Гарри Дженнингс и Мир Волшебства

Омаке 03 Гори, гори, моя звезда.

      Альтаир совершил прыжок, выбросив вперёд руку, он ухватился за скальный выступ. Но порода оказалась хрупкой и рассыпалась под его цепким хватом, парень сорвался вниз. Но он не испугался, не стал заваливаться спиной назад или совершать другие панические действия. Альтаир расслабился и направил свой взор внутрь себя. Как много раз до этого, он представил, что воздух — это ступеньки, по которым он может взойти к звездам — это была его мечта, которая превратилась в уверенность.       Лазурная вспышка охватила Альтаира. Пси манифестировалась, повинуясь Воле Альтаира энергии под его ногой обрела материальность, слегка изгибая реальность на считанные секунды для достижения нужного эффекта. Небольшой объем воздуха сжался в плотный пузырь, под размер ступни псионика. Достаточно по размеру и времени, чтобы он от него жестко оттолкнулся и подпрыгнул, как на батуте. Альтаир создал одну «ступеньку», потом ещё одну и устремился к вершине, решив больше не полагаться на хрупкие скалы. Хотя лазить по ним весело, но сегодня он пришёл за другим, сегодня его ждала вершина. Отталкиваясь от одного пузыря воздуха, чтобы приземлиться на следующий, Альтаир прыгал всё выше и выше, пока не оказался на вершине одинокой скалы. Забраться сюда обычным ходом, даже со страховкой и киркой, было тяжело в ясный солнечный день, но благодаря своим силам Альтаир с легкостью прогулки оказался на вершине.       Впервые свою силу Альтаир обнаружил в себе, когда ему было девять. Дети играли с летающим змеем среди скал, где ветер подымался особенно сильно, там и порвалась нить, и красивый змей улетел. Его прибило ветром к сухому кусту, что рос когда-то среди скал, а сейчас остался только сухой скелет, чьи кривые ветки ухватили красивого воздушного змея. Тогда Альтаир не нашёл ничего лучшего, кроме как начать прыгнуть в сторону змея желая его схватить, и ему было наплевать, что тот на высоте более двенадцати метров.       Манифестация не произошла мгновенно, он прыгал и прыгал, слушал насмешки детворы, но Альтаир продолжал упорно прыгать к своей цели. Он ни разу не сомневался, что у него получится, что вот ещё чуть-чуть и он допрыгнет. Детям быстро надоело издеваться над парнем, который на них не реагирует. Ушли сначала те, кто пытался залезть по скале, сорвавшись на малой высоте, следом ушли те, кто пытался достать змея палкой, последними ушли мальчишки и девчонки с камнями, пытавшиеся сбить змея. А Альтаир продолжал стоять на земле и прыгать, с вытянутой рукой в сторону змея, который продолжал болтаться на ветру в цепких ветках куста, словно дразня мальчика. Когда солнце коснулось горизонта и принесло вечернюю тень, когда дядя Исса уже подходил к Альтаиру, чтобы за ухо оттянуть домой. Именно тогда, спустя долгих четыре часа метаний, маленький мальчик с чёрными волосами и зелёными глазами, оторвался от земли и побежал в небо. Альтаир верил и был уверен, что он сможет, он выслушал каждую насмешку и не сдвинулся, он не сомневался в себя, и продолжал упорно желать своей цели. И когда его вера переросла в убежденность, именно тогда он прошёл точку манифестации, и его Воля перешла в пси. С тех самых пор не было места, куда бы не смог забраться Альтаир и не было высоты, с которой он мог бы упасть. Альтаир назвал эту силу: прыжком веры; в тот вечер Альтаир, на глазах изумленного дядюшки Исса, по воздуху допрыгнул до змея и сорвал его с куста. Дядя Исса был так удивлён, что не успел среагировать, когда Альтаир устремился к земле. И мальчик бы разбился, если бы не был убежден, что он не разобьётся. Так и случилось за мгновение до столкновения, воздух стал мягким, словно подушка и принял мальчика, мягко опуская его на траву.       Пси — таинственная энергия, которая связывала человека с его Волей. Позволяя изменять и перестраивать мир, согласно своему желанию. И казалось бы, сила самой души* способна на всё, но было множество «но» на пути к контролю реальности. Для начала, чтобы достичь точки манифестации, человек должен поверить, визуализировать и четко представлять себе эффект. Именно поверить, если человек хотя бы на каплю сомневается, боится, не уверен в результате, то ничего не выйдет. Это должна быть вера на грани убежденности, которая должна изменить реальность. Точка манифестации отделяет веру от убежденности, отделяет «попробую» от «сделаю», отделяет людей, которые уйдут, попробовав тысячу раз, от того, кто сделает тысячу первый и будет делать ещё столько же, пока не появится результат. Безумие скажете вы? А как вы хотели ещё изменить реальность и подчинить её своей Воле?       Вторым «но» была Воля, человек проходящий точку манифестации должен обладать огромным запасом Воли. Конечно, Воля не хранится внутри нас в виде блестящих монеток или очков на счётчике модуля Воли. Поэтому создать поле напряженности Воли в двадцать единиц вокруг себя — это действительно достижение. Для этого надо быть весьма значимым для реальности, быть одним из определяющих её факторов.       