Двое из бара

      После небольшой беседы два друга пленённых и запертых в одном из домов поселения незаметно для себя заснули, сморённые усталостью и действием лекарств. Когда солнце начало заходить за горизонт, в хижину к пленным зашли охранники, принеся еды и «подарок» от вождя племени. Александр:       Мне снилась работа, что я не успеваю доделать заказ перед сдачей объекта заказчику, рядом стоял начальник и кричал на меня, чтоб я прекратил дремать и заканчивал работу. Голос кричал мне вставать, открыв глаза я сначала увидел силуэт своего шефа, но потом в голову ворвался непривычный крик. Сначала я не понял, что случилось, но голос в голове заставил меня дернуться и подскочить и — тут я понял, что спал, а сейчас лежу, и кто-то рядом кричит на меня. В качестве ускорения моего понимания меня пронзила боль, от которой я резко вскочил и в полусогнутом состоянии уже готов был бить морду «опасности», даже если это мой начальник, решивший меня так разбудить.       Пару мгновений проморгался, увидел перед собой мускулистого мужика с палкой, смотревшего на меня как-то враждебно, ещё пару мгновений у меня ушло на то, чтобы справиться с болью. В голову ворвалось понимание, кто я и где. Ещё раз осмотрев помещения и проморгавшись, понял, что сейчас точно не сплю, и всё происходящее — оживший кошмар, который не хочет уходить, — мы с Андреем в знакомой деревянной постройке, а в меня тычет палкой охранник дурацкого племени, похитившего нас.       Протерев глаза, увидел на столике появившуюся еду в глиняной посуде, ещё из изменений было то, что на улице темнеет, и при входе возле двери горит лампа, очень похожая на глиняную соусницу с фитилем. Напротив меня сидел Андрей, также тёр глаза, и судя по его лицу принимал реальность такой, какова она есть. Как мне показалось по довольному лицу одного стражника, нашей побудкой он был доволен. За спиной первого стражника появился второй с кувшином, поставив его на стол, сказал:  — Вот в этот кувшин, травяной настой, пить после еды, а то таким как вы от нашей еды становится плохо, не всем, но некоторым бывает плохо.       После чего все охранники вышли и заперли дверь. Минута тишины, осмысление ситуации, очередного бреда жизненной ситуации.       Доктор взял кувшин, понюхал, и на его лице расползалась большая улыбка, как у большого мейн куна, который дорвался до сметаны со сливками с тонким привкусом валерианой.       Андрей отпил немного с кувшина и радостно сказал: — Санёк, живём, нам спиртовую настойку подогнали.       Я удивлённо перехватил кувшин и сделал глоток, и тут огненная струя прокатилась по моему желудку. — Гадость, это же спиртяра, и закусить нечем, — пробурчал я.       Доктор, довольно причмокивая губами, сообщил информацию: — На чем настояно не ясно, но по градусу примерно шестьдесят точно, не меньше.       В общем ужин оказался так себе, непонятное варево, без мяса, странный салат, главное, что хрустел и был с кислинкой, но мне было без разницы, я как корова всё переживал, так как организму нужны витамины.       Настойка на вкус был специфическая, немного приторная, явно от каких-то ягод, но главное был шанс напиться и дать голове отдохнуть от сегодняшних событий.

