Гарри Дженнингс и Мир Волшебства

Глава 29 О крепостях и роботах.

      Я ввел программный код, пробежался по нему глазами и запустил бота-тестировщика. Всё было верно. Я нажал кнопку исполнения программы. Автомат принялся устанавливать компоненты на плату и проводить спайку. После небольшого теста на пиковой нагрузке, в разъемы платы были установлены микропроцессоры и подведена система охлаждения.       Готовая плата пошла к трём таким же в титановый бокс, который служил подставкой для тора. Сам тор представлял из себя сложную конструкцию на стыке физики и эфира, но, по сути, был маленьким коллайдером. В центре тора располагалась сфера, в которую был заключен микропрокол в реальности — Источник Эфира на двенадцать тысяч единиц в час, или двести в минуту. Вокруг тора была установлена системы охлаждения на основе эфирного преобразования. Жидкий гелий, зараза такая, просачивается даже через очень плотный полимерный шланг, так что было проще установить несколько драгоценных камней с контуром внутри. Теперь контуры заклинаний поглощали тепло и переводили его в Эфир, загоняя в мифриловые цепи для дальнейшего использования.       Я выдохнул, сосредоточено посмотрел на мониторы, куда выводились данные, провернул ключ запуска и вдавил кнопку. Давай, давай, давай! Есть! Работает! Первый в мире, единственный в своем роде, эфиро-дейтериевый реактор холодного синтеза работает! Отсоси закон кулоновского взаимодействия, пошёл нахуй фундаментальный закон термодинамики, я тебя шатал, уравнение Максвелла! Магия победила, сучки! Аз-за-за-за, так вас основы мироздания! Аза-за-за, кто тут безумный учёный, я тут безумный учёный, аз-за-за!       Поглядим, так-так температура не более пятисот кельвинов на обшивке — отлично! Отсутствие радиации за пределами камеры синтеза — великолепно! Выходная мощность двенадцать целых и шесть десятых мегаватт — в четыре раза больше расчётной.       Я откинулся на стуле, закинул руки за голову и улыбнулся своей истинной улыбкой. Мне на правое плечо легла чешуйчатая рука с длинными чёрными когтями. — У нас получилось, Гарри, великолепная работа. — похлопал меня по плечу доктор Мозеф Джованни, обнажая ряд демонических зубов. — Это только сердце проекта, доктор, нам ещё надо доделать нашего Custose Magni. — Я никогда не одобрял оружия, Гарри, ты бы мог пустить свои разработки в более мирном направлении, помочь людям, оросить пустыню, восстановить экосистему… — Доктор! — я поглядел на него скривившись. — Давайте как-то сами, у вас теперь всё время мира есть.       За последние два с половиной года, этот маньяк-пацифист меня хуже горькой редьки достал. Похлеще профессора Дамблдора с его Силой Любви будет. Хотя Дамблдор эффективней работает, так как вещает в подходящий момент, нанося удар по слабым точкам и задевая нужные темы. В общем, профессионал, а доктор Мо любитель, очень фанатичный любитель, который берёт измором.       Доктор Мозеф Джованни был главным инженером и сооснователем корпорации «Роботы МО», просуществовал в виде кибернетического организма свыше тысячи лет после наступления глобального пиздеца. Натурального в нём осталось: волосы, ногти, кожа, зубы и кости, всё остальное было протезировано. Недостатком конструкции было то, что секвенирование сознания было разработано, а нейроуправление нет. По сути, Доктор Мо был прикован к огромной машине и не мог управлять всем заводом оттуда, только роботам отдавать голосовые команды, да программный код надиктовывать.       И хочу вам доложить, его код настоящая сказка, за тысячу лет оптимизации он достиг нечеловеческих высот в программировании, ранга S, если быть точным. Код был элегантным, выверенным, каждая строка составляла узор, определяющий симуляцию реальности. Всматриваться в его программный код отдельное эстетическое удовольствие. Я даже захватил Дадли одну среду программирования, только для её запуска нам ещё лет двадцать мощности разгонять, ну и попросил написать заметки юному программисту. Доктор Мо с удовольствием написал двадцать шесть тетрадей, где понятными словами, как для инженера, изложил важные аспекты программирования.       Впрочем, человеком доктора Мо уже не назовёшь, я его называю кибердемоном. Так как увидев его плачевное состояние, мы с Ровеной ему решили помочь, как товарищи учёные. Ага, а ещё я не забывал про отрицательную карму. В превращении доктора Мо в кибер-демона нам помогла немного доделанная и значительно усовершенствованная технология «крестража» Ровены. Учитывая, что она получила от Тома дополнительные знания в этой области, плюс мои познания в демонах и демонизации, как никак, сделал себе протез левой руки. Создать полностью демоническое тело для доктора Мо и перезаписать его сознание на более надежный носитель, с возможностью создавать несколько демонических копий. Всё это было затратнее по времени, чем по сложности выполнения.       Да и нам с Ровеной такая технология пригодится. Я смогу создать реплику её диадемы, походить пару лет так, подождать пока она запишется туда, а потом перезаписать её поверх другой личности. Но мы не стали так делать, и нет, не из-за этических соображений. У Ровены с этим всё в порядке, если стоит вопрос или-или, Ровена выберет себя. Проблемы были в следующем, первое, у нас не было столько времени, я и так задержался года на четыре дольше планированного. Второе, у доктора Мо в голове сидит только он, а у меня целое поселение, Ровена и так синтез двух личностей, а если будем пробовать записать, хер знает, что ещё поверх её личности ляжет. А тогда прощай Основательница, в лучшем случае, в худшем, получим какого-то монстра полубезумного. Если вообще получится записать. Будем думать дальше, а пока пусть тетрадка с наработками полежит в Инвентаре.       Перенос сознания прошёл на отлично, пока перезаписывалась личность с одного носителя на другой, я собрал небольшой алтарь, куда потом спрятали «крестраж». Потом алтарь подключил к нескольким пактам, чтобы можно было свое сознание проецировать в демоническую форму. Благо технологию проецирования в одну плоскость с исходным телом я давно разработал. А тут и тела нет, просто скипетр, в котором находится сознание, а сама палка подключена к серии пактов в алтаре. Чтобы не спало сознание, не разрушалась конструкция и так далее. В том числе и пару защитных контуров.       С доктором Мо ещё Сильфира поработала, чтобы закрепить его духовные контуры в новом вместилище и проецировать их в демонические формы, а то бы доктор Мо стал бы рациональным и предельно прагматичным одними нашими с Ровеной стараниями. А вот с формой для демонов вышел затык, на базе фабрики «Роботов МО» хоть и были суперкомпьютеры с нейросетями, но помочь в вычислениях они не сильно могли. Так как я до сих пор не знаю теорий и закономерностей в создании контуров. Поэтому я просто вызвал одного из моряков с демонического лайнера, и скопировал его структуру, где мог подправил её под вкусы доктора. Так что в итоге доктор Мо напоминал ящера из «Человека-Паука», только тёмно-оранжевого отлива и менее монструозных размеров.       Доктор Мо был человеком широких взглядов, хиппи-альтруистом, что очень сильно сказалось на всех его изобретениях. Когда началась грибная война он работал здесь, так и выжил. Продолжил работать, создавать роботов, которые выходили наружу, работников фабрики постепенно секвенировали в роботов или они сбегали и мутировали. Теперь пылает желанием пойти и начать восстанавливать мир.       Познакомились мы здесь же, на фабрике. Я разобрал роботов на поверхности, обнаружил, что они отличаются друг от друга, словно их кто-то постоянно модифицирует. И решил пойти внутрь, там без проблем обдурил доверчивых роботов и проник к доктору Мо.       Доктор Мо с радостью поведал мне свою историю, ведь он очень мягкий, добрый и доверчивый человек. Живущий в отрыве от жестокого социума, внутри волшебного мира науки. И предельно не понимает, как можно при помощи его изобретений убивать людей. Легко, я миксером могу человека убить, а тут целый робот и большая часть из его моделей разумные роботы. Вот пошлёшь БиМО, начинив его ампулой с отравляющим веществом, и всё. Собрал вокруг себя людей, они умиляются, а потом щёлк и все трупы. И даже не надо решения самого БиМО, я могу дистанционно запустить процесс или триггер поставить какой-то.       А дальше проще, я просто не мог уйти из древнего храма знаний с передовыми технологиями, без того, чтобы чему-то не научиться. Так что для начала Ровена и доктор Мо занялись переносом его в демоническую форму из кибернетической. Один фут с четвертью скипетр куда компактней четырёх шкафов с микрочипами, тем более перегорание одного такого чипа сродни микроинсульту. Да и сами твёрдые носители надо заменять, а ресурсов на базе всё меньше и меньше, что приходится саму фабрику перерабатывать. А вот в случае с «крестражем» — надо ему новое название придумать — сознание хранится на квантовом уровне и симулируется при помощи заклинаний.       И пока Ровена думала, как всё провернуть, я запросто сумел засесть за консоли и интерфейсы шурудить информацию на предмет чего полезного. И таки, вышурудировал! Так мои знания в области радиотехники стали знаниями в электронике, получили свой ранг С обратно, потом добавились знания в робототехнике, но всего лишь ранга D, время-время, где бы его достать на всё. Получил дополнение в эфиро-физиологию: секвенирование — отображает мои знания в области записывания сознаний на твёрдые носители. Заработал дополнение кибернетизация и ранг С в области физиологии, столько новых нюансов узнал.       Расширил свои познания в академических областях, пока только в физике твёрдого тела и химии полупроводников. И не то чтобы стал умнее или более эрудированным, даже наоборот, возникла масса вопросов на стыке физики и Эфира. Но надо было с собой брать учебник по алхимии, только он у меня один и больше на брошюру похож, так что как-нибудь в другой раз с полным набором отправлюсь, а то, что мне той брошюры. Только себя раздразню.       Что будет доктор Мо делать дальше меня не сильно интересовало, но вот создать реактор холодного синтеза его заинтересовало. А то его роботы работали на очень продвинутых, но батареях, а плутония уже совсем мало осталось на его заводе. Да и отходы надо было куда-то девать. И пока доктор Мо проектировал реактор я занялся проектом Custose Magni.       Робот с простым интерфейсом, внезапно у доктора Мо были и военные разработки, так что осваивать программирование и учить робота убивать всех человеков не пришлось. Четыре метра ростом, два с половиной в плечах, ручищи, способные поднять до двухсот тысяч метрических тонн, сгибание и удар под усилением Эфира, что можно было разрывать танки руками. Плазморезаки в обе руки, силовые поля, магнитные поля, термобарические излучатели, датчики всего, что можно было и нельзя всунуть. Броня, усиленная контурами, покрытая красивым золотым орнаментом. Конечно же, гасители инерции, укорители, прыжковые ранцы и полетный модуль — отдельно. Отдельно сделал так же гаус-пушку, чтобы стрелять кинетическими снарядами и мощный гамма-излучатель — на всякий случай.       Осталось только установить в него новый реактор, и увесистый аргумент в моем мировом господстве готов, ах, сожри меня Ктулху, был бы доспех Custose Magni девочкой, я бы его выебал, нет, женился бы и наделал много костодосят-деточек. Надо будет его в следующей командировке испытать. Насколько же он ахуенен!!!       Ладно, потом умиляться буду, а сейчас пора вернуться к проектированию, надо сделать реактор поменьше, доработать некоторые узлы, доработать ИИ и командный модуль. А это опять стык робототехники и Эфира. В общем, дел чуть больше, чем дохера, а никому не поручишь, вот был бы у меня НИИ, дело бы пошло быстрее.

