Сквозь саму смерть

Кохаку шла среди толпы, пристально всматриваясь в лицо каждого проходящего человека. Ей было интересно запоминать бросающиеся в глаза черты лица. Будь-то причёска, взгляд или улыбка — всё это было настолько разным, что Сайто терялась. Ей почему-то хотелось запомнить каждого, узнать и восторгаться чем-то новым, ранее непознанным. Это всё пробуждало в девушке ярое любопытство. Это волнение перед встречей с неизвестным легло на живот, не давая спокойно дышать. Такое славное чувство. Жёлтые глаза на мгновение посмотрели на парня, который тащился вблизи шаманки. Его взгляд, как всегда, унылый и безжизненный. Хаку всегда хотелось разжечь эти чёрные угли в его глазах, однако пока в них пробегали искры, только когда их хозяин был в преддверии драки. Вот как сейчас. Шаман уже нашёл себе недругов, только из-за того, что кто-то неосторожно задел его плечом. И сейчас пепельноволосый громко проклинает прохожего за его оплошность. Слава богам, Мурасаки предпочёл последовать за сестрой, которая начала недовольно сверлить его взглядом. Мурасаки действительно любит сражаться. Возможно, это из-за его нелюбви ко всему, что связано с социумом. Хаку всегда дивилась этому, но привыкла, принимая эту причуду, как должное. — Обо мне задумалась? — прозвучало от Сайто, который ныне беспокойно улыбался. — О том, как буду лупить тебя? Конечно, — показательно отвернулась девушка, наигранно надув щеку. — Может, всё-таки любить?.. — парень аккуратно обошёл сестру стороной, дабы не задеть подаренную им косу, которая ныне покорно висела за спиной у шаманки и была прикрыта полноценным чехлом. На его лице была полуспокойная улыбка, выдававшая волнение парня. Ему не комфортно находиться в столь неприятном для него обществе шаманов. Слишком велик шанс, что среди них есть менее приятные личности. Хаку в ответ покачалась из стороны в сторону, а её лицо издевательски сморщилось. — Ну, «лупить», «любить»… — Мурасаки нервно забегал взглядом, пытаясь объясниться. — Ты нервничаешь? — заботливо проговорила Сайто, а её лицо озарилось лёгкой улыбкой, от которой шаман опешил. Она видит его насквозь. — Не бойся, братец. Пока я с тобой, тебе любой разговор нипочём, ты же мой маленький интроверт. — Я тебя ненавижу, ты знала? — Мурасаки пришёл в норму, снова изогнув брови и ядовито заулыбавшись. Кохаку посмеялась. Её правая ладонь машинально потянулась ко рту, дабы прикрыть довольную улыбку. Сайто недовольно фыркнул. Чёрные и сверкающие, словно зыбь, глаза сразу помрачнели, когда тот посмотрел на окружение. Шаманы, арендованная авиалиния и виднеющийся сквозь толпу самолёт. В мыслях Сайто уже в сотый раз назвал патчей показушниками, но при сестре вслух сказать это не посмел. Он выговорится, когда будет с ней один на один. Когда шаману уже не будут мешать люди. С той ссоры прошёл ровно месяц. Она тяжело далась обоим шаманам. Кохаку долго отворачивалась от брата из-за собственной задетой гордости, а Мурасаки жалобно хмурился, видя, как сестра смотрит на него. Ему не нравилось такое поведение. Но свою вину Мурасаки признавать не спешил. Всё сделала, как всегда, Хаку, глубоко в душе зная, что шаман сам не зарубит топор войны. Ведь перед отправкой в другую страну, на другой материк, нужно отложить все разногласия ради их общей цели. Так сказал Мурасаки, а дальше Хаку не выдержала и простила брата за бесцеремонно оставленные синяки. — Мурасаки… — Хаку нервно потрепала в руках небольшую сумку, в которой хранились деньги и небольшой ихай*, в котором набиралась сил Эми. — Что же теперь будет? — Битва Шаманов, не?.. — Мурасаки демонстративно пожал плечами и развёл руки в стороны. Однако из-за разочарования в глазах сестры, его лицо заметно помрачнело. Парень никогда не научится шутить. Особенно, когда ему самому не до смеха. — Я серьёзно. Как всё будет? Я ведь так и не спросила у Силвы подробностей! — Хаку тревожно схватилась за лицо немного покраснев от волнения. — Страшно!.. Парень вздохнул остановившись посреди пути. Хаку отошла от истерики, в данный момент готовая выслушать брата. — Всё будет нормально. Не хорошо, не плохо. Просто нормально. Мы же прошли, а, значит, уже не слабаки, — Мурасаки неосознанно потянулся к сестре. — Но… мама. Сайто с недовольством вздохнул, продолжая путь, проходящий через торговые лавки патчей. — Да… Эта женщина была явно не довольна твоей победой, что глупо. Ещё и кричала всю ночь на перепев с Такаши. Ненавижу крики. — Они волнуются. Не хотят, чтобы со мной что-либо случилось. Ты же сам не был в восторге, что я пришла домой в окровавленной толстовке… — Хаку понимающе закрыла глаза. — Допустим, — скептически произнёс шаман, поправив ремень, на которой висела катана. Девушка уныло осмотрелась, подмечая про себя, что того парня в белом пончо она так и не увидела. Да… всё так поменялось для юной девушки. Она до сих пор не до конца уверена в словах брата об Асакуре. Надеется, что может всё узнать от первоисточника. Неожиданно