Гарри Дженнингс и Мир Волшебства

Глава 31 Об аде и девочках.

      Существует ли Ад на Земле? Определенно да, это такой искусственный барьер, вход в который расположен в Лондоне, на заднем дворе Вестминстерского аббатства, а выходы из него разбросаны по всему капиталистическому миру. Почему только там? Потому что капитализм — проекция ада на Земле. А вы что думали в Аду настоящий фашизм с вождизмом и тоталитарной сектой у власти.       Барьеры на Земле существуют с тех самых пор, как существует человек, а может, даже за много лет до человека существовали. Ведь барьеры — проявление наших страстей, желаний, грёз, страхов, барьеры питаются нашими образами. И верно будет сказано, что барьер — то самое чудовище, что рождается из сна нашего разума. Ведь любая рациональность — смертельный яд для барьера; попытка понять, постигнуть, рационализировать барьер отрезает от него частичку Воли и передаёт её человеку. Верно и обратное, всё наше подсознательное, надсознательное и коллективно-бессознательное находит отражение в барьере.       Всё начинается с малого, померещилось что-то пещерному человеку, увидел он какую-то промелькнувшую тень в кустах и тут же начал выдумывать всякое и рассказывать об этом. Когда его выдумкам стали верить соплеменники, они начали подпитывать Волей этот образ, когда образ собрал достаточно Воли он становится барьером. Внутри которого начинает жить этот образ по своим метазаконам.       Первый барьер слабый, маленький и беззащитный, если такой барьер найдут обитатели барьеров постарше, то сразу же поглотят. Если барьеру повезёт и люди будут подпитывать его в течении долгих лет, приумножая о нём истории и щедро делясь Волей, то барьер будет развиваться и рано или поздно жители барьеров смогут проникнуть в наш мир. Такие существа будут полностью материальными, обладать плотью и кровью, а также будут уязвимы по всем законам физики. Такие жители могут находить чужие барьеры и поглощать их сердце — образ, сосредоточении идеи и весь запас Воли барьера.       И если вы думаете, что на этом всё, то нет, как мы влияем на барьер, так и барьер влияет на нас, так как всё у чего есть Воля способно влиять на окружающий мир. Вот живёт какая-то злобная, мохнатая чубака-ебака в барьере и пока его боятся оно становится только злобнее и страшнее. Как в сказке про великана, чем больше ты боишься, тем сильнее твой страх, но стоит перестать бояться, как страшная, злобная, мохнатая чубака-ебакак станет добрым гостем и за детьми будет присматривать. Отсюда и простейший шаманизм вытекает, что злого гостя надо умилостивить и тогда он станет добрым. А уже отсюда вытекают законы гостеприимства — концепт, запрещающий вредить тому с кем переломил хлеб. А жители барьеров очень сильно подвержены концептам. Поэтому законы гостеприимства — это ключ к выживанию, а не просто вежливый тон, которым можно пренебречь.       Вроде всё просто, надо перестать представлять всякие ужасы и воплощать свои страхи. Померещилась какая-то херня в тёмном парке, начинаешь представлять, что то весёлый пират Летающего Макаронного Монстра и он дарит детям конфеты. Глядишь мир станет более ярким и приятным местом. Вроде должно сработать, но нет! Сама природа жителей барьеров такова, что они паразиты на теле реальности. И пока они не станут частью реальности, окончательно растворив свой барьер в мировой Воле. Они всё равно будут пытаться похищать существ, наделенных Волей, чтобы сердце барьера слилось с таким существом тем или иным образом, обычно, достаточно съесть человека для этого.       Вот и получается, что барьеры — неотъемлемая часть жизнь людей, которые очень важны для жителей барьеров. Так что это взаимовыгодный симбиоз, который проходит множество стадий, на каждой из которых будут различные отношения. Например, сейчас в моем родном Эктоне пауки из барьера запросто смешиваются с обычными пауками и вытесняют их, банально поедая. Жители Эктона очень любят пауков и те отвечают взаимностью, я видел, как парочка пауков размером с кошку помогала старику убирать урожай. И жители только умилялись такому, воспринимая это на уровне нормы.       Но наш посёлок сложно назвать обычным, ведь я уничтожил все другие барьеры, распространил влияние сердца барьера на ближайшие города, усилил барьер до серьёзного уровня своей Волей и подчинил сердце барьера себе. Так что в каком роде я стал архитектором реальности в пределах отдельно взятого городка, установил свои нормы, что есть хорошо, а что кушать плохо. Даже целый институт арахнологов приехал к нам, но им зачастую просто моют голову авроры.       Не стоит думать, что люди ничего не делали и ничего не знали о барьерах, люди давно их заприметили. Каким-то стали поклоняться, что породило множество языческих божков на чей образ слетелись духи из иных миров. Какие-то барьеры послужили тому, что появились первые шаманы, а за ними первые волшебники. И когда Волшебный Мир отделился Статутом, то барьеры посчитали работой Магии и их скрыли от обычных глаз.       Волшебники же разработали специальные обряды, которые назвали мандатами. Мандат специальная структура из Эфира, которая позволяет человеку войти в барьер на своих условиях, что порождает многоуровневость барьеров и барьеры внутри барьера. А вы что хотели, тут вам целый мир новый, а человек просто фонтанирует Волей, что служит строительным материалом новым барьерам. Только вот тут был один нюанс, найти сами барьеры очень тяжело, этим занимаются люди наделенные специальным даром лозоходца. Эти самые лозоходцы могут находить Источники Эфира и барьеры. А тогда уже и мандат приделать. Но и здесь не без изъяна, мандат ставят только на барьеры, которые на своей стадии эволюции находятся ближе к материальному миру, а не миру метафизических величин и концептом.       Волшебники называют барьеры Холмами, а жителей барьеров — сидами. Сидов делят на два больших двора: благой и неблагой. Сиды из неблагих домов считаются вредителями и проказниками, которых надо, или приструнить, или уничтожить. Благие дома ничем не лучше, но с ними можно, а местами и нужно, вести честные сделки. Благие дворы отражают благородство, а неблагие всё скверное, что есть в человеке. Но по сути все сиды вредители и жуткие эгоисты, с которым нужно считаться и быть готовыми к их вторжению.       Я же могу входить в барьер на любом уровне, легко их обнаруживать, а главное поглощать сердце барьера. Что заставляет задуматься о своей природе или природе Модуля Воли. Который наверняка существует в какой-то концептуальной плоскости или ещё как-то технологией обрабатывает и взаимодействует с Волей. Но с этим я уже разобрался, энергия Пси очень легко и непринужденно с Волей работает и ваяет различные фокусы, которые многие бы назвали чудом. А дальше проще, надо себе нафантазировать и усилить фантазию Пси, чтоб толкнув камень вызвать лавину. Но я ещё далек от понимания модуля Воли.       Вернёмся к Аду, который не простой барьер, а искусственный. Я не знаком с технологией, но что-то мне подсказывает, что работает там всё просто. Берётся какой-то образ или идея, а потом запускается технология, которая начинает собирать с миру по нитке, то есть, по Воле. Тем самым собирается сборная солянка образа загробного мира, где мучают грешников. И это объясняет почему здесь есть элементы различных загробных миров, а не только котлы с грешниками, которых вилами тыкают черти. Ведь индуистов и буддистов куда больше авраамических религий, тем более у последователей пятикнижья нет понятия ада. И чем более распространена идея, чем более она меметична, тем больше соберётся Воли, и тем сильнее барьер.       Если бы в искусственный барьер был помещен образ Снусмумрика, то… а сколько вообще людей читали «Муми-Тролля»? А вот о своем загробном наказании задумывался почти каждый хотя бы раз. Вот и имеем огромный, многоуровневый барьер с различной живностью, Колесо Сансары, перерождение и реинкарнация, все дела. И понятное дело, что сердце барьера находится на самом глубоком уровне.       За счёт своей природной подлости и изобретательности я смог подчинить обитателей первого уровня Ада и начать с ними строить Рейх, который завоюет мне Ад, а потом, если некоторые мудаки будут возмущаться, то и Землю поставим раком. Ведь проблемы мы уже создали, постоянные набеги из Ада на Землю порядком всем надоели. Правительству, которому надо защищаться непонятно от чего, волшебному правительству, которому надо чистить всем мозги и не допустить утечки информации. Крупным корпорациям больно от того, что их грабят и унижают, а что поделать, капитализм-с, сэр. Чтобы кто-то стал богатым, надо чтобы кто-то стал бедным.       