Ну да, обычные люди, которые собрали вокруг себя около двадцати очков Воли, весьма неординарны и влияют на реальность. Сами теперь понимаете, насколько Гарри неординарен и всемогущ со своим модулем. А вот Альтаиру пришлось на порядок сложнее добывать себе Волю, собирать вокруг себя Волю, и искать ту точку, пройдя которую он смог бы манифестировать пси. Без подсказок, без учителей, без указательных знаков. Но в некотором смысле ему было и легче, ведь он был сыном Гаруна ибн Джайми, последнего из хашашинов. Поэтому люди возлагали на него большие надежды и верили, что он будет не хуже отца, тем самым передавая к нему свою Волю.       Но даже так, появляется очередное «но», имея всё вышеназванное тебе надо пробиться к точке манифестации, отбросить всё лишнее и ни разу не оступиться перед рывком. Ведь с каждой неудачной попыткой ты должен верить только сильнее, что у тебя получится. С каждой усмешкой со стороны ты должен только сильнее отрешаться от других. И тогда, когда, ты останешься один на один с реальностью, когда ты окончательно отрешишься от неё, то пройдёшь точку манифестации. Только тогда, твоя вера обретёт силу, которая продавит Мировую Волю, которую иногда называют Духом Мира, и позволит совершить невозможное.       Четвертой проблемой Пси было то, что она хоть и могла продавить реальность и навязать свои законы и правила, но она моментально сталкивалась с сопротивлением. Реальность была куда более устойчивей, стабильней и сообразней той нелепости, что выдумывал человеческий разум и наполнял своей верой. Поэтому Мировая Воля, словно океанский прибой, смывала волна за волной ту ерунду, что ты начертил палкой на песке. Поэтому человек мог вообразить всё, что угодно, но чем дальше от реальности оно было, тем меньше времени оно просуществует. Но остановленное сердце, даже если Мировая Воля разрушит манифестацию, которая его остановила, вновь сердце это не запустит.       Поэтому бабочка машет крыльями, а где-то рушатся города. Быть псиоником — это всегда балансировать на грани, всегда за счёт малых усилий добиваться великого. Не создать литую лестницу в Небо, а создать мимолётные ступеньки, от которых можно отталкиваться.       Это и делало Пси и Эфир такими разными энергиями, как по результату, так и по способу работы с ними. Чтобы грамотно распорядится Эфиром не нужна была вера или решимость, нужны были знания о том, как преобразовывается Эфир. А вот, примитивные знания людей о мироустройстве, которое включает лишь следствия, но не причину, только мешают Пси, так как лишают решимости и приносят сомнения. Чтобы улучшить эффективность Пси, надо понимать реальность на глубинном уровне, на уровне Мировой Воли. Знать, как своего старого друга, которого ты можешь попросить, чтобы он немного, легонько изменил ненадолго законы мироздания. Ведь именно за исполнением их и следит Мировая Воля. Иными словами, тот кто танцует в пульсе планеты, тот может куда больше, чем тот, кто идёт поперёк. И если маги вынуждены ставить опыты, проводить эксперименты, постоянно следить за причинной и следствием, а также соблюдать законы сохранения. То мудрецы, как называют себя прошедшие точку манифестации, они лишь вслушиваются в ритм музыки Планеты, чтобы лучше вписать свою скрипку в общую симфонию.       Что же тогда лучше, кто же тогда сильнее? Волшебники, мудрецы или маги? Это извечный вопрос Мультиверсума, который будоражит не менее, чем вопрос, кто сильнее Робокоп или Терминатор. У каждого пути были свои преимущества и недостатки. Мудрецы должны были верить в себя, волшебники должны были верить в своего покровителя, магам было плевать на веру. Маги должны были знать, мудрецы понимать, волшебники верить. Все они черпали силу из разных источников, и каждому нужна была разная подпитка.       Вот и попробуй разберись, кто сильнее на самом деле, особенно когда создать поток жидкого огня для каждого будет стоить по-разному. И не только в плане затраченной энергии, но и необходимой подготовки. Да что там говорить, когда магу проще ударить микроинсультом, мудрецу создать пламя вокруг жертвы, а волшебник может вообще не уметь изрыгать волшебное пламя. Так что Альтаир особо не задумывался о своей силе, не пытался изучить или докопаться до её истока, а просто скакал по скалам, как молодой козлик. Да и не было у него того, кто мог бы помочь ему освоить его силу, а тем временем сила пробуждалась, и парень открывал в себе новые возможности.       И ему уже исполнилось четырнадцать, а значит он стал совершеннолетним. Дядюшка Балсам ещё сетовал на новые законы, которые ввели в Крае Надежды, ведь в его время, если тебе было восемь, а ты ещё не воровал на улице, то значит был отсталым в развитии. А сейчас какая невидаль, школа для всех, обязательное образование, отмена детского труда, совершеннолетие по расписанию. Во времена Балсама, если ты сумел спереть кривой кинжал и заточить его, то уже был совершеннолетним. Но Альтаир не особо слушал истории дяди, хотя многие были интересными и полны приключений, большая часть из них были, как сказки детям. Ведь, кто в здравом уме поверит, что где-то существует страна, заполненная песком? Альтаир видел песок в одном из каньонов, из песка делали стекло. Поэтому не понимал, как песок может быть от горизонта до горизонта, ведь его с таким трудом добывают. И тем более не понимал, как можно жить среди песков, где нет ни воды, ни еды, да и не растёт ничего. Вот страна, состоящая из скал, запросто может существовать, у них тут скал хоть отбавляй. А скала это и источник воды, и плато для фермы, и минералы полезные, а если каньон, то там можно сразу селиться.       