ПостАпокалипсис

      Эрик стоял перед дверью в тренировочную комнату. Команда уже была внутри, ожидая занятия с Рейвен. «Вот им сюрприз-то будет», — без намёка на веселье думал Эрик. Он не сомневался, что для некоторых личность нового тренера окажется малоприятной, но им придётся смириться с этим. Или уйти. Выигрыш есть выигрыш, в случае чего, Чарльз должен будет выполнить своё обещание. Эрик сделал глубокий вдох. Сейчас эти ребята совершенно безнадёжны, но в потенциале... телепорт, телекинетик, спидстер — очень сильная комбинация, а ведь у них есть ещё «погодная ведьма» и «лазерный мальчик». Эрик мечтательно улыбнулся. Раз он согласился тренировать «Людей Х», то превратит эту команду в лучшую из лучших. Или хотя бы сделает всё возможное за то время, что у него есть. И с этими мыслями он распахнул дверь.       Ребята удивлённо уставились на Эрика.       — Где уже Рейвен? И что ты тут делаешь? — недовольно спросил Скотт.       — Следующие два месяца вы будете тренироваться со мной. Если намерены стать по-настоящему сильной командой, то придётся слушать и выполнять абсолютно всё, что я говорю, — Эрик обвёл команду взглядом. — Это понятно?       — С чего ты решил, что кто-то будет тренироваться с таким...       — Скотт! — прервала его Джин и положила руку ему на плечо.       — Тебя спросить забыли... — поморщился Питер, глядя на Скотта.       — Тишина! — звенящий сталью голос Магнето с лёгкостью перекрыл звуки начинающейся ссоры. — Если кто-то чем-то недоволен, то дверь вон там, — он махнул рукой за спину, — можете пойти и обсудить свой уход из команды с Чарльзом.       Скотт раздражённо сбросил руку Джин с плеча, но остался стоять на месте. Стоявший за их спинами Питер посмотрел на Ороро и изобразил беззвучное «Вау», тыкая пальцем на Эрика. Девушка интерпретировала это как «смотри, насколько крут мой отец» и едва заметно кивнула в ответ. Она видела, на что способен Магнето, и тренировки с таким сильным мутантом казались ей удачей.       — Раз все остались, то начнём. Упали и отжались, способности применять нельзя.       — Разве мы не будем сражаться со Стражами? — спросил тихо стоявший в стороне Курт. — Учиться работе в команде, как делали это с Рейвен?       — Прежде чем учиться работать в команде, вам нужно научиться хотя бы просто работать. Узнать всё возможное о себе и своей силе.       — И как нам помогут в этом отжимания? — с нескрываемым сарказмом спросил Скотт.       — Ваши способности напрямую связаны с вашим телом и эмоциями. Страх, злость, боль, усталость — всё это влияет на ваши силы. И вы узнáете, как именно. Если вы хотите усилить свои способности и контроль над ними, вы должны улучшать и свою физическую форму. Так что сегодня на повестке дня — выдержка. Отжимаетесь, пока не упадёте. Пользоваться своими силами нельзя, — Эрик задержал взгляд на Питере.       Ребята принялись за упражнение. Первыми сдались Ороро и Курт, оставшись лежать на полу и восстанавливать дыхание. Джин, на удивление, продержалась значительно дольше, лишь слегка уступив Скотту. Питер даже не запыхался.       — Прекратить. Я же сказал, не использовать способности, — недовольно посмотрел Магнето на Питера и Джин.       — Я и не использовала! — оскорблённо ответила Джин.       — А я просто самый быстрый и сильный, — нахально заявил Питер.       — В таком случае, в следующий раз я принесу ингибиторы* способностей. И посмотрим, кто тут... быстрый и сильный, — ответил Эрик Питеру и перевёл взгляд на Джин: — А тебе нужно лучше себя контролировать, ты использовала силы бессознательно, иначе сдалась бы самой первой.       — Но я не могу, это от меня не зависит! — оправдывалась Джин.       — К этому мы ещё вернёмся, — пообещал Магнето. — А сейчас всем, кроме Питера и Джин, нужно найти отличия от предельных значений ваших сил.       — Что ещё за предельные значения? — недоуменно спросил Скотт.       — Вы даже этого не знаете... — обречённо проговорил Эрик. Нет, он знал, что уровень у команды пока что низкий, но он не ожидал, что всё настолько плохо. Впрочем, о систематическом подходе к тренировкам в этой школе могли знать только Чарльз и Хэнк, но один был постоянно занят наукой, а второй и так тащил на себе всю школу, и на «Людей Х» его уже не хватало. Рейвен же... Что могла рассказать о системном подходе Рейвен, если она не могла сохранять последовательность и порядок даже в собственной жизни? Убить Траска, спасти Траска, уйти от Чарльза, вернуться к Чарльзу... Эрик почувствовал, что кто-то дёргает его за рукав. Чёрт, похоже от хронического недосыпа он начал выпадать из реальности**.       — Мистер Лэншерр! — смущённо, но настойчиво позвал его Курт, аккуратно тыкая пальцем в плечо.       — Да? — отозвался Эрик, удивляясь, что именно Курт, а не Питер, отважился тыкать самого Магнето. При этом Питера было не видно, перед Эриком стояли только Скотт и девочки, пытаясь сдержать улыбки. Уже догадываясь о причине странных выражений лиц, он резко обернулся назад и увидел Питера, быстро убирающего руки от его головы. Похоже, поганец изображал то ли рожки, то ли корону над его головой.       — Вы безнадёжны. Как я вообще в это вляпался? — простонал Эрик, глядя в потолок, но затем собрался и продолжил прежним чётким голосом: — Предельные значения ваших сил, очевидно, показывают пределы ваших способностей. Максимальная точность и меткость, наименьший и наибольший вес или размер объекта, которым вы можете манипулировать, наивысшая скорость отклика, пиковая интенсивность излучения и тому подобное. По-хорошему, вы должны были бы уже знать, на что способны. Иначе как вы отслеживаете свой прогресс?       — Никак, — мрачно ответила за всех Джин. Ей нравилось заниматься с Рейвен, но она начала понимать, что тренировки с Эриком будут гораздо эффективнее. У остальных ребят были схожие чувства. В начале занятия все, кроме Питера, напрягались из-за общения с знаменитым Магнето, но увидев над его головой оленьи рожки из пальцев, ребята расслабились, осознав, что Эрик такой же человек, как и они. Конечно, выглядел он сурово, но ведь Питер даже замечания не получил за свою выходку!       — Итак. К сегодняшнему вечеру всем составить план проверки своих предельных возможностей и утвердить у Чарльза, — злорадно велел Эрик. Пусть он тоже помучается, не всё же одному Эрику страдать от глупости детишек. — Все свободны до завтрашнего утра.       Едва ребята вышли за дверь, Эрик лёг на пол и закрыл глаза. Металл приятно холодил спину. Он чувствовал себя, как выжатый лимон, хотя тренировка была совсем короткой. Сказывалась и длительная бессоница, и тщательно подавляемое волнение: Эрик очень давно никого не тренировал. А уж с такими юнцами имел дело только тогда, сразу после знакомства с Чарльзом.       — Эй, чувак! Э..Эрик! — Питер уже ненавидел эту свою привычку запинаться на имени отца, но ничего не мог с собой поделать. — Ты в порядке?       — Максимов, ты вообще знаешь, что меня зовут не «Э-эрик»? — ответил Лэншерр, не открывая глаз. Он уже перестал удивляться внезапным и неуместным появлениям мальчишки.       — А ты знаешь, что я вообще-то Максимофф? — обиженно ответил Питер.       — Знаю. Но игнорирую. Мне больше нравится Максимов.       — Вот и мне больше нравится «Э-эрик»!       — У тебя отвратительный вкус на имена. Боюсь услышать твой позывной, — подколол его Эрик, всё так же лёжа на полу и не открывая глаз.       — У меня его ещё нет. Но я подумываю о «Призрачном гонщике» или «Серебряной молнии»...       — Кошмар. Для гонщика тебе не хватает мотоцикла, а молнию оставь погодной ведьме, ей больше подойдёт. К тому же оно девчачье.       — Она уже выбрала «Шторм».       — Вот видишь, у девчонки есть вкус. Кратко, ёмко, изящно. Прозвища из двух слов — ужасные.       — Ха, а Профессор Х? — попытался подловить Эрика Питер.       — То, что я всегда зову его по имени — говорит само за себя. Но он хотя бы не сам выбрал себе это жуткое прозвище.       — Мм, как на счёт «Серебряного стайера***»?       — Если ты думал, что упоминание металла как-то улучшит моё отношение к двусложным позывным, то ты ошибся. К тому же, я не могу управлять серебром, оно — диамагнетик.       — Вообще, я имел в виду цвет. И я думал, ты любыми металлами управляешь.       — Ты вообще физику учил? Я управляю магнитными полями. Они притягивают железо, кобальт, никель, и кое-что более редкое, типа гадолиния или эрбия. Диа- и парамагнетики почти не поддаются.       — Звучит потрясающе занудно. И высокомерно. И да, я учил физику, — обиженно надул щёки Питер. — Ты ведь можешь использовать диамагнитную левитацию? По теореме Ирншоу с помощью одних ферромагнетиков левитировать нельзя.       — Не ожидал, — Эрик открыл глаза и сел. Оказалось, что Питер всё это время лежал рядом. — Ты и правда немного разбираешься... Ответ на твой вопрос: да, но это тяжело, и в качестве диамагнетика могу выступать только я сам. Скажем, поднять тебя я могу только ферромагнетически — за железные цепочки на одежде.       — Значит, в пластиковой тюрьме ты бы мог взлететь до потолка, даже не имея при себе железа? — озадаченно спросил Питер.       — А чем мне поле магнитное создавать, умник?       — Ну мне откуда знать, как там твои силы работают!       — Ладно, не кипятись. Признаю, как минимум в некоторых областях физики ты что-то понимаешь.       — Неужели я получил комплимент от самого Магнето? — с нарочито деланым равнодушием спросил Питер. В душе же он радовался, как ребёнок.       — Это не меняет того, что на имена у тебя ужасный вкус.       — Вот увидишь, я ещё придумаю что-нибудь потрясающее! — пообещал Питер. — Тебе понравится, обещаю!       Эрик только хмыкнул в ответ, встал и направился к двери. Остановившись около неё, он обернулся к Питеру.       — Ты бы не валялся на металлическом полу, замёрзнешь.       — Всё нормально, мне не холодно, — ответил Питер, осознавая, что всегда чувствовал меньше дискомфорта от металла, чем другие. В детстве железные ручки качелей нежно охлаждали или бережно грели его руки, в то время как другие дети ощущали едва ли не режущий холод или обжигающее тепло. Питер слегка напрягся, испугавшись, что отец почувствует... поймёт, и придётся объясняться, как такое возможно. А Питер был ещё совсем не готов к такому разговору. Он поспешил встать и подойти ближе к выходу.       — Пойду-ка я тоже, обед скоро, и вообще, дела всякие есть, — протараторил Питер, протискиваясь в коридор мимо Эрика. Тот так и стоял перед дверью, провожая Питера подозрительным взглядом. Он не понимал ни причины возвращения Питера в тренировочную комнату, ни его поспешного бегства в данный момент. Но жуткая усталость давала о себе знать, и Эрик не стал задумываться. Он чувствовал, что у него есть шанс нормально заснуть, и не собирался его упускать. Кто знает, когда в следующий раз он сможет уснуть без кошмаров?