Surreality

У Гарри захватывало дыхание, он пытался бороться с леденящей паникой, поселившейся где-то в животе. Шестнадцатилетие должно было быть большим праздником, и его родители прикладывали все усилия, чтобы так и было. Дом был набит всеми его друзьями, немногими учителями, и всей семьей Уизли. В течении часа на заднем дворе они они играли в игры и хорошо проводили время. Потому он не мог объяснить охватившие его внезапно чувства. Лишь когда большинство гостей ушли, и только его близкие друзья остались, это прошло. Гарри сидел в гостиной, смотрел на ссору Рона и Гермионы, на Сириуса с Ремусом, которые вели себя так, будто задумывают что-то, о чем пожалеют. Он видел, как родители гордо наблюдали за ним, стоя в дверном проеме. И, сидя и наблюдая за всеми, Гарри был сражен внезапными пугающими предчувствиями. Внезапно он понял, что не справится, если с кем-то из них что-то случится. Его охватило необъяснимым страхом и чувством обреченности. Он выскользнул на задний двор, когда поддерживать фальшивую улыбку стало слишком сложно. Здесь он и стоял, наблюдая как зажигаются звезды на темнеющем небе. Он слышал, как позади открылась дверь. Он быстро повернулся, ловя взгляд серых глаз, прежде чем обернуться обратно к небу. Он слушал, как Сириус колебался, затем прикрыл дверь, прежде чем приблизиться. Он сел на соседний стул, сохраняя тишину какое-то время, вероятно ожидая, что Гарри начнет говорить. Наконец-то он сказал: — Ты в порядке? — Да, просто… дурацкие мысли. Я не знаю почему думаю об этом. Все было хорошо. — Дурацкие? — спросил Сириус, поднимая бровь. А после добавил мягко: — Ты можешь рассказывать мне все, знаешь. — Я знаю, — ответил Гарри тем же. Что бы он делал без Сириуса, единственного, кому он мог рассказать обо всем? Все, о чем он не мог поговорить с родителями… Сглотнув, он все же признался. — Я просто представил, что я делал бы без вас… Всех вас. Если что-то случится, — он не смог нормально объяснить. Он не был уверен, что у него сейчас вышло бы лучше, потому как даже сам не понимал что с ним происходит. — Эй… — Сириус встал, подходя к нему, он выглядел удивленным. Он потянулся, чтобы погладить Гарри по волосам. — Не думай об этом. Мы никуда не уйдем. — Да, я знаю, — Гарри пытался отшутиться. Но он все еще выглядел мрачно. Со вздохом Сириус притянул его ближе. Гарри знал, что шестнадцатилеток не должны обнимать, как детей. Но эмоции настолько захватили его, что он отбросил эти мысли. Он уткнулся лицом в шею Сириуса, повернув голову так, чтобы очки не мешали ему. Сириус осторожно поглаживал его спину, и просто молча стоял, давая Гарри несколько мгновений необходимого комфорта. Казалось, прошло не так много времени, когда дверь снова открылась. — Бродяга, ты не можешь украсть именинника. Это нечестно по отношению к нам. Легко фыркнув, Гарри отпрянул от Сириуса и повернулся к отцу. Он поправил очки и постарался натянуть улыбку. Робкая улыбка должна была создать видимость, будто все хорошо. Джеймс вышел на балкон и закрыл двери, обеспокоенно вглядываясь в его черты лица. — Гарри, что случилось? — Ничего… — вопреки своим словам он оторвался от Сириуса и, уткнувшись в грудь отца, спросил: — Ты не уйдешь никуда, так ведь? Ты всегда будешь здесь, да? Джеймс был удивлен, но он обхватил руками сына. — Где еще я могу быть, ммм? Откуда у тебя эти мысли? — Я не знаю, — мягко сказал Гарри. Он не двигался, наслаждаясь объятиями. Присутствие Сириуса, а теперь и отца медленно согревали то леденящее чувство, и он меньше паниковал. Физические ощущения напоминали ему, что они еще здесь. Когда он почувствовал себя достаточно сильным, он отпрянул. Они оба смотрели на него с интересом, но настоящая улыбка, которую он послал им, немного их успокоила. — Я в порядке, — настоял он. — Давайте вернемся внутрь. Я надеюсь, там еще остались подарки… Посмеиваясь, они обернулись к двери. Сириус обнял его за плечи, и повел его обратно внутрь. Только там он выпустил его, и Джеймс занял его место, чтобы провести его туда, где стояла Лили. Она обхватила его за плечи, обнимая, и быстро поцеловала в лоб. Он неохотно запротестовал и легко вывернулся из ее хватки, чтобы его друзья увидели. Но он ценил привязанность больше, чем что-либо, и в конец концов он почувствовал тепло и безопасность снова.