Но Альтаир радовался своему совершеннолетию не потому, что его теперь отпустят в путь с дядей Исса, Альтаира уже давно ничего не могло удержать. А то, что он узнает наконец-то правду, правду о своем отце. Матушка Лейлла не рассказывала, кто был его отцом, мальчику это не нравилось, словно весь посёлок сговорился не говорить имя его отца. Ему даже казалось, что весь закон с совершеннолетием придумали специально, чтобы скрыть от него правду. И даже, когда он всем доказал, что взрослый, ему не дали ответ, ему дали ключ.       По словам дяди Балсама, на вершине одинокой скалы, была спрятана шкатулка с секретом, которую никто не мог открыть или сломать. Её установил отец Альтаира, когда проведал его много лет назад. Он же и отдал ключ, наказав отдать только, если его сын захочет знать правду. А Альтаир хотел.       Хватило четырёх точных прыжков в воздухе, прежде чем он оказался на вершине. Пришлось даже провести раскопки, прежде чем он сумел найти шкатулку. Со временем её засыпало землёй, она выгорела на солнце. Но попытки сдвинуть её с места не увенчались успехом. Даже обкопав её со всех сторон и вставив под низ рычаг, Альтаир лишь обнаружил, что она намертво привязана к точке в пространстве.       Парень был в меру любознателен, поэтому вооружившись кайлом и киркой, начал обкапывать шкатулку. И вот под шкатулкой уже полметра пустоты, а она продолжает висеть в пространстве. Словно пройдут миллионы лет, ветер сточит одинокую скалу, а шкатулка так и продолжит висеть в пространстве. Если бы он знал своего отца, то понимал бы, что Гарун ибн Джайми всегда делает на отлично. А значит, умрёт вся жизнь на планете, расколется планета, охладится ядро, потухнет солнце, а кусочек одинокой скалы продолжит бороздить космос со шкатулкой.       Альтаир достал ключ, нашёл скважину и вставил туда ключ, он ждал каких-то чудес или волшебства, но ничего не произошло. Ключ больно ужалил Альтаира в руку, после чего шкатулка упала на землю и открылась. Внутри был свернутый свиток.       «Здравствуй, мой сын, пишет тебе твой отец из далекого прошлого. А может и не очень далекого, зависит от того, когда открыли шкатулку, так что вполне возможно, ты можешь быть моим правнуком или ещё более дальним потомком.       Наверное, ты хочешь знать правду, кем был я, и какой обладал силой, и что ты получил от меня кроме имени. Возможно, ты уже понял, что не совсем обычный мальчик, что ты можешь куда больше, чем твои сверстники. А может тебя одолевают странные желания или видения. Как бы там не было, теперь тебе придётся справляться с этим одному. Не бойся, если ты действительно мой сын, то ты справишься со всем.       Начну я с самого начала, я пришёл со звёзд и так сложилась моя судьба, что срок мой здесь ограничен, выполнив свое предназначение, я отправлюсь дальше. Наша кровь имеет сильную связь со Звёздами и Небесами. Тебе стоит знать об этом, если ощутишь странную тягу внутри себя, то не сопротивляйся, расправь крылья и лети.       О чём это я? А да, так вот, тебя или твоего предка зовут Альтаир, так названа звезда, куда я отправился в следующие приключение. Не знаю, сможешь ли ты найти путь к звёздам, как его нашёл я, но теперь ты знаешь, где меня искать, если я тебе действительно понадоблюсь. Но тебе надо быть быстрее, кто знает сколько я проведу там времени и куда отправлюсь дальше.       Теперь ты знаешь правду, ты наследник сил, что пришли из иного мира. А значит всегда будешь выделяться среди других, тебя будет всегда тянуть куда-то в неизвестность, ты всегда будешь чувствовать себя чужим. Ты вырастешь вдали от отца, я никогда ничему тебя не научу, не расскажу, и весьма вероятно, мы не встретимся никогда. Ты будешь лишен многого, что обязаны разделить отец и сын. Но у этого есть свои преимущества, только ты сам можешь решить, кем тебе быть. Можешь стать поэтом, исследователем, генералом, халифом, бандитом, хорошим мужем, фермером, да кем угодно. Ведь я подарил тебе только свою кровь, которую бы многие назвали проклятой. Я не оставил тебе наследия, не дал воспитания, так что тебя ограничивает? Тем более я подарил твоему народу свободу, так почему бы тебе ею не воспользоваться?       Так что какой бы путь ты не избрал себе, благослови тебя Аллах, Будда, Ахурамазда, Сет, Тот, Амон-Ра, Гроссмейстер, Вавилен, дядюшка Мойша, Хелиус, и все Поттеры и Певереллы, которых это касается. Пусть они помогут в пути, ибо меня рядом не будет, чтобы разделить твое счастье или помочь в твоей печали.       Я не претендую на особое место в твоей жизни, не собираюсь тебя учить или воспитывать, ведь какое я имею право на всё это!? Но если ты хочешь услышать советы от отца, то вот несколько универсальных, которые помогут тебе не зависимо от ситуации. Свет всегда побеждает тьму, но звёзды светят ярче во тьме; тени исчезают в полдень; смерть не всегда конец; всегда соблюдай правила гостеприимства; если отдыхаешь в чужой тени, живи по местному календарю; чтобы куда-то попасть надо бежать ещё быстрее, чем ты бежишь сейчас. Превозмогание — ключ к победе. Не верь посулам тех, кто сильнее тебя, так как они просят лишь то, что не могут отобрать у тебя силой. Будь сильным, справедливым, будь водой, будь непобедим. Верь в себя, и ты победишь. Возможно, некоторые советы тебя запутают, но тогда оставь их своим потомкам, они точно разберутся. А если ни один совет тебе не подойдёт, то помни: «Ничто не истинно, только ты определяешь свою реальность».       