***

Допрос

Александр:       Мы с Андрюхой, изрядно продегустировав местную настойку, к сожалению без закуси, не могли её в полной мере оценить, но после утренней гимнастики с местными стресс снимала на ура. Чувствуя себя абсолютно прекрасно никаким в зю, я посмотрел на доктора, как и ожидалось, большая довольная ро… лицо абсолютно довольного кота… Повинуясь наитию судьбы, глотнул последний раз с кувшина и отдал его Андрею.       Тут открылась дверь, и вошли два хмыря при полном вооружении, чуть ли не поигрывая мускулами, следом за ними властно вошёл старый хрыч, типа местный вождь, за ним ещё пара стражников, закрыв дверь за собой.       Увидев наше благодатное состояние, вождь ехидно заулыбался. Я же про себя подумал, ну ясен красен, огонёк прекрасен… решил нас пьяными на допрос, хренов Мюллер, да ясень тебе в зад, не возьмёшь. Александр:       Однажды на военном заводе, где фирма, в которой я работал и настраивал свою часть аппаратуры, прогоняя в комплексе с другой техникой, я сильно замёрз от холода в ангаре вместе с рабочим завода Колей настройщиком. После долгого мучения от озноба было внесено рацпредложение по согреву личного состава, в общем решили погреться, и немного забухали. Нас подловил местный военком. Часа два нас прессовали, пытаясь узнать, где взяли горючее — протирочную смесь, которая до миллилитра расписана и рассчитана на весь завод. Так я ему час доказывал, что не пил, только понюхали и лизнули пару раз так, чтоб удостоверится, а то нос от холода заложило, а нужно было протирку оборудования сделать, а то мало ли, что написано на таре, а Коля проверял, не выдохлось ли, так как по нормам и правилам протирать нужно спиртом не менее девяносто градусов, если меньше, то нарушение техпроцесса. А военка дело серьёзное, поэтому всё по нормам и предписаниям…       Учитывая, что спиртометр был на складе, а кладовщик куда-то исчез, чтобы не останавливать техпроцесс Колян взял на себя ответственность по определению соответствия нормы протирочной смеси. А учитывая, что выделенный объём той же смеси соответствовал нормам остатка, военком, видя наши красный рож… розовые личика, по которым было видно, что там явно как минимум по пол-литра на каждого, начал выяснять, где взяли неучтённый спиритус, и кто пронёс водку на военный объект. В общем допрос прошёл удачно, для нас… узнали много интересного о себе и о ближайшем своём будущем на этом предприятии, особенно порадовал меня пополнением моего словарного запаса столь красивыми словесными военными оборотами, призывающие к определённым действиям в очень быстром темпе в неопределённое светлое будущее.       А что говорить уж про доктора, этот прожжённый патологоанатом, тьфу ты, судмедэксперт, сам кого угодно вскроет, а переговорить его да еще пьяного… любой сайентолог позавидует как он своими научными высказываниями и медицинским терминами заморочит тебе голову.

***

      Агокор усадил себя на местное чудо мебельной промышленности, поправил невидимые складочки, с серьёзным выражением лица смерил нас по несколько раз и начал готовиться к допросу: — Раз вы хорошо себя чувствуете и боль не стесняет ваши мысли, то давайте все сначала. Кто вы такие и как попали на священную землю.       Доктор ответил:  — Я Андрей, а это, — кивая в мою сторону, — Санек… Как попали в вашу рощу, да не знаем, вышли себе из бара, решили путь сократить через парк, ну, лесок облагороженный и — опа! — поляна, а там зверюга у озера, а потом — бац! — и не помню ничего… В общем, в силу непонятных обстоятельств, и дальнейших разбирательств в помещении типа сарай деревянный, получили ушиб головы, то есть головного мозга в неизвестной степени тяжести, вследствие чего временная потеря памяти, а также с присущей полного или частичного желания, что-либо вспоминать, ик.       Вождь попытался повторить на нашем языке непонятное слово, кривясь, делая губы трубочкой: — «У.у-ушиб мозга».       Доктор снисходительно посмотрел на старика, набрал в грудь воздуха и начал лекцию: — Ушиб головного мозга представляет собой повреждение мозговых структур, которое происходит в результате черепно-мозговой травмы. При ушибе в головном мозге формируются участки некроза (разрушение тканей) различной величины. Характерной особенностью данного поражения головного мозга является потеря сознания. Длительность обморочного состояния находится в прямой зависимости от степени травматизации тканей. Александр:       Смотрю на вождя и по лицу вижу, как закипает его мозг, остальные аборигены так вообще чуть ли не слюни начали пускать с открытым ртом, как студенты на первой паре в понедельник. Решил вывести из ступора вождя племени, сказал: — Совершенно правильно, абсолютно согласен со своим другом, дополнять или комментировать не буду. Зная доктора, как он ставит диагноз — только после вскрытия, поэтому соглашаемся с ним улыбаемся и киваем головой, на всякий случай ещё и ручкой машем. — Что не будешь? Не понял. — Да ничего не хочу и не буду, — ик, блин, походу икота напала. — А хочу и буду пива! — теперь у меня слюна потекла от мысли про холодненькое.       Дальше разговор был пустой болтовнё с умными высказываниями с нашей стороны, от чего местный вождь входил в ступор, пытаясь понять наш ответы.       Наверное через час моего субъективного времени начиналось всё заново, но в другой вариации, правду и так говорили, как оказались на поляне, а скрывать было нечего. Мы ещё раз всем рассказали как было дело и что помнили, и ещё восьмой раз только в разных вариантах, с матерщиной, похабщиной и отсылкой всех нас беспокоящих подальше в самых пречудных формах, в разных сексуальных позициях, да ещё по медицинской направленности — куда, ну, в проктологическом направлении, естественно, гинекологию решили не трогать из этических соображений.       Доктор решил ещё и по своей специальности их отослать, то есть направить далеко, но правильно и уверенно.       В общем допрос прошёл удачно для нас, мы с выражением лица, похожими на антресоль, с надутыми щеками, улыбаясь во всю свою зубную эмаль, честно выложили как оказались тут, кем завербованы и что собирались сделать, ну и все явки, пароли и тому подобное. Как говорится, выдумывали на ходу всю матку правду, сдерживая себя от истеричного смеха, делая лицо ящиком и как можно серьёзней…

