Что за мерзкий запах?

****** Нет ничего страшнее чувство сожаления, оно словно червь, сжирает тебя изнутри, убивает, разрывает словно граната. Оно чем-то похоже на любовь, не даёт спать по ночам, есть, постоянно лезет в голову. Захочешь забыть не получается, захочешь убежать, так оно огромными гирями на ногах повиснет, что не двинуться. Оно медленно высасывает из тебя душу, а потом выбрасывает, как ненужную вещь, в самый дальний и тёмный угол подвала, где страшно и холодно. Саливан никогда не сомневался в своих решениях, он стольких людей сделал счастливыми, стольких вывел на путь истинный, стольким людям помог, но до сих пор так и остался никем не признанным, не понятым, вечный отшельник, гонимый даже близкими людьми. Одиночка. Крыша стала ещё одной привычкой Саливана, он приходит когда грустит Дэхен, приходит когда омега ищет поддержки или грушу для битья, но сегодня особый день. Сегодня Саливан грустит и ищет помощи, сегодня его грудную клетку разрывает адская боль и навзрыд плачет обиженный и горящий в своей агонии маленький ребёнок. С того случая прошло пара сотен лет это точно, Маг как сейчас помнит того парнишку со сверкающими, яркими глазами и чистой, до смешного наивной душой. Его звали Калеб. Саливан только овладел телепортацией и упорно тренировался. Однажды в одной из вселенных он увидел парня, полную противоположность Калеба, Марселя. Он был жестоким, грубым, озлобленным на весь мир парнем. Марсель убивал, пытал, имел огромный авторитет среди таких же отморозков как он сам. Саливан сразу понял что это судьба, Маг перетащил ничего не понимающего и трясущегося над каждым шорохом Калеба прямо в лапы монстра. Он надеялся что забота и любовь Калеба изменит Марселя, но тот испугался. Марсель не понимал, он не знал что это за чувство, почему при виде Калеба он не может убивать, он не знал, он путал это с беспомощностью. Отнимать жизни единственное что умел делать Марсель, поэтому он убил Калеба. Он просто задушил его тем утром, после очередной бессонной ночи, а затем убил себя. Марсель думал что избавившись от источника непонятных чувств, станет свободным, как раньше, но когда Калеб сделал последний вздох и с улыбкой на губах закрыл глаза, Марсель заплакал, он кричал разрываемый невыносимой болью. Сгораемый заживо чувством вины, злостью на себя и большим, огромным грузом на сердце, который он не хотел признавать — любовью. Саливан тогда не успел, он хотел спасти, хотел помочь или на крайний случай вернуть как было, раскинуть каждого по вселенным, но Маг не успел. Это был первый и единственный случай в его жизни, но он навсегда оставил отпечаток в его сердце. Сегодня годовщина их смерти, Маг никогда не пропускает этот день, молится за их души и желает чтобы в каждом перерождение они были вместе. Он не перестаёт винить себя за смерть Калеба, его яркий свет, излучаемая теплота, с тех пор он ни разу не встретил человека с такой энергетикой. Он был единственной и даже можно сказать первой любовью мага. Скупая слеза катится по щеке, стоит образу Калеба всплыть перед глазами. Он позволяет ей оставить мокрый след и упасть на землю. Саливан жалеет что сделал Дэхена омегой с ароматом мяты и бергамота, потому что Калеб пах мятой, а Марсель бергамотом. Он просто подумал что запах идеально подходит Дэхену. Саливан словно наркоман следит за омегой, старается держаться поближе, вдохнуть, почувствовать, прикоснуться. Но этого катастрофически мало, это все равно не то, не воспроизводится. Маг поднимает глаза к небу, смотрит не на звезды, а на пустоту между ними, она родной ему стала. Холодная, отчужденная, всеми забытая, ускользающая темнота. Из-за яркости звёзд никто не обращает внимания на пустоту, они боятся