Солнечно, с вероятностью Лаксус

      Свидание!       Большая часть того, что радовало в жизни с няней, это то что Лаксус и Люси одновременно могли выйти из дома. Наличие ребенка и карьера, как правило, несовместимы. Пока один родитель будет работать, другой должен будет быть с ребенком. Потом они поменялись, или если Люси отправлялась в магазин, она оставляла ребенка отцу. Это было не страшно, но с тех пор, как въехала Шерия, жизнь значительно улучшилась.       В пятницу вечером Шерия взяла своего восьмимесячного подопечного на занятия музыкой и игрой для детей, а Лаксус и Люси отправились на улицу. Младенец Грома казался неописуемо счастливым увидеться с другими детьми и, казалось, относился к этому как к наилучшему событию за всю неделю.       Таким образом, маги шли рука об руку по центру Магнолии.       Люси не могла поверить, что так долго они были вместе. Девять месяцев перед помолвкой, через шесть месяцев поженились, через десять месяцев у них родился ребенок, а ему уже было восемь месяцев, так что они вместе почти три года.       Жизнь была хорошей, и Люси была рада, что сказала «да» в тот день, когда Лаксус пригласил ее на свидание. Она даже не могла представить, какой была бы ее жизнь без Лаксуса и их мальчика.       Лаксус почувствовал, как Люси схватила его за руку и прижалась к нему, с любовью во взгляде. Каким-то образом маг все еще не мог устоять, когда жена была так мила с ним, и он заметил, что их сын был в равной степени поражён столь сладкими чувствами матери. Сын с отцом были одинаково бессильны против Люси, и, что бы ни случилось, она смогла бы привести в порядок весь мир.       Юрий достиг того возраста, когда сон больше не был проблемой для его родителей. Он перерос свои некоторые противные привычки, превратив их в нечто более сносное. Теперь ребёнок смеялся и играл почти с кем угодно, хотя, когда он был расстроен, малыш все еще вел «короткий список» людей, которые смогли бы с ним справиться.       Маги хорошо провели совместный ужин, нарядно одевшись, как на свидание, а не так, как обычно, с младенцем, ползающим по всему дому.       Когда маги вернулись домой, их сын уже спал, а Шерия и Венди были в комнате розововолосой с закрытой дверью.       Родители смотрели на ребенка, стоя над его кроваткой, пока тот спал с открытым ртом.       —Он такой же, как его папа— прошептала Люси.       Лаксус улыбнулся.       — Разве так не должно быть?       Его маленькие пальцы ног сжались в носках, и Лаксус слегка ущипнул за них, заставив ребёнка дернуть ногой во сне. Лаксусу нравилось беспокоить их сына, когда тот крепко спал.       — Оставь его в покое. Он хорошо спит.       Лаксус ткнул пальцем в маленькое лицо ребенка, и лицо Юрия нахмурилось.       — Идея – месть родителей. Давай начнем будить его по восемь раз за ночь.       Глаза Юрия открылись и снова закрылись, когда он откатился от отца и издал какой-то звук, сообщавший, что малыш хочет остаться один.       Люси решила, что сейчас самое время, и посмотрела на своего мужа.       — Так хм... Лаксус, дорогой...       Что-то в том непростом способе, которым Люси произнесла его имя, заставило мага молний прекратить бессмысленные пытки их ребенка.       — Что, детка?       —Я чувствую себя странно.       —Странно? Например, как...       Блондинка нервничала, ответив:       — Беременна?       — Беременна... — Лаксус очень сухо и очень медленно повторил. —Беременна. Как, — сказал маг, указывая на их сына. — ... и тогда?       Люси кивнула.       — Да. Вот так. Уверена, это единственное объяснение.       Лаксус не мог точно описать, что он чувствовал в тот момент, но однажды, когда он был подростком, его сбил магический автомобиль, потому что он был в наушниках и не обращал ни на что внимания, переходя дорогу.       Это было отчасти так.       Поскольку Люси не могла принимать противозачаточные средства во время кормления грудью, маги использовали презервативы, но теперь, когда их сына отняли от груди, Люси хотела, чтобы ее тело вернулось к нормальному гормональному состоянию, прежде чем вернуться к таблеткам.        —Как?       — Так же, как это случилось в первый раз?       Когда Лаксус был беспечен и свободен, будучи одиноким человеком, он был безумно осторожен, никогда не желая рисковать. Став мужем, он немного расслабился и несколько раз рисковал.       —У меня есть тест. Я на самом деле не хотела делать его одна. Сначала я хотела тебе сказать и спросить, что ты думаешь. — сказала Люси.       Это было, конечно, неожиданно, но они были женаты и очень счастливы. Незапланированная беременность на любом другом этапе его жизни была бы катастрофической, но Лаксуса на самом деле совершенно не беспокоила эта идея.       