***

Домен Башня Обоснуя

      Ровена сидела на холодном полу, и вокруг неё было разбросано множество записей, которые она рассматривала, пытаясь что-то найти. Я подошёл и поглядел на эту идиллию, хотя в последнее время Ровена стала конкретно так меня волновать. Её нахождение у меня в гостях в целом и наши отношения в частности, зашли куда-то не туда.       Откуда бы начать? Постепенно, шаг за шагом мы сближались за прошедшие семь лет, не то чтобы стали настоящими друзьями или что-то в этом роде. Но для меня рушился слой за слоем ореол величия вокруг Основательницы, чем ближе я её узнавал. Нет, она была гением, очень начитанной, талантливой, любознательной, всему училась на лету, обладала здоровым цинизмом и прагматичностью. В общем, была идеальной рейвенкловкой, которую рисовали в различных руководствах, как быть идеальным студентом. Она была олицетворением всех качеств, которые ценились на Рейвенкло.       Но она была упрямой, своевольной, капризной и очень черствой, что ли. Я относился к людям, как к инструменту, я был холоден к ним и бесстрастен, давая им рассчитанный минимум радости. Ровена же наоборот, она не могла удержаться, чтобы не дарить своё тепло всем, кто её окружает, поэтому вынуждена была прятаться в скорлупе. Первым делом пыталась отразить любые попытки с ней сблизиться. Когда не помогало, она просто становилась обходительной, чтобы от неё отстали и оставили в покое. Надо было очень много времени, чтобы Ровена показалась из скорлупы, и можно было увидеть, какая она нежная и ранимая. И если я ничего не испытывал к людям, то Ровене было тяжело так себя вести, и я понимал почему она такая.       Она осознавала свою мимолетность, насколько она маленькая в этом мире и что всех сделать счастливыми не может. Поэтому вынуждена ограничивать свой круг общения, отдаляясь от остальных, чтобы не впасть в депрессию из-за того, что всех спасти нельзя. И только небольшая группка избранных, которые пробились через её фасад, имела право разделить с ней её маленькое счастье. А для счастья ей надо было так мало, небольшая загадка, возможность улучшить мир через свои открытия, и чтобы никто ей не мешал.       Наблюдая за мной и моими изысканиями, она вечно старалась узнать, маскируя под теоретические вопросы, как то или иное открытие может послужить Человечеству. Я понимал, зачем она это делает, но продолжал ей подыгрывать. Ибо скажи я ей прямо, это бы ранило её, а так мы продолжали нашу маленькую игру.       Так сразу сказать сложно, когда это всё зашло не туда, наверное, когда я впервые назвал её Ровеной вместо леди Рейвенкло. Тогда и изменилось в первую очередь её отношение ко мне, и она стала делать шаги навстречу. Маленькие, едва заметные, словно она боялась чего-то, словно маленький воробушек, разочарованный в людях, пытается вновь довериться протянутой руке с хлебом. Она стала более честной, более откровенной, стали чаще появляться вечера, где мы просто сидели и обсуждали какую-то чепуху. Это напоминало робкие шаги молодых людей навстречу друг другу, когда вы уже живёте вместе, но девушке ещё стыдно ходить по квартире в одних трусах и она кутается в халатик.       Как многое изменилось с тех пор? Не знаю, для меня она стала маленькой сестричкой, о которой хочется заботиться, которую хочется баловать. Словно маленькая звёздочка она сияла, когда я её хвалил, а мне… а у меня даже эмоций никаких не возникало, хотя хотелось. Где-то глубоко внутри моей памяти живёт то чувство, что испытывает старший брат к своей маленькой сестричке, но сколько бы я не силился, я не мог вспомнить к кому я мог его испытывать. — Чем заняты сегодня, моя прекрасная леди? — решил я обозначить себя.       Ровена подняла робкий и растерянный взгляд, наконец-то оторвавшись от бумажек, и мазнула им по мне. — А, это ты. — это всё, чем я был удостоен. — Я смотрю, ты всё чаще и чаще приходишь сюда. — Есть такое, — ответила девочка, делая новые пометки. — Может тебе помочь? — Нет, я справлюсь сама… — проговорила Ровена, закусив кончик карандаша и сфокусировалась на какой-то формуле. — Может тебе что-то принести? — Со мной всё в порядке! — огрызнулась Ровена, но потом тут же потупила взгляд и поправила за ушко волосы.       Я поглядел на неё серьёзным взглядом Дамблдора, ему его хватало, чтобы студент начал каяться. Ровена же не была студентом и с взглядом Дамблдора не была знакома. — Ровена… — Гарри, со мной всё хорошо, мне ничего не надо, если надо будет, я скажу, дай мне поработать одной.       Надо будет почитать какую-то литературу, а то у меня три воспитанницы и у них тоже будут такие периоды. И мне очень надо уметь себя правильно повести в них. Но мы ведь говорим о Ровене, она только притворяется маленькой беззащитной девочкой, а на самом деле вполне взрослая женщина. Поэтому я подошёл к ней и схватил за левую руку. поднимая её над головой девочки. — Отпусти, сейчас же! — пропищала пигалица.       Но было поздно, мантия на её левой руке обнажилась, и я увидел браслет. Исследуя энергию пси, я обнаружил интересный объект из Пещеры Чудес, который менял свой цвет в зависимости от того, сколько в нём сосредоточено Воли. Немного поколдовав и разобравшись в природе вещества, я смог повторить структуру и создать такой браслет. В зависимости от того, как много Воли осталось у Ровены, браслет менял цвет своих камней. Фиолетовый — всё хорошо и не о чем беспокоится, красный — остались сущие крохи на сегодня-завтра. У Ровены камни были оранжевыми. — Ровена, что я тебе говорил? — Отпусти меня, отпусти! — отбивалась ногами и кулачком от меня Ровена. — Это серьёзный вопрос… — Я сказала отпусти меня! — закричала Ровена и попробовала всадить в меня карандаш.       Я отпустил, Ровена не удержалась и упала, тут же она схватила свободной рукой браслет и прижала к себе. — Я… — Не смей, не смей, уходи.       Я присел на корточки и поглядел ей в глаза. — Я не могу, как ты не понимаешь? — я протянул руку, чтобы поправить её волосы, но Ровена отползла. — Уходи. — Ровена прижала браслет к себе сильнее и скуксилась, казалось, ещё чуть-чуть и она расплачется. — Ровена, ты одна из Основателей, твоя гибель не принесёт никому счастья, а потеря будет невосполнимой. — А что, если я хочу умереть? — проговорила в сторону Ровена и повернулась ко мне. — Что, если я хочу исчезнуть, растворится без следа? — Ровена, — я подошёл и попытался обнять её своей единственной рукой. — Нет! — Ровена отшатнулась. — Мы с тобой так долго вместе и всё что я получаю, так это: «Ты важна, как исторический артефакт своей эпохи». — Ровена… — Не ровенькай мне здесь, не дорос ещё! — отчитала Ровена меня, погрозив пальцем. — Что ты хочешь? Хочешь, чтобы я сказал, что люблю тебя?       Ровена никак не отреагировала на это, видать, всё так же хладнокровна, как и обычно. Ну да, она фантом, призрак, слепок сознания, она лишена многих вещей, которые даёт физическая оболочка. Как и у меня, всё эти чувства и эмоции у ней остались с телом, но память об этом есть, и твердит, что ты должен что-то чувствовать. Но внутри лишь пустота и от этого тоскливо. — Нет, понятно дело, что это будет ложь или симуляции, или ещё что. Но хотя бы сказал, что ты дорожишь мной, как человеком, что я важна для тебя. — Ты хочешь, чтобы я тебе лгал? — спросил я, наклонив вопросительно голову на бок. — Нет, но… я не знаю, всё так запутано, всё так сложно. Не так, как раньше, всё изменилось, и я не знаю.       