Но не надо думать, что мои действия не идут на благо Человечества, нет-нет, мои набеги стимулируют правительства обоих миров — нормального и волшебного — наконец-то объединиться и сражаться с общим врагом. И конечно, когда это произойдёт, я с радостью возглавлю атаку на врагов людей, а потом объявлю себя Владыкой Ада, создам свое государство, которое у меня уже есть. Возможно даже крысы войдут в ООН, а следом можно будет и Шелоб подтянуть, как представителя паучьего царства, а где Шелоб, там и Цокотуха, а там глядишь ещё пару марионеток сделаю из барьеров.       Но это ещё не скоро, лет так через двадцать, а пока надо завоевать Ад. У нас здесь есть первый уровень — безжизненные равнины населенные степными существами. Благодаря мне здесь всё поменялось, появились искусственные озёра, города, подземные города, даже подумывают метро проложить. Реактор, который мы создали с доктором Мо будет им в помощь. Выходная мощность у него куда выше, чем те примитивные коробки, которые сейчас Билл продаёт. Четыре реактора способны полностью обеспечить Москву электричеством, кроме промышленных зон в пригороде, я не знаю какое там потребление. А вот коробка Билла обеспечивает только: холодильник, электропечь, стиральную машину или посудомоечную, пару ламп настольных и радио. Если отказаться от радио и ламп, можно телевизор подключить. Вот и всё по сути на что способен один ящик.       Но реактор я ставить буду на втором уровне Ада, где расположены скальные породы удивительных минералов. А сейчас стоит огромный промышленный комплекс по добыче, обогащению и обработке руды, как и производству финальной продукции. Природа здесь отвратная, но по мере распила породы, наши инженеры делают плато, куда высаживают разнотравье, привозя почву с предыдущего уровня. Да и фауна здесь хищная, в основном какие-то ящерицы, которых мы давно приручили и поставили служить Рейху. А тех, кого не получилось сдали в утиль. Из-за структуры уровня выход на следующий уровень мы искали долго.       Третий уровень оказался гиблым болотом, но работать с болотом крысам проще, чем с каменной породой. Тем более есть куда и зачем девать воду, торф, местную флору. Была тут инсектоидная фауна, но её пережрали пауки. Был бы жужжащий царек какой-то, которого можно было поставить на колени и принудить мне служить во славу Рейха и который бы контролировал всех насекомых. Вот тогда бы может выжили, а так, пусть вымирают.       Осушение болот принесло свои плюсы, обнаружилось, что по центру уровня протекала река, которая когда-то соединяла врата на следующий уровень с вратами с предыдущего. Река делила земли на две части — левобережную и правобережную. На каждой стороне была какая-то своя цивилизация с городами, сооружениями и прочим, но потом что-то пошло не так и они сгинули. Осушая болота, крысы находят всё больше и больше каменных строений и сооружений.        Так что мы вышли на следующий уровень, которым оказалась тайга, самая натуральная тайга с высоченными секвойями и хвойными деревьями. Каждая не менее трёх сотен футов в высоту, а в обхвате с хороший дом. И слава Вишну, что местная дичь несоразмерна деревьям, и отдельная благодарность Кали за то, что здесь не водятся сраные эвоки. Пока разведка идёт медленно, но за счёт авиации хотя бы имеем карту местности. Так что через пару месяцев будем знать что делать с этим уровнем.       И через длинную экспозицию мы подходим к тому, зачем мы здесь сегодня собрались. Время в Аду течёт быстрее, чем на Земле, сам же я могу создавать барьер при помощи Модуля Воли, а заодно внутри своего барьера создавать барьер при помощи моего трофея «Уникатора». Если я правильно всё рассчитал, то за два дня на Земле мы здесь проведём около полугода. Это позволит привести девочек в форму, а заодно поглядеть, как на обычных людей — себя-то я обычным давно не считаю — влияет Ад и его атмосфера. А атмосфера здесь необычная, здесь все четыре энергии разлиты в достатке, больше всего здесь две энергии: благодать, которую создают верующие в ад по всему миру и мои крысы, которые верят в эгрегор Вождя, созданный по моему образу и подобию. Вторая энергия мне ещё неизвестна, но по моему скромному мнению, именно она помогает видам входить в свободную гибритизацию и делает их такими живыми и склонными к разврату. Здесь уже были поселенцы с Земли, с которых можно снимать данные, но мне надо больше информации для статистики, и моя волейбольная команда отлично подойдёт.

Рахиль Гальперн

      Слухи о Гарри Поттере ходили самые разные и большая их часть относилась к категории «хочешь верь — хочешь нет». На Хафлпаффе у Гарри Поттера была очень устойчивая репутация трудолюбивого мальчика, который целиком себя посвящает цели и всегда доводит дело до конца. Хотя некоторые поговаривают, что на самом деле в Хогвартсе учится сразу десять похожих мальчиков, которые выдают себя за Гарри, потому что успевать всё и сразу, чем занят Гарри, невозможно и точка. Двое шестикурсников пробовали и слегли в больничное крыло с переутомлением в начале декабря, после чего поумерили свой пыл. Поэтому Рахиль было вдвойне интересней узнать каким образом у Гарри получается всё то, что она за ним наблюдает. Но в основном она пошла сюда за подругой.       Реббека Оунхаус была потомственным гербологом, а все волшебники отлично знали, что это означало. Если Реббека не будет физически упражняться, то очень быстро обрастёт лишним жиром. Так что волейбольная команда была нужна Реббеке, чтобы оставаться сильной и подтянутой, а не превратиться по объемам в матушку Спраут. Конечно, многие мальчики любили девочек в теле и отлично понимали про проклятья и дары Магии. Но объясните это гербологам, которые из поколения в поколение воспитывают в себе здоровое тело. Вот и выходило, что хочешь не хочешь, а надо каким-то спортом заниматься. Плавание, легкая атлетика или пауэрлифтинг были идеальными для этого, но они не были командными играми, а для тех, кто живёт под стягом Хафлпаффа важно чувство плеча. Вот и выбрала себе Реббека волейбол, а туда подтянула подругу детства.       Рахиль же была из потомственных целителей и каббалистов, так что выбор у неё был из Хафлпаффа и Рейвенкло, но из-за конформисткого мышления Шляпа направила её под стяг барсука, а не орла. Но Рахиль не разочаровалась, ведь здесь она нашла настоящих друзей, которые разделяют её увлечения, а значит она должна их поддерживать, как и они её.       Тайное место тренировок Поттеров поражало, Рахиль будучи потомственной волшебницей знала, что у многих семей есть личные холмы переоборудованные под склады, библиотеки и лаборатории. Но такой масштаб она видела в первый раз, это был целый мир в единоличном контроле Гарри. В чём она очень быстро убедилась. Возможно все Поттеры, по праву крови, обладали здесь такой властью, но Гарри был последним из них. А возможно, Рахиль этого не отрицала, какая-то другая кровь давала сюда доступ Гарри, а он это принял на счёт древней крови Поттеров. Даже сам Гарри не знает точно, чьих он кровей.       Холм был одновременно прекрасным и величественным, при этом очень странным, пугающим местом. Красное небо со странными облаками, отсутствие луны и ночи, как таковой. Днём здесь светило маленькое красное солнышко, а ночи были белыми и светлыми, за горизонтом всегда что-то светило. Холм был покрыт бескрайними полями и лугами, покрытыми красноватой травой, где паслись стада удивительных животных и работали местные жители. Настоящий сельскохозяйственный уголок, способный прокормить пол Европы. Вдалеке виднелись города с величественными небоскребами. Да и местные сиды были удивительными и интересными созданиями, которые говорили на каком-то германском диалекте. Они относились к Гарри с почтением и готовностью выполнить любой его приказ с точностью и в срок. Казалось, что они жили ради того, чтобы ему служить. Парвати поделилась, что они обращались к Гарри не иначе, как Вождь.       Сами жители были полны энергии, какой-то величественной красоты и чего уже скрывать были притягательны для глаз. А та часть существ, что больше походило на людей заставляли щечки Рахили наполниться краской, а чуть ниже живота разливалась приятная теплота. Словно ты смотришь на какого-то красивого юношу. Что удивительно, подобные чувства вызвала и женская половина населения.       