Лаксус наклонился и поцеловал жену в щеку.       — Я в порядке. Давай хотя бы узнаем.       Они поднялись наверх в главную ванну, и Лаксус сел на край ванны, пока Люси читала инструкции и открывала коробку. Был день, когда Люси умерла бы от стыда, если бы ей сказали, что она без проблем сможет воспользоваться туалетом перед магом молний, но это было до беременности. После того, как появился ребенок и они в этот момент были вместе, у них совершенно изменились границы комфорта.       Люси помочилась на палочку, надела колпачок теста на беременность, вытерла и покраснела, затем вымыла руки и села на крышку унитаза с тестом в руке.       — Нормально ли будет, если у тебя в ближайшее время появится еще один ребенок? —спросил Лаксус.       Люси пожала плечами.        — Согласно всем книгам, которые есть, восемнадцать месяцев — это наилучшее наименьшее время. Громовой ребенок — восемь месяцев, так что... Может быть и не идеально, но я молодая, здоровая и сильная.       — Прости.       Его жена ответила:       —Мы в этом одинаково виноваты.       Еще несколько минут прошли в тишине ожидания, пока медленно появился небольшой знак плюс.       — Я беременна.       Ее муж глубоко вздохнул и улыбнулся ей. Это не было частью их плана, но ни один из них не был полностью опустошен. Лаксус поцеловал ее, они вместе приняли душ, а затем оделись и сели на кровать. Они были тихими, но милыми, каждый обсуждая все вещи, которые вновь должны были измениться в их жизни.       Как только они легли в постель, Лаксус положил руку на живот жены.       — Второй раунд?

***

      На следующее утро Люси кормила своего сына, когда почувствовала приступ тошноты, который напоминал о беременности. Она поморщилась и, хорошо зная ее, муж взял детское питание, которое Шерия сделала для сына, и предложил ему ложку. Мальчик сглотнул, кусая вилку зубами и держась за нее, отказываясь отпускать.       Как и его отец, Громовой Младенец ел все. Никогда не было суеты о том, будет ли он есть что-то, но, с другой стороны, он продемонстрировал, что будет есть и то, что не обязательно является едой. Лаксус заверил свою жену, что жуки и грязь полезны для пищеварения, но Люси вообще не купилась. Малышу Грому было же все равно, разрешила ли мать или нет; он намеревался продолжать употреблять подобные вещи независимо от чьего-либо осуждения.       Шерия спустилась вниз, с наушниками в ушах. Она на короткое время сняла их и спросила:       — Эй, могу я одолжить ребенка примерно в два часа дня? — спросила Шерия, как будто она просила одолжить пару штанов или карандаш.       — Зачем?       — Я пойду по магазинам, а парень в одном магазине дает мне сумасшедшие скидки, если у меня с собой Громовой Ребенок. Он думает, что я — мать-подросток, пытающаяся самостоятельно обеспечить маленького сына. — сказала Шерия.       Лаксус покачал головой, но ничего не сказал.       — А как он пришел к выводу, что ты мать-одиночка? — Спросила Люси.       — Ну, со мной был Громовой Младенец, и он просто предположил, что он мой ребенок. Он спросил, была ли я с его отцом, а я ответила «нет». Он же не спрашивал, например, была ли я лесбиянкой, помогающей паре магов присматривать за их капризным дракончиком. — объяснила девушка.       Шерия была на самом деле просто блестящей, и она заботилась о ребенке. Она не терпела ни одной выходки Юрия. Когда они впервые встретились, Юрий сопротивлялся ей, и кусался, а Шерия покорила его, слегка щелкнув по носу. Она училась ухаживать за младенцами, поэтому брала его с собой на уроки, готовила вместе с ним еду и учила его цветам и звукам, когда его родителей не было рядом. Когда потребовалась помощь с ребенком, было здорово, что няня знала подобные вещи.       Лаксус понюхал детское питание и попробовал его.       — Это очень вкусно. Что это?       — Банановое пюре, с морковкой и капустой. Хорошо, я пошла, я вернусь за Громовым Ребенком позже. — сказала Бленди, надевая наушники и выскочив за дверь.       Тем временем на кухне Громовой Ребенок увидел, как его отец ел детское питание, и закричал в знак протеста.       Отец ребенка ответил на это возражение, съев еще больше.       — Мммммммм...       Юрий испустил то, что Люси назвала «визгом маленького дракона», и она прикрыла уши.       — Не мог бы ты перестать дразнить своего сына?       — Я сделал его. Я могу разозлить его, если захочу.       Юрий бросил свою чашку в Лаксуса, и двое мужчин уставились друг на друга. Лаксус сделал злое лицо, которое заставило бы любого другого человека в мире разозлиться, и ребенок сделал все возможное, чтобы сделать то же самое. Малыш зарычал, а его отец зарычал еще громче.       