Bonus #1 Ярость
20 марта 2020 г., 12:15
LP - Muddy Waters
Тэгуну как никогда сильно казалось, что он превращается в тень. Люди вокруг не замечали его, даже если он был уверен, что выглядит потрясающе. Конечно, бар ещё только открылся и количество расслабленных, осмелевших от алкоголя людей было ничтожно мало, но ему срочно требовалось хоть чьё-то внимание. Положение было настолько отчаянным, что Тэгун ушёл в воспоминания минувших дней. Ох, да. Ему определённо нравился испуганный взгляд того ученика, которого он немного попытался придушить. Ситуация была не из приятных, конечно, но этот взгляд! Тэгуну хотелось ощутить его на себе вновь. Он вообще вдруг отчётливо понял, что ему не так важно, будут на него смотреть восхищённо или же испуганно. И то, и другое было приятно. Улыбаясь этим воспоминаниям, Тэгун совсем немного пригубил коктейль и вынырнул в реальность, осматривая зал. Людей стало чуть больше, но все они приходили с парами или целыми компаниями и не искали знакомств. Пока не искали. Тэгун знал, что делать, чтобы привлечь их и ждал подходящего момента. Наконец, когда атмосфера в заведении стала достаточно пьяной, а на танцпол начало выходить всё больше людей, он допил очередной заказанный напиток и тоже отправился к зоне, освещённой множеством мерцающих ламп. С притворным безразличием окинув взглядом собравшихся, он принялся двигаться. Вначале совсем небрежно и будто бы нерешительно, но это было лишь началом. Тэгун прекрасно владел своим телом и умел сливаться с музыкой в единое нечто, даже если никогда специально не учился танцевать. Ему казалось, что способность красиво и соблазнительно двигаться появилось у него вместе с потребностью к чужому вниманию. И это было очень нужное умение. Потому что наконец-то он начинал ощущать на себе заинтересованные взгляды. Им восхищались. Его хотели. Тэгун победно улыбался, чувствуя, что танцующих вокруг становилось больше. Мужчины и женщины, девушки и совсем юные парни — множество лиц, тысяча нечаянных прикосновений и общий ритм движений. Дыхание Тэгуна сбилось совсем немного, но он не обращал на это ровным счётом никакого внимания. Просто наслаждался тем, что его снова замечают. Вот только в какой-то момент сила чужих прикосновений снова начала блекнуть. Он не сразу понял что произошло и едва не оступился, когда понял, что его попросту затмили. Рядом из ниоткуда взялся незнакомец. Он танцевал и двигался так, будто был сгустком живого огня. Более яркий и горячий, он перетягивал всё внимание на себя, затмевая Тэгуна. И тот честно попытался сделать с этим хоть что-то, показать себя ещё ярче, открытей и соблазнительней, но у него не вышло ничего. Чувствуя, как ярость затапливает его с новой силой, Тэгун снова отправился к барной стойке, чтобы залить раны от своего поражения алкоголем. Ужас заключался в том, что на его исчезновение с танцпола никто не обратил никакого внимания. Всё продолжали смотреть за жарким незнакомцем-огоньком. Да и сам Тэгун следил, с сожалением признавая, что ему никогда не превзойти этот сгусток секса в человеческом обличии. И каково же было его удивление, когда спустя ещё пару композиций этот самый незнакомец подсел к нему. — Привет! Здорово двигаешься, — выпалил он чуть запыхавшись от продолжительных танцев. Тэгун на это только усмехнулся. — Наверное, я должен быть польщён таким комплиментом от тебя. — Наверное, — пожал плечами мужчина и заказал напиток. — Прости, если я как-то помешал твоей минуте славы. Я Хакён, кстати. — Вот ещё, — вновь фыркнул Тэгун, скрывая за бокалом собственное изумление — он и подумать не мог, что его поведение до такой степени очевидно и понятно. — Ты ведь ищешь здесь знакомства на ночь, верно? — Хакён не собирался отступать от многословного собеседника так просто. Тэгун на этот вопрос лишь пожал плечами. Нужен ли был ему кто-то конкретный? Совсем не обязательно. Но перспектива провести ночь с таким привлекательным и владеющим своим телом мужчиной выглядела очень даже соблазнительно. Поэтому