её, сторонятся, а ей больно. Она тоже хочет теплоты и хоть толику того света, что навсегда умерла в объятиях Марселя. Снова. Щека словно горит от слез. Саливан терпеть не может чёрный цвет, но как можно носить что-то светлое когда внутри полный мрак? — Не прячься. — Маг давно почувствовал как Дэхен вошёл, но не решился подойти. — Я знаю что ты здесь. — Я и забыл что ты всемогущий. — говорит Дэхен, подходит ближе, локтями о перила облокачивается и грустно улыбается. — Почему ты здесь? Дэхен замечает что Саливан как обычно одет в чёрное, но сегодня это костюм, стройный, приталенный костюм. — Давай просто помолчим? — просит Саливан, — Одолжи плечо… — Дэхен садится рядом, Маг опускает голову на его плечо, вдыхает знакомый запах и тихо всхлипывает. — Что-то произошло? — тихо спрашивает Дэхен. — Да, но это уже давно в прошлом. — Тебе до сих пор больно? — Всегда будет… — отвечает Маг, — Я не могу позволить исчезнуть этой боли, она часть меня, исчезнет она, и мне не зачем оставаться. — грустно продолжает Саливан. — Я никогда не умел говорить красиво или поддерживать, все что я умею это посылать и поливать грязью, ты и сам знаешь. Прости, я действительно хочу помочь, но я никогда этого не делал, так что… — Делал. Ты просто не замечаешь. Добрые дела, помощь, забота, ты умеешь их показывать, но пока сам не замечаешь. Даже сейчас ты сидишь со мной и успокаиваешь, это тоже помощь. — Маг молчит словно обдумывает следующие слова. — Ты хороший, я всегда это знал. Иногда ты напоминаешь мне кое-кого, он был почти таким же как и ты… — Ты любил его? — спрашивает омега. — Любил… когда-то давно… Я уже не помню когда, может сотню, а может и две сотни лет назад. — Как ты с этим так долго живёшь? — омега действительно удивлён, он не представляет как можно прожить без улыбки Чонопа целый час, целых шестьдесят гребанных минут, а он страдает веками. — Я устал. Я устал бродить один по пустынной дороге, быть один в этой вечной мерзлоте, где даже айсберг жмется от холода. Я устал никого не ждать, я устал что никто не приходит. Никто не хочет помочь мне выйти из темноты прошлого. Я хочу чтобы кто-то разрешил мне умереть, чтобы кто-то отпустил, но это не так просто, ведь за меня никто не держится. Я брожу по вселенным, соединяют потерявшихся, но ни в одной из них нет особенного для меня. — Саливан по новой всхлипывает. — Он был. У меня нет друга Дэхен, с которым я мог бы разделить все печали мира и счастье вселенных, нет того кто выслушает или наоборот даст пинка когда буду грустить. — Маг цепляется за руку омеги и крепко сжимает в объятьях. Дэхен сам не понимает как обнимает его, одной рукой поглаживая по голове, а второй крепче прижимает к себе, как всегда делал Саливан когда хотел успокоить омегу. Маг цепляется руками, тянет ближе, тянется к теплу, которого давно не получал. — Ты мой друг Саливан, не смотря на этот уродливый чёрный цвет. Ты подарил мне Чонопа, показал что такое любить, ты перевернул мой мир, ты стал моим лучшим другом… Это все ты. В мире много таких ублюдков как я и я рад что вселенная выбрала меня, что ты выбрал меня. — Слышать от тебя подобное как минимум странно, — отстраняется Маг и выгибает бровь. — Больше такого не услышишь так что пользуйся моментом! — смеётся Дэхен. Они молчат около десяти минут, каждый думает о своём, вспоминает, делает выводы. Всегда нелегко говорить о чувствах, признавать ошибки, раскрывать старые раны, всегда больно… — Расскажи мне о других мирах, их много? — Дэхен видит что Магу не становится лучше, он уходит в себя, закрывается. Прошлое словно омут тянет на дно, Саливан не сопротивляется, наоборот ныряет в бездну. — Их много. Есть твой мир — вселенная Противоположностей, этот мир — Омегаверса, ещё есть вселенная Соулмейтов. Там у людей на теле выявляется имя их второй половинки, так они находят друг друга. Есть вселенная Дарк — там все всегда хреново. Вселенная Флафф — там радужно, все счастливы. Это не другие миры, они не пришельцы, вы все живёте на одной планете, просто параллельно друг другу. — Это круто, я и не знал. — омега хочет представить, но не получается, как это увидеть другие миры, быть тем кто может жить где хочет. — Насчёт твоих родителей… — начал Саливан, но Дэхен перебивает. — Прошу не говори сейчас о них, если узнаю, захочется вернуться, расскажешь мне в последний день, чтобы была причина за которую я буду цепляться. — просит Дэ. — Ты можешь пожалеть об этом! — строго говорит Маг. — Больше того, о чем я жалею сейчас и быть не может. — грустно усмехается омега. — Что ты решил насчёт Чонопа? — решает сменить тему Саливан. — Ты ведь уже все решил, зачем спрашиваешь? — Дэхен возвращается к перилам, осмартивает город но не видит, перед глазами Чоноп, его улыбка, смех, его лицо, его волосы, глаза, эта родинка на носу. Как он может что-то решить, когда все о чем он думает это Чоноп, чёртов Мун Чоноп. — У тебя есть выбор, ты можешь остаться, но если до истечения срока ты произнесешь «Я люблю тебя, вернёшься домой. — Разлюбить его? Ты его видел? Как его вообще разлюбить? Он прекрасен как не крути. — улыбается, глаза горят как гирлянды. — Вернёшься? — с надеждой спрашивает Саливан. — Оставшиеся дни я проведу с ним, ни на шаг не отпущу. — Правильно и чем скорее, тем лучше… — одобряет выбор Саливан. — Ну ты и козлина! — злится омега. — Я говорю это для твоего же блага, и не смотри на меня так! — Ага как же, просто плюсик себе в рай зарабатываешь, хотя нет, котёл с твоим именем в аду уже давно горит и когда я буду там, я подброшу дров, бензин с собой захвачу, зажарю тебя до хрустящей корочки мудила, за то, что заставляешь нас расстаться, говнюк! — вспылил Дэхен, оно и понятно, все бы так сказали, но по глазам омеги видно, что он так и сделает. Саливан смеётся, от души так, как маленький ребёнок. Грусть отступает, прежний зануда возвращается. — Не думал, что твой острый язык способен меня рассмешить. — сквозь смех, признается маг. — О, мой язык и не на такое способен! — ухмыляется Дэ. — Не сомневаюсь! ****** Сегодня альфы решили дать выходной своим омегам и чем думаете они заняты? Правильно, дрыхнут без задних ног пол дня, остальные пол дня составляют план по захвату сердец своих альф. Омеги пишут список, чем бы они хотели заняться с альфами, куда сходить, вообщем смертельно-опасный список. — Секс. — говорит Дэхен, отпивая глоток горячего кофе, за завтраком в два часа дня. — Секс должен быть в конце списка! Если в начале им дать то, чего они хотят, они потом не сделают того, чего хотим мы! — с умным видом произносит Ендже. — Ты, я смотрю, спец в этом. — смеётся Дэ. — Проходили уже, знаем. — говорит Ендже, откусывая от бутерброда и запивая чаем. — Тогда что предлагаешь? — Весь секрет в том, чтобы написать чего хочется тебе а потом сделать так, чтобы захотелось и ему, смекаешь? — Давай тогда разделимся и напишем, а потом объеденим то, что понравится? — Окей! Примерно пятнадцать минут уходит на то, чтобы настрочить список желаний. Ендже довольно улыбается, а Дэхен с опаской смотрит на него, этот омега всего лишь с виду такой безобидный. — Закончил? — спрашивает Ендже и выхватывает листок из рук друга. Тот даже не успевает возразить, Дже уже читает: — Так, что у нас тут: 1. Покататься на скейте. 2. Съесть жирный стейк с кровью. 3. Прыгнуть с парашютом. 4. Прыгнуть с тарзанки. 5. Экстремальный дайвинг с акулами. 