Лаксус потянулся к маленькой кучке сухих хлопьев на высоком стуле и украл один, сунул его в рот и сделал вид, что пережевывает его перед разъяренным младенцем, который издал еще один гневный визг. Маг повторил это, и мальчик хлопнул руками и продолжив кричать.       — Лаксус!       Люси вздохнула, потому что они не прекратили. У всех были свои отношения с ребенком, и хотя Юрий был рад слушать ее крики, получать обнимания и поцелуи, его общение с Лаксусом было совершенно другим. Казалось, мужчины были полны решимости сводить друг друга с ума большую часть времени, и они оба были довольны этой договоренностью.       — Лаксус.       Когда Младенцу Грому не хватило терпения, что случалось у большинства восьмимесячных детей, он посмотрел на свою мать и закричал.       Голова Люси болела, она хотела заползти обратно в кровать, и ее тошнило. Тем не менее, когда она стояла там, ее муж постоянно заставлял ребенка кричать и плакать. И Люси решила, что Дреяра совершенно не беспокоит беременность, потому что это не ему надо было беспокоиться, мочиться и выталкивать ребенка из себя. Его часть, как предположила Люси, просто посмотрев на мага молний, состояла в том, чтобы раздражать и бесить ребенка.        Терпение Люси истощалось, а затем и полностью пропало.       — Лаксус! Заткнись!       Лаксус застыл на месте, как будто превратившись в камень. Дреяр не разговаривал, когда Люси кричала, он знал ее уже долго, чтобы ожидать подобного.       Младенец так же застыл и удивленно уставился на мать.       Люси вырвало в мусорку на кухне, когда все прекратилось, она обнаружила, что на кухне было уже тихо. Отец и сын молча наблюдали за ней с осторожностью. Она посмотрела на них и начала смеяться.       Ее муж решил, что для всех будет лучше, если он просто покормит ребенка и постарается некоторое время не раздражать свою жену. Ему вдруг пришло в голову, что с младенцем беременность будет немного сложнее.       А Громовой Младенец не понимал, поэтому он просто решил поесть и перестать кричать.       Лаксус поднял голову.       — Ты можешь лечь и отдохнуть. Мы будем хорошо себя вести.       — Извините, — тихо сказала Люси, —Но мне хочется блевать из-за вас обоих...       Юрий потянулся к ней и говорил на языке, который знал только он, словно пытался объяснить. Бывали моменты, когда малыш был очень громким и разговорчивым, поэтому маги знали, что он скоро будет произносить реальные слова, но сейчас у него был полный набор слогов, который звучали немного сердито.       Люси не поняла его, поэтому малыш протянул руку и снова вскрикнул.       — Я сейчас пойду умоюсь, ладно? Сейчас вернусь.       Малыш закричал, пока Люси не было, поэтому Лаксус вынул его с высокого стула и усадил в гостиной, на пол, чтобы тот мог ползать по полу. У их сына, казалось, было чрезмерное количество энергии, и большая часть его дня проходила в путешествиях вокруг. Иногда он подтягивался, используя мебель.       Одним из любимых занятий ребенка было лазание по Райджине, которые так понравились друг другу, что тигрица даже спала ночью под кроваткой, и они часто спали вместе в течение дня. Они также рычали друг на друга, и однажды они играли на улице, пока Люси наблюдала, и тигр вежливо сообщал некоторым случайным прохожим ревом, что они не должны останавливаться и смотреть на ребенка.       Когда Люси почистила зубы и смыла вкус вышедшего у нее изо рта, она обнаружила, что ее сын уже прыгал на полу.       — Хочешь оставить его, пока пойдем к Полюшке?       — Мы можем взять его с собой.       Маги оделись и пошли навестить Полюшку, которая открыла дверь и сразу же потянулась к единственному человеку, который ей понравится.       — Посмотри на себя, Малыш Грома. Ты становишься таким большим! —проворчала целительница.       Лаксус полагал, что его сын обладал магической силой над «старыми капризными суками», такими как Полюшка или Водолей, и магам пришлось дожидаться пока целительница наиграется с ребенком, поэтому Люси сидела на стуле, а Лаксус опирался на стену.       Полюшка наконец повернулась к магам.       — Почему вы двое здесь? — спросила Полюшка, а глаза ее сузились.       Люси нервно рассмеялась.       — Ну... Я думаю, что, может быть, я беременна.       Старуха перевела взгляд с нее на Лаксуса.       — Идиоты...       Лаксус положил сына на пол и наблюдал, как тот ползает, с любопытством осматривая дом целительницы. Он нюхал воздух, наполненный странными травяными ароматами, интересные носу маленького дракона.       