Наверняка, у тебя есть множество вопросов, ты бы с радостью послушал истории своего отца, или посидел вместе со мной на краю очередной скалы, слушая музыку ветра. Но увы, я слишком самовлюблён и эгоистичен, чтобы ради тебя обманывать время. Так что, если ты несчастлив, огорчен, расстроен, желаешь отомстить за свою несчастную и полную боли жизнь. То тебе стоит отыскать меня и высказать всё в лицо. Потому что в твоей жизни виноват я, который подарил свою кровь твоей матери, а потом испугавшись ответственности, убежал к звёздам.       Жду тебя на Альтаире! Твой отец Гарри Джеймс Дженнингс-Эванс.»       Альтаир стал разворачивать свиток дальше и столкнулся с целым ряд формул и объяснений, как правильно найти звезду на небе. Альтаир усмехнулся, как для отца, который бросил сына, он слишком явно указывал, где его найти.       Свиток расставил многое по своим местам, Альтаир знал о великом герое Гарун ибн Джайми, который указал людям Путь. Он никогда не думал, что окажется его сыном. Будучи ещё юным, он не понимал почему от него скрыли этот факт, и кто знал о нём правду. Дети относились к нему ровно, он не был сыном героя, поэтому Альтаир сам заработал свою репутацию. Взрослые строили его, как и остальных, ведь он был обычным пареньком. Да и он сам рос свободный от тени величия своего отца. Никто не заставлял его быть кем-то, лишь тем, кем он сам захочет. И даже сам Альтаир не понимал, что эта свобода и была тенью его отца.       Альтаир поднял голову высоко к небу, где стали появляться первые звёзды, он отбросил капюшон и подставил лицо ветру. Он был свободен, и если он сам не скажет, кто он, никто его об этом не спросит. Он Альтаир, сын героя, и только он может решать свою дальнейшую судьбу.

7 лет спустя Аграба

      Улицы Аграбы были оживленными: люди, верблюды, кони, странные создания, похожие на гротескное сочетание человека и крысы; все они сновали здесь в поисках всего, что могла предложить Аграба. Будучи центром Великой Пустыни, она предоставляла великолепную площадку для обмена товаров и культуры различных обитателей Великой Пустыни.       Да и сама Великая Пустыня сильно изменилась за прошедшие двадцать лет с Исхода и теперь звалась Пустынным Краем. Все оазисы давно были захвачены странными созданиями, которые звали себя Вольк, а Пустынный Край именовали Рейхом. Дальше Пустынного Края они не совались, продолжая охранять свои оазисы. Что вынудило людей бежать во все стороны, но лишь немногим караванам удалось вырваться за пределы Пустынного Края. Множество людей погибли во время пустынных войн, но больше всего во время Исхода. Но несмотря на это люди выжили и распространились во все земли.       Был известен Зелёный Край на юге, Край Надежды на севере, на северо-востоке был известен Огненный Край, и на дальнем севере был основан Лесной Край. Люди со всех обжитых регионов посылали в Аграбу группы разведчиков, а потом стали посылать и караваны, когда убедились, что Аграба отличная точка для торговли. Наиболее продвинутым в технологическом плане оказался Огненный Край, возглавляемый принцем Али Первым и принцессой Фиби, они уже разработали летательный аппараты для пассажиров и грузов. А теперь зарабатывают оказание транспортных услуг, тем самым усиливая гегемонию человека.       Но человек не был гегемоном в мире, населенном странными существами пугающей природы, человек был лишь один из многих, кто населял этот мир. И пока остальные не обнаружили людей и не стали рассматривать их, как угрозу, у людей было время объединиться и найти общие основания для существования со всем миром.       А пока не наступил переломный момент, у молодого поколения, рожденного за пределами Аграбы, было время вернуться на земли своих предков, увидеть мир, исследовать руины древней цивилизации или просто насладиться летним деньком. Ведь эпоха свершений будет лежать не на их плечах, поэтому пусть насладятся свободой, которой не было у их отцов и матерей.       Альтаиру был двадцать один год, когда он впервые вступил на знаменитые улочки Аграбы, про которые ему столько рассказал дядюшка Балсам. Альтаир был в белой накидке, покрывавшей плечи, спину и закрывавшая капюшоном голову. Накидка умело крепилась к его одежде ремешками и заклёпками. Торс прикрывала толстая холщовая рубаха, тоже перевязанная ремешками. На ногах были удобные сапоги из овечьей кожи, и такие же кожаные штаны с вшитыми металлическими вставками. Поверх штанов была завязана небольшая юбка из белой ткани, а поверх рубахи была надежная, кожаная жилетка с металлическими вставками. На Альтаире так же было множество украшений из янтаря, верёвочек, ракушек, кости и дерева. На руках были длинные кожаные браслеты, покрытые серебряными украшениями.       Все эти украшения Альтаир не любил, и каждый раз, когда очередная девушка подходила к нему и дарила на удачу амулет, он закатывал глаза. И хотя он и сохранил в тайне, кем был его отец на самом деле, но его смазливая мордашка, кроме ушей и носа, досталась ему от отца, поэтому отбоя от девушек не было. Да и мордашку ему пытались бить за то, что слишком популярен, но Альтаир относился к этому, как к возможности потренироваться.       