***

Вождь племени Лунного света Агокор.       После допроса чужаков толком ничего не выяснили, как они попали на его землю особенно без транспорта и других вещей, просто так взяли и появились.       Пятёрка доверенных и преданных следопытов по второму разу облазили священное место в поисках откуда пришли чужаки. Всё, что удалось выяснить, так то, что следы чужаков неожиданно появлялись вдали от священного водоема, рядом других следов не было, а также следов ни одного животного, на котором они могли бы сюда приехать.       И так были проблемы от этих гладкокожих людишек, кто приезжал на территорию звериного племени, чтобы наладить торговлю редкостями, между делом норовил проскочить к священному месту и засунуть свой нос, чтобы разузнать, в чём его сила. То «торговцы жизнью» беспокоили своими вылазками, и не боятся же проходить через проклятые земли и «Страшный лес», хотя сколько раз находили останки людей их отряда.       А теперь непонятные шутки богов, решили подшутить, над кем непонятно только, над чужаками или над его племенем. Забрав этих неугомонных людишек откуда-то и принесли их к нему на землю, да ещё и помешали обряду моего старшего сына.       Одни неприятности, вражда между сыновьями, потом похитили невесту младшего сына, старший сын провалил ритуал, чужаки устроили драку с жителями его племени, хорошо, что подоспели воины и утихомирили этих неугомонных людишек.       Кряхтя, старый вождь уселся в своё кресло и отдался течению своих мыслей, прикрыв лицо рукой. Андрей:       После долгого допроса нас в благостном состоянии от презентованного нам этими, эээ, пусть будут пока людьми, хотя есть подозрение, что это не совсем так, но, как говорится вскрытие, покажет, а пока пусть будет Homo sapiens (Человек разумный), меньше голову себе загружать ненужными сведениями. Так вот, после того как нас снова оставили одних, немного помолчав, мне захотелось поговорить о том чего нас ещё лишили, кроме свободы конечно. Речь пошла о наших личных вещах, что были при нас, так как другой темы для разговора придумать не получалось, что-то серьёзное не хотелось обсуждать, всё равно мало информации, а вот по мелочи, чтоб не сидеть в тишине, которая начинает давить на голову.       Этак лишились мы своих телефонов, ключей с кошельками, и это основная печалька.       У Александра командирские часы, раскладной нож мультитул, в этот раз он решил его с собой потаскать, больше использовал как открывалку для пива так и винных бутылок, ну и закуску в походе удобно было им нарезать, а также починить или поломать какую-то вещь. Связка ключей, мелочь денежная, кошелёк с уже никому ненужными деньгами и пластиковыми картами.       Как и у меня тоже мобильник, кошелёк, связка ключей от дома и от работы, при хорошей сноровке ими можно было прибить всяких выскакивающих гоп-стоп из-за угла. Жевательная резинка не в счёт и средство гигиены виде носовых платочков.       Вспомнив про остатки своего кошелька, невольно сгрустил, что оставалось чуток до зарплаты и планируемых покупок, мужская скупая слеза, с трудом выдавленная, упала на пол. Больше не попить крафтового пива с хорошей мясной нарезкой. Тлен и безнадёга прокатилась в сознании паровозом, унося с собой все желания и мечты насчёт хорошей выпивки и еды в любимых пабах в день зарплаты.       Ещё раз в голове пронеслись воспоминания событий после бодрого утречка, про местных и их нравы, побили, помыли, накормили, напоили водой и местной самогонкой. То, что их еду продезинфицировать в самом желудке нужно это они правильно придумали.       Ох и долго и нудно нас вождь мучал, даже если хотели соврать, так и нечего-то было придумать, не в женском же общежитии попались…       В общем ясно, что ничего неясно, особенно нам так вообще полная тёмная мужская афроамериканская задняя часть седалища….       Чё делать дальше неясно, хотя учитывая, даже если местные поймут, простят и отпустят, то куда отпустят, если мы в другом мире, так смысл куда-то бежать, куда не пойдёшь, результат один, или кто-то попытается нас съесть или убить…       Даже при всех радужных раскладах, сын вождя явно не захочет отпустить обидчиков своих, догонит и выложит всю свою обиду чем-нибудь режущим, колющим в наши тушки.