после краткого раздумья он согласно кивнул. — Ищу. Или… — Тэгун очаровательно улыбнулся, всем корпусом разворачиваясь к собеседнику. — Или уже нашёл? — Возможно, — Хакён кокетливо захлопал ресницами и, в противоположность этому невинному действу придвинулся к Тэгуну, незаметно для окружающих накрывая его ногу повыше колена ладонью. — Зависит от того, что именно ты ищешь. Тэгун искал в первую очередь внимание. Восхищённые взгляды и, возможно, совсем немного секса. Хакён выглядел как человек, который способен всё это дать, но на самом деле всё вышло немного иначе. Мужчина, являющийся сгустком огня, сам нуждался в восхищении и хотел получать его больше, чем дарить. Вот только полностью осознал это Тэгун, когда они уже были у него дома и занимались сексом. Хакён седлал его бёдра, плавно и умело двигался в члене Тэгуна, будто бы продолжая замысловатый полный похоти танец. Тэгун не мог не любоваться телом своего нового знакомого и всё равно не чувствовал того, в чём так сильно нуждался. Из-за этого его постепенно стал наполнять гнев. Он злился на Хакёна. Такого идеального, но абсолютно равнодушного к нему. Злился на себя, притащившего к себе в дом этого самовлюблённого парня. Злился на улыбку Хакёна, на его насмешливый взгляд и какие-то наигранные стоны. Всё это стало причиной, по которой в какой-то момент Тэгун потерял самообладание. Он подмял Хакёна под себя, вжал его запястья в кровать и сам несколько раз грубо толкнулся в распластанное перед ним тело. Хакён застонал и на этот раз его голос звучал куда честнее. Удивлённее и чуть болезненнее. — Потише, герой, — засмеялся он, не раскрывая глаз и обхватывая бёдра Тэгуна. Так мужчина не мог двигаться с прежней порывистостью. Его сдерживали импровизированные объятия, и это злило ужасно. Тэгун чувствовал, как его глаза застилает алая пелена, но не противился ей. Наоборот, всячески потакал желаниям, нашептываемой ему собственной тёмной стороной. О, да. Эти советы определённо могли помочь. Даже если все они звучали, как один весьма простой и понятный: «Причини ему боль!» И Тэгун слушался. Он проходился ногтями по рёбрам Хакёна и наслаждался его недовольным шипением. Впивался грубыми поцелуями в шею, ранил нежную кожу над ключицами и с ума сходил от тихих стенаний и просьб быть нежнее. Да, определённо, такой Хакён уделял ему куда больше внимания. Это было то, что нужно. Просто вдалбливаться в тело под собой чуть сильнее. Вслушиваться в болезненные стоны и просьбы остановиться. Просто немного изменить ракурс и совсем уж ошалеть от эйфории, оставляя на нежной щеке мужчины след от пощёчины. Чуть приоткрыв глаза, закрывшиеся было от удовольствия, Тэгун мог наслаждаться видом разозлённого и всклокоченного Хакёна. Теперь этот сгусток огня смотрел только на него, и об этот взгляд можно было порезаться. — Предупреждаю последний раз, прекрати, — чётко произнёс Хакён, который совсем не выглядел как человек, жаждущий играть в изнасилование. И всё равно он казался слабым и беспомощным. Тэгун просто не мог остановиться и перестать наслаждаться этой извращённой близостью. А потому был особенно удивлён вдруг обнаружить себя на полу, уткнувшимся носом в жёсткий ковёр. — Я же сказал, что не люблю чрезмерную грубость, — зашипел Хакён над ним и единым рывком стянул руки Тэгуна за спиной, используя для связывания ремень от собственных брюк. — Я предупредил тебя об этом несколько раз, и не говори, что не слышал. Тэгун и не говорил. Он вообще потерял дар речи, потому как мгновениями ранее беспомощный парнишка обездвижил его за пару мгновений. Он на пробу попытался подёргаться, но добился только того, что его ягодицы обожгло неслабым ударом ладоней. — Продолжишь трепыхаться, и я найду что-то более напоминающее розги, — предупредил Хакён, который, судя по тону, абсолютно не шутил. Тэгун нервно сглотнул. — Чёртов извращенец! Тэгун не сразу понял, к чему была последняя фраза. Но тут Хакён перевернул его на спину, и Чон осознал, что всё ещё не слабо возбуждён. Впрочем, Хакёну