Дышать от осознания этого стало легче, и он смог полностью включиться в игру. Азирафель наблюдал за ним, тепло улыбаясь, рассеянно помешивая ложечкой чай в чашке. Промокшая черная рубашка прилипла к телу, рыжие волосы потемнели от воды и симпатично завивались, и несмотря на устрашающий вид, Кроули не выглядел демоном в этот момент. Ну, таким, какими демонов привыкли видеть. Кроули любил детей, как бы ни отрицал это, и все происходящее было лучшим тому подтверждением. Другие демоны могли убивать малышей, приносить в жертву младенцев, неважно, своими руками или же руками смертных. Кроули никогда не принимал участия в подобном, насколько Азирафель знал, и как бы грозно он сейчас не гонял детей по двору, шипя, когда струи воды из пистолетов попадали ему в уши или на шею, его совершенно не боялся даже Пес. Сама собой рука Азирафеля потянулась за телефоном. Но увы, Кроули был слишком быстр, чтобы получиться на снимке. Его никак не удавалось поймать в кадре, лишь один раз Азирафель смог запечатлеть какое-то размытое пятно, где угадывался собранный хвостик, когда-то аккуратный, а теперь растрепанный и мокрый. Азирафель собирал его своими руками еще утром, когда Кроули, переночевавший у него, сонно хлебал из кружки крепкий кофе. Оторваться было сложно, и ангел, лукаво улыбаясь, заплел сбоку косичку. - Что ты делаешь? – почти сразу недовольно поинтересовался Кроули, покосившись на него. - Тише, тише, я почти все… - Я этого не просил, нам ехать сейчас, - демон сделал попытку сбежать, но Азирафель опустил ладонь ему на макушку и удержал на месте. - Не просил, - подтвердил он. – Дай мне закончить? Кроули закатил глаза и залпом допил кофе. Он назло крутил головой, надеясь, что ангельское терпение иссякнет, и издал слабый полустон, когда Азирафель победно продемонстрировал ровную косичку. - И что это? - Тебе это так шло… тогда. Демон заворчал, поднимаясь, но расплетать косичку не стал. Азирафель одернул на себе жилет и поправил галстук-бабочку. - Кто тебе плел ее? – вдруг спросил он. Ему вдруг показалось это очень важным. Кроули не сразу ответил. Помялся, побродил между стеллажей, ожидая ангела. - Дети, - наконец сказал он. - Дети? – Азирафель растерялся. – О мой бог. - Что? Ангел, хватит прихорашиваться, поехали! Дети. Так невозможно мило, Азирафель не мог перестать представлять, как это было, а теперь можно было своими глазами смотреть, каким Кроули может быть… ох, Азирафель даже слов не мог найти, но то, что он сейчас наблюдал, было просто невероятным. Его отвлекла Анафема. Вернее, противень со свежим печеньем, который она достала из духовки. Сладкий запах заставил Азирафеля оглянуться и необычайно оживиться, его рот сам собой наполнился слюной. На столе уже были расставлены гостевые чашки с чаем на всех, и Анафема, переложив печенье на большое блюдо, улыбнулась ангелу приветливо. - Ну что, пойдем их звать. Азирафель кивнул, предвкушая замечательное чаепитие. Анафема прошла мимо него, но стоило ей открыть дверь, как она ахнула, чудом увернувшись от струи воды. Уэнслидейл, зажатый у порога, сразу вскинул руки, как будто сдавался: - Простите! - Прости, - Адам, еще смеясь, опустил пистолет. Анафема смерила всех строгим взглядом. - Ну-ка все в дом! – прикрикнула она. – Печенье готово, чай тоже, сейчас достану пирожные, пора перекусить. - Пирожные, - Азирафель приосанился. Дети наперегонки бросились в дом под крик Анафемы "не заляпайте пол!". Кроули зашел последним, щелкнув пальцами, возвращая и себе, и малолетней шайке достойный сухой вид. Азирафель постарался не измениться в лице. Честно говоря, он бы порассматривал промокшего насквозь демона вблизи. Кроули вопросительно посмотрел на него, закрывая за собой дверь. - Что? - Мистер Кроули, чай на кухне, - позвала Анафема с кухни. Кроули скривился. - Чай? Я не буду чай, я не голоден. Разве он мог притронуться к печенью или пирожным, когда Азирафель чуть ли не приплясывал рядом, как будто хотел съесть все и сразу. Анафема появилась на пороге, смерив демона задумчивым взглядом. - Может, кофе? – по всем правилам доброжелательной хозяйки дома спросила она. - Ммнх, нет, нет, - Кроули замотал головой. - И ты не попробуешь мое печенье? - Чай был бесподобен, - почти интимно сообщил Азирафель, наклонившись в сторону демона. – Уверен, что печенье превосходит все ожидания. - Нет, спасибо, я лучше посижу в гостиной, если