золотистые глаза шаманки забегали, а её руки хаотично поднялись до уровня плеч. Мурасаки недоверчиво повёл бровью на такой жест и вопросительно посмотрел на сестру, которая вела себя так, будто что-то потеряла. — Я сумку забыла в машине! — с дрожащим голосом пояснила Кохаку, всё оглядываясь, надеясь на чудо. — А это что? — Мурасаки наклонил голову вбок, указывая на перекинутую через острое плечо школьницы тёмную сумку. — Тут нет одежды! — жалобно завопила шаманка. — Там ведь были мои любимые толстовки. Думаю, родители ещё не уехали. Я успею!.. Её порыв остановила рука с длинными намозоленными пальцами, которая аккуратно легла девушке на плечо. — Я сам, — с доброжелательной улыбкой проговорил Мурасаки, блаженно закрыв глаза. — Ты что задумал? — не веря любезности брата, спросила Кохаку, подозрительно глядя на него исподлобья. — Помочь. — Голос парня очерствел, когда тот понял, что его действия крайне подозрительны. Теперь он был под пристальным взглядом ярких глаз, что не могло не напрягать. — Я буду здесь, — Кохаку обиженно опустила голову, но видя, что брат начал поспешно уходить, бодро добавила: — Не потеряйся там! Мурасаки фыркнул в ответ, равнодушно смотря вперёд, не замечая всех шаманов на пути. На лице заиграла почти скромная улыбка. Для него всё складывалось как нельзя лучше. Перспектива того, что шаман останется с родителями Сайто один на один, волновала его, будоражила сознание и выдавало опасение. Мэй и Такаши не впустили за пределы решётки, на территорию шаманов. Точнее сказать, шаман убедил их и сестру в том, что лишние людские глаза будут не кстати в такой обстановке. И он оказался весьма прав, на удивление девушки. Да, Мурасаки снова надо выстраивать пошатнувшееся доверие. Он обязательно поднимется в глазах шаманки. Разве может быть по-другому?.. Мурасаки приближался к грязной машине, которая покойно ждала почти у самого входа на авиабазу. За пыльным передним стеклом виднелись две фигуры, которые периодически переговаривались. Сайто сидели на передних сиденьях, наверное, не уезжая и выжидая невероятное чудо, под названием Хаку. А дождались его. Чёрные глаза сразу же заметили на себе взгляд пронзительных янтарных глаз, которые настороженно и непонимающе уставились на фигуру мальчишки. Он остановился прямо перед капотом транспорта, чуть ли не касаясь его. Первой вышла Мэй, сообразив взять с собой портфель Кохаку, который та забыла под разговорами Мурасаки. Сайто должна была напомнить дочери о вещах, но женщина была слепо уверена в том, что Хаку придёт к машине, в слезах или без, и они поедут и будут жить дальше. Наивные мысли. — Мурасаки-чан! — Сайто по-доброму улыбнулась, приближаясь к парню. — Я как раз хотела пойти за вами, чтобы отдать сумку. Хаку такая неряша… Мурасаки молча взял сумку за хлипкую ручку, сделанную из ткани. На спину он закинуть её не мог: там уже покоился небольшой по объёму школьный портфель. Вещей для парня было нужно немного. И в основном, тяжесть была за счёт аптечки, которая полностью не вместилась в сумку сестры. Мурасаки всё стоял, внимательно рассматривая непонимающую женщину. Её волосы были собраны в небрежный пучок, но даже так в них была видна седина. — Могу я поблагодарить вас? — шаман неожиданно протянул руку с неохотой и неким пренебрежением. Ему явно не нравились собственные действия. Мэй распахнула глаза, но всё-таки пожала руку. Неуверенно, дрожащими руками. Прикосновение длилось всего мгновение, так как Мурасаки сразу же равнодушно повернулся к ней спиной. Сайто же в свою очередь вздрогнула на месте от пробежавших по спине мурашек. Тысячи иголок словно вонзились ей в спину, отдавая мертвецким холодом. Парень подошёл к Такаши, всё ещё сидящего в машине, но открывший окно. Сайто-старший уважительно пожал руку шаману, и на языке даже были пару подбадривающих слов и наставлений, но они словно улетучились под взглядом мальчика. Была гробовая тишина. — Бывайте… — Мурасаки не спеша вытянул из себя слово, при этом оставив лицо в полной апатии. Он не любил лжецов, но эти люди наконец-то показались ему немного получше обычных. Может, это всё промывка мозгов Кохаку, или же это его зависть мешала всё это время рассмотреть в них хороших людей. Однако всё это было уже не важно. Мурасаки их больше не увидит. Только когда парень окончательно растворился в толпе проходящих шаманов, Мэй облегчённо вздохнула, сжав в кулаки вспотевшие руки. Женщина в платье беспокойно села обратно в машину и послышался долгожданный звук заводящегося двигателя. Такаши спокойно, даже умиротворённо нажал на газ, судорожно схватившись за руль. Внимание его потускневших глаз упал на жену, которая всё смотрела на свою руку, которую недавно пожал мальчишка, и задумчиво нахмурила тонкие брови. — Мэй, всё хорошо? — улыбка Сайто сошла с лица, ныне неравнодушно поглядывая на жену. — Да… — Карие глаза женщины чуть прояснились, но всё ещё будто пребывали в густом тумане. — Просто, кажется, я что-то забыла.