***

— Гарри, — настойчиво звал голос. Гарри отодвинулся от трясущей его руки. Он устал от пробуждения в подобной манере, особенно когда его вырывали оттуда, где он предпочел бы остаться. — Уходи, Рон, — промямлил он. — О, Мерлин, ты невозможен. Я не Рон, и это возмутительное сравнение. Гарри приоткрыл глаза, понимая, что будила его Гермиона. Тем не менее Рон был рядом, и он обиделся. Пока они препирались, Гарри лениво обвел взглядом остальную комнату и снова закрыл глаза. Во сне Сириус и его родители успокаивали и прогоняли боль. Но стоило ему проснуться, как все вновь обрушилось на него. Если бы он просто мог вернуться назад в сон… это было слишком больно… — Гарри! — на этот раз Гермиона наклонилась прямо над его лицом. Он бросил на нее настолько злой взгляд, насколько получалось, будучи наполовину сонным. Она вернула ему взгляд. — У тебя встреча с профессором Снейпом. Ты должен идти, иначе опоздаешь.

***

— Вы опоздали, Поттер. Гарри тяжело дышал после бега по подземельям, пытаясь найти оправдание. — Я… учился. Снейп вскинул бровь. — Меня не интересует ваше оправдание. Мне не нужна ложь. Это заставило Гарри задуматься. Он придумал это достаточно быстро — он чувствовал, что Снейп будет в ярости, если узнает настоящую причину. — Простите, — промямлил он, закрывая дверь кабинета и неохотно проходя дальше. — Ничего страшного, — сказал Снейп, вставая и обходя стол. — Чем раньше начнем, тем раньше закончим. — Не могу не согласиться, сэр, — сказал Гарри с ухмылкой. — Леггилименс! — Снейп скучающе смотрел на него, а после быстро вскинул палочку. Его застигли врасплох, как обычно бывало, когда дело касалось Снейпа. Гарри отчаянно ненавидел это. Профессор и кабинет поплыли, заставляя Гарри пронестись через вихрь его воспоминаний. Он шестилетний смотрит из угла как его тетя и дядя лебезят перед Дадли, когда он открывает комнату, наполненную подарками к дню рождения… Он и Рон выходят из хижины Хагрида. Они пробираются в Запретный лес, следуя за пауками… Он перегибается через перила на лестничной клетке дома на площади Гриммо 12. Гермиона и четверо самых младших Уизли стоят рядом. Они наблюдают, как Снейп уходит… Он в Отделе тайн. Сириус сражается с Беллатрисой, пока Гарри пытается отвести Невилла к лестнице. Сириус запрыгивает на помост… НЕТ! Он захлопывает ментальную дверь в это воспоминание, не желая видеть его самостоятельно, не говоря уже о том, чтобы Снейп это видел. Он позволил своей памяти переключиться на что-то более приятное взамен этого. Сириус обнимает его за плечи и ведет обратно внутрь. Уже там Джеймс занимает его место и доводит сына до стоящей там Лили. Она обнимает его и коротко целует в макушку… Его внезапно вытолкнуло из воспоминаний. Он обнаружил, что стоит на коленях на полу в кабинете Снейпа. Он ничего не сделал, чтобы скрыть это, даже не хотел, чтобы это заканчивалось, на самом деле. Он смотрел в замешательстве: — Почему вы остановились? — тупо переспросил он. — Вы не придумали последнюю сцену для защиты? — Снейп странно смотрел на него. — Хм, — запутался Гарри, все еще будучи совсем не в духе. — Сцена с вашими родителями и Блэком, — Снейп раздраженно вздохнул. — Я знаю, что это было не воспоминание. Разве вы не придумали это, чтобы вытолкнуть меня? — Нет, — он запоздало понял, что должен был согласиться. По-видимому, это была отличная отговорка; Снейп выглядел почти удивленным целую секунду. Но было слишком поздно. Медленно поднявшись на ноги, он признался: — Это было воспоминание, но не настоящее. Он вернулся обратно к стулу. Снейп взгромоздился на край стола, сосредоточенно глядя на него. — Объясните, — потребовал он. Гарри вздохнул. Он не хотел делиться своими снами со Снейпом. Он даже не рассказал о них Рону и Гермионе. Они были личным, и они принадлежали ему. Они были как подарок, будто вселенная наконец-то решила дать ему что-то, что сможет компенсировать ему все неудачи. Но Снейп смотрел на него так строго, что, казалось, был готов решить ситуацию Веритасерумом, если он откажется говорить. Так что он сказал нехотя: — Это сон. Один из моих последних снов. — Все они аналогичны? Гарри кивнул. — Это было очень ярко. Выглядело настоящим. — Они