Путь к тренировочной площадке был недолог, через пару холмов перед ними открылось настоящее озеро, у берега которого был построен небольшой посёлок. Гарри быстро провёл экскурсию. Был домик, где будет жить он, рядом стоял домик побольше, где будут жить девочки. В домике было всё достаточно просто и аскетично. По мнению Рахиль здесь не хватало подушечек и кушеток, так привычных по гостиной её дома, да и просто каких-то украшений на стенах и полу. Может пару ковров и гобеленов привнесли бы сюда какой-то уют. Но Рахиль понимала, что строил это гнездо орёл, а значит барсуку стоит придержать свои представления об уюте, ведь она ценит дружбу с Гарри и не должна навязывать свои взгляды. Но всё же пару подушек и коврик она попросит. Были личные сундуки из неизвестного материала, такие же кровати с жесткими матрасами и мягкими одеялами. Там же были общие душевые с солидным запасом моющих средств.       Рядом с общежитием стоял небольшой домик со спортивным инвентарём. Чуть поодаль был склад с провизией и домик с кухней, откуда доносились приятные ароматы. Стояла отдельно коптильня и сыроварня, а так же был погреб с замечательным лимонадом, который всегда подавали холодным.       За всем этим следили создания величественной наружности, сочетавшие в себе признаки людей и грызунов, которых Гарри называл людьми-крысами. Высокие юноши в набедренных повязках и покрытые мехом со спины, на руках и ногах, с очень умными и благородными лицами. Им помогали девочки-крысы в коротких шортиках и маечках, которые не сильно прикрывали их женские чары, а наоборот, подчеркивали. И им было чем очаровывать, но несмотря на это все были подтянуты и сложены атлетично. Рахиль долго смущалась тому, что пялится на идеальный торс местных жителей, который словно был высечен из мрамора на какой-то античной статуи.       Гарри провел экскурсию и предоставил возможность девочкам выбрать себе кровати с сундучками, а потом в спортивной форме собрал на площади поселения. Там уже ждал Гарри, в центре поселения была небольшая площадь выложенная булыжником, в центре которой размещался небольшой пьедестал, на котором стоял чёрный куб. Скорее всего там пряталась ещё одна тайна Гарри, которой он поделился с окружающими. Оказывается Поттеры давно научились хранить время в бутылках, Рахиль с сомнением отнеслась к такому утверждению. Но Рахиль оставалось лишь довериться Гарри и что проведенное здесь время обернётся для внешнего мира парой дней. Рахиль также понимала, что это отнюдь не все секреты его рода. И эта скрытность Гарри не нравилась Рахиль, но она принимала эту черту его характера, как и полагается настоящим друзьям. Понимая, что это просто типичное поведение любого орла, быть скрытным и не доверять никому, даже себе.       После экскурсии и пояснений Гарри провёл всех на песчаный берег озера, где была растянута сетка и расчерчено поле для волейбола. Сразу же возник вопрос, а как они будут тренироваться, если их здесь всего лишь семь участниц, что не позволяло разбиться хотя бы четыре на четыре. Но Гарри быстро нашёл выход, выведя на поле свою команду по волейболу. Ею оказалась команда мелких девочек-мышек, четыре фута ростом, покрытые частично мехом, в спортивной форме, которая выгодно подчеркивала и облегала их упругое тело, большую грудь и широкие бедра. Вид мышек сразу вызвал недовольную гримасу у девочек постарше, так как мышки выглядели более хищно и сексуально на фоне их. Поэтому чисто по-гриффиндорски их окрестили стриптизершами и другими обидными словами. Но капитан мышиной команды гордо сжимала волейбольный мяч в локте, лишь немного больше по размерам её груди. Эти мышки смотрели на девочек с превосходством и нескрываемой иронией.       На заявление Виктории: «И мы должны играть с ними?» — Гарри лишь ухмыльнулся и выставили две мышки против всей сборной. Девочки с Гриффиндора поупрямились, но после того, как Гарри сказал, что возьмёт на свидание всех, кто победит, быстро заняли свои места. Все отлично знали, что Гарри держит свое слово, особенно в таких ситуациях, да и не было ни одной девочки в Хогвартсе, которая бы не хотела пойти с ним на свидание хотя бы разочек. Уж больно обаятельным, отзывчивым, состоятельным, обходительным и ещё много всякими качествами обладал Гарри, которые привлекали девочек. И конечно, все понимали, что им не быть суженой Гарри, но кто не хочет сходить с вокалистом рок-группы или принцем на свидание?       Разминочный и дружеский матч обернулся полнейшим разгромом, а то с каким визгом и радостью девочки-мышки бросились на Гарри было очевидно, кто пойдёт с ним на свидание. Что злило всех, несмотря на усталость, боль в руках и ногах, стекающих вёдрах пота, что некоторые просто валялись на земле тяжело дыша. Но даже это не помешало пытаться сжечь взглядом мышек, которые даже не сбили дыхание, пока рвали и унижали сборную технично и профессионально. Всем стало очевидно, что на кону стоит нечто более важное, чем просто выиграть кубок Великобритании.       После чего начался настоящий ад. Ежедневные тренировки на силу, выносливость, всевозможные растяжки и отработка техник с командной игрой. Всё это разбавлялось специальной диетой, которую Гарри индивидуально подбирал каждой. Диета была высокобелковая, много мяса, молочных продуктов и очень мало мучных изделий. Рахиль в начале беспокоилась за Парвати, так как та из Индии была, но стоило её подруге узнать, что это говяжье мясо, как она набросилась на него с дополнительным усердием. Рахиль похихикивала с Реббекой с такого подхода, понимая почему Парвати оказалась на Гриффиндоре.       Гарри действительно привёз их сюда не отдыхать, а урабатывал тренировками настолько, что девочкам к концу дня хватало только сил заползти в душ и завалиться на кровать. Даже гриффиндорки, которые с самого начала клятвенно желали пойти куда-то на разведку и сунуть свой длинный нос в другие места, не находили в себе сил что-то делать. Больше всего было жалко смотреть на первогодок, которым было сложнее других из-за их слабой подготовки. Но они были с Гриффиндора, поэтому превозмогали чисто на своем упрямстве.       Если Хафлпафф предпочитал осмотреть весь фронт работы и разбить его на кусочки, а потом долго и с расстановкой сделать всё совместными усилиями. То Гриффиндор лез из кожи вон, чтобы сделать как можно больше с первого раза, при этом ещё соревнуюсь между собой, кто сделает больше.       Гарри не был помешан на бесконечной тренировке, чтобы гонять всех без продыху. Каждый шестой день он устраивал отдых, можно было сходить на озеро поплавать или позагорать, можно было посидеть и поиграть на каком-то музыкальном инструменте, почитать художественную литературу, даже были мастерские, где можно было заняться рукоделием. Любой инструмент или необходимые материалы в мгновение ока доставлялся в их небольшое поселение. Но большая часть девочек предпочитала отсыпаться до полудня в день отдыха.       На день седьмой Гарри занимался образованием, у него была библиотеке здесь с учебниками для любого курса Хогвартса, даже по факультативной программе для тех, кто уже начал заниматься по этой программе. К удивлению Рахиль Гарри подготовил не только общеобразовательную программу, но и сумел найти каждой индивидуальную программу. Будучи с Хафлпаффа такой подход был немного чудным для Рахиль, но она решила довериться Гарри. Так Рахиль нашла дополнительные занятия куда более интересными, чем обычная программа в Хогвартсе. Гарри было что рассказать и показать, его дополнительные занятия были куда глубже и интересней. Саша быстро уговорила Гарри на частные уроки ритуалов, которые Гарри проводил под открытым небом. Саша очень внимательно всё конспектировала, а потом поделилась по секрету, что такое даже в библиотеке Кэрроу не найти. Ведь всё что рассказывал Гарри выдавало в нём богатый опыт проведения ритуалов. Что в очередной раз заставило задуматься Рахиль, кто такой на самом деле герой Британии.       Виктория нашла себя внезапно в рукоделии, хотя скорее всего это следовало назвать кузнечным мастерством. Для этого Гарри соорудил небольшую кузницу для неё, где ей показывали мастер-класс местные представители крысолюдей. Род Виктории специализировался на латах и кольчугах, и по секрету Виктория рассказала, что в мастерских Гарри можно найти сплавы, которые продают на чёрных аукционах за большие деньги. А здесь всё бесплатно, поэтому Виктория хотела собрать себе кольчугу пока они здесь.       Реббеке тоже нашли мастеров и собрали мастерскую, где она увлеченно изучала стеклодувное мастерство. Конечно, Реббека знала пока только теорию, её ещё не пускали родители в родовые мастерские. Но ведь всё, что здесь будет останется между нами девочками. Благодаря Реббеке общежитие украсили вазочки, кувшинчики и другая стеклянная утварь, даже то, что посчитала сама Реббека браком и бездарностью. Она очень корила себя за то, что работа со стеклом не пробудила в ней семейного дара, но по секрету она рассказала, что Гарри провёл над ней ритуал и она стала чувствовать стекло лучше понимая что-то там про Форму. Рахиль так до конца и не поняла, что там рассказывала ей подруга, но она рассказывала с таким восторгом, что Рахиль просто не могла не разделить счастье подруги.       