Surreality

Гарри зашел на кухню после бессонной ночи. Удары, лай и крики из их подвала не давали ему уснуть. Он не возражал. Это была всего лишь одна ночь в месяц. И было действительно довольно забавно думать, что это оборотень в их подвале играет с двумя анимагами. Он стоял у холодильника, ища молоко, когда он услышал глухой звук позади себя. Он обернулся, на мгновение уставился, а потом обернулся в коридор и позвал: — Мам, на кухне снова лань*! Но когда он обернулся обратно, никакого оленя уже не было. — Я предпочитаю оленя*, спасибо! — объявил Джеймс прежде, чем наброситься. Вскоре они уже валялись на полу, дурачась. — Джеймс, тебе уже не пятнадцать! Вставай с пола! — воскликнула Лили, входя в разгаре сражения. — Честно говоря, ты не спал всю ночь. Где ты берешь энергию? — Может мне и не пятнадцать, но у меня тело двадцатипятилетнего, — он оторвался от Гарри и подошел к ней. Она шутливо оттолкнула его назад. — Видишь, ты так устал, ты бредишь! — сказала она, поглаживая его по щеке. — Ну, это противоречит тому, что ты говорила несколько ночей назад. — Ой, слишком много информации, — простонал Гарри, закрывая руками уши прежде, чем она смогла ответить. — В комнате дети, знаете ли. Его отец повернулся к нему с выражением, которое красноречиво говорило о том, что сейчас ожидает Гарри. К счастью, его спасло появление его крестного и «дяди». Сириус прошел на кухню, поддерживая Ремуса. Гарри подскочил с пола, чтобы выдвинуть стул для него, и Ремус послал ему благодарную улыбку, опускаясь в него. — Как ты себя чувствуешь, Ремус? — спросила Лили с беспокойством. — Я в порядке. Но все же должен признать, что истощен. Эти двое меня загоняли. — Мы? — с жаром начал Сириус. — Как будто Луни не зачинщик! — Ты — вожак стаи, знаешь, — ласково добавил Джеймс. Ремус бросил ему полуулыбку. — Это похоже на правду. Но я хочу, чтобы вы знали, что у меня было несколько спокойных полнолуний без вас. — Вы только послушайте его, он обвиняет нас во всем! — жаловался Сириус, тем не менее подавая ему стакан сока и становясь позади, чтобы размять больные плечи. Ремус поблагодарил его, но потом продолжил, будто и не говорил ничего. — Конечно, это все из-за зелья. Что бы ты ни говорил о Снейпе, я всегда буду благодарен ему за ликантропное зелье. — И я рад за тебя, Ремус, хотя и сомневаюсь, что защитить его было твоей целью. Ради Гарри, я бы хотел, чтобы сальный мерзавец держался подальше от Хогвартса. — Сириус! — воскликнула Лили, явно не желая, чтобы о нем так говорили перед Гарри. — Мам, все в порядке. Ты действительно думаешь, что я не слышал, чтобы его называли и похуже? — заговорил Гарри. — Лучше бы это были не вы, молодой человек, — сказала она предупреждающе. — Да, мааам, — протянул Гарри с раскаянием. Ему даже почти не пришлось врать. Потому что она была права, но он не говорил, что не делал этого раньше. Тем не менее никто в комнате не выглядел убежденным. — Ой, оставь его, Лили, — ухмыльнулся Сириус. — Ты помнишь, каким мерзавцем мог быть Снейп. То, о чем я говорил тебе на первом курсе, все еще в силе, Гарри. Если что-то случится, скажи мне. Я позабочусь об этом. — Я сомневаюсь, что это улучшит ситуацию, — строго сказала Лили. — Я правда пытался, — слабо признал Джеймс. Гарри издал приглушенный стон. Он этого не знал. Неудивительно, что последнее время Снейп стал еще хуже; он ненавидел Джеймса. Он, вероятно, думал, что Гарри побежал к нему за помощью. Он мог только представить реакцию Мастера Зелий на защищающего его Сириуса. Его мама похлопала его по спине, видимо подумав, что он подавился соком, а потом озвучила его мысли: — Ты должен был оставить это; ты только сделал хуже. Из-за этого Гарри так сложно, знаешь ли, — она бросила на всех острый взгляд. Это, очевидно, был аргумент, который уже приводили раньше. И Гарри пытался скрыть от них большинство стычек со Снейпом. — Я думаю, мама права, — заявил Гарри, привлекая их внимание. — И правда, это не так ужасно. Я справлюсь со Снейпом.