все такие, — честно ответил Гарри, несмотря на сомнения. Снейп встал со стола и наклонился, чтобы ухватиться рукой за стул Гарри. Гарри инстинктивно вжался в спинку стула, прежде чем Снейп зашипел: — Мистер Поттер, вы должны были обратиться за помощью, как только это началось. — Зачем? Это просто сны, — он пытался говорить ровно. — Я очень сомневаюсь, что это просто сны, — сказал Снейп насмешливо. Он отпустил стул и вернулся обратно к столу. — Вы должны заблокировать их. Гарри уставился на его спину. Он знал, что Снейп был недоволен, но он не видел проблемы. Он пробормотал тихо: — Но они мне нравятся. Снейп услышал. Гарри напрягся, когда его учитель обернулся к нему. — Да, я полагаю, что в этом и суть. Чем дольше вы будете хотеть видеть эти сны, тем дольше вы не сможете блокировать их! Гарри чувствовал смутную панику, которая возвращалась при мысли, что он может потерять эту связь с родителями и Сириусом. Он демонстративно огрызнулся: — Тогда у вас проблема, профессор. Потому что я не собираюсь избавляться от этих снов. — Даже если это доказательство того, что Темный Лорд забрался в вашу голову, посылая эти сны? — Снейп снова приблизился, гнев вспыхнул в черных глазах вместе с другими эмоциями, которые Гарри не мог разобрать. Как мог Снейп продолжать считать, что это мог быть Волдеморт, когда узнал о содержимом снов? — Я не понимаю, как это возможно, — сказал он вслух. — Я имею в виду зачем ему это? Зачем ему хотеть сделать меня счастливым? — Вы счастливы, Поттер? Потому что сейчас вы выглядите скорее расстроенным. — Вы меня расстраиваете! — огрызнулся Гарри. — Так, когда меня нет вы счастливы? — нахмурился Снейп. — Вы счастливы здесь с друзьями? Вы не хотите спать все время? Гарри похолодел. Тогда он пожал плечами и упрямо сказал: — Я имею в виду во снах. Я счастлив во снах. — И несчастны в реальном мире. Вы предпочли бы их реальности, не так ли? Но ваше сознание должно быть здесь, когда вам предоставится возможность победить Его. — Нет, — Гарри тяжело вздохнул и отрицательно помотал головой. — Это не правда, они не от него! — Поттер, прекратите выставлять напоказ свою глупость. Вы должны увидеть, чем это является! Темный Лорд нашел то, что считает вашей самой большой слабостью и использует ее. — И что, скажите на милость, моя самая большая слабость? — Гарри чувствовал прилив гнева. Ему нравилось это; это было знакомо, и он хватался за знакомое чувство. — Я не говорил, что это ваша большая слабость, Поттер. Лишь что он считает это вашей слабостью. И это ваша любовь и потребность в других. — Я давно научился не нуждаться ни в ком, — он знал даже когда он сказал это, что это не совсем правда. Но это уже было сказано, и он не собирался отказываться от своих слов. Он встретил ледяной взгляд Снейпа и ответил ему тем же. — Хорошо, — насмехался Снейп. — Но я смею говорить о том, что осталось кое-что, в чем вы нуждаетесь. Как раз это является снами. И никто из них не доступен для вас в реальности. — Ремус бывает иногда, — пробормотал Гарри слабо, думая лишь о том, что хочет убраться отсюда. — Но даже он физически не здесь сейчас. Темный Лорд дает вам соблазнительную причину ненавидеть эту реальность. — Ему действительно не приходится делать что-либо для этого, — честно заявил Гарри. Когда Снейп скрестил руки и тяжело вздохнул, Гарри заговорил прежде, чем смог. — Это бессмысленно. Зачем ему переживать о том, как сильно я ненавижу жизнь здесь? Я не решу уснуть в середине нашей битвы. — Потому что вы не будете учиться тому, что необходимо для победы над ним, — Снейп произнес по слогам, как для умалишенного. Гарри насупился, все еще не желая соглашаться с этим. — Возможно, но я уже доказал, что могу справиться самостоятельно. Вообще-то, если подумать об этом, чем больше меня расстраивает реальность, тем больше вероятность, что я использую Непростительное в ближайшее время. — Также возможно, что все это делается с какой-то другой целью, — Снейп немного наклонился, чтобы взглянуть Гарри прямо в глаза. Напряжение нервировало; Гарри пришлось приложить усилия, чтобы не отступить назад. — Это не обсуждается. Вы должны научиться закрывать свое сознание; вы должны заблокировать это.