Сама Рахиль нашла себе компаньона в лице Терезы, они вместе изучали зелья и слушали лекции Гарри о физиологии волшебников и волшебных существ. Поначалу Рахиль посчитала, что слизеринка будет надменной и самовлюбленной дурой, но чем ближе она узнавала Терезу за общими занятиями, тем больше понимала, что вернее подруги не найти. Гарри рассказывал очень всесторонне, но при этом достаточно доступно, так что Рахиль тоже обзавелась конспектами, что-то ей подсказывало, что такой опыт она нигде не получит. Терезе же была интересна физиология волшебных существ, так как она хотела стать зоологом. Гарри даже провёл пару вивисекций местных существ, которые были очень разнообразными. Что в очередной раз заставило Рахиль задуматься, а как многое не показывает им Гарри.       Конечно, Рахиль поделилась по-секрету с остальными девочкам об их хирургическом опыте, она не могла иначе поступить со своими подругами, которые делились секретами перед отбоем. А вот Тереза молча всё держала в себе, что заставило Рахиль задуматься о том, насколько преданными и достойными могут быть друзья со Слизерина.       И если Терезу вивисекции интересовали со стороны открытия новых загадок природы, то сама Рахил понимала, что это необходимый опыт для целителя. Да и сам Гарри знал очень многое о работе человеческого тела и целительских практиках, несколько однобоко, но не менее эффективно. А это заставляло задуматься насколько хорош был дом МакМилланов и пересмотреть свое отношение к Эрни. Парвати же решила заняться военной подготовкой, арсенал Гарри поражал и ужасал, в итоге они остановились на двух скимитарах индийского образца, с которыми начала тренироваться Парвати. Для более углубленной тренировки Гарри пригласил странных существ похожих одновременно на тигров и обезьян. Все видели отношение Парвати к Гарри и тем более удивительным было то, что никакими их общими секретами с Гарри, Парвати не делилась с остальными.       Мария же нашла себе применение на кухне, она была из семьи кондитеров и временами, по секрету, проносила тортики и пирожные в общежитие, чтобы поделиться со всеми. Из образовательного курса Мария решила налечь на продвинутый курс трансфигурации и базовый чар, к её сожалению Гарри мало что мог рассказать и помочь, что было очень странно. Ведь казалось, что Гарри знал всё на свете, а вот с чарами и трансфигурацией у него не сложилось. Зато он знал некоторые секреты о создании новых чар, чем и поделился с Марией. Марии так и не удалось донести мысль Гарри до всех, естественно по секрету, да и новых чар она сама ещё не создала, даже по методике Гарри. Но все её убеждали, что всё у ней впереди, так-как она была исключительно талантлива в трансфигурации. Вполне возможно она даже превзойдет самого профессора Дамблдора или хотя бы МакГонагалл.       Дни складывались в недели, а недели в месяцы, девочки стали набирать форму и вот однажды смогли выиграть у двух мышек. Разрыв был небольшим, всего четыре очка, но на поле вышло ещё две, и уже вчетвером осадили команду по волейболу. А значит надо было тренироваться ещё, чем все с рвением, упорством и солидарностью друг с другом занялись. Рахиль нравилась такая команда, так как чем-то напоминала ей родной Хафлпафф.       Гарри не сидел на месте, а тоже занимался наравне с девочками, хотя было заметно, что Гарри сдерживается, чтобы не смущать своим уровнем команду. Но все отнеслись с пониманием к такому, ведь каким бы он был тренером, если бы не превосходил их во всём. Да и в свободное время он не ходил на пикники с мышками, а упорно изучал какие-то трактаты и вёл конспекты. Временами он даже оставлял мышек тренировать команду, а сам удался в мастерские для каких-то опытов. И даже так львиную долю времени он уделял команде и тренировокам. У Гарри всегда были нужные слова поддержки и он всегда помогал каждой, индивидуально подбирая необходимые тренировки. Казалось, что он не только готовил их к победе, но и прививал нужные моральные и личностные качества, чтобы каждая девочка понимала саму философию победы.       Каждую субботу Гарри выдумывал различные развлечения, которыми занимал всех девочек, стараясь сблизиться со всеми и усилить командный дух. Что в очередной раз заставляло задуматься Рахиль о распределении Гарри, ведь он точно знал что такое настоящий дух Хафлпаффа.       Постепенно Рахиль стала проникаться к своему тренеру симпатией, до этого она его уважала и относилась с почтением, но во время тренировок Гарри стал открываться с новой стороны. Что заставило её пересмотреть свое отношение к нему. Да после того, что он заставил ей пройти, после всего, что он ей показал, рассказал и разрешил сделать с «пациентами», иначе, как настоящего друга она не имела права его видеть. А это очень многое значило на Хафлпаффе.       Рахиль так же видела, как изменилось отношение и других девочек. Между Сашей и Гарри появились настоящие отношения как между учеником и наставником, которые высоко ценились в волшебном мире. Виктория с самого начала относилась к тренеру, как к забавной шалости и малолетнему недоразумению, но со временем тоже прониклась к нему симпатией, как к брату. К старшему брату, который всегда выслушает, поможет и окажется рядом в трудную минуту. Тереза тоже не осталась в стороне и бегала за Гарри хвостиком, как маленькая сестричка, ценя и радуясь каждому мгновению проведенным с ним. Реббека тоже понимала, что они ушли, как тренер и член команды, но возвращались настоящими друзьями.       Исключение составляли лишь Мария и Парвати. На Марию было больно смотреть, всё это время Рахиль с Реббекой от всей души старались ей помочь. Было очевидно, что Мария испытывает к Гарри романтические чувства, полные нежной ранней любви, о чём однажды по секрету призналась девочкам. Но Гарри видел в ней лишь боевую подругу и настоящего товарища, чем знатно её огорчал. Не помогали даже лично приготовленные пирожные специально для Гарри. И хотя Марии остальные девочки много раз предлагали, даже Парвати, наконец-то признаться Гарри, Мария всё никак не могла признаться самой себе и почему-то не могла перейти черту, которая бы перевела их отношения на новый уровень.       С Парвати, всё было странно, изначально она была близка с Гарри. Но что-то между ними произошло, от чего Парвати местами стала краснеть в его присутствии и было заметно, что они стали ближе. Ближе не как друзья или любовники, а нечто иное. Что заставляло Рахиль задуматься об их отношениях, такого она ещё не встречала.

Парвати Патил

      Шёл третий месяц активной тренировки, стояла глубокая ночь, в женском общежитии все спали вповалку после очередного адского дня, наполненного изнурительными тренировками. Когда внезапно, посреди ночи со своей постели подорвалась Парвати Патил и приняла сидячие положение, откинув в сторону одеяло. На Парвати была легкая пижама из небольшой маечки и шортиков. Гарри снабжал свою команду всеми необходимыми вещами для повседневной жизни на любой вкус. — Девоньки, какого драконьего хера?! — возмутилась громко Парвати. — Мисс Патил, я сейчас встану… — промямлила сквозь сон Тереза, проваливаясь в него обратно.       Рахиль и Реббека даже не пошевелились на возглас, у них сегодня были силовые упражнения на ноги и просто не было сил на ночные разговоры. — Нет, девоньки, вы только подумайте, мы уже сколько здесь? А ещё никто не залез тренеру под одеяло пощупать его. — Парвати, я сейчас пощупаю тебя за твою жопу, если не заткнёшься. — высказала свою позицию Виктория, переворачиваясь на бок. — Патил, в субботу насмотришься на своего Гарри на озере. — сквозь сон проговорила Саша, засыпая обратно. — Сколько это можно терпеть? — возмутилась Парвати в сонном царстве. — Где ваш дух авантюризма?!       В ответ было лишь тихое посапывание девочек. — Мария, ау, Мария, ты что, так и будешь спать? — безрезультатно тормошила Парвати подругу, а та спала, как младенец, местами похрюкивая от толчков подруги.       Почувствовав в себе прилив сил, Парвати оглядела спящих сокомандников. Хмыкнув от досады и уперев руки в бока, Парвати плюнула на сон и пошла на выход.       