***

Шаман снова погрузился в эту суматоху толпы. Только на этот раз он уже не обращал внимания на случайные прикосновения или глупые ухмылки на лицах других. Мурасаки просто хочет вернуться обратно. К сестре. Боится, что Хао снова доберётся до них. И, думая об этом, шаман неосознанно прищуривается, нахмурив брови. Нужно просто подождать. Наверняка этот демон скоро ляжет от рук более сильного шамана, как и в прошлые разы. Мурасаки даже не против взять на себя роль того «сильного». Но не сейчас. Ещё не время. Мурасаки вдруг улыбнулся. Не так, как он привык. Эта улыбка была усталой нежели злобной. Его бездонные глаза с охотой наблюдали, как девушка в знакомой синей толстовке с горящими глазами опиралась на одну из лавок, где патчи продавали всё, что только смогут. Хотя было больше похоже на то, что Хаку пыталась забраться на деревянный прилавок, от которого заманчиво пахло сладким. От приторного запаха Мурасаки прикрыл нос рукой. За тем прилавком был хорошо знакомый ему Калим. Сайто, как только заметила брата, приветливо улыбнулась ему и помахала рукой, отчего патчу пришлось поправлять свернувшуюся ткань, которую та задела. По его виду не скажешь, что он рад, но стоило Калиму перевести свой взгляд на коллегу, кем был Силва, сразу же зажигался улыбкой. — Мурасаки! — шаманка восторженно подбежала к парню, который с умилением наблюдал всю эту картину. Не сразу до него дошло, что запах шоколада становится ближе. — Вот. Я это тебе купила! — девушка с некой царственностью вручила в руку сгорбленного брата сладость, попутно обменяв её на принесённую сумку. Мурасаки отрешённо уставился на купленное блюдо, которое было простым бананом в шоколаде с небольшим количеством дроблённого ореха. Сайто с изумлением уставился на сестру, немного наклонив голову в бок. На его лице читалась чёткая потерянность. — А ты?.. — первое, что смог выговорить брат после секунды молчания. К угощению он так и не приступал. — И на что ты тратишь деньги! Это тебе не развлечение!!! — А я уже поела без тебя, — виновато произнесла Кохаку, немного наклонившись вперёд. — А денюжки не так уж и важны. На сувенир из Америки родителям хватит… — девушка беззаботно улыбалась. Казалось, вот-вот и это чувство перекинется и на парня, но тот не колебался. — Странно, Мурасаки-кун, — Силва довольно положил под щёку ладонь, наблюдая за их семейной идиллией. — Хаку нам сказала, что ты любишь сладкое. — Тебя не спрашивали, патч! — во взгляде пепельноволосого промелькнула искра и раздражение. — Ты засмущался, — с нежностью проговорила шаманка, шмыгнув носом от радости. — Это для тебя, брат. Мурасаки молча уставился на сладость на палочке, незаметно сглотнув. Он никогда не чувствовал себя таким униженным. Но, как этого не отрицать, это было отчасти приятно. Сайто горько усмехнулся, сохраняя остаток гордости. Но Хаку всё также улыбалась беззаботно и весело. Впервые, Мурасаки был доволен тем, что его сестра поболтала с патчами. Её настроение стало таким же ярким и светлым. С таким можно хорошо подготовиться к предстоящему ужасу, в наличии которого шаман не сомневался. Сладость была быстро уплетена за обе щёки вне зоны видимости жёлтых глаз сестры. Мурасаки с полузакрытыми глазами и привычной улыбкой сел на более-менее мягкое и уединённое место, которое было возле взлётной площадки. Кохаку покорно последовала его примеру, сев в позе лотоса. Она подбадривающе подтянулась. До отправки оставалось ещё несколько минут. А в самолёт заранее не впускали. — Родители что-нибудь передавали? — Да нет, — Мурасаки откинул руки назад. — Хочешь, придумаю, чтоб не так обидно было? — Ох уж эти твои шуточки, — горько пропела школьница, отводя взгляд на небо. — Надеюсь, с ними будет всё хорошо… — Да что с ними случится? — не понимал шаман. — Люди ведь. Тебе лучше о себе поволноваться. Из тебя шаман, как