вы не против, - Кроули махнул рукой. Анафема задумчиво склонила голову. - Хорошо. Раз не хотите чай, поедете с Ньютом в магазин, - неожиданно решила она. – У меня закончились кое-какие продукты, чтобы приготовить ужин… - Что? Нет. - Кроули, не капризничай, - при упоминании о ужине Азирафель заулыбался так, что у обычного человека бы треснули щеки. - Серьезно, мне надо это делать? - страдальчески поморщился Кроули. – Почему я? - Не упрямься, не маленький, - Анафема отошла на кухню. - Я не маленький! - Отлично, вот список, - вернувшись, ведьма вручила ему листок. – Ньют уже выгоняет машину из гаража, найдешь его там. - Чт-чт-что? Ангел, мы что, приехали сюда за этим?! - Это невежливо, Кроули, - назидательно сообщил демону Азирафель, похлопав его по плечу. – Я подожду тебя здесь. - Это заговор, - Кроули закатил глаза и даже всем телом выгнулся, показывая, насколько он протестует, однако забрал список у Анафемы и вышел на улицу, хлопнув дверью. Азирафель зашел на кухню, вдыхая аромат свежего печенья, но остался стоять, не желая теснить никого из ребят. Анафема отложила ему отдельно и печенье, и пирожные, порывалась усадить его за стол, но ангел отказался, слушая, как дети обсуждают свою водяную перестрелку и участие Кроули в ней. - А он не такой злобный, как я думал, - признался Брайан. Его лицо было в крошках от печенья и креме от пирожных. - Ну, он не такой скучный, - неохотно признала Пеппер. - Иногда он просто несносный, - не удержался от своего комментария Азирафель, снова глядя в окно. Там Кроули явно ругался с Ньютом, отказываясь ехать на чужой машине. Ангел сделал несколько шагов к окну, прислушиваясь, и разобрал обрывки фраз. - Я видел, как вы ехали, - решительно и одновременно смущенно говорил Ньют. – Я вообще-то смертный, я не хочу… - Я прекрасно вожу машину, - возмущение Кроули было достаточно громким, чтобы Азирафелю не надо было напрягать слух. – Никаких происшествий! - Анафема рассказывала мне, как ты сбил ее, - парировал Ньют. – Полезай в машину. - Что это за модель? Эти современные машины жутко ненадежные! Ньют подождал, держа дверцу открытой, и несколько секунд они прожигали друг друга глазами. Потом Кроули сдался, признавая, что сегодня не его день, залезая на переднее пассажирское сидение, и Ньют, облегченно выдохнув, обошел машину и сел за руль. Азирафель не заметил, как начал сиять. Он готов был жить каждой мелочью вроде этой, и сейчас его переполняло счастьем. Все было так хорошо, так замечательно. Рядом на подоконнике стояло блюдце с остатками пирожного, впереди ждал ужин, а затем – ночевка вместе с Кроули в этом восхитительном, дышащем любовью месте. Шесть тысяч лет они виделись так редко, могли пройти десятилетия, прежде чем они снова пересекались. Что значил один год по сравнению с тысячелетиями? О, много. Бесконечно много, как потрясенно понимал Азирафель. Этот год раскрывал их отношения под совершенно непостижимыми углами, и это заставляло искриться от переполняемой любви, нежности и радости. Подумать только, если бы Кроули когда-то не поднялся на стену вокруг Эдема, чтобы заговорить с ангелом, не заговорил бы со Стражем Восточных Врат, ничего этого бы не было. Азирафель позволил себе углубиться в воспоминания, принимаясь за пирожное. Тогда он был в растерянности, ведь демоны обычно не говорили с ангелами. Максимум пара колких фраз перед тем, как броситься в атаку либо скрыться с глаз долой. Азирафель был абсолютно не готов к тому, что Змей-Искуситель, по чьей вине люди вынуждены были покинуть свой дом и отправиться навстречу неизвестности, из-за кого сам Азирафель отдал свой пламенный меч, вот так просто возьмет и заговорит с ним. А Кроули говорил. И не просто говорил – он разговаривал. Азирафель не поверил ему сначала. Не знал, как реагировать. Но когда он сделал неловкую паузу, Кроули назвал свое имя, и это, вне сомнений, было подтверждением, что между ними происходил диалог. Его острые черты лица смягчились, когда он понял, что ангел не будет гнать его прочь, а интересуется его именем, что они спокойно разговаривают, хотя это было неправильно, ужасно неправильно. Но никаких инструкций о том, что можно говорить демону и как вообще себя вести в таком разговоре, у Азирафеля не было. И вряд ли вообще таковые существовали в природе. Ведь демоны и ангелы не могли мирно общаться, обмениваясь осторожными взглядами. Но они