На улице стояла приятная тёплая погода, словно был разгар июня, а завтра обещал быть дождь. Даже не верится, что в родном Лондоне сейчас стояла дождливая зима, а в горах Шотландии лежал снег. Парвати двинулась, ничем не прикрыв свою пижаму, в Парвати кипел праведный гнев, придавая силы изможденному тренировками телу. Парвати пробралась к домику Гарри, будучи бунтарём и шкодником по своей натуре, Парвати что-то да смыслила в бесшумном передвижении и маскировке. Но дверь оказалась закрыта, проверив все окна, Парвати не нашла способа проникнуть к своей цели.       Сна у Парвати не было ни в одном глазу, всё ещё злая и раздосадованная, она пошла к озеру ополоснуться в холодной водице. Но по мере приближения она услышала звуки, которые заставили её присесть, двигаясь медленно и аккуратно, перебегая от одного укрытия к другому. Спрятавшись за столиком для обеда, Парвати аккуратно выглянула.       На пляже был Гарри, который тренировался с помесью обезьяны и крысы, которая ловко орудовала боевым посохом. Сам же Гарри выглядел по-другому, но всё ещё был узнаваем. Без левой руки, орудуя копьём одной рукой, весь в шрамах и татуировках, Гарри отрабатывал удары. Две другие крысообезьяны стояли наготове, чтобы в любой момент поддержать свою товарку или сменить её.       Парвати стало стыдно, пока она отсыпалась с другими девочками и восстанавливала силы, Гарри находил себе возможность дополнительно тренироваться. Причем в воинском искусстве, словно он знал о грядущей битве и готовился. Выходило очень скверно, пока ты спишь, герой защищает твой покой. Парвати стало невыносимо тоскливо от мысли, что Гарри действительно герой и заботится о них. Печаль охватила девочку от осознания того, что Гарри не может с ними смеяться и веселиться, как любой ребёнок, а вынужден защищать их детство наравне со взрослыми. — Ты бы подошла к нему поговорить. — послышался шелестящий голос, похожий на шепот, рядом с ней.       Парвати вздрогнула и повернула голову. За столом, как ни в чём не бывало, сидел мужчина. Высокий, подтянутый, излучающий уверенность и опасность, мужчина обладал лазурными глазами без белков, чёрными волосами и бородкой, обе были одинаково коротко стрижены. Он был одет в свой идеальный деловой костюм с начищенными до блеска туфлями. Его лицо одинаково хорошо бы смотрелось, как на простолюдине, так и на аристократе. Вытянутое, с переломанным в нескольких местах аккуратным носом, черты подбородка терялись в бороде, где-то в бороде был аккуратный рот с тонкими губами.       Парвати знала мужчину, его звали Ваш — вечный спутник Гарри, который был ему словно тень. Отличный друг и помощник друзьям Гарри, и погибель для его врагов. Он входил в десятку причин почему следовало дружить с Гарри. — Какое тво… ваше дело?! — чисто по-гриффнидорски с вызовом возмутилась Парвати. — Я Хранитель крови Поттеров, а Гарри мой Наследник. Поэтому я кровно заинтересован в продолжении его рода. А вы очень подходите ему в подруги. — Блеск, какое-то чучело, записало меня в шаболды, которые за ним бегают и хотят от него ребёнка. — возмутилась Парвати, продолжая прятаться за столом. — А вы не такая? — Конечно, нет! — ответила Парвати, насупившись. — Может тогда пора расставить все точки? — Вот пойду и расставлю! — грозно топая и полная возмущения Парвати направившись к Гарри.       Ваш улыбнулся своей мелкой манипуляции и слился с тенью. Парвати направилась к Гарри и он наконец-то её заметил, скомандовав отбой он упёр в землю копьё и стал вытирать с себя пот. Парвати всё ещё пылала гневом, но с каждым шагом она всё больше остывала, и на смену гневу приходили другие, новые чувства, которые стала в себе замечать девочка. — Привет, Гарри. — проговорила себе под нос Парвати, мня пальчики перед собой. — Привет, Парвати. — ответил Гарри, улыбнувшись ей, и осмотрел с ног до головы. — Отлично выглядишь.       Парвати осмотрела себя, мда, развратная одежонка, которая еле прикрывала начавшую наливаться грудь, босые ноги, длинная коса чёрных, как смола волос, которые она не стригла с пяти лет. — А ты вот выглядишь… — Парвати с трудом подбирала нужную слово. —…иначе.       Гарри ухмыльнулся и окинул себя взглядом. — И, как тебе? — с ехидной улыбкой спросил Гарри. — Страшно, больно, печально? Но так я выгляжу на самом деле.       Парвати присмотрелась, за рождественскую ночь Гарри сильно изменился, не то, чтобы она сильно присматривалась к Гарри или увлеченно его изучала, как её сестра. Но изменения были очевидны. Гарри стал более сухим, но не сильно, изменились его движения, появился ровный и красивый загар, а теперь открылись и новые черты. Его татуировки, ювелирные украшения. С которыми он не расставался, видать он готов был снять трусы и выйти голым, нежели их снять. Открылись новые шрамы, особенно жуткими были на его лбу, словно его клеймили. Да и сам он был на полголовы выше обычного. Сейчас он стоял голым по пояс, в одних штанах из кожи, от него веяло жаром, пустыней, пахло потом, и Парвати стала чувствовать какое-то тепло чуть ниже живота, которое стало приятно разливаться. Не сумев совладать с новыми чувствами, Парвати закусила нижнюю губу. — Можно?.. — как-то неловко попросила девочка. — Потрогать? — переспросил игриво Гарри.       Парвати только кивнула головой, стыдливо убирая взгляд. — Ну, потрогай.       Парвати определила сразу, что Гарри забавляет эта ситуация и он играется с ней. Но несмотря на это она сделал несколько шагов навстречу. Подойдя вплотную Парвати коснулась левого плеча и провела рукой там, где должны быть рука, но её там не было. И всё выглядело настолько натурально и естественно, что она даже содрогнулась. Потом она коснулась паука на спине Гарри, провела пальчиками до груди мальчика и стала водить ими по татуировке феникса. Потом коснулась лба и погладила страшные раны, которые опять заставили её содрогнуться, настолько они были естественными и неотъемлемой его частью. Потом она сосредоточила внимание на сильной и жилистой руке юноши, проведя пальцами по кольцам татуировок на предплечье, там были какие-то письмена на иврите. Дар Патил позволял слышать и понимать, но не читать, что местами огорчало её. Напоследок Парвати сделал круг, и провела рукой по татуировке злобной осы. — Что скажешь, нравится? — подколол ей Гарри. — Дурилка ты картонная! — заявила Парвати, хлопнув того по влажной от пота груди.       Парвати сложила ручки за спиной и отбежала на пару шагов, после чего показала язык. Гарри звонко рассмеялся, так смеяться умел только он, Парвати улыбнулась, сама того не ожидая. — Но, как ты всех дуришь? — Немного волшебства и иллюзий, и всё готово.       В подтверждение своих слов Гарри стал меняться, Парвати давно знала, что он умеет создавать чары без палочки и слов. Гарри стал немного пониже, исчезли татуировки, лицо снова стало плакатным и появилась детская припухлость. Лишь рука не появилась. Парвати кивнула на неё. — Это временные трудности, мне с ними помогает демонология.       Стоило это произнести, как из левого плеча высунулись жгутики и стали переплетаться, образовывая руку. Спустя мгновение Гарри был при обеих руках и продолжал ей улыбаться. Индийская красавица подошла и взяла его новую руку в свои, начав водить ладонями по левой руке Гарри. Кожа была более гладкой и глянцевой, чем обычно, Парвати прислонила его ладонь к щеке, стало как-то тепло и спокойно. Прикрыв глаза Парвати прислушалась, пульса не было, но рука была по-человечески тёплой.       Парвати стояла так недолго, вслушиваясь, потом открыла глаза и поглядела на Гарри. Как много тайн и секретов скрывал от неё этот мальчик, которого с его другом к ней с сестрой Карма посадила в лодку. Парвати провела по его мордашке взглядом, сколько ему лет, откуда он пришёл, кто он такой на самом деле? Парвати давно поняла, что его наигранное поведение простого мальчика всего лишь маска, за которой он зачем-то скрывается. Хотя, понятно зачем, иначе бы у него не было друзей, он бы выглядел каким-то профессором, которого все любят, уважают, побаиваются, который их во многом превосходит, и зачем-то снова поступил в Хогвартс. Что же на самом деле скрывается за его ухмылкой и радостным выражением лица? Зачем он дарит эти воспоминания, зачем с ними играется, зачем он общается на равных? Всё это не понимала Парвати, и честно, не хотела понимать, просто иногда эти вопросы появлялись у неё в голове. В отличии от сестры, которая хотела разгадать эту загадку, для Парвати Гарри был просто Гарри, со всеми его достоинствами и недостатками. Обычным человеком, а не мальчиком-загадкой.       Парвати подошла и обняла Гарри, прижимаясь к нему. Гарри сразу же провёл на её волосам своей правой рукой, теперь Парвати стала более внимательна к тому, какой рукой и что делает Гарри. Где-то внутри она чувствовала, что это очень важно для него. — Гарри?! — Да? — Пожалуйста, не отпускай меня. — Хорошо, не буду.       