Я подошёл и обнял Ровену, она упёрлась мордочкой мне в грудь, стиснула на груди кулачок и разревелась. Я погладил её по волосам и стал убаюкивать. Ровену стало отпускать постепенно, трудно плакать, когда ты не можешь это сделать физически. Слёзы не помогали, а очень хотелось. — Расскажи, что случилось? — спросил я, усаживаясь на лавочку в обсерватории и усаживая Ровену к себе на колени, поддерживая её за талию. — Мне тяжело, мне кажется, что я схожу с ума. Мне кажется, что я одна в этом огромном мире, что от меня ничего не зависит, и как бы я не старалась, я не смогу ничего изменить. Кругом одна сплошная пустота и никому нет дела до чего-либо. — Повезло тебе, — проговорил я, продолжая поглаживать её по роскошным волосам. — Я, когда в первый раз оказался в другом мире, действительно сошёл с ума. — Ты рассказывал и показывал, скажу честно, это место даже страшнее, чем пещеры. — Пещеры? — Да, — ответила Ровена, положив голову ко мне на грудь и обняв за талию, прижимая. — Которые глубоко под бункером, в бункере всё чисто аккуратно, приятно ковыряться в памяти, а там, там что-то другое.       Я задумался, так как никаких пещер не создавал. — Там твоя память, твоя настоящая память о твоей первой жизни. Скользкие пещеры, полные испарений, в которых бродят призраки и слышно эхо забытых голосов, вспыхивают фантомы, но тут же гаснут. Ужасное место, напоминает кладбище, которое тебя затаскивает к себе. — Как многое можно узнать о себе. Я избегаю этой части себя, боясь до дрожи её. — Очень заметно. — Боюсь, что проснусь на вахте, или в общаге, или ещё где, а всё это окажется каким-то безумным сном, миражом. Боюсь узнать, что я ненастоящий, что я подделка, фикция. — Ты очень настоящий сейчас для меня.       Я хмыкнул и откинулся спиной на стенку. — Что два отражения могут знать о том, как быть настоящими? — Разве тебя это не беспокоит? — Беспокоит, но я давно решил для себя, не важно настоящий я или вымышленный, я буду жить полной жизнь до самого конца и сделаю всё, чтобы конца не наступило. — Я не об этом, я о том, что мир слишком огромный, и ты ничего не можешь сделать. — Нет, не беспокоит. — ни минуты не раздумывая ответил я.       Ровена привстала и поглядела мне в глаза, силясь что-то в них разглядеть или хотя бы на моем лице. Ох уж эти легилименты и их привычки. — Как?.. Почему?.. То есть… я не понимаю. — Ровена, — я снова положил её голову к себе на грудь. — Я знаю точно, что каким бы огромным мир не был, он наверняка во много раз больше, чем мы можем себе представить. И даже так, это ничего не меняет. — Но разве тебе не хочется опустить руки в бессилии и неспособности что-то изменить? — Так я не бессилен, и я могу изменить. Надо просто собрать информацию, создать план и можно сделать всё. — Всё? — Да, всё. — Но на осуществление такого плана потребуются столетия. — И множество. Но в этом всё Человечество, мы такие, отец за сына, внук за деда, шаг за шагом мы лучший, новый мир строим. — Как ты с этим справляешься? — Я смотрю на звёзды, — я отдал мысленно команду, и купол обсерватории стал открываться, обнажая звёзды. — Когда мне становится тошно от моего бессилия, я подымаю голову к небу и ищу одну звезду, которая сияет ярче всех. И она мне говорит: «Ты сможешь, ты сможешь всё, что захочешь, лишь надо постараться». И я иду и продолжаю следовать плану.       Ровена сморщила свой курносый носик и стала внимательно рассматривать небо и галактику над нами. — Так, где эта звезда?       Я щёлкнул пальцем по носу Ровены. — Так её нет, она здесь. — я постучал себя по виску, а потом коснулся пальцем груди Ровены. — И здесь. В наших мыслях, в нашей аниме. — Можешь меня приласкать? — спросила шепотом Ровена, беря своими ладошками мою руку и прижимая к своей груди. — Могу, но ты ничего не почувствуешь.       Я некоторые время массировал грудь Ровены наблюдая за её грустным лицом. После чего она взяла мою ладонь и опустила к себе на колени, стала держать её, мять и водить по ней пальчиком. — Почему, почему так… так… даже слов не подобрать. — Пусто. Лучше слово, которое это описывает. — Что со мной, Гарри? — Ровена прижала ладонь к своему лицу, силясь ощутить хоть толику тепла. — Не знаю, как не знаю, что со мной. У тебя лишь преимущество, как только мы вернём твое тело, к тебе вернуться твои старые чувства и эмоции. Я же не верну их никогда.       Я помолчали, два пустых человека, каждый пуст по-своему и каждый помнит тепло прошлой жизни, чувства, эмоции, которые он симулирует по привычке. — Кажется, я схожу с ума. — Тебе хочется мужчину, всё же у меня наступила Весна Юности, может пыльца виновата. — Да, я видела, кругом распустились цветы, хоть букеты собирай, но я никогда не любила цветы, больше драгоценные камни уважала. — Как я тебя понимаю. — А, когда я хочу мужчину, это совсем не так чувствуется. Само это место сводит меня с ума, я не могу уйти, никто меня не видит, даже доктор Мо ничего не смог придумать. За пределами твоего лагеря одна сплошная тьма, где прячутся звери. — Какие звери? — встрепенулся я. — Полевые, или они себя так называют, Гриф, Змея, Лис, Койот, говорят, что дальше встречаются орлы и медведи, а здесь только они. — Ты уходила за тотемы? — я взял Ровену за плечо и повернул к себе лицом. — Я взяла тигра и мне было интересно, ты что, не ходил? — Нет, я не ходил, и что мне с тобой делать? — Ты мне не брат и не отец. — Но я в ответе за тебя, глупенькая.       Меня щёлкнули по носу. — Сам ты глупенький. А эти звёзды?! — Ровена указал в небо раскрытыми ладошками. — Это же полный бред, они сводят меня с ума, галактика, которая вращается с такой скоростью по расчётам…       Я засмеялся про себя и прижал её голову рукой к своей груди. — Ровена, просто пойми, мы мало знаем о мире и его устройстве, очень мало. Прими явление таким, каким оно есть, изучи, а потом уже утверждай что-то.       Ровена надулась и скрестила руки на груди. — Мне даже поговорить не с кем. — А как же ребята? — Ох, — Ровена закатила глаза и покачала головой. — Обосную ничего не интересно, кроме обоснования всего чего угодно. Вовочка пытается постоянно залезть ко мне в трусы, Солидарность старается, чтобы я сама их сняла. Норушка? Хм, не смешно. — А девочки? — Что девочки, Ностальгия пытается залезть в мое прошлое и что-то оттуда выковырять, Вера плавает в банке и никак не реагирует. Тринити… — Сестрёнка весьма адекватная… — Даааа, адекватная, но мне кажется, что я ей не нравлюсь и она затевает что-то. Она даже не сказала тебе ничего, когда я ушла в темноту с тигром. — Мы обязательно что-то придумаем и со всем справимся. — Но как? Раньше всё было просто, Хогвартс, замок, небольшой остров, ученики и люди, о которых надо заботиться. А сейчас, сейчас… — Всё стало немного сложнее. — Тебе легко говорить! А меня это сводит с ума. — Ровена, мы справимся, мы всё преодолеем, просто нужен план. — Ты обещаешь? — Я обещаю, мы придумаем план и изменим мир, а если не получится, просто создадим свой, новый мир.       Я сжал в руках браслет и наполнил его Волей до отказа. Мы долго сидели и смотрели на звёзды, Ровена тихо сопела, но она не могла спать, поэтому просто слушала биение моего сердца. Она всё сильнее вжималась в меня, пытаясь хоть как-то сохранить свою человечность. Я её понимал и не противился, наши отношения зашли уже давно куда-то не туда. Мы так и сидели, пока Ровена не прошептала тихо себе под нос: «Спасибо».