Альтаир шёл за дядей Исса, который обещал показать, где именно стоял прилавок Балсама, где-то тут, между торговцем медных ламп и торговцем коврами. Вот прямо на этом месте, в тени домика, стояла лавка с фруктами и овощами. Правда сейчас ни прилавка, ни тени, ни домика не было. Площадь была расширена, устлана булыжником и существа со всей округи собирались для торгов, ставя стихийные шатры. Базар теперь занимал целые кварталы, население Аграбы стало меньше во много раз, поэтому многие дома были снесены, а площади перераспределены.       Словно пытаясь что-то компенсировать, всюду были разбиты сады, где каждый мог насладиться фруктами, тенью и чистой водой. А не, как во времена до Исхода, когда только знать могла себе позволить такие сады.       Альтаир продолжал дивиться величием Аграбы, её маленькими домиками, которые были в разномасть построены из всего, что можно было найти под рукой. Зачастую их строили без какого-то городского плана или задумки, стараясь утыкать всё пространство своими постройками. В родном городе Альтаира всё было по-другому, широкие улицы, у каждого дома сад и двор, монументальные постройки из камня и дерева. А здесь песчаник и такое впечатление, что вот-вот и завалится, дома не белили, вместо дверей было одеяло. Альтаир покачал головой, ведь в этом городе должно было жить куда больше людей и все ютились здесь. Альтаир прикрыл глаза и попробовал представить себе, какого это быть окруженным снующей толпой. И как бы он не старался, у него не выходило.       Внезапно Альтаир остановился и почувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Альтаир сделал вид, что ничего не заметил и остановился, чтобы взглянуть на начищенный бронзовый чайник. А сам стал украдкой отслеживать свое окружение. Конечно, Альтаир не был каким-то вором или профессиональным убийцей, впрочем, как и наблюдавший за ним. Поэтому две пары изумрудных глаз встретились.       Девушка убрала с лица платок и выступила вперёд, опираясь на посох. Она была прекрасна во всём, изящные, но сильные руки, женственные бёдра нужной округлости, налитые соком небольшие груди. Изящные, босые ступни, покрытые рисунком хны. Казалось, она парила, а не шагала. Девушка была в прозрачных шелках, едва прикрывавших её наготу, и больше подчеркивали её фигуру. Просвечивая легкие шорты и обтягивающую футболку под ней, просвечивая красивый рисунок на её теле. Одежда выглядела облаком, которое случайно уснуло на девушке. По всей одежде были развешены монетки и стеклянные украшения, которые постоянно звенели от малейшего мановения ветра. Её зелёные, словно два изумруда глаза, встретились со взглядом Альтаира.       Что-то дрогнуло в нём, и почти сразу пришло осознание, он уже видел эти глаза, каждый раз вглядываясь в зеркало, блестящую сталь, в свое отражение в воде. Везде он видел эти глаза, его глаза, глаза его отца. Парень и девушка, ровесники, полукругом обходя, стали рассматривать друг друга. Грациозные, они сжались, как хищник готовый к прыжку. И поражались тому, насколько похожими были.       Альтаир отметил, что девушке повезло больше, ей достались волосы матери, они были прямые, пышные, послушные. А не тот колючий куст, который должен был стричь постоянно Альтаир. А вот скулы и нос достались от отца, маленький, аккуратный, подбородок оканчивался ямочкой, а личико было идеальным полукругом. — Кто ты такой? — прошептала первой девушка, с вызовом уставившись в так знакомые ей глаза — Я Альтаир Орла из Края Надежды, а кто ты такая? — выпятив грудь и разрывая дистанцию, приближаясь, спросил парень. — А я Фатима Большого Пса из Зелёного Края, — девушка наклонила посох под углом, закрываясь от парня. — Странно, ты кажешься мне знакомым. — Могу ответить взаимностью. — Что ты делаешь здесь? — Я прибыл сюда, как и многие до меня юноши и девушки, чтобы побывать в землях отцов. — И, как звали твоего отца и чем он занимался в Аграбе? — стала допытываться Фатима, выглядывая из-за посоха. — Я не знал своего отца, он покинул меня с матерью до моего рождения, и не знают скалы ни имени его ни рода. — Значит в Аграбе жила твоя мать? — Нет, она родом из оазиса, когда они ещё принадлежали людям, её имя Лейлла. — Тогда, что ты забыл в Аграбе? — задала вопрос умная девушка. — Меня послал дядюшка Балсам, который воспитал меня, как сына. — А почему ты так честно отвечаешь? — спросила красавица, заходя слева на юношу. — Вопрос лишь в том, уважаемая, с чего вы взяли, что я говорю правду? — парировал Альтаир, уходя полупоклонов в право. — Что-то мне подсказывает, что ты говоришь правду, тем боле Пукхи молчит. — Пукхи? — Пукхи. — ответила девушка, доставая из заплечной сумки зверька.       Странное существо, с вечно сонной мордой, белое, лохматое, шерсть падает на глаза. Выглядело бы, как болонка, если бы не две торчащие на голове антенны, концы которых светились и были толще. — Он не любит, когда врут и ворчит от этого. Но, как видишь, он спит и спокоен. — Что это за зверь такой? — Единственный в своей роде, Пукхи демон, он пришёл на мой зов и согласился стать мне другом. — заявила Фатима, согнув свою руку и коснувшись растопыренными пальцами груди. — О, так ты великая колдунья, раз повелеваешь шайтанами? — Ты смеешь сомневаться во мне? Так знай же! — Фатима стала подыматься в воздух, вокруг неё закружил ветер и пронзительно засвистев. Потоки воздуха стали подымать её ещё выше и обволакивать её, подымая пыль по всему базару. — Перед тобой Фатима, избранная Небом, величайшая Звезда своего народа, мне подвластны все ветра и многие шайтаны мои лучшие друзья.       