***

Александр:       Наверно уже поздним вечером, после допроса, который длился достаточно долго для нас, что в очередной раз чуть ли не впадая в злость и чуть ли не выкрикивая сквозь зубы ответ на очередной однотипный вопрос, под конец уже начали нести всякую ахинею, кабы от нас отстали. От насыщенных разговоров, переходящих чуть ли не в спор, я с Андреем практически стали трезвыми.       Немного посидев в тишине, мы начали жаловаться на конфискованные личные вещи, потом немного посетовали на жизнь и наше везенье. Как в двери опять зашли и принесли посуду с едой.       На вид принесённая еда была ещё преснее чем предыдущий раз, и ни одного куска мяса. После их спиртовой настойки живот требовал жареного мяса! Да и день прошёл как-то напряжённо, все жировые запасы «перенервничали». Кое-как запихнул еду в себя, что аборигены принесли, запив совсем чуток «дежурными» сто грамм, оставшимися в кувшине, памятую о том, что местная еда может содержать постороннюю микрофлору несовместимую с моим желудком.       Много выпивать настойки не стал, только сделал глоток, думая, что этого должно хватить и с предыдущего раза тоже ещё должно как бы действовать, да и вообще, не было настроения, то ли не хватала огурчиков, или же специфика вкуса, на чём было настояна местная настойка, явно не придавала изысканности напитку, решил оставить остатки своей порции напотом, о чём потом очень сожалел и долго помнил.       Всё началось неожиданно, без объявления войны. Ничего не предвещая проблем, «смеркалось», мой желудок начал подозрительно резко бурлить. Настороженно я начал к себе прислушиваться, вспомнил, что говорил абориген о непереносимости местной еды обычными людьми. Я резким движением подбежал к своей кружке с настойкой и в лучших традициях гусаров влил в себя остатки одним махом.       Но уже было поздно, цепная реакция моего кишечника явно говорила, что запущенный термоядерный процесс не остановить, и он прорывается наружу. Чувствуя, что терпеть не имеет смысла напиваться настойкой, подбежал к выходу и начал стучал в закрытую дверь. Дверь открыл один охранник, рядом неподалёку стояли ещё трое.       Посмотрев на мои выпученные глаза и немного скрюченного, спросил: — Что надо, человек?       Я, уже сдерживая зубами то, что не даёт выйти сзади, сквозь зубы прошипел: — Туалет, мне срочно нужно туда!       Абориген непонимающе:  — Туалет…?       Я, смотря на него с уже явно покрасневшим лицом, готов был повторить утреннюю разборку уже с ними, как ни странно силы появились, явно из-за экстренной ситуации. Снова сказал я: — Куда ходить пи-пи, зю-зю, ну после еды и воды куда всё это из тела выходит, место! — А, зловонное место, — ехидно сказал охранник, поняв, в чём дело и недобро так улыбнулся.       Я на последних силах, уже кряхтя, сказал: — Я сейчас прям тут все вывалю, будешь нюхать всю ночь.       Охранник явно понял мой намёк и указал рукой направления, и я в сопровождении другого охранника побежал до места заседания. Всю ночь я наслаждался термоядерным синтезом в моём кишечнике, сидя на корточках, и примерял местные листья к своей заднице, как ни странно листочки оказались даже очень ничего, хотя запасы им бы не мешало пополнить, особенно после меня.       Всю ночь я и провёл в местном туалете, гуляя вокруг него, прислушиваясь к своим ощущениям, попутно проклиная всё, этот мир, начавшийся день и так вот закончившийся уже день, еду аборигенов, особенно самих аборигенов. Поклялся теперь без их настойки никуда и ничего.       Под утро в сопровождении охранника я зашёл в нашу временную хижину. Андрей:       Алекс пришёл рано утром, вид у него был как будто его всю ночь пытали в гестапо клизмой, а утром отпустили. Упав на лежанку, Турыч пробурчал: — Всё, без настойки никуда, лучше посажу печень, чем такие ночные посиделки с голой жопой…       И заснул, сопя себе в две дырочки.       Поморщившись от вида Турыча, резким движением метнулся к кружке, где ещё оставалось чуток спиртовой настойки, и одним движением руки опрокинул остатки жидкости в себя. — «На всякий случай», — тихо про себя говоря, поглаживая живот, явно не желая повторить подвиг Санька.