***

      Custose Magni Мк.IV медленно опускался в каньон. Проведя нужные расчёты со скоростью света, он опустился в классическом приземлении героя, присев на одно колено и опустив кулак на землю. И нет, я не поставил ему микропроцессор, работающий на пафосе. Да и вообще, если я правильно во всём разобрался, то пафос — неотъемлемая часть пси, ведь чем больше у тебя пафоса, тем толще твое пси. А присел он так потому, что был перегружен парочкой контейнеров с добром и барахлом, так ещё я транспортировал две штуки следом.       Ага, я решил подчистить в Пустыне все большие барьеры и те, что на полдороге к открытию, большую часть найденного отдал доктору Мо, остальное решил захватить с собой. А что, мне нужно было много желающих в тестировании моего Кустоса, а достать их проще и быстрее в барьерах. Вон сколько усовершенствований внёс, уже целую четвёртую модель собрал, и всё равно кажется, что чего-то не хватает.       А так, пока суть да дело, крысам помог, людей выгнал дальше из Пустыни, помог парочке караванов, и всё равно, даже после помощи доктору Мо у меня отрицательная Карма в районе трёх с половиной тысяч. За спасение самого доктора мне прилетела тысяча, видать, он не последний человек для этого мира и на многое повлияет.       А ещё удалось помочь с его идей фикс и кармы заработать. Очень лёгкие очки, ну учитывая мои знания и наличие целой фабрики роботов под боком. Доктор Мо всё же оставался человеком, а человек не чувствует себя полноценным без наличия наследника. Он давно хотел создать себе сына, даже БиМО построил, чтобы сына учить всему хорошему. А вот ребёнка создать не смог. Так что я помог ему в проекте Имара*.       Мы взяли больную девочку, которая точно не выживет в Пустыне, даже среди любящих родителей, не то что в наше время переселения. И кибернетизировали её тело, поместив в него небольшой реактор на стыке пси и физики. Про пси доктор Мо знал давно и даже что-то исследовал в этой области. Разобрав находки из барьеров, мы знатно доработали девочку-киборга. Изменение внешности, изменение рук в острые сабли, бензопилы, тросомёты и огнемёты при помощи пси — пара пустяков. Потом мы пошили хитрый полимерно-кевларовый костюм с плащом, внутрь я поместил контуры на защиту. И всё это подвели к внешнему эфиро-реактору, от которого полётный модуль работал.       Девочка получилась настоящей боевой машиной, несущей возмездие во имя Науки. Но сердце у неё было человеческим. Характер получился под стать доктора Мо, такой же живой, любознательный, а главное запредельно добрый. Я вот бы выжег к хуям дегенератов, которые после первой моей команды не угомонились, а она им третий шанс даёт. Пять тысяч Кармы за мои старания. Девочку оставил доктору Мо, пусть вместе с БиМО учит Имару, что такое хорошо, а что такое плохо. Ему нужнее, чем мне, да и характерами не сошлись, у неё шило в жопе, а я люблю посидеть за материалами. А если физически занимаюсь, то строго по графику. Да и был у меня свой проект по боевому применению роботов, чтобы тащить её с собой.       И несмотря на все мои старания, Карма была в минусе, а это ничего хорошего для меня не значило. Так как Карма пытается меня выровнять постоянно, а такое равняется только выдачей дерьма по жизни. За всё это время я успел заболеть, по простуде каждый месяц, и один раз что-то очень серьёзное словив, две недели в лихорадке провалялся. О том, что у меня диарея от несвежей еды по пять раз на неделю я, пожалуй, говорить не буду. Что там, я как-то задом наперёд надел халат и проходил так полдня, прежде чем заметил. Что меня ждёт в Хогвартсе с таким минусом я даже не знаю. Наверное, проще будет просто завалиться к Дамблдору и рассказать всю правду, хотя, с такой Кармой меня в первые десять минут спалят.       Единственное, что меня напрягало — я уже давно отправил шефу Джинна в лампе и до сих пор никакого ответа, кроме как: «Молодец, пиздуй домой». Неужели они нашли с ним общий язык? Или шеф решил проверить, что он быстрее сделает, застроит планетку теннисными кортами или доебёт-таки Джинна. Хотя, дайте мне время, я бы нашёл применение даже такому джинну, своему же Джинну я нашёл применение и даже в каких-то дружеских отношениях расстались. А у шефа целая команда профессионалов есть, Зеленый точно что-то придумает, правда обновленный Джинн немного повыше задачка, чем у меня было.       Ладно, это всё лирика, пройдусь по списку ещё раз, а то может что-то забыл. Может детей проведать перед отъездом? Хотя, зачем мне это? Послания я надежно поместил в магические шкатулки, а ключи отдал опекунам, сумеют прочесть, ну и ладно, нет, ну и хуй с ним. Так, вроде всё на месте, пора открывать врата. — Эй, почему ты меня в клетку запер? — возмутился Яго. — А ты хочешь в этот водоворот влететь? — я указал большим пальцем на открытые врата. — Дык я летать особо не умею, ножкам и пойду. — Да ладно, не скромничай. Я же знаю, что Яго — птица гордая, пока не пнёшь не полетит. — Намёк понял, давай лучше в клетке.       Мне больше было интересно сохранит ли он свои свойства после переноса или это какие-то особенности мира, а то я почему-то больше здесь никаких попугаев не встречал. Вернее встречал, но не породы ара. Куда пристроить птичку я уже решил, оставлять себе без шансов, его и так Хугин и Мунин поклевывают и всячески стращают. Это Бегемот месье Ботте принял, и то скорее из расчёта, что у него больше времени останется кошмарить местных и поспать. А вот вороны у меня собственники, чтобы никаких птиц кроме них не было. И прямо не говорят про это, только Яго стращают и доводят.       Пока Кустос грузил во врата контейнеры с барахлом, я размышлял куда меня закинут в следующий раз и сколько у меня времени подготовиться есть. По идее, меня кидают в какую-то очень ебанутую диснеевскую линейку, сначала «Белоснежка», теперь «Алладин». Значит в следующий раз… Хм, а я не помню, что там у них было после «Короля Льва», видать стал слишком взрослым чтобы тащиться от Диснея. Блин, почитаю на всякий случай «Сказки дядюшки Римуса», вдруг пригодятся, если окажусь в мире сказаний Африки.       А ещё, пожалуй, покопаюсь в Библиотеке Канонов, вдруг там есть что-то с названием в котором фигурирует Финн, Джейк или доктор Мо. Вот почему нет какого-то закона, который обязывает в название вставлять имена главных героев? Так же мне легче было.       Ладно, Кустос вошёл во врата, а значит пора и мне. Я поправил на себе мантию Хогвартса, убедился, что она сидит на мне идеально, а значит я смог добиться нужного результат. Ох, сколько я намучился с этим, надо было выявить в таблетке активное вещество, потом методом гомеопатии определить предел его растворения на унцию физраствора. Потом поставить с этим раствором себе капельницу и по капле управлять поступаемой энергией. А то я задержался опять, и надо возраст отрегулировать.       Но вроде всё учёл и морок надо держать только на кольцах и цепочках, эх надо было ещё задержаться и сделать себе боевых посохов. Но уже в следующую командировку и так здесь задержался. Довольной была только Сильфира, что наконец-то смогла спокойно поработать и навести порядок в том, что я по недоразумению называю своей душой.       Ровена оставалась всё такой же апатичной, и чем дольше мы сидели в Пустыне, тем более грустной она становилась. Надо было возвращаться, промедление сродни медленному яду, который убивает не сколько меня, сколько её. А что не говори, Ровена стала действительно важным для меня человеком.       Ещё раз взгляну на себя в зеркало, так, вроде, всё учел и меня не должны поймать на том, что я где-то был. Хотя, кого я обманываю, эти мастера сопротивления и подпольной деятельности меня вычислят быстрее, чем я рассчитываю. Вдох-выдох, я возвращаюсь.       Первое, что бросилось в глаза это сообщение от Тринити.