из покрывала плащ. Кохаку встрепенулась, недовольно зажмурившись. — Знаешь! Я, конечно, не такая сильная, как ты, но за себя постоять могу! Даже без Эми!!! — Сайто зажглась идеей, но быстро наклонилась к наплечной сумке, попутно прошептав извинения духу-хранителю. — Я имею в виду, что в бою с Хао, я управилась с Мацуюкисо, которую ты так нахваливал, братец, — Хаку гордо показала кончик языка, но после скромно покраснела от собственной выходки. — Управилась? — парень посмеялся, схватившись за бок. В его взгляде появился зачин к спору и восхвалению. — Что не так? — Как бы помягче сказать. На твоём уровне я был, когда мне было восемь. Для того, чтобы разделить фурёку со священным духом особого ума не надо. — Это унижение? — Это правда, Хаку… — Мурасаки блаженно улыбался. — Что ж, — Кохаку нетерпеливо встала с видом того, что та готова к нападению. — В чём же моя оплошность? — Хаку ради своего любопытства попыталась охладеть по отношению к брату. — Ты не пыталась концентрировать, по-другому направлять свою силу. Так бы ты смогла встать на равне с Асакурой, — шаман принялся научно говорить нотации. Хаку в шутку подумала, что с таким умным выражением лица брату нужен монокль. — Я не шучу. — И чтобы поменялось? — не унималась шаманка, угрюмо смотря на пепельные волосы. — Мацуюкисо и так выросла, большего я и не ждала… — В том-то и дело! Просто увеличился размер, но показатели силы и выносливости оказались такими же. Один удар Духа и всё! У моей любимой лисички не было бы пушистого хвоста. Если бы ты направила своё фурёку, заставила бы функционировать с рейоку Духа, то твои глаза бы заметили изменения. Дух Леса не отличался бы от Духа Огня Хао. — Я ничего не поняла, братец… — жалобно завыла девушка. — Это слишком сложно. Я ничего не смыслю в битвах. — Это не битва, а просто защита. Это-то ты должна же понимать, — вздохнул юноша, поправляя металлическую лямку пояса. Девушка всё также стояла неподвижно. В её глазах промелькнуло озарение, но оно быстро сменилось на искреннее непонимание. Но парень всё ждал, когда же его сестра подпрыгнет и скажет заветное: «Я поняла. Спасибо!» Так, как она умеет. Но этого не последовало. Лишь когда атмосфера начала накаляться и становиться давящей, случилось нечто непознанное, необычное для шаманки. Сперва Хаку почувствовала дрожь в руке, а затем — лёгкое прикосновение. Такое мимолётное, глубокое и нежное. Она почувствовала покалывание в руке от непривычного прикосновения брата. Такие смелые действия не дурно удивили Сайто. Её руку неряшливо обхватила рука шамана, медленно поднимая и приближая её к себе. Хаку смущённо зажмурилась, затаив дыхание. Кохаку почувствовала щекотку на руке от серебристых развевающихся волос. В мгновение та распахнула глаза, с непониманием и замешательством смотря на улыбающееся лицо брата, который не спешил отпускать руку. Он держал не крепко, но с достаточной силой, чтобы не дать девушке сдвинуть её с места хоть на миллиметр. Для себя Сайто подметила, что серебристые волосы были достаточно жёсткими, явно неухоженные. Но даже эти секущиеся кончики не портили умиротворённую картину. Лицо Мурасаки казалось сначала радостным, словно забытый в счастье, но потом стало задумчивым. Его брови медленно опускались, а глаза чернели, теряя иной блеск. Шаман будто вспомнил нечто горькое, но успокаивающее. И это пугало. — Ну вот! Сразу успокоилась, видишь? — парень заулыбался во все зубы. — Всё… в порядке?.. — девушка опустила руку, наклонив голову в беспокойстве. Брат не любил, когда его трогали. Но этот случай стал исключением. И для шаманки это так и оставалось бы загадкой, если бы Мурасаки не ответил: — Теперь уже слишком в порядке. Если я сделал что-то не так, то прости. Просто… Я тоже немного на взводе. — Его умиротворённая улыбка пропала без следа. — Обычно так меня успокаивала мама.