Так они стояли в объятьях друг друга, Парвати прикрыла глаза и ей стало как-то легко и свободно, словно она отпустила всю земную юдоль. Сердце Гарри стучало как птица, его тело источало жара, что согревал и одновременно обжигал, а сам он был немного теплее обычных людей. Но несмотря на это она чувствовала родственную душу.       Парвати не знала, сколько они так стояли, и не хотела знать, а Гарри, как и обещал, не отпускал её. Казалось, что он всегда будет здесь, всегда рядом, готовый помочь, готовый защитить. Но Парвати это не нравилось, медленно раздражение росло и крепло, пока она не оттолкнула от себя Гарри. — Давай просто посидим рядом, — заявила девочка. — Я хочу рассказать тебе сказку. — Это можно, сказки я люблю.       Гарри отдал пару приказов, и существа принесли покрывало, а сами удалились. Гарри отпустил своё копьё и оно исчезло, растворившись в воздухе. Юная дева давно привыкла к таким фокусам и уже давно перестала на них обращать внимание, захочет — расскажет.       Они присели на песок, перед ними открывался фантастический вид дивного и чужого мира, словно они высадились на Марсе или ещё где. Гарри подсел рядом и обнял Парвати, прижимая правой рукой к себе. Девочка обхватила его обеими руками, словно никогда не хотела отпускать. Немного подумав, собираясь с мыслями, и пару раз вздохнув, Парвати начала: — Наша сказка начинается в городе Лудхиана, Индия. Там жила индийская девушка неземной красоты, что сама Луна завидовала ей, а многие говорили, что она реинкарнация Сарвасвати.       Гарри с ухмылкой поглядел на Парвати. — Что-то ты себя перехваливашь. — Заткнись и слушай, — возмутилась девочка, стукнув Гарри кулачком. — Девушка была из благородного рода великих брахманов, боги наделили её могущественными дарами. Ей пророчили великие открытия и свершения, она была настоящей жемчужиной в лотосе своего рода. — Круто, что я могу сказать. — Не перебивай. Девушка наливалась словно бутон лотоса и обещала раскрыться настоящей женщиной. Встреча, уготованная самой Кармой, случилась, когда она совершала дана. Это такой обряд, где мы помогаем нищим или что-то в этом роде, я не сильна в индуизме. В то время девушка была знатной бунтаркой и убежала из дома поздним вечером. И вот тогда, на улицах Лудхиана, на речном причале, прекрасный и статный юноша защитил её от собаки. — Я уже понял куда всё идёт. — Нет не понял, слушай. Их отношения были под запретом, ведь мальчик был из Пакистана, но вспыхнувшая между ними страсть, заставила их измениться. Он тайно устроился слугой в её в дом и они стали украдкой общаться. Изменилась и сама девушка, она стала более открытой, более понимающей к судьбе людей, разделяя дхарму Сиддхарттха Готама. Рано или поздно про их отношения бы узнали, она бы опорочила дом, а парня бы выгнали или казнили.       Парвати облизала губы и немного подумала, что говорить дальше. — Но девушка была умной и мудрой не по годам, она нашла выход. Род вёл свои дела на границе с Пакистаном, там всегда неспокойно и нужен был кто-то, кто бы присмотрел за тайными плантациями и храмами. Отец очень обрадовался такому желанию, решив, что его дочь готова принимать активное участие в делах семьи. — Но они всех наебали. — Заткнись. Но да, они всех обманули и пользуясь этим стали тайно встречаться. Девушка стала женщиной, а юноша вырос в статного мужчину. — А чего не вырасти, на харчах-то благородного дома. — Гарри погладил девочку по волосам на ей фырканье. — Ну-ну, не обижайся, что там было дальше? — Когда женщина и мужчина общаются, любят друг друга. — Парвати стало немного сложнее подбирать слова. — Трахаются. — подсказал Гарри и тут же получил шлепок по груди. — Ну чего ты словно с Гриффиндора. — Практикуют коитус? — передразнивая, поправил себя Гарри. — Мне продолжать сказку? — Нет, зачем, эту сказку я знаю. — Да ну?! — неподдельно удивилась девочка. — Его звали Абу Бакр, её звали Лилавати Патил, в скорее Лилавати узнала, что от приятных «разговоров» с мужчинами рождаются дети. Взвесив все за и против, будучи беременной тобой с сестрой переехала в Лондон к дальним родственником. — Ты специально это разнюхал? — Я занимаюсь политикой, Парвати. Для меня очень важно знать, что происходит в Британии. А ещё я знаю, что отец многому вас научил, вы его любили, а он вас с матерью. Когда вам было восемь лет, он уехал, через два года вы узнали, что он погиб. Но так и не узнали на кого он работал. — Зачем я тебе это рассказываю? — хмыкнула обиженная гриффиндорка, скрестив руки и отвернувшись. — Потому что мораль этой сказки в том, что никакие богатства мира, никакие тайные знания или политическая власть, не могут заменить настоящую семью и истинную любовь. История жертвенности, что счастье оно в людях, а не в золотых дворцах. Очень по-буддийски, я бы сказал. — Ты что думаешь, я тебе тут в любви признаюсь? — возмутилась красавица, обернувшись на Гарри.       Гарри смутился и протяжно выдохнул, после чего встал и стал расхаживать по песку, почёсывая рукой в затылке, поглядывая, то на Парвати, то куда-то по сторонам. Было видно, что Гарри выбит из колеи и чувствует себя неуверенно. — Парвати, — неуверенно начал Гарри. — Я не знаю… — И я не знаю, — вскочила Парвати и подошла к Гарри, взяв его за руки. — Я тоже не знаю, что такое любовь и не понимаю своих чувств к тебе. Но для этого мы здесь вместе, чтобы разобраться, понять.       Гарри крепче стиснул ладошки Парвати и улыбнулся. — Да, как настоящие друзь…       Гарри не успел договорить, воинственная брахманка сделала шаг вперёд, поставила ногу и кинула Гарри на песок, но не сильно, без злобы. Гарри не сопротивлялся, хотя запросто мог выйти из неумелого броска. Парвати запрыгнула на Гарри сверху, устроив свою попку чуть ниже пупка и уперев руки в ему грудь. После чего грозно наставила пальчик ему на нос. — Слушай сюда внимательно, ты мелкий, гнусный, двуличный, циничный прохвост и мудила, которого интересует только его личное счастье. — Оу, почту за комплимент, — сообщил игриво Гарри поглаживая бёдра индианки. — И намотай себе на свой длинный нос… — Эй! Не обижай мой носик, я не Дамблдор, обижусь. — Я не позволю тебе скармливать тоже дерьмо, что ты с ложечки кормишь Марии. Я не она, а она не я! Уяснил? — Понял-понял. — шутливо поднял руки вверх Гарри.       Не успел Гарри договорить, как Парвати обхватила его голову и прижалась губами к его. Это был первый, неосторожный поцелуй индийской девочки, совершенной из импульсивного, эмоционального порыва. Она не понимала как целоваться и когда Гарри решил раскрыть все таинства французского поцелуя, аккуратно просовывая язык, Патил разорвала поцелуй, закидывая голову назад. — Может быть как-то повторим, может быть, да, обязательно. — стала говорить девочка, подарившая свой первый поцелуй Гарри, слезая с него. — И когда подрастём может даже сделаем это, ну разочек, из интереса, я же должна знать из-за чего нахваливают, может даже не раз… парочку…       Постепенно до гриффиндорки стало доходить какой бред и околесицу она несёт, от чего она стала смущаться и отводить взгляд, теребя себя за ухо. Гарри перевернулся на бок и стал посмеиваться. — Ну что ты ещё, бычара?! — взбеленилась девочка. — Да-а-а, — протянул Гарри. — Отношения с гриффиндоркой действительно незабываемые. — Ах, так! — Парвати пнула в Гарри песком. — Получай, и вот ещё, ещё, гад ты такой!       Парвати сама не понимала от чего и почему злиться на Гарри, продолжая забрасывать его озёрным песком. Гарри вскочил и разорвал дистанцию настолько резко, что девочка даже моргнуть не успела, как он взял её кулачки в свою руки и прижал к себе. — Если дружбы для тебя мало, а семьи много, чего ты хочешь?       Парвати вдохнула, набирая в грудь воздуха. — Я хочу наших, настоящих, только для нас двоих отношений, чувств и всего такого. В бездну все эти обычные шуры-муры, я не хочу штампов, затертых стереотипов и по методичке семейных отношений, как принято на Слизерине. — Приемлемо. — Я хочу приключений, от которых стынет кровь в жилах, от которых становятся не по себе, окутывающий тебя страх и ужас, чтобы мы вместе это преодолели. И когда ты будешь ставить раком мир, или что ты там собираешь с ним сделать, я хочу быть рядом, чтобы в этом поучаствовать. Чтобы разделить твои трудности и твои победы. — Путь будет долог и труден. — С тобой до конца мира и обратно. — глаза девочки горели, словно она делилась своей мечтой. — Приемлемо, готовься тогда, что было здесь — только разминка. — Ты не пожалеешь, я всё преодолею, чего бы мне не стоило. — ещё более распаляясь стала кричать Парвати, нагнувшись чуточку вперёд. — Приемлемо. — Я не буду тебе ни женой, ни другом, ни любовницей, я буду тебе нечто большим, только нашим, и вместе мы пройдём до конца мира и обратно. — Клянусь, перед троном Ада! — торжественно заявил Гарри протягивая руку. — Я Гарри Джеймс Дженнингс-Эванс отныне и навсегда, признаю Парвати Патил дочь Абу Бакра своей вечной спутницей! — Клянусь, перед всеми ликами Брахмы! — Парвати с вызовом схватила руку Гарри. — Я Парвати Патил отныне и навсегда, признаю Гарри Джеймс Дженнингс-Эванса своим вечным воителем!       