разговаривали. И обменивались. И потом. И снова. И опять. Иногда первым подходил Кроули – трогал за правое плечо, появлялся из-за левого. "Привет, Азирафель!" – его голос действительно звучал радостно, или это был обман воображения? Демоны разве могут звучать так приветливо? Иногда первым был Азирафель. "Позволь мне соблазнить тебя…" Азирафель до сих пор не мог поверить, что сказал это. Ангелам не пристало употреблять подобные слова, но Кроули так неохотно говорил с ним в тот день, его дурное настроение было почти осязаемо, Азирафель чувствовал, как его гнетет что-то тяжелое и мрачное. И он просто не мог пройти мимо, он хотел помочь, как мог, это было заложено в его природе, в конце концов! И все же, подумать только! "Позволь мне соблазнить тебя"… Крайне странная формулировка. Но она сделала свое дело – Кроули развернулся к нему всем телом, в его янтарных демонических глазах зажегся неподдельный интерес, а губы сами собой растянулись в удивленно-насмешливой ухмылке. Кто знает, что бы было, если бы ангел сформулировал свою мысль иначе. Может быть, у Азирафеля не было сейчас этой щемящей душу нежности, готовности любоваться Кроули в любом его проявлении, в любом движении, во всем, что бы демон ни делал. Нет, он не был готов признаться в этом вслух, но ведь… так и было. Ангел проводил уезжающую машину Ньюта теплым ласковым взглядом и повернулся к Анафеме попросить еще чая. *** Кроули неотрывно смотрел в окно. Ньют несколько раз неловко пытался завести разговор, но как-то не клеилось. Может, потому что демон безжалостно пресекал его попытки, начиная от нечленораздельных звуков и мычания и заканчивая коротким "я не тот, с кем это можно было бы обсуждать". Мимо медленно проносилась дорога. Но беспечный Тэдфилд с его яркой зеленью, дружелюбными людьми и проклятой "атмосферой любви", про которую талдычил ангел, не мог принести Кроули облегчения. Он был весь напряжен, как натянутая до предела струна, и ничего не мог с этим поделать. Что-то не так. Что-то было не так, он чувствовал это. Это не давало ему покоя. - Я открою окно? Ньют бросил на него быстрый взгляд. - Да, конечно. Кроули опустил стекло и приблизил лицо к потоку воздуха, приоткрыв рот. Он впитывал каждый запах, словно стараясь найти какой-то след, может, тогда он поймет, что происходит. Поймет, как можно отвести от себя надвигающуюся бурю. Но ничего не было. Ничего, блять, не было! Но что-то же было не так! Кроули поерзал на сидении и закрыл окно. По его мнению, они плелись, как черепахи, и ему не составляло труда внимательно осматривать местность во время езды. Ньют, даже если и беспокоился о том, что его пассажир извивается, как уж на сковородке, то не подал виду, решив, что это какие-то демонские штучки. Может, так и было. Кроули сцепил руки вместе до побелевших костяшек. Он был демоном. Азирафель был ангелом. Может, дело в этом? Анафема так резко заставила его уехать с Ньютом. Было ли это спонтанным решением? А если нет? Может, Ньют намеренно увозил его подальше от Жасминового коттеджа? Подальше от ангела? Аргх, с такой скоростью они неделю будут по магазинам кататься! Сидеть на пассажирском сидении было некомфортно. В голове болезненно билось осознание, что Кроули ничего не контролировал в данный момент. Его увозили непонятно куда, расстояние между ним и Азирафелем стремительно – по-черепашьи медленно – увеличивалось, и он даже машину не вел, черт побери! Анафема отправила его подальше специально? Намеренно? Ньют следит за ним? Кроули поджал губы в тонкую линию и сунул руку в карман пиджака, доставая телефон. Если это так, он знал, что Бентли перенесется к нему в любую секунду, просто потому что он захочет. Она умела появляться ровно там, где было нужно, и не имело значения, как далеко она находилась. Черт, почему с ангелами так не работает?! Стараясь сохранять бесстрастный вид, Кроули набрал номер Анафемы и прижал трубку к уху. Каждый гудок гулко отзывался у него где-то в районе желудка и вызывал мучительные судороги. Когда Анафема ответила, он не сразу смог выдавить из себя хоть слово, и конечно же, она ни черта не поняла его. - Прости, что? Ньют покосился на него еще более странно. - Азирафель, - с усилием выдохнул Кроули. – Позови Азирафеля. - Одну минуту. В динамиках послышался шорох и отдаленные мальчишеские голоса. Кроули ждал, все его тело было напряжено до предела. Прямо