***

— Гарри, — шипел Рон, тряся его за плечо. Не меняя позы, Гарри медленно поднял голову. Он осознал, что смотрит в черные, предвещающие бурю глаза Снейпа. «Ой, какая ирония» — мимолетно пронеслось в голове, пока он пытался сесть и сориентироваться. Теперь он помнил… он сидел в классе Зелий. Кажется, он уснул. Снейп не выглядел довольным. — Доброй ночи, мистер Поттер? — голос Снейпа сочился сарказмом. — По-видимому, у вас есть что-то, важнее сегодняшнего урока. Поделитесь с нами? Гарри бросил быстрый взгляд на остальных. Гриффиндорцы выглядели сочувствующими, но были рады, что не оказались на его месте. У Слизеринцев чуть слюнки не текли от ожидания его наказания. У Гарри, тем не менее, была лишь одна эмоция. Дискомфорт, который он чувствовал вчера за ужином, прошел, когда ситуация стала более знакомой. Не было никого, чтобы заступиться за него. Он должен был позаботиться о себе сам. Но все было хорошо — он не боялся Снейпа. Его не пугало и не заботило грозящее наказание. Он был просто зол. Так что он открыл рот и ответил: — На самом деле это ничего. Я просто нашел нескольких людей, которых действительно стоит слушать. Краем глаза он увидел, как у Рона отвисла челюсть. Тогда его друг немного отодвинулся, очевидно пытаясь избежать гнева нависшего Снейпа. Конечно же, лицо Снейпа скривилось в неприятной усмешке. — Возможно, если бы вы слушали, вы бы не были так ужасно безнадежны в учебе. Иногда достаточно усердная работа может восполнить недостаток естественного интеллекта. В этот момент должно было появиться чувство самосохранения и сказать Гарри отпустить ситуацию и злиться молча. Это чувство, на удивление, отсутствовало. — Может я считаю важнее применить мой «естественный интеллект» и знания к другим более полезным занятиям, которые были бы не такими утомительными и бессмысленными. — Если вы хотите стать аврором, — Снейп сделал паузу, чтобы все поняли, насколько он не верит в это. — Вам нужен мой «утомительный» и «бессмысленный» курс. Гарри разозлился, задаваясь вопросом откуда он должен был это узнать. Через плечо Снейпа он видел Драко и его дружков, смеющихся над этой перспективой. С холодной яростью в голосе он вернул свое внимание на Снейпа и сказал: — Я говорил о том, что хочу стать аврором. У меня есть уговор. Вы продолжите делать вид, что заботитесь о том, что я буду делать со своей жизнью, а я продолжу делать вид, что проживу так долго. Снейп отшатнулся, выражение его лица было нечитаемым. Повисла смертельная тишина. — Двадцать баллов с Гриффиндора. Задержитесь после занятия, мистер Поттер. Мы обсудим ваше наказание, — с этими словами он развернулся и вернулся в конец класса, его мантия развивалась за ним при ходьбе. Гарри хмурился. Драко ухмылялся; Гарри послал ему такой смертоносный взгляд, что ухмылка слетела с лица, прежде чем Малфой отвернулся. Рон осторожно подвинулся ближе к нему снова. Подозрительные взгляды друга вернули его в реальности. Он продолжал задумчиво поглядывать на Гарри до конца занятия. К счастью, Снейп больше не цеплялся к Гарри. Рон и Гермиона беспокоились и тянули время, но после того, как Снейп снял с каждого по десять баллов за медлительность, они быстро ретировались вслед за остальными студентами и Снейп вернулся в класс. Гарри уже упал на стул перед своим столом, желая, чтобы ему никогда не приходилось вставать с кровати утром. Он пришел в себя, когда Снейп захлопнул дверь и вернулся в свое кресло. — Вы должны мне извинения, мистер Поттер. Гарри пристально смотрел на него, а затем пренебрежительно и совершенно неискренне сказал: — Извините. — Где ваше уважение? — черные глаза Снейпа сверкнули. — Мне ужасно жаль, сэр. Снейп смотрел на него. — Вы объясните мне свое поведение, или больше не будете посещать мои занятия. Я не буду с этим мириться. Мгновение Гарри молчал, изучая его, и раздумывая над дерзким ответом. Так как здесь не было свидетелей, которые могли бы отразить проклятия, он решил отказаться от этого варианта. — Я очень устаю, — угрюмо признался он. — Поэтому много сплю. Снейп резко посмотрел на него. — Тебе снятся сны? — потребовал он. Гарри просто пошевелился от дискомфорта, но, видимо, этого было достаточно. — И я не надеюсь, что вы очищаете свои мысли? Действительно, Поттер. После того, что случилось с Блэком, я думал вы должны усвоить урок, и не оставлять сознание открытым. Гарри смотрел на него, разъяренный воспоминанием о том, что потерял Сириуса. — Эти мечты посылает не Волдеморт, — с уверенностью заявил он. — Поттер, не произносите… — вздрогнул Снейп. — Волдеморт, Волдеморт, Волдеморт! — воскликнул он, с каждым разом все громче, наслаждаясь тем, как морщится Снейп. — Он одержим мной, я думаю мы должны называть его по имени! Это был тот момент, когда выражение лица Снейпа заставило его беспокоиться о том, что с ним сделают. Но гнев полыхал лишь в глазах Снейпа. Он не обратил внимания на вспышку Гарри. Вместо этого он объявил: — Мы снова начнем наши занятия по Окклюменции. Вы должны будете ждать меня здесь в понедельник в 6. Гарри почувствовал внезапный укол паники, когда ситуация вышла из-под контроля. — Подождите, что? Я думал, вы отказались учить меня этому впредь, — и, конечно, его сегодняшнее поведение убедило Снейпа в правильности его решения. — Да. Профессор Дамблдор попросил меня попробовать еще раз. Вы будете держаться подальше от моего Омута Памяти. Вы будете проявлять больше уважения, чем продемонстрировали сегодня. И вы будете следовать моим инструкциям безоговорочно. Мы поняли друг друга? — Что, если я не буду? — посмел спросить он. Взгляд Снейпа буравил его. — Тогда я не сомневаюсь, что скоро вы отправите своих друзей за своим крестным, если вы сами сможете избежать его судьбы. Гарри молча смотрел на него, закипая от злости. Но в то же время он чувствовал тянущее чувство в желудке, потому что несмотря на бессердечную формулировку, это было похоже на правду. Пока он действительно сомневается, что эти сны могут быть делом рук Волдеморта, но он опасался, что тот попытается снова проникнуть в его сознание. И если Гарри не сможет предотвратить это, кто-то еще может погибнуть. И если Дамблдор приказал это, тогда он явно не хотел учить Гарри самостоятельно. У него оставался лишь один вариант. Так что сквозь злость и чувство обреченности, Гарри пришлось сказать: — Я буду здесь.