Bewitched

      Чон бежал по коридорам, спрашивая у каждого ученика, не видели они хоть кого-то со Слизерина. В любом случае, Чимина нет в школе, поэтому Чонгук должен найти способ связи с ним, и только один человек мог помочь ему с этим. Как какой-то маньяк, он носился по коридорам, слишком часто спотыкаясь. Как только он добрался до гостиной Слизерина, его сердце стало стучать как ненормальное. Ему следовало сразу сюда прийти. Чёрт, видимо, Хогвартс распределил его явно не на тот факультет!       Когда он вошёл в помещение, на него были направлены несколько пар вопросительных взглядов, но Чон сразу заметил нужный кошачий взгляд. Юнги сидел на одном из удобных диванов в самом углу. Он убрал книгу, глянул на Чона и затем продолжил читать с безразличным лицом. К счастью, его не окружали друзья или остальные слизеринцы, поэтому когтевранец мог лично поговорить с ним. Когда Чон начал приближаться к слизеринцу, Юнги бросил на него свой фирменный кошачий взгляд, очень напоминающий Диего.       — Что? — спросил Мин. Этот простой вопрос мог показаться грубым, но тон Юнги был довольно тёплым.       — И тебе привет, Юнги.       — Ты никогда не навещаешь меня, — с хитрой усмешкой сказал Юнги, — кроме случаев, когда тебе что-то надо. Итак, что это?       Чувствуя вину, Чонгу пнул по дивану ногой, но признался.       — Речь о Чимине.       Теперь Юнги заинтересовался.       — Продолжай.       — Я мог бы помочь ему, — продолжил Чонгук, и в голове его начала медленно формироваться частичная ложь. — В выручай-комнате я нашёл одну вещь, — затем, после нерешительного молчания, он добавил. — В конце концов, ты же обещал, что будешь защищать меня.       Похоже, это сработало, так как Юнги бросил на него немного усталый взгляд и со вздохом направился к выходу из гостиной.       — Как ты вообще узнал про комнату?       — Прочитал в одной из книг, которая мне нужна была для эссе, — опять частичная ложь, но она сработала, и Юнги пошёл ещё быстрее. — Там есть магический объект, который даст нам несколько ответов.       Юнги начал колебаться.       — А что, если Чимин не хочет, чтобы мы вмешивались в это.       Блять, придётся показать главное орудие.       — Тогда зачем он дал мне это?       При виде маленького флакона глаза Юнги расширились в удивлении. Он выглядел так, будто точно знает содержимое маленькой стеклянной бутылочки. Вскоре они достигли коридора, в котором Чонгук нашёл Выручай-комнату. На мгновение он закрыл глаза, постаравшись вспомнить свои ощущения в тот раз, как и когда он нашёл комнату, и на этот раз дверь появилась сразу же. Видимо Хогвартс понимал всю серьёзность ситуации. Чон открыл дверь, удерживая её, чтобы Юнги вошёл, и схватил рукой палочку, ощущая, как кровь стучит в ушах.       Как только дверь закрылась, Чонгук направил свою палочку на Юнги и пробормотал тихое Акцио палочка, и деревянная палочка влетела прямо в его свободную руку.       — Что... — Юнги обернулся с растерянным выражением лица, но он сразу сощурился от злости, увидев направленную на его лицо палочку. — Чонгук, ты свихнулся?       — Ты ведь знаешь как с ним связаться, — больше утверждая, чем спрашивая, спросил Чон, пытаясь удержать палочку в дрожащей руке.       — Не понимаю, о чём ты говоришь.       — Чимин! — не сдержавшись, выкрикнул когтевранец, прижимая палочку к подбородку слизеринца, в следствие чего последний медленно поднял руки, показывая свою безоружность. — Ты знаешь, как с ним связаться.       Настала тишина, во время которой они обменивались яростными взглядами.       — Откуда ты знаешь?       — Давай назовём это интуицией Когтеврана, — процедил Чон, пряча палочку Юнги в своём кармане. — А теперь свяжись с ним.       — Мне нужен камин, так что...       — Да ладно, Юнги, мы же в Выручай-комнате, — слизеринец на эти слова ещё раз злобно прищурился. — Уверен, мы найдём здесь камин.       