сейчас решалось, остается он на месте или выходит из чужой машины прямо на ходу и возвращается. - Кроули? – голос Азирафеля звучал крайне удивленно, но без тени страха. – Что случилось? Ты забыл что-то? Кроули разжал руку. Оказывается, он мертвой хваткой вцепился в собственное колено, не замечая этого. Все в порядке. Ангел цел, безмятежен и наверняка наедается пирожными. - Я… нет, - он шумно сглотнул. Надо было срочно придумать какую-нибудь чушь. – Нет, ангел, я ничего не забыл, просто… - он метнул на Ньюта уничтожительный взгляд и отвернулся к дверце, понизив голос. – Хотел тебя услышать. Это было честно. Почему-то ему захотелось быть честным. Он физически почувствовал, как Азирафель улыбается. - О, мой дорогой, прошло всего десять минут… - Знаю, знаю, хватит, - сразу заворчал он. Не хватало еще этих дурацких нежностей на виду у всех. – Хватит. Мы почти приехали, может, тебе что-нибудь нужно? Кроме того, что уже есть в этом чертовом списке. - Даже не знаю, Кроули. Это так мило с твоей стороны… - Ой, все, хватит, - Кроули сбросил вызов и убрал телефон в карман пиджака. Раз сказал – надо сделать. Они с Ньютом взяли магазин штурмом, если можно было так выразиться. Они дошли в списке Анафемы только до середины, а тележка, которую толкал Кроули, уже была доверху набита всякой ерундой вроде выпечки, мороженого, сухофруктов и других продуктов, к которым ангел проявлял хоть каплю внимания последний год. - Анафема нас убьет, - обреченно заметил Ньют, пристроив мешок сахара сбоку, осторожно, чтобы ничего не придавить. Кроули отмахнулся. - Ангел все съест. Ему ведь не нужно спать, а книгу он с собой взял только одну. Так что это чтобы он ночью не скучал, пока вы спите. - Хм. Мои родители тоже так делали… хотя им нужно было спать. - Видишь? – Кроули пожал плечами и закинул в тележку массивную упаковку дорогого отличного шоколада. – Я прав. Их покупки пробивали минут пятнадцать, не меньше. По мере того, как сумма росла, увеличивались и глаза Ньюта, но Кроули, кашлянув для привлечения внимания, достал бумажник и кивнул на уже пробитые продукты. Ньют с облегчением занялся фасовкой по пакетам, пока демон, дождавшись, когда их огромную кучу посчитают, протянул свою бесконечную кредитку для оплаты. На миг у него остановилось сердце. Кассирша подняла на него тяжелый взгляд из-под служебной кепки, и от нее несло каким-то зловонием. Так могло смердеть только адское отродье, демон, пришедший за ним. Кроули весь подобрался, ярко-желтые глаза вспыхнули за стеклами очков, но почему-то он все еще не двигался. Ожидал удара. - Хорошие духи, - вдруг сказал рядом Ньют, вернувшись к кассе собрать еще пару пакетов. – Такой интересный запах. - Ой, что вы… Спасибо, - кассирша зарделась и повела плечами, неловко улыбаясь, и забрала у Кроули карточку. Тот смотрел на нее во все глаза. Демоны не улыбались. Демоны не краснели от комплиментов. Он принюхался – да, точно, это просто духи, противные, конечно, слишком тяжелые для летнего зноя, но под ними угадывался человеческий запах. Да что же это такое. Едва дождавшись завершения оплаты, он сердито сунул карточку в бумажник, распихал оставшиеся продукты по пакетам и понес их в машину. Сердце стучало где-то в горле, ощущалось колом и жутко мешалось, так что Кроули молча дождался, пока Ньют уберет все в багажник, и сел на свое место, снова чувствуя легкую дурноту. Ладно. Они ехали домой. Что бы ни происходило, он скоро вернется к Азирафелю и больше никуда и никогда от него ни на шаг не сдвинется. Они едут домой, блять, как же мучительно долго они едут, Ньют, неужели ты не можешь ехать хотя бы немного быстрее?! Втопи педаль в пол, неужели ты настолько труслив, чтобы ехать, как черепаха, ты же мужик, покажи, как надо ездить, покажи, кто хозяин на дороге... Кроули вздрогнул, увидев в зеркале, что его глаза стали полностью змеиными. Он отвел от них чудом пару встречных машин, потому что Ньют действительно гнал как ненормальный. Кроули прикусил себе язык, поморщившись, но он ничего не мог поделать. Его сводило с ума ощущение чего-то неправильного, пугающего, темного, и все, что он знал – ему нужно было вернуться к Азирафелю как можно скорее. И если для этого нужно было использовать демоническое искушение на Ньюте, подтолкнув его к тому, чтобы ездить не как девчонка в день получения прав, черт возьми, то это была до смешного маленькая плата.