Господин Горных Дорог

Сколько молодой эльф может идти, не уставая ни на толику? Полдня, день, сутки? Что случится потом? Он просто упадет без сил и станет вкусной закуской для блуждающих в холодной темноте животных. Эриэль – мальчик не глупый. Он понимал, что пару раз ему все равно придется останавливаться, чтобы как-то заночевать, да перекусить. Хорошо, что он не забыл взять немножко хлеба и особую траву, которая своим соком питает организм не хуже чем жаркое из оленины. Первый привал пришлось делать вечером, ибо начавшаяся пурга не давала ясно увидеть дорогу, да норовила забраться под теплый плащ, заставляя мерзнуть даже этого молодого эльфа, привыкшего к суровому климату. Единственное, что пугало Эриэля не на шутку, это невозможность разжечь костер, чтобы согреться. Разведешь костер – привлечешь животных. Лучше уж в холоде посидеть, чем быть съеденным. Жаль, что в поселении не было мага, который мог бы обеспечить каждого желающего защитными амулетами. Быстро перекусив, он положил рюкзачок на менее заледенелую глыбу и сел на свои вещи. Коленки пришлось прижать к груди, чтобы кое-как сгруппироваться и сдерживать тепло. Эри задумался: а что будет, если он не угодит Горному Богу? Тогда, наверное, селению станет еще хуже… Эльф жмурился и то и дело морщил аккуратный носик, стараясь прогнать из мыслей картины разрушенных домов друзей и знакомых. Он всерьез начал думать, что теперь от его действий зависит судьбы эльфов, людей, гномов и даже вампиров. Именно поэтому он был готов на все, лишь бы только умилостивить разгневанное существо, мучавшее их уже десятки лет. Если жар костей не ломит, то от холода все тело сводит так, что дышать больно. Именно в такие моменты ты чувствуешь каждую клеточку своего тела, ибо боль заставляет подчиниться и полностью уйти в себя, обстрагивавшись от окружающих тебя деталей. И иней на ресницах – уже не красиво, а опасно, потому что понимаешь, что зима постепенно пожирает тебя, начиная с малого. Но почему именно их края? Почему в других частях мира вечное лето и нет печали? Ох, как же хочется найти ответ хотя бы на один вопрос… Но сейчас нужно попробовать заснуть, так как силы еще понадобятся. Сразу уснуть не получилось. С трудом разлепив слипшиеся ресницы, он стал разглядывать свое временное пристанище. Эта пещера раньше использовалась горцами как склад для урожая или место для отдыха путников. Вон в углу лежит развороченная корзина, а чуть дальше поломанное копье. Следы человека сами собой поясняли, что когда-то этой выемкой в горе пользовались. Она служила для чего-то хорошего. Ровные пучки света скользящие в расщелину в скале смешивались со снежинками, блестя всеми цветами радуги. Красиво. Но красота мертвая, злая, колючая. Эри давно мечтал увидеть солнца свет, такой теплый, ласковый, нежный. Который бы гладил эльфа по щекам, полностью обволакивал тело и не резал, будто ножом ледяным. От мыслей о жарком лете у эльфенка на лицо выползла лучезарная улыбка, которую он и не пытался скрыть. Он знал, что изменит этот мир, и вскоре будет засыпать в тени раскидистого дерева под пение южных птиц. Он шел вперед уже несколько дней, лишь на ночь останавливаясь, чтобы отдохнуть и доесть свои скромные запасы. Хлеб кончился уже на третий день, а той самой чудодейственной травки осталось лишь на раз. Эльф понял, что если не найдет пристанище Горного бога, просто умрет голодной смертью. Вот так и разбиваются вдребезги мечты: и сам он умрет, и народу не поможет. Выходит, он бесполезен обществу? Нет. В это было сложно поверить. Скрипя зубами и сильнее кутаясь в теплый шарф, эльф боролся со стихией, идя напролом. Пройдя перевал и перепутье каменистых дорог, он остановился напротив двух скал похожих друг на друга, словно кровные братья-близнецы. Древние называли это воротами в другой мир. Своеобразным порталом меж миром смертных существ и божествами. Это Эриэль помнил еще из детских сказок, кои ему читали в самом младенчестве, когда несносный эльф не хотел укладываться спать. Шаг. Еще один. Тихонько пройти мимо торчащих мимо острых обломков камней и ловко увернуться от падающих с неба кусочков льда, откалывающихся от самой верхушки