6. Погонять на машине… Так стоп, стоп, стоп! Что это такое? Список смертника? Это свидание, должно быть весело и романтично, хочешь чтобы со страху померли? Переделывай! — приказывает омега. — Нормальные желания, чего кидаешься? Дай-ка на твои посмотрю, сам-то небось все в розовом цвете разрисовал? — вырывает листок Ендже и тут же смеётся. — Я был прав! Ну что это? — не может остановить смех Дэхен и даже утирает глаза рукавом. - Парк аттракционов? Ты что ребёнок? — косится Дэ и видит как друг надувает губки. — Поесть мороженого, поехать к морю, караоке, сходить в кино, покататься на велосипедах, сделать красивые фото, поцеловаться на башне Намсан… и тд и тп… — Что тебе не нравится? — обижается Ендже и вопросительно смотрит на друга. — Слишком слащаво не думаешь? — спрашивает Дэ, но увидев расстроенное лицо Ендже, соглашается. — Ладно, давай сначала по твоему плану пройдёмся, потом по моему, окей? — Ендже сразу же сияет от радости. — У нас денег то хватит? — Ендже прикидывает, во сколько это им обойдётся. — Парни нам на что? Мы свою половину уже отхреначили, так что платят они! На этом и порешили. Омеги рано встали, привели себя в порядок, весь день запланирован, надо успеть. Они расходятся, каждый идёт будить своего альфу, Ендже чухнул к Енгуку, а Дэхен к Чонопу. Ендже строго на строго запретил утренний секс, потому что потом, только что начавший половую жизнь Дэхен не захочет покидать спальню своего альфы. Дэхен пообещал не поддаваться чарам директора и стойко выстоять против его обояния и только после этого Ендже отпустил друга. ****** — Малыш? — удивляется Енгук увидев на пороге Ендже, весёлого и готового покорять мир омегу и тут же бросается обратно в комнату за телефоном. Омега не понимает, но входит в квартиру, где застает Енгука сидящим на кровати. — Что это сейчас было? — скрестив руки на груди и облокотившись об косяк двери, спрашивает Ендже. — Хотел друга предупредить чтоб двери не открывал, кажется не успел. — улыбается Гук. — Что задумала твоя очаровательная головка на этот раз? — Двойное свидание, а теперь собирайся, у нас много дел сегодня! — говорит и покидает комнату, но Енгук притягивает его за талию и обнимает со спины. — Может ну его это свидание, постель ещё тёплая, а? — шепчет на ухо и засасывает мочку, Ендже прикрывает глаза, набирает воздух в лёгкие и на выдохе толкает парня. — Не отделаешься! Собирайся, я жду в машине. — говорит, забирает ключи от ламбо с тумбочки и выходит. Альфа вздыхает и со словами «За что мне такое наказание», скрывается в душе. ****** — Алло? — сонно бубнит в трубку Чоноп, попутно открывая дверь. — НЕ ОТКРЫВАЙ ДВЕРЬ! — кричит Енгук. — Я уже. — удивляясь приходу Дэхена, говорит Мун. — Держись, братан. — Енгук отключается, а Чоноп не понимает, с ним такое впервые и Енгуку его искренне жаль, но каждый альфа должен хоть раз в жизни пройти через подобное, но все равно… — Дэхени? Что-то случилось? Почему ты здесь в такую рань? — У нас с тобой сегодня двойное свидание, собирайся малыш. — улыбается Дэхен, но альфа ничего хорошего в этой улыбке лично для себя не видит. — Двойное свидание? — зевает Мун, — Свидание это что-то, что делают двое. Зачем нам кто-то ещё? И потом, сейчас только восемь утра, зайчонок, везде все закрыто. — пытается переубедить омегу, обнимает, целует в висок, в щеку, в нос, в губы. — Ендже предупреждал меня, что так будет. Я пообещал другу никакого секса с утра, так что прости любимый и давай собирайся, эту попку тебе не получить сегодня! Чоноп рычит от безысходности, обещает урезать зарплату омеге друга и идёт в душ. ****** — Так, куда мы едем? — спрашивает Чоноп, когда они выезжают с парковки. — Увидишь, просто рули. — не отрываясь от телефона, отвечает омега. В кармане у Муна вибрирует. — Твой омега мне секс