Альтаир накинул на себя капюшон, вспыхнув голубоватым свечением, он совершил серию прыжков, отталкиваясь от воздуха. Поднявшись на нужную высоту, он совершил сальто назад и приземлился на край крыши. В его руке сверкнул кинжал, и он отвёл его в сторону, выставив вперёд вторую руку. — Знай и ты Фатима Большого Пса, что я Альтаир победитель чудовищ, тот кто взошёл в Небо, тот кто украдёт все звёзды в Небесах.       Прохожие были поражены происходящим, а наиболее слабовольные стали разбегаться и прятаться. Двое молодых людей смотрели друг на друга с вызовом, ожидая, кто первым совершит выпад. — Ха! Я так и знала, что найду вас именно так! — послышался звонкий девичьи голос. — Каков отец, такие и дети, честное слово.       Альтаир и Фатима перевели взгляд на голос, им очень хотелось узнать, кто осмелился не трепетать перед их мощью. Этим кто-то оказалась девочка лет четырнадцати на вид, слабая, хрупкая, закрытая вся в одежды и зачем-то напялила на себя плащ. Белые сапожки, обтягивающие штаны из неизвестного материала и зелёный мундир странного покроя с золотистыми пуговицами на зелёной ткани. На голове был платок, закрывающий всё, кроме лица, лишь глаза были закрыты желтыми, выпуклыми, круглыми очками. А поверх платка был надет зачем-то берет. На лице девочки красовалась усмешка, и она скрестила руки на груди, словно превосходила их. — Кто ты такая? — спросила Фатима — Что ты можешь знать о моем отце? — выкрикнул Альтаир.       Девочка улыбнулась пуще прежнего, словно именно этих слов и ждала. — Я Имара! — громко крикнула девочка, от чего все, кто узнал имя, стали разбегаться. — Герой Человечества, защитница слабых и угнетенных, я та, кто несёт возмездие во имя Науки! Я свет знаний в царстве мракобесия!       Фатима и Альтаир перегнулись, на лицах обоих читался вопрос: «Кто это?». — Я понимаю, понимаю, мы все пришли сюда за одним и тем же. — примирительно сказала Имара, подняв руки вверх. — И все мы опоздали. — отчего опустила плечи и руки, изображая вселенскую скорбь.       Имара просто струилась сарказмом и издевалась не только своим взглядом и жестами над двумя детишками, но и своим тоном. Было это на самом деле или оба выдумывали это, но Фатима и Альтаир чувствовали себя обиженными. — Я думаю, что будучи героем своего народа, должен проучить малявку, которая возомнила себя героем. — заявил Альтаир, за один прыжок оказавшись на земле и выставив кривой кинжал в сторону Имары. — Ты мне не нравишься, парнишка, но почему-то я полностью согласна с тобой, спускать мелкой такое поведение не стоит. — подтвердила свои намерения Фатима, вставая рядом с Альтаиром. — Ох, дети-дети, мне было четырнадцать, когда вы только под стол ползали. — сказала Имара, приложив ладонь ко лбу и покачав головой. — Ну ладно, давайте я вам намылю задницы, ваш отец предупреждал, что это самый действенный метод воспитания.       Бой завязался почти сразу, Имара взмыла на реактивных сапожках в небо, её сразу догнал Альтаир пустив в бой свои кинжалы. Имара с лёгкостью отразила их своим руками-лезвиями, а на метательные кинжалы ответила игломётом, встроенным в плечо. Фатима же осталась на земле и принялась рассчитывать сложный контур из эфира.       Фатима родилась с даром, который помогла раскрыть ей команда демонических-пиратов под предводительством Капитана Джека-Воробья. Это был демонических размеров воробей в треуголке, который своими крыльями мог вызывать штормовой ветер. Воспитание и обучение Фатимы демонической командой носили исключительно прагматичный характер. Команда помнила гостеприимство и радушие её отца, вот и решили, что один такой демонолог хорошо, а два — лучше. И не прогадали.       Фатима осваивала тонкости Эфира очень быстро, ей достался гибкий ум отца и его живое воображение, а вот от матери досталось её хозяйственность и обстоятельность. Поэтому Фатима обладала широким списком заклинаний манипуляции газовой среды, включая несколько «фокусов» с электричеством.       Бой между Имарой и Альтаиром с Фатимой проходил не столько в разрушительном контексте, сколько в попытке продемонстрировать свою силу и удаль. При этом все трое старались не устроить массовую потасовку и не навредить городу через меру, но вы сами знаете эти пафосные битвы.       Достаточно быстро до дочери и сына Гаруна ибн Джайми дошло, что Имара их превосходит. Быстра и ловкая, манёвренная, как в воздухе, так и на земле. Вооруженная до зубов и имеющая в рукаве ответ на любое действие со стороны Фатимы и Альтаира. Молния с небес была встречена диэлектрическим зонтом, который увёл заряд в землю. Удары Альтаира отбивались, все брошенные кинжалы и усиленные пси встречались игломётом. От газовых серпов, Имара успешно уворачивалась, а от тех, что не успевала, сбивала форму за счёт плазменной горелки. Сражаться с двумя уникальными противниками было для неё не в первый раз.       