скалы. Самое странное было в том, что ветер тут не завывал. Было спокойно и тихо. То, что увидел эльф, пройдя еще несколько метров, заставило его застыть с открытым ртом. Соединялось два мира, два совершенно разных пространства. Стена переливалась разными бликами и внешне немного была похожа на мыльную пленку. Как будто сбрендивший волшебник оградил только малый кусочек земли от беды. Там виднелась трава сочно-зеленого цвета, и летали огромные бабочки. Сначала сероглазый спасатель мира всего подумал, что это ему почудилось. Ну, усталость и недоедание сыграли злую шутку и перед ним мираж. Идти туда страшно, но оставаться на месте глупо. Не зря же он такой путь проделал! Как это приятно, черт подери, чувствовать теплый ветер в волосах и вдохнуть полной грудью, не боясь обморожения! Эри заскакал на зеленой поляне яки молодой единорог. Он поспешно скинул плащ с шарфом и сел на небольшой нагретый солнцем камень. Он сам себя не понимал, почему он не пошел исследовать место, а наоборот уселся, чтобы понежиться в райском, как ему тогда показалось, месте. Спустя какое-то время Эриэля отвлек странный шум. Как будто кто-то шуршал или, может даже быть, шипел. Это шипение не было злым и предостерегающим. Скорее было похоже на предсмертные хрипы какого-то животного. Решив, что этому бедолаге нужно помочь, Эри оторвался от принятия солнечных ванн и быстрым шагом пошел на этот источник шума. Пробравшись сквозь заросли колючего шиповника и ободрав себе все руки, он, наконец, вышел на залитую ярким светом поляну и узрел картину, которая могла перевернуть сознание любого здравомыслящего существа. Он увидел Его. Того самого Горного Бога, о котором ходили все эти красочные легенды. Именно Он портил жизнь тысячам невинных существ, просто не делая свою работу. Гнев, злость, отчаяние! Эти чувства смешались в одном ядовитом кубке. Он хотел убить этого монстра, но… Эриэль пылал словно факел, но пелена ярости быстро улетучилась, когда эльф стал рассматривать нового знакомого. Лицо было занавешено длинными нежно-василькового цвета волосами, которые явно не видели расчески уже несколько лет, свалявшись в некрасивые, да к тому же грязные сосульки. Бронзовый загар, приобретенный из-за щедро пролитого на него солнца, как-то неестественно портил картину. Большая татуировка, тянувшаяся от груди, закончилась причудливыми завитками в районе паха. Там-то начиналось самое интересное! У этого «человека» не было ног! Нет, ну что-то у него ниже пояса было, но… Эриэль за все свои годы жизни не видел таких хвостатых личностей. Перед ним во всей своей красе предстал огромных размеров наг. Человеческая голова, руки, торс, но хвост то змеиный! Несколько метров светло-голубого чешуйчатого недоразумения было свернуто толстыми кольцами. Фактически этот монстр, таким образом, сидел. Все бы ничего, да руки божка были к скале в кандалах прикованы. На темном металле виднелись запекшиеся следы крови существа. Можно было смело предполагать, что не день и даже не неделю он тут вынужден находиться. Собравшись с силами, он все-таки заговорил с ним. -Эй. Ты жив там? – парень был уверен, что он живой, ибо мертвые не шипят, да и дышать им не полагается. Ответом было лишь шипение. Кажется, это существо или говорить не умеет, или же просто язык забыл. -Если подойду, не укусишь? – эльф «вооружился» найденной рядом сухой палочкой, которую кажется, посчитал надежным оружием. Хозяин Гор же только хрипловато рассмеялся. Естественно он не собирался его кусать, хоть и был обижен на все и вся. -Ш-то ты хочешь, эльф? – проговорил некто, все так же, не поднимая головы, - неужто добить пришел? -Ты бредишь? – Эриэль попробовал дотронуться до наручника, чтобы отцепить змея от скалы, но стоило ему только коснуться металла, его пальцы словно огнем опалили. От боли он взвизгнул и отстранился. Ответом ему снова был тихий хриплый смех. -Думаешь, я бы не снял, если бы все так просто было? Это ваше чертово эльфийское проклятие лежит! – змей уже не шипел, он как-то гортанно рычал, наводя на юношу страх. -Тихо, тихо. Я не понимаю. Это эльфы тебя пленили? Но для чего?! - Эри уселся на землю прямо перед синеволосым великаном, который