***

Они уже сидели в самолёте, который не планировал в ближайшие пару минут вообще взлетать, пока все шаманы не займут свои места. Мурасаки сонно зевал, поев сладкого, а Хаку наоборот активно вертелась на месте, разглядывая каждого сидевшего в самолёте. Оружие, что носили при себе молодые шаманы, ныне лежало под ногами лезвием к окну, дабы уберечь шаманов. Согласитесь, лучше споткнуться об палку, чем об острое лезвие. Многие, на которых Хаку смотрела, непонимающе отводили взгляды, а некоторые одним своим недовольным взглядом говорили не смотреть. Ей нравились приключения. Они вызывали некий детский трепет внутри. Зажигали тот огонёк, ту жажду узнать что-то новое и неизвестное. Кохаку была в таком плане настоящим ребёнком. Медленно, но верно шаманы занимали всё больше места, и послышалось долгожданное гудение двигателя. Кохаку восторженно припала к маленькому окошку, с раскрытым ртом наблюдая, как внешний пейзаж начинал двигаться, а дальше размазываться. Самолёт набирал скорость. — Как быстро! — Не суетись ты, как маленький ребёнок… — сквозь зубы пронеслось возле девушки. Хаку повернулась в сторону брата, оторвавшись от окна. Перед ней предстала странная картина: брат, который ныне был непоколебим, сейчас сидел и сосредоточенно сверлил взглядом одну точку, сжав плечи. В его взгляде была самая настоящая что ни на есть обречённость. — Брат… Ты боишься самолётов? — Хаку серьёзно помрачнела, обескураженно прикоснувшись к напряжённому плечу шамана. — Да нет… Люблю летать, знаешь. На неведомой железяке, которая неизвестно как добросовестно сделана и летает, — Мурасаки раздражённо прикрыл глаза. — Обожаю просто! Шаман побледнел, когда понял, что самолёт начал отталкиваться от земли. Казалось, что Мурасаки забыл, где находится, судя по его растерянным глазам. Хаку задрожала, поняв, что дело плохо. — Если потемнеет в глазах, схватись за меня, ладно? У меня должна была быть где-то вода… — Сайто расчётливо пробежалась по закоулкам памяти. Ответа подозрительно не было. В уши ударил неожиданный звук гудения, появившийся от наложения множества разговоров вокруг. Мурасаки пытался прийти в себя, сильно ухватившись за железяки, выбивающиеся из-под кресла. Было страшно. Весь кругозор будто заменился чем-то другим для шамана. В этой какофонии звуков были смутно знакомые из далёкого детства. Точно, он помнил треск брёвен под напором яркого пламени и оглушительный женский крик в огне. Таком горячем и поглощающем. Мурасаки уже казалось, будто тепло от костра коснулось его лица. Но оно неожиданно было приятно тёплым, не на градус выше или ниже, чтобы ранить. Было легко и свободно. Только открыв глаза, парень понял, что огонь на его лбу — ладонь, что осторожно прикасалась к коже. Первое, что уловило зрение — шафрановые глаза, смотрящие со страхом и беспокойством. Такие одновременно чужие и родные. Перед ним обнажилась гамма чувств. — Всё же отошёл, — облегчённо выдохнула девушка, больше не касаясь лба брата, который теперь пытался сместить напряжение на палитре чувств на равнодушность. Только вот тот поздно заметил, что одна из железяк, за которую шаман так судорожно держался, оказалась вовсе не железной. Рука, которую грубо удерживал Мурасаки, успела побледнеть и покраснеть на месте хватки. Парень, как ни в чём не бывало, опустил руку и притворился, что ничего не было. Руки он поспешно спрятал в карманы, пытаясь избавиться от воспоминаний о прикосновении. Хаку потирала освободившееся запястье, как-то понимающе смотря на отвернувшегося брата. — Спасибо. — Я уж начала бояться… — сказала девушка, дождавшись слово от шамана. — Спасибо. — Мурасаки непреклонно благодарил, ожидав немного другой реакции. — Не надо. Ты ведь мой брат, — лёгкая улыбка разукрасила серый день парня. — Да, точно… — пепельноволосый усмехнулся, пробурчав под нос несколько непонятных слов. Хаку вздохнула, видя, как брат вполне осознанно закрыл глаза, прислонившись к спинке сиденья. Не потерял сознание — уже хорошо. Однако даже с закрытыми глазами его брови беспорядочно вздрагивали при каждой небольшой встряске. Кохаку это не давало покоя. Вдруг девушка почувствовала дрожь, которая чётко исходила из сумки. Волосы встали дыбом перед тем, как Кохаку поняла, что это дрожит Эми, будучи в ихай, который служил ей, грубо говоря, «переноской». Не успела Хаку отойти от выдуманного шока, как возле неё промелькнула чёрная тень духа, которая с моментальной скоростью направилась поодаль от хозяйки. — Эми! — Сайто судорожно обошла отрубившегося брата, при этом небрежно задев голову впереди сидящего шамана. Кохаку смущённо чертыхнулась, почти на цыпочках пробежавшись по следу духа. Этого только и не хватало в данный момент. Сначала негаданный припадок, а теперь словно заворожённая чем-то Эми, которая даже на Сайто внимание не обратила. Неожиданно девушка с чуть почерневшим черепом на лице остановилась возле непримечательной компании шаманов. Некоторые из них одним своим