И это деткам повезло, что они сражаются в Аграбе, а иначе Имара бы достала в качестве козыря одну из версий Custos. В общем, бой закончился тем, что все трое стояли на крышах высоких домов, каждый на своей, и между ними была площадь. Имара держалась рукой за шпиль повиснув под углом, и ухмылялась. Альтаир гордо вздымался на краю крыши, держа в руках острые кинжалы. Фатима стояла напротив в окружении призванных демонов-воробьёв, которые легко гибли от игломёта.       Было очевидно, кто победил, но дети Гаруна ибн Джайми унаследовали от отца черту идти до победного конца, забыв захватить себе в геном умение подстраиваться под ситуацию. — Ладно-ладно, сдаюсь, признаю вашу победу! — сказал Имара подымая руки вверх, тем самым вгоняя в ступор обоих подростков. — Ведите теперь меня и допрашивайте.       Допрос Имары проходил в кофейне, где она расположилась со своими людьми, туда же пришли люди Фатимы и Альтаира. Многие из них знали друг друга, поэтому принялись вспоминать старые-добрые времена, когда гоняли друг друга. Поэтому троица героев своего народа устроилась в отдельном помещении.       Имара оказалась куда умнее и сообразительней, но она была творением Гаруна, которой подарил плоть и стальные мышцы лучший робототехник. Бывало, Имара шутила, что у неё два папы. Неудивительно, что она была лучше детей, который появились на свет, самым обычным способом. И чтобы окончательно добить деток, Имара достала свой козырь: фотоснимки их отца, которые она сделала, когда тестировали скрытую камеру. Впервые в своей жизни Фатима и Альтаир увидели, как выглядел их отец. Дети нашли, что ни разу на него не похожи, чем вызвали новый приступ смеха у Имары.       В итоге выяснилось, что Имара не настолько осведомлена, как хотела показать. Фатима пришла сюда в поисках древних знаний, а Альтаир искал тётушку Ирис, которая должна была научить его пользоваться его даром. Что же касается Имары, то она пришла принести возмездие безумному султану Джафару, но опоздала.       Стоило жителям подземной Аграбы выбраться на зов Джафара, как они обнаружили, что его фокусы на них не действуют. Джафар никогда не был очень умным, поэтому потребовал склониться перед ним, а потом рассказал всю зловещую правду о Ебаке и кто его на самом деле призвал. Не забыв рассказать, как он, Джафар, победил злобного джинна.       Жители подземной Аграбы, отнеслись с понимаем к рассказу странного мужчины, но убедившись, что от посоха у них только головная боль, они решили помочь Джафару отведать в полном объёме того, чем их кормил Ебака всё это время. Конечно, у него не было сил помешать этому, все, кто мог помочь ему, покинули его. Джафар думал, что посох поможет ему, что стадо последует за ним, не учёл он одного, что стая не стадо! Так и окончил Джафар свою бренную жизнь, будучи насаженным на свой же посох.       Выжившие тут же разделились на две части, те, кто уверовал в избавление и на тех, кто считает, что это очередная ловушка Ебаки. Даже спустя двадцать лет они продолжают так считать и продолжают рыть подземелье под Аграбой. Аграбой стал управлять совет из тех, кому больше всего доверяли люди, они же начали организовывать и восстанавливать быт. Имамов, попытавшихся восстановить свое сословие, повесили, ибо, где был их Аллах, что позволил такое бесчинство. Потом появились первые разведчики и надежда вернулась в стены Аграбы. Хоть Аграба и остаётся памятным местом для людей, но это уже была пустая клетка, из которой они сбежали.       Фатима моментально поставила под сомнения рассказ о том, что Исход был спланирован и организован таким способом её отцом. Фатима ссылалась на Ирис — ученицу её отца — уж она-то не будет скрывать, кто стоял за Ебакой. Альтаир мало что мог рассказать об отце, поэтому просто пожал плечами. Всё равно никто ничего не докажет, а безумец с посохом мог запросто всё выдумать. Имара же придерживалась мнения, что не всё так просто и Гарун запросто мог всё спланировать, тем более именно он ей рассказал о безумном султане. Все трое пришли к тому, что дело попахивает и надо собрать больше сведений.       Разговор троих юных героев был прерван мужчиной. Тёмные волосы и чёрные глаза, загорелая кожа и кривой нос, его можно было назвать красивым, если бы пустыня не изрезала его лицо. Он был тощим, прямым, как жердь, облаченный в одежды странников пустыни. В данный момент мужчина сидел в оконной раме и болтал ногой, рассматривая собравшихся на втором этаже.       Имара отреагировала никак, продолжив сидеть на подушке, скрестив ноги и раскачиваясь вперед-назад. Фатима напряглась и взяла свой посох, который лежал на земле. Альтаир, наоборот, расслабился и стал погружаться в свое привычное трансовое состояние. Мужчина не повёл и бровью, на реакцию подростков. — Мир вам, дети пустыни. — Странно слышать о мире от человека, который заходит через окно. — начала язвить Фатима. — И вам мир! — ответил Альтаир приложив руку к груди и кивнул головой.       Имара продолжила улыбаться и раскачиваться, как болванчик. — Разрешите мне представится, я Хасан ибн Саббах, истинный хашашин. — А что, есть поддельные, раз вы истинный? — тут же нашлась Фатима, злорадно улыбнувшись. — Да, — незамедлительно ответил Хасан. — Таким был ваш отец. — О, кажется, вечер перестаёт быть томным. — отметила Имара.