даже не почтил его мимолетным взглядом. -Почему я должен доверять тебе и все рассказывать, эльф? – последнее слово он буквально выплюнул, показав, насколько мальчик ему противен. -Меня послали как жертву для тебя. Хотели тебя задобрить подарком, чтобы на наши земли вернулось благополучие. Уже несколько десятилетий жители страдают из-за погоды. С 1503 года снег не прекращает сыпаться с неба. Ты ведь понимаешь, сколько смертей принесла зима? - рассказывал Эриэль все ну очень эмоционально. Так, что даже наг непроизвольно дернулся, когда узнал, что творится с миром из-за того, что он не управляет стихиями. -С 1503, - исступленно прошептал плененный, рывком поднимая голову и заглядывая в глаза эльфа, - значит именно тогда Лаэль пришел в мои владения… Он тоже таким «подарочком» был, - горькая усмешка поразила тонкие губы божества. -Лаэль? У меня не было знакомых с таким именем. Что он сделал? – Эри отвел взгляд от янтарных омутов, в которых обида плескалась как в море рыбка. -Эльфы всегда были суетливым народом, а еще боялись меня как огня. Вот и присылали ко мне сыновей невинных, чтобы, как говорится, задобрить монстра. Ну, чтобы я сожрал этого мальчика, а других не трогал, - Эриэль знал, что с ним змей расправится, но он и представить не мог, что синеволосый так вот просто скажет, что сожрет его. -И что дальше? Лаэль не захотел быть закуской для тебя? – зло шикнул юноша, расстегивая пару пуговиц на рубашке: солнце палило просто неимоверно сильно. -Глупый мальчишка! – взбеленился наг, - я не дикая тварь, чтобы питаться разумными! Я всегда отпускал своих жертвенных «овечек». Только мальчики наотрез отказывались домой возвращаться. Все как один твердили, что их там убьют, за то, что якобы от меня сбежали. Все они уходили в другие селения и спокойно жили, но Лаэль… Он сразу ощетинился, словно дикий котенок, твердил, что не позволит себя убить. Глупыш маленький… - хвостатый как-то печально улыбнулся и продолжил рассказ, - он опоил меня варевом из ягод дурманных. Поражаюсь, как у него получилось! С виду такой милый и хрупкий мальчик, а сумел меня так вот приковать, - он демонстративно дернул руками, показывая, что выбраться никак, от боли зашипел, и эльф увидел, как из ожоговых ран кровь вытекает. -Но почему ты не сказал ему, что не тронешь? – парень задумался и по привычке закусил губу. Ему так лучше соображалось, наверное. -Говорил. Только он утверждал, что я «змеюка подколодная» и мечтал вырезать мое сердце, - желтоватые глаза лениво изучали мальчика, пытаясь разглядеть нож у него за спиной. Теперь он точно не поверил бы такому ничтожеству как эльф. -Но откуда такие крепкие оковы и заклятие? Его же не создаст каждый встречный, - парень приблизился, чтобы внимательнее рассмотреть магические браслеты, сковывавшие такое сильное существо. -Не знаю, - немного раздраженно выдал он, - не знаю! -Прости… Тебе сложно об этом вспоминать, наверное. Я могу тебе помочь? -Я ожидаю тут смерти. Зачем мне твоя помощь, эльф? – наг усмехнулся, нервно дернув хвостом, - я умру и тогда всех просто с лица земли слижет огонь, воздух, земля или вода. Смотря какая стихия мстить за смерть Господина станет. А представляешь, если ударят в один момент? Тогда наступит конец света незамедлительно. Змей закончил свой рассказ именно на этом моменте. На душе Эри было настолько гадко, что он готов был волком завыть. Сам бы с удовольствием место этого заключенного занял! Лишь бы только другим хорошо было… Эльфа изнутри буквально разъедал интерес. Хотелось поговорить с этим чудом еще, но Эри понимал, что разговор явно не заладится. Он был благодарен змею, что он хотя бы рассказал о своем пленении. О предательстве того эльфа и жгучей боли где-то внутри. Именно в тот момент, когда парень размышлял о том, что ест наг, к скале подлетела огромная, странная птица. Эриэль не сразу понял, что это был грифон. От такого объема появившихся в его жизни незнакомых существ хотелось заорать и сбежать куда подальше, но собственная гордость и упрямство не давали сбиться с пути. В пасти грифона оказался солидный кусок мяса, которым он решил поделиться с обладателем золотистых глаз. Наг без стеснения открыл