***

Он действительно пытался закрывать свои мысли этой ночью, хотя бы потому, что они были слишком заняты, чтобы можно было поспать. Но, видимо, он недостаточно хорошо справился, потому что он все еще видел сны. И он не особо сожалел об этом. На следующий день на Зельях Гарри не спал… по большей части для того, чтобы доказать, что Снейп не прав. Мастер Зелий продолжал наблюдать за ним через комнату, и Гарри продолжал бросать злые взгляды, когда он не видел. В конце урока, несмотря на то, что он не спал, у него так ничего и не вышло. И он был сонный. Он подавил зевок, собирая книги. Казалось, он был медлительнее, чем обычно. Рон и Гермиона ждали его, и они втроем направились к двери, за которой уже были все остальные. Они не успели далеко уйти прежде чем резкий голос остановил их: — Грейнджер, Уизли! — нетерпеливо позвал Снейп. Рон невольно вздрогнул. Гермиона сглотнула, но смело обернулась. — Можно вас на пару слов, — сказал Снейп, указывая на свой кабинет. Гермиона вздернула бровь, но пошла. Рон уставился на него на мгновение, посмотрел на Гарри, после чего медленно отправился следом. Снейп прошел от двери в аудиторию и они последовали, не до конца прикрывая двери. Гарри посмотрел ему вслед. Затем беззастенчиво подошел к прикрытой двери, чтобы подслушать. — Как много вы знаете о том, что происходит с Поттером? — голос Снейпа звучал хрипло. — Ничего не происходит. У Гарри все неплохо, учитывая обстоятельства, — раздраженно сказал Рон. Гарри улыбнулся тому, как друг его защищал. — Он очень устает, — улыбка исчезла, стоило Гермионе заговорить. — Он все время спит и его трудно разбудить. Он настаивает на том, что он не болен, — она говорила так, что это выглядело как вопрос. — Я полагаю, это зависит от того, что вы подразумеваете под «болезнью». Он позволяет Темному Лорду мучать его, даже приветствует это. Глаза Гарри расширились, так как это звучало чересчур волнительно. Он знал как его друзья это воспримут. — Что? — Рон был в шоке. — Я не понимаю, сэр, — Гермиона была несколько более многословна, даже если ее голос и звучал немного шокировано. — Как именно он позволяет это? — Он и вправду ничего вам не говорил. Вы знаете, что сны, которые он видел раньше, позволяли Темному Лорду добраться до его сознания и наоборот. У него были сны, которые почти наверняка доказывают, что это происходит снова, но он не желает это прекратить. — Если бы это действительно произошло, он бы хотел прекратить это… сэр, — запоздало добавил Рон, вероятно из-за полученного взгляда. — У него есть причины этого не делать, мистер Уизли. Однако, разбираться с этим придется мне. Я полагаю, мне может понадобиться ваша помощь. Гарри нахмурился, удивляясь, что Снейп не рассказал им обо всем. Это касалось только его, и он был удивлен, что Снейп разделяет его мнение. Однако он отогнал от себя эти мысли, размышляя о том, что Снейпу надо от его друзей. — Важно, чтобы он оставался в сознании. Он не должен спать днем, и желательно быть постоянно чем-то занятым. Как думаете, вы справитесь с этим? — Мы можем попытаться. — Что насчет ночей? — спросила Гермиона. — Это будет моей заботой. Необходимо, чтобы вы справились со своей частью, вернув его к нормальному режиму дня, чтобы не было постоянных перерывов на сон. Вы можете это сделать или нет? Гарри отошел, понимая, что разговор почти окончен, и осознавая, что как минимум Гермиона согласится. Рон тоже, если он подумает, что это может помочь. Это будет значить, что кто-то из них постоянно будет с ним на протяжении дня. Он закатил глаза, отходя чтобы подождать друзей возле кабинета. Естественно, вскоре его друзья вышли из кабинета и поспешили к нему. Гермиона подождала, пока они окажутся в коридоре, прежде чем обернуться к нему: — Ты все слышал? — обвинила она. Они знали его слишком хорошо. Гарри кивнул. — Знаешь, если бы я не знал его так хорошо, я бы подумал, что он беспокоится о моем благополучии, — сказал он с долей сарказма. — Гарри, ты должен дать ему шанс, — покачала головой Гермиона. — Пожалуйста… Ради всех нас. — Только после него, — вернул ей Гарри. — Но я не буду даже надеяться на это.