видом говорили о своей безучастности. И только сейчас Хаку поняла, что лицо одного из них было ей больно уж знакомо. Но стиль одежды и манера поведения не отдавали той уверенностью. Они были больше беззаботными, ничем не отягощёнными. Перед ней был другой человек. Что по фурёку, что по взгляду. Кохаку потрясла головой, отгоняя возникший в голове образ. Эми восторженно кому-то улыбалась. Казалось, будто сами кости в радости трепещут перед незнакомым для шаманки человеком. Нет, перед духом. Хаку заметила, что дух, внимание которого девушка пыталась привлечь, был похож на самурая своими собранными в высокий хвост серебряными волосами и красными наплечниками. Конечно же, две катаны тоже шли за счёт образа. Однако школьница до сих пор не понимала, зачем Эми пришла именно к ним. — Эми-сан?.. — неловко позвала Хаку, отвлекая от приветствия духа в потрёпанном платье. Та неловко обернулась, но сохраняла остатки заинтересованности. Сайто с неприязнью поняла, что парни, одного из которых сопровождал дух-хранитель, теперь смотрели на неё, пришедшую к ним. Девушка от возмущения и стыда прикрыла лицо рукой, пытаясь закрыть покрасневшие щёки. — Хаку-чан… — дух неловко развёл руками в воздухе. — Это… — Амидамару, Кохаку-доно. Голос духа самурая был басистым. Подобный тон всегда напоминал Хаку об отце. Девушка растерянно поклонилась, всё ещё недоверчиво поглядывая то на духов, то на сверливших её взглядом незнакомцев. Ей было не по себе. — Хаку-чан… — неловко позвала Эми, с волнением сжав кулаки. Девушка не знала, что и говорить. — О! — Кохаку неожиданно улыбнулась в озарении. — Так вот ты с кем в больнице пропадала!.. Обе девушки покраснели, а Сайто тем временем стыдливо пробежалась по закоулкам памяти, вспоминая фанатичные крики духа, который был под впечатлением от боя знакомого. Вроде как этот дух и его хозяин были не простыми работягами. В нависшем покое Хаку смогла отойти от мыслей и просто рассмотреть тех, к кому она так беспардонно подошла. Обычные мальчишки. Ну, трое из них. Другой же шаман с крайне странной и устаревшей причёской был немного их старше, о чём говорила чуть выступающая щетина. Остальные же трое… Одним из них был кое-кто, чьё лицо было как у Хао. Один в зимней куртке и синими, словно лёд, волосами и с лицом простофили. А последний парень… Был довольно низковат, но его угловатые волосы, один локон которых был поднят горизонтально вверх, компенсировали этот небольшой недостаток. — Сайто Кохаку, — девушка снова поклонилась перед шаманами, заставив их то фыркнуть, то вздохнуть. Она уже хотела продолжить пока хорошее знакомство с новыми людьми, однако неожиданно почувствовала как обе её руки взяли другие, мужские и грубые. Взглянув на парня в белом костюме с весьма пёстрым и длинным воротником, Хаку растерялась. Зажжённое чем-то неизвестным лицо было к ней смущающе близко. Так, что Сайто бы стоило бояться того, чтобы выпячивающая укладка шамана не хлестнула ей по лицу из-за нервных трепыханий парня. — Зови меня Рю, — назвавшийся мечтательно улыбнулся, уже собираясь нагнуться и поцеловать сжатую ладонь. Хаку была на последнем издыхании от нахлынувшего смущения и одновременно неловкости. Она вовремя вырвала руки и поспешила отойти от горящего взглядом шамана, который продолжал странно на неё поглядывать. Сайто до сих пор не могла поверить, что кто-то мог так сильно её напугать. Хаку отвернулась от взгляда явно ненормального парня, предпочтя познакомиться с остальными, которые уже не давали былую надежду на адекватность из-за одного их дружка. — Меня зовут Йо, — приветливо улыбнулся беззаботный шаман, голова которого торжественно украшали наушники. «Не Хао, и то хорошо…» — Прости за Рю, он частенько так ведёт себя, когда видит девушку, — Йо говорил размеренно и звонко. Девушка поняла, что под спокойным видом шамана, тот не специально скрывал в себе бушующую эмоциями и мыслями реку. С ним было приятно болтать. В разговоре с ним неловкость испытывала исключительно Хаку. Остальных звали, по словам Йо, который не постеснялся представить своих друзей, Хоро-Хоро и Рен. Последний же был, на субъективный взгляд Хаку, дикой помесью брата и сестры Сайто: жёлтые горящие глаза, в которых бушевало одно недовольство и высокомерие, и изогнутые в гневе брови. Смотря же на Хоро, у девушки возникло чувство дежа вю. От этого парня веяло холодом. Не в физическом смысле, а в духовном… Вокруг них витала приятная атмосфера. Хаку неосознанно погрузилась в неё, словно в мягкую кровать после долгой учёбы с лёгкой непринуждённостью. Эти шаманы были другими, не такими, как брат или Хао. И это было в лучшую сторону. — Очень приятно познакомиться! — глаза девушки прояснились, а сама Сайто восторженно заулыбалась, воодушевлённо подняв голову. — Вы такие приятные люди! Мне аж заплакать захотелось, — Хаку судорожно преклонилась, активно бегая взглядом по недоумевающим шаманам. После нескольких дней, неотрывно проведённых в компании