обломал! — сходу рычит альфа на друга, который решил проверить жив ли директор или уже отправлять за венком. — Не переживай, я накажу его ночью за это. — смеется Гук и получает кулаком по плечу. — Хорош трепаться, за дорогой следи! — возмущается Дэхен и Чоноп тут же сбрасывает. — Только не говори мне, что мы едем в парк?! — Не скажу. — смеётся омега смотря на лицо Чонопа. Пары встретились у входа в парк, омеги были рады до чёртиков. Потому что, во-первых -Дэхен ни разу в жизни там не бывал и теперь рад этой идее, во-вторых -Ендже в прошлый раз не смог пойти, из-за Енгука который не выпустил его из своей постели. Пусть теперь мучается. Выражение лиц альф было красноречие слов, им эта затея с двойным свиданием не нравилась от слова совсем. Первым список каруселей открыла «Ромашка», альфы даже под дулом пистолета не согласились на ней прокатится, зато омеги с радостью. То как они визжали слышала наверное не только эта вселенная, альфы делали вид что не знают их, типа, без понятия чувак, не наш огород. Так продолжалось от одной карусели к другой. — Малыш, пожалуйста не надо так кричать, голосочек твой ангельский охрипнет, кто будет стонать подо мной? — в очередной раз повторяет Енгук, но Ендже весело и ему плевать на предупреждения. — Дэхена, давай передохнём чуток, парк никуда не убежит, а ты вспотел уже, а? — просит Чоноп, но омега и ухом не повёл, он никогда так не веселился. Дэхен знал лишь вкус алкоголя и запах тел, но такого кайфа от детских каруселей никогда не получал. Ему надо ещё. Омеги решили не останавливаться и теперь смотрят на Колесо Обозрения. — Я чувствую себя отцом. — говорит Енгук. — Кажется они забыли что у нас вообще-то свидание. — улыбается Чоноп. — Ты только посмотри на них, — указывает в сторону спорящих друг с другом омег, Енгук, — как маленькие, если один их них ещё и топнет ногой, то будет финиш друг мой. — смеётся альфа, когда Ендже топает ногой и надувает губки. — Я никогда не видел их такими счастливыми. — Чоноп смотрит на Дэхена, тот смотрит в ответ, посылает воздушный поцелуй и улыбается. Альфа ловит поцелуй и прижимает к груди. Парни наконец уговорили своих омег покушать в кафе. Заказали много всякой вкуснятины, Ендже в основном все молочное и сливочное, Дэхен же наоборот как и хотел — стейк с кровью. — Твой омега слишком кровожаден! — качая головой, говорит Гук. — Охуенен. — отвечает Дэхен. — Что? — Его омега слишком охуенен. — Дэхен с вызовом смотрит на Енгука и отправляет в рот очередной кусочек мяса. — Как скажете ваше величество. — от греха подальше, замолкает альфа. ****** — Я уже говорил что ненавижу караоке? — следуя за омегой, бормочет Енгук. — Вечно ты не довольный! — возмущается Дже. — У нас свидание. Не порть его пожалуйста. — Ребята хватит, успокойтесь, не надо ссорится. — встревает Дэхен. — Кто тут ссорится? Никто не ссорится. Все в полном порядке, да Гуки? — омега хлопает глазками и мило улыбается, Енгук бы придушил Ендже за этот приём, но он обожает кота из Шрека. Вот стоило Енгуку согласится с омегой, того было не остановить. Ендже вместе с Дэхеном на пару орали во весь голос, дурачились, пытались уломать парней но те, как сидели статуей так до конца и просидели, потягивая пиво и иногда смеясь над надрывающимися омегами. Дэхен не замечал как летит время, он впервые так хорошо себя чувствовал, впервые ему было так спокойно и тепло, когда он ловил на себе взгляды Чонопа. Ему нравилось с каким обожанием альфа на него смотрел, мило улыбался, иногда смеясь в голос. Дэхен думал что полюбить сильнее просто не возможно, но Чоноп, этот альфа, он просто невероятный. Сердце Дэхена скачет, сильнее в такт бьётся, заставляет что-то в груди умирать от жары, плавится под этим