В момент откровения, воздух словно сжался вокруг детворы и яркая вспышка молнии поразила их рукопожатие. Нестерпимая боль пронзила ладошку и стала расползаться по руке девочки, Правати поглядела на свое предплечье, словно черная краска, расползалась татуировка. Постепенно она становилась меньше пока на внутренней стороне предплечья не появилась птица, расправившая крылья. — Ммм, всё серьезно, герб Дженнигсов. — проговорил Гарри, осматривая руку девочки, обхватив её за живот со спины. — А у тебя? — Ууу, ну посмотри.       Гарри протянул руку, где почти у самого плечевого сгиба появилась мандала, внутри которой была первая буква имени Брахмы на санскрите. Гарри шутя обхватил свою вечную спутницу за талию. — И чтобы никаких тайн! — сказала девочка наставив на нос Гарри пальчик. — Такое я даже своей жене не могу обещать. — шутя сказал Гарри, кружа индианку. — Почему? — Ей было бы неприятно слушать список всех моих любовниц. — Дурак! — проговорила девочка, стуча кулачками по груди Гарри и наслаждаясь их объятиями. — Отвести тебя домой? — спросил Гарри, остановив вращение. — Размечтался! — сообщила Парвати, освобождаясь из его рук и отбегая вперёд. — Теперь ты от меня так просто не отделаешься. — Звучит, как угроза. — Будешь знать, как связываться с гриффиндоркой. — Так, какой план? — Ну, — Парвати немного замялась и стала мять пальчики. — Я обещала девочкам, что проберусь к тебе в дом и буду спать под одним одеялом, так что сегодня я сплю с тобой.       Гарри поглядел куда-то в даль и всякие эмоции исчезли с его лица, сделав его холодным и неживым, словно у памятника. Парвати стала всматриваться, стараясь запомнить его, понимая, что Гарри поделился с ней очередным своим секретом, так лицо Гарри выглядит на самом деле без его повседневной маски. — Я окончательно запутался в том, что творится у тебя в голове. — Пусть сохнут курицы тупые, видите ли в них умер дух авантюризма, дайте им поспать. — Душ вместе принимаем? — спросил Гарри беря своего вечного спутника за руку. — Я… это… — начала мяться девочка, покусывая губу. — Поглядим на твое поведение, хамло!       Гарри звонко засмеялся, ему вторила Парвати.

Виктория Рэндалл

      Виктория пылала гневом, чуть ли не в буквальном смысле слова. Если верить Гарри, так как все остальные уже сбились в попытке посчитать дни и месяцы, то уже шёл к концу шестой месяц тренировок. И даже после всех активных и изнурительных тренировок они до сих пор не могли порвать сранных крыс, которые играли против них. А эти мелкие прошмандовки даже не тренировались и активно не играли, они рвали их уже имеющейся формой, словно каких-то зелёных новичков.       Виктория бесилась не зная на чём сорваться, молот в кузне и мешок с песком уже не помогали, ещё чуть-чуть и она бросится на кого-то, чтобы порвать руками и зубами. Вместе с этим что-то внутри Виктории росло и крепло, словно какой-то водоворот энергии скручивался внутри, от чего становилось совсем скверно и противно. У Виктории уже начался цикл, она отлично знала, что такой предменструальный синдром, только теперь он растянулся на всё время и усилился с каждой неудачей. От нового чувства не было спасения, даже зелья не помогали. А энергия внутри неё жгла и просилась на волю, только вот, Виктория не знала, как её освободить.       С перекошенным от злобы лицом, в боевой раскраске, Виктория встала на диагональную позицию. Позади заняла позицию Тереза, как самая рослая среди младших девочек, слева от Виктории, позицию заняла Саша, как центральный блокирующий. Позади Саши встала либеро Мария, которая играла в паре с Парвати, они ещё уступали в выносливости остальным, поэтому играли по очереди. Виктория сплюнула от понимания положения команды, которая обходилась без доигровщиков. На роль связующих встали Реббека и Рахиль, которые настолько сыгрались, что казались со стороны связкой боевых легилиментов с постоянной связью между собой. Виктории было горько, она хоть и чувствовала Сашу на каком-то абсолютно новом интуитивном уровне, что им не надо было жестов, для понимания манёвров, но до уровня двух Хафлпаффок им было ещё далеко.       Напротив выстраивалась команда мышек, Виктория уже приноровилась и даже научилась их различать, но так как они пищали на каком-то германском диалекте, Виктории было не о чем с ними говорить. Мыши держались всё так же надменно и с ухмылкой до торчащих ушей. Раздался свисток, Виктория стиснула зубы, игра началась.       Виктория тяжело дышала, оперевшись на колени и смотрела в пол, не в сила поднять головы. Дело было дрянь, счёт был 2:2 и начиналась пятая партия, а это означало ровно одно: они или выиграют или проиграют. Через восемь очков сменится сторона, если не будет разрыва в два очка игра будет продолжаться, пока их не возьмут измором. Они обязаны были победить, любой ценой, отдав все свои силы. Водоворот внутри Виктории стал сжиматься сильнее и раскручиваться быстрее, стремясь сойтись в одной точке.       Поле сменилось, они подавали, разрыв был в одно очко 8:7 не в их пользу. Подача, ведение, отличный блок — чтобы им пусто было — ответная атака, сокращение разрыва 8:8. Виктория ликовала.       Мышиная атака встречает блок, мяч возвращается на поле противника, атака, отличная защита от Рахиль, защита переходит в атаку, Саша проводит отличную атаку на взлёте, да, мыши криво приняли диг и упустили мяч, есть, разрыв! Виктория обнимает на радостях подругу и ликует.       Подача мышей, Виктория следит, понимает, подает сигнал Терезе, та принимает снизу, передача, Виктория принимает, атака и ответная защита. Мяч снует туда сюда, все на нервах, и снова разрыв не в их пользу.       Все усталые, еле держаться на ногах, Марию снова сменила Парвати, девочки обливают себя водой из ведра, и исцеляют палочками разрывы связок и растяжения. Мыши выводят доигровщиков, не время сачковать. Виктория похлопала глазами, от пота ничего не видно, мыши ещё держаться бодрячком, Викторию это злит ещё сильнее. 14:14 равные шансы у всех, все два мяча до победы на мышиным противником.       Мяч летит, Виктория сосредотачивает на нём всё свое внимание, время становится словно вата замедляясь, Виктория уже сталкивалась с таким эффектом, когда ей дал Гарри одно из экспериментальных зелий. Но сейчас всё было по-другому, словно какая-то тягучая и густая сила разлилась по её позвоночнику, охватывая холодом нервы. Виктория сосредоточилась на мяче, нет, всё было напрасно, мяч скользит, если бы только она могла его схватить! Передача? Нет, Рахиль не успеет, Саша слишком далеко, время словно остановилось, мир начал терять краски.       «Кто угодно, прошу, кто угодно, не дайте мне проиграть!» — Взмолилась про себя Виктория и тут же ощутила, словно внутри неё что-то прорвалось, рухнули барьеры, разорвались цепи и неведомая сила, обжигающая словно лава, устремилась по её венам. Сила вышла из её живота, охватила всё внутри груди, пробилась к мозгу и глазам, распространилась по спине, и добралась до рук. Словно выжигая себе пути, сила рвалась наружу, золотое сияние охватило Викторию, все волоски на её теле встали дыбом, от проскакивающих искр статического электричества. Виктория почувствовала прилив сил, как мышцы натянулись словно сталь, как усталость начала отступать, а жар её тела сменился прохладой. В тот же момент Виктория почувствовала, как она может управлять этим сиянием, вырвавшись из рук оно окружило мяч и подправило траекторию полёта, словно Виктория своими руками направила его. Саша уже совершает прыжок, всё происходит медленно, Виктория может рассмотреть каждое движение, глаза начинают болеть, в висках стучит кровь.       Виктория сбивает темп, Саша бьёт по мячу, часть сияния переходит по руке и охватывает подругу, но Виктория не теряет бдительности, чтобы это не было, Саша справится, ведь они команда. Провожая охваченный сиянием мяч Виктория чувствует словно может контролировать его полёт. Она направляет сияющий мяч под острым углом, есть! Мяч ударяется об поле, мыши не успели среагировать.       