Когда Полюшка подтвердила, что Люси была на шестой неделе беременности, она прочитала длинную лекцию о том, как долго следовало бы ждать, дала Люси витаминные добавки, а затем разбила Лаксусу об голову горшок, который она обычно использовала для приготовления лечебных зелий.       — Это не хорошая ситуация, — объяснила пожилая женщина. — но в данном случае вряд ли будут осложнения. Люси молода и очень сильна. С последней беременностью и родами не было никаких осложнений. Но стоит быть очень осторожной, питаться правильно, получать много кальция, если только вы не хотите, чтобы у нее зубы выпали, а кости стали ломкими. Набери немного больше веса, чем в прошлый раз, не забывай витамины и помни, что твоему телу понадобится намного больше отдыха.       Люси кивнула в понимании.       — Что-нибудь еще?       Полюшка добавила:       — После того, как ты родишь этого ребенка, ты можешь отправить своего старшего ребенка — целительница указала на Лаксуса — на операцию       Полюшка внезапно закричала, и они посмотрели на сына, который сунул палец в электрический адаптер для слезы.       Родители ребенка остались равнодушны к этой ужасающей идее, которая заставила бы большинство родителей закричать от страха.       Электричество перешло от розетки к ребенку, и тот засмеялся, издав молниеносный рык.       Люси вздохнула.       — Он начал делать это, около двух недель назад, когда начал ползать. В первый раз я чуть не умерла от сердечного приступа.       — Подумай об операции.       — Подумай и закрой свой рот. — ответил Лаксус.       — Презервативы.       — Подумай о том, что говоришь.       Полюшка и Лаксус несколько минут занимались спором, пока Люси обдумывала свою жизнь, забрала сына с пола и просто ждала.       Маги ушли, и Лаксус задумчиво смотрел на нее, пока они шли домой. Один ребенок был в руках Люси, а другой — в ее утробе. Для мага молний она была идеальной матерью и лучшей женой из всех, когда-либо существовавших, поэтому он с нетерпением ждал еще одного ребенка, так как было уже слишком поздно, чтобы заниматься планированием этого ребенка.       Семья прошла мимо парка, и Лаксус увидев большую горку и забрал сына.       — Ты уверен, что он готов к этому? — Спросила Люси.       Лаксус закатил глаза.       — Он крепкий парень. Что плохого случится? Мы же здесь.       — Я тогда пойду с ним. — сказала Люси.       Люси взобралась на горку, шести футов в высоту, и Лаксус передал ребенка. Громовой малыш казался подозрительным, но все же любопытным, и рассматривал яркие цвета вокруг себя, который были волнующим для него. Люси положила сына на колени и соскользнула вниз, и он сразу же завизжал от восторга, смеясь, хихикая и с шумом рассказывая об новом захватывающем опыте.       Лаксус всегда мог сказать, когда их сын был действительно взволнован, потому что он размахивал руками, и вертелся из стороны в сторону.       Это было слишком мило, и поэтому его отец поднял ребенка и положил обратно наверх, позволяя ему скатиться самостоятельно, что было еще более захватывающим, потому что мама поймала его внизу.       Чем дольше Юрий спускался с горки, тем больше он кричал и дергался, но в пятый раз замолчал и вяло огляделся.       Лаксус спросил:       — Может, ему скучно?       Когда маг взял Юрия, мальчика вырвало всем, что было у него в животе, прямо на отца. Затем он встряхнулся и очень медленно расплакался. Как знал любой родитель, чем дольше ребенок плакал, тем хуже ему становилось.       Люси достала сумку с пеленками и сказала:       — Я думаю, что у него морская болезнь.       Лаксус держал сына на расстоянии вытянутой руки, пока тот кричал.       — Ты действительно похож на меня. Бедолага.       Честно говоря, к тому моменту тошнота отца сошла на нет. Лаксус снял рубашку, Люси сменила одежду ребенка и отмыла его, затем вытерла мужа салфетками. Ребенок крепко прильнул к отцу и, устав от визга, обмяк на плече.       Когда они вернулись домой, Юрий вздремнул, пока Шерия не пришла «одолжить» его, чему малыш был рад. Он обычно любил выходить на улицу с няней, что всем облегчало жизнь.       Люси пошла, чтобы пойти вздремнуть, и ее муж присоединился к ней после душа, прижимаясь к ней в кровати.       Когда Люси проснулась из-за сна, Лаксус спал, обхватив одной рукой ее живот.       Люси нежно поцеловала его, и маг проснулся, улыбнувшись жене.       — Привет.       — Эй. Как моя беременная жена? — спросил маг.       — Хорошо. Как папа?       — Хорошо.       Лаксус зевнул и потянулся.       — Не забывай об инструкциях Полюшки, хорошо?       Его жена кивнула.       —Я хочу, чтобы это была девочка.       Ее муж кивнул.       — Согласен. Думаю, что мир действительно не может справиться с еще одним ребенком, как наш сын. Он очень капризный.