взглядом. Чон мечтал попасть в рай, но теперь он и в аду пожить не против, если этот демон будет там с ним. Дэхен берет микрофон, ищет свою любимую и так не подходящую ситуации песню, смотрит на своего альфу, Ендже уже присел рядом с Енгуком и тот приобнял его. Дэхен не смотрит на экран, хотя там уже высвечивается название песни и исполнитель: «BAP — Forever with you». Он знает слова наизусть, ведь это его любимая песня. Он смотрит на того, кому посвящает её сегодня. Когда омега начинает петь, Чоноп краснеет, не от выпитого алкоголя, не от смущения и даже не из-за злости, он краснеет потому что завидует, завидует самому себе за то, что сумел охватить себе такое сокровище. В этот момент все теряет смысл, все исчезает, кроме Дэхена и Чонопа, есть только они и никого больше. Это та тонкая грань, когда вы чувствуете друг друга на совершенно другом уровне, ментально, когда воедино сливаются не ваши тела а души, со всеми изъянами, неровностями, вмятинами, тот момент когда все это уже не имеет значения. Дэхен поёт и боится, боится припева, ведь это похоже на обещание, которое он не сможет выполнить. Глаза становятся влажными, слова застревают в горле, Дэ не может смотреть в его глаза и открыто лгать, это не правильно. Дэхен не может, это выше его сил. Руки начинают дрожать, омега чувствует что не выдержит. Дэхен бросает микрофон и выбегает из кабинки, альфа ничего не понимая бежит за ним, бросая Енгуку что они расходятся. Дэхен бежит в единственное место где ему спокойно, на крышу клуба. От осознания того, что клуб принадлежит Чонопу и любое его малейшее присутствие дарит ему покой, хочется рвать на себе волосы. Чоноп догоняет Дэхена, со спины прижимает к себе. — Всё хорошо, маленький, все хорошо. — успокаивает Мун. — Я всегда буду рядом. — омега вновь заливается слезами и уже не скрывая, навзрыд плачет. Чоноп не понимает, он правда старается, но не выходит. Дэхен всегда казался ему таким далёким, непокорившимся, он никогда не мог разгадать этого парнишку. Мун правда старался, вслушивался в слова, искал между строк, но, всегда пусто и всегда не то. Дэхен в его руках, в его объятиях но так чертовски далеко, что альфу на части рвёт от мысли, что никогда не дотянется. Не прикоснется. Чоноп берет лицо Дэхена в ладони: — Я люблю тебя. — говорит, смотрит в глаза и ждёт ответа, но только боль и страдание видит. Откуда она взялась, кто её взрастил, почему этому парню больно? А Дэхену больно, он не хочет слышать эти слова, но в то же время стискивает зубы чтобы не ответить, чтобы не проболтаться и не потерять возможность вот так видеть его. И омега выбирает молчание. — Спасибо Чонопа. — Чоноп хмурится, омега снова отдаляется, снова отталкивает. — Я люблю тебя. — повторяет альфа, смотрит в глаза, пытаясь уловить хоть что-то, хоть маленькую причину такого поведения. — Я слышал. Спасибо, правда, мне очень приятно. Может пойдём выпьем? — сквозь силу улыбается омега. — Твой клуб не далеко, я разрешу тебе подняться на мою крышу. — Чоноп глотает ком обиды, выбивает что-то на подобие улыбки и идёт следом. ****** — Я же пью виски! — морщит нос Дэхен когда альфа приносит бутылку вина. — Хочешь виски? Не проблема. — Мун звонит Химчану и через пару минут им приносят виски. Парни пьют за здоровье, за страну, за президента, за друзей, которых оставили в караоке, за жизнь, за любовь, за семью. Дэхен улыбается, не замечая как по щеке капают слезы. Он безбожно много пьёт, Чоноп позволяет, он видит что его малыша что-то гложет, что-то не даёт ему покоя. Пусть выплеснет и забудет как страшный сон. Дэхен бы и рад был, чтобы это действительно был сон, пусть даже кошмар, он бы проснулся и оказался в объятиях любимого и все забыл, но это не