Вопрос был в том, где найти камин. Выручай-комната сейчас не была такой маленькой, когда Чону нужен был Омут. Сейчас они находились в огромном зале с потолками, которых не было почти видно, груды предметов валялись вокруг. Та же комната, что и тогда, когда он и Тэ прятались от Мина. Здесь были мебель, магические предметы, даже несколько живых существ, которые убегали в тёмные углы, когда рядом проходили Чонгук и Юнги. Чон всё ещё держал палочку возле шеи Юнги, толкая его вперёд и высматривая камин, а слизеринец в этот момент шипел проклятия. Им потребовалось около пяти минут, когда они завернули за угол и увидели камин из чёрного кирпича с серебряными вставками. Дрова внутри были свежими, но не зажжены.       — Давай, — холодно пробормотал Чонгук. Когтевранец был готов поклясться, что старший закатил глаза. Он думал, что слизеринец ему откажет, но Юнги протянул вперёд руку и пробормотал Инсендио, воспламеняющее заклинание. В камине появился огонь голубоватого цвета. Глаза Чонгука расширились, когда он наблюдал за происходящим, полностью осознавая, что палочка Юнги была у него. Слизеринец мог использовать магию без палочки. Тогда почему он всё ещё не напал на Чонгука?       Чон решил сделать вид, что его не смущает этот факт, и он повторил:       — Позови его.       — Это глупо, — пробормотал Юнги, но Чон остановил его возмущения лёгким ударом палочки по шее. Мин обречённо поднял руки. — Ладно, ладно. Я тебя понял.       Когтевранец внимательно следил за тем, как Юнги подходит ближе к огню. Слизеринец даже не попросил свою палочку обратно (судя по тому, что произошло ранее, она ему и не нужна), опустился на колени перед камином и сделал несколько глубоких вдохов. Затем он начал бормотать незнакомые Чонгуку заклинания, но те сделали своё дело, поскольку пламя в камине стало спокойнее, словно подчиняясь волшебнику. Молчание вернулось в огромный зал, и Чонгук почти подумал, что это не сработало, всё ещё направляя палочку на Юнги, на случай того, если слизеринец решил обмануть его.       Но Мин неожиданно заговорил.       — Чимина, — огонь в ответ стал ярче и начал будто пульсировать. — Да знаю я, знаю, — слегка качая головой, холодно пробормотал Юнги, поворачивая голову в сторону Чонгука. — Это твой парень меня заставил.       В течение нескольких секунд огонь оставался спокойным, но вдруг резко стал разрастаться. Языки пламени обхватили весь камин, будто пытаясь выбраться наружу. Чонгук быстро среагировал и обхватил шею Юнги рукой, прижимая тело слизеринца к себе, а палочку также направлял на шею брюнета. Чон наблюдал, как из огня появляется фигура: конечности, туловище, а затем и такое любимое лицо, слегка вымазанное пеплом.       Из пламени вышел Чимин, одетый в тёмную одежду, из-за которой его фигура казалась ещё стройнее, а кожа — бледнее. Он выглядел уставшим, напряжённым и слегка испуганным, и Чон почти почувствовал себя виноватым. Пока он не вспомнил слёзы, которые текли по щекам Тэхёна, и глаза незнакомого мужчины, которые были наполнены ужасом за секунду до того, как Чимин убил его. Гнев погасил слезы угрызения совести, оставляя его взгляд холодным, режущим.       — Юнги? Что здесь происходит, Чонгук!? — Чимин был встревожен картиной, развернувшейся перед ним, и это приносило садистское удовольствие когтевранцу.       — Брось свою палочку, — потребовал Чонгук, указывая головой на красиво вырезанную из дерева палочку в руке Чимина, настойчиво прижимая свою палочку к коже Мина, чувствуя, как Юнги нервно вздрагивает.       Пак поднял палочку, но не отбросил её, и Чонгук, увидев неподчинение Чимина, понял, что тот не принимает все его действия всерьёз.       — Чонгуки, что происходит?       После всего, что произошло, Чимин ещё имел смелость звучать искренне взволнованно, и это сильнее разозлило Гука.       — Брось эту чёртову палочку, Пак!       — Ладно, ладно! Успокойся, Чонгуки, не надо тут разводить драму, хорошо? — попытался убедить когтевранца Чимин, положив палочку на пол и даже оттолкнув её немного от себя ногой. — Пожалуйста, не делай Юнги больно.       — О, да ладно, ты думаешь, что эта мелкая крыса... — начал Мин.       — Заткнись! — прервал слова Юнги Чонгук, и слизеринец немедленно замолчал.       Гнев начинал съедать его изнутри. Но после всего, что Чон узнал, ему казалось, что это естественно. Но всё-таки, в конце концов, Чон прекрасно знал, что причина его гнева, единственное, что заставило его глаза наполниться слезами и затруднило дыхание, было не убийство или Тэхён. Это было его разбитое сердце. Предательство после того, как он думал, что Чимин доверяет ему, после того, как он думал, что является кем-то особенным для слизеринца.       Гнев, который был ясно виден на его лице, был замечен Чимином, и тот поспешил заговорить.       — Пожалуйста, Чонгуки, что мне нужно сделать? Я всё сделаю, но только, пожалуйста, отпусти его.       — Я хочу ответы! — сквозь слёзы смог выкрикнуть Чонгук. — Это всё, что я когда-либо хотел.       Мгновение Чимин был в замешательстве, и Чонгук удивился, когда заговорил не Пак, а Юнги.       — Блять, Чимин, да расскажи ты ему уже. Ты же рассказал Тэхёну, так расскажи и ему.       Ещё одна долгая минута молчания, Чимин опустил голову, чтобы избежать взгляда Чонгука.       — Хорошо, я расскажу всё, что ты хочешь знать, но только если позволишь уйти Юнги.       Чонгук смог услышать, как Мин в его руках вздыхает с явным раздражением.       — Почему я должен это делать, просто расскажи мне, что...       — Отпусти его, Чонгук, я не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал, — ледяным голосом прошептал Чимин. — У тебя есть палочка, у тебя есть контроль над нами, — он пнул свою палочку ещё дальше, ближе к Чонгуку. — Он не нужен тебе, чтобы узнать мои секреты. Просто отпусти его, Чонгук, прошу.       Его последние слова были менее настойчивыми, и внезапно его глаза стали казаться более открытыми, чем прежде, больше не было завесы храбрости, чтобы скрыть глубокое отчаяние, которое осело в этих прекрасных глазах. Он почти хотел плакать от осознания того, что он все еще хочет верить в невиновность Пак Чимина.       — Пожалуйста, Чонгук, — вновь попросил Пак.       Возможно, это была слишком жалобная мольба в словах Чимина вместе с глазами, полными отчаяния. Возможно, это были воспоминания о мягкой коже щёк и розовых губах на его лбу. Возможно, воспоминания о чувстве, которое мог дарить ему только Чимин. С побежденным выражением лица Чонгук оттолкнул от себя Юнги и подхватил палочку Пака. Облегчение в глазах Чимина выглядело как предательство по отношению к Чону, но когтевранец не мог злиться на реакцию Пака. Он только что спас своего лучшего друга. Даже после убийства, Чимин был обычным человеком.       Чон покачал головой, вспоминая, что Чимин не заслуживает его жалости.       — Иди, — сказал Чимин Мину, коротко кивнув головой в сторону выхода из выручай-комнаты.       Но Юнги оказался упрямым, не собираясь даже двигаться.       — Чимин, я не оставлю тебя наедине с...       — Я сказал, иди.       Голос Чимина был настолько властным и настойчивым, что Юнги вздрогнул и медленно пошёл к выходу, оставляя Чимина наедине с Чонгуком в огромном зале. Через несколько секунд парни услышали, как дверь открылась и закрылась с противным скрипом. Между парнями проскочили искры, и единственное, что слышал Чонгук, — белый шум.       — Я скучал по тебе.       У Чонгука не было слов, чтобы ответить, лишь одна только слеза скатилась по его щеке.       — Я хочу ответы, Чимин. Правда хочу.       — Ты отпустил Юнги, так что ты их получишь, — кивнул Чимин. — Спрашивай, что хочешь.       — Кто ты, чёрт возьми, такой?