Дилинь-Дилинь! Вжух! Поздравляем! Вами выполнен вызов. 10♦ «Легендарное Оружие» Создана привилегия Вещь (Бум-Палка) ✩✩✩ Вжух! Легенда о вашей Бум-Палке Ширится по всему Мультиверсуму Порождая подражателей Эшли Джеймс Уильямс признает вас достойным. Получена карта Влияния XX — The Hero Вжух! XX — The Hero Призывает героя вам на помощь в сложившейся ситуации.

      Хм, целого Мультиверсума, вот это я вбросил на вентилятор, так вбросил. Недаром соорудил кустарные обрезы и рассказал секрет пороха кому надо. А я думал мне надо будет ещё раз десять так сделать, чтобы хоть какой-то результат стал появляться. А нет, видать мир, пропитанный пси, может на многое, жаль времени не было изучить всё. Да и источника нормальной, продвинутой и систематизированной информации не было. Жаль, жаль, ладно, в следующий раз, видать.       Поглядим на мою новую Бум-Палку. В Инвентаре моего обреза уже не было, а вот стоило найти его в разделе привилегий, как Бум-Палка оказалась у меня в руках, лежит, как влитая, выглядит мощно и солидно, пацаны с района будут бояться, однозначно.       Изменилось в обрезе многое, ручка стала из хорошего красного дерева, механизм стал из хромированной нержавейки, как и оба ствола. Теперь они ещё покрыты серебром и орнаментом, как же круто, витиеватый орнамент напоминал чем-то лозу, которая обвила оба ствола. Поглядим на свойства.

Вжух! Бум-Палка (легендарное оружие) Вещь ✩✩✩ Автоматическая перезарядка Бесконечный боезапас Преодоление барьеров Повышенный урон Дополнительный урон (потустороннее)

      Ох, нихуёвенько, жаль жахнуть не по кому, а то бы проверил её свойства. Но ничего, ещё будет на ком. Так, чтобы следующие такое же сделать, хм, вроде кувалда была где-то в Инвентаре, она у меня давненько лежит.

Бип! Вжух! Тор Одинсон бросает вам вызов. 10♦ «Легендарное Оружие» Создайте легенду своей молоту. (принять) (отклонить)

      Вот это подгон, вот это я понимаю! Жаль, что Тор кидает вызов, но то видать не боженька, а герой Марвела, ну будем поглядеть. Тринити, а чего-то подобного от Тони у тебя нет?

Сейчас погляжу. Вжух! Тони Старк бросает вам вызов. J♦ «Легендарные Доспехи» Создайте доспехи достойные Железного Человека. (принять) (отклонить)

      Аза-за-за-за, вот теперь я чувствую себя… блядь, как в каком-то дешевом фанфике, лишь бы доктор Стрендж не проснулся и не выдал…

Дзынь! Вжух! Доктор Стивен Винсент Стрендж бросает вам вызов. К♦ «В бесконечность и дальше» Создайте камень бесконечности в своем мире. (принять) (отклонить)

      Кхм-кхм, Тринити, я же пошутил.

Карма +480

      Ну понятно, теперь надо следить за тем, что, кому и как я говорю, словно Джинна выдали, но только Карма. Ладно возьму, потому же наверняка меня в какие-то «Мстители» вербовать будут. Но сам по себе камень штука полезная в хозяйстве, глядишь и Таноса надо будет к нему прикрутить…

Дзынь! Вжух! Сеньора Морта Бросает вам вызов J♥ «Тайная тайна» Создать перчатку бесконечности не привлекая внимание Таноса «Этот мудак меня конкретно так достал, дай хоть здесь отдохнуть без него» (принять) (отклонить)