Да, 14:15, есть, наконец-то, Виктория подымает руки вверх, не в силах развести кулаки, которые судорожно сжались. В этот момент Виктория чувствует, как её руки удлиняются на много ярдов вверх. Страх охватил Викторию, но она моментально его поборола желанием выиграть. Подняв голову вверх она видит поток золотистой энергии, что вырвался из её кулаков, пожелав она отсекла поток, который устремился вверх и собравшись в небольшое ядро, взорвался. Тысячи мелких осколков, словно какой-то фейерверк обрушился на землю.       Виктория переводит взгляд на подругу, почувствовав словно между ними появилась связь. Виктория чувствует, как Саша разделяет горечь и ненависть, которые принесло сияние. Видит, как золотистое сияние охватывает Сашу и распространяет по ней, но вместо того, чтобы охватить её полностью, концентрируется вокруг её рук, охватывая словно кокон, широкими полосками, образуя перчатки до самого плеча.       Кровь стучит в ушах, Виктория почти оглохла, Гарри отдаёт какие-то команды, Виктория силится их расслышать, но не получается. «Только не останавливай игру, только не останавливай игру!» — Взмолилась про себя Виктория, смотря в глаза тренеру. Гарри кивнул, словно услышал мысли. С поля уходят остальные девочки, они встревожены и перешептываются, но хватает одного спокойного вида Гарри, чтобы все успокоились. Всё под контролем, эта сила и есть цель тренировок Гарри. Мыши разбегаются, остаются только две, занимая свои позиции.       Виктория берёт мяч, Саша занимает позицию, выйдя за поле Виктория проводит подачу, стараясь вложить как можно больше золотого сияния в мяч. Мяч чувствуется, как продолжение себя, Виктория сосредотачивается, вновь болят глаза и заложило уши, время замедляется. Виктория ведёт мяч в полёт, ускоряя его за сеткой противника и направляя в свободную и дальнюю часть поля.       Мышка бросается вперед и успевает принять на диг мяч, Виктория скрежещет зубами, мысленно заставляя мяч ускорить вращение. Мяч начинает вращаться волчком, стараясь съехать с сжатых кулачков мышки. Мышка пищит, Виктория силиться разобраться, но не получается, золотое сияние перекидывается с мяча на мышку. После чего охватывает её полностью, мышка меняется, её ноги становятся мышиными, ручки превращаются в когтистые лапы, она растёт в размере, лицо превращается в морду и удлиняется. Мышка теряет весь свой человеческий облик, превращаясь в косматого зверя на двух ногах. Рыча, мышка отбрасывает мяч, передача, и атака от второй мышки, золотое сияние полностью ушло, Виктория не чувствует мяча.       Слишком высоко, Саша прыгает, даже выше обычного, но не достаёт до блока. Удивляясь своей прыти, Виктория занимает позицию и принимает мяч. Сила вновь выплескивается из рук, охватывая мяч. Мяч вновь окружен сиянием, передача, Саша принимает, кокон на её руках, словно жгуты, охватывает мяч, сияние Виктории только усиливается. Обманный манёвр, мяч меняет угол атаки в своем зените и летит в противоположную сторону.       Пытаясь повторить подвиг своей товарки, мышка складывает кулачки для защиты и бросается под мяч. Саша пристально смотрит на мяч и выставляет вперёд ровную ладонь пытаясь повлиять на исход подачи. Виктория выбрасывает вперёд руки и приседает, словно пытается схватить мяч. Уставившись на мяч через «прицел» своих выставленных рук, Виктория начинает вращать мяч сильнее. Но Саша тоже влияет на мяч, Виктория чувствует, как мяч становится тяжелее, словно пытается пробить земную твердь.       Вопль ярости раздаётся с обоих сторон поля, мяч повис на руках мышки, мышка воет, но не может принять сияние. Раздаётся хруст, руки мыши переламываются, кожа трескается, её плоть выворачивается, бешено вращаясь мяч уходит в пол, оставляя в нём воронку и дымясь.       Раздаётся свисток, Виктория чувствует, как замерло её сердце. Гарри подымает руку, 14:16, они победили. ОНИ ПОБЕДИЛИ!!! Виктория торжественно вскидывает руки, чувствуя, как подгибаются ноги, как новообретённые силы покидают её, глаза закатываются, она теряет сознание.

Гарри

      Я сидел на берегу озера, удобно устроившись в шезлонге и наблюдал за ровной гладью озера, которое поблескивала в лучах адского солнца. В руках я держал фотографию моей команды по волейболу, которую я сделал по нашему прибытии. Молоденькие, красивые, напуганные, местами тощие и нескладные. Я улыбнулся и достал фотографию, которую мы сделали перед отбытием.       Девочки очень сильно изменились, когда я показывал фотографии они не верили, что настолько изменились. Все подтянулись, загорели, не так сильно, как я, но всё же. Их тела покрыли мускулы, фигура сложилась, а кто был ещё молод вытянулся и стал наливаться женской красотой и силой. Они не стали монстрами, как Зарянова, нет, просто хорошо высушенные, статные, спортивные девушки. В глазах исчезла пустота, появилась решительность, боевой азарт, уверенность в себе. Правильно говорил Пьер де Кубертэн: «О, спорт! Ты — мир!».       Надо будет натравить Ваша, чтобы он проследил, как новые силы повлияют на девочек в их повседневной жизни. Ваш, конечно, обижался, как малолетняя девчушка, за то, что я с ним сделал, но постепенно до него дошло. Я не жду, что он когда-то станет рациональным и холодным, нет, наоборот его импульсивность и эмоциональность помогает мне, перевешивая мой холодный расчёт. Добавляет необходимую кармическую гармонию в мои поступки. И в отличии от обитателей моего домена, он не стремится лезть и учить меня, как жить.       Я потёр виски вспоминая, как Надя устроила кампанию моральной поддержки волейбольной команды девочек. Как она кричала из домена различные лозунги и прыгала, словно у меня в голове. Ох, как же она бесновалась в финальном матче. Ладно, потом что-то с ней придумаю. Пристрелить её не получилось, видите ли, Надежда умирает последней, так что пока жив я, её не убить.       Финал был очень неожиданным, мало того, что Вик пробудила в себе абсолютно новую для меня силу, так ещё сумела передать её Фрейе и Саше. Фрейя в своей монструозной форме долго не продержалась, тоже упала с истощением, её я отправил в госпиталь и на исследования. Если я сумею передать её способности остальной нации, то у меня появится по настоящему мощная армия, а если ещё и зафиксируется на потомстве, ммм…       С Вик и Сашей всё было хорошо, просто отлично, оздоровительный цигун, а это был самый настоящий цигун, идентификация врать не будет. Пошёл им на пользу, оздоровил тело, очистил от лишних шлаков и помог в формировании молодого организма. Что там, даже помог по женской части Вик, у неё были жуткие боли, теперь она даже танцевать сможет, не то что белое носить. Так что пару зелий, ритуалов, и отоспаться, и вот уже все девочки собираются. К мышам так и не прониклись дружбой, даже Парвати, которая их понимает, продолжала видеть в них врагов. Видать какой-то капиталистический менталитет и спорт их не сближает. Жаль, будем исправлять.       А вот цигун меня заинтересовал, было много непонятных мест, например, почему до сих пор ни у одного жителя Рейха он не пробудился? Что же им не хватает? Вторым пунктом шло, а смогу ли я получить себе такое. У Дамблдора был цигун, но теперь надо понять, цигуном может владеть каждый или только волшебник. Если второе, то я конкретно пролетаю.       В начале я думал, что цигун мне нахер не сдался. Ведь все его проявления я видел исключительно в ближнем бою. А бежать с шашкой наголо было не моим методом. Я с большим удовольствием отработал бы по супостату артиллерией, а потом заровнял танковой дивизией. Но вот Вик и Саша показали цигун с другой стороны, Саша была способна изменять свойства вещества, пока сумела только по плотности пройтись. Всего два дня и уже сумела создать достаточно давления, чтобы получить жидкий кислород. А вот Вик могла испускать из себя лучи добра в виде сгустков золотистой энергии, а вот тут надо быть осторожным. Так как, если это делать неосторожно можно передать силу противнику.       Проверив всё я пришел к выводу, что как только один раз пробудится цигун, то назад его не воротишь. А вот какими способностями он обладает остаётся загадкой. Осталось привести девочек в Хогвартс, показать Дамблдору, выслушать какой я нехороший живодёр, что ставлю опыты на девчонках и клеймлю волшебным контрактом. А там можно будет узнать, а почему мне до сих пор не установили цигун.       Что же, всё идёт согласно плану, девочки уже собраны и ждут меня на площади, осталось их сводить на свидание, которое я им обещал. Думаю, пройдёмся по магазинам, девочки это любят, сходим в парк аттракционов, а вечером зайдём в ресторан. Там каждой по танцу, и баиньки в Хогвартс. Для начала только надо пережить взбучку от педагогов, с моей Кармой я не верю, что исчезновение волейбольной команды и меня не заметили.