***

      Вечером в своей хижине старший сын вождя Деморальт находился в скверном настроении. Ходя из одного угла в другой по своей хижине, отмеряя количество шагов, помогая тем самым упорядочить всё произошедшее в своей голове, он составил план дальнейших действий, не забывая почёсывать места на руках после утреней драки, которые до сих пор еще болели, при этом не забывая ругаться в сторону людишек.       В хижину вошёл Изург, правая рука старшего сына вождя. — Я смотрю, ты уже лучше себя чувствуешь, желание разломать стены собственной хижины уже прошли? И перестань ходить туда-сюда, твоё состояние напоминает движение хоукола* в загоне, когда его оторвали от еды. Тебе нужно привести себя в порядок, чтобы выглядеть как сын своего отца.       Деморальт, только шипя себе под зубы, продолжал ругать всеми известным ему способом людишек.

***

      На следующий день после провала обряда и случая с людьми, Агокор продумывал свою речь на совете и обдумывал дальнейшие планы. Своим преемником он видел старшего сына. Хоть он немного грубоват и в кое-чём не сильно смыслит, в любом случае как сильного воина его будут уважать. Нужно по всем правилам дать Деморальту снова пройти обряд. Если же очередь перейдёт к младшему сыну, и он пройдёт обряд, этот ветреный мальчишка со всеми воинами побежит спасать свою невесту, сам погибнет и погубит лучших воинов, ослабив тем самым племя. Такая потеря пошатнёт баланс сил, так что нельзя допустить этого. Конечно же поводом повторного прохождения обряда будут эти людишки, что помешали, выставим их как нелепую помеху или проведение богов. А что делать потом с этими гладкокожими, сделать вид, что отпустили, показать всем свою мудрость, а старший сын потом догонит их в лесу и отомстит за своё унижение. И как всегда всё в «Страшном лесе», и если что, мы ни при чём, мы благородное племя хранители святого источника, честно провели суд, разобрались в происшествии, всё правильно сделали, отпустили чужаков, только так и должны поступить.

***

      К полудню вождь зашёл к своему старшему сыну.       Зайдя в хижину, он жестом показал, чтобы все убрались, он хочет остаться один на один со своим сыном. Подойдя ближе к нему, Агокор скривился, смотря в лицо своего старшего сына, где было хорошо видно, как красовался синяк на его лице, сейчас он стал еще больше, приобрёл более тёмный цвет, давно такого не было. Постояв немного возле сына, вождь присел, ещё раз посмотрел на двери, убедившись, что никого нету и начал беседу со своим сыном.       Агокор после небольшого вступительного разговора с сыном пытался успокоить его и рассказать, как он должен вести себя: — Так вот, успокой свою ненависть и слушай, у меня есть для тебя план. — Агокор, как дикий хищник, оскалился. — После заседания совета тебе назначат повторный срок прохождения ритуала, потом жестом доброй воли мы отпустим этих людишек. А ты возьмёшь несколько своих верных воинов, подождёшь, пока они зайдут в «Страшный лес» и убьёшь их…       Деморальт на своём лице вытянул свою грустную улыбку и закивал отцу.       Агокор постарался разъяснить предстоящий план, и действия своего сына во время суда. Провести совет, осудить людишек, что помешали ритуалу его старшего сына, назначить время на ближайший цикл полного сияния ночного солнца. Проявить справедливость к случившемуся и отпустить людишек, показав себя благородными и в будущем, чтобы не было неприятностей с торговцами, и их не считали дикими и кровожадными.