      Выбора нет, надо принимать, нашего британского Морта я видел, а гнев леди Смерть я не хочу вызывать, а то ещё пошлёт какого-то Призрачного Гонщика. Что мне потом делать? А, ну да, крутиться, как и всегда. — Ты справишься, как всегда, не теряй надежды, эй-эй-эй! Хэй!       Я принял вызов, получил ещё две сотни Кармы сверху и сосредоточил внимание на девочке, которая внезапно вынырнула из-за контейнеров. Выглядела она, как типичный подросток на лет шестнадцать-семнадцать, сочная, подтянутая, белая кожа, сиськи наливные, попа, как орех. Одета в облегающую, белую футболочку с сине-желтой полосочкой через всю грудь, голубой воротник и такая же мини-юбка, белые гольфы и красные кеды. Каштановые волосы, с золотой ленточкой в них, золотисто-болотные глаза, приятное, милое личико, немного приплюснутое сверху и снизу, маленький, аккуратный носик, словно его вообще нет. И конечно, ослепительной белизны улыбка и два желтых помпона черлидера, которыми она меня воодушевляла. — Ты кто такая, вообще, и откуда взялась здесь? — Дай мне «Н», дай мне «А», дай мне «Д», дай мне «Я». — начала задорно и живо вещать девчонка, выплясывая при этом с помпонами и показывая нужные буквы.       Я ударил себя по лицу рукой. Ну, ёбаный свет, мне тут только Надежды не хватало, видать перестарался в Великой Пустыне, чем вызвал появление такой особы. — Скажи пожалуйста, что ты одна, а не пришла с девочкой Любой.       Ответить озорная и жизнерадостная девочка, которая не прекращала улыбаться, не успела, помещение что-то сотрясло и почувствовались сильные толчки. Словно что-то с огромной силой ломилось сюда ко мне. Не желая испытывать Карму и дальше, я хлопнул в ладоши. На хлопок появились эльфы, которые вышли из-за контейнеров и выстроились в ряд. Я отдал приказы куда и что деть, пока всё в ячейку банка, там как раз есть альков под Кустю, а контейнеры можно просто один на другой закинуть. Площади в ячейке хватает и сухогруз разгрузить. Следом спрятал Сильфиру в Инвентарь и туда же засунул возмущающегося Яго. Птица пережила нормально перемещение и продолжала всё так же вещать на матерном.        Я оглядел Надю ещё раз. — Так ты, — я указал большим пальцем к себе за спину. — Пиздуй к остальным, потом разберусь. — Верь в себя! Верь в меня! У нас всё получится! Хей-хей, вперёд! — проскандировала Надя и исчезла.       Раздались новые толчки, а я бросился к кожаному мешку у стены. Расстегнув молнию, я достал тело Ваша, отрубленные руки, отрубленные ноги, несколько рваных ран в груди и вспоротое брюхо, горло было изуродовано, что он мог только булькать. — Ты, как, жив? — поинтересовался я у вампира.       Ваш что-то невнятно пробулькал. Этот гасконец совсем уже зад’артаньянился, говорит: «Не хочу возвращаться домой, не оставлю тебя, вдруг что случится!». Вот, когда до него дойдёт, что, если случится такое, с чем я не справлюсь, то с него никакой пользы не будет? Пришлось наглядно продемонстрировать, а то возомнил себя не весь кем. А причина была вполне банальной, я всё же подарил детей девочкам, а значит это моя кровь, следовательно, Ваша перебросит к первенцу. А мне что делать? Ждать пока моя кровь станет жиже? Нет, спасибо, пиздуй домой и там жди, а он упёрся. Пришлось воспитывать. — Ладно, забирайся в тень, будешь регенерировать.       Ваш ещё что-то пробулькал, но в тень ушёл, ему многое надо восстановить, будет наукой, главное, чтобы не обиделся конкретно так. Я же достал пульт и вернулся в Хогвартс.       За прошедшие полгода Хогвартс чувствовался уже родным, даже не так, дом у меня в Эктоне, Хогвартс чувствовался крепостью, моей твердыней одиночества… Ох, ох, не надо, не надо, не надо, фух, пронесло, думал уже Кал’Эл что-то предложит. Так вот, Хогвартс ощущался убежищем, местом, где я могу спрятаться от суеты мира и чувствовать себя в полной безопасности. Казалось, что Хогвартс был на границе мира и жил своей отдельной жизнью. Наверное, так его и проектировали Основатели. Чтобы любой волшебник здесь чувствовал себя в безопасности, но я был магом. Тем ещё жуком в муравейнике, но так даже лучше, так как мог способности Хогвартса использовать на максимум.       Так, узнаем местное время, решим один вопрос и можно отправляться баиньки. На всё про всё у меня ушло минут десять времени местного, а значит до общей побудки ещё далеко. Детки раньше полудня не встанут, а значит и мне вставать не имеет смысла. А теперь надо задать пару вопросов.       Зеркало стояло всё там же и не изменилось с последнего мной визита. Отражение лежало на троне, перекинув через подлокотники ноги, и развалившись, играло в портативную приставку. Я подошёл, как можно ближе нащупывая границы ритуала, в последний момент схватил Ровену за шкирку и оттащил за себя. — Не подходи, он тебя видит, значит может взаимодействовать, я не хочу тебя вытаскивать из Зазеркалья. — Он меня видит?! — прокричала Ровена, уперев руки в боки и насупившись. — Да, невзначай скользнул по тебе взглядом, когда мы в первый раз приходили, и судя по всему, у него ограниченный радиус взаимодействия.       Отражение показало мне большой палец и помахал Ровене ручкой. — Так чего ты молчал? — Дамблдора он побаивается почему-то, а я не разобрался в нём, так что пока он опасен для тебя. — Ну, спасибо тебе, «папочка», что ты обо мне так волнуешься! — начала истерить Ровена, скрестив руки на груди. — Я разберусь, может сделаю такое же и поставлю в нашей Башне. — Это моя башня! Башня Рейвенкло! — желая поскандалить, накручивала себя Ровена. — Как скажешь, — флегматично ответил я и достал из кармана портативную приставку, что дал мне отражение. — Вот, объясни мне, как мне это поможет?       Отражение приняло ровное положение и пожало плечами типа: а что не так? Ровена продолжила о чём-то разорятся, но так даже лучше, а то в последнее время она только и делала, что лежала среди трав и цветов, да на небо поглядывала. — Ты хотел этой игрой намекнуть, что у меня Дамблдор попаданец и они вместе со Снейпом организовывают тут бордель?       Отражение скривило мое лицо изображая вопрос и непонимание. — Так вот, я тебя огорчу, Дамблдор у меня настоящий, кто рулит он не знает. Да и Гермионы у меня нет. — объяснил я, бросая приставку в сторону зеркала.       Приставка пролетела половину расстояния до зеркала, потом исчезла из нашего мира и появилось в отражении. Отражение поймало приставку и стало рассматривать. Ага, подаренная им шкатулка оказалась портативной консолью весьма продвинутого типа, с возможностью заряжаться через потоки Эфира. Я её пару раз разбирал, но докопаться до того, как сделать её копию не смог. Слишком разные технологии были, что с нашим миром, что с миром доктора Мо.       Игра на ней была примитивной, не знаю, как у других таких игр, не играл банально в такие симуляторы, но это был типичный менеджер времени. Да и сама игра была порнографической. Ты директор Хогвартса и воспитываешь четырёх студенток с каждого дома, преследуя цель — превратить их в твоих личных или общественных шлюх. У которых в голове только одна извилина и та в форме пизды. Во всём этом нелегком деле тебе помогал профессор Северус Снейп. Внешностью не очень походил, а вот по характеру скорее всего походил на злобного двойника, у которого все моральные стопоры слетели.       Игру я прошёл пару десятков раз, излазил вдоль и поперёк, насмотрелся на множество сексуальных девиаций, но так ничего и не нашёл. Я рассчитывал, что будет какой-то бонусный уровень, как бывает в играх, и там Мерлин изложит свой охуительный план. Или откроется тайный отсек и оттуда что-то выпадет. Нет ничего, просто порнуха.       Не скрою, там был главный герой, который походил на одного знакомого Джинна, но разве что походил, так как маскировался под Дамблдора. А вот его предыстория отсылала к Аграбе, Великой Пустыне и что это ему пожелали эту Пустыню создать. Видать очередная херня с евреями и большим забором. — Братан, братишка, тысячу извинения, ох ё! — заголосило отражение разобравшись с игрой. — Это мой косяк, звиняй, понимаешь…       Отражение отошло в сторону и вытащило большую картонную коробку доверху набитой различными приставками и консолями. — Мне тут скучно и Мерлин оставил мне тут поиграться целую коробку. А я… я перепутал, мой косяк, полностью осознаю и понимаю, вот, я должен был тебе дать это.       Отражение достало из коробки консоль и толкнуло её ногой в мою сторону. Коробочка исчезла из отражения и появилась в нашем мире. Я подманил её заклинанием. Таки, он прав, они очень похожи, такая же гравировка «Акабур и Дахр представляют» только вот вместо «Тренер Ведьм» значилось «Тренер Принцесс». Я отошёл в сторону и запустил поиграть. — Опять какая-то пошлятина, ох уж эти мальчики. — заявила Ровена, закатив глаза. — Нет, чтобы девочке предложение сделать. — Всему свое время, Ровена, всему свое время, и в наше время нравы попроще будут, не обязательно венчаться, чтобы такое вытворять.       Ровена только фыркнула и стала мерить помещение шагами. И действительно, отражение должно было передать именно эту консоль. Ведь здесь были очень знакомые персонажи, а главное содержание канона. Выходило, что я попал во времена до канона, до момента, когда Джафар прогнёт Аграбу своими тупыми желаниями. И наверняка, Алладин играл немалую роль в возвращении всего в зад, но видать что-то пошло не так, и Джинн оказался в Хогвартсе. Эх, не хотел бы я оказаться в таком каноне. И спасибо Карме, что не оказался.

Карма +4

      С этим разобрались, можно и баиньки. Но у отражения видать была совесть, так как он умоляюще на меня смотрел. — Братан, слушай, ты же разумный человек, я признаю, мой косяк. Может мы договоримся и разойдёмся, а? Братан?!       А тут надо подумать, если эту ситуацию создал Мерлин, а у него есть неплохой пророческий дар, то он мог предвидеть «косяк». А значит это какая-то многоходовочка, то ли меня проверить, то ли всучить мне что-то этакое. Что думаешь, Карма, брать?

Карма +4

      Однозначно надо брать. — И что у тебя там есть? — О, да тут много чего. — сообщило отражение и побежало куда-то в бок. Потом вернулась с целой связкой мечей. — Вот здесь есть Меч из Камня, Калибурн, Дюрандаль, Гладиус Цезаря, Тхуантьхен, Меч Победы, Кусанаги-но Цури… — Эй, эй, я не по мечам, на кой мне это всё? — А, понял, что предложить? — Какие копья у тебя есть? — Айн момент!       Отражения сгребло в охапку легендарные мечи и убежало снова в сторону, чтобы появится с охапкой различных копий. — Есть Рассветное Копьё, Копьё Святого Георгия, Копьё Кухулина, даже копьё Лонгиния есть. — У тебя что, там вся коллекция и оружейная Мерлина? — Что-то в этом роде, да. — замялось отражение. — Колись давай. — Кхм, — откашлялось отражение и приняло ровную стойку. — Я джинн в зеркале. — Оу, желания исполняешь? — Что вы, молодой человек, то джинны из сказок. Настоящие джинны, согласно классификации Бэйхера, находятся между иномирянами и демонами. Мы есть конструкт из эссенции волшебства, лишенный личности, обладающие исключительно её подобием. Джинны выполняют простейшую работу в виде охраны, содержания, сохранения и передаче вещей и знаний. Пока эссенция не иссякнет, мы верно служим. Мы отличаемся от демонов своей верностью и более устойчивы к воздействию. — Неплохо, не думал поработать в Хогвартсе педагогом? — Эм, эээ, братан, я бы попросил никому не рассказывать, что умею говорить. — Братан, я сам собирался предложить, отобрать у джинна способ развлечения и напрячь его — Карма мне такое не простит.