Мурасаки, её уровень социальных навыков заметно снизился. Кохаку увидела, как Йо и Хоро начали отнекиваться, попутно говоря, что это было лишним. Взбудораженный Рю крутился на месте, подёргивая плечами, а жёлтоглазый парень недовольно бурчал себе под нос проклятья. Они были словно семья. Шаманка нагнула голову в бок, внимательно рассматривая, как казалось Сайто, командира их небольшой группы — Йо. Его карие глаза посматривали на ворчащих шаманов, и в них было то глубокое чувство, которое Хаку преследовала всю жизнь — лидерство в его чистом и не опороченном виде. Возможно именно сегодня она наконец найдёт друзей, понимающих её странности. От размышлений школьницу вывел вполне различимый голос, доносящийся сзади. Пепельноволосый уверенно встал подле шаманки, которая уже ожидала худшего. Взгляд чёрных глаз был прикован только к шаманке, что навевало на мысль, что Мурасаки пришёл не познакомиться, а наоборот отговорить свою сестру от столь приятных знакомств. — Пошли. — Тебе уже лучше? — Хаку заикалась от волнения, пытаясь перевести тему. Она буквально всем телом чувствовала злость, исходящую из шамана. — Ты выглядел бледноватым… — Хаку-чан!.. Девушка пусто улыбнулась, понимая, что абсурдность данной ситуации превосходит любые фантазии, на которые способен расчётливый брат. К девушке приближался Рю лёгкой походкой и с полузакрытыми глазами. — Может, познакомимся? До прибытия ещё несколько часов… — вздохнул парень, не обращая никакого внимания на рядом стоящего парня. Мурасаки равнодушно наблюдал за всем этим представлением, верно ожидая подтверждение своих мыслей. — Простите, но я… — Ты ведь такая милая. После полуобречённого голоса шамана, повисла тишина. И девушка буквально услышала звук натяжения взаимоотношений. Мурасаки устало вздохнул и непринуждённо улыбнулся, как-то по-доброму смотря на шаманов. Его взгляд молниеносно пробежался по ним, будто оценивая каждого, словно тот проверял подлинность драгоценных камней. — Да! — парень повысил голос, с неожиданной заботой в глазах приобнял удивлённую сестру. Мурасаки блаженно улыбался, закрыв один глаз от улыбки. — Именно!!! Кохаку поняла, что теперь нужно ожидать только плохое. Брат никогда не хвалил её при других. — Она такая красивая и милая, не правда ли? — возгордился парень, и сестра увидела, как обхватившая её ладонь с тонкими пальцами сжалась в угрожающий кулак. В янтарных глазах промелькнул страх, а сама девушка еле сдержала внутренний крик. Мурасаки повернул голову в сторону Рю. — Жаль, что ты этим не блещешь. Особенно с порезанными намыленными волосами, — улыбка парня ни на миллиметр не дрогнула, и тем временем Сайто расслабленно закрыл глаза, мельком увидев, как его собеседник стоял с потерянным видом. — Брат! Прекрати, — взбешённая шаманка освободилась от руки Мурасаки, а тот лишь неловко вздрогнул, наблюдая за действиями сестры. Та встала перед ним, поглядывая на шамана в белом костюме, который от злости сжал зубы. — Простите… Это мой брат! Не воспринимайте его слова всерьёз. У него ужасное чувство юмора… Улыбка с лица Мурасаки пропала, и его взгляд вдруг стал пустым. Кохаку одним своим взглядом дала понять, чтобы тот прекращал игру. Сайто усмехнулся, подмечая, что сестра и впрямь приняла роль «няньки» близко к сердцу. Его поздно останавливать. Однако в решающий момент Хаку крепко схватила рукав брата, растягивая ткань его расстёгнутой куртки. Мурасаки немного шокировано отвёл глаза, раздражённо одарив других шаманов презрительным взглядом. Но тут он заметил, что у одного из тех, кто посмел общаться с его сестрой, было смутно знакомое лицо, которое заставило затормозить на месте и, не взирая на отклики сестры, снова подойти к группе мальчишек, которые поприветствовали его предупреждающим взглядом. Все, кроме него, того шамана, в котором Мурасаки учуял знакомую кровь. Он смотрел на шамана так многообещающе, словно ожидая предложение дружбы. — Асакура, да? — с интересом продолжил монолог Сайто, сунув руки в карманы. Теперь его улыбка была без фальши, раскрывая все потаённые чувства шамана. Преобладала, конечно же, ненависть. Хаку неожиданно перестала трепать брата за одежду, услышав знакомую фамилию. Теперь было просто догадаться, что одинаковые фамилия и внешность тут не спроста. Со спрятанным интересом Сайто предпочла выслушивать, что скажет Йо. Она отчасти хотела знать, есть ли в этом мире хотя бы один человек, который выстоит перед надругательствами Мурасаки. Но, зная, как тот отзывался об всей семейке этого мальчишки, Кохаку всё больше сомневалась в этом. — Да! Приятно знать, что моя семья известна среди шаманов, — скромно ответил парень, чья беззаботная улыбка ещё больше взбесила Мурасаки. Этот парень был гиперспокойным. Или этому Асакуре было по большей части наплевать на всё. — Да… — шаман удручённо выдохнул, подтягиваясь на месте, разминаясь после дрёмы. — Весёлая у тебя семейка, пацан. Кохаку встрепенулась. Нет. Ей показалось. Показалось, что