клыкастый рот и вгрызся в кровавый кусок. Укус за укусом. Он расправлялся с мясом с особым удовольствием, чуть ли не мурлыча и слизывая с тонких губ красные капли. -Спасибо, дружок, - сказал он, улыбнувшись животному, которое тут же потерлось мордой о живот своего хозяина. Эльф как рыба широко открывал рот, но не мог вымолвить и слова. Да эти красавцы давно вымерли и жили только в памяти людей и в легендах! Он и мечтать не мог, что одно из самых редких и необычно странных животных будет стоять от него в непосредственной близости. Подойти он не рискнул – все-таки грифон хищник, а если почует опасность, то просто разорвет на клочки, глазом не моргнув. -Он… кормит тебя? Сырым мясом? – парень отмер только когда птичка-мутант-переросток покинула хозяина, на прощанье крикнув так, что уши заложило. -А ты думал, что я тут святым духом питаюсь? – змееподобный ухмыльнулся, кончиком языка слизывая последнюю каплю крови с верхней губы, - увы, приходится питаться сырым, но и на этом спасибо. -Как ты это ешь? Противно ведь, - эльфик поморщился, смотря на ровную струйку крови, которая прочертила дорожку от подбородка до груди, сталкиваясь с замысловатым рисунком татуировки. -Лестан не уйдет, пока я это не съем. Он и скалу разворотить пытался, чтобы меня освободить. Все без толку. Так то хоть заставляет меня существовать, кошак пернатый. Наматывая на палец темный локон, спаситель-неудачник сам с собой советовался, как жить дальше. И домой пойти нельзя, и оставаться со змеем в таком состоянии глупо. Нужно было что-то придумать, как-то исправить ошибку того самого Лаэля. Может попробовать разыскать предшественника? Он не мог умереть за такой короткий период времени, но запросто мог перебраться в любую другую точку вселенной, чтобы попытаться забыть прошлое. Спросить… Черт, он даже не знает имя этого прикованного мученика! -Можно поинтересоваться? – ненавязчиво начал Эриэль. -Ну, попробуй. -Я могу узнать имя твое?.. -Оушериш, - ответил наг, каждый раз протягивая шипящие звуки. Змей, он и в Африке змей. Хорошо, что язык нормальный, а не раздвоенный, как у всех этих ползучих. -Для меня честь с тобой познакомиться, - от всей души выдал парень, на что голубой змей лишь фыркнул и дернул нижней конечностью, сворачивая хвост в более тугие кольца. Эриэль не ожидал от него таких же пламенных чувств, но хотя бы для приличия можно ведь было поинтересоваться его именем, а не строить из себя обиженную гадюку. -Уходи домой, эльф. Тебе нечего тут делать. -Я освобожу тебя! – в запале чувств крикнул Эри, упрямо глядя прямо в душу нага, который лишь скептически выгнул бровь. -Лжец. -Обещаю! -Не разбрасывайся громкими словами, если ты не можешь выполнить обещание! – змей зло оскалился, показывая ряд острых клыков. Хвост заметался из стороны в сторону показывая, что хозяин нервничает и раздражен. -Если спустя три месяца я вернусь сюда и смогу помочь, ты признаешь, что я достоин твоего уважения, Оушериш? – в стальных глазах откровенно читался вызов. Он хотел доказать этому наглецу, что сможет оправдать доверие и быть полезным. Хотя, если говорить начистоту – хвостатый сильно задел самолюбие эльфа. -Три месяца, слышишь? Не больше, - самым кончиком хвоста Оуш чиркнул по скале, оставляя заметную полоску, - еще девяносто дней в твоем распоряжении. Поспеши, - даже глаза цвета расплавленного золота могли быть холодными и цепкими. Эриэль понял, что по уши влип, когда столкнулся с недоверчивым взглядом и застывшей улыбкой на устах. Можно было догадаться, что змей давно смирился с этой безысходностью и уже не пытался выпутаться из сетей хитрого эльфа, сумевшего его обездвижить. Ворча себе под нос, юноша пошел за своим плащом и сумкой, которую оставил неподалеку. Все равно выйдя из этого защитного купола начнется зона оледенения. После Оушериш сказал, где он может разжиться едой. По крайней мере, змей помнил, где были его сады. Рассчитывать, что в его доме на кухне что-то есть, просто неразумно. Полевые мыши и тараканы давно все оставшиеся крошки подобрали. Взяв немного сочных фруктов, Эри вновь отправился в путь, даже не удосужившись сказать «До встречи» голубому узнику эльфийского проклятия.