Карма +1

— Но ты подумай, получишь довольствие, будешь жить здесь, а не опыты на тебе ставить будут, рассказывать всяко детям. Организуешь кружок по играм, настольным, компьютерным, дети это любят, будет с кем поговорить… — Эмм, ну, братан, даже не знаю. — краснея и смущая отражение завело руку за голову и отвело взгляд.       У меня чуть глаз не задергался от такого своего вида. А вот Ровена прикрыв рот кулачком чуть в голос не ржала. — Подумай, подумай, и наверняка Мерлин всё это оставил, чтобы ты вручил героям, а так проще будет найти, чем ждать пока к тебе кого-то приведут. — Так-то да, было бы неплохо, я подумаю. — Надумаешь, поговори с Дамблдором, он свойский мужик, всегда поможет, а нет, так мне звякни, я тебя вытащу. — Договорились, братан! — расцвело мое отражение. — Слушай, а у тебя там покемонов нет? — спросил я, кивнув на коробку.       Отражение сразу оживилось и унесло набор копий, чтобы начать шурудить в коробке. Отказался я от всего «богатства» по вполне объективной причине, может быть, Мерлин и оружейный маньяк и коллекционер. Но вот отличить качественную подделку от настоящей вещи не может. Копьё Лонгиния, пфф, оно уже давно у меня лежит в Вавилонской Башне, причём настоящее с кусочком силы Небес внутри. Пятизнак, когда ложных пророков убивал по мелочам не разменивался. Но Магия тоже не хер с горы, и показала, что она шатала его копьё, воскресив Иисуса. Вот так вот разборки между богами потом превращаются в наши мифы и легенды.       Ну и я не исключаю испытание на алчность, что я попрошу Еиналежа в обмен на молчание о его косяке. Если возьму какое-то оружие, то от него и погибну, а так лучше взять что-то незначительное. — У меня тут есть солнце и луна, рубин и сапфир, пистолеты и розы*, чёрное и белое, пару тематических аддонов. — Я ничего из этого не играл, только в первое поколение, так что на твой выбор. — О, тогда давай возьмём Re: Pokemon Over — это как первое поколение, снова сто пятьдесят один покемон, но со всеми штучками из предыдущего. Да и графика отличная.       Я в покемоны не из-за графики играл, а потому что портативная консоль. И играл я в китайскую версию американского порта, а потому забил на продолжения, так как Автономия решила равняться на капиталистический мир и стала бороться за авторские права. Новые версии только в Княжестве Владивосток можно было достать, да и игра японской оказалась, так что ну нахер. Но было весело, хочу вам доложить, на работе время только так улетало, да и в армии было весело. Только не могу вспомнить, когда время находил играть, но саму игру помню и этот детский восторг. Надо будет зайти Ностальгию обнять. — Ты это, заходи, братан. Когда Абру до Кадабры прокачаешь, поменяемся на Алаказама.       Ух, аж воспоминания нахлынули, этот Алаказам был матёрым покемоном, он эволюционировал только, если с консоли на консоль поменяться, а в китайской версии, понятное дело, нельзя такого было, они банально шнур для обмена не приделали. Ладно, поглядим, что там Мерлин придумал и увидел, но видать не всё разглядел, так как есть вероятность, что всё пошло не так. — Пока, братан, а про препода подумай. — Подумаю, до новых встреч, братан.       Я прикрыл за собой дверь и пошёл спать. Оставшись наедине в пустом ритуальном зале, джинн в зеркале улыбнулся настоящей улыбкой Гарри. — Всё, как ты и сказал, Мерлин, всё идёт согласно твоему плану.

5 января 1992 года Саудовская Аравия Резиденция принца Алима ибн Салмана ибн Абдель Азиза Аль Сауда

      В резиденции принца всё шло своим чередом, сам принц и его приближенные отдыхали в широких и светлых покоях. Всюду чувствовался уют и арабский антураж. Были разбросаны мягкие подушки, курилось несколько кальянов, стояли вазы с зимними фруктами, стояли кувшины с вином и подносы с восточными сладостями.       Принц находился в своем обычном расположении духа, и откровенно скучал. Быть принцем Эмиратов, сыном одного из самых великих эмиров и короля всех Эмират накладывало определенные неудобства. Рано или поздно ты начнёшь скучать от того, что у тебя есть всё и много больше. Всё, куда не кинешь взор, принадлежит тебе и не было ничего, чего ты не мог пожелать. Поэтому рано или поздно ты скатываешься, желая чем-то себя развеять, будь то наука или употребление различных веществ. Аллах не одобрял дурманящие вещества, но принцу можно было и это.       В дверь постучали и после разрешения вошёл один из секретарей, поклонившись и высказав все регалии, он объяснил причину своего явления. — К вам прибыл посол Британии с важным гостем, ваше высочество. — Что этим лимонникам понадобилось? — огрызнулся Хади, друг и главный заводила в развлечениях принца. — Скажите ему, что мы заняты, мы кушаем. — Оставь, Хади, пусть входит, поглядим, может будет чем развлечься.       Принц, как и его окружение, остались лежать на подушках и заниматься вкушением вина и булочек с марихуаной — неплохой подарок посла Индии.       В двери вошёл генеральный консул Великой Британии в Арабских Эмиратах, всё такой же низенький, лысый, толстощекий. В своем костюме тройке, чей воротник настолько плотно облегал его толстую шею, что глядишь удушит. А вот важный гость вызвал любопытство у принца. Мальчик, на первый взгляд, не старше пятнадцати лет, загорелый, словно его всю жизнь запекало Солнце Пустыни, подтянутый, стильный. Одет он был тоже странно, во всё белое, и главное с вызовом, так как нарядился в весьма странные одежды. Словно издевался над присутствующими, мальчик был одет принцем пустыни, как их рисовали клише и стереотипы, так уже давно никто не одевался, даже бедуины.       Консул покосился на мальчика, словно тот был главным в их связке, а вот держаться мальчик умел, через порог не переступил, обувь не снял, не сказав перед этим приветствия, а главное, выглядел уверенным в себе. — Мир вам и вашему дому, принц Аль Сауди, будет милостив Аллах к вам и будете вы благословлены. Я Гарри Джеймс Дженнингс-Эванс, ученик школы чародейства и волшебства Хогвартс, народный герой Волшебной Британии.       Принц погладил бороду и улыбнулся, про героя Британии он не слышал, а значит намечалось что-то интересное. — Мир и тебе, Гарри сын Джеймса, наследник Дженнингсов и Эвансов. Пусть будет Аллах милостив к тебе и благословение Его будет, мой дом твой дом, входи, вкушай вместе с нами, и пусть всегда твоя поступь будет твёрдой.       Мальчик улыбнулся и снял свою обувь, оставив у входа и вступил на небольшой деревянный помост. Подойдя к принцу, он крепко пожал ему руку. Обернувшись на консула, он бросил словно кость собаке. — Спасибо, вы можете быть свободны, более вы не надобны.       Сердясь и раскрасневшись, генеральный консул вышел из помещения. Мальчик занял место рядом с принцем и начал знакомиться со всеми собравшимся, не забыв принять пиалу ритуального кофе.       К удивлению принца, Гарри был подкован в этикете арабского мира, конечно, несколько архаично и не без недостатков. Но было заметно, что он старался следовать обычаями мира, в который прибыл. Мальчик умел к себе расположить и вести беседу, наверняка, сказывалась аристократическая порода и воспитание у Альбуса Дамблдора. Принц был волшебником и отлично знал расстановку сил в Волшебном Мире, так что, чей это был человек было очевидно.       Парень оказалось умел вести светские беседы, начав очень издалека, он прошёлся по погоде, рассказал про климат, цены на нефть, кофе, обсудили породы лошадей и верблюдов, он тоже в этом разбирался. Перешли на гоночные автомобили, автомобили люкс, обсудили реактивные самолёты и просто самолёты. Незаметно парень уговорил старика Осаму прикупить себе роллсройс, а всех остальных угостить своим новым сортом кофе, который он хочет выращивать и продавать. Сорт действительно был премиум и настоящей сказкой, такое и принцу купить будет не дурно.       За всем этим, принц наблюдал, как парень входит в доверие его людей и незаметно для себя сел сыграть с ним в шахматы. Со стороны казалось, что это не гость, а давний друг приехал повидать принца. Но принц был настороже, уж больно умело парень играл в шахматы, понимая не только логику ходов, но и глубокую философию, что крылась за шахматами.       Сыграв партию, парень перешёл к настоящей причине своего приезда и достал из-под подушек сверток. Каждый человек в комнате мог поклясться перед лицом Аллаха, что до этого там ничего не было. — Принц Аль Сауди, разрешите вам передать в дар реликвию ваших дедов и вернуть достойным меч законному владельцу.       Парень развернул сверток позволяя всем взглянуть на великолепные ножны сабли и искусную работу мастеров. Принц ощутил странную связь с клинком, словно голоса предков обратились к нему. Не в силах стерпеть принц взял саблю и обнажил её, сталь блестела даже в свете ламп, отливая силой. Совершив несколько взмахов, принц проникся родством к сабле и почувствовал силу, что пришла вместе с оружием. Ещё никогда прежде, он не чувствовал так хорошо клинок, ещё никогда прежде он не владел оружием, как сейчас. — Это ведь? — Всё правильно, принц Аль Сауди, это один из семи мечей Али ибн Абу Талиба, один из семи легендарных клинков. Ибо сказано, что где падал один верблюд праведного халифа, там подымалось семь. — Невероятно. — прошептал принц. — Хоть я и заполучил клинок, но владеть им не могу, поэтому прошу принять этот дар. — парень церемониально склонил голову и коснулся земли лбом. — Я… я сейчас. — растерялся принц и куда-то убежал.       Парень тем временем завладел вниманием окружением принца и стал обговаривать финансирование его маленькой плантации кофе. Понятно было, что парень не может сам обеспечить такое вложение в отличии от принца. А вот пару кустов в теплице Хогвартса как-то вырастил, наверняка под чутким надзором наставника.       Принц вернулся весь красный, пробежка к сокровищнице и обратно сказалась на его самочувствии. Принц занимался легкой атлетикой, но кто будет гонять принца, кроме его самого? — Это великий подарок, наследник Дженнингсов и Эвансов, я с гордостью приму его, да благословит вас Аллах в любом вашем начинании. — Это честь для меня принц. — вновь поклонился парень. — Так что на счёт кофе? — Кофе? А, да, выделите ему деньги и подпишите бумаги, сорт заслуживает того. — Тысяча благодарностей, принц Аль Сауди. Пусть Аллах благословит наше совместное предприятие.       Дальше парень сыграл партию с казначеем принца дядей Надимом. Но теперь принц ловил каждое слово парня и внимательно вдумывался во всё сказанное ранее, этот визит был не прост, ой как не прост.       Светский визит подходил к концу, наступало время намаза, и парень начал прощаться, так же, как и саблю, парень достал ещё один подарок. Чалму самого Саладина, не верить в подлинность реликвии никто не осмелился, но в Медине обязательно проверят.       Пожав всем руки, парень улыбнулся загадочно и ушёл, когда за ним прикрылась дверь, принц остался недоумевать происходящем и долго сидел, и думал, покусывая губу. — Что скажешь, Осаму? — отмер принц, отвлекая старика от кальяна. — Я скажу, что нам надо собрать на него всё, что мы сможем отыскать, даже больше, всё было очень не просто. Он из Дженнингсов, а значит связан с «Дженнингс Электрикс», а эта компания сейчас на подъёме, даже пару контрактов в Союзе получила. — А ты, дядя Надим, что увидел? — Я увидел, — дядя пожевал дёснами, подбирая слова. — Этот мальчик очень опасен. — Почему ты так решили? — медленно обернулся на дядю принц. — Он умеет играть в шахматы. — Опять не многословен, как всегда. — отпустил комментарий Хадим. — Объясни нам молодым, дядя, что увидел ты, а не заметили мы. — Тебе он проиграл в шахматы специально, выдав проигрыш за свое неумение, меня он держал в напряжении, а свою победу выдал за чистую случайность. — Ты думаешь он лукавил? — Я знаю это, он умеет считать на ходы вперёд и быстро подстраиваться под ситуацию. Он не находится в западне опыта и тем самым очень опасен. — Думаешь кофе того не стоит? — спроси Муджир. — Нет, кофе — это настоящее дело, но он использовал его, чтобы отвлечь внимание. Это грамотное вложение. — Что посоветуешь, дядя? — Ты же проверил клинок? — Вместе с ним будет семь, клинок подлинный. — Но в Мекку ты всё равно отправишь? — Да, отправлю, как и корону Саладина. Мы столько лет искали реликвию. — И надо будет сделать подарок ответный. — Есть идеи, дядя? — Да, он прямо сказал, то что не принадлежит нам и мы не имеем права владеть. — Да будет так. — Ты ещё что-то задумал, по лицу вижу? — спросил Хадим. — Да, старик Осаму, я поручу это тебе, отбери двадцать лучших юношей и десять девушек в Мекке, кто изучает волшбу и чудеса Аллаха. — Будет исполнено, ваше высочество. — ответил старик Осаму, поклонившись. — И отправь их на обучение в Хогвартс. — Хогвартс, шутишь? — возмутился Ганим. — Это же логово разврата и устаревших знаний. — Нет, Ганим, Альбус Дамблдор послал к нам лучшего ученика, это намёк, где мы сможем отыскать большее. Это протянутая рука, если мы не хотим кончить, как Иран, то мы должны принять руку. И тридцать наших лучших станут ответной рукой. — Будет исполнено, ваше высочество.