кошмар и даже близко не сон, это реальность которая всегда как гром среди ясного неба, как молотом по голове, как треснувшие розовые очки. Всегда больно. — Здесь так спокойно, веришь, я бы даже прямо тут поселился. — пьяным голосом тянет Дэхен и тяжело вздыхает, подходит ближе к краю, смотрит в даль. — Мы с ним постоянно встречаемся на крыше, этот говнюк говорит что у меня осталось мало времени, представляешь? — Чоноп вслушивается, напрягается. — О ком ты говоришь? — О том, ублюдке, ну ты его не знаешь… — зевает Чон. — Он мой друг. — улыбается. — Как зовут твоего друга? — выпытывает альфа. — Я хочу домой. — Дэхен оседает на пол и засыпает. Чоноп поднимает его на руки и у выхода из клуба спрашивает: — Где ключи от квартиры? — Мне откуда знать где твои ключи, если потерял, это твои проблемы. — мямлит омега. — Я говорю о твоих ключах от квартиры Ендже. — громче повторяет альфа. — Я просил отвезти меня домой, а не к Ендже! — хмурит брови Дэхен и снова отключается, тогда как Чоноп наоборот трезвеет на раз от такого заявления. То, что Дэхен считает его дом своим делает его невероятно счастливым. Всю дорогу до дома он не может перестать улыбаться. — Не признавайся мне больше… — сонно бубнит Дэхен. — Что? — альфа тормозит у обочины, чтобы лучше расслышать омегу. — Не говори мне о своих чувствах, ладно? — Дэхен пересаживается на колени Чонопа и обняв его за шею, бормочет. Альфа в ответ обнимает, теплоту дарит. — Почему? — в щёку целует. — Потому что я хочу ответить, очень хочу. — тянется к губам. — Так ответь! — требовательно целует, вздыхает запах мятного бергамота и по тихоньку сходит с ума. Омега отталкивает и таким серьёзным и не терпящим возражений голосом говорит: — Совсем скоро я соберусь силами и скажу тебе эти три слова, обещаю, но после, ты должен пообещать, что не будешь меня искать или делать глупостей. Со мной все будет хорошо, я всегда буду в твоём сердце, всегда буду с тобой… — Я найду тебя где бы ты не был, в этом мире, в другом, не важно. Мы вместе навсегда! Дэхен дарит ему самую яркую улыбку из своего арсенала и положив голову на плечо альфы засыпает. Чонопу не нравится, он запутался окончательно. Альфа обещает себе выяснить в чем дело а пока он отвезёт свое пьяное сокровище домой. — И куда ты от меня собрался? — раздевая спящего омегу, возмущается Чоноп. — Я же тебя никуда не отпущу, так что тебе придётся отложить поездку. — растегивая рубашку шепчет Мун. — Исчезну… — бубнит омега. — меня ждут… — во сне разговаривает Чон. — Кто ждёт тебя малыш? — тихо, нежно, спрашивает альфа. — Роди… те… ли. — причмокивая губами, отворачивается Дэхен, укрываясь пледом. Чоноп надеется что все происходящее всего лишь проделки алкоголя, он предпочитает думать, что Дэ всего лишь скучает по родителям и все. Он и думать не желает, даже мысли о том, что может потерять омегу не хочет допускать. Альфа почти до рассвета стоит у окна с сигаретой в зубах, Чоноп размышляет о жизни до и после появления Дэхена, до того как его мир обрёл краски, до того как появилась причина просыпаться по утрам, это причина лежит сейчас у него в кровати и когда утром он откроет глаза, Дэхен все ещё будет лежать в его объятьях. Чоноп не допустит чтобы это изменилось. — Чонопа, пойдём в кровать я замёрз. — сонно потирая глаза, шепчет омега и это все что нужно для альфы. ****** Следующие пару недель проходят как в самых лучших любовных романах, Дэхен настолько счастлив, что погряз в любви по самое не хочу. Он иногда даже забывал что это ненадолго, забывал обо все когда рядом Чоноп, с сумасшедшей улыбкой и поглощающей заботой. Дэхен отказывался от реальности, даже думал остаться в этом мире. Саливану, который наблюдал за другом, эта идея не