в голосе брата что-то большее, чем просто равнодушие или ненависть. Нет, в голосе шамана будто была капля жалости, однако презрительный взгляд Мурасаки быстро развеял эту несуразицу. — Советую не лезть не своё дело. — Хаку удивлённо раскрыла глаза, услышав такой одновременно детский и высокий голос с нотками недружелюбия. Кохаку наконец услышала голос того мальчишки, который всё время смотрел на неё, как на потенциального врага. — Семья — довольно личная тема, к твоему сведению. Хотя о чём я говорю? С такой-то сестрой-подхалимкой… Неудивительно, что ты не знаешь манер! — шаман утопал в блаженстве, с возвышенной интонацией выговаривая каждое слово. Кохаку и Мурасаки синхронно поникли взглядами, особенно сестра, которая никак не ожидала, что и её припрут к стенке таким словом. «Я что, правда пыталась к ним подлизаться?..» — Сайто оставалось только спрятать внутри такие мысли, боясь, что и брат тоже посчитает её таковой. — Эй, Рен. Я понимаю парня-то, но эта девушка была сугубо честной, чтобы так говорить, — Хоро-Хоро не выдержал, тоже приняв участие в споре. Он напряжённо встал с места, чувствуя неладное. Сайто покраснела от колкого замечания, уже готовясь развернуться и уйти, но вовремя посмотрела на брата и тут же замерла на месте. На его лице была такая же улыбка, когда Мурасаки планировал нечто ужасное и до жути опасное. И этим самым была расплата. — Ох. Да твой акцент режет мне слух похлеще твоей причёски, — парень зажёгся во взгляде, улыбаясь тонкой улыбкой, которая становилась всё шире и увлечённой с каждой минутой разговора. — Да и в общем, странная у вас команда. Таких разных особей ещё поискать. Выживший Асакура, грубый иностранец, ходячий холодильник и парень с глупой причёской! Да вам, ребята, только в цирке и выступать!.. — Мурасаки злорадно засмеялся, неожиданно взявшись за лицо правой рукой, растрепав себе волосы, которые добавляли ко всему этому ещё больше безумия. Но оно только подкрепилось тем, когда парень почувствовал холодное лезвие на шее. Чёрные глаза с озорством рассматривали странное оружие, состоящей из длинной деревянной палки и массивного лезвия. Это оружие чем-то было похоже на копьё. — Гуань дао*! — восторженно воскликнул Мурасаки, с холодным огоньком в глазах смотря на сталь. — Какая аккуратная работа… Хаку покрылась мурашками. Мало того, что брату сейчас угрожала опасность из-за его собственной глупости, так и ещё он сам не против драки. Лучше бы Сайто сидела на месте. Зачем ей надо было следовать за Эми?.. — Не провоцируй нас, — голос Рена дал слабину, а его глаза осторожно смотрели на парня исподлобья. — Ненормальный. — Ребят, давайте успокоимся?.. — Йо вмешался, перехватив рукоять оружия и перенаправив опасное лезвие в сторону. — Не надо злиться. За силуэтом парня угрожающе навис дух самурая, который холодным взглядом смотрел на шамана с чёрными глазами. О нём предупреждающе рассказывала Эми. Спокойный голос и светлая улыбка Асакуры глубоко впились в сознание всех присутствующих. Мурасаки огорчённо вздохнул, но всё ещё с удовольствием смотрел на данную ситуацию. До тех пор, пока шаман не посмотрел на сестру. Тут он невольно съёжился, видя, как девушка согнулась, подавленно закрыв уши подрагивающими от шока руками. Её глаза были закрыты, боясь, что та увидит нечто плохое. Возле неё судорожно парила Эми, пытаясь пробудить шаманку от мира иллюзий. Сайто не решился даже положить руку ей на плечо, так и предпочтя уйти от конфликта и от бессильной сестры. Он… сильно оплошал. Рен вздохнул, всё ещё гневно поглядывая на спину пепельноволосого шамана. Эми напряжённо позвала подопечную, возвращая её в реальность, но потом покорно погрузилась в свой ихай, находящийся на месте. Почувствовав дрожь в сумке, Хаку опасливо открыла глаза, медленно отпустив руки. Брат ушёл. Эти мысли несли после себя лёгкость, облегчение. — Простите, — надрывисто проговорила шаманка, видя побитые лица парней. Нет, они никогда не забудут. — Мне так жаль… Хаку в очередной раз преклонилась, но на этот раз в её движениях читался не автоматизм, а искренность. Ей и вправду было жаль. Было стыдно и страшно о мысли о том, что Сайто приобрели новых врагов. И это не радовало. Сайто Кохаку не хотела возвращаться к брату. Не хотела успокаивать его или приободрять. Сейчас она не находила видимых причин даже говорить с ним. В горле стоял ком от обиды и злости. Да… Хаку не смогла выполнить то, на что согласилась. И вот результат. По спине пробежали мурашки от пристального взгляда. Хаку вдруг почувствовала порыв фурёку, которое буквально говорило: «Я здесь». Золотистые глаза уловили раззадоренный взгляд со стороны. Длинные волосы, белое пончо. И изумлённое лицо с лёгкой улыбкой, скрывающей в себе самые хитрые и недобрые намерения. Внутри эхом пробудилось старое чувство, похожее на ностальгию вперемешку с волнением. Девушке было крайне легко впасть в такую чарующую атмосферу. «Он всё видел.» И Кохаку сделала отчаянный шаг.