24 декабря 1991 года Хогвартс Чёрное Озеро

      Мужчина в алом сидел на берегу озера и проклинал самыми чёрными словами громаду, что возвышалась напротив него. Ха, как было просто сказать, проникнуть в Хогвартс. Но всё оказалось сложнее, куда сложнее. Обычные входы сторожились привидениями, обычные потайные входы светились от чар. А в ходе, которым только он мог воспользоваться, которым не пользовались вот уже три сотни лет, а там оказались пауки. И стоило их убрать, как из тени вынырнул это мордредов кот, который преследовал ещё с Эктона. Стоило почувствовать сладкую месть на кончике языка и пустить первую связку боевых чар, как кот ушёл от них, а потом обрушил на него серию чар и проклятий. Словно это не кот был какой-то, а волшебный зверь, настоящий демон. Секо достало его по ноге, и он ушёл порталом.       Мужчина в алом грыз ногти, у него уже закончились идеи, как ещё можно попасть в Хогвартс. Все старые проходы были в пауках, все новые охранялись словно это банк, да что там, в Гринготтс было проще проникнуть, чем сюда. Хогвартс превращался в настоящую твердыню, при нём такого не было. И его не покидало чувство, что это была ловушка для него. А ведь ещё надо достать эликсир жизни оттуда, но как?! — Дорогуша, приятная ночка, — послышался голос мужчины в цилиндре у него за спиной. — Мы готовы вернуть Томи? — Нет, ничего не готово. — огрызнулся мужчина в алом. — Как так, дорогуша, ты не смог проникнуть в свою альма матэр? — Да не смог, там новые замки поставили. — Я начинаю сомневаться, правильно ли это было, назначать тебя мастером над шпионами. — Не можешь предложить что-то, заткнись! — Хммм, ну давай подумаем, — сказал мужчина в цилиндре, обратив свой взор с вращающимися галактиками на Хогвартс. — Может диверсия? — Убивать детей? Ты в своем уме? — Конечно же нет, я уже рассказывал тебе, что такое безумие? — Ой, да и иди ты… — Хо-хо-хо, с Рождеством, джентльмены! — послышался новый голос на полянке позади мужчин.       Обернувшись с палочками наготове, оба встретились взглядом с новым собеседником и выпали в осадок. Мужчина в цилиндре держал палочку двумя пальцами, балансируя ею, одарив противника улыбкой, предвкушая развлечение. Мужчина в алом держал её уверено, как подобает бойцу с многолетним опытом, и выискивал взглядом уязвимые места. — Я узнал, что у вас есть негодник, которого пора проучить. — промолвил Санта Клаус, показывая сложенный хлыст, который он держал в крепкой руке. — Я могу забрать его к себе и воспитать его в хорошего домового эльфа, послушного, воспитанного, трудолюбивого.       Мужчина в цилиндре поглядел на мужчину в алом. — А что? Может получиться. — Я так понимаю это достаточно безумно для тебя? — О да, дорогуша, безумней некуда. — Хо-хо-хо-хо, держись, Гарри!       Мужчина в алом сверился с часами, всё шло согласно с планом, стрелки показали — пора. Достав свиток, мужчина в алом начал свой ритуал зачитывая на староанглийском. Это был эдикт Хогвартса — приказ, который незамедлительно должен выполнить дух замка. Всего у мужчины было три таких и один он использует сегодня.       Ритуал окончился, свиток истлел, а стены замка раздвинулись, приоткрывая вход, сметая пауков на своем пути, мужчина в алом рванул к своей цели. Словно ветер он бежал тенями по коридору на восьмой этаж, но там его уже ждало поражение. Он прочитал табличку у двери: «Выручай Комната — Тайный Зал Хельги Халпафф. Найден и передан Хогвартсу Гарри Джеймс Поттером.» Рыча от злости, мужчина разнёс дверь чарами.       Перед его взором встал музей, красивый, ухоженный, все реликвии были расставлены по стеллажам и было заметно, что за ним ухаживают. Мужчина в алом начал метаться на месте, но быстро нашёл искомое. В центре зала, за стеклом, на небольшой подушечке лежала искомая диадема. Разрушая одни чары за другими, мужчина направлялся к цели, кольцо на правой руке гудело от мощи, готовое в любой момент выхватить его порталом прочь.       И вот он достиг цели, все чары и проклятья разрушены, только толстое стекло его отделяет от диадемы. В обычное время сюда бы вбежали уже учителя и Дамблдор, но сейчас они заняты сидом, который забирает их непослушных детей. Мужчина в алом прицелился, чтобы одним взмахом разбить стекло. Но стоило ему сделать шаг, как диадема превратилась в дым, чтобы в следующий момент превратится в слова: «Теперь я знаю лицо своего врага». После чего по всему залу заработали вспышки, запечатлевая со всех ракурсов лицо врага, в коридоре раздалось пронзительное: «Мало!». Но мужчина уже ничего не видел и не слышал, его уносил прочь портал.       Из-за одной из колон выплыло приведение леди Грей и осмотрело место преступления, дым вновь принимал образ диадемы. — Гарри будет очень интересно узнать у кого сейчас его мантия-невидимка. — проговорила Леди Грей, проплывая в пол.