нравилась, хотя он тот кто сводит потерявшихся, Дэхена он не хотел, пока омега не знает правды. Ведь потом он будет жалеть всю жизнь и ненавидеть Мага. Саливан рассчитывал на то что все образуется к моменту когда настанет время и если омега решит остаться, то он не будет против, но ситуация лишь ухудшается с каждым днем. Саливан не может рассказывать, это против правил, он уже нарушил одно, если оставшиеся два проигнорирует, его наказание будет похлеще дэхеновского. Он не рискует пока что, просто наблюдает. Но однажды все меняется. Саливан предпочёл бы оттянуть этот гребанный день до последнего, но время поджимает, его почти не остаётся. Маг не хочет чтобы Дэхен ненавидел его потом до конца жизни. Когда омега поднимается на крышу покурить на перерыве, Чоноп вообще-то сразу сказал что Дэхен работать не будет, но омега настоял, удебив его тем что так, они всегда будут вместе. — Нам надо срочно возвращаться! — со всей серьёзностью и беспокойством, говорит Саливан. — У меня ещё осталось немного времени Салл, в чем дело? — омеге не нравится что Маг заговорил об этом. — Иди к Чонопу и скажи что любишь его, надо торопиться! Иди, времени нет! — чуть ли не кричит Маг. — Отъебись от меня ушлепок, никуда я не пойду! — в ответ огрызается омега. — Я не могу сказать тебе в чем дело, но поверь мне, это очень важно! — Иди на хуй! — Дэхен разворачивается и уходит. — Для твоего же блага, чтобы ты не жалел потом. — от безысходности говорит Маг. — Ты уже постарался для моего блага, спасибо, но на этом всё. Спектакль окончен, мразь! Проваливай или я отхреначу тебя так что, твоя магия не спасёт! — Дэхен не слушает, даже не хочет. Саливан своим присутствием уже злит Чона и выбешивает. Саливан выругивается, как бы сильно не хотелось нарушать правила, он нарушает. — Твой отец! Он на грани жизни и смерти, если не поторопишься, попрощаться не успеешь, маленький пиздюк! — Что с моим отцом? — голос омеги охрип, он в растерянности. — Он попал в аварию, я пытался тебе сказать в тот раз, но ты сам не позволил. Я думал ему станет лучше к твоему возвращению, но ситуация ухудшается с каждым днем. — Почему ты раньше мне не сказал?! — кричит омега и дубасит Саливана. — Похуй на мои слова, когда ты меня вообще слушал, если с ним что-то случится, от меня ни в одной вселенной не спрячешься!!! — угрожает Дэхен, стирая слезы с лица. — Поэтому, поторопись, я буду ждать тебя в машине, времени итак не хватает. — не успевает закончить Маг, как Дэхена уже след простыл. ****** — Что случилось? — глядя на обеспокоенное лицо друга, спрашивает Ендже. — Шеф у себя? — взяв себя в руки, нормализовав напрочь сбитое плохой новостью дыхание, вопросом на вопрос, отвечает Дэ. — Как всегда. — улыбается Дже. Дэхен поднимается в кабинет, с минуту стоит у двери, набирается сил и даже не представляя что скажет, стучит и без разрешения входит. — Только тебе одному я позволяю такое отношение. — притворно обижается альфа, сажает Дэхена на колени, целует в висок и вдыхает запах по которому уже успел соскучиться. — Дай ключи от дома? — просит омега, альфа вытаскивает связку передаёт омеге, спрашивает зачем ему ключи, тот говорит что забыл кое что важное, целует в губы в последний раз и еле сдерживая слезы, натягивает улыбку и у самого порога оборачивается: — Ах да, забыл сказать, я люблю тебя Мун Чоноп, всегда буду любить! — дарит самую нежную улыбку и уходит. Чонопу радоваться бы, но на счастье никак не тянет, наоборот паника разрастается, альфа не понимает, но осознает что не хочет слышать этого признания. Ещё через пару минут Чоноп чувствует пустоту, пустота знакома, она снова пришла, поздоровалась и уселась на его любимом диване, переключая каналы и говоря «Я тут надолго!»