ворчать о чужой похоти явно не стоило — его член был не в менее боевом положении, что говорило о том, что эта борьба не охладила и его собственного пыла. — А теперь ты мне расскажешь, какого чёрта это было, — не терпящим пререканий тоном заявил Хакён и уселся на колени рядом с Тэгуном. И тот даже если бы хотел оправдаться и рассказать, что с ним происходит, то просто не смог пересилить собственное упрямство. Не смог раскрыть рот и просто отвернулся, не выдерживая надменного взгляда мужчины. Тот подсел ближе, пообещал, что постарается помочь, если узнает в чём дело, но Тэгун не верил. Ему никто не мог помочь. Хотя чужое любопытство сейчас определённо доставляло удовольствие. Так что Хакён уже в какой-то мере помогал своим вниманием. Вот только он был не из тех людей, кто отступает от желаемого так быстро. Об этом и оповестил Тэгуна и тон его звучал очень даже зловеще. Чон ещё раз пошевелил руками и на автомате попытался вспомнить какие из предметов в его доме могут быть оценены Хакёном как пыточные. Почему-то вместо страха эта мысль принесла возбуждение и заставила его член дёрнуться. Заметил это и Хакён. — Ты себе даже представить не можешь, как легко удовольствие превратить в пытку, — оповестил он, нехорошо улыбаясь. — Ты мне всё расскажешь. Тэгун на это лишь усмехнулся. Он хотел сообщить, что угрожать минетом было очень глупо со стороны Хакёна, но решил не портить себе приятных ощущений. Вот только Хакён действительно знал толк изощрённых пытках. Он не дал кончить ему один раз, повторно пережал член во второй. Охладил его пыл в третий раз, больно ущипнув ягодицу. И он не собирался останавливаться на достигнутом. Четвёртая и пятая волна удовольствия схлынули так быстро, что Тэгун уже не был уверен, случались ли они с ним вообще. Когда Хакён не дал ему кончить в шестой раз, он готов был разреветься от беспомощности и обиды. — Ладно, — сдался он, хватая воздух сухими от постоянных стонов губами. — Ладно, я всё расскажу, только развяжи меня и прекрати мучить. — Когда расскажешь, тогда и освобожу, — промурчал Хакён, отрываясь от облизывания чужого члена и отстраняясь совсем немного, так, что жаркое дыхание ещё продолжало ласкать напряжённый орган. И Тэгун действительно всё рассказал. Признался в том, что почти физически нуждается в чужом внимании и срывается, когда его долго нет. Он даже успел попросить прощения за то, что попытался отыграться на Хакёне и пообещал, что это не повториться, но мужчина всё равно не спешил его освобождать. И вот тут-то Тэгуну действительно стало страшно в своей беспомощности. — Мог бы признаться в своих причудах и пораньше, — наконец заключил Хакён, переворачивая мужчину на живот, а после и вовсе ставя на четвереньки. — Если внимание нужно тебе, то я могу помочь и в этом. Тэгун понял, как кардинально поменялись их роли, только когда Хакён щедро полил его ягодицы смазкой. Вздрогнув от вязкой прохлады, он попытался воспротивиться, но не очень правдоподобно. На самом деле такой расклад пугал его только поначалу. Но он ощущал на себе внимательный взгляд Хакёна, чувствовал его прикосновения и расслаблялся. Так или иначе, но он добился внимания к своей персоне, и ярость, клокочущая внутри, постепенно угасала, сменяясь полной покорностью. Он провёл ночь с Хакёном, и далеко не всё время им требовались ремни и другие изделия для связывания. У них вполне получалось обходиться и без этих аксессуаров. А в перерывах между страстными порывами близости Тэгун уже без прежнего упрямства готов был рассказать о себе. О том, что он потерял прежнюю работу и не мог найти не то что способ заработка, но и себя самого. Хакён в этом особой проблемы не видел. Он вообще считал, что все проблемы люди склонны придумывать для себя сами. Со скуки. Тогда-то он и предложил Тэгуну попробовать себя в роли порнозвезды. И пусть поначалу Чон подумал, что над ним шутят, чуть позже он проникся всей серьёзностью предложения и оказался не против попробовать что-то новое. И, как оказалось, не прогадал.