15 лет спустя Тайная база хашашинов

      Десять лет назад, достигнув своей пиковой формы, Альтаир заметил, что перестал стареть, нет какие-то процессы всё ещё шли, но у него уйдут века, прежде чем он состарится. Ни Альтаир, ни учёные ордена не знали с чем это связано и как это передать другим. Разве, что его дети наследуют его черты, у Альтаира уже было двое. Несмотря на свой характер, он не устоял перед девушкой из родного края.       Орден оказался реальностью, а не сказкой и выдумкой. Хотя сам орден находился в плачевном состоянии. Когда Альтаир и Фатима прибыли сюда, здесь было от силы десяток хашашинов и большая часть просто были учёными, которые хранили знания. Знания ордена хранились на специальных устройствах, которые Имара назвала компьютерами — эхо былой эпохи до грибной войны.       В этой тайной базе Альтаир и Фатима стали тренироваться, чтобы стать частью ордена. Тренировки были записаны на компьютерах и были действительно полезными. Нашлись и специальные практики, которые помогли Альтаиру лучше овладеть его силой. А вот Фатиме орден ничем не смог помочь, кроме физической подготовки и обучению технологиям до катастрофы. Её дар оказался из иного мира и только она и друзья её демоны могли помочь в овладении его.       На тех же компьютерах был записан и кодекс — собрание истории человечества и причин катастрофы, которая почти уничтожила людей. Кодекс был самым ценным артефактом ордена, там была вся необходимая информация, чтобы возродить человечество и направить его развитие, избежав повторения ошибок. Там же было найдено и культурное наследие человечества, которое Альтаир нашёл не слишком подходящим. И в кодексе уже хранились свежие данные о новых событиях в истории человечества. Всё же хашашины обладали передовыми технологиями и могли передавать данные на расстояние, в том числе, как и Имара снимать видео и фото.       Альтаир понимал, к чему его готовил Хасан показывая всё это и давая допуск. Хасан видел Альтаира своим приемником, будущим главой ордена, Фатима от роли лидера отказалась сразу, она была слишком своевольной и независимой, чтобы возложить на свои плечи такую ношу. Помогать и направлять развитие Человечества — да, быть непосредственно в ответе за решения, если что-то пойдёт не туда — нет. Разделяя с сестрой кровь, Альтаир не понимал почему она так относится к ответственности, но за годы работы вместе, они поняли, что они разные. Видать отец был прав, что человека определяет его воспитание, а не кровь, так что хоть они и получили от него многое, но они не он.       Имара же оказалась подкованной в электронике и с радостью помогла отремонтировать базу и восстановить её ресурсы. Как же удивился Альтаир, когда обнаружил над базой убежище, которое вырезал себе в скале его отец, по словам тётушки Ирис, здесь они провели долгих два года, пока его отец постигал тайные знания. Ирис так и не нашла в себе силы рассказать, что на самом деле они здесь пили, пели песни, играли в шахматы и трахались, ожидая пока люди разбегутся во все стороны.       Альтаир сидел в кресле главы ордена и вчитывался в отчёты Хасана, перед ним была вся база хашашинов за период после войны. Как они пытались удержать людей в Аграбе мешая им выбраться в творящийся тогда хаос, а когда всё успокоилось, люди уже привыкли жить в клетке, и они не смогли их вынудить покинуть Аграбу.       Читал Альтаир и про отца, который появился из ниоткуда и не смотря на все действия хашашинов, они просто не могли угнаться за ним. Как не могли угнаться за событиями, которые тогда происходили, они происходили слишком быстро, слишком внезапно и обладали огромным историческим импульсом. Мир, казалось бы, катился в пропасть, но достигнув дна, на самом донышке непроглядной тьмы они нашли надежду, которая словно свет звезды указала путь людям.       И теперь мир становится больше, люди идут в разные стороны, и орден слаб, как никогда. А значит Альтаир должен восстановить его, помочь ему и присмотреть за Человечеством, направив его в нужное русло. Фатима согласилась помочь с научной базой, тем более ей был интересен Кодекс и содержимое многих мест, которые были записаны в Кодексе. Поэтому она с радостью приняла позицию главного казначея ордена.       Имара была не против побыть основным оперативником, но Альтаиру удалось уговорить её поработать главой технического отдела, пока она не подготовит достойную смену. Тем более Альтаир узнал, что Имара не стареет и в большей степени робот, чем человек.       Вся эта работа в ордене позволила Альтаиру стать не только сильнее, но и найти точку приложения этой силы. Ведь зачем тебе быть сильным, если это не служит какой-то цели? Альтаир понял, кем он хочет стать